Читать книгу "Любовь и ненависть: дары богов"

* * *

Рано утром, перед рассветом, Го Вэй вошёл в главный зал советов. Он знал, что учитель уже не спит. Мастер сидел на своём главенствующем месте с закрытыми глазами. На низком столике горела пара свечей, готовых вот-вот погаснуть, и дымились благовония.

– Глава, я ухожу с горы, – Го Вэй встал на колени и поклонился пожилому седобородому старцу.

– Уверен? – спросил Чу Лин и встал со своего места, подойдя к ученику. – Поднимись.

– Глава, вы достаточно меня прикрывали, – Го Вэй встал на ноги. – Я не хочу устилать позором вас и весь клан. Вы всегда останетесь для меня наставником и отцом. Моя жена, Нуин, скоро родит, и я должен находиться рядом с ней постоянно. Она очень слаба последнее время. Я знаю, что порядки нашего клана не позволяют иметь семью. Я ослушался и выбрал сам себе наказание. Мы уйдём подальше отсюда, чтобы никто из учеников не узнал об этом. Мы будем жить тихо и мирно. Простите меня, учитель, я предал всё, чему вы меня обучали.

Чу Лин вздохнул. Этот малец был его любимчиком, он и помыслить не мог, что зачистка близлежащего селения от демонов-паучих из клана Чжичжужин2020
  Чжичжужин (духи-пауки) – демоны-пауки в китайской мифологии. В «Путешествии на Запад» описаны семь сестёр демонов-пауков, способных принимать облик прекрасных дев и выпускать паутину из своих пупков.


[Закрыть], поглотит и его предполагаемого преемника. Он видел с каким трепетом парень оберегал девушку, которая осталась одна живая, из всей деревни, недалеко в низине горы.

Почти каждый день Вэй спускался с горы, под разными предлогами, леча раны Нуин. Сначала в нём бушевал долг помощи, потом это стало обязательством. Даже когда в деревню стали возвращаться убежавшие ранее жители, он не мог доверить заботу о ней кому-то другому. А вскоре Вэй понял, что влюбился в её грациозный стан и задорную коварную улыбку. Она была нежна и своевольна, словно кошка. Когда он приходил, она всегда сидела у полуоткрытого окна, а потом брала мокрое полотенце и вытирала его пыльные руки и доспехи. С горы он шёл пешком, дальняя дорога его никогда не страшила, а по пути всегда подстреливал из лука кроликов и фазанов, ей на ужин, отчего нередко руки были в крови, грязи и пыли. Вскоре они тайно провели обряд бракосочетания, поклонились Небу и Земле, и поклялись душами предков, что их союз никому не разорвать.

– Что ж, – грустно вздохнул Чу Лин. – Сегодня днём, на совете, я объявлю тебя отступником, но запрещу ученикам и мастерам преследовать тебя. Отныне ты сам за себя. Тебе нет хода обратно, если вернёшься – будешь казнён.

– Благодарю за вашу милость, глава, – Го Вэй отвязал меч от пояса, и вновь встав на колени, протянул оружие учителю. – Я возвращаю.

– Меч Поглощающий Души выбрал тебя, вы уже дано слились вместе, я не в праве забирать его, – отверг Чу Лин. – Пусть он станет напоминаем о том, кто ты есть, – глава вздохнул. – Природу не обманешь. В любви нет греха и никогда не будет. Законы нашего клана – это всего лишь один из путей.

Меч Поглощающий Души являлся самым сложным и непредсказуемым артефактом, им можно убить даже богов. Меч всегда сам выбирал себе хозяина и никогда его не покидал, пока его хозяин не умрёт. Уже долгое время никто не знал, где находится это магическое оружие, пока Го Вэй не попал в какой-то подвальный склад, и нашёл этот меч. Чу Лин был удивлён, он даже не знал, что считающийся легендой, магический меч, находился в их клане. Глава был немного обеспокоен этим, понимая, что у хозяина этого меча вскоре появится великая миссия.

– Благодарю, учитель, – Го Вэй поклонился и встал на ноги, он привязал меч к поясу. – Ваш нерадивый ученик будет помнить всё, чему вы его учили, – он вновь поклонился. – Прощайте учитель.

Го Вэй быстро спустился с горы, когда первые солнечные лучи уже осветили землю.

Повозка была давно готова, и уложив последние вещи, он помог Нуин сесть, и быстро повёл коня по пыльной дороге, прочь от этих мест, как можно дальше.

Перед закатом они остановились в тихом лесу.

Вэй понимал, что это путешествие для Нуин станет тяжёлым. Он хотел остаться в деревне до рождения ребёнка, хотел умолять главу вновь прикрыть его, но сама Нуин отказалась от такой идеи, когда однажды, к ним в дом пришёл Чу Лин. Глава и его ученик долго о чём-то беседовали на веранде. А когда мастер ушёл, Вэй рассказал всё жене. Она сама приняла решение, что дольше медлить не стоит, и если сюда пришёл глава, то не факт, что не нагрянет кто-то другой.

Го Вэй обустроил для жены на земле тёплую лежанку, насобирав хвороста и укрыв его тёплым мехом, а рядом разжёг костёр.

– Я схожу за водой, он схватил большой кожаный бурдюк. Тут недалеко родник. Не испугаешься одна?

– Нет, иди, – ответила молодая женщина и положила ладони на свой большой округлый живот. – Сегодня наш малыш не сильно пинается, – она улыбнулась.

Она была милой и даже беззаботной, именно её улыбка растопила холодное невозмутимое сердце Вэя, заставив полюбить её. Он души в ней не чаял, поняв, что в первую очередь он – человек, а не грозное бездушное оружие.

– Я боюсь за тебя, – признался Вэй. – Ты – самое главное счастье в моей жизни. Но твои обмороки участились. Лекарства, что я взял из лечебницы в клане, скоро закончатся. Нужно было остаться в деревне.

– Не переживай, я справлюсь, – улыбнулась она, а потом кивнув на меч, спросила: – Почему ты не отдал меч учителю?

– Он его не взял, – ответил Го Вэй. – Не волнуйся, этот меч покинет ножны только ради твоей защиты.

– Твой учитель хороший, он защитил тебя вопреки всем правилам, – кивнула она. – Если со мной что-то случится, только ты позаботишься о нашем ребёнке.

– Не говори так, мы вместе будем растить его, – он сел возле неё и сжал её руки. – Ты – мой смысл жизни.

– Я знаю, – улыбнулась Нуин. – Иди за водой, а то совсем скоро стемнеет.

– Хорошо, я быстро.

Вэй бегом помчался к роднику.

Молодая женщина вздохнула, она достала из мешочка, что висел у неё на поясе, круглую пилюлю и съела её. Как только срок подошёл к седьмому месяцу, с ней начало происходить что-то странное. Она разбиралась в травах, используя всё, что могло помочь. Понимая, что ребёнок может родиться раньше, ей нужны были редкие травы, которых у неё не было. Нуин знала о коллекциях лечебных трав, что хранились в лечебнице клана, и сказала об этом мужу. Го Вэй пообещал попросить, но, на деле, он их просто украл из лечебницы. Нуин немного стало лучше, но вскоре боли возобновились, а лекарства перестали действовать, даже те, которые она делала сама. Нуин, вопреки всем предостережениям, решилась на дальнюю дорогу, желая увести Го Вэя из этих мест.

Она знала лишь одного, кто ей может помочь, но не была уверена, что он захочет. И всё же, сейчас она думала только о нём. Нуин отклонилась, прижавшись спиной к стволу дерева, смотря вверх, где тихо шелестели ветви деревьев. Из её закрытых глаз полились слёзы. Она тихо проговорила:

– Брат Цзыхань, даруй мне заветное желание, – чётко и ясно попросила она. – Ты – моя последняя надежда. Брат Цзыхань, прошу, появись. Я нуждаюсь в твоей помощи.

Ей на руки упали несколько розовых лепестков. Она огляделась. С неба спустился вихрь персиковых лепестков, и коснувшись земли, обрёл человеческий вид.

– Лежи и не двигайся, – требовательно сказал персиковый дух, предварив её попытки встать на ноги. – Тебе и правда нужна только моя помощь, никто другой не в силах что-то сделать.

– Брат Цзыхань, – Нуин обнадёженно вздохнула и улыбнулась. – Даруй мне желание.

Хоть она и просила о помощи, но до конца не верила, что он появился.

– Когда-то я обещал тебе помочь, и давно припас персик, – кивнул Цзыхань. – У тебя есть одно желание. Загадывай правильно.

Он наклонился к ней и раскрыл перед ней ладонь, на которой появился большой красивый персик.

Нуин понимала, это её единственный шанс. И как только она взяла персик, Цзыхань исчез, разлетевшись на множество ароматных розовых лепестком, а его голос проговорил:

– Съешь его в середине часа крысы, загадай желание, а косточку закопай в земле.

– Хорошо. Пообещай помочь моему мужу, пусть он тоже получит желание.

– Сомневаюсь, что такой, как твой муж, захочет говорить со мной. Я не могу обещать такого. Прощай.

Вихрь из персиковый лепестков улетел прочь.

Раздались шаги, это возвращался муж. Женщина быстро спрятала персик в складках одежды.

– Всё хорошо? – Вэй оглядел задумчивую жену.

– Да, – кивнула она и зевнула. – Давай спать. Встанем с рассветом и в путь. Хочу поскорей уехать из этих мест.

– Хорошо, – согласился он и спросил: – Тебе тут удобно? Может будешь спать в повозке?

– Нет, здесь уютно, как в гнёздышке, мне нравится, – улыбнулась она. – В повозке душно.

– Тогда я сделаю себе лежанку рядом с тобой.

Женщина кивнула. Го Вэй быстро набросал хвороста и лёг рядом. Он повернул к ней лицо, а потом взял её за руки.

– Я построю нам дом, мы будем жить, не зная печали, – мечтательно говорил он.

– Неужели ты не жалеешь, что ушёл из клана? – спросила Нуин. – Ты мог бы стать главой.

– Нет, не жалею, – он перевёл взгляд на звёздное небо. – Слишком большая ответственность и много правил. Я очень благодарен учителю. Он спас меня так же, как я спас тебя. Мне было пять, когда он буквально вытащил меня из лап демона-волка, и привёл на гору. От него же я узнал, что каждый человек идёт своим путём, но за ошибки неправильного пути всегда следует наказание. Я ещё мягко отделался. Прошлый глава был строже. Мне было двенадцать, когда случилось подобное, ученика, который сбежал, поймали и казнили. Когда прошлый глава умер, Чу Лин заменил казнь на изгнание, без права возврата. Все учителя посчитали это слишком мягким, думая, что половина учеников сбегут, но нет. Даже если мы остаёмся одиноки до конца дней, привлекает то, что могут призвать на службу в тайную императорскую стражу. Это престижно, – он обернулся и посмотрел на внимательно слушающую его жену, улыбнулся, и поцеловал ей руку. – Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит?

– Нет, всё хорошо.

– Тогда, спи.

Вэй быстро уснул, а Нуин смотрела на звёзды и ждала нужного часа. Вскоре она тихо встала, и неспеша отошла за ближайшие деревья. Она закашляла, но тут же зажала рот ладонью, боясь разбудить мужа. Пошатываясь от головокружения, и обхватывая свой живот руками, она отошла ещё дальше.

– Нет, только не сейчас, – прошептала она, едва не теряя сознание.

Нуин прижалась к дереву и держась за ствол, сползла на землю, и села на корточки, смотря на ароматный персик, который нежно держала в руке. Она быстро принялась есть его. Головокружение прекратилось. Она быстро раскопала пальцами землю и положила в лунку косточку, тихо говоря:

– Я знаю, что мне осталось недолго, всё дело в моём ребёнке. Если он родиться раньше, то мы с ним вместе умрём. Но я хочу отдать свою жизнь этому малышу, пусть у него будет шанс выжить. Пусть Вэй-эр заботится о нём так же, как и обо мне. Пусть моя жизнь не будет напрасной.

Сказав это, она закопала косточку, и осмотрелась вокруг. Ей даже стало легче и боль ушла. Она бодро встала на ноги, но стоило ей пройти пару шагов, как боль яростно вернулась. Она вскрикнула и упала на землю. Прижав руки к низу живота, она нащупала липкую влажную кровь. Боль усилилась, она пронзительно закричала.

– Нуин? – тут же проснулся Го Вэй, осматриваясь, и ищу жену. – Нуин, где ты!? Нуин!

– Вэй! – раздался окрик со стороны.

Го Вэй подбежал к жене.

– Это уже… – проговорила она и вновь закричала от боли.

Вэй поднял жену на руки и отнёс на лежанку. Он быстро налил в котёл воды из бурдюка и повесил его над огнём, подбросив в огонь больше хвороста.

Вскоре ребёнок появился на свет, он не плакал, и почти не шевелился, а Нуин была едва в сознании.

– Что с ней такое, почему наша дочь не плачет, а только смотрит? – не мог понять Вэй, держа в руках, укутанную в шаль, малышку.

– Прости меня, – тихо проговорила Нуин.

– Как ты? – мужчина присел рядом.

– Простите меня, – одной ладонью Нуин дотронулась до подбородка мужа, а другой, до лица ребёнка. – Позаботься о нашей девочке, люби её, как меня… Прощай…

– Что? Нет. Ин-эр, нет…

Он отложил ребёнка в сторону и схватил жену, прижимая к себе. Нуин резко выдохнула, из её рта выплеснулась кровь, а потом вылетел светящийся перламутровый шарик, который завис над лицом ребёнка. Тело Нуин тут же обмякло в его руках.

– Ин-эр… – простонал мужчина.

Вэй не в состоянии был понять, что это такое, но это определённо было что-то демоническое. Он быстро поднял тело жены, и отнёс в сторону, положив на землю.

Он вытащил меч из ножен, направив на ребёнка, его лезвие слегка сияло.

Меч Поглощающий Души был необычен тем, что его лезвие начинало сиять, если рядом находилась нечеловеческая сущность.

– Нуин, в тебе был демон? – ужаснулся Вэй.

В тоже мгновение светящаяся сфера вошла в рот малышки. Ребёнок тут же пронзительно заплакал.

– Демон убил мою Нуин и теперь он в теле моего ребёнка…

Го Вэй приближал меч всё ближе и ближе, едва не касаясь сияющим остриём неумолимо плачущей малышки.

– Моя дочь – теперь демон…

– Ты что, обезумел? – раздался голос со стороны.

Вэй обернулся, недалеко стоял Цзыхань. Меч начал сиять ещё ярче.

– Демон! – понял воин.

Вэй бросился на персикового духа, но тот рассыпался лепестками и розовым вихрем завис в воздухе.

Вэй принялся носиться за духом по лесу, срубая ветви деревьев, но вихрь был стремителен, увиливая с невероятной быстротой. Вдруг один лепесток оказался разрублен пополам, и капля крови упала на траву. Вихрь рухнул на землю, обретя плотскую форму.

Цзыхань скривился от боли и зажал ладонью левое предплечье, на котором оказался небольшой порез. Он не предполагал, что заклинатель настолько силён, но это было вполне ожидаемо, если ему поддалось такое оружие.

– Этот меч сведёт тебя с ума, если ты посмеешь убить им невиновного, – предупредил Цзыхань.

– Испугался? – злобно хмыкнул Го Вэй, подходя к бессмертному духу. – Все демоны – это зло.

– Даже этот ребёнок? – спросил персиковый дух.

– Да. В него вошла сущность, и теперь он тоже демон.

Цзыхань бросил нежный взгляд на умершую Нуин и плачущего ребёнка.

– Сестра, я же предупреждал, – с грустью вздохнул персиковый дух.

– Откуда ты её знаешь? – удивлённо спросил Го Вэй, подходя, и готовый в любую секунду проткнуть демона насквозь. – Кто ты такой? Ты причастен к её смерти?

– Стой! – Цзыхань поднялся на ноги. – Это она так решила. Она воспользовалась моим персиком желаний, пожелала отдать свою жизнь, чтобы жил ваш ребёнок.

– Что? – Го Вэй пытался вспомнить обо всех демонах, о которых читал в обширной библиотеке клана, и на память пришло только одно имя. – Ты – дух желаний Цзыхань!?

– Да. Если бы она не…

– Замолкни и умри! – Вэй сорвался с места, устремив меч на демона.

Цзыхань обратился в вихрь из персиковых лепестков и полетел в тёмную чащу леса.

Го Вэй вскочил на коня и поскакал за ним, крича во след:

– Ты не уйдёшь, мерзавец! Я буду преследовать тебя всюду, пока не убью!

4

Ненависть, злоба – чувств больше нет,

Даже вдали не виден рассвет,

Нет ничего и судьба вмиг иная,

А сердце озлоблено – нет больше рая!

Го Вэй пришёл в себя из-за того, что пиала треснула в его руках, остатки вина полилось на него, а осколки посыпались на пол. Он встрепенулся, понимая, что до сих пор сидит на том же месте в таверне. Никто этого не заметил, потому что раздавались бурные овации, звучащие в адрес рассказчика и его истории, и восклицали восторженные отзывы.

– Здорово!

– Да, отличная история!

– Отлично!

– Получается, Го Вэй так и не нашёл Цзыханя? – Ли Юн быстро подошёл к рассказчику.

Публика затихла, устремив взгляд на сказителя.

– Го Вэй ищет его уже восемнадцать лет, – рассказчик осмотрел молчаливых слушателей. – Последние пару лет о нём нет никаких вестей. Одни поговаривают, что его убили, но есть и те, кто видел Го Вэя, и он, из великого защитника, превратился в изгоя и мученика.

– Я слышал о нём, – высказал один мужчина. – Говорят, Го Вэй сошёл с ума.

– Много ты понимаешь, – толкнула в бок мужчину рядом с ним сидящая женщина. – Чтобы ты сделал, если бы демон убил твою жену? Ты бы не сошёл с ума от такого горя?

Рассказчик вздохнул и его взгляд слегка коснулся Го Вэя, а потом он вновь заиграл на цине.

Охотник тоже посмотрел на рассказчика, а потом глотнул вина прямо из кувшина.

– Хвала Го Вэю! – заулыбался один мужчина и поднял вверх свою пиалу с вином. – Благодаря ему, все демоны попрятались, ни одного не видно, даже клан Северных Ветров теперь не у дел. Выпьем за Го Вэя!

Постояльцы наливали вино и голосили, прославляя легендарного воина.

– Да, выпьем!

– Он – герой!

– Он лучше всех!

– Много чего говорят, – проговорил рассказчик, играя на цине. – Всё так спуталось. Что есть ложь, что есть правда, знают только боги.

– А где он находится сейчас? – Ли Юн вновь спросил у рассказчика. – Мне бы не помешала его помощь.

Все гости таверны вновь удивлённо посмотрели на чем-то озадаченного хозяина.

– А зачем он тебе? – спросила женщина. – Неужели демон завёлся?

– Нет-нет, я так, – заулыбался Ли Юн. – Никогда не видел магов-даосистов, интересно познакомиться. Они столько всего умеют.

– У нас и разбойников нет, – ответила ещё одна женщина.

– Точно, – поддакнул её спутник. – Боги милуют.

– Конечно-конечно, – засмеялся Ли Юн. – Откуда тут демонам взяться-то. Кому ещё вина, или чая? Есть сладости, рис и овощи, лапша, булочки, мясо, фрукты, – расплывался хозяин в улыбке. – Не стесняйтесь, заказывайте.

– Принеси нам вина! – выкрикнули за столиком справа.

– Нам курятины и сыра! – заказали за другим столом.

– А нам рису с овощами!

– А мне лапши с соусом!

– Бегу-бегу, сейчас всё будет, – весело ответил Ли Юн, и подскочив к двум работникам, грозно глянул на них. – Чего стоите? А ну быстро на кухню, поторопите поваров, а я в погреб за вином.

Оба парня поклонились и поспешили на кухню.

Ли Юн взял фонарь и спустился по лестнице в подвал, подходя к деревянным стеллажам с полками, на которых стояли различные кувшины, мешки и корзины. Он перебирал кувшины, тихо ворча себе под нос:

– Не это, и не это. А вот это на особый случай. Может вот эти два кувшина? Да. Они не сильно крепкие.

Он взял один из кувшинов, а за ним на него внимательно смотрело мужское лицо.

– Оу! – вздрогнул хозяин от неожиданности. – Вы что тут делаете? Сюда посторонним нельзя.

Ли Юн обошёл стеллаж, внимательно осматривая довольно рослого и крепкого воина, который ещё пять минут назад спал за дальним столиком.

– Чего надо? – вновь спросил Ли Юн.

– Кажется, это я вам понадобился, – ответил Го Вэй.

– Вы? – удивился Ли Юн. – Нет, простите господин, я вас не знаю. Я видел, что вы с дальней дороги, и уснули прямо за столом. У нас есть отличные комнаты и недорого.

– Я – Го Вэй, – ответил воин. – У вас завёлся демон?

– О-о-о-о-о, – расплылся в улыбке хозяин. – Признаться, я даже не надеялся вас встретить так быстро. Идёмте наверх, как же будут все рады, когда увидят вас.

Го Вэй грубо схватил хозяина за руку, отчего тот выронил кувшин, и он разбился, а Ли Юн от страха сел на пол, прямо в винную лужу.

– Я не хочу, чтобы кто-то знал обо мне, – наклонился над ним Вэй. – Что на счёт демона?

– Да-да-да, только не бейте, – запинаясь говорил Юн. – Я-я, я вам всё расскажу.

Го Вэй отпустил руку хозяина таверны, а тот боязливо встал на ноги.

* * *

Дайю лежала на кровати. Она пошевелилась и села.

– Что со мной? – не могла понять девушка.

Последнее, что она помнила, это то, что кто-то вошёл в комнату вместе с отцом, а потом ей в рот что-то влили.

У неё болела голова, во рту был горький привкус, отчего ужасно хотелось пить. Она нащупала на низеньком столике кружку, обмакнула палец, и слизнула с него содержимое, но тут же выплюнула, вкус был тем же, что она и ощущала. Её вновь клонило ко сну.

Открылась дверь и вошла мать.

– Нет-нет, не вставай, – Ки подбежала и забрав у неё кружку, дала ей в руку другую. – Вот, выпей чаю. И поспи ещё немного.

Девушка сделала глоток. Это оказался всё тот же странный напиток.

– Мама, что это? – Дайю тут же отдала кружку обратно матери. – Оно противное. Я хочу воды. Я не хочу спать. Скоро придёт Цзыхань. Я должна его встретить.

– Не переживай, мы с отцом его встретим и проводим к тебе.

– Вы согласны выслушать его? – слегка улыбнулась девушка. – Я так рада. Спасибо, мама.

– Конечно, – Ли Ки вновь подставила кружку к губам дочери. – Выпей ещё. Не противься.

– Не хочу, – девушка резко отшвырнула кружку, которая упала на пол.

– Почему ты такая непослушная? – мать насильно укладывала её на кровать. – Ты никогда не была такой.

– Он не демон, вот увидите, он хороший, – чуткий слух девушки уловил чьё-то дыхание. – Папа, ты тоже здесь? – спросила она и насторожилась, повернув невидящий взгляд к двери. – Нет, это не папа, – она нащупала руку матери. – Мама, кто это?

Го Вэй всё это время стоял у двери. В его руке был меч, а на лице царила мимика яростной злости.

– Он исполнял твои желания? – хрипло спросил Вэй.

– Мама, кто это? – вновь спросила девушка.

– Это прославленный мастер Го Вэй, – ответила Ли Ки. – Он поможет тебе и всем нам избавиться от этого демона.

– Что? – испугалась Дайю.

Ли Ки самой было не по себе, когда она увидела этого человека. Она много слышала рассказов про таинственного охотника на демонов. Хоть его и считали героем, но на вид он был пугающим и мрачным.

– Он исполнял твои желания? – Го Вэй повторил вопрос.

– Нет, – уверенно ответила девушка. – Он не демон.

– Лжёшь! – выпалил Вэй, сорвался с места, в два шага оказавшись около кровати. – В твоём теле есть демоническая энергия! Мой меч никогда не ошибается.

Он вытащил меч из ножен и прислонил остриё к шее девушки. Ли Ки завизжала от страха и упала на колени, схватившись за ступни воина, и рыдая завопила:

– Господин, прошу, пощадите. Она слепа от рождения. Она не виновата. Она маленькая наивная девочка, которая не знает жизни, а этот демон соблазнил её. Прошу, не убивайте, она моё единственное дитя.

Меч светился не сильно, лезвие слегка поблёскивало, оказавшись около девушки. Вэй внимательно осматривал её, понимая, что девушка действительно безобидна и слепа, и не мог понять, откуда в ней демоническая сила.

Он вспомнил, как сгусток света вышел из рта его жены. Вероятно, это и было колдовство Цзыханя, которое покинуло тело после смерти Нуин.

Тогда, восемнадцать лет назад, он гнался за Цзыханем целые сутки, шёл по следу персиковых лепестков, оставляемых вихрем на земле, но в итоге потерял его. Его жгло горе, а потом обуяла ненависть и злоба. Он вернулся назад, где оставил тело жены и ребёнка. Но вместо тел он нашёл две могилы. Вероятно, кто-то похоронил их. Отчасти он был рад, что умер и ребёнок, и ему не пришлось его убивать.

От отчаяния, горя и ненависти, он порезал руку своим мечом, и поклялся на мече и на крови:

– Я, Го Вэй, призываю весь мир в свидетели, я потрачу свою жизнь, но найду и убью демона Цзыханя. Я отдаю часть своей крови мечу Поглощающему Души. Да будет так!

В тот же миг кровь впиталась в меч.

Го Вэй отшатнулся от Дайю. Воспоминания, словно видения, растаяли. Он опустил меч.

В комнату вбежал Ли Юн, испуганно смотря на плачущую жену, и дочь, которая бессознательно рухнула на кровать.

– Дайю, – взвыла Ки и села на кровать, обнимая девушку.

– Не тревожьтесь, она спит, – проговорил Вэй и засунул меч в ножны. – Мои зелья сильные, полглотка хватит, чтобы усыпить. Где она должна его ждать?

– Сказала, у входа в таверну, – ответил Ли Юн.

– Нет, пусть он зайдёт внутрь, – решил Го Вэй.

– Но у нас много посетителей. Как же вы его поймаете?

– Насколько я понял, многие хотят меня увидеть, – довольно хмыкнул охотник. – Думаю, помочь тоже не откажутся.