Текст книги "Рассказы о героях Китая"
![](/books_files/covers/thumbs_240/rasskazy-o-geroyah-kitaya-180867.jpg)
Автор книги: Сюэ Фэй
Жанр: Исторические приключения, Приключения
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Мир, обретенный благодаря одному замужеству
С эпохи Западная Чжоу сюнну постоянно угрожали правящей династии в Чжунъюани. Жизнь простого народа в приграничных районах стала очень тяжелой.
При правлении Сюань-ди империя Хань расцвела. Северные племена сюнну из-за внутренних конфликтов, напротив, находились в состоянии кризиса. В конце концов они распались на пять отдельных группировок. Шаньюй одной из них, Ху Ханьсе, всегда поддерживал с династией Хань дружеские отношения и даже приезжал на аудиенцию к императору. После смерти Хань Сюань-ди престол унаследовал Юань-ди. Шаньюй Ху Ханьсе вновь приехал в Чанъань и выразил желание породниться с ханьской династией. Юань-ди согласился и решил выдать за него замуж одну из придворных девиц. Однако ни одна из девушек не желала становиться женой сюнну, и занимавшийся этим делом министр не находил себе места от волнения. В конце концов Ван Чжаоцзюнь, одна из придворных девиц, отважно согласилась на замужество. Когда Чжаоцзюнь приехала к сюнну, ей присвоили титул яньчжи и дали имя Нинху[15]15
Яньчжи – титул старшей жены шаньюя, императрица у сюнну. «Нин» – спокойствие, «ху» – северные племена, сюнну. – Примеч. пер.
[Закрыть], которое означало надежду на то, что она принесет мир.
Ху Ханьсе при поддержке Западной Хань сумел захватить господство над всей территорией сюнну. Он тоже сдержал свое слово и не стал нападать на пограничные земли Ханьской империи. Более полувека между двумя государствами сохранялся мир.
Чжао Чунго, охранявший границы
При правлении Хань Сюань-ди конфликт между народом цян и династией Хань обострился. Предводитель народа цян, Ян Юйдай, окружил вассальное царство Хань – Аньго и вместе с сюнну вторгся в пограничные территории. Он нанес огромный урон местным жителям. Министры то и дело отправляли ко двору письма, умоляя Сюань-ди отправить войско на борьбу с цян, прекратить военные действия на границе и расширить земли династии Хань. Хань Сюань-ди подумал несколько дней и в конце концов решил отправить свою армию, чтобы прекратить мятежи цян. Он обратился к генералу Чжао Чунго, которому на тот момент было уже 73 года, и спросил, кого лучше поставить во главе войска. Чжао Чунго ответил:
– Боюсь, никому в нашем государстве не удастся справиться с войной против цян лучше меня. Государь, прошу, поручите это мне.
– А известно ли тебе, какова сейчас мощь цян? – спросил Сюань-ди. – Сколько солдат ты собираешься с собой взять?
– Недаром говорят: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, – сказал Чжао Чунго. – Я не знаю, как обстоят дела у армии цян. К тому же в военном деле сложно что-то прогнозировать наверняка. Лучше я сначала съезжу на разведку, а потом, зная о реальной обстановке, разработаю план битвы. Цян – хорошие наездники и стрелки, но они предали императорский двор, нарушили небесные и человеческие принципы, поэтому им суждено потерпеть поражение. Не беспокойтесь из-за этого дела слишком сильно, государь.
Выслушав Чжао Чунго, Сюань-ди сразу же согласился с его предложением.
Чжао Чунго во главе с десятитысячным конным войском прибыл в Цзиньчэн и собрался переправиться через Хуанхэ, чтобы продолжить путь на север. Чтобы войско цян не напало неожиданно, пока они переходят реку, вечером Чжао Чунго отправил три небольших отряда из лучших бойцов на переправу первыми. Они должны были заранее занять на противоположном берегу оборонительную позицию и прикрывать основное войско в ходе переправы.
На следующий день войско Чжао Чунго успешно перешло через реку. Они сразу разбили лагерь, готовясь в любую секунду отразить нападение цян. Вскоре к лагерю подъехал воинственно настроенный отряд – более ста цянских конников. Один из командиров предложил начать бой, но Чжао Чунго не дал на это согласия. Он сказал: «Мы слишком долго были в пути, наши люди и кони устали, нам нельзя больше тратить силы. К тому же цян отправили к нам свой легковооруженный лучший отряд – боюсь, они пытаются заманить нас в ловушку. Раз уж мы прибыли сюда биться с воинами цян, наша цель – уничтожить их полностью, а не гнаться за маленькими победами».
Увидев, что в лагере Чжао Чунго сохраняют спокойствие, цянские конники уехали восвояси. Чжао Чунго, ни на что не отвлекаясь, продолжил путь с войском и наконец добрался до Дувэйфу на западе. Он не спешил развязывать военные действия, напротив, каждый день устраивал для своих солдат щедрые пиршества, а если цяны пытались его провоцировать, то и вовсе не обращал на них внимания. Среди нескольких десятков племен народности цян наибольшей мощью обладало племя сяньляней. Узнав об этом, Чжао Чунго решил бросить все свои силы на борьбу с ними. Сяньляни к такому наступлению не были готовы совершенно, и вскоре воины Чжао Чунго уничтожили основные их силы, а выжившие, побросав все вещи, со всех ног бросились к реке Хуаншуй. Дорога к реке была узкой, из-за этого в остатках войска сяньляней воцарился еще больший беспорядок. Один из подчиненных посоветовал Чжао Чунго:
– Господин, давайте воспользуемся возможностью и догоним их!
Однако Чжао Чунго не счел эту возможность подходящей. Он сказал:
– Не нужно гнаться за врагом, попавшим в критическую ситуацию. Мы можем постепенно продолжать их теснить.
В итоге больше половины воинов сяньляней утонуло, и лишь семь-восемь тысяч человек сумели перебраться на другой берег. Когда новость о поражении сяньляней дошла до других племен, они поспешили сдаться династии Хань.
![](i_012.jpg)
Представители народности цян жили в кирпичных домах с плоскими крышами. Рядом с жилыми домами строили башни, чтобы хранить в них зерно и хворост, обороняться от врагов. Высота башен составляла 10–30 метров, встречались четырехугольные, шестиугольные и даже восьмиугольные постройки. Возводили башни в основном из камней и желтой глины. При этом не ставили леса, не использовали тросы, не рисовали чертежей, а полагались только на мастерство и опыт. Башни получались крепкими и стояли веками
Чжао Чунго победил сяньляней, однако не смог полностью покорить это племя. Собравшись на западном берегу реки Хуаншуй, сяньляни готовились в любой момент дать ответный бой. Чжао Чунго тем временем слег от болезни и нуждался в отдыхе. Чтобы обеспечить безопасность границ, он уговорил Хань Сюань-ди основать в этих районах систему военных колонизированных поселений. Основная армия могла отступить, а на месте остался бы только лагерь из десяти тысяч пехотинцев, которые одновременно занимались бы сельским хозяйством и охраняли границы. Обсудив это предложение с министрами, император Сюань-ди дал Чжао Чун-го свое согласие. Спустя два года Чжао Чунго вновь повел солдат в бой против сяньляней, одержав в этот раз окончательную победу.
Император, принесший возрождение
Император Хань Сюань-ди (личное имя – Лю Сюнь) был правнуком императора Хань У-ди. Его деда, бабушку и родителей убили во время мятежа против У-ди[16]16
Когда У-ди было 62 года, у него родился необычный сын (мать вынашивала его четырнадцать месяцев – по легенде, так же появился на свет мифический император Яо). Ходили слухи, что император сделает наследником его, а не старшего сына Лю Цзюя. В это же время против Лю Цзюя плели интриги придворные: они решили обвинить его в колдовстве. Одного из заговорщиков принц убил, другой же сумел сбежать. Лю Цзюя оклеветали перед императором и обвинили в мятеже. После подавления «восстания» из всей семьи Лю выжил только новорожденный сын принца, будущий император Сюань-ди.
[Закрыть]. Ему самому тогда было всего несколько месяцев, но он все равно оказался в тюрьме. Позже Хань У-ди в связи со всеобщей амнистией[17]17
Когда в Древнем Китае происходило очень радостное или, напротив, печальное событие, всем преступникам могли объявить амнистию. – Примеч. пер.
[Закрыть] выпустил его из тюрьмы. Сначала о ребенке заботился преданный слуга Бин, а после, когда обнаружилось, что еще жива его бабушка по материнской линии, Лю Сюня отправили жить к ней.
Лю Сюнь очень любил читать и гулять по улицам Чанъа-ня и его пригородам. Такая погруженность в жизнь простого народа позволила глубоко осознать его горести, а также научила распознавать зло и пороки, даровала жизненный опыт, позволивший в дальнейшем лучше судить об удачах и неудачах правления.
Как раз потому, что Лю Сюань знал о горестях простого народа, унаследовав престол, он лично подавал пример бережливости, приказывал сократить расходы, проводил реформы власти, стабилизировал обстановку в обществе. Династия Хань вновь процветала.
Чэнь Тан подделывает указ императора и побеждает Чжи Чжи
В детстве Чэнь Тан очень любил читать, он на все имел собственное мнение. Его семья была очень бедной – иногда ему даже приходилось просить милостыню, за это все земляки его презирали. В своих скитаниях Чэнь Тан добрался до Чанъаня, где познакомился с Чжан Бо, носившим титул Фупин-хоу. Чжан Бо счел его очень талантливым и порекомендовал на службу к Хань Юань-ди. Несколько лет прослужив чиновником в ранге лан[18]18
Лан – ряд придворных чинов охраны; чиновник небольшого ранга.
[Закрыть], Чэнь Тан попросил, чтобы его отправили с миссией за границу. Некоторое время спустя он в качестве младшего полководца при военном наместнике западных стран поехал в западные земли вместе со старшим полководцем ГаньЯньшоу.
Тогда ситуация в западных землях была крайне сложной. Во время правления Хань Сюань-ди пять шаньюев сюнну сражались между собой за власть. В конце концов один из них,
Чжи Чжи, победил и объединил все пять племен. Затем он убил посла династии Хань. Испугавшись, что император направит против него войска, он бежал в западное государство Кангюй, где женился на дочери местного правителя и сам стал властвовать над местными землями.
Узнав все о Чжи Чжи, Чэнь Тан сказал Гань Яньшоу:
– Этот человек невероятно жесток. Если сейчас мы его не убьем, то он станет правителем всех западных земель. Тогда справиться с ним будет сложнее. Сейчас он в Кангюй, там нет укрепленных городов и нет солдат, которые бы умели стрелять из лука с коней. Давайте созовем тех, кто несет службу на границах, попросим подкрепления отусуней и атакуем его. Он наверняка не сумеет нас победить, бежать ему будет некуда. Прекрасная возможность отличиться!
Несмотря на то что Гань Яньшоу считал предложение Чэнь Тана очень разумным, он все же настаивал на том, что сначала необходимо получить разрешение императора. Чэнь Тан возражал:
– Это очень смелый план, а большинство чиновников при императорском дворе – люди посредственные. Они наверняка решат, что следовать ему нельзя.
Гань Яньшоу все равно решил написать императору, чтобы узнать его мнение. Однако на следующий день он заболел, и дело пришлось отложить.
Чэнь Тан ждал и ужасно нервничал. Болезнь Гань Яньшоу никак не отступала. Тогда он тайком написал поддельный указ от лица императора, в котором было велено направить солдат из пограничного гарнизона на борьбу с Чжи Чжи. Узнав об этом, Гань Яньшоу забеспокоился. Он хотел было помешать Чэнь Тану осуществить сумасбродный план, но Чэнь Тан, свирепо сжимая меч, сказал: «Войско уже созвано, что же мы теперь, распустим всех обратно? Какие из нас полководцы, если упустим такой удобный момент для боя?»
Пришлось Гань Яньшоу послушаться Чэнь Тана и позволить ему вместе с сорокатысячным войском отправиться на север. Когда армия Чэнь Тана начала яростную атаку, Чжи Чжи, одетый в доспехи, вместе со своими женами и наложницами поднялся на городскую башню, чтобы наблюдать за боем. Одна из ханьских стрел задела его по носу, попали под обстрел и наложницы. Пришлось Чжи Чжи быстро спуститься, оседлать коня и бежать в укрытие.
На следующий день Чэнь Тан приказал своим солдатам сжечь город, где прятался Чжи Чжи. Вскоре огонь уничтожил частокол, окружавший город, и ханьские солдаты ворвались внутрь. Охраны у Чжи Чжи не было, остались разве что люди из его свиты. Они почти не могли сопротивляться, и ханьские солдаты быстро убили и их, и самого Чжи Чжи.
Когда весть о произошедшем дошла до Чанъаня, императорский двор закипел от волнения. Однако Юань-ди не только не стал наказывать Чэнь Тана, но и даровал ему титул гуань нэй хоу[19]19
Гуань нэй хоу – князья, у которых не было пожалованных земель, однако они могли взимать налоги с населения определенных территорий рядом со столицей.
[Закрыть]. Чэнь Тан прославился в первом же бою, оставив о себе добрую славу потомкам.
Военное наместничество духуфу в западных землях
Духуфу было высшим административным аппаратом западных земель. В основном оно отвечало за поддержание мира на границах, разрешение конфликтов между разными западными государствами, пресечение вторжений, поддержание общественного порядка и порядка на Великом шелковом пути.
![](i_013.jpg)
Стела на месте расположения Гуйцы – столицы древнего царства на западе Китая (часть территории современного уезда Куча в Синьцзяне)
На рубеже династий Цинь и Хань сюнну основали мощное рабовладельческое государство. В ходе экспансии они завладели коридором Хэси, а также пошли войной на западные земли, оборвав Шелковый путь и установив жестокое господство над разными народами запада.
После того как У-ди взошел на престол, мощь страны невероятно возросла. Он изменил прежние дружественные принципы политики относительно сюнну и решил с помощью военных сил положить конец военной смуте. В первую очередь он отправил в западные земли дипломата Чжан Цяня, чтобы тот объединил местные государства для сопротивления. Затем выставил против сюнну генералов Вэй Цина и Хо Цюйбина и отвоевал коридор Хэси. Чтобы укрепить свое господство в западных землях, ханьская династия основала на всем пути от Дуньхуана до Яньцзэ транспортные станции, создала гарнизоны в Бугуре и Или, защитив тем самым дорогу на запад.
На второй год правления под девизом Шэньцюэ (60 год до нашей эры) западные князья сюнну – жичжу[20]20
Княжеский титул у сюнну. Примеч. пер.
[Закрыть] – объявили о капитуляции. Земли к северу от Тяньшань тоже оказались во владении Хань. В тот же год ханьская династия учредила пост наместника духу, и правление сюнну в западных землях официально завершилось.
Дэн Юй ведет войско на запад и занимает Чанъань
Генерал Дэн Юй жил в последние годы правления Ван Мана. В то время тираны из разных земель самовольно провозглашали себя правителями. Земляки Дэн Юя уговаривали его восстать, однако он не соглашался. Позже император Гэнши-ди дал Лю Сю звание генерала. Дэн Юй понял, что Лю Сю – человек непростой, и отправился в Ечэн, чтобы повидаться с ним. Обрадовавшись знакомству, Лю Сю проявил к гостю большое уважение, приказал всем называть Дэн Юя генералом и предпочитал советоваться с ним по всем важным делам. Впоследствии именно благодаря помощи Дэн Юя Лю Сю стал императором.
В 24 году краснобровые повстанцы[21]21
Изначально повстанцы были против Ван Мана, на стороне Гэнши-ди. При нем они стали чиновниками, однако была очевидна их некомпетентность, это спровоцировало новые мятежи. На подавление одного из восстаний отправили Лю Сю. Он, усмирив повстанцев, заявил, что в регионе еще неспокойно, и остался там, собирая вокруг себя армию. Он сам хотел стать императором. Поэтому, когда происходят описываемые события, он не вмешивается.
[Закрыть] выдвинулись из Ин-чуаня в атаку на Чанъань. Император Гэнши-ди послал на борьбу с ними армию во главе с Ван Куаном, Чэн Данем и Лю Цзюнем. Лю Сю предполагал, что краснобровые собрали многочисленную армию и им наверняка удастся захватить Чанъ-ань, поэтому решил, воспользовавшись моментом, захватить Гуаньчжун[22]22
Гуаньчжун – область, включавшая Чанъань. Лю Сю полагал, что повстанцы сосредоточатся на городе и не заметят, как его армия займет область вокруг, Чанъань же он мог завоевать в последнюю очередь.
[Закрыть]. Он назначил Дэн Юя главнокомандующим головного отряда и приказал совместно с элитными войсками в составе двадцати тысяч человек отправляться в наступление на запад. Кроме того, он разрешил Дэн Юю самостоятельно выбрать себе помощников.
Дэн Юй назначил помощником полководца Хань Синя, советниками – Ли Вэня, Ли Чуня и Чэнь Люя, генералами – Фань Чуна и Дэн Сюня. В первый месяц следующего года Дэн Юй с войском перешел через горы Тайханшань и вскоре занял юго-запад Шаньси, захватив множество провианта и фуража. На юге города Аньи он разбил отправленное Гэнши-ди на помощь войско из нескольких десятков тысяч человек и убил главнокомандующего – Фань Цаня. Тогда генералы Ван Куан, Чэн Дань и Ли Цзюнь, стоявшие гарнизоном в Лояне, со стотысячной армией переправились через Хуанхэ и напали на Дэн Юя. Его армия потерпела несколько поражений подряд, командира конницы Фань Чуна убили. Остальные командиры забеспокоились и сказали Дэн Юю:
– Генерал, давайте мы отступим, а потом уже подумаем, как быть дальше. Если мы продолжим противостоять войскам Гэнши, наверняка потерпим поражение.
Но Дэн Юй без тени сомнения покачал головой:
– Нет. Я – человек принципа, и я не могу отступать. Я иду в наступление до конца.
Поняв, насколько Дэн Юй преисполнен решимости, генералы не стали больше его уговаривать и, по его приказу передислоцировав свои войска, продолжили сражаться с войском Гэнши.
На второй день после их разговора Ван Куан повел всех своих воинов в атаку на Дэн Юя. Дэн Юй же велел своим людям не совершать необдуманных поступков. Когда армия Ван Куана приблизилась к лагерю, генерал сказал: «Нам представилась прекрасная возможность превратить свое поражение в победу. Соберитесь с духом, пусть генералы бьют в барабаны и идут в наступление, а остальные следуют за ними и громко кричат в знак поддержки». Энтузиазм войска Дэн Юя изумил солдат Ван Куана, которые вскоре были разгромлены в пух и прах. В страхе за свою жизнь Ван Куан и остальные командиры бросили воинов на поле боя и обратились в бегство. А Дэн Юю удалось успокоить земли к востоку от Хуанхэ. Далее его войско отправилось в Фэньинь, переправилось через Хуанхэ и добралось до Сяян. Император Гэнши-ди вновь послал против него стотысячную армию, но и ее Дэн Юй сумел победить. К тому времени краснобровые уже заняли Чанъань. Воинская дисциплина у них отсутствовала, и простой народ страдал от мародеров. Прослышав, что у Дэн Юя в армии царит строгая дисциплина, а его солдаты не причиняют вреда мирным жителям, последние начали сбегать к нему. Каждый день к нему примыкали почти тысяча человек.
Подчиненные радостно сказали Дэн Юю:
– Генерал, в пословице говорится, что тот, кто способен завладеть людскими сердцами, завладеет и всей Поднебесной. Смотрите, народ сам идет под наше покровительство. Давайте мы соберемся с духом и отвоюем Чанъань!
– Еще не время, – возразил Дэн Юй. – Да, сейчас у нас много людей, но среди них мало тех, кто имеет военный опыт, и, что важнее всего, нам не хватает военных припасов. А каковы дела у краснобровых? Они только что захватили Чанъань, припасов у них достаточно. Если мы безрассудно вступим с ними в бой, то точно не сумеем победить. Впрочем, у краснобровых нет настоящей армии, это просто сборище грабителей и головорезов. Они не проходили военную подготовку и наверняка не сумеют долго удерживать Чанъань. Давайте мы сначала займем такие обширные и малолюдные территории, как Шанцзюнь, Бэйди и Аньдин. Во-первых, там наши солдаты отдохнут, во-вторых, мы сумеем сделать запас материальных ресурсов. Дождемся, когда краснобровые полностью продемонстрируют все свои слабости, и тогда уже пойдем на них в атаку.
И он повел армию на север, в Сюньи.
Когда Лю Сю услышал, что Дэн Юй не стал вести войско в Чанъань, он отправил ему приказ: «Жители города Чанъаня подверглись тяготам и лишениям. Вам, генерал, следует спасти их, даровать им спокойствие и безопасность».
Получив этот приказ, Дэн Юй взвесил все плюсы и минусы, но все равно не захотел вести армию в Чанъань. Он дождался, когда в стане краснобровых началась внутренняя смута, и тогда сумел отвоевать город.
Двадцать восемь военачальников, чьи портреты выставлены в башне Юньтай
Двадцать восемь военачальников, чьи портреты выставлены в башне Юньтай, – это двадцать восемь генералов, которые помогли Лю Сю (императору Гуанъу-ди) объединить Поднебесную и возродить ханьскую династию. Среди них наиболее известны Дэн Юй, У Хань, Цзя Фу, Гэн Янь, Коу Сюнь.
Впервые их назвали так при правлении императора Хань Мин-ди. Мин-ди в память о преданных подчиненных, которые когда-то помогли его отцу основать династию Восточная Хань, приказал нарисовать их портреты и повесить в башне Юньтай, которая находится в императорском дворце Наньгун в Лояне.
![](i_014.jpg)
«Двадцать восемь военачальников, чьи портреты выставлены в башне Юньтай» – картина эпохи Цин
Однако в список этих двадцать восьми военачальников вошли не все герои. Выбирая двадцать восемь военачальников, Мин-ди придерживался одного принципа: не включать в список людей, состоящих в родстве с императорской семьей. Таким образом он хотел избавиться от досужих разговоров. Например, фубо-цзянцзюнь[23]23
Фубо-цзянцзюнь («полководец, покоряющий волны») – титул флотоводцев.
[Закрыть] Ма Юань совершил множество подвигов, однако его дочь стала женой Мин-ди, и поэтому Ма Юань в список не попал. Двоюродный брат Лю Сю, Лай Шэ, тоже имел множество заслуг, но и его не оказалось в списке. Позже народ сложил легенду о том, что двадцать восемь военачальников, чьи портреты выставлены в башне Юньтай, – это двадцать восемь созвездий китайского зодиака. Эти созвездия некогда спустились с небес в суетный мир и стали людьми.
Дянь Вэй, верно защищающий своего господина
А янь Вэй был главным силачом в армии Цао Цао. В солдатской пословице «У шатра полководца бдит силач Дянь, в руке он держит шуанцзи[24]24
Шуанцзи – парное оружие с заостренным наконечником и двумя лезвиями справа и слева в виде полумесяцев. – Примеч. пер.
[Закрыть] весом в сорок килограмм» говорится как раз о нем.
В 194 году, первом году правления под девизом Синпин, Цао Цао пошел в карательную экспедицию против Люй Бу в Лоян. Изначально он планировал напасть ночью и выкрасть военные запасы Люй Бу, но попался в силки противника, будучи атакованным с двух сторон. Когда положение, казалось бы, стало безвыходным, Дянь Вэй бросился вперед под градом стрел и с такой легкостью, будто бросает перышко, метнул двузубую алебарду, одним ударом сбросив с коней более десяти бойцов. Испуганное войско Люй Бу отступило, и Цао Цао получил возможность покинуть поле боя. По возвращении он сразу же выдвинул Дянь Вэя на пост военачальника дувэй и приблизил к себе, приказав во главе с телохранителями патрулировать территорию вокруг его военного шатра.
Дянь Вэй был крайне благодарен Цао Цао за покровительство. В каждом бою он рвался вперед, стремясь идти напролом, а когда сражений не было, все равно проводил все время в военном лагере. Днем он тренировал бойцов и патрулировал окрестности, а ночевал в шатре. Домой он возвращался очень редко. Зная о безмерной преданности Дянь Вэя, Цао Цао ему благоволил.
На следующий год Цао Цао отправился на юг, в Цзинчжоу. Путь его пролегал через Ваньчэн. Местный военачальник Чжан Сю, чье войско в то время оккупировало Ваньчэн, по собственной инициативе капитулировал перед Цао Цао. Обрадовавшись этому, правитель организовал пиршество, чтобы поприветствовать Чжан Сю и его командиров. На протяжении всего застолья Дянь Вэй со своим большим топором ни на шаг не отходил от Цао Цао, а когда правитель подходил к кому-то, чтобы поднести вино, Дянь Вэй с топором в руках шел следом и сверлил взглядом собеседника Цао Цао. На пиру Чжан Сю и его люди были так напуганы, что не осмеливались даже поднять головы.
Цао Цао сумел занять Ваньчэн, не потеряв при этом ни одного солдата. Он был очень рад этому, но заодно решил силой завладеть невесткой Чжан Сю[25]25
Чжан Сю был покровителем вдовы своего дяди, речь идет о ней.
[Закрыть], Цзоу, сделав ее младшей женой. Это вывело Чжан Сю из себя: он счел, что Цао Цао ужасно оскорбил его, и, по совету Цзя Сюя, поднял бунт и внезапно напал на Цао Цао.
Однажды вечером Цао Цао пил вино и вел приятные беседы с новой женой. Он наслаждался песнями и танцами, когда в его покои внезапно ворвался Чжан Сю со своими солдатами. Началась резня. Вскоре под мечами захватчиков пали старший сын и племянник правителя – Цао Ан и Цао Аньмин. Сам Цао Цао ловко вскочил на ноги и выбежал через задний ход, добрался до конюшни, оседлал коня и стремглав унесся прочь, оставив Дянь Вэя сражаться с солдатами Чжан Сю, биться не на жизнь, а на смерть.
Дянь Вэй всегда строго спрашивал со своих бойцов, и каждый из его телохранителей в одиночку стоил десятка простых солдат. Они сражались с неимоверной отвагой, не позволяя врагам прорваться к заднему ходу. Войско Цао Цао, увы, было совершенно не готово к такому повороту событий, а вот вражеские силы с каждой минутой лишь росли. Постепенно отряд Дянь Вэя начал сдавать под натиском врага. Глядя, как его бойцы падают замертво один за другим, Дянь Вэй потерял терпение. Он крепко сжал алебарду и, размахнувшись ею, одним ударом переломил сразу дюжину вражеских пик. Но на этот раз враг заранее подготовился к бою. Воины не страшились мощи Дянь Вэя, они навалились на него со всех сторон и начали биться врукопашную. Дянь Вэй получил тяжелое ранение, но все равно продолжал отважно сражаться. Он схватил в каждую из рук по солдату и стал размахивать ими, как оружием, свирепо наступая на неприятеля. Тут враг действительно испугался и на мгновение отступил. Дянь Вэй воспользовался этим шансом, вырвал у одного из противников пику и, сделав несколько выпадов в разные стороны, уничтожил еще нескольких солдат. Затем он, с ног до головы покрытый ранами, вдруг зарычал и страшно выпучил глаза. Гневный рык его постепенно стихал, точно так же, как иссякала льющаяся изо рта кровь. В конце концов он упал на колени, повалился на землю и умер. Дождавшись, когда Дянь Вэй окончательно перестанет подавать признаки жизни, враги медленно приблизились к нему, отрезали его голову и начали передавать из рук в руки. На лице его сохранялась все та же отчаянная ярость, что и при жизни.
![](i_015.jpg)
Маска Дянь Вэя в пекинской опере(основной цвет – желтый.
Желтые маски носят отважные, доблестные персонажи)
Цао Цао к тому времени уже успел добраться до Уинь. Узнав, что Дянь Вэй умер, он разрыдался и тотчас же за огромное вознаграждение нанял шпиона, чтобы тот проник в Вань-чэн и выкрал его останки. После он лично вернул тело Дянь Вэя на родину и похоронил его. И с тех пор каждый раз, когда его войско проходило мимо могилы Дянь Вэя, Цао Цао сходил с колесницы и кланялся ей, приносил богатые жертвы. Чтобы утешить душу Дянь Вэя на небесах, Цао Цао назначил его сына, Дянь Маня, начальником войскового приказа и сделал его своим приближенным. После того как престол унаследовал Цао Пи, он повысил Дянь Маня до военачальника округа и пожаловал ему титул хоу внутристенных земель. Так отец и сын Цао отблагодарили Дянь Вэя за его преданность.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?