Текст книги "Темные боги. Книга 1. Сумеречный город"
![](/books_files/covers/thumbs_240/temnye-bogi-kniga-1-sumerechnyy-gorod-281485.jpg)
Автор книги: Тара Сим
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)
– Ох ты ж! – сказал знакомый голос. – Хотела немного побыть в одиночестве, и что я вижу?
Николас с Таисией быстро отступили друг от друга.
Анжелика, скрестив руки на груди, стояла под веткой с плодами лимона и в этот момент напоминала садовую скульптуру – бордовое платье, золотисто-коричневые нити в волосах и сигил дома Мардова под воротником, на котором были изображены все четыре элемента.
– Не могу поверить, что ты вышла в таком виде из дома, – заметила Таисия.
Анжелика сплюнула, а Николас вздохнул и сжал переносицу между большим и указательным пальцами.
– Прошу, только не сегодня…
Анжелика ткнула пальцем в сторону Таисии:
– Знаешь, Ластрайдер, если бы ты не была учтива со мной, я бы не задумываясь объявила всем, что застала тебя в пикантном положении.
– О, сейчас умру от страха, – невозмутимым тоном вставила Таисия.
Однако надо признать: если бы Анжелика воплотила в жизнь свою угрозу, это было бы настоящим скандалом и люди судачили бы об этом до конца года как минимум. Предполагалось, что дома сотрудничают, но не заключают союзов. То, что они происходили от рода монархов Ваеги и, стало быть, все могли претендовать на трон, естественно, не способствовало заключению каких бы то ни было союзов.
– Мне показалось, что вы все пошли примерно в одну сторону, – произнес женский голос, сопровождаемый характерным тихим звоном колокольчиков. – Дуэль еще не началась?
Из-под ветки лимонного дерева вынырнула Риша. В этот день она, в черном с золотом и вышитом цветами сари, была номинальной главой своего дома. Черные блестящие волосы были заплетены в косу, которую она перебросила через плечо на грудь. Золотые серьги в ушах, очень похожие на миниатюрные канделябры, перекликались с сигилом дома Вакара – черепом в окружении лепестков бархатца.
– Начнется, если не уведешь одну из них отсюда, – сказал Николас.
– Глупость какая, – хмыкнула Анжелика. – Я скорее умру, чем останусь здесь в обществе этих тискающихся идиотов.
Таисия хрустнула костяшками пальцев.
– Это легко организовать.
Николас слишком поздно заметил, что Умбра оставила Лукса и обвилась вокруг упавшей веточки. Тень-фамильяр подняла эту веточку и начала тыкать ею в плечо Анжелики. Анжелика раздраженно отмахнулась.
– Ты лучше перестань дразнить меня этой своей тенью.
– Да? А если не перестану? – растягивая слова, спросила Таисия. – Что ты сделаешь? Земля разверзнется у меня под ногами? Тебе для этого разве не нужна виолончель или гобой?
Анжелика зло засверкала глазами, а Риша, вздохнув, взяла веточку и сломала ее пополам.
– Хватит. Мы уже не дети. И вы обе должны выказывать больше уважения друг к другу.
– Да я лучше в жерло вулкана прыгну, – заявила Анжелика.
– С удовольствием бы на это посмотрела, – сказала Таисия.
Николас переглянулся с Ришей и тряхнул головой.
Эти две, с тех пор как достигли возраста, когда их стали допускать на празднества, всегда были такими, и все попытки их изменить ни к чему не приводили.
Риша перевела взгляд на копье Вестник Солнца:
– Мои поздравления, Ник. С вручением копья и с твоей новой миссией.
– С миссией? – Таисия нахмурилась. – Об этом с тобой говорил король?
Анжелика уже повернулась, чтобы уйти, но, услышав последнюю фразу Таисии, замерла на месте.
Николас медлил с ответом.
Кто знает, о чем она расскажет своей матери? Но, с другой стороны, это все равно скоро станет всем известно.
Под шорох крон деревьев он рассказал им о специальном отряде.
– Не знаю, почему его величество решил выбрать меня. Ему было бы лучше обратиться с этим к моему отцу.
– Кто бы сомневался, – пробормотала Анжелика.
– Ты наследник дома Киров, – уверенно сказала Таисия и ткнула Николаса пальцем в грудь. – У тебя есть сила. И влияние.
– Это проверка, – согласилась Риша. – Его величество еще не выбрал, какой из домов станет его преемником. Ты прошел ритуал общения с твоим богом. Теперь его величество хочет посмотреть, на что ты способен.
* * *
Николас внутренне содрогнулся, вспомнив, как накануне стоял на коленях в базилике и не чувствовал даже намека на силу своего бога.
Таисия заметила, как он поморщился, и положила руку ему на плечо:
– Ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь. Только попроси, сделаю все, что смогу.
– То есть будешь помогать другому дому добиться расположения короля?
– Слушай, я не наследница дома Ластрайдеров, так что, кому и как помогать, это мое личное дело.
Слова Таисии задели Николаса, и он не мог понять, что задело больнее – ее напоминание, что она не несет такой же груз ответственности, какой несет он, или ее предложение помощи, как будто подтверждавшее его внутреннее убеждение в своей слабости.
– На мою помощь не рассчитывай, – сказала Анжелика, как будто кто-то ее об этом просил. – Но я действительно надеюсь, что ты справишься с возложенной на тебя миссией.
После этого она кивнула Рише и Николасу, показала пальцами неприличный жест Таисии и ушла из лимонной рощицы.
Риша, глядя ей вслед, покачала головой:
– Я буду снабжать вас информацией, всей, какую только смогу добыть. Похоже, заклинатели испытывают свои возможности.
Она рассказала Николасу и Таисии о ходячем скелете, о круге с семиконечной звездой внутри и о том, кто его начертил.
– Мужчина в маске-черепе, – пробормотал Николас. – Это полезная информация.
Риша кивнула, и Николас с Таисией направились из лимонной рощи обратно на празднество при дворе.
Таисия приобнимала Николаса за талию, как будто опасалась, что он может упасть. Когда они выходили из рощицы, у Николаса под ногами что-то хрустнуло. Он наклонился и увидел браслет в виде косички, сплетенной из четырех цветов королевств – черного, золотого, серебряного и красного. К браслету был подвешен серебряный амулет в форме дерева.
Николас подобрал браслет-амулет. Тот был перепачкан в земле, и, судя по потертостям, его носили не один год.
Николас огляделся, пытаясь понять, кто мог его обронить, и тут почувствовал, как будто кто-то защекотал по его затылку. Медленно он поднял голову и посмотрел на Костяной дворец. Башни с павильонами по четырем сторонам купола и сверкающие на солнце крестоцветы делали дворец похожим на паука, который как будто бы смотрел на Николаса сверху вниз.
Но Николас был уверен: это не какой-то там паук. Прищурившись, он посмотрел на дворцовые окна, но из-за яркого солнечного света не смог ничего разглядеть.
– Всем внимание! Слушайте его величество Фердинанда Аккарди! – выкрикнул кто-то из центра двора рядом с фонтаном.
Один из советников короля с низким поклоном шмыгнул в сторону, а Фердинанд с бокалом игристого вина в руке вышел вперед:
– Благодарю вас за то, что празднуете со мной уход лета и приход поры богатого урожая. К наступлению Ночи богов мы пожнем плоды нашей щедрой земли.
Вежливые аплодисменты.
Николас заметил, как стали, как будто чувствуя неловкость, переминаться с ноги на ногу представители аристократии. Фердинанд не собирался признавать, что щедрого урожая, о котором он упомянул, на самом деле может и не быть и что с каждым годом он будет все более и более скудным. Но тема Запечатывания на такого рода празднествах была табу, а вот фривольность и невоздержанность в еде и питье очень даже приветствовались.
– Предлагаю поднять тост за трудолюбивых горожан и фермеров. Они заслуживают этого. Но хочу предложить тост и за наши благородные дома, благодаря которым в нашем городе, в нашем королевстве сохраняется баланс, сохраняется гармония. – Фердинанд выше поднял бокал, и все во дворе последовали его примеру.
Горожане за оградой дворца, привлеченные громкой речью короля, стали подходить ближе к воротам.
– Наступили трудные времена, – продолжил Фердинанд. – И есть люди, которые должны на это ответить.
В толпе при дворе начали переговариваться. Заклинатели беспокоили аристократию не меньше, чем простолюдинов.
– И в связи с этим, – король Фердинанд широким жестом указал на Леззаро, – наш дорогой прелат желает сказать нам кое-что об этих персонажах.
– Ваше величество, благодарю за оказанную честь, – сказал прелат Леззаро.
Камилла с довольным видом улыбнулась:
– Да, давно запрещенная практика заклинаний снова начала применяться, и это действительно вселяет тревогу. Как вы все знаете, эта практика сопровождается мрачной историей вызывания демонов. – (В толпе снова начали недовольно переговариваться.) – Но пока что мы никаких демонов не видели. Вместо них мы видели людей, которые занялись магией от отчаяния. И, поскольку магия, как правило, неуправляема, ее применение несколько раз приводило к непредвиденным сложностям.
Прелат кивнул в сторону глав домов, как будто ожидал, что они согласятся с этим его тезисом. Николас заметил, как отец на секунду сердито сдвинул брови.
– Существует мнение, что эти люди – радикалы, – продолжал Леззаро, – но я верю, что ими далеко не всегда движет злоба. Я верю, что за их действиями стоит нечто большее, чем просто страсть к оккультизму. И поэтому, начиная с сегодняшнего дня, любому, кто будет арестован как заклинатель или по обвинению в связи с ними, будет гарантированно предоставлено убежище, которое находится под моей опекой.
Таисия резко втянула воздух сквозь зубы. С площади донесся громкий ропот не поверивших своим ушам людей. Аристократы с детства были приучены не выставлять напоказ свои эмоции, и тем не менее Николас заметил, как у нескольких буквально отвисли челюсти и еще больше изумленно ахнули.
– Что он такое говорит? – прошипела Риша. – Они – преступники. Из-за них пострадали горожане!
– Может, он хочет их всех собрать в одном месте, пока они еще бед не натворили, – предположил Николас.
По Фердинанду было видно: он не предполагал, что выступление прелата пойдет в эту сторону; лицо его ничего не выражало, а вот шея побагровела.
– И что с ними делать, в этом его убежище? – требовательно спросила Риша.
У Николаса появилось дурное предчувствие. Он не мог понять, знал ли прелат о том, как его слова подействуют на короля и на собравшуюся на празднество публику. А потом вспомнил, как Леззаро посмотрел на него в базилике, – тогда это было как бальзам против отцовского гнева.
Возможно, у этого человека имелся план и он прекрасно понимал, что и зачем делает.
Вся надежда была только на это.
V
![](i_007.png)
Когда Риша вышла на балкон, Таисия уже сидела за персональным столиком. Сопровождавший Ришу официант поклонился и тихо сказал, что скоро вернется принять у них заказ.
Таисия, как обычно, сидела так, чтобы занять как можно больше места: одну руку положила на перила террасы, а ногу вытянула под столом. Стоило ей повернуться к Рише, улыбка сразу превратилась в зевок.
– Утро доброе, – не очень внятно поздоровалась она. – Не рановато ли для встреч?
Риша села напротив нее и посмотрела на серое небо. Было действительно рано, но она не хотела, чтобы кто-нибудь увидел их вместе. К тому же она по опыту знала, что за серьезным разговором лучше скармливать Таисии что-нибудь вкусное.
Кафе «Дафна» располагалось в одном из самых богатых районов города поблизости от Костяного дворца. Столики на улице уже были заняты людьми, которые хотели пусть и дорого, но зато неспешно и с комфортом позавтракать. В витринах магазинов начали раздвигать шторы, где-то неподалеку закатил истерику ребенок.
Глядя на эту картину, трудно было даже представить, что в их город закрадывается настоящая угроза или что земли за его стенами начинают медленно умирать.
– Плохо сплю после Дня осеннего равноденствия, – сказала Риша, раскладывая на коленях белую льняную салфетку. – Уже несколько часов как на ногах.
Таисия хмыкнула. Она хорошо понимала, почему Риша пригласила ее в это кафе. Обычно при серьезном настрое она хмурилась и была молчалива, но сейчас просто нервно постукивала пальцами по перилам балкона и перекладывала с места на место столовые приборы.
– Ты как? – спросила Риша, в надежде, что ее вопрос немного расслабит Таисию.
– Ровно так, как и следовало ожидать, – расплывчато ответила Таисия. – Во всяком случае, получше твоего.
Риша закатила глаза, но приободрилась, услышав смех Таисии.
– Расскажи, что тебя беспокоит?
Риша собралась ответить, но тут к ним подошел официант. Быстро сделали заказ: Риша – яйцо кокот, Таисия – тарелку с печеньем-ассорти и кофе.
Когда официант ушел, Риша подалась вперед и, понизив голос, сказала:
– Меня беспокоит, что у прелата могут быть скрытые мотивы. Что он не просто так гарантирует заклинателям убежище.
Она вспомнила человека в маске-черепе и не в первый раз пожалела, что стражники не смогли его поймать.
– Возможно, он просто хочет узнать, что они замышляют, и только потом избрать для них наказание.
– Но послушать его, так он вообще не хочет, чтобы они понесли наказание за содеянное. – Риша поправила серебряные браслеты на запястье, как будто их перезвон мог снять ее тревожность. – Кто знает, на что еще способны эти заклинатели? Что, если они способны оживлять мертвых, как мы? Зачем им останавливаться? Что, если… – тут она заговорила еще тише, – что, если они вызывают демонов?
Вот теперь Таисия нахмурилась:
– Ри, не гони так. Ты сказала нам, что они на данный момент способны только вселить духа в скелет, так? Тут и об армии думать смешно, не говоря уже о каком-нибудь там демоне.
Риша поднесла палец к губам – подоспел заказ. Таисия совсем как Данте изобразила на лице улыбку и поблагодарила официанта, а Риша с унылым видом уставилась на свою тарелку.
– Ты спешишь с выводами, – сказала Таисия, когда они снова остались одни, и отпила маленький глоток кофе. – Может быть, все не так плохо.
Риша взяла тост и обмакнула его в яйцо кокот, но есть так и не стала.
– В смысле, не так плохо?
– Может… – Таисия закусила нижнюю губу. – Заклинатели пытаются сделать что-то полезное?
– Что? – Риша выронила тост. – Полезное? Разрушая дома, воруя тела, причиняя вред горожанам?
– Они пробуют. – От того, как Таисия это сказала, у Риши появилось ощущение, будто она что-то скрывает. – Леззаро не хочет выносить приговор, пока не узнает, над чем именно они экспериментируют.
– Я думала, после того что они устроили возле дворца, все вопросы отпали.
– Может, и так. – Таисия с задумчивым видом посмотрела на свою чашку с кофе, к печенью она даже не притронулась. – В любом случае удобнее говорить, что людям все это не нравится. И я понимаю, почему тебе это не нравится.
– А тебе нравится?
– Я этого не говорила.
Риша тяжело вздохнула:
– Я хотела поговорить с прелатом, но отец сказал, что не стоит. Сказал, что король установит за ним наблюдение, и если кого-то из Вакара с ним увидят, то это бросит тень подозрения на весь наш дом.
Таисия хмыкнула:
– И ваши претензии на трон серьезно пошатнутся? Даже для дочерей?
Риша не могла понять, почему после этих слов почувствовала себя неловко, ведь, по идее, она должна была гордиться своим статусом наследницы.
– Дома должны работать вместе, а не друг против друга, – сказала Таисия.
– Они уже работают вместе.
«Мы, по крайней мере, точно».
– Но не так, как следовало бы. Главы домов ненавидят друг друга, для них собственные дети – что-то вроде местоблюстителей трона. – Тут Таисия вспомнила, что Риша одна из наследниц, и добавила: – Извини.
А Риша постаралась выкинуть из головы воспоминание о брачном союзе, который ей предлагала мать.
– Даже если так, наш долг – служить королю.
Таисия открыла рот и сразу закрыла. Солнце начало пробиваться сквозь облака, но вокруг нее все равно возникла какая-то серая дымка.
– Да, конечно, – пробормотала Таисия. – А ты, как я погляжу, самая что ни на есть верноподданная.
Но на комплимент это не было похоже, скорее наоборот.
* * *
Когда Таисия вернулась на виллу, обеденный стол из красного дерева в столовой уже согрели солнечные лучи. Елена, мать Таисии, завтракала и одновременно посматривала новости в «сплетнике». Увидев дочь, отложила «сплетник», а та бухнулась на свое обычное место за столом.
– И где ты была в такую-то рань? – строго спросила Елена.
Ее черные волосы были убраны в низкий пучок на затылке, золотые серьги так и сверкали на фоне темно-коричневой кожи.
– Решила, будет неплохо немного прогуляться, кровь разогнать, почувствовать себя живой, пока бродячие духи не взялись за свое.
Мать попыталась испепелить ее взглядом, но Таисии это даже понравилось. Она взяла дольку дыни и откусила кусочек, а потом, хотя уже позавтракала с Ришей, положила себе на тарелку вареные всмятку яйца, помидоры с зеленью и сдобную булочку, присыпанную корицей и сахаром.
– В такой ранний час ты обычно не богохульствуешь, – заметила Елена и вернулась к «сплетнику».
В «сплетниках», которые распространялись по городу, печатались самые «сочные» новости Нексуса. Ухоженная до кончиков ногтей Елена с ее гордой осанкой была полной противоположностью тем, о ком в них писали.
– После речи прелата в благородных домах только об этом и говорят, – спустя какое-то время сказала она и, вздохнув, отложила «сплетник». – Эти еретики похитили недавно почившего мужа донны Бланки.
– Ты хочешь сказать – ее пятого мужа.
– Таисия, я тебя умоляю. Это событие весьма потрясло бедную женщину. – Елена покачала головой. – Говорят, его тело обнаружили на парадном крыльце особняка со сломанной шеей. Учитывая, что он умер от инфаркта, это более чем странно.
Таисия нахмурилась и мысленно вернулась к разговору с Ришей. Ее подруга была очень обеспокоена из-за того, что уже натворили заклинатели, и из-за того, что они еще способны натворить. Вспомнила о мастерской Данте и о его бесконечных неудачных попытках вызвать богов. Риша была права, тут было из-за чего волноваться.
– Думаешь, Фредди отменит грядущее празднество из-за того, что произошло на последнем? – спросила Таисия и откусила кусочек от сдобной булочки.
– Не называй его так, – строго сказала Елена. – Он твой король. И конечно, он ничего не отменит. Ночь богов – это слишком важно, чтобы ее отменять.
– Еще бы, разве какой-то восставший заклинатель может послужить помехой для пиршества?
В столовую, почти бесшумно ступая, вошла младшая сестра Таисии. Они обе уродились в мать: смуглые и стройные, вот только Брайли была хрупкой, а Таисия – в отца – высокой и широкоплечей. А еще Брайли унаследовала от Елены манеры и грациозность. Таисия подозревала, что поэтому ее младшая сестра и была любимицей матери.
Брайли поцеловала мать в щеку, села за стол и положила себе на тарелку фрукты и сыр.
– Доброе утро, Би. – Таисия подалась вперед.
– И тебе, – сдержанно ответила Брайли.
Елена вопрошающе посмотрела на Таисию, та в ответ пожала плечами.
В столовую вошел отец.
В этот день на нем были темно-синие панталоны, камзол и накидка, которую, тут Таисия не сомневалась, подобрала ему Елена. Если бы отец одевался на свой вкус, он бы в мешковине ходил и думал, что это очень стильно и богато.
– Доброе утро, мои голубки! – Кормин поцеловал всех в щеки, так что при этом они почувствовали, что он уже как минимум день не брился.
Кормин Ластрайдер, по рождению Кормин Лоренцо, происходил из благородного семейства Нексуса. Из трех претендентов на звание супруга Елена выбрала его, и все благодаря доброму нраву и легкому обхождению.
– Так рано уходишь? – спросила Елена; ее фамильяр скользнул по столу к абрикосовому джему. – Встреча с его величеством только после полудня.
– Я помню, сейчас иду на конференцию с гильдией западных купцов. Их несколько волнует, как вести дела теперь, после… того заявления. – Кормин откашлялся. – Не беспокойся, я разберусь с их жалобами. Помолись Никсу, чтобы я вернулся с двумя ушами.
– Уверена, у Никса и без твоих ушей забот хватает. Если немного подождешь, Таисия составит тебе компанию.
Таисия чуть кофе не поперхнулась. Чем встретиться с доном Кермином, она бы скорее прыгнула в пасть к акуле. Да еще она должна выйти замуж за его рябого сына, при том что однажды сбежала с вечеринки, чтобы целоваться с его дочерью.
– Я планировала просмотреть письма министра торговли Паритви, – как можно спокойнее сказала Таисия, – они там нервничают из-за своих каменоломен. Так что пока я занята составлением ответа, чтобы договориться о сделке насчет наших угольных кристаллов.
– Хорошо. – Елена поджала губы и кивнула. – Но по возвращении из дворца я хочу увидеть результат.
– Так и будет.
– Я серьезно. К концу дня, а не к концу недели.
– Мама, в чем дело? Ты как будто мне не доверяешь. Думаешь, я настолько ничтожна, что не справлюсь с бумажной работой?
Таисия улыбнулась, вернее, показала зубы. Она хорошо знала, как больнее уколоть Елену, и давно решила стать громоотводом для материнского гнева, чтобы он не падал на Данте и Брайли. И вообще, у нее появилась неприятная тяжесть в желудке, она просто не осилила бы еще одну чашку кофе.
Елена так решительно поставила чашку с чаем на блюдце, что Брайли с Кормином даже поморщились.
– Данте – наследник, но это не значит, что ты не должна помогать ему с делами. Тебе следует более ответственно относиться к своим обязанностям, особенно теперь, когда Нексус переживает такие тяжелые времена.
– Я очень даже серьезно к ним отношусь. Я ведь ходила на тот сбор средств, разве нет?
– Это на тот, где ты ткнула дона Жеральди вилкой?
– Я бы не прибегла к этому приему, если бы он не распускал руки. К тому же Данте лучше меня умеет разговаривать с донами и доннами.
– Снова говорите обо мне у меня за спиной?
В комнату неспешной походкой вошел Данте, как будто сестра призвала его с помощью круга заклинаний.
– Как всегда.
Данте поцеловал сестер в щеки, но Брайли почему-то нахмурилась. Отец похлопал сына по плечу и ушел улаживать вопросы с купцами.
Данте садиться не стал, просто схватил сладкую булочку и налил себе чашку кофе.
– Дел полно, надо приступать.
– Уверена, ты мог бы потратить пару минут на завтрак, – сладким голосом сказала Елена.
– Увидимся за обедом! – Данте отсалютовал дымящейся чашкой и вышел из столовой.
– Что ж! – Елена постаралась скрыть разочарование. – Он хотя бы несет свою ношу.
А Таисия подумала: что сказала бы мать, если бы узнала, что Данте не оставляет времени необходимость совмещать обязанности наследника и эксперименты с заклинаниями?
В комнате потемнело, в углах собрались тени. Брайли обеспокоенно поглядывала на мать и сестру. Таисия допила кофе и вышла следом за Данте, забрав с собой несколько теней.
Она поднялась по одной из винтовых лестниц в вестибюле. Перила поблескивали в свете подсвечников. Интерьер виллы был мрачным, но изысканным – черный камень и мрамор, яркая плитка и немного серебра.
Над всеми дверными проемами в жилых залах были установлены замковые камни[15]15
Замко́вый камень – клинчатый камень кладки в вершине свода или арки.
[Закрыть] с изображением луны в ее разных фазах.
Таисия взглянула на молодую луну над кабинетом Данте и вошла внутрь.
– Занят, да?
Данте вздрогнул от неожиданности. Окно у него за спиной было завешено тяжелыми синими шторами. На столе перед Данте лежала раскрытая книга.
– Я сколько раз говорил тебе, что, перед тем как войти, надо постучать?
– Это же твой кабинет, а не спальня. Меня должно волновать то, чем ты здесь занимаешься?
Данте хмыкнул и закрыл книгу.
– Как поболтала с Ришей?
– Она нервничает, но это можно понять.
– Ты спросила ее насчет кальцефита?
Таисия часто заморгала – она совсем забыла снова поднять этот вопрос.
– Она уже сказала: нет, и всё. Ты же ее знаешь. А в свете того, что сейчас происходит, моя настойчивость могла вызвать у нее подозрения.
– Да, пожалуй. Но я бы очень хотел его заполучить. Тхана не смогла бы проигнорировать такое сильное подношение.
– Смогла бы… и сможет. Данте… – Таисия села на край стола и скрестила руки на груди. – Ты уверен, что тебе следует продолжать этим заниматься?
– Что тебя беспокоит? – мягко спросил Данте.
– Меня беспокоит, что твои эксперименты могут выйти из-под контроля. То есть я хочу сказать: вдруг ты однажды допустишь промах и на вилле появится целая орда духов?
– Я не допущу…
– Знаю, ты не пытаешься овладеть некромантией или чем-нибудь вроде того. Но сама эта практика очень опасная, и запретили ее не просто так. Тому была причина, и эта причина – демоны.
У Данте дрогнул уголок рта.
– Ты думаешь, я могу случайно вызвать демона?
– Нет, но…
Таисия вздохнула. Нокс, фамильяр Данте, соскользнул с его запястья и, переместившись на запястье Таисии, начал дразнить Умбру, пока та не пустилась за ним в погоню по кабинету.
– Я не хочу, чтобы ты с ними связывался.
Данте встал, обошел стол, присел рядом с сестрой и слегка толкнул ее плечом:
– Это на тебя не похоже. Такая искренность меня даже пугает.
– А меня пугает твое лицо.
– Брось, Тая, со мной все будет хорошо. И ты же слышала Леззаро. Никто из подозреваемых в связи с заклинателями не будет наказан, пока он не даст на это своего согласия.
– А тебе это не кажется странным? – Видит Никс, Риша смогла забраться к ней в голову. – После всего, что они уже натворили?
– Может, он хочет дать им второй шанс или как-то изменить?
– Фердинанду эта идея не особо понравилась, – немного подумав, сказала Таисия.
– Фердинанд вообще редко бывает доволен, – лицо Данте стало непривычно суровым, – но даже он понимает, что ему полезно нравиться благочестивым людям.
Богослужение в Ваеге всегда было обязательным, дети узнавали о богах, едва выбравшись из колыбелек. И почитать богиню их мира, Дейю, было недостаточно. Когда-то людей Ваеги благословили все четыре бога, так что каждый из них заслуживал своей молитвы.
Их северные соседи в Паритви ценили только данные им Дейей элементы. В западной империи, Азуне, подход был таким же, но из-за многочисленных войн и внутренних конфликтов империя раскололась на части. Азуной правила императрица, ее предшественница после Запечатывания пятьсот лет назад публично отреклась от богов. На улицах Нексуса глашатаи и мальчишки-газетчики во весь голос повторяли ее знаменитую речь.
«Если боги не могут и не смогут нас услышать, тогда у нас не остается выбора – мы тоже отвернемся от них. Теперь мы сами по себе, и это их рук дело».
Но Ваега была Святым Королевством, и дома представляли четыре мира. Нексус был портальным городом Витае, особой точкой, в которой уравновешивались все миры. Его называли Сумеречным городом, поэтому что на сетке Космического Масштаба он располагался между Ноктусом и Соларой. Фердинанд не стеснялся этим хвастать, а другие земли без колебаний соглашались, что из-за этого Ваега превосходит их все.
– Мы не можем продолжать жить в умирающем мире, – спокойно сказал Данте. – Не можем притворяться, будто король – лучший из людей и ведет Ваегу к счастливому будущему. Если прелат и заклинатели ищут выход из этого положения, нам не следует от них отмахиваться.
Сомнения Таисии частично рассеялись. Она восхищалась идеалами брата, его желанием увидеть новую Ваегу, рожденную из старой, косной, которая считала допустимым называть себя святой и так связала себя с благочестием, что ее жители редко покидали базилики.
Боги оставили их. Пришло время последовать примеру Азуны и забыть о них навсегда. После крушения трона дома смогут сформировать парламент, как в Паритви, который будет представлять народ Ваеги. Таисии нравились эти идеи, она не хотела быть пешкой в политической игре, как не хотела, чтобы дома продолжали играть друг против друга.
Только кровь богов привязывала Таисию к ее дому, и она с радостью вышла бы из системы, к которой никогда не хотела принадлежать.
Таисия вдруг вспомнила, как Риша говорила, что хочет побеседовать с прелатом, но отец ей запрещает. Верность Риши дому и трону еще не подвергалась испытанию, но они с Данте не сомневались в своей правоте.
– А если мы спросим его напрямую? – предложила Таисия.
– Кого?
– Леззаро. Мы же хотим знать, что он задумал? Так давай встретимся с ним и спросим. Мы – наследники Ластрайдеров, он не может отказать нам в аудиенции.
Данте удивленно посмотрел на сестру. Таисия приготовилась к тому, что он отмахнется от идеи, скажет, что это глупо, а он вместо этого запрокинул голову и рассмеялся:
– И почему я сам до этого не додумался? Это же так просто. А если он не захочет дать нам объяснения, это будет признанием в том, что у него есть скрытые мотивы. – У Данте возбужденно заблестели глаза. – Пойдешь со мной?
– Естественно. – Таисия была правой рукой брата. – Но не стоит радоваться раньше времени; возможно, нас ждет разочарование. Сомневаюсь, что человека, посвятившего свою жизнь богам, можно запугать или подкупить.
– Как знать. – Данте вытянул вперед руку, и Нокс тут же устроился у него на ладони. – В конце концов, мы с тобой происходим от богов.
Это напоминание покоробило Таисию, но она не показала вида.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?