Читать книгу "Сказки из омшаника"

Часть II. Зимнее солнцестояние

1

Ян мчался на автомобиле домой. Если он не успеет, то она может увидеть и тогда… Машины остановились, загудели и столпились в узком горлышке улицы. Ян стучал пальцами по рулю и давил на клаксон.

Он в нетерпении взъерошил свои короткие, светло-русые волосы. На заднем сидении новенького седана калачиком расположился его лучший друг – сиамский кот Рамон. Наконец он миновал затор, остановился у многоэтажного дома в центре города и открыл заднюю дверь автомобиля, выпуская кота. Рамон медленно и с важным видом потянулся, Ян терпеливо ждал. Любому другому он бы уже дал пинка за нерасторопность, но любимому животному позволял всегда абсолютно все. Кот спрыгнул на замерзшую землю, подождал, когда хозяин опустится на корточки и залез к нему на руки, а потом перебрался в открытый рюкзак, недовольно фыркая, что застудил лапы.

Ян вбежал на восьмой этаж и открыл дверь своей квартиры. Он услышал, как Роза напевает на кухне и попытался незаметно пройти в спальню, где забыл свой ноутбук. Роза услышала шаги и радостно выбежала навстречу. Она обхватила Яна руками за шею и повисла на нем, подогнув ноги.

– Привет.

Ян попытался по – возможности не грубо отодвинуть ее руки и увернуться от поцелуев.

– Почему ты вернулся, птенчик? – пеньюар девушки распахнулся, а тапочки упали с ног. – Мой папа сердится, когда ты опаздываешь.

– Забыл кое-что.

– Свой компьютер?

– Да… – он внимательно посмотрел на девушку, пытаясь понять по ее лицу, что она видела.

– Ты оставил его в спальне.

Ян освободился от объятий и направился к кровати, на которой лежал раскрытый гаджет.

– А что это за комната на экране? – поинтересовалась Роза. – Я хотела закрыть картинку, но экран будто заклинило.

Черные широкие брови Яна сошлись на переносице. Он захлопнул крышку, пытаясь успокоить закипающую злость на то, что Роза трогает его вещи.

– Что это за комната, Янчик? – повторила девушка, надув губы. – Я думала, что там просто картинка, но на стене комнаты, будто твой портрет…

Ян толкнул ее на кровать и навалился сверху.

– Что ты делаешь? – она разметала волосы по шелковому покрывалу.

Ян стал освобождать ее от кружевного белья.

– Я скажу папе, что тебе необходимо задержаться… осторожно, бретелька… Ян…

Рамон в прихожей играл с тапками Розы, пытаясь их разодрать.

Ян с удовольствием бы выдворил Розу за дверь, но работал в фирме ее отца и получал неплохие деньги. А деньги пока были нужны. Как только он выполнит задание, с которым прибыл сюда, уже не нужно будет пытаться понравиться ее самодовольному папаше и ей самой.

Кот Рамон сопровождал Яна даже в офисе. Сначала это очень удивляло коллег, потом раздражало, но через некоторое время все привыкли. Рамон умел производить умилительное впечатление, а потом поразил всех своим не по – кошачьи умным поведением. Он спал весь рабочий день на стуле возле хозяина, ходил в мужской туалет и не доставлял хлопот. Единственным недостатком была его белоснежная мохнатая шерсть, которая линяла повсюду. Но и с этим, вскоре, все смирились.

Отец Розы всем объявил, что Ян – его помощник и правая рука. На деле, он общался с потенциальным зятем пренебрежительно и высокомерно, зная, что парень на крючке. Молодой специалист занимался работой, связанной с разъездами по поставкам мелкого оборудования, и это было ему только на руку. Ян знал, что скоро ему понадобится уехать по личным делам.

Вечером, они с Рамоном вернулись домой, с радостью обнаружив, что Розы нет. Ян перевернул закрытый ноутбук обратной стороной, кот запрыгнул ему на плечо. В самом центре располагалось железное кольцо, лежащее в круглой канавке, которого по – обыкновению не бывает в таких устройствах. Ян потянул за кольцо вправо, потом вверх и выдвинул из ноутбука сундучок с узорами и металлическими креплениями. Он отодвинул замок в виде крючка и открыл крышку. На дне оказалась пустая чаша. Ян вылил в нее воду, заранее подготовленную в кувшине, и пальцем стал закручивать воронку против часовой стрелки. Перед глазами все поплыло, и он остановился.

Теперь они с Рамоном стояли возле комода из красного дерева в полукруглом кабинете. Кот спрыгнул с плеча, Ян отвернулся от сундучка, с облегчением понимая, что он вернулся в родной дом за несколько сотен километров от Калуги. Он вышел из небольшой комнаты в более просторную. На стене висели шпаги, рапиры, стилеты, а немного левее картина с его изображением на гнедой лошади.

«Увидела все – таки, любопытная девка», – с досадой подумал он про Розу, вспомнив, что она успела разглядеть в ноутбуке эту комнату, которая осталась на экране после его последнего визита сюда.

– А ты, остолоп, будь внимательнее в следующий раз, – продолжил он вслух ругать сам себя.

Кот Рамон подбежал к картине, стоящей в золотой раме на полу, с изображением молодой дамы с веером и в белой накидке, и стал тереться об холст щекой. Ян услышал мысли своего кота:

«Моя Ирмезинда, твой граф Рамон соскучился по тебе».

Сам же, тем временем, стянул с себя брюки и пиджак и облачился в свободные штаны и рубаху, а на плечи накинул парчовый халат. В дверь постучали.

– Заходи, Егор, – крикнул Ян.

В щель заглянул управляющий усадьбы.

– Это вы, барин. А я слышу, кто-то ходит. Дай, думаю, проверю. А то, мало ли в наше время воров то?

– Все в порядке, это мы с Рамоном.

– Вечер добрый, барин, – Егор почтительно поклонился коту и удалился.

Ян подошел к большому стрельчатому окну, из которого открывался вид на фонтан во дворе усадьбы и, смотря на серые тучи, задумался о том, как бы ненавязчиво познакомиться с девушкой, живущей этажом выше его квартиры.

Копа вернулась с учебы, упала на диван и закинула ноги на журнальный столик. Устала. Она собралась дойти до холодильника на кухне, но в дверь постучали. Девушка неохотно побрела открывать входную дверь, гадая, кто это может быть. Агния так рано не возвращается, а родители недавно отправились в командировку.

На лестничной площадке стоял молодой человек с котом на руках. Его темные глаза умоляюще смотрели на Копу.

– Помогите, – широкие брови мужчины взметнулись вверх.

Копа подумала, что по – сравнению с его темными бровями, светлые волосы кажутся окрашенными.

Он протянул ей животное.

– Мой кот, Рамон. Он ушиб лапу… я слышал, что вы врач…

Копа засмущалась.

– Я всего лишь учусь на первом курсе… – девушка улыбнулась.

– Умоляю вас! – незнакомец уже укладывал животное ей в руки. – Я прошелся по квартирам, и соседи сказали, что вы в этом разбираетесь. Я живу этажом ниже.

Кот жалобно мяукнул. Копа взяла его на руки и сделала шаг в квартиру, пропуская за собой гостя.

– Я перевязал лапу. А вдруг я сделал только хуже.

Копа прошла в комнату, положила кота на диван и сняла бинт.

– Внешних повреждений нет, насколько я вижу, – задумчиво проговорила она.

Мужчина схватил кота и попытался поставить на лапы. Но передние конечности подогнулись, и кот снова лег на диван.

– Вот видите! Что с ним? – в голосе гостя появилась паника. – О, простите, я не представился. Меня зовут Ян.

– Очень приятно, я Копа. Вам лучше обратиться в клинику, вдруг с ним что-то серьезное. Сколько лет Рамону?

– Пятьсот шестьдесят…, что я несу… ему пять… да, пять лет.

Копа снова улыбнулась. Да, этот парень действительно очень переживает за своего питомца. Чем же помочь?

– Как давно вы это заметили?

– Час назад, внезапно его лапы подкосились.

– Может быть, вы зажали их дверью. Я могу посоветовать понаблюдать за ним несколько дней, ведь у кошек быстро проходит выздоровление, а если лучше не будет, настоятельно рекомендую пойти к ветеринару.

Гость смотрел на Копу, будто она только что спасла ему жизнь.

– Вы не представляете, как я вам благодарен! – он взял кота на руки. – Но я не мог причинить ему боль, может быть в офисе кто – то.

– Вы берете кота на работу? – удивилась Копа, провожая соседа к выходу.

– Я так привязан к Рамону, что не расстаюсь с ним никогда.

С этими словами он вышел из квартиры, помахав девушке рукой.

«Странный парень», – подумала Копа.

Под тяжелыми от снега лапами многовековой ели, убаюкивали друг друга два носка, Пуховая и Махровая. Они пели по – очереди колыбельные песни, а когда одна из них засыпала, то та, которая бодрствовала, расталкивала спящую, и так снова и снова. Пуховая в десятый раз запела колыбельную и обнаружила, что у Махровой храпят мысли. Она хотела разбудить её, потянув за ветку и опрокинув снег, но сама внезапно провалилась в сон.

2

Рамон прыгал по кухне, играя в прятки с воображаемым домовым. Роза уже три раза за утро спросила про странную картинку в ноутбуке.

– Птенчик, ты ничего о себе не рассказываешь, – недовольно произнесла она, разбивая яйцо на сковороду. – Мой отец помог тебе во всем. Купил автомобиль, а ведь ты даже не умел им управлять полгода назад, помог с правами.

– Спасибо, что постоянно напоминаешь мне об этом, – сквозь зубы проговорил Ян, делая вид, что читает утреннюю газету.

Она взяла тарелки и села за стол напротив Яна. Его взгляд смягчился.

– Роза, я благодарен тебе и твоему отцу, что имею все это, – он обвел взглядом кухню. – Разреши оставить мое темное прошлое мне самому. Я же говорил, что рос в глухой деревне и поэтому, до встречи с тобой, даже не умел пользоваться холодильником.

Ян поднялся и подошел ближе.

– Но к счастью, я встретил тебя, мою любимую, – он провел пальцем по ее щеке. – А эта картинка… Я нашел ее случайно, в интернете. На ней изображен какой – то герцог на коне, мне показалось, что он похож на меня, и поэтому я сохранил ее. Не понимаю, что могло тебя так удивить.

Ян взял Розу за руку.

– Пойдем в спальню, я докажу, что все, что было до встречи с тобой, не имеет значения.

Копа и Агния завтракали. Вдруг в окно постучала птица. Это сойка села на карниз и со всей силы била об стекло клювом. Девушки переглянулись, и Копа открыла ставню. К ноге птицы оказался привязан берестяной свиток, а в нём начертано, как добраться до места встречи с Пуховой и Махровой.

– Мы едем в Красноярск! – радостно воскликнула Копа.

– Зор обрадуется, – улыбнулась Агния.

– А ты?

– А мне, как всегда, страшно.

– Ну, Агишка, после нашего летнего приключения, мне кажется, уже нет такого места, которое может напугать. У нас впереди целый месяц на подготовку, – возразила Копа, допивая чай.

– Ты права. Но всё – равно, страх только что спустился к нам через вентиляцию и сидит на умывальнике, свесив зелёные ноги, – проговорила Агния, смотря на что-то за плечом подруги.

Копа обернулась.

– Да, я тоже вижу, ещё и ухмыляется. Но мы не будем на него обращать внимание и пойдём готовить тёплые вещи, – с этими словами Копа рассмеялась и побежала в свою спальню.

Агния стала смотреть в окно, а страх пополз в водосточную трубу.

В это время ведьма Катя – как она сама называла себя, пыталась приготовить отвар от кашля из лягушек. На самом деле это была уже не молодая женщина, которую в посёлке Бахта все знали под именем Екатерина Тунгузовна. Она же была уверена, что является потомственной ведьмой и больше всего времени проводила в заброшенном домишке в тайге, собирая грибы, травы и выдумывая различные лекарства. Все считали её немного не в себе. Поэтому Катя общалась с птицами, деревьями и соболями. Стояла насквозь серая и промозглая ноябрьская погода. Снег давно засыпал тропинку к одинокому домику ведьмы, а Катя не торопилась возвращаться в деревню. Её замучил кашель, и она была уверенна, что стоит на пороге открытия нового лекарства, осталось только найти ещё один компонент. У деревянного стола, покосившегося из-за гнилых ножек, Катя склонилась над книгой, пытаясь разглядеть рецепт, под тусклой керосиновой лампой. Местами седые волосы, заплетённые в две косы, выбились из-под платка. Катя нетерпеливо откидывала их за плечи, водя пальцем с длинным ногтем по строкам засаленных страниц.

– Так, две лягушки… я и взяла две, всё правильно. Одно белое пятнышко мухомора, три клюквы, кора кедра. Чего-то не хватает…

Она почесала себя за ухо и задумалась, гладя на паука.

– Плохая книга! – самопровозглашённая ведьма захлопнула фолиант. – Не хватает подсолнуха! Только где его взять… избитые подсолнухи, их пытают. Тяжёлые головы валяются в подземельях и еле поднимаются на своих переломанных шейных хребтах…

Она подошла к кастрюле, в которой кипел мутный бульон.

– Чем же заменить подсолнух?

Катя вышла из ветхого домика, закрыла глаза, вытянула руки вперёд и прошла несколько шагов.

«На что наткнусь, то и будет заменой», – подумала она, споткнулась об корягу и упала в снег, ударившись лбом об кедр.

Очнулась она в сугробе и, подняв голову, обнаружила, что лежит неподалёку от своего домика, а из окон и полуоткрытой двери валит серый дым. Это выкипела в кастрюле вода. Катя схватила в охапку снег и побежала тушить. В комнате стоял смрад и пахло гарью, она закашлялась и сняла с металлической печки обгоревшую утварь. Когда дым немного рассеялся, ведьме показалось, что на почерневшем дне кастрюли мерещится силуэт молодого мужчины со светлыми волосами. Он мчится во весь опор на коне и с саблей.

– Всадник апокалипсиса! – закричала Катя, вновь выбежала из домика и зарылась в сугроб, пытаясь утихомирить видение.

Агнии снился сон, что она сидит на самой верхушке вербы и видит, как на летнем лугу резвятся Пуховая и Махровая. Вдруг трава рядом с ними загорелась. Они отпрыгнули в сторону, но оказалось, что вся деревня по близости пылает в огне. Пожар стал смыкаться вокруг носков кольцом.

Она проснулась, чувствуя необъяснимую тревогу и холод. Рядом с кроватью спал шестимесячный пёс Шарик. Копа привезла его от тёти Виолы, чтобы сделать необходимые для поездки прививки. Шарик, с каждым месяцем, из милого комочка становился похожим на взрослую немецкую овчарку коричневого окраса с чёрными пятнами на спинке. Агния вытащила из-под него свои шерстяные носки и надела на ноги, вспоминая двух озорных сестёр, Пуховую и Махровую. Она задумалась, как они там в тайге, засыпанные снегом и кедровыми шишками, а потом закуталась со всех сторон одеялом.

С рассветом приехал Зор. Он поцеловал Агнию, и ей показалось, что в квартире засияло солнце, несмотря на то, что в окно скромно заглядывало пасмурное утро.

– Мой рюкзак внизу, в машине, – радостно потирая руки с мороза, сказал Зор. – Он выше меня, хотя я взял только самое необходимое.

– У меня тоже всё собрано, – ответила Ага, обнимая Зора.

– А я сегодня получу справку от ветеринара, и мы можем отправляться в путь, – откликнулась Копа, кружась по комнате с Шариком на руках.

Агния и Копа подготовилась к путешествию, постаравшись досрочно сдать зимнюю сессию, а Зор заработал неплохую сумму на поездку, поработав летом с дедушкой на пасеке.

На короткое время стал приходить день, уступая свой свет чёрной и колдовской темноте. Оставалось немного времени до зимнего солнцестояния, когда ключи от света и солнечного тепла забирает себе ночь.

Копа застегнула поводок на шее Шарика и отправилась к ветеринару. В дверях клиники она столкнулась со своим недавним знакомым, Яном. У него на плече, держась передними лапами за меховую опушку воротника, сидел кот.

– О, здравствуйте, Копа! – воскликнул Ян.

– Доброе утро, – девушка улыбнулась и попыталась проскользнуть в дверь, но мужчина загородил собою проход.

– Я прошу прощения, но ещё раз хочу выразить Вам большое почтение за помощь.

Он наклонился, чтобы поцеловать её руку, отчего Рамон не удержался на его плече и провалился в капюшон. Шарик оживился, начал прыгать и лаять, пытаясь достать кота. Копа отдёрнула руку.

– Не за что. Простите, я спешу.

Ян посторонился, пропуская девушку, и крикнул вслед:

– Какой у Вас прекрасный щенок! Позвольте мне подвезти Вас до дома. Моя машина припаркована неподалёку.

И видя, что Копа пытается вежливо отвязаться от него, с ещё большим рвением продолжил:

– Умоляю Вас, не бойтесь меня. Я всего лишь хочу поблагодарить Вас, ну и завязать знакомство с будущим ветеринаром моего кота.

Копа возразила, что в автомобиле её пёс и его кот, скорее всего, загрызут друг друга. На что Ян заверил, что запрёт кота в переносной сумке. Рамон будто понял их речь, выглянул из капюшона и фыркнул. Копа согласилась, потому что Шарик уже надорвал голос, гавкая и натягивая поводок со всей силы.

Она получила необходимые документы, которые разрешали взять с собой в поезд собаку. У выхода её ждал Ян, сидя за рулём автомобиля. Девушка расположилась на переднем сиденье и посадила Шарика на колени.

Ян ехал по городу и, время от времени, бросал восхищённые взгляды на Копу.

– Как лапы Рамона? – спросила девушка.

– Вы оказались правы, у него было защемление, но сейчас всё в порядке, – кивнул он. – А ваша симпатичная овчарка тоже захворала?

– Нет, мы отправляемся в путешествие на поезде, поэтому нужны справки.

– Я часто путешествую с Рамоном, вы знаете, что документы действуют пять дней?

– Да, конечно. Мы отправляемся в Красноярск завтра.

– О, как интересно. Ну, вот мы и приехали, – Ян остановился во дворе их дома. – Благодарю, что составили мне компанию.

– Спасибо, – Копа выпрыгнула из машины с Шариком и побежала в подъезд.

Ян задумчиво смотрел ей вслед, пока не услышал недовольное мяуканье Рамона.

На следующий день Зор, Агния, Копа и Шарик отправились на поезде в Москву, выкупив купе. Потом пересели на поезд до Красноярска. Неожиданно в дверях вагона Копа снова столкнулась с Яном.

– Вы меня преследуете! – девушка удивлённо и подозрительно смотрела на Яна.

– Как я рад видеть Вас! Нет, нет, поверьте, это совпадение. Представляете, мне по рабочим делам, чтобы подписать контракт, понадобилось ехать в Красноярск. Вчера поступило задание отправиться на выбор из трёх городов, и вы не поверите, в том числе Красноярск. Я, наверное, запомнил наш разговор и подсознательно выбрал его…

Копа попятилась назад и шагнула в своё купе, резко задвинув дверь. Зор, лёжа, читал книгу о пчеловодстве, всерьёз решив заняться этим делом, а Агния сидела рядом, закинув на его ноги свои, и разгадывала кроссворд.

– Этот тип со своим котом здесь! – воскликнула Копа.

– О ком ты? – не поняла Ага.

– Я вам рассказывала, – Копа ослабила намордник у Шарика. – Этот Ян, с которым я недавно познакомилась. Он преследует меня.

– Хочешь, я поговорю с ним, – предложил Зор.

– Он не сделал ничего плохого, но пугает меня, – ответила Копа. – Странный какой – то. У меня такое впечатление, что он из девятнадцатого века. Пытался поцеловать мне руку недавно.

– Галантные мужчины – большая редкость. Нужно радоваться, Копушечка, – отозвалась Агния.

– А, я? – спросил Зор, пощекотав пятку Агы.

– Ты уже давно в Красной книге, любимый, – рассмеялась она.

Они проехали более суток. Местность за окном изменилась. Снега заметно прибавилось. Всё чаще замелькали хвойные деревья. В коридоре вагона Зор встретился с Яном, который не выглядел опасным. Новый знакомый, к тому же, оказался большим знатоком пчеловодства, и между мужчинами завязалось что – то вроде «вынужденного знакомства двух пассажиров со сходными интересами».

3

От того, что Катя увидела на дне кастрюли, она чувствовала сильную тревогу, огромное желание и стремление помешать всаднику, который каким – то образом забрался в явный мир. Но съестных припасов в таёжном домике не осталось, и ведьма, обойдя бревенчатую избу в пятый раз, обнаружила, что даже не помнит в какой стороне её деревня. Катя никогда не задумывалась о будущем дальше, чем на один день. Из-за полнейшей беспечности, она, скорее всего, не дожила бы до своего возраста, но её всегда выручала невероятная везучесть. Когда она оказывалась на грани голодной смерти или лицом к лицу со свирепым зверем, удача всегда показывала лазейку к спасению. Так случилось и в этот раз. Наступило утро. Ведьма, по – обыкновению, положилась на случай. Закрыла глаза, покрутилась на месте, остановилась и, открыв глаза, решила, что деревня в той стороне, куда она смотрит. В конце концов, преодолев большое расстояние и окончательно выбившись из сил, Катя упала в снег, нащупав что-то морщинистое под рукой. Немного полежав, она нашла силы взглянуть вверх. Над её головой возвышалась изба из чёрных брёвен, в три раза больше, чем та, которую она покинула в тайге. А рука опиралась на огромную куриную ногу, которая будто вырастала из стены дома. Катя вскрикнула от страха и восторга.

«Домик бабы – яги!» – подумала она и обошла его вокруг. Действительно, куриных ног, торчащих из брёвен, было две, как и полагается в сказках. Но само строение стояло на земле, а огромные куриные голени росли из нижней части стены, где-то в середине были согнуты, и только фаланги пальцев лежали наполовину в снегу. Катя потрогала дверь, она скрипнула и оказалась незапертой. С благоговейным ужасом ведьма вошла в дом. Всю мебель, а её оказалось немного, покрывал толстый слой пыли, она ковром лежала и на полу, так что от гостьи оставались следы. Словно шторы, струилась из углов паутина. Было очевидно, что в доме давно никто не живёт. Неподалёку от входа, в полу, торчало ржавое кольцо от дверцы в подвал, там Катя нашла запасы вяленого мяса и солений. Здесь можно было сытно провести всю зиму. В печи стоял котелок, Катя заглянула в него, чихнула и вытаращила глаза. На дне котелка пыль и пригоревший жир легли тем же узором, что в домике, из которого она недавно ушла. Тот же всадник мчался во весь опор.

Катя испугалась, схватила половник и стукнула по дну котелка, что есть силы.

Поезд домчался до Красноярска. Копа с собакой первые спрыгнули из вагона на утрамбованный снегом перрон. В окнах вокзала мигали гирлянды. Город уже начал готовится к приходу Нового года.

Ян помахал Копе рукой. Она натянуто улыбнулась и отвернулась. Они прибыли утром, но в Красноярске в это время уже наступил обед.

– Вы знаете, где остановитесь? – спросил Ян у Зора.

– Да, поблизости зарезервировали хостел.

Зор не настолько доверял своему новому знакомому, чтобы признаться, что они не планируют долго оставаться в черте города, а уйдут в заповедник.

– В таком случае вынужден откланяться, всего доброго, – сказал Ян, приблизился к Копе и тихо проговорил ей несколько слов.

Агния увидела, что после этого он повернулся и пошагал вдоль перрона в сторону города, а Копа осталась стоять, с удивлением глядя ему в след.

– Копа, помоги мне снять рюкзак! – крикнула Ага.

Но её подруга стояла, будто в ступоре и ничего не слышала. Агния подошла и потрогала её за плечо. Копа вздрогнула. К ним подбежал Зор.

– Вы знаете, что он мне сейчас сказал?

– Судя по твоему бледному лицу, что-то ужасное?

– Он прошептал: «Передавай привет Пуховой и Махровой». – Копа в страхе уставилась на Агу. – Кто он?

Зор присвистнул от удивления. Ян удалился на большое расстояние и уже вскоре был готов скрыться за углом вокзала, но вдруг неожиданно потерял равновесие и наотмашь упал на землю. Все трое и Шарик побежали в его сторону.

Ян так неудачно попал головой на ледяной камень при падении, что потерял сознание.

Рамон отпрыгнул и стоял возле своего хозяина, ощетинившись.

К нему, лая, подбежал Шарик. Но кот поднял дыбом хвост, зашипел, выпустил когти и прыгнул в сторону пса, намереваясь ободрать ему нос. Шарик завизжал и спрятался за ногами Копы.

– Не бросать же его здесь, – сказала Ага.

– Он нам так все планы спутает, – сердито заметила Копа.

Зор уже набирал на мобильном телефоне номер скорой помощи.

Ян очнулся в палате больницы. Рядом, на стульчике сидела Копа.

– Как я рад Вас видеть, – медленно произнёс он.

– Сказали, что у вас, вероятно, сотрясение мозга, – откликнулась Копа.

– Вы видели, кто стукнул меня по голове?

Девушка удивленно посмотрела на Яна.

– Никто, вы не удержались на льду, упали и ударились об камень.

– Не совсем, – Ян поморщился от яркого света. – В таком случае я бы потерял равновесие, а потом ударился. А всё вышло ровно наоборот – удар, а следом, падение. Я же помню.

– Да никто вас не бил! – возмутилась Копа. – На нас намекаете? Мы вас пальцем не тронули.

Копа понизила голос, чтобы остальные в палате не слышали, и приблизилась к Яну ближе, сдвинув брови, чтобы казаться очень грозной:

– А следовало бы тронуть. Откуда вы знаете Пуховую и Махровую?

– Наверное, у меня амнезия, я не понимаю, о чём вы говорите.

Копа с возмущением встала со стула и сжала кулаки.

– Вы странный, подозрительный и опасный, и вообще! – выпалила она и направилась к выходу.

– Только не бросайте меня! – слабым голосом крикнул Ян. – Кроме Вас, у меня здесь никого нет!

На следующий день трое друзей отправились в больницу к Яну, чтобы вернуть кота. Ян выглядел уже намного лучше. Тёмные круги под глазами стали менее заметны. Он вышел к ним в коридор из палаты. Зор протянул Рамона, и кот с радостью запрыгнул на плечо хозяина.

– Мы пришли посоветоваться, – начал Зор. – Нам необходимо сегодня уйти из города, и мы не знаем, что делать с твоим котом.

– Я уже чувствую себя гораздо лучше. И не знаю, как словами выразить вам глубочайшую признательность за помощь, – Ян почесал Рамона за ушами, кот заурчал и потёрся головой об ухо хозяина.

– Всё ещё болит голова? – спросила Агния, решив проявить заботу.

Копа стояла в стороне и с подозрением глядела на Яна.

– О, вы не представляете, как это прекрасно, чувствовать боль или холодный снег, или прикосновение любимого животного! – вдруг воскликнул Ян.

Копа многозначительно посмотрела на Агнию, давая понять, что её выводы о его странностях не выдуманы.

– Но я хочу сказать, что меня обещали выписать только завтра утром, – опомнился Ян. – А так как я заверил вас, что хорошо себя чувствую, молю выполнить ещё одну просьбу.

Копа закатила глаза и скрестила руки на груди.

Ян продолжил:

– Так как Рамона одного на улице я не оставлю, помогите мне бежать из больницы сегодня вечером.

Копа развела руками. На этот раз Агния посмотрела на подругу и с улыбкой сказала:

– Копа, как никто другой должна вас понять. Мы однажды провели всю ночь под дождём на улице, только потому, что кто-то не хотел оставлять Шарика одного.

Ян в восхищении обернулся на Копу.

Зор кивнул:

– Ну, разумеется, поможем, если ты убеждён, что в норме.

Сумерки не заставили себя долго ждать. Самая мёртвая и страшная ночь в году, под названием «Карачун», подошла к порогу. Агния волновалась, что, так как Ян попросил их задержаться, они отправятся в заповедник «Столбы» по тёмному. Девушки остались ждать Зора в кафе.

На первом этаже больницы Ян нашёл окно, которое удалось открыть, и Зор помог ему выбраться, а потом незаметно пролезть через забор, мимо охранника. Зор хотел поделиться с Яном своими тёплыми вещами, ожидая, что беглец появится в одной пижаме. Но увидел на Яне длинный меховой тулуп и шапку из овчины.

– Где приоделся? – спросил Зор.

– Мой пуховик остался в больнице, но я нашёл в одном из шкафов вот это, – Ян осмотрел себя. – Странная одежонка, да?

– Будто ты из театра сбежал, – усмехнулся Зор и передал Рамона хозяину, однако кот успел укусить его, на прощание, за палец. – Но это лучше, чем ничего в такой мороз. Ответь лучше, откуда знаком с Пуховой и Махровой?

– Вы, по-видимому, первый раз так близко от тайги? – спросил Ян и продолжил. – Так вот, это старинная сибирская притча о том, что в глубине тайги живут два тёплых носка и управляют метелями. Разве не слышал?

– Нет, так это сказка?

– Конечно, здесь все местные её знают. Пугают носками детей, если те не едят кашу. Я предположил, что вы посетите какую-либо экскурсию в тайгу, ну и передал через Копу привет.

– А мы так удивились из-за того, что слышали немного об этом, но до конца не понимали о чём речь, – поспешил объяснить Зор.

Они дошли до кафе, из которого вышли Агния и Копа.

– Могу я задать вопрос, прежде чем мы расстанемся, глубокоуважаемые дамы? – спросил Ян, глядя на девушек.

– Конечно, Ян, и мне кажется, пора перейти на «ты», без всяких формальностей, – ответила Ага.

– Буду весьма признателен, – он отвесил поклон, и Копа отвела глаза, раздражаясь на его манеры.

– Как ваше, то есть твоё полное имя, Копа? – спросил Ян.

– Капитолина.

– Я буду называть тебя Лина, это имя больше подходит для такой нежной и бескорыстной девушки, – произнёс он.

– Наши пути расходятся, – ответила она, хотела добавить «к счастью», но сдержалась.

Зор арендовал автомобиль на несколько дней и, попрощавшись с Яном, трое друзей отправились за город.

Ян недолго смотрел им вслед, а потом поймал первое проезжающее такси и велел незаметно следовать за ними.

Сумерки стремительно покрывали мраком дорогу, укладывались спать, укутывая своим чёрным покрывалом всё вокруг. Зор остановился на обочине улицы, недалеко от поворота для стоянки автомобилей, опасаясь, что на парковке они будут слишком заметны. А посещать заповедник разрешается только в светлое время суток, в целях безопасности. Им нужно было преодолеть около восьмисот метров пешком и, по протоптанной туристами тропинке, спуститься к Моховому ручью, а там, в ближайших скалах, назначили встречу Пуховая и Махровая. Двое носков жили в самой глуши заповедника, за Дикими столбами, куда не пропускали обычных туристов, да и добраться так далеко не представлялось возможным даже опытным завсегдатаям этого места. Поэтому носки обещали встретить Зора, Копу и Агнию у полуразрушенной скалы с названием «Оленёнок», а потом, при помощи своих фокусов, перенестись в дремучую и неприступную тайгу.

Зор перебирался через камни, включив фонарик, и рассказывал Агнии страшные истории:

– Зима в этом году пришла рано, поэтому медведи, особенно голодные и свирепые сейчас.

– Зор, перестань, мне итак страшно!

Копа немного отстала, рассматривая звёздное небо, оступилась, и её нога провалилась в провал в снегу. Шарик чуть не полетел вслед за ней, запутавшись в поводке. Кто-то схватил девушку в темноте за руку и помог выбраться из расщелины.

– Это уже не смешно, – воскликнула Копа, столкнувшись с Яном нос к носу. Перед её глазами вспыхнул страх, и она начала лихорадочно придумывать, как предупредить Пуховую и Махровую не появляться. Ведь они, сами того не желая, привели за собой чужака.

Она оттолкнула Яна и, спотыкаясь о камни и сугробы, побежала к Зору.

– Вы становитесь навязчивым, мой друг, – крикнул Зор, заслоняя собой Копу.

Ян стоял на возвышении чёрной тенью. Он тоже включил фонарик и спустился к ним. Из-за мехового воротника тулупа выглядывали любопытные глаза Рамона.

– Простите, что напугал вас. Но, согласитесь, добровольно вы меня с собой не взяли бы. Давайте разведём костёр и поговорим. Я так понимаю, что привал здесь.

– Вы чрезвычайно догадливы, сударь, – перенимая его манеру общения, ответила Копа.

– Сегодня северное полушарие нашей Земли полностью погружается в ледяную ночь, – продолжил Ян. – Сегодня солнечный свет, будто умирает для нас. И только в эту ночь зимнего солнцестояния становится понятно, что без солнца, мы никто и ничто.