Текст книги "Решать тебе"

Глава 7 Ядовитое солнце

Тот же городок, да не тот,

а люди обычно похожи и в разных мирах.

Толкнул слегка Харли, говоря, чтобы тот оставался начеку.

– Скоро вернусь, Хаббал что-то ещё хочет сказать.

– Лично что ли? – потирая заспанные глаза, поинтересовался товарищ. Я пожал плечами, и сам не знал, что хотел от меня глава карликов и последователь культа Нурха.

– Надеюсь, скоро вернусь.

– А я надеюсь, что нас завтраком накормят. – Он глянул на часы, – время как раз подходящее – пять утра.

– Ну ты и наглец, Харли, – выдавил я из себя улыбку, и направился в сторону двери. Из головы не выходило, что мы с Хаббалом на одно лицо. Так странно, хотя я уже рассуждал об этом. Карлик терпеливо ждал, топтался на месте и с интересом косился в мою сторону.

– Простите. – Я кивнул ему, приложив правую руку к сердцу. – Просто я очень переживаю.

– Не нужно волноваться, – ответил человечек, внезапно коснувшись широкой ладонью моей руки. Его губы растянулись в доброй улыбке. – Хаббал справедливый человек.

Слушая карлика, я почему-то верил ему. На сердце немного полегчало. Оглянулся, глядя на закрытую дверь комнаты, где спали мои дети и товарищи. Вздохнул, зная, что наш поход через семь миров только начинался. Не в каждом из этих измерений нас встретит добрый правитель. Следующий мир мог оказаться опаснее и менее пригодным для жизни, размышлял я. И не ошибся, когда мы окунулись в Зелёный Туман, и он понёс нас в новую неизвестность. Нас теперь пятеро. Нюта, моя девочка осталась в мире Нурха, а мне оставалось верить, что мы обязательно вернёмся туда.

Да, я не рассказал о том, что хотел от меня Хаббал. В целом теперь это уже и не важно. Он подарил «хамелеон», говоря, что нам он пригодится больше, чем ему. Отдал карту миров, составленную лично им, надеясь, что мне удастся отыскать Дэвида. Чтобы попасть в одну из нужных вселенных, надо выбирать точки аномалий. Если просчитаться, то Зелёный туман закинет совершенно в другой мир, которого нет на карте. Тогда начнётся путаница, накапливающаяся, словно снежный ком, и тогда мы точно никогда не отыщем путь назад. Ведь других измерений бесконечное множество. Локации аномалий обозначены красными флажками на карте, запаянной в пластик. К счастью ей не страшны ни огонь, ни вода, но всё равно надо быть осторожным и не потерять её, иначе снова неизвестность, и я стану просто странником, без возможности вернуться.

Расскажу немного о подарке Хаббала. «Хамелеон» – невесомая ткань, растягивающаяся таким образом, что могла скрыть от глаз противника нашу группу. Такая шапка-невидимка. И никакого волшебства, просто технология, основанная на отражении света и подстройки материала «хамелеона» к окружающей среде.

Замечательная штука и в самом деле. Хотел испытать её в деле, а пока, очутившись в одной из семи реальностей, я оценивал обстановку. Да, ещё забыл упомянуть о важной вещи – записной книжке Хаббала. Он любезно отдал её мне, говоря, что больше не станет путешествовать. Я не знал насколько это любопытная штука, но позже понял её ценность. Сейчас мне не до чтения. Тем более у вождя карликов, как и у меня, непонятный почерк. Так что ещё предстоит расшифровывать его каракули.

Старался не думать о прощании с Нюткой. Слишком больно и жутко от мысли не вернуться, а ещё, не дай бог, потерять и Ваньку. Страшно остаться совершенно одному.

– Не переживай, Дэн, – услышал я голос Лены. – Я никому не говорила, не жаловалась. Так, знаешь ли легче пережить смерть любимого человека. Отвлекалась, пыталась жить ради других. Антона очень не хватало, а теперь эти воспоминания, как далёкий сон. Нютка твоя жива, и это главное. Она в хорошем месте.

– Знаю, Лен, – ответил ей. Глянул в затянутое жёлтыми облаками небо чужого города и поёжился от ощущения мёртвой тишины.

Улицы с рваными изломами зданий смотрели на нас, казалось, с немым укором пустых глазниц серых домов. Окна тут по большей части разбиты, словно между улицами пронеслась мощная взрывная волна.

Мы старались идти, не привлекая внимания местных жителей, если они, конечно, здесь остались. Неизвестно, что нас встретит в этом мире. Рассвет рисовал на обшарпанных стенах. Оранжевые блики играли на осколках стёкол, и всякий раз я оборачивался, думая, что кто-то двигается рядом с нами, следит из укрытия за незваными гостями.

Внезапный шорох справа. В полуразрушенном магазине мелькнула тень. Мы, остановившись, прислушались. Договорились, общаться знаками. Харли вынул из-за пояса пистолет, а я, прижав палец к губам, покачал головой. Мы попали в мир Нурха без оружия, как я уже говорил. Спасибо Хаббалу, он подкинул на несколько стволов и патроны.

Мы крались вдоль полуразрушенного здания. Тень скрывала нас от восходящего солнца, оно рисовало на узкой улице ядовито-жёлтыми бликами. Не стоило проявлять агрессию сразу, главное убедиться, что рядом союзник, а не враг. Я вдруг заметил, что асфальт дымится. Услышал внезапно оклик из разбитого окна. Он принадлежал прячущемуся человеку.

– Быстрее сюда. – Незнакомец говорил тихо, вроде и шёпотом и в то же время звук его голоса отчётливо слышался. – Поспешите. Солнце встаёт.

Увидел впереди сорванную с петель дверь и, махнул товарищам. Пробрался, в заваленный мусором проход и увидел в тёмном углу разгромленного помещения бывшего кафе мужчину. Человек, стоявший в тени осторожно приблизился. Приподняв руки, он дал понять, что без оружия и не хочет проблем. Я разглядывал его худое лицо с недельной щетиной и отросшие седые волосы. Ему казалось не так много лет, но измождённый вид придавал возраста, поэтому не понятно тридцать ему или сорок лет.

– Я знаю, вы странники, – с уверенностью в голосе, произнёс местный житель. – Оружейник ждёт вас.

– Оружейник? – выглянул из-за меня Макар. – Его так и зовут?

– Да, маленький ящер, – кивнул мужчина. – Он и послал меня за вами.

– Откуда же ему известно о том, что мы здесь? – поинтересовался Харли с неким недоверием, глядя на местного.

– Да, совсем забыл, – он почесал в затылке. – Меня зовут Миха, ну или Тощий, как вам больше нравится. У Оружейника давно уже есть детектор аномалий. После вторжения пришельцев, наши умники настроили его и заметили, когда кто пересекает границу миров, мы получаем сигнал. Запускаем дрон. Так наш патрульный и заметил вас. Я как раз в этом квадрате слежу за периметром.

– Пришельцы? – непонимающе переспросила Лена.

– Они ушли. Это не инопланетяне на летающей тарелке. Нет, – он снова покосился на уменьшающуюся тень и приближающееся к нам пятно света. – Короче, идите за мной, иначе погибните. Солнце теперь… – Он немного помолчал и добавил: – Убивает. И с этим ничего не поделать. Пока. Нам надо спешить. Все вопросы потом.

Я глянул в сторону группы, приподняв бровь. Стоило ли доверять этому Тощему. Ванька внезапно вскрикнул и прыгнул в тень. На его руке расползался ожог. Я схватил сына за ладонь, глянул на Тощего, потом в сторону, где стоял сын. Теперь солнечный свет приютился под разбитым окном, но дальше не пробирался. Лена порывшись в поясной сумке, вынула баллончик с «Пантенолом» и, взяв за руку Ваньку, нанесла аэрозольное средство на его ожог.

– Скоро воздух станет ядовитым, – тихо проговорил Миха Тощий, торопя нас. – Идём. Можете доверять мне.

Рисковать не стал. Что-то подсказывало, что мужик не врёт. Город казался знакомым, похожим на наш посёлок городского типа Шиловское. Поинтересовался, как он называется. Тощий, не оборачиваясь, ответил:

– Раньше звался Шиловское, а потом переименовали в Шилов. Зачем, даже не знаю.

– А как зовут сына Оружейника? – вдруг спросил Макар, шедший за мной.

– Макар, – ответил Тощий. Я глянул на юношу, и наши глаза встретились. Он взял меня за руку, и его холодная чешуйчатая кожа рептилии покрылась капельками влаги.

Больше мы не задавали вопросов, потому что Тощий сказал, что если ушли от солнца, стоило опасаться иных. Говорил, что если те нападут, стрелять здесь опасно.

– Перерезайте им глотки, эти мутанты плохо видят в темноте, но поняли, что в коллекторе можно укрыться от того что поджидает наверху.

Мы с Харли переглянулись, а я подумал, что это за странные миры, где уже во втором есть наши двойники. Макар волновался, я чувствовал это. Даже оказавшись в чужой реальности, он обрадовался, что его отец жив. Пусть это совершенно другой человек и возможно, кроме похожей внешности у двойника Оружейника ничего нет общего с ним.

Где-то капала вода. Капли монотонно барабанили по металлическому жёлобу, тянущемуся вдоль стены у лестницы. Тощий включил налобный фонарь и двинулся вперёд, предупредив, что ступени могут в некоторых местах быть скользкими. Я пропустил вперёд товарищей, решив замыкать нашу небольшую процессию. Луч света прыгал впереди. Подумав о мутантах, о которых говорил проводник, я решил, что слишком смело с его стороны идти и не бояться быть обнаруженным. Твари в этих катакомбах выжидали, как мне думалось. Слишком опрометчиво двигаться, громко шлёпая по воде.

Мысли умеют материализоваться. Я уже замечал, что как подумаю о надвигающейся опасности, она обязательно выползет или выпрыгнет перед тобой. Возможно, у меня слишком чувствительная интуиция? Но когда из-под воды, в ливневом стоке, уходящем в глубину коллектора, вынырнуло существо, Тощий велел не двигаться. Фонарь не гасил, а наблюдал за мутантом. У твари бледная кожа, абсолютно лысая голова, тонкие конечности. Ног его пока не разглядел, а вот на когтистых пальцах заметил перепонки. Видимо тварь обитала в воде. В два гребка существо, которое раньше наверняка имело человеческий облик подплыло к лестнице, уходящей под воду. Металлические ступени проржавели, но по ним возможно подняться. Понял мысли мутанта, вцепившегося тонкими пальцами в нижнюю ступень и подтянувшегося, чтобы выбраться. На шее у него жабры. Ихтиандр хренов. Увидел, что в руке у Харли блеснул нож. Ванька вытащил мачете из ножен на спине, а Макар вдруг достаточно громко проговорил:

– Стойте, оно не опасно.

– Откуда ты знаешь, мальчик-ящерица? – спросил, оборачиваясь к нему Тощий. – Ихтиандры не утратили разум, в отличие от звероандров. Их вот и стоит бояться.

– Не знаю, но чувствую как-то, – тихо ответил Макар. – Это и есть ихтиандр.

– Как зовут тебя, ящерица?

Мне стало досадно, что Тощий так называл пацана, но тот не обиделся и назвал своё имя новому знакомому. Тот заулыбался, говоря, что прям, как сына Оружейника. Пацан опустил голову, зная, что если бы не игры аномалии, его внешность не стала как у рептилии.

– Что ему нужно? – подала голос Лена, мотнув головой в сторону существа, вылезшего из мутной воды и застывшего на нижних ступенях.

– Что и всем, – ответил с горькой улыбкой Тощий, расстёгивая поясную сумку и доставая корм для кошек. – Еды. Все сейчас голодают, – он бросил пакетик с едой мутанту и тот, схватив его, жадно вцепился зубами в упаковку.

– Там чисто, звероандры убрались в соседний тоннель, – достаточно внятно проговорил мутант, выдавил в рот содержимое пакета и зачавкал, блаженно закатив глаза лишённые зрачков. – Пасиб, Тощий.

– Да не за что, Марсик.

– Марсик? – переспросила Лена.

– Марс звали его, а точнее Марс Игоревич, учёный со станции, а теперь вот с ихтиандрами в коллекторе обитает.

Я с интересом разглядывал Марсика. Он глянул на меня и моргнул нижними веками. Белёсые глаза, лишённые ресниц напоминали два яйца, покрытые слизью. Мутант склонил голову и тихо проговорил:

– Вы тоже ищите Дэвида?

– Именно он нам и нужен, – ответил ему Харли.

– Его уже давно здесь нет. Теперь этот город Зона. А может, и вся планета стала Зоной отчуждения.

Он спрыгнул в воду и скрылся под мутной гладью. «Куда он плыл, может в какой-нибудь водоём? – Рассуждал я. – Не всё же выжгло это солнце, что же стало с воздухом, раз лучи солнца обжигают так? Да, снова вопросов тьма. Посмотрим, что скажет этот Оружейник».

Мы снова пустились в путь. По коллектору проложен бетонный мост. Под ногами ливневые стоки несли мутную воду с запахом тухлятины. В желудке сжалось, даже недавний голод утих, пока мы не выбрались в сухой тоннель. До места укрытия Тощий сказал идти недолго. Он молчал и лишь звук наших шагов нарушал тишину тёмного прохода, напоминающего брюхо огромной рыбины.

Внезапно перед нами выпрыгнула тень. Свет от налобного фонаря Тощего наткнулся на уродливое существо покрытое шерстью. Оно раскрыло пасть наполненную острыми зубами и ринулось на проводника. Захлебнулось собственной кровью, повиснув на остром клинке патрульного. Он отбросил тварь ударом ноги и добил упавшего навзничь мутанта несколькими ударами в грудь.

– Вот Марсик, – проговорил сквозь зубы патрульный, – а говорил звероандров здесь нет. Попроси ещё у меня корм.

Оглянулся в нашу сторону. Яркий всполох от фонарика больно ударил в глаза. Тощий переключил лампочку с яркого света на более тусклый. Вытер рукавом испачканное кровью звероандра лицо и, поднявшись, двинулся дальше. Я понял, что этих тварей нам и стоило опасаться, но до заветной двери бункера на нашем пути не повстречалось ни одного мутанта. Они обитали на поверхности в основном в тёмное время суток, как объяснил позже Тощий. Солнце не жаловало их тоже. Питались либо падалью, либо нападали на заблудившихся в проходах коллектора путниках. В отличие от ходячих зомби нашего мира, мутанты этого Шиловска не заражали других своей смертью.

Ванька, не выпуская мачете, шёл за Харли. Макар двигался рядом с Леной и всё спрашивал, не тяжело ли ей нести рюкзак. Она отвечала, что ей ни капельки не трудно, я раздумывал, что неплохо бы изучить записную книжку Хаббала, потому что этот мир хоть и не казался особо враждебным, изучить надо, чтобы понять, куда двигаться дальше и отчего аномалия забросила нас именно сюда. «Потому что это мир тоже испортил Дэвид? Или здесь так же есть что-то важное, способное помочь нам избавиться от существа, похожего на солдата и внушающего доверие на первый взгляд».

Мысли прервал звук голоса Тощего, велевшего остановиться. Впереди металлическая дверь с кодовым замком. Проводник откинул крышку с него и набрал необходимую комбинацию. Щелчок металлических стержней показался в тёмном тоннеле слишком громким. Ленка даже вздрогнула, а я положил ей руку на плечо. Она обернулась, одарив улыбкой, а Ванька убрал мачете в ножны. Харли последовал его примеру.

Мы вошли в тускло освещённый коридор. Никто не встретил нас. Дверь захлопнулась и над ней вспыхнула красная лампочка.

– Вот мы и в убежище, – зачем-то сказал Тощий. И так понятно, что теперь мы в относительной безопасности. Я это заметил даже по походке нового знакомого. Он несколько расслабился и шёл, не осматриваясь по сторонам, как несколько минут назад в тоннеле коллектора. – Мы выйдем к станции метро, – сказал он.

Я удивился, что тут есть метро. В нашем маленьком городке, где я родился и вырос, даже намёток на подобный транспорт никогда не было. В этом мире город превратился в мегаполис.

Шли недолго до следующей двери. Теперь Тощий вынул рацию и связался со своими товарищами. Они открыли проход, с интересом разглядывая нас. Особенно их заинтересовал мальчик-ящер. Хотя вопросов не задавали. Макар будто бы сжился со своим обликом. Человек привыкает ко всему, как к хорошему, так и плохому. Я не назвал бы случившееся с Макаром ужасным происшествием, однако парню жить с этим. Разве можно с этим свыкнуться?

Оружейник сидел в небольшой каптёрке, чистил оружие и, увидев Тощего и нашу компанию, отложил винтовку и поднялся к нам навстречу.

– Привет, Миха. Дошли без проблем? – спросил он Тощего. Тот, кивая, рассказал, что встретил Марса Игоревича. Я про себя отметил, что Марсиком Тощий называл его лишь при личном общении с мутантом. – Привёл странников?

– Привёл, – ответил патрульный. Оружейник с интересом рассматривал Макара, а тот не выдержав выступил вперёд, еле сдерживая слёзы.

– Я знаю, что в этом мире у тебя есть тоже сын. А в моём мире мой отец, тоже Оружейник. Он не вернулся. Простите, – запнулся юноша. – Я не должен был…

– А что случилось? – вскинув брови, спросил почему-то меня Оружейник. – Этот… мальчик не похож на моего Макара.

– Меня изменил туман! – с какой-то обидой выкрикнул Макар. – Поэтому я стал похож на двуногую ящерицу.

Я остановил пацана, положив ему руку на плечо. Эмоции стоило сдерживать.

– Макар, не надо, – услышал голос Ваньки, – чего доказывать-то.

Сын тоже понял, что внешнее спокойствие Макара всего лишь защита от внутреннего страдания и сожаления, что подобная метаморфоза произошла именно с ним.

– Нюта же тоже, – снова начал разговор Ваня, не смотря на то, что Оружейник и Тощий слушали их, – не особо красавицей стала, когда ей глаза стёрли. И вообще она осталась там, с чужаками, а мы тут все вместе. Не думай, что мы тебя жалеем. Отношение же не изменилось. Не может этот человек быть твоим отцом. Он другой.

– Знаю, – хрипло ответил Макар, сдерживая слёзы. Подбородок его мелко затрясся, и парень отвернулся в сторону, не видя, что Оружейник изменился в лице.

– Я не знал… Прости. И мой сын болен. Его Макар зовут, как и тебя.

– А что с ним случилось? – спросил Лена. – Может, мы поможем?

– Отправился с группой в город, – ответил ей Оружейник, – да не рассчитал сил. Не успел вовремя вернуться. Отравился ядовитыми испарениями на рассвете. Сейчас наши врачи борются за его жизнь. – Голос главы колонии дрогнул. – Я надеюсь на лучшее. Все мы надеемся. Присаживайтесь, что стоять. Думаю, вы не без помощи Хаббала оказались здесь.

– Да, Оружейник, – ответил я. Сложно избавиться от двоякого чувства, видя двойника давнего товарища. – Ты тоже понял, что мы с ним похожи. – Он кивнул, разглядывая меня и моих спутников.

– Значит вам известно о Дэвиде. Хаббал отправил вас по своему пути.

– Так точно, – согласился я. – Зелёный туман пришёл к нам с солдатами. Они убили почти всех в нашем городке. Он похож на ваш город, но меньше. Намного меньше. У нас появился вирус, превращающий людей в зомби.

– У нас совершенно другая история, – горько усмехнулся Оружейник. – Дэвид приехал после необычных явлений. Не сразу мы поняли, что это за сволочь. Сначала аномальная жара. По всему миру вспыхивали пожары. Солнце будто взбесилось. Учёные утверждали, что в воздухе появилось вещество, превращающееся от солнечных лучей в ядовитый газ. Тут и там фиксировали прибытие солдат и техники. Мы даже решили, что началась необъявленная война. Люди уничтожались безжалостно, поэтому выжившие спустились под землю. В городах, где есть метро, спрятаться оказалось проще. Все, кто не смог укрыться, погибли от солнечных ожогов и ядовитого воздуха. Пришельцы исчезли так же внезапно, как и появились. Благо мы наладили связь и искали выживших. В прошлом году мы познакомились с Хаббалом, он тоже поделился многими размышлениями и рассказывал, что прошёл несколько миров в погоне за Дэвидом. Тот всякий раз ускользал от него. Он дьявол. Что нужно ему и его генералам так и непонятно. Просто уничтожить чужой мир? Не думаю, что всё так просто. – Оружейник откинулся на спинку скрипучего стула и скрестил руки на груди. – Раз вам удалось добраться сюда, вы везунчики. Тем более никто из вас не знал, что солнце убивает. Идёмте завтракать. На полный желудок говорить приятнее. Так? – он по-доброму глянул на Макара. – Не знал, что ты потерял отца и что мы с ним двойники из разных миров. Хочешь, я познакомлю тебя с моим сыном?

– Хочу, – внезапно согласился Макар, чем удивил меня. Бросил взгляд в мою сторону и улыбнулся. Кроме чешуйчатой кожи ничего не изменилось в нём, размышлял я. Когти вместо ногтей, да клыки во рту. Он не утратил человеческого разума и памяти, это главное. Остальное не важно. Для нас, но не для него и исправить всё наверняка невозможно.

Я снова захотел открыть записную книжку Хаббала и понять, отчего он указал именно этот маршрут. Почему не отправился сам, что помешало ему? Не простое нежелание, нет. Тут дело в чём-то другом.

Оружейник сказал идти за ним. Мы двигались по коридору, ловили на себе любопытные взгляды жителей подземелья. Запах готовящейся еды приятно защекотал нос, и в желудке заурчало. Ванька взял Макара за руку и тихо сказал ему:

– Надеюсь, ты теперь поешь вместе с нами?

Вспомнил, как Макар, наевшись саранчи, отказался от наших припасов. Я тогда решил, что он просто не хотел, чтобы с ним делились. Кто знает, что на душе у этого парня. Но мне точно хреново от мысли, что порой невозможно помочь тому, кого пообещал защищать.