Текст книги "Звезды на ладони"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zvezdy-na-ladoni-23976.jpg)
Автор книги: Татьяна Тронина
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– И ты к нему поехала? Не испугалась?
– Нет, совсем не испугалась... Я сразу поняла, что Леон никого не может обидеть. Он выздоровел и улетел в Гамбург. Вернулся через пару недель и опять мне позвонил. А через три месяца мы поженились...
– Как хорошо... – растроганно вздохнула Надя. – Пусть хоть у тебя будет все хорошо, Алька! А ты правда не жалеешь, что работу бросила?
– Нет. Я же тебе говорю – у меня было чувство, что я людей каждый день обманываю, – покачала головой Альбина. – Нет, лекарства нужны – но только те, что выписал тебе в индивидуальном порядке врач. И если уж выписал – так принимай их, черт возьми! Есть ведь другая крайность – когда пренебрегают лечением... Словом, у меня странное чувство к этим порошкам и таблеткам. Потому что я знаю, насколько они могут быть опасны. Я чувствовала себя убийцей.
– Алька, у тебя слишком развито воображение...
– Нет! Нет... Дело в том, что я действительно знаю, как можно убить человека с помощью лекарственной химии. Во сколько раз надо превысить дозу, какие компоненты надо смешать... Раз – и все, человек отравлен.
Альбина замолчала, напряженно вглядываясь в даль.
– Все, не будем об этом... – успокоительно погладила ее по руке Надя. – Начали за здравие, а кончили за упокой. Ты лучше расскажи, не хочет ли Леон написать музыку к какому-нибудь мюзиклу?
– К чему? – изумилась ее собеседница. – Что ты, Надя, Леон такими глупостями не занимается! Он серьезный композитор... Нет, я не о том, что мюзиклы – низкий жанр, я о другом – он просто этого не умеет. Есть специфика...
– Прости, я не знала, – сказала Надя. – Я, в общем, Леона-то твоего всего раза три видела, да и то мельком... Он же весь в творчестве.
– Да, Леон немножко застенчив... А Адама Лилькиного ты видела? – оживилась Альбина.
– Пару раз, и тоже мельком.
– И я... – засмеялась Альбина. – Он слишком важный человек, до нас вряд ли снизойдет...
– Как и этот? – Надя кивнула в сторону летнего кафе, где сидела Лиля со своим новым знакомым.
– Да, уверена...
* * *
«Кукла Маша, кукла Даша – просто дети стали старше...» – грохотала музыка.
– Все, я не могу... – сонно зевнула Альбина. – Не обижайтесь на меня, девочки, но я пошла спать.
– Я тоже! – вскочила Надя.
– Не пущу... Нечего компанию разрушать, – дернула ее за локоть Рая. – Алька, а ты иди, у тебя режим...
Лиля, пританцовывая, шла от барной стойки с бутылкой коньяка.
– Девочки, мы должны срочно отметить наш приезд! А где Альбина?
– Альбина устала. Ушла в номер. Бог с ней, все равно она не пьет, – махнула рукой Рая.
– Да и мы тоже не пьем! Всего лишь по рюмочке, чисто символически... – Лиля села, разлила дохнувший черносливом и ванилью коньяк в пузатые рюмки. – За наш вояж!
Они чокнулись. Рядом, на танцполе, вовсю веселились отдыхающие. От коньяка у Нади стало горячо в горле, словно она хлебнула кипятка...
– Раечка, можно вас? – появился Гога. – Всего один танец...
Где-то на заднем фоне маячил Юрик с сизыми щеками. Он не сводил с Лили глаз, но, видимо, прекрасно осознавал, что Лиля – птица не его полета.
– Надя, вы не танцуете? – продолжая таращиться на Лилю маслеными глазками, спросил он у Нади.
– Нет! – затрясла она головой.
Юрик отодвинулся назад.
– Правильно, – одобрительно кивнула Лиля. – Нам такие кавалеры не нужны...
– А где твой новый знакомый? – с любопытством спросила Надя.
– Стас придет позже, – небрежно бросила Лиля. – У него сейчас какие-то дела...
– Кто он?
– Я была права – сынок какого-то магната... – Лиля закурила тонкую длинную сигарету, изящно выпустила дым. – Золотая молодежь. Мажор. Милый юноша. Живет в люксе на последнем этаже нашего корпуса. Кстати, странно, что он тут оказался...
– Почему же? – не поняла Надя. – Или золотая молодежь совсем не признает Подмосковья?
– Нет, отчего же... – покачала головой Лиля. – Но «Хрустальные ключи» принадлежат к среднему уровню – по ценам, сервису и прочему... А есть такие элитные местечки, что тебе и не снилось, Надежда!
– Да уж наверное...
– Кстати, вот и он!
У входа появился Стас – холодный взгляд, сжатые в ниточку губы. Он увидел Лилю, и что-то дрогнуло в его лице.
– Кажется, он ждет, чтобы ты подошла к нему... – пробормотала Надя.
– Вот еще... – лениво сказала Лиля. – Если надо – сам подойдет.
Стас сквозь толпу стал протискиваться к Лиле. Надя увидела на лице подруги странное выражение – смесь азарта и насмешки, в углах Лилиных губ дрожала едва заметная улыбка. Она означала – «Милый, я буду делать все, что захочу. И ты тоже будешь делать только то, что я сочту нужным. Ты мой. Ты мой раб. Только со мной ты узнаешь настоящую страсть, о которой не позабудешь веки вечные...»
– Пойду воздухом подышу... – устало сказала Надя. – Кстати, куда Райка опять пропала?
Она вышла на открытую веранду. Там никого не было, лишь горели фонари среди листвы и журчал маленький фонтан посреди сада.
Стеклянная дверь со звоном захлопнулась за ее спиной, отрезав громкую музыку.
«Какая ночь...»
В конце июля еще стояла жара, в черном небе горели звезды.
На Наде было то самое платье, в котором она когда-то защищала диплом, – открытые руки и плечи приятно обдувал ветер. Но ощущение эйфории, которое всегда возникает от непосредственного общения с природой, внезапно пропало – откуда ни возьмись появились комары.
– Кыш, кыш... – сердито замахала она руками.
– Добрый вечер, – произнес кто-то совсем близко.
– Ой!
– Я вас испугал? Простите...
При свете фонарей она увидела мужчину. Лет сорока, с небольшими залысинами, в белоснежной рубашке. От него пахло популярным мужским одеколоном – этот запах Надя не раз ощущала в метро. «Дешевка...» – сказала бы Лиля, которая предпочитала только эксклюзив.
– Вы кто? – спросила она. Выпитый коньяк придавал ей лихости. В самом деле, она не Лиля, ей не нужны красавчики на «Хаммерах»...
– Позвольте представиться – Федор Андреевич... Можно просто – Федор.
– Надя, – сказала она. – Господи, я и не представляла, что тут комаров столько...
– Да, ложка дегтя в бочке меда... Счастье никогда не бывает абсолютным – сам страдаю от этих кровососущих.
– Что же вы тут делаете, Федор Андреевич? Ой, то есть Федор...
– Почему, Надя, вы не веселитесь вместе со всеми?
– А вы?
– Нет, я первый спросил... – деликатно засмеялся тот. – А помните – мы уже сталкивались сегодня, перед обедом?
– Разве? – удивилась Надя. – Вы, наверное, меня с кем-то путаете – у меня хорошая зрительная память...
– Ну как же, на лестнице – вы едва не сбили меня с ног! – совсем развеселился Федор.
– Ах, так это были вы?! О, я не хотела... – тоже засмеялась Надя. – Я хоть извинилась?
– Ну что вы, такие прекрасные женщины не должны извиняться! Может быть, вернемся, потанцуем немного?
– Нет, я уже иду домой... – подумав, изрекла Надя.
– Я провожу? – услужливо склонился перед ней ее новый знакомый.
«Господи, какой прилипчивый... – чуть досадливо подумала она – Хотя я уже решила, что он меня вполне устраивает. Но устраивает для чего? Надо намекнуть ему, что мы можем встретиться завтра! Нет, не буду ничего намекать, пусть сам предложит, если захочет. Предложит что?..»
– Да, пожалуй... – согласилась Надя. – Я еще не вполне ориентируюсь на территории.
Они медленно побрели по аллее.
– Нравится вам здесь?
– Да, очень... Хотя, говорят, есть места и получше, – усмехнулась Надя, вспомнив Лилины слова.
– Где же? – любезно осведомился Федор.
– Там, где нас нет...
Фонтан, изображавший задумчивую нимфу, журчал теперь рядом. Надя села на каменный бортик, наклонилась, зачерпнула воды.
– Жарко... – Она плеснула воды себе на шею.
Федор сел напротив.
– Вы удивительно красивая, Надя...
– Это освещение такое. – Она брызнула и на него водой.
– Нет, не прибедняйтесь... – вздохнул новый знакомый. – Вы замужем?
– Нет, я совершенно свободна. Разведена...
– Да? Я тоже! – оживился Мужчина. – Какое удивительное совпадение!
– Все-то у вас удивительно... Только не спрашивайте меня, из-за чего мы с мужем разошлись.
– Не буду, – покорно произнес Федор. – Я вас понимаю... Мне тоже не хочется вспоминать. Боже мой, двадцать лет вместе – и все коту под хвост...
– Вы были женаты двадцать лет? – с любопытством спросила Надя. Чужие истории ей всегда были интересны. – Это очень много...
– Представьте себе. У нас взрослый сын, учится сейчас на юридическом... Как видите, Надя, я ничего от вас не скрываю. В какой-то момент мы с Ирой перестали друг друга понимать...
– Ира – это ваша жена?
– Совершенно верно... А началось все с мелочей. Понимаете, я ответственный работник, тружусь в префектуре Юго-Восточного района, занят до позднего вечера, а она преподает в институте – в четыре уже дома. Между прочим, я страшно устаю, а Ирочка требовала, чтобы все домашние дела делал я – магазин, вынос мусора, прогулки с собакой...
Надя сидела на бортике, болтая ногами, и внимательно слушала историю нового знакомого. Судя по всему, его бывшая жена Ирочка была дамой с характером деспотическим. Однако почему он с такой грустью вспоминает о ней?..
– Но, в конце концов, мне все это надоело, и я сказал ей: «Ира, так жить нельзя, я мужчина, и это вовсе не мое дело...»
Надя посмотрела на ответственного работника из Юго-Восточной префектуры, попыталась представить его с мусорным ведром.
– Может, стоило нанять домработницу? – спросила она.
– В каком смысле? – запнулся Федор. – Нет, я не понимаю – она же заканчивает в четыре, у нее уйма свободного времени...
– По-моему, вы до сих пор не можете ее забыть, – строго произнесла Надя. – Попробуйте с ней помириться!
Это предложение подействовало на Федора отрезвляюще. Он встрепенулся, видимо, вспомнив, где и с кем сейчас находится. Обсуждать с хорошенькой незнакомкой перипетии своей неудавшейся семейной жизни...
– Наденька, я выбрал не слишком удачную тему для беседы! – проникновенно сказал он. – Господи, какой я дурак...
Он взял ее за руку и поднес к своим губам. Первым желанием Нади было отдернуть ее, но потом она вспомнила, зачем она приехала в санаторий. Забыть Егора Прохорова. Забыть навсегда. И начать новую жизнь...
– У вас кожа пахнет цветами... – пробормотал Федор.
«Крем для рук с экстрактом ромашки», – хотела сказать Надя. Он придвинулся и поцеловал ее – так трепетно, так невесомо, словно пытался приласкать воздух...
«Будь, что будет... Этот Федор – не самый худший вариант. Правда, немного зациклен на своей Ирочке».
В ночном небе дрожали звезды, слышалась отдаленная музыка из ресторана – казалось, все способствовало романтическому безумию.
– А ты поймай меня! – воскликнул неподалеку женский голос, и затрещали кусты.
На небольшую площадку перед фонтаном выскочила Рая, игриво хохоча. За ней, пыхтя, топал Юрик.
– Раечка, сладкая моя булочка! – тянул он к ней руки.
– Ой, тут кто-то есть! – взвизгнула Рая.
Надя не успела снять руки с шеи Федора – они так и сидели возле фонтана, тесно прижавшись друг к другу.
– Надька... – хихикнула Рая. – С кем это ты? Юра, нет, ты посмотри – знакомые все лица!
И она побежала дальше по аллее, хохоча и подпрыгивая, словно расшалившаяся девочка. Юрик послушно затопал за ней, вытирая лоб.
– Это ваша подруга? – шепотом спросил Федор. Игривый Райкин голос удалялся, постепенно затихая.
– Ага... – тоже почему-то шепотом ответила Надя.
Она вдруг увидела эту сцену со стороны – два одиночества пытаются найти утешение друг в друге, обнявшись у фонтана. Белая рубашка Федора отливала фосфоресцирующим голубоватым оттенком в полутьме – точно мантия призрака. И этот одеколон, такой резкий вблизи... А залысины!
– Мне пора, – сказала Надя и убрала руки с его шеи.
– Наденька, такой чудный вечер...
– Нет, правда, мне пора! – с отчаянием произнесла она.
– Я провожу...
– Не стоит!
* * *
Шумела вода, легкий пар курился в теплом просторном помещении, сквозь замазанное белой краской окно едва пробивался утренний свет – и оттого казалось, что там, на дворе, сумерки.
– Хорошо-то как... – разнеженно пробормотала Рая, поправив полотенце на голове.
– Да, расслабляет, – согласилась Лиля, не открывая глаз.
Надя не участвовала в разговоре – было слишком лень. Пузырьковая ванна с экстрактом хвои вызвала у нее нечто вроде транса.
– Жалко, Альки с нами нет, – подумав, сказала Рая, по подбородок окунувшись в воду.
Они лежали – каждая в своей ванне. Санаторный доктор нашел у подруг небольшое нервное расстройство и рекомендовал расслабляющие процедуры.
– У Альки сердце... – напомнила Лиля, не открывая глаз. – Поэтому у нее своя программа. Ей сейчас пятки какой-то лечебной грязью мажут – тоже, говорят, неплохо...
В ответ и Рая изъявила горячее желание намазаться грязью.
– А завтра пойду на циркулярный душ, – сообщила Лиля. – Очень тонус повышает. А потом на массаж... Или наоборот – сначала массаж, а потом душ?
– Не грузись, у тебя все в санаторной карте записано, – успокоила ее Рая. – Надька!
– М-м... – отозвалась Надя.
– Ну, я от тебя такой прыти не ожидала... Расскажи хоть нам!
– О чем? – расслабленным голосом спросила Надя.
– Кто он, как зовут, чем вы вчера занимались?..
– Раечка, что за патологическое любопытство! – поморщилась Лиля. – Ты вторгаешься в личную жизнь...
– Какая личная жизнь?! – возмутилась Рая. – Мы же подруги! Вот я, например, не собираюсь ничего от вас скрывать – мы с Юриком провели изумительную ночь. Гога куда-то ушел – у них номер двухместный, и мы веселились до утра.
– Представляю себе это веселье... – кисло произнесла Лиля. – Свадьба гиппопотамов...
– Лилька, зараза! – заорала Рая и плеснула в подругу водой. – Никогда от тебя доброго слова не дождешься!
– Девочки, прекратите! – строго сказала Надя, стряхнув наконец с себя оцепенение. – Если вам так интересно, могу рассказать. Его зовут Федор, он разведен, ему сорок лет, он ответственный работник... Да, и вчера между нами ничего не было, если не считать одного целомудренного поцелуя возле фонтана.
– Как?! – изумилась Рая. – Чего же так плохо? Лилька, нет, ты только послушай ее!
– А что такое? – заерзала Надя в ванной.
– Ответственный работник! Всего сорок!! Разведен!!! Чего же тебе еще надо, голубка ты наша?!
– Мне ничего не надо, – улыбнулась Надя.
– Да, Надя, в чем дело? – томно спросила Лиля. – Ты обнаружила у этого Федора тайные извращенные желания, которые тебя оттолкнули?
– О чем ты? – изумилась Надя. – Нет, ничего такого. Просто... Просто он – не мой человек. Нет, он хороший, и с ним, наверное, можно было завязать отношения... Но он мне как-то сразу не понравился. И еще он все время говорит о своей бывшей жене. Подозреваю, что он до сих пор ее любит, и я для него... ну, что-то вроде утешения, хотя, может, я ему и действительно понравилась...
Лиля обожала все эти психологические штучки.
– Понимаю... – проникновенно произнесла она. – Он глядит на тебя и словно видит лицо своей бывшей. А ты, Надежда, прямо-таки кожей чувствуешь, что видит он в этот момент не тебя... Ужасное ощущение!
– А я не понимаю, – упрямо произнесла Рая. – Приличный мужчина, ответственный работник... Смотри, Надька, будешь капризничать, до старости одна проживешь.
– Рая, не дави на нее, – заступилась за подругу Лиля. – Ничего, Надюш, мы тут только второй день... Все еще впереди! Кстати, Стас от меня без ума. Он на пять лет меня младше, и меня это так заводит...
– Бесстыдница! – хихикнула Рая.
– От такой слышу, – огрызнулась Лиля. – Все было чрезвычайно романтично. Мы вчера после ресторана решили покататься на его машине...
– Ночью? – удивилась Надя.
– Ну да... Доехали до какого-то монастыря полуразвалившегося. Луна, кресты, тишина невероятная... Жутко и красиво.
– Вот кто у нас извращенка! – опять хихикнула Рая, вытирая ладонью влажное лицо.
– Глупая кукла! – не осталась в долгу Лиля. – Ну так вот... Мы сначала целовались, как безумные, а потом он встал передо мной на колени и стал говорить, что влюбился с первого взгляда, что это судьба – наша встреча, что я лучшая девушка во вселенной...
Рая хотела сказать какую-то очередную колкость, но передумала.
– Лилька, разве так бывает? – с сомнением произнесла она.
– Что? – не поняла Лиля.
– Что вот так сразу – любовь, признания, стояние на коленях...
– Так сразу! – гордо сказала Лиля. – Кстати, Стас всерьез считает, что встреча со мной – это судьба. Потому что вовсе не собирался ехать сюда, оказался здесь случайно, так как не достал путевки в какое-то пафосное заведение, я не запомнила его название...
– А он тебе нравится? – спросила Надя. – Этот твой Стас?
– Да, иначе бы я и не стала с ним встречаться... – пожала плечами Лиля.
– Адама своего бросишь, замуж наконец выйдешь... – мечтательно произнесла Рая. – Красота!
Лиля вздрогнула.
– Адама я никогда не брошу, – тихо сказала она. – Стас – это всего лишь обыкновенная интрижка. Интрижка на одну неделю...
После обеда все отправились на пристань. На Альбине был светло-голубой костюм с широким отложным воротником – легкий намек на матросскую тему, на Рае – огромная шляпа, больше напоминающая размерами автомобильную камеру. Лиля была в золотистом открытом платьице, золотистых туфельках на шнуровке, с крошечной сумочкой. Надя облачилась в белый жилет и белые хлопковые брюки – купила перед отъездом, поддавшись на Лилины провокации.
– Где Стас? – с любопытством спросила Альбина, когда они шеренгой гордо шагали по асфальтовой дороге, петляющей между деревьев в лесу и ведущей вниз, к реке.
– Он не захотел с нами ехать. Вернее, я его отговорила, – гордо сообщила Лиля. – Разве нам вчетвером плохо? Надо хоть иногда без мужчин побыть.
Рая нахмурилась.
– Ну вот, а я Юрика еще утром попросила за билетами сбегать... Он на пристани ждать обещал.
– Зачем? – с раздражением произнесла Лиля. – Этот твой Юрик у меня в печенках сидит! Неандерталец какой-то...
– Не могу же я его обратно отослать... – пожала плечами Рая.
– Можешь, – жестко произнесла Лиля. – Ты все можешь. Пусть отдаст нам билеты и катится на все четыре стороны. Меня от его рязанского выговора коробит!
– Юрик из Верхнеряжска, а не из Рязани.
– Тем более! – зловеще произнесла Лиля. – Если он нам и сегодня глаза будет мозолить, я все Колесову расскажу.
– Что ты ему расскажешь? – побледнела Рая под своей шляпой.
– Чем ты тут занималась!
– Надя! Алечка! – повернулась Рая к подругам, ища у них поддержки.
Надя хотела сказать, что Колесову давно следовало отомстить, но ее опередила Альбина.
– Раечка, мне кажется, этот Юрик тебе действительно не пара, – с мягкой улыбкой произнесла она. – Уж лучше быть одной, чем с таким-то...
– С каким – таким? С каким – таким?.. – надула губы Рая. – Вы противные и злые. А если Колесову все расскажете, то он меня убьет. Он жутко ревнивый!
– Девочки, вы лучше подумайте о Наде. У нее совсем другая проблема – ей никто не нравится. Давайте о Наде думать!
– И о себе! – напомнила Надя.
– Да, и о себе!..
У пристани пыхтел маленький теплоходик, и несколько отдыхающих уже сидели на палубе.
– Ой, мы тут раньше времени оказались! – взглянула Лиля на часы. – Ну и хорошо, пусть Юрик твой, Райка, на следующем плывет!
– Да, не будем терять времени! – согласилась Альбина.
Они вчетвером поднялись на теплоходик – капитан на мостике отдал честь, глядя исключительно на Лилю.
– Отдать швартовы! – закричал он в рупор.
Теплоходик медленно отчалил от берега и заскользил по водной глади вперед.
Подруги сели на верхней палубе в пластиковые легкие кресла. Первое время Рая еще дулась, но потом настроение у нее опять улучшилось.
– Красиво-то как... Ах, как красиво... – лепетала она, придерживая широкие поля у шляпы. – Ой, вон там какие-то развалины – Лилька, это не там ли вы со Стасом целовались?
– Раечка, мы ездили к монастырю, а ты показываешь мне какой-то полуразвалившийся коровник... Лучше сходи за пивом.
– Что-о? Я тебе не служанка, между прочим! И потом, где ты на этой посудине пиво найдешь?
– Внизу салон, там есть мини-бар...
– Сама топай в свой мини-бар!
– Ладно, схожу за пивом, – прекратила спор Надя.
– Ой, глядите – стадо на том берегу пасется, – обрадовалась горожанка Альбина. – Девочки, а вы, наверное, забыли, откуда молоко берется...
– Из пакета, купленного в супермаркете!
Надя прошла мимо других отдыхающих, прилипших к бортам теплоходика, в основном это были семейные пары с детьми, шумно радующимися прогулке, – и спустилась по узкой лестнице. Внизу, в салоне, было полутемно, играла легкая музыка. Официанта не было. Надя села за один из столиков недалеко от стойки – и в этот момент кто-то занял место напротив нее.
– Привет! Скучаешь?
Это был «добрый молодец» ее возраста или чуть старше, с испанскими усиками и узкой бородкой клинышком.
– Нет, не очень, – честно призналась Надя.
На незнакомце была черная майка-борцовка, стильная цветная татуировка на предплечье и серебряное колечко на мизинце – в общем, вполне законченный образ знойного мужчины, насколько Надя в этом разбиралась. Что-то в нем было от Гены Колесова, что пугало и привлекало. Правда, в отличие от пьющего Райкиного супруга «добрый молодец» выглядел гораздо приличнее.
– Сергей, – он протянул руку через стол и пожал Надину руку – жест на первых секундах знакомства, пожалуй, несколько нахальный. – Чего ждешь?
– Вот, пива хотела купить... – Она кивнула в сторону барной стойки и тут же принялась мысленно ругать себя. Никогда не надо никому ничего объяснять, уж хуже этого только оправдываться. Лиля говорила, что оправдываться – самое последнее дело... В тонкой науке общения полов Лиля была чем-то вроде профессора, и примером тому – ее собственная жизнь. Она только брала от жизни и расплачиваться не собиралась...
– Ты одна? – снова спросил этот Сергей, бесцеремонно и деловито разглядывая Надю.
– Нет, – твердо ответила она. «Вот так и надо – коротко и просто, ничего не объясняя...» Она отвернулась в сторону, всем своим видом показывая, что разговор окончен.
– Неправда... – неожиданно рассмеялся он. Смех у него был красивый, с хрипотцой.
– Что значит – неправда?! – не сдержалась Надя. – Я вам говорю, что я не одна – значит, я не одна... Между прочим, меня ждут три подруги – там на верхней палубе!
– Ты одна, – торжественно произнес он, словно комплект из трех подруг не имел никакого веса. Для Сергея важным было то, что рядом с Надей не было мужчины. Впрочем, судя по всему, даже если бы таковой и имелся – помехой для него это бы не явилось...
– А тебе-то что? – рассердилась она, тоже перейдя на «ты».
– Хочешь, я угадаю твое имя?
– Оно у меня очень сложное, – неожиданно заявила Надя. – Ни за что не догадаешься... Иностранное. У меня бабушка была испанской коммунисткой! В честь ее назвали.
Про коммунистку она наврала – чтобы запутать нахального мачо.
– Долорес, что ли? – усмехнулся тот. – Или Мерседес?.. Инезилья? Нет, не то. У тебя простое имя, наше.
– Да, Агафья Тихоновна я... – буркнула Надя.
– Что, ты обиделась? – удивился нахальный Сергей. – Простое – не значит простонародное. Хотя, по здравому размышлению, в наше время дама с таким именем непременно должна быть феминисткой, курить сигареты в мундштуке и работать бы главным редактором какого-нибудь продвинутого журнала.
Надя представила современную Агафью Тихоновну и засмеялась. Он был забавный, этот мачо. Пожалуй, еще минуту можно было посидеть рядом с ним.
– У тебя кожа слишком нежная – вон нос немного обгорел... – пристально разглядывал ее Сергей. – Может быть, ты Мария? Нет, нет... Волосы у тебя каштановые, с рыжинкой, где шея – колечками слегка вьются... Ольга? Нет. Глаза у тебя с искорками – ты Елена... Брови домиком – Вера, Людмила?
Надя засмеялась и отрицательно трясла головой.
– По внешности невозможно определить имя! – воскликнула она наконец.
– Нет, можно. Ты не бойся, сейчас я все равно тебя разгадаю... Шея у тебя длинная и белая – лебединая. Как у балерины. Тебе бусы надо носить, в несколько рядов – красиво очень будет. А губы у тебя на солнце оранжевый, персиковый такой оттенок принимают. Ты – Надежда, – уверенно заключил Сергей.
– Но тут нет солнца... – она беспомощно пожала плечами. – Вон занавески на окнах.
– Нет, ты скажи – я угадал? – хитро заглянул он ей в глаза.
– Угадал, – сказала Надя, вставая. – Я – Надежда. Наверное, слышал, как подруги ко мне обращались! Ладно, пока...
Она решила не дожидаться бармена и вышла на нижнюю палубу.
Там, опершись о бортик, стояла Альбина и смотрела на воду.
– Алька, что ты тут делаешь?
– Так, любуюсь... Девчонки тебя заждались.
– Черт с ними, пива все равно нет... То есть закрыто все.
– А...
Теплоход плыл мимо леса – сквозь сосны и ели пробивались золотые лучи. Надя встала рядом с подругой, вдохнула свежего речного воздуха.
– Буду зимой денечки эти вспоминать, – сказала она. – Как мы с тобой, Райкой и Лилей устроили себе каникулы. Слушай, Алька, с тобой бывает так – ты смотришь на природу, наслаждаешься прекрасным днем, и кажется – впереди тебя ждет что-то необыкновенное... Какое-то неземное, сумасшедшее счастье...
– Да, точно! – обрадовалась Альбина. – Именно так и бывает! Наверное, потому, что ни о чем плохом думать не хочется.
– Наверное... – грустно согласилась Надя.
– Но почему так печально? – засмеялась Альбина и потрепала ее по плечу.
– Потому что это обман. То есть самообман...
– У тебя предчувствие?
– Да. Как будто что-то со мной должно произойти... Хотя ерунда все это. Аль, ты лучше скажи, а на солнце губы у меня какого цвета?
– Что? – удивилась Альбина, вглядевшись в лицо подруги. – Тебе не нравится твоя помада?
– Помадой я сегодня не пользовалась. Ты мне просто скажи, какого у меня цвета губы! – нетерпеливо попросила Надя. – Ну?
– Да обычные... Розовые.
– Фу-ты... дурак.
– Кто – дурак? – еще больше удивилась Альбина.
– Да так, тип один... Привязался ко мне сейчас с какими-то глупостями.
Они поднялись на верхнюю палубу.
Лиля фотографировала проплывавший мимо пейзаж крошечным фотоаппаратом.
– Долго как... – напустилась на них Рая. – Сначала одна пропала, потом другая...
– Корабль-призрак! – засмеялась Альбина.
– Граждане пассажиры, стоянка у острова полчаса, – объявил капитан по громкой связи. – Затем теплоход отправится в обратный путь. Просьба не теряться...
Пассажиры дружной толпой вывалились на берег.
Когда-то эти места принадлежали известной дворянской фамилии Вяземских – и потому везде можно было наткнуться на обломки былого величия. Усадьба Вяземских располагалась километрах в двух от этого места, на берегу, а здесь, на острове, стояли грот и беседка.
– Грот Венеры, – прочитала Лиля на указателе. – Пошли туда, девочки?
– Говорят, князь Вяземский двести лет назад возил сюда хорошеньких поселянок втайне от своей старой жены, – вспомнила Альбина строчки из путеводителя.
– Старой? – с любопытством переспросила Рая. – Зачем же он на старухе женился, а?
– Ну, не такой уж старухой она была. По-моему, лет тридцать ей было, – вспомнила и Надя.
– Как нам, что ли?
– Райка, в те времена тридцать лет – это уже много...
– Скотина он, этот ваш Вяземский! – рассердилась Рая. – Голову бедным поселянкам морочил!
– Представляю я тех поселянок, – поморщилась Лиля. – Тогда люди мылись всего раз в неделю, в бане...
– А в Европе вообще не мылись, – заметила Альбина, которая любила справедливость. – Помню, читала когда-то про одну французскую принцессу. Так вот она мылась всего два раза в жизни – как родилась и перед свадьбой. Кстати, очень гордилась этим...
– Ужас, ужас, ужас... – Чистюля Лиля была шокирована.
Остров был небольшой и очень живописный – посреди в глубине небольшого холма располагался каменный грот, в котором тихо журчала вода.
– Рая, Надя, Алечка... Встаньте рядом, я вас сфотографирую!
Лиля защелкала фотоаппаратом. Потом Альбина с Раей принялись разглядывать появившуюся картинку – фотоаппарат у Лили был модный, цифровой, и на маленьком экранчике можно было сразу посмотреть, что получилось. А если изображение не понравилось, стереть его.
Надя сделала несколько шагов вниз, по склону, и вдруг увидела Сергея. Он стоял, сложив руки на груди, и с улыбкой смотрел на Надю – как будто уже давно наблюдал за ней.
– Это твои подруги? – спросил он.
– Да, – она спустилась к нему. – Все красавицы, как на подбор.
– Ты – самая интересная, – серьезно произнес Сергей.
– Скажешь тоже... – засмеялась Надя. – Хотя спасибо за комплимент!
– Это не комплимент, а констатация факта.
– Наверное, ты плохо разглядел Лилю. От нее все без ума...
– Лиля – это та, в золотом? – привстал на цыпочки Сергей. – Нет, она не в моем вкусе. Слишком ненастоящая... А вон та, с малиновыми волосами, – врушка и сплетница, самый мой нелюбимый женский тип. Черненькая, в голубом, – себе на уме, да и мужа любит, ко всему прочему. Флиртовать с ней бесполезно.
– Откуда ты это знаешь? – удивилась Надя.
– Знаю...
Он взял ее за локоть, повел вниз, подальше от толпы.
– Куда ты меня ведешь? Зачем? – недовольно спросила Надя. – Как тебя там... Сергей! Отпусти руку...
За кустами бузины, росшей неподалеку от реки, которая в этом месте стремительным потоком огибала остров, Сергей повернул Надю к себе и обнял.
– Я боюсь тебя... – прошептала она.
– Глупенькая! – нежно произнес он и стал целовать ее. Она отвечала на его поцелуи – горячие, словно летнее солнце. Голоса подруг шумели где-то вдали, долетали до Нади птичьим бездумным щебетом. Когда-то, тысячу лет назад, точно так же целовал ее Гена Колесов. – Разве ты не чувствуешь – мы подходим друг другу?
Он щекотал губами ее шею, ерошил волосы, прижимался щекой к груди – каждое его прикосновение обжигало и нравилось – вот так бы до скончания века...
– Нет! – задыхаясь, сказала Надя. – Я неправильно выразилась... Я не тебя боюсь, а себя!
– Почему так? – Сергей остановился, с удивлением заглянул ей в глаза.
– Потому что... ну, это ненадолго. А я не хочу – когда ненадолго.
– Только навсегда? – улыбнулся он. Зубы у него были длинные, острые – словно волчьи.
– Да... Ты не смейся, я серьезно!
– Хорошо, пусть будет навсегда, – неожиданно заявил он. – Можно попробовать. А вдруг получится, черт возьми!
Говорил он серьезно или шутил – Надя не понимала. Но одно она знала точно – если сейчас она впустит этого мужчину в свою жизнь, то погибнет. И эта милая летняя прогулка по реке окажется самой большой ошибкой в ее жизни.
– Ты не можешь навсегда, – сказала она мрачно. – Ты не можешь принадлежать только одной. А я ревнивая – я тебя не прощу. Уже было такое в моей жизни. Как только я узнала, что у моего мужа есть другая женщина, то сразу бросила его.
– Ты не узнаешь, – Сергей наклонился и поцеловал ее в шею. Татуировка на его предплечье изображала ухмыляющегося змея. – Надя-Надя-Наденька...
– Нет...
Она вырвалась из его рук, отступила на шаг назад.
– Куда ты? – обиженно спросил он. – Выдумщица ты, Надя... Помнишь детскую сказку про деревенских дурачков – невеста увидела топор на стене, стала плакать. Пришел жених, спросил – чего, мол, ревешь? А она говорит – вот женимся мы, родим сыночка, вырастет он, и упадет на него этот топор... Ты такая же – придумываешь то, чего еще нет!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?