Электронная библиотека » Татьяна Веденская » » онлайн чтение - страница 3


  • Текст добавлен: 9 ноября 2013, 23:30


Автор книги: Татьяна Веденская


Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы


Возрастные ограничения: +18

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Стас опешил.

– Зачем?

– Ты что, никогда не разжигал костер? Никогда не ходил с классом в походы?

– Давай сюда свою дурацкую газету, – пробурчал Стас, а я вспомнила, как когда-то у меня дома он увидел на кухне висящую связку сухих белых грибов и недоуменно спросил, что это. Оказывается, он грибы видел только в супе и думал, что они растут уже жареными.

– Подвинься, дай-ка я сама. Тут еще подуть можно. – Я деловито оттолкнула его от «амбразуры», подоткнула смятую газету под дрова, чиркнула спичкой и осторожно дала огоньку разрастись.

Огонек побежал по поленьям, а я вдруг всей кожей почувствовала, что Стас смотрит на меня. Смотрит совсем другим взглядом.

– Ты чего? – Я скосила взгляд и наткнулась на блестящую синь его глаз. Он не был писаным красавцем, но глаза – за такие глаза убивают. За такие глаза уходят на край света. Чего я, дура, еще хочу? Он тут, со мной…

– Я скучал, – сглотнул он и оторвал меня от печки.

Через несколько секунд мне стало все равно, горят там дрова или нет. В моей груди начинался самый настоящий пожар. Говорят, есть люди, которые подходят друг другу психологически, а есть – физически. Про первое не знаю, но когда Стас прикасался ко мне…

– Я тоже скучала, ты не представляешь как.

– Молчи. Где тут у тебя кровать?

– Там. – Я коротко вдохнула, почувствовав, как он поднимает меня на руки. Во мне живого веса меньше, чем в большой собаке, так что носить меня – дело нетрудное, но все же как это приятно!

– Ты мой самый лучший подарок, – тихо прошептал Стас мне на ухо. Отведя мои волосы от лица, он усмехнулся и легонько щелкнул меня пальцем по кончику носа.

– Что ты делаешь? – возмутилась я.

– Ты имеешь что-то против?

– Я – за, – вздохнула я и отдалась его уверенным рукам.

Ему исполнился сорок один год, и он совершенно точно знал, что и как делать, чтобы я тихо мурлыкала, греясь в лучах его взглядов. Когда он смотрел так, мне и в голову не могло прийти, что наши отношения несерьезны. Возможно, я ошибалась. Меня терзали сомнения.

Потом мы долго лежали, глядя на небо за окном. Я чувствовала, что засыпаю. Тихое счастье кошки, нализавшейся сметаны. А Стас, напротив, в возбуждении рассказывал мне что-то о проигрыше «Дженерал Моторс» в конкурентной борьбе. О двух с половиной миллионах человек, которые могут остаться без работы, о том, что американские машины уже никогда не догонят японские… Я дремала, изредка приходя в себя и кивая первому попавшемуся обрывку фразы. Я лежала в его объятиях, и не было ничего прекраснее этого умиротворения. Было странно, что такое вообще возможно в моем мире. Я никогда прежде не любила; кажется, никогда прежде не любили и меня. Хотя было немало мужчин и немало разговоров под одним одеялом.

Наверное, все могло бы так и остаться, если бы я так и не подняла в тот раз вопрос о наших отношениях со Стасом. Да, наверное, могло. Я забила бы на все, целовалась бы, смотрела на полную луну и лопала жареные сосиски, доставая их из печки. Зачем будить лихо, пока все так тихо и чудесно? Наверное, все так и было бы, если б Стас не сказал:

– Мама будет у меня еще пару недель. Придется нам пока не встречаться.

– Не встречаться? Почему? – нахмурилась я.

Он же, нисколько не смутившись, пояснил:

– Я не хочу, чтобы кто-то узнал, что у меня кто-то есть, понимаешь?

– Не очень, – тихо пробормотала я.

– Что? Я не расслышал, – сказал Стас, достав из печки еще одну сосиску.

Я глубоко вдохнула и поняла, что это, видимо, неизбежность – нужно все выяснить.

– А что, ты стыдишься наших отношений? – спросила я. Мне хотелось надеяться, что это прозвучало, как нейтральный вопрос. Такой же, как «ты будешь чай или кофе?».

Стас замер, потом встал и внимательно посмотрел на меня.

– Что ты говоришь ерунду? Конечно же, нет.

– Тогда почему бы твоей маме не узнать, что у тебя есть я? И твоим друзьям, кстати, – добавила я, понимая, что нейтральный тон у меня не выходит.

– Потому, что я не хочу бессмысленных расспросов, – недобро ответил он и отвернулся.

Интересно, что он думал в этот момент?

– Почему? Потому, что между нами нет ничего серьезного? – перешла я на повышенный тон. Надо же, сколько во мне, оказывается, накопилось обид! Откуда что взялось!

– Что с тобой? Чего ты добиваешься? – разозлился Стас.

Впрочем, я тоже злилась.

– Нам надо поговорить.

– О чем?

– О нас. О наших отношениях, – обреченно объявила я.

Шувалов сел, на лице выражение «ну вот, опять то же самое!». Помолчал. Потом уставился на меня злым взглядом.

– Тебя что-то не устраивает? Что ты хочешь узнать?

– Я… – Внезапно мне стало трудно говорить. Его поцелуи еще не остыли на моих плечах, мое тело еще помнило его руки. Почему все должна решить вечно недовольная всем голова?

– Что ты? Ты хочешь каких-то обещаний, гарантий? Статуса? Что вы все всегда хотите еще? Думаешь, я это все не знаю и не проходил? Много раз!

– Кажется, ты был женат однажды или я что-то путаю? – зло бросила я.

– Нет, ты ничего не путаешь. Кроме того, что я тебе ничего не обещал. Кажется, вот тут все перепуталось, верно? Что не так? Что изменилось? – Он вскочил, накинул рубашку и принялся мерить шагами комнату.

Я закрыла глаза руками и попыталась стать маленькой-маленькой. Я часто жалела о том, что сделала, но никогда с такой силой, как сейчас. И все-таки надо было продолжать. Надо говорить «Б».

– Я не понимаю, кто я тебе. Как ты ко мне относишься. Что ты думаешь о нас. Или, может, ты вообще не думаешь о нас? Может, это для тебя просто приключение в свободное от других дел время? – Слова поддавались с трудом, упираясь перед выходом. Они вылетали, как парашютисты, и я не была уверена, что кольцо сработает и парашют раскроется.

– Что за бред, я никогда не давал тебе повода так думать!

– А выкинуть меня накануне Нового года, это что – нормально? Я уже сидела в машине, между прочим! Уже купила продукты, хотя это не важно. Везла платье… Для тебя все это ерунда, верно?

– Нет. Нет. – Стас остановился и уставился в окно. Он долго смотрел в него молча. Я сидела и хотела курить. Ужасно, когда твой любимый мужчина – поборник здорового образа жизни. Плохо, когда он намного идеальнее тебя. Тем, у кого мужчины имеют недостатки, гораздо легче – им есть кого спасать. Как бы я хотела спасти Шувалова от какой-то беды. Да, тогда бы он понял, что я ничего не хочу, кроме… кроме любви.

– Я ведь отношусь к тебе очень серьезно. Ты это понимаешь? – сказала я, хотя хотела сказать, что люблю. А вдруг, услышав это, он убежит? Я представила, как он выпрыгивает в окно, прямо так, без штанов, и удирает через поля на трассу ловить машину.

– Ты тоже не преувеличивай. И почему вы так склонны все драматизировать? – пожаловался Стас.

– А ты считаешь, это нормально? Ведь это не ты, а я вчера не знала, куда деваться! – Мои силы кончились, и я заплакала.

Ох, как же мне хотелось, чтобы Стас подошел и обнял меня за плечи. И сказал, что все наладится. И что он тоже относится ко мне довольно-таки серьезно. Мне этого хватило бы, честное слово. Но он этого не сделал. Он сказал:

– Давай не будем ссориться. Я же тебя предупреждал: свобода – это единственное, чем я на самом деле дорожу.

– Вот именно, – всхлипнула я. – Свободой. А не мной.

– Это не так. – Его голос смягчился. – Ты мне тоже очень дорога. Просто… пока еще я не готов сделать то, чего ты хочешь. Может быть, и вообще не буду готов.

– Я же ничего не хочу. Только быть вместе!

– Нет. Ты хочешь все. – Он грустно кивнул и посмотрел на меня. – И это нормально. Не спорь, я знаю.

– Но…

– Но это не со мной. Я еще не могу прийти в себя после развода. Понимаешь?

– Понимаю, – уныло согласилась я. После собственного развода я год не могла заснуть без таблетки снотворного. Я сидела среди подушек и пледов и раскачивалась из стороны в сторону. С этим не поспоришь, это очень тяжело – развод. Даже если твой муж не был мечтой, за которой хотелось угнаться. Теряя мужа, теряешь гораздо больше на самом деле.

– Надо ехать. Уже темнеет, – после некоторой паузы сказал Стас. И хлопнул в ладоши, как бы подводя итог.

– Значит, наши отношения для тебя ничего не значат? – с упорством самоубийцы спросила я.

– Что ты хочешь услышать? Что если ты пригрозишь мне отлучением от тела, я пойду на твои условия? Познакомлю тебя с мамой, чтобы она могла запилить меня до смерти? Представлю тебя друзьям, которые потом уведут тебя у меня? Хочешь, чтобы я признался, что ты имеешь возможности и ресурсы, чтобы сделать мне больно?

– Что ты такое говоришь? Я бы никогда не сделала тебе больно! – возмутилась я. Его слова были мне так непонятны, что я вдруг задумалась – вдруг мы с ним действительно разговариваем на разных языках? – Я только хочу знать, что ты думаешь обо мне. И значу ли я что-нибудь для тебя?

– Странный способ убедиться в этом, не кажется? – Стас поднял бровь.

Он подошел к кровати и аккуратно, чтобы не задеть меня, достал свои джинсы.

– Но так все делают. Знакомятся, общаются…

– Я – не все. Если тебе недостаточно того, что есть, то тебе придется искать другие варианты. – Он собирался с невыносимой последовательностью, невольно заразив меня тоже. Я встала и, чтобы занять руки, сложила тарелки в буфет. Протерла стол. Застелила постель. Ужасно хотелось курить, но Стас не выносил табачного дыма. Пассивное курение хуже активного. Еще один факт, которого я не знала до знакомства с ним. Кирилл тоже курил, и мы вместе радостно дымили на кухне по выходным. Вообще, у нас с моим бывшим мужем было гораздо больше общего. Мы подходили друг другу, как селедка к вареной картошке. Правда, без любви.

– Я не хочу никаких других вариантов. Это не магазин, а ты – не сорт йогурта.

– Ошибаешься, – пожал плечами Стас. – Настоящая любовь не что иное, как самый дорогой вид товара. И я уже разорился на этом.

– Мне ничего от тебя не надо. – Я хлопнула дверью и вышла во двор, натянув на ходу телогрейку. Пальцы мерзли без перчаток, уши покраснели, но мне казалось, что я чувствовала настоящий жар. Зачем я затеяла этот разговор? Я что, действительно хочу поймать его в свои сети? Мне же ничего от него не нужно: ни его денег, ни его «БМВ», ни квартиры с белоснежно-ледяной кухней, где нет даже ручек. Мне нужен только он, но разве его в этом убедишь? Особенно теперь, когда я сделала ровно то, что делают все. Потребовала чего-то для себя.

– Надень шапку! – крикнул Стас, высунувшись в окно.

– Не хочу! – ответила я.

Достала пачку и закурила сигарету. Стас сморщился, покачал головой и исчез. Я подумала, что похожа на подростка, который хочет замерзнуть и заболеть, только чтобы его пожалели. Сигарета не делала жизнь легче, но давала возможность с каким-то вкусом переживать собственную горечь. Минус на минус дают небольшой плюс.

– Иди сюда, не дури.

– Буду дурить. Буду!

Стас подскочил ко мне с шапкой и попытался натянуть мне ее на уши, но я сопротивлялась и отбивалась что есть сил.

– Как ты можешь так обо мне думать. Я просто не чувствую, что нужна тебе. Плевала я на то, что ты думаешь. Плевала!

– Ты мне нужна. Нужна! Слышишь?!

– Врешь! Врешь!

– Не вру. Не так, как ты бы хотела, наверное. Но мне бы ужасно не хотелось расстаться вот так. Идем, прошу тебя. Идем! – заботливо, как маленькому ребенку, говорил он, потихоньку уводя меня в дом.

Я шла, держа сигарету замерзшими пальцами. Потом мы тихо оделись и сели в машину. Опустошение от таких разговоров равняется неделе работы по двенадцать часов. Нет, по двадцать. Я пожалела, что затеяла его. Если бы не это, я могла бы сидеть, повернувшись к Стасу, и смотреть на его профиль. Может быть, даже тихонько поправлять его волосы, пока он внимательно следит за дорогой. Это было бы так хорошо! Сейчас же я разглядывала темные смазанные пейзажи за окном. Там, снаружи, было холодно и неуютно. Стас включил музыку, и это было что-то, что он сделал для меня – отказался от новостей.

– Мы не можем забыть об этом разговоре? – спросила я.

– Конечно, можем, – почти сразу согласился он. Но и он, и я, конечно, понимали, что это не так.

Глава 4
Бегут ручьи…

Наш современный мир ужасно материален. Любовь теперь зачастую нечто среднее между прятками и перетягиванием каната. Кто сейчас думает о счастье? Все в основном думают о деньгах, и чем больше их, тем больше мыслей. Как сохранить, как не потратить на кого-то другого. Как потратить, но так, чтобы в итоге я поимел с этого больше, чем тот, на кого я их потрачу. Как заставить его жениться? Как жениться так, чтобы сохранить за собой квартиру? Как родить ребенка, но не платить алиментов? Нормальные человеческие вопросы, но какое отношение они имеют к счастью? Прямое, если счастье понимается как ежегодная прибавка к зарплате. Счастье в виде каких-то бонусов и премиальных, типа халявной поездки в Турцию с любимым человеком и его кредиткой. Для меня счастье стало похоже на солнечный луч, пробивающийся сквозь жалюзи в моем кабинете и отвлекающий меня от работы. Мимолетное чувство, которое надо еще суметь заметить и запомнить. Счастье, что пришла весна и по лужам текут ручьи, смывая холод и оцепенение зимних дней, счастье, что девчонки в офисе стали красивее, и я тоже теперь могу не носить теплые толстые колготки и вечные черные брюки. Время юбок, ура!

– Митрофанова, ты прекрасно выглядишь! – с удивлением отметил мою серую блестящую юбку наш системный администратор Мишка. Мы столкнулись в лифте по дороге на работу. Обычно он целыми днями просиживает в своей серверной, плутая по порнографическим сайтам, живьем его встретишь редко, а тут он был даже трезвый.

– Ты тоже не такой бледный, как обычно, – улыбнулась я.

Мне захотелось сделать ему комплимент. Мишка был очень важный человек в нашей фирме, он отвечал за то, чтобы все наши провода и сети нормально фурычили, а компьютеры стабильно держали высокоскоростное соединение с Интернетом. Тогда наша деловая жизнь вырывалась за рамки офиса, и мы могли взлетать к немыслимым высотам общения. ISQ, форумы и порталы знакомств – вот то, ради чего мы на самом деле ежедневно приходили в офис, где изредка приходилось заниматься своими прямыми обязанностями. Моим делом было выслушивание жалоб. Говорили, я неплохо справлялась, хотя до того восемь лет проработала простым клерком, и никому в голову не приходило обращать на меня внимание. До появления Стаса. Все до сих пор считают, что он дал мне это место за красивые глаза. Что ж, значит, все признают, что у меня красивые глаза! Отлично!

– Я пострадал от лап природы! – пожаловался Мишка.

– То есть? – удивилась я, внимательно разглядывая его лицо. Действительно, кажется, у него даже есть мимолетный румянец. Откуда? Он же ведет жизнь вампира, вылезая на свет только после отключения питания офиса.

– Пришлось съездить с братом и его девушкой за город, – поделился Мишка.

– И как? Понравилось?

– Не понимаю, отчего столько восторгов. Деревья лысые, слякоть. Даже воздух мокрый. Не знал, что на свете есть места, где нет WIFI, – грустно ответил он. – И от этого кислорода у меня до сих пор кружится голова. И болит.

– Тебе надо срочно покурить. В накуренном помещении синдром передозировки свежего воздуха исчезает, – заверила я его.

Он посмотрел на меня с пониманием, а потом предложил от всей своей программистской души:

– Пойдем ко мне, там покурим. У меня нет вытяжки.

– Ужас! – весело хихикнула я. – А у меня из окна видно трубу с дымом. Хочешь, покажу?

– Ладно, зайду попозже, – согласился он и нырнул в свою каморку, где гудели страшные, не понятные ни одной нормальной женщине машины, к которым мы боимся даже подходить. А вдруг сделаем что не так, и наш офисный Интернет умрет. А если такое случалось, нам оставалось только работать. А от работы, как известно, кони дохнут. Интернет надо беречь.

По роду работы я иногда напоминала себе устройство для записи и воспроизведения матерной ругани. Конфликтный администратор – это звучит гордо, но на деле я сидела в своем кабинете и разбиралась в препирательствах между нашими менеджерами и их клиентами. Наша компания торговала компьютерным оборудованием в розницу и оптом. Наши грузовички сновали по всей Москве и области, на наших складах самовывоза были вечные очереди, а наши поставщики вечно хотели от нас денег. И все со всеми ругались. Когда-то, в стародавние времена, скандал завскладом и получателя крупной партии компьютерных мышей заканчивался их обоюдными матерными криками или даже драками во дворе склада, затем братанием и выдаванием бонусных мышей. Теперь в случае, когда кто-то «закипает», ему говорят:

– Обратитесь к Митрофановой. Она решает такие вопросы.

И клиент направляется ко мне. Он кричит, брызжет слюной, стучит туфлей по столу, а я киваю. Он взывает к справедливости и требует немедленного расстрела виновных, а также всех свидетелей, а я опять киваю. Мне надо выписать курс шейного массажа за вредность. Потом клиент выдыхается и теряет голос, а я подсовываю ему лист бумаги и предлагаю изложить все в письменном виде. Потом еще раз, но без нецензурных выражений. И еще, убрав остаточные эпитеты «этот плешивый козел» или «та тощая стерва», которые не могут считаться нецензурными, но все-таки не должны присутствовать в официальном документе. Потом я обещаю клиенту во всем разобраться, выписываю ему бесплатную упаковку бонусных мышей и заменяю ему кладовщика на другого, не плешивого. Документ дня через три я рассматриваю и запихиваю в шредер. Вот и весь мой производственный цикл. В общих чертах. В остальное время, которого остается довольно много, я перебрасываюсь сообщениями с подружками по ISQ, например как сегодня.

– Хочешь прикол? – появилось на моем экране после короткого «о-о!». Я оторвалась от пасьянса и открыла окошко. Мне писала Иришка, девчонка из нашего отдела продаж, с которой я дружила.

– Хочу.

– Приходи курить.

– Курить вредно, – немедленно ответила я, вспомнив все наставления Стаса. – Я иду.

– На пятый, – добавила Иришка.

Мы работали на шестом, а курили на пятом, чтобы не столкнуться с руководством. Руководство – это все, кто работает в дирекции, кроме меня. Я – засланный казачок, меня никто не боялся. Даже обидно. С другой стороны, как можно опасаться того, на кого целыми днями орут? Я спустилась на этаж, Иришка уже была там.

– Ой, какая у тебя юбочка!

– Класс, да? – порадовалась я.

Когда кто-то дважды за один день замечает, какая на тебе юбка, это значит, что ты действительно неплохо выглядишь. Надо будет как-то незаметно попасться на глаза Стасу. Пусть поревнует или хотя бы проводит меня взглядом до своей двери.

– Представляешь, я тут познакомилась с мужиком, – с места в карьер начала Иришка. – Месяца два назад.

– Живым? – поразилась я.

– Ну тебя.

– Ладно, извини. И как? Что? И почему это, интересно, ты мне ничего не рассказывала?

– Потому что тебя все эти два месяца невозможно перебить! – возмутилась она. – Как только мы встречаемся, ты начинаешь щебетать про Шувалова. Какой он прекрасный, и как ты не хочешь его потерять, и как он редко звонит, и как было бы здорово, если бы ты могла сама ему звонить, но он раздражается, когда ты его отвлекаешь.

– Ир? – смутилась я. – Ну что ты говоришь. Что, я бы тебя не выслушала?

– Выслушала бы. И тут же сказала бы: а вот Стас…

– Ладно, сдаюсь! – Я подняла вверх руки. – Рассказывай.

– Да я не хотела вообще-то преждевременно его спугнуть. Знаешь, приметы всякие есть. Мужик-то вроде хороший. А прикол в том, что у него, оказывается, есть брат-близнец. Прямо капля в каплю. Или как там говорят? Знаешь, их можно ставить рядом и искать десять отличий.

– И будут? – заинтересовалась я.

– А как же. Разные мобильники. Разные ботинки. У того, второго, они нечищеные. А я вот теперь все время думаю, а что, если они поменяются? – Иришка нервно крутила волос. Она была вертихвосткой, вечно мечтающей о настоящей любви с большим количеством настоящих бриллиантов. Но девчонка она хорошая. Хотя бы потому, что никогда не считала, что меня повысили из-за романа с боссом.

– Что значит поменяются? Мобильниками?

– Нет, ты что – тупишь? Не понимаешь, о чем я? – Иришка присвистнула и рукой провела вдоль туловища. Я все поняла и покраснела.

– Не может такого быть!

– Не знаю, – задумалась та. – Если они махнутся ботинками и мобильниками, даже не знаю, замечу ли я разницу. Я когда его брата увидела, чуть не упала. Он познакомил меня с ним и его женой. Сказал, что ему мнение брата очень важно! Может, он меня ему показывал просто?

– Ну с чего ты взяла? Может, у него самые серьезные намерения, – предположила я.

– Вообще-то он мне часто говорит, что он хочет детей. Странно, правда? Мужик хочет детей.

– Ага. Обычно они хотят новую модель «Мерседеса». Или просто новую модель. На двух ногах.

– Знаешь, мне давно такого не говорили! Да что там, вообще никогда, – задумалась Иришка.

– Мне тоже в основном говорят: «Я пока не готов ни к чему такому».

– Ой, только не надо про Стаса. Я уже не могу больше слушать. Все у вас нормально, чего ты все дергаешься?

– Он мне почти не звонит. И на совещаниях почти не смотрит на меня.

– А потом звонит и смотрит. И не только смотрит. Знаем, слышали. Ты докурила?

– Да, – кивнула я и поплелась обратно на наш этаж, к моей трубе.

После нашей со Стасом судьбоносной поездки на мою дачу я никак не могла снова обрести душевный покой, и Стас ничуть мне в этом не помогал. А ведь я действительно никак больше не пыталась на него давить. Все эти месяцы мы напоминали двух неумелых танцоров, преследующих одну цель – не наступить друг другу на ногу. Я так испугалась, что он всерьез исчезнет из моей жизни или просто перестанет меня замечать, что в его присутствии говорила только о погоде или котировках акций. И то, и другое было идиотизмом, но он с осторожностью минера поддерживал две эти темы. Раньше он мог позвонить мне ночью, чтобы рассказать, что у него на кухне потек кран и он совершенно не знает, что с этим делать. Или прямо посреди совещания прислать эсэмэску «улыбнись, пожалуйста». И я обворожительно улыбалась, вызывая недоуменные взгляды заместителей, которые принимались нервно осматривать свою одежду на предмет пятен.

Теперь же не было неспешных ночных разговоров, красного вина из одного бокала, который мы передавали из рук в руки. Я не ходила больше по его квартире, завернутая в белоснежную простыню. И все же я там бывала иногда. Изредка Стас все же набирал мой номер, чтобы осторожно поинтересоваться, как у меня дела. Иногда он заходил ко мне в кабинет и спрашивал о какой-нибудь рабочей ерунде, которую можно было узнать и по телефону. Сегодня он зашел с каким-то листиком в руках.

– Ты не видела новый отчет о прибылях?

– О прибылях? Нет, а что, у нас есть прибыли? – удивилась я.

– Нет. Просто у нас не такие уж сильные убытки в этом месяце. Это хороший знак, – сказал он.

Я согласилась. Светская беседа, но только чтобы посмотреть мельком друг другу в глаза. Прибылей не было с самого Нового года. В стране наблюдался экономический кризис. Мир сделал еще один оборот и снова вернулся в точку очередного глобального потрясения. И хотя русского человека кризисом не испугать, отсутствие валового объема продаж нагнетало смутную тревогу и стресс.

– Стас, ты уже уходишь? – спросила я, только чтобы задержать его в дверях.

– Ну… да, а что? – Он с готовностью отозвался.

– Подожди, пойдем вместе. – Я встала, стараясь не делать резких движений. Раньше нам было вместе очень-очень легко. Неужели же все эти перемены из-за одного простого разговора?

– Тебе очень идет эта юбка, – улыбнулся Стас, когда двери лифта закрылись.

– Ты третий! – гордо заявила я.

– Что ж, хорошо хоть не тридцать третий, – вздохнул он. – Хочешь, поедем ко мне?

– Сейчас? – тихо переспросила я, стараясь не шевелиться, пока не услышу ответа.

– Да. Если у тебя нет других планов.

– Нет. Какие планы? Никаких планов, – быстро замотала головой я.

Планы у меня, конечно, были. Я обещала маме завезти молоко. Я должна была позаниматься с Никой и Лешей, сыном Стаса, русским языком. Леша был единственным, кто знал о моем существовании, но он, к сожалению, пошел характером в папу и умел хранить тайны. Ни одна живая душа, включая его мамашу, бывшую жену Шувалова, обо мне не знала. Леша считал, что я должна уважать его за это. Я уважала.

– Где у тебя машина?

– Тут. – Я ткнула пальцем в свою красавицу. Парковка уже опустела, рабочий день закончился полчаса назад, а у нас не принято как-то задерживаться сверхурочно.

– Я поеду за тобой, – кивнул Стас.

Передо мной, как я подозревала, он не ездил из страха, что я впечатаюсь в зад его «БМВ». Он вообще был невысокого мнения о моих водительских способностях. Впервые наши пути со Стасом пересеклись, когда я пыталась его обогнать по обочине. Я говорила, что он помешан на правилах? Да, так это относится и к кружочкам с ограничениями скорости. Около нашего офиса это знак 30 км/ч. Не более тридцати километров в час – кто это стерпит? Никто. Кроме Стаса, конечно. Вот он и тарахтел на своей «БМВ», а я, между прочим, опаздывала на работу.

– Посторонись! – крикнула я и пронеслась мимо него по обочине, облив его машину жидкой грязью из огромной лужи. Да, вот так. Жаль, конечно. Жаль, что не удалось скрыть, что это была я. Но вообще-то я неплохой водитель.

Я оглянулась, проверив, едет ли он за мной, и набрала свой домашний номер.

– Ника? Я не могу приехать. Никак!

– Опять? Что такое?

– Понимаешь, Стас…

– Только не это. Ты что, опять не придешь ночевать? – возмутилась моя семнадцатилетняя деточка, развитая не по годам.

– Почему? Ночевать приеду, – ответила я. Если получится остаться у Стаса – обязательно останусь, но зачем загадывать? Ника уже большая и готовит лучше меня, так что не пропадет в случае чего. Но предупреждать заранее я ее не собиралась.

– Между прочим, Леша уже приехал. И что нам делать?

– Готовиться к страшному и неотвратимому «ЕГЭ»! – ухмыльнулась я. – В конце концов, повторите пройденное. Подиктуйте друг другу диктанты.

– Ладно, разберемся. Давай, развлекайся. Только не забывай, что у тебя есть дочь. Кстати, Леша сказал, что его мама недовольна, что папа совсем их не навещает. Даже не звонит!

– Это хорошо! – обрадовалась я.

Мама Леши – это бывшая жена Стаса, которую, как и положено, я ужасно боялась. А если Стас даже ей не звонит, значит, ему на нее наплевать. С Лешей он общается отдельно, так что… Конечно, не очень хорошо вытягивать подробности личной жизни любимого мужчины у его сына, да еще используя для этого собственную дочь, но на войне как на войне. Если я ничего не узнаю от Леши, я вообще ничего не узнаю. Стас не любит рассказывать о себе, он вообще довольно скрытный. Если бы не Леша, я бы не знала, что ОНА – высокая крашеная блондинка и больше всего на свете любит, когда ее показывают по телевизору. У нее много знакомых в «Останкино», и ее периодически приглашают на всякие бессмысленные ток-шоу, где она с умным видом рассказывает, как делать маску из огурца. Кстати, эти передачи в записи демонстрировались всем знакомым.

– Хотите, я и вам принесу? У мамы таких кассет – сотни! – добродушно предложил как-то Лешка Нике.

Так у меня появилась счастливая возможность убедиться, что ни одной фотографии жены на стенах квартиры Стаса не висит. К сожалению, при этом пришлось с горечью удостовериться, что его бывшая жена в три раза красивее меня и, конечно, очень ухоженная. Она была самым настоящим воплощением мужских грез, смесь Барби и Памелы Андерсон, причем обе в оригинальной упаковке. Эта упаковка явно обошлась Шувалову в немалые деньги. Может, он встречался со мной, потому что я не требовала подобных капиталовложений? Эта мысль была грустной, и я решила дальше ее не думать. Я оглянулась и обнаружила, что все еще держу в руках телефон.

– Ника, только не закрывай дверь на защелку, – запоздало добавила я, но оказалось, что она уже повесила трубку. Вскоре мы доехали до дома Стаса. Я не была у него несколько недель.

– Ты подождешь, пока я схожу в магазин или пойдешь со мной? – спросил он.

– А что тебе надо купить? Я ничего не хочу, – заверила я его, подумав, что его бывшая наверняка бы захотела омаров в белом вине.

– Я понимаю, но ко мне должен приехать один старый друг. И он не из тех, кто будет грызть орешки с чаем, – усмехнулся Стас.

Я нахмурилась.

– Друг? То есть?

– Ну, один мой однокурсник, мы с ним вместе учились в универе. Пакостник тот еще. – Стас достал из машины аккуратно сложенные пакеты и захлопнул багажник. – Мы с ним вместе как-то военруку весь устав склеили клеем ПВА. Страница за страницей. Представляешь?

– Ты склеил устав?! – поразилась я. – И что? Ты не сошел с ума от такого нарушения правил?

– Знаешь ли, в юности мы все выкидывали ерунду, – с пафосом добавил Стас и как бы между делом прижал меня к себе. Минуту мы шли молча, точно самая настоящая парочка, отчего настроение мое неминуемо улучшилось.

– А вы давно не виделись? Во сколько он должен приехать? – вдруг забеспокоилась я.

– Да где-нибудь через час подвалит, наверное, хотя может и опоздать. Зависит от того, остался ли он таким же раздолбаем. Я его уже года два не видел.

– Стас, но я же не успею уехать? – мне стало плохо. То есть через час я должна убираться? После того случая в Новый год я испытывала жесткую аллергию к такого рода новостям. – Может, мне тогда сразу уехать? Не хочу собираться потом впопыхах.

– О чем ты? – опешил он. – Куда собираться? Зачем?

– Домой! – Я почувствовала, что зла, как черт. Сколько можно, в конце концов. Я же живой человек!

– Слушай, я думал, ты хочешь познакомиться с кем-нибудь из моих друзей. Ты что, не хочешь? Почему?

– Ты… что ты сказал? – замерла я.

– Я подумал – ты права. Что случится, если я познакомлю тебя с кем-нибудь из своих старых друзей? Чего я боюсь? Так ты пойдешь в магазин?

– Ты что! – возмутилась я. – Ты что, совсем чурбан бесчувственный?

– Почему? – опешил Стас.

– Я же выгляжу как пугало. Я же целый день была на работе. Блин, а нельзя было предупредить заранее?

– Ты же говорила, что это не важно…

– Стас! – возмутилась я. – Я это три месяца назад говорила. Даже больше! Ничего себе ты думал!

– С тобой не соскучишься, – устало закатил он глаза.

Я улыбнулась:

– Но я ужасно рада. Правда? У нас будут гости? Кто-то, кто что-то знает о тебе до того времени, как ты стал директором? Или ты стал директором еще в детстве?

– А как же. Я командовал своими солдатиками. Начислял им премии и выносил выговоры. Последнее особенно часто, – гордо заявил Стас.

– Не сомневаюсь. Давай ключи!

– Почему ты так волнуешься? Это просто лысый сорокалетний оболтус, который списывал у меня контрольные. Он скажет тебе, что все было наоборот, но это не так. Он списывал у меня. Имей в виду.


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 | Следующая

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации