Текст книги "Охота на «Икара»"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ohota-na-ikara-35228.jpg)
Автор книги: Тимоти Зан
Жанр: Зарубежная фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Я просыпался медленно, с трудом. Поначалу я вообще толком не понимал, где это я и что со мной. Я смутно чувствовал – что-то не так, но никак не мог понять, что именно. Освещение в каюте оставалось приглушенным, как я его и установил, дверь закрыта, и я по-прежнему был один. Ритмичное гудение системы жизнеобеспечения не изменилось по тону и сопровождалось все той же еле заметной вибрацией корпуса. Более низкий гул гипердрайва…
Отсутствовал.
«Икар» заглушил двигатель.
Мне понадобилось ровно пятнадцать секунд, чтобы натянуть ботинки и куртку. Впопыхах едва не забыв плазменник под подушкой, я кубарем выскочил из каюты, промчался по коридору, взлетел по трапу на среднюю палубу со скоростью пробки, вылетающей из бутылки, и вихрем ворвался в рубку.
В пилотском кресле сидела Тера. Услышав мое стремительное приближение, она обернулась.
– Я думала, ты спишь, – со сдержанным удивлением сказала она.
– Почему стоим? – выпалил я. Брови барышни чуть заметно взлетели.
– У нас опять складка на корпусе, – спокойно ответила она. – Чорт уже готовится к выходу, чтобы заделать ее.
Я хмуро уставился на дисплей у нее за спиной. Все верно. Новая камера, которою Иксиль с Шоуном по моему настоянию установили в шлюзе, показывала две громоздкие фигуры в скафандрах. За ними смутно угадывался люк. В одном из скафандров явно был Чорт, в другом, что тоже не вызывало сомнений, Иксиль.
– Надо было вызвать меня, – пробурчал я.
– Зачем? – – возразила она, – При этой операции совершенно не требуется участие пилота. Кроме того, ты же свободен от вахты, забыл? Иди досыпать.
В динамике радиосвязи щелкнуло.
– Тера, мы готовы, – раздался голос Иксиля. – Можешь отключать генератор.
– Принято, – отчеканила Тера, накинула ремни и повернула регулятор гравитации на девяносто граду сов. – Внимание, отключение гравитации.
Она щелкнула выключателем, и я, как обычно, испытал краткий приступ головокружения вкупе с тошнотой. Потом желудок и прочие органы брюшной полости все же вернулись на свои места.
– Иди спать, – повторила Тера, не отрывая глаз от монитора. – Если что-нибудь пойдет не так, я тебя вы зову.
– Не сомневаюсь, – процедил я. Похоже, я снова опростоволосился перед нашей барышней. Это становится очень вредной привычкой. – Я посмотрю немного.
– Ты мне тут не нужен, – отрезала она, сердито сверкнула на меня глазами и снова погрузилась в созерцание мониторов. – Более того, ты мне мешаешь. Ступай.
– Известно, где образовалась складка? – спросил я, пропустив распоряжение удалиться мимо ушей.
– На большой сфере. По правому борту, – сказала Тера. – Чорт считает, что повреждение невелико.
– Будем надеяться, что он прав.
Барышня не ответила. Несколько минут мы вместе следили за мониторами, я молчал, поскольку переживал за ребят, а она помалкивала демонстративно и холодно. Иксиль, должно быть, позаботился о том, чтобы больше спонтанных включений генератора не произошло. Но наверняка я этого знать не мог, а обсуждать данный вопрос на открытой радиочастоте не хотел. Я попытался прикинуть, как я сам заблокировал бы генератор, если б был на месте моего напарника, но я мало что смыслил в хитроумных системах искусственной гравитации.
– Вы давно летаете вместе? – прервала мои раз мышления Тера.
Я ошеломленно заморгал и уставился на нее в некотором недоумении. Тера, которая решила завязать светскую беседу, – это определенно что-то новенькое в наших с ней недолгих отношениях.
– Шесть лет, – ответил я. – Я взял его на «Берег штормов» примерно через год, как купил корабль. Думал, вдвоем с компаньоном мы будем быстрее доставлять грузы, дела пойдут на лад, прибыль вырастет.
– Но, как я догадываюсь, ничего не вышло, верно?
– С чего ты так решила? – поинтересовался я.
Мне так часто приходилось отвечать на подобные вопросы, что последняя фраза у меня невольно прозвучала несколько резко.
– Ты здесь, не так ли? – сказала Тера. – Извини, я не хотела тебя обидеть. Сейчас, когда паттхи закапали почти все стоящие перевозки, странно слышать, что кто-то еще вообще умудряется выжить в этом бизнесе.
– Дайте им еще несколько лет, – горько усмехнулся я. – Если паттхи будут продолжать в том же духе, не за горами то время, когда они на все наложат свою лапу.
– По крайней мере, все законно. – Она искоса посмотрела на меня. – А ты ведь перевозишь законные грузы, верно, Маккелл?
– Вожу. При малейшей возможности, – ответил я как можно более беспечным тоном, рассматривая ее профиль. Хотелось бы мне знать, что таится за этими карими глазами. Разговаривала ли она с кем-нибудь на Ксатру? Может быть, что-нибудь слышала про мое вынужденное сотрудничество с братцем Джоном и организацией Антоновича? – А ты? – спросил я, надеясь сменить тему. – Ты давно летаешь?
– Не очень, – призналась барышня. – А что вы с компаньоном делаете, когда не удается найти законной работы?
Н-да, попытка сменить тему с треском провалилась.
– Иногда подвизаемся на внутрисистемных перевозках, – ответил я. – Порой, если застреваем на какой-нибудь планете без заказов, приходится наниматься на временную работу в портах, пока что-нибудь не подвернется. А так – кладем зубы на полку.
– Наверное, вы оба не слишком-то любите паттхов, да?
– Среди тех, кто зарабатывает перевозкой грузов, у них вообще маловато поклонников, – угрюмо сказал я. Вспомнился разговор с Никабаром. – Это ты так мягко пытаешься разузнать, не везем ли мы груз для паттхов?
Я знаю, девушки с хорошими актерскими данными могу изобразить практически что угодно – жестами, позой, лицом и голосом. Но по моему скромному опыту краска, залившая щеки Теры, не имела ничего общего с профессиональной игрой актера.
– Очень жаль, если окажется, что это так, – сказала она. Подчеркнутое равнодушие в ее голосе являло собою резкий контраст с бурей чувств, которую выдал румянец на щеках. – Хотя я сомневаюсь, что мы это сможем выяснить, пока не окажемся на Земле.
– Да и там тоже, – заметил я. – Кто бы ни были заказчики Бородина, они не обязаны вскрывать грузовой трюм на наших глазах.
– Да, конечно, – пробормотала Тера так, словно раз говаривала сама с собой. – Интересно, почему он наврал, что появится на борту?
– Кто, Бородин-то? А почему ты думаешь, что он нам врал?
Она пожала плечами.
– Ты же видел записку, которую он нам оставил. Он написал ее еще до того, как ихмисы закрыли космопорт на ночь.
Я вспомнил директора Айми-Мастр в администрации космопорта на Мейме и все эти разговоры об убийстве.
– Возможно, он оставил письмо просто на всякий пожарный, – предположил я. – Может, он вполне чисто сердечно хотел присоединиться к нам, но обстоятельства не позволили.
– Уж конечно! – фыркнула барышня. – Полная бутылка или теплая постель. Обстоятельства.
– Или небольшое следствие по делу об убийстве. Тера недоверчиво прищурилась.
– Убийство?
– Именно, – подтвердил я. – Мне сказали, что его разыскивают по подозрению в убийстве.
Она покачала головой.
– Трудно в это поверить. Он выглядел вполне нормальным, порядочным человеком.
– В точности так я и сказал, когда меня спросили, – одобрительно заметил я. – Как отрадно узнать, что наши мнения хоть в чем-то совпадают.
– Ну, нет, погоди-ка, – не согласилась она. – Я во все не говорила, что Бородин не убийца, я просто сказала, что в это трудно поверить. Я совсем ничего не знаю об этом человеке.
– Конечно, я понимаю, – заверил я.
На самом деле я понял гораздо больше, чем она, должно быть, хотела дать мне понять. Точно так же, как покрасневшие щеки на миг выдали ее настоящие чувства, когда мы говорили о паттхах, полное отсутствие каких бы то ни было внешних признаков волнения, когда речь зашла об обвинении Камерона в убийстве, говорило о многом. А ведь она якобы очень удивилась, услышав эту новость.
Возможно, она уже исчерпала лимит переживаний на сегодня. А может, новость про обвинение в убийстве не удивила Теру по той простой причине, что она все это уже знала.
– Оператор борт-компьютера Тера, – просвистел в динамике голос Чорта. – Дефект исправлен. Мне проверить остальной корпус?
Я продолжал внимательно наблюдать за Терой, поэтому мне и удалось заметить, как на мгновение изменилось ее лицо. Это было легкое, едва заметное напряжение мышц, и все же оно выдало ее. Возможно, ей пришло в голову то же, что и мне: в прошлый раз генератор гравитации самопроизвольно включился именно тогда, когда Чорт приступил к проверке машинного и грузового отсеков.
Если только он действительно включился самопроизвольно. Возможно, кто-то на борту очень не хочет, чтобы мы присматривались к грузовой сфере даже снаружи.
На мгновение у меня возникло искушение приказать Чорту осмотреть малую сферу, просто чтобы проверить – осталась ли у нашего гипотетического вредителя возможность добраться до своих переключателей, распределителей или чего там еще. Но только на мгновение. В одной связке с Чортом на опасном участке работал и Иксиль, а вредитель вполне мог решить, что мой напарник ему нравится не больше, чем Джонс. Мне вовсе не хотелось рисковать жизнью или здоровьем Иксиля, по крайней мере не теперь. И уж конечно не ради проверки гипотезы, которой я пять секунд как разродился.
– Это Маккелл, – сказал я в микрофон, не дав Тере и слова вставить. – Не стоит, Чорт. Время дорого. Возвращайтесь с Иксилем на борт и задрайте люк.
– Принято, – просвистел он в ответ.
– Это была моя обязанность – ответить на вызов! – Тера попыталась испепелить меня взглядом.
Но мой наметанный глаз уловил, что не было в ее залпе огненной мощи, какую можно было бы ожидать. Может быть, она действительно рассуждала примерно так же, как я, а может быть, ее броня дала трещину.
– Сейчас не твоя вахта, забыл? – кипятилась барышня.
– Точно, – покладисто согласился я. – Вечно я забываю. Ты здесь сама управишься?
Она даже не удостоила меня ответа, просто посмотрела так, что слова были уже излишни, и снова повернулась к мониторам. Я смысл сообщения уловил, устыдился должным образом своих дурацких вопросов и поплыл в невесомости прочь из рубки. В коридоре я нырнул в палубный люк, спланировал вдоль трапа, ведущего на нижнюю палубу, и вернулся в свою каюту. Я уже снова снимал куртку, когда прозвучало предупреждение и гравитация вернулась.
Потом я долго лежал на койке и, уставившись в приглушенном свете на закрытую дверь, снова и снова прокручивал в голове последний разговор. Тера была загадкой, а я загадки терпеть не могу. Мой жизненный опыт говорит: если начинаются загадки – жди неприятностей.
Если только я не ошибся в истолковании ее слов и непроизвольных реакций. Или даже не выдумал их от начала до конца сам. Да, это определенно уже не первый раз, когда я, изображая из себя умницу Шерлока, забредаю прямиком в тупик.
Но я же не выдумал ЧП с гравигенератором и смерть Джонса. Я не выдумал, что меня чуть было не арестовали на Мейме, или братцев бородавочников, или их непомерно высокотехнологичное оружие
И уж точно не был плодом моего воображения Арно Камерон, археолог-любитель и глава одного из самых крупных и влиятельных промышленных синдикатов Спирали. Мне же не приснилось, как он сидел в грязной виссилуянской таверне и едва ли не умолял меня перегнать «Икар» на Землю.
Нет, от фактов никуда не денешься, по крайней мере от некоторых из них. А вот как их следует понимать, у меня нет ни малейшего представления. Даже самого смутного.
Но усталый мозг может очень долго перебирать кучку фактов, непонятно как связанных между собой. За этим безрадостным занятием я сам не заметил, как уснул.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Доки на Ксатру превосходили космопорт на Мейме, условно говоря, на две ступени. Единственный коммерческий порт в мире Дорчинда, напротив, был на пять ступеней ниже.
Нет, дело было вовсе не в уровне автоматики. Посадочная площадка, на которой мы приземлились, была лучшей из всего, что довелось повидать «Икару», а о здешних периферических гравилучах и ремонтно-заправочном оборудовании планетка вроде Меймы могла только мечтать. Просто клиентура местного космопорта была такого рода, что мир Дорчинда не дотягивал до высоких стандартов, установленных туроператорами Спирали. Изначально колония на этой планете задумывалась как высококлассный курорт, ставка делалась на игорный бизнес. Но дела пошли далеко не так, как хотелось устроителям. Все развалилось буквально за два дня, а большие деньги и игорное оборудование тут же растаяли в лучах заката.
Мир Дорчинда до сих пор значился на карте только потому, что медленно и постепенно превратился в один из тех перевалочных пунктов, где на сомнительные документы и подозрительный груз смотрят сквозь пальцы. С тех пор как паттхи подмяли наш бизнес под себя, среди перевозок, которыми занимались не-паттхианские корабли, значительно возросла доля заказов от воротил теневой экономики.
И как следствие – дела мира Дорчинда пошли в гору.
Конечно, ни в каких документах не значилось, что корабль под названием «Второй банан», согласно плану полетов, приземлится здесь для дозаправки. Но, как я и ожидал, столь ничтожные формальности местных чиновников ничуть не интересовали. Чтобы нам выделили посадочную площадку, достаточно было уплатить обычные портовые сборы и приложить к тому еще несколько камероновских стольников. Я расплатился с чиновниками, которые прибыли к трапу для сбора податей, договорился о заправке и позаботился о пополнении запасов продовольствия, а также волшебной корпусной замазки для Чорта.
А когда все было улажено, мне пришла пора рискнуть погрузиться в сомнительные прелести портового города, оставив команду на борту.
Узнав об этом, команда не обрадовалась. Нисколечко.
– Чушь! – взвыл Шоун. – Да я бывал на десятке с гаком таких планет. Пока не суешь нос в чужие дела, все они не более опасны, чем центр Токио.
Они обступили меня у люка, который вел из большой сферы в переходной тоннель. Из-за обычного крена «Икара» в сторону кормы получалось, что они физически нависали надо мной, от чего мое положение становилось еще более проигрышным.
– Было бы неплохо прогуляться по свежему воздуху вторил электрику Эверет. – С медицинской точки зрения, искусственно очищенный воздух со временем вызывает усталость организма. Кроме того, разминка тоже пошла бы на пользу команде.
– Эта разминка вполне может закончиться преждевременной кончиной любого из вас, – без обиняков заявил я. По доброте душевной я не стал говорить, что, судя по фигуре нашего медика, вряд ли, вырвавшись на волю, он первым делом примется делать зарядку. – Или кто-то из вас еще не слышал о том, что случилось со мной на Ксатру?
– Мы все это слышали, Маккелл, – вмешалась Тера. – Но, по-моему, это тебе следует сидеть на борту и не высовываться, а никак не нам.
– Поверь, я бы с удовольствием так и поступил, – заверил я ее, ничуть не покривив душой. Меньше всего на свете мне хотелось снова встретиться с кланом бородавочников и их высоковольтными разрядниками. Хотя, если уж говорить предельно откровенно, поскольку у них не было маршрутной карты «Икара», шансы, что эти бородавчатые ребята сумеют меня выследить, были ничтожно малы. – К сожалению, мне надо кое о чем позаботиться. И я должен сделать это лично.
Это мое заявление в отличие от первого нельзя было назвать стопроцентно честным. Звонок дяде Артуру, который я так долго откладывал, мог бы с тем же успехом сделать Иксиль. Но мой напарник достаточно ясно дал мне понять, что не желает брать на себя эту обременительную обязанность, а главное – мне было нужно, чтобы он со своими хорьками остался на борту «Икара» и присмотрел там в мое отсутствие.
– Но дело даже не в этом, – продолжил я. – Практическое значение имеет лишь то, что я – пилот, и я же – командир корабля. И я приказываю вам оставаться на борту.
– А, так вот где собака зарыта, да? – завизжал Шоун. В глазах его появился нездоровый блеск, лицо исказилось от злости. Тонкий налет благовоспитанности угрожающе быстро растаял, а под ним, как при первом нашем знакомстве, оказался капризный и развязный ребенок. – Ты, паршивый маленький самодур… тебе это нравится, нравится, да? Так вот, даже не мечтай, что все тебя будут слушаться! Не надейся! Я не собираюсь торчать в этой жестянке, пока ты там будешь развлекаться! И ни кто не собирается!
– Ну, хватит, Шоун, – спокойно сказал Никабар. Спокойно, но веско, со всей уверенностью, которую только могут дать человеку годы службы в морской пехоте.
Шоун то ли не расслышал, каким тоном это было сказано, то ли ему было уже наплевать.
– Ну и катитесь в задницу оба! – рявкнул он. Парнишка трясся всем телом и все время сжимал и разжимал кулаки, словно автомат, у которого замкнуло обратную связь. Краем глаза я видел, что Иксиль потихоньку подбирается поближе к задире. – Не стану я сидеть здесь взаперти! Не стану, я сказал!
– Послушай, сынок, я понимаю, тебе обидно. – Эверет положил руку на плечо электрика. – Но Джордан – наш капитан…
– Да плевал я! – огрызнулся Шоун, сбрасывая его руку. – Я пошел!
С этими словами он сжал кулаки и бросился прямо на меня.
Далеко он не ушел. Иксиль стоял наготове справа от него, а Никабар – слева, и оба они поймали парня как раз на взлете. Шоун забился у них в руках, сыпя проклятиями и угрозами вперемешку с ругательствами на каком-то чужом языке, которого я не понимал. Но с тем же успехом он мог бы пытаться уйти с «Икаром», прикованным к его ноге вместо гири. Иксиль и Никабар продолжали удерживать буяна. И вдруг он обмяк, повис у них на руках и тихонько захныкал.
– Ведите его сюда, – сказал Эверет, жестом показав им, чтоб шли за ним в лазарет. – Посмотрим, что у нас есть из успокоительных.
Иксиль поймал взгляд Никабара; бывший морпех понимающе кивнул, шагнул Шоуну за спину, перехватил руку, которую удерживал мой напарник, и наполовину повел, наполовину потащил всхлипывающего мальчугана по коридору вслед за Эверетом. Они скрылись в лазарете, дверь за ними закрылась. Иксиль посмотрел на меня.
– Интересно, – заметил он.
– Он болен? – поинтересовался Чорт, по его нечеловеческой физиономии нельзя было понять, что он думает или чувствует по поводу происшествия. – Может быть, следует отвезти его в полнофункциональный медицинский центр?
– Посмотрим сначала, сумеет ли ему помочь Эверет, – предложил я, покосившись на Теру. Понять, о чем думает барышня, было не легче, чем расшифровать выражение на физиономии креана. – Ну ладно, мне пора идти. Постараюсь вернуться как можно скорее.
– Иди, – кивнул Иксиль, – Мы здесь управимся.
Как и на Ксатру, места для стоянок кораблей тут были вогнутые, и корпус «Икара» частично находился ниже уровня земли, поэтому мне не пришлось долго карабкаться вниз по трапу. Я спустился и пересек нашу площадку. Через две стоянки от нас шла высокоскоростная лента движущегося тротуара, а пара более медленных горизонтальных эскалаторов соединяла ее с нашей площадкой. Через минуту я уже быстро двигался к западной границе космопорта, где, согласно карте, находилось здание «Межзвездной связи».
В порту нынче выдался оживленный денек, с тревогой понял я, как бы невзначай и ненароком разглядывая своих попутчиков. Прохожие так же ненавязчиво косились на меня. Если хочешь остаться незамеченным, толпа – самое то, что надо, но переполненные транспортные ленты означают, что в центре связи тоже многолюдно. Еще до посадки я решил как можно меньше задерживаться в мире Дорчинда. А после сцены, которую закатил на корабле Шоун, я только утвердился в этом намерении.
До «Межзвездной связи» я добрался минут за пятнадцать, но по прибытии мои опасения подтвердились. Все здание было забито народом, и, чтобы дождаться своей очереди на переговорную кабинку, надо было проторчать здесь не менее получаса.
Я попробовал убедить служащих поставить меня поближе к началу списка ожидающих, но в таком месте, как мир Дорчинда, операторам приходилось выслушивать куда более впечатляющие угрозы и посулы, так что никто и пальцем не пошевелил, чтобы помочь мне. Признав поражение, я взял карточку с номером, которую мне выдали – спрашивать имена клиентов здесь было не принято, – и ретировался в зал ожидания, точнее, в таверну при нем. Ничего удивительного, что и там яблоку упасть было негде, но мне изрядно повезло: когда я вошел, пара мастанни как раз освободила маленький столик неподалеку от дверей, и мне удалось его захватить, Я быстро просмотрел меню, заказал самую дешевую выпивку и откинулся на стуле, поглядывая на большое табло над барной стойкой, где высвечивались номера посетителей, которым подошла очередь воспользоваться переговорной кабинкой.
Зрелище было нерадостное. Номера сменяли друг друга неспешно, и я пришел к неутешительному выводу, что оператор, пожалуй, был чересчур оптимистичен, когда оценил продолжительность ожидания в тридцать минут. У меня и так-то не было никакого желания звонить дяде Артуру. Мало того что добрый дядюшка, услышав новости, всыплет мне по первое число, так еще приходилось сидеть и маяться ожиданием, когда же мне наконец представится возможность получить свою взбучку. Вдвойне унизительно. Я принялся прикидывать, как бы перехитрить здешнюю систему, но скорее просто ради того, чтобы чем-то себя занять и выпустить пар. Мир Дорчинда – не то место, где обманутые ожидающие лишь снисходительно улыбнутся пройдохе, который умудрится обойти очередь. У меня и без того хватало неприятностей, чтобы нарываться на новые.
Что-то, на миг заслонило мне свет, и, к моему неудовольствию, на стул напротив плюхнулся худой жилистый брюнет с жиденькой бороденкой.
– Привет, старик! – бурно поприветствовал он меня. – Как дела?
– Отлично, – машинально брякнул я, ничего не понимая.
Этот тип держался так, будто знает меня, и действительно было в нем что-то смутно знакомое, но я хоть убей не мог вспомнить, кто он такой.
Похоже, он уловил мою растерянность.
– Да брось, Джорди! – обиженно протянул он. – Только не надо говорить, что ты забыл старого собутыльника.
Тут я наконец вспомнил – и едва не скривился л от отвращения. Джеймс Фулбрайт, мелкий торговец оружием и контрабандист, был единственным из моих знакомых, кто оказался то ли слишком тупым, то ли слишком упрямым, чтобы прекратить называть меня дурацким прозвищем Джорди, несмотря на все мои старания отучить его от этой привычки. Я как раз пытался договориться о деле с его шайкой, когда дядя Артур вместо этого свел меня с братцем Джоном. Дикие пьянки, которые составляли гвоздь программы в любых переговорах с Фулбрайтом, наверняка останутся одним из самых мерзких пятен в моей биографии.
– Привет, Джеймс, – вздохнул я. – Спираль тесна, не так ли?
– Тесна по самое не могу, – согласился он, оскалив в улыбке неровный ряд зубов. По слухам, когда-то они были ровными, но каждый раз, когда в пьяной драке ему выбивали очередной зуб, Фулбрайт нарочно заменял его кривым, чтобы выглядеть еще противнее. – Ждешь будку, да?
– Да, – подтвердил я, смирившись с неизбежным. – Угостить тебя выпивкой?
– О, думаю, ты можешь предложить мне гораздо больше, чем паршивая выпивка, – ответил он. – Сколько у тебя с собой денег?
Я ошалело уставился на него, в голове у меня запоздало включился сигнал тревоги. Фулбрайт продолжал скалиться, но теперь я видел, что за его улыбкой скрывается нечто совсем не дружественное. Он определенно пришел сюда вовсе не затем, чтобы пропустить стаканчик.
– Это ты о чем? – негромко спросил я.
– Гони монету, вот о чем, – растолковал он, тоже понизив голос. – А ты как думал? Все для твоей же пользы, конечно. Значит, так. У тебя с собой есть десять кусков? Оно ж того стоит, сам знаешь. Уж десять кус ков – это минимум.
Добрые три секунды я просто таращился на него и пытался сообразить: что же, черт возьми, происходит? Вот он сидит передо мной, один, обе руки на столе, в правой – небрежно сложенный рекламный листок, в левой – ничего, и держит он ее на виду. Рукава у него слишком тесные, чтобы там спрятать выкидной нож или пистолет. Значит, оружие он носит там же, где и все, – в кобуре под мышкой или на поясе. Но его куртка была застегнута на молнию, а моя – наполовину расстегнута, так что я бы точно успел первым. Конечно, могло быть так, что кто-то из его людей уже держал меня на мушке. .Но даже просто достать оружие в переполненном здании «Межзвездной связи» чревато большими неприятностями, не говоря уже о том, чтобы начать перестрелку. И вообще, чего им всем от меня надо?
– Может быть, ты не в курсе, но я больше не хожу в независимых капитанах, – в конце концов ответил я. – Я связан с очень большой организацией. Они так долго, как я, раздумывать не будут.
Ухмылка Фулбрайта стала еще гаже.
– Ну-ну, но кто бы они ни были, зуб даю, они и не почешутся, чтобы спасти твою шкуру, – заявил он. – Хочешь – верь, хочешь – нет, Джорди, но я твой единственный друг на всю таверну.
Неторопливо и плавно он развернул бумагу, которую держал в руке, и продемонстрировал ее мне.
На листовке красовался мой портрет из удостоверения пилота Торгового союза.
Я в некоторой оторопи уставился на Фулбрайта, ожидая объяснений.
– Давай-давай, – подбодрил он меня. – Читай, что там написано.
Я послушался этого дружеского совета. Объявление гласило, что разыскивается некий Джордан Маккелл, пилот-капитан грузового корабля «Икар» класса «Орион», порт приписки и конфигурация неизвестны. В связи с чем упомянутый Маккелл кому-то понадобился, там не говорилось, но зато были приведены два номера контактных телефонов, один местный, в мире Дорчинда, второй – индекс видеоканала «Межзвездной связи», причем последний – такой же, как у братца Джона, анонимный номер, по которому нельзя понять, на какой планете находится абонент.
Листовка также сулила вознаграждение тому, кто укажет мое местопребывание. Целых пять тысяч коммерц-марок.
– Не знаю уж, чем ты теперь занимаешься, Джорди, – ласково оскалился Фулбрайт, – но влип ты чертовски крепко. Такая бумажка сейчас имеется у каждого в этой таверне, один парень раздавал их здесь, как леденцы на палочке. Единственная причина, по которой ты все еще бродишь на свободе, – это паршивая фотография-.
Он ухмыльнулся еще шире.
– Ну, еще и потому, что никому в голову не при шло, что ты заявишься прямо сюда. Думаю, потому здесь такая давка и творится – все кинулись звонить своим дружкам, чтобы поделиться новостями.
– Наверно, – пробормотал я.
Но кое-кому мысль о том, что я сюда заявлюсь, все же пришла. По крайней мере тому, кто просил связаться с ним по контактному телефону в листовке. Кто-то твердо вознамерился перекрыть мне все входы и выходы, и, по всем признакам, занимался этим он со знанием дела. И в отличие от братцев бородавочников этот пресловутый «кто-то» знал название нашего корабля.
– Скажи-ка мне, этот раздатчик леденцов был двуногим гуманоидом с длинными руками и бородавчатой рожей?
Фулбрайт озадаченно наморщил лоб.
– Не-а, это был человек. Низкорослый такой и хилый, на счетовода здорово смахивал.
– Что-то он тогда не похож на завсегдатая подобных местечек, – сказал я. – А не думаешь, что кто-то всех попросту дурит?
– Это с сотней-то коммерц-марок в довесок? – фыркнул Фулбрайт. – Кому это надо?
– С сотней? – не понял я. – В объявлении говорится про пять тысяч.
– Это тому, кто найдет, – пояснил Фулбрайт. – Тот парень к каждой бумажке прилагал сотню марок. Чтоб уж наверняка прочитали, должно быть.
Я похолодел. Пять тысяч за то, чтобы разыскать меня, – это еще куда ни шло. Но если ищейка раздает тысячи коммерц-марок только для того, чтобы привлечь внимание, значит, ставки действительно высоки.
И единственное, что меня до сих пор спасало, так это до ужаса плохая фотография в моем личном деле. Да еще, пожалуй, тот факт, что единственный человек, который опознал меня, захотел заработать побольше, чем предлагалось в листовке,
– По рукам, – сказал я Фулбрайту. – Десять штук. Но у меня нет с собой таких денег. Нам придется вернуться на корабль.
Он хищно прищурился, и по непроизвольному подергиванию рта и бровей я отчетливо прочитал его мысли: если он сумеет хорошенько разглядеть «Икар», то сможет втюхать описание корабля неизвестному счетоводу.
– Идет. – Он расстегнул куртку и убрал листовку во внутренний карман. Пока Фулбрайт вставал из-за стола, я успел заметить у него слева на поясе кобуру и торчащую из нее серую рукоятку пистолета. Он кивком указал на дверь: – Пошли.
Мы покинули таверну, пересекли фойе и вышли из здания «Межзвездной связи». Пока мы шли через вестибюль, Фулбрайт незаметно вытащил пистолет из кобуры, сунул его в правый боковой карман куртки, а руку из кармана вынимать не стал. Хоть мы с ним когда-то и выпивали за одним столом, он не слишком-то мне доверял и не скрывал этого.
– На какой ты стоянке? – спросил он, когда я на правился к ближайшему движущемуся тротуару, который, как оказалось, вел на север.
– Номер можешь и сам прочитать, когда мы туда доберемся, – проворчал я, украдкой озираясь – не под вернется ли что-нибудь обещающее.
Дорожка, на которой мы стояли, не пользовалась особой популярностью, и не требовалось выдающихся умственных способностей, чтобы понять почему: вела она не к посадочным площадкам, а, наоборот, к складам, ремонтным мастерским и прочим хозяйственным постройкам.
Последняя деталь не ускользнула и от Фулбрайта.
– Надеюсь, ты не собираешься надуть своего старого приятеля, Джорди, – предупредил он, шагнув ближе ко мне, и ткнул меня в спину дулом пистолета. Даже сквозь куртку пистолет казался очень холодным. – Ты учти, мне это не понравится. Совсем не понравится.
– Не думаешь же ты, что я поставлю паленый корабль на обычную площадку, правда? – возразил я, глядя себе под ноги.
Лента дорожки была сплошной, но немного впереди и справа от нас виднелась одна из прорех, которыми изобиловали края движущейся полосы, – материал там протерся или порвался. Данная конкретная дыра была треугольная, примерно пять на десять сантиметров, сквозь нее виднелись несущая решетка и механизм, приводящий ленту в движение. Примерно через каждые полсекунды мелькал яркий голубой огонек – должно быть, подсветка, которая по ночам помогала различить края дорожки.
– Так где же он? – спросил Фулбрайт.
– Терпение, Джеймс, терпение, – сказал я, разглядывая треугольное отверстие и решетку под ним и на скоро прикидывая в уме.
Это будет нелегко, не говоря уж о потерях, но должно выгореть.
– У меня звонит телефон, – сказал я, медленно потянувшись к внутреннему карману, – там виброзвонок. Не возражаешь, если я отвечу?
Краем глаза я заметил, что мой бывший собутыльник нахмурился.
– Черт с ним, – буркнул он.
– Я бы не советовал, – мягко возразил я. – Если я не отвечу, мой напарник начнет меня искать. Ты же не захочешь связываться еще и с ним, верно? Ведь не из-за каких-то вшивых пяти тысяч так осложнять себе жизнь.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?