Читать книгу "Приездень"

Плач Урия

Сонет. Псалтирь

 
Дарю я вам – мои дерзанья,
Как встарь дарил – дарю вам вновь,
Мои заветные желанья,
Свою запёкшуюся кровь…
 
 
Дарю я вам мои страданья,
Следы невыплаканных слёз,
Дарю я вам – мои терзанья,
Несбывшихся во жизни грёз.
 
 
Дарю я вам моё начало,
Как посвящу вам свой конец,
Души моей предназначение
И сердца своего – венец.
 
 
Даст только Бог свершить сполна,
Что мне назначила судьба.
 
 
(Я пришёл к вам
       не с приветом —
 
 
Я пришёл призвать
                      к ответу.)
 

 
Я уйду из этой жизни
Без большого сожаленья,
Ни секунды не моля,
Продолженья-одолженья.
 
 
Не цепляясь, не хватаясь,
Не прося о снисхожденьи,
Уходя в небытие —
Как уходят в пробужденье.
 
 
Я уйду из жизни этой
С поднятою головою
Не прощаясь, не прощая,
Унося всё за собою.
 
 
Тихо дверь свою закрою,
Всё, что было – всё со мною.
 

 
Моё дерево не плодоносит,
Моё сердце ласки не просит…
Жив ли я. Или умер давно.
Стражду ль – или мне всё равно?
 
 
И вот опять, в который раз
Беру, всё рву и начинаю
Извечный пляс – вразнос, врастряс,
Плясать который я горазд.
 
 
Враскрут, вразвёрт и наперёд
Я знаю каждое движенье,
Как танца предопределенье
Себе назло – мне всё равно!
 
 
Такая вышла со мною шутка —
Ни Богу свечка, ни чёрту дудка…
 
 
(Я рвался в небо, мне ж дано
Расхлёбывать незнамо что…)
 
 
/Было расхлёбывать дерьмо./
 

Не царь я вам,

Но всё вам Храм!

 
За собой раскладушку,
Как улитка ракушку
Я по жизни влачу.
Мне простая подушка
Жизни горькой подружка
Заменила жену…
 
 
Как отшельником жил я,
Несмотря, что в миру,
Так, рождённый царём,
Я царём и умру.
Я жил отшельником в миру,
Царём рождён – царём умру.
 
 
Так и не узнанный никем
Я был со всеми и ни с кем.
 
 
(Обета, хоть
     не принимал,
 
 
Пришедши в мир,
           монахом стал.)
 

 
Никогда я не верил
В воскресенье Христа,
В непорочность зачатья,
Троицу, чудеса…
 
 
Нет, не Христос я, я другой,
Ещё неведомый изгнанник,
Как Он – гонимый миром странник,
Как Он – с еврейскою душой.
 
 
Как Он – для подвига рождён,
Как Он – на подвиг обречён.
Кому – с «гимнастом» на груди,
Кому ж – «гимнастом» во плоти.
 
 
Не почки, друг, отбили мне
Отбили душу – во суе.
 
 
(Персональная
          Голгофа
 
 
Персональной
               Катастрофы)
 

 
«Не себя, Господь, Тебя ради,
Отдаюсь и подставляюсь сзади!» —
Чести удостоившись – чего там уж,
Она встала и пошла – под душ…
 
 
Да, знать братья, неспроста
Вам Господь явил Христа.
Не тяните ж, не тяните!
Ну! – Распните же! Распните!
 
 
И в надежде великой
                   исходил я все ноги,
Обивая собою – чужие пороги,
Радея, как Отец о Сыне,
Как вопиющий глас в пустыне.
 
 
Чтоб земли не сходя с лица,
Крёстный путь повторить Христа…
 

 
Чудо зверь —
«Пристольный» крот
При столе жил —
Без забот:
 
 
В стол не только он писал,
В стол он пел и
В стол плясал,
В стол надежды возлагал,
 
 
В стол ложился —
В стол – вставал.
Весел был премудрый крот
Час пробил, настал черёд.
 
 
Он, как ценный экспонат,
На столе на том – распят.
 

 
Меня не любили
И я не любил.
Меня уходили
И я уходил…
 
 
И был я не к месту
И всем я мешал
Мне рот затыкали,
Чтоб я замолчал.
 
 
Не замечали,
Ногами топтали,
          что было сил,
Но выжил и жил.
 
 
Отколымил сполна свой калым,
Торжествую, как перст я один.
 
 
(На жизни на
пиру хмельном,
 
 
Всегда был
       трезвым чужаком.)
 

Свалилась на него напасть

Одна, но пламенная страсть

 
По собственной,
Иль Божьей воле,
Быть избранным
Пришлось – как знать?
 
 
Не выплюнуть,
Не проглотить
Не можно, как
Не себе принадлежать…
 
 
Идти – куда другим не должно,
И падать там – где всем вставать,
Кричать и плакать безнадёжно,
Тогда – как не к кому взывать!
 
 
Хошавти савель – ки ани еhуди,
Таити – савель ки ани hу ани.
 
 
(Пророком быти ли, поэтом? —
И что-то требовать
                               при этом!)
 

 
Какое счастье
Быть самим собой
И не играть
Заученные роли,
 
 
И не кривить
Трепещущей душой,
И не терзать
Неправдою до боли!
 
 
Какое счастье
Выстрадать себя,
В себе самом быть
Первым неизменно.
 
 
И только правду – бережно храня,
Принять открыто и самозабвенно!
 

 
На десятый год «отказа»
Я приполз, еле живой,
На Отчизну, но «Отчизна»
Обломилась приезднёй.
 
 
Сдвиг по фазе в каждой фразе,
В каждой точке перелом,
Был то маленький обломчик,
Или всё ж таки облом?
 
 
Уже давно померкла юность
Десятилетия прошли,
Уже не спрашиваем мы…
Мильён от лейтенанта Шмидта.
 
 
Зачем здесь он? —
Зачем здесь Мы?!
 

 
Народ зачах… ему на смену,
Придёт другой, почти чужой.
Чужою кровью напоённый,
Восстанет выблядок младой.
 
 
Он песню старую затянет,
О том, что призван он не вдруг,
О том, что издавна он избран,
О том, что Бога лучший друг.
 
 
О том, что ныне под ногами,
Земли Святой он чует твердь
И что в веках готов продолжить
Он первородства круговерть.
 
 
Низвергнотому с высоты
Царю – наследуют скоты.
 

 
Девяностый с гаком год.
Самолёт взял курс на Лод.
Кто стебётся – кто жуёт.
Пилот травит анекдот:
 
 
«Был репатриант
Федот – тот,
Народ
Был тот – не тот!»
Кто-то плачет, кто-то ржёт,
 
 
Кто-то утирает слёзы,
Кто-то утирает пот…
Лод. Борт сел.
И встал народ!
 
 
Кто-то затыкает уши,
Кто-то затыкает рот.
 

 
Сионисты по «Закону»,
А раввин по Галахе
                        опустили.
«Вы евреи? Это миф,
                  есть иудеи:
Мы – конфессия
                      в себе!»
 
 
С полу же подымемся
В полу же конфессию,
В полу-наказание и
в полу-профессию.
 
 
Под пол же засунем
Знамя коммунизма,
На Прокрустово взойдя
Ложе раввинизма!
 
 
Строем ходим в синагогу,
В дом ж публичный —
                       понемногу.
 

 
Жизни главное
              достижение:
Не в петле нашёл
                     утешение.
 

 
А жизнь сквозь
                  пальцы вся уходит.
У моря
        разрешенья ждём
                           в «Отказе»…
В коем разе
          в Сад Райский
                        визу обретём.
 

 
Кащенка.
Мне девятнадцать, извне
Все представляется
                лентой в потьме.
Ведь все, что было,
                    уже не вернешь,
Как нейролептик,
                      не отрыгнешь…
Все, что любил я,
                и верил во что,
Кажется мне безрассудным,
                                 грешно
Брать передышку
                   у дурки взаймы.
На перепутье я,
                     прежние сны
Уж не волнуют меня,
                          что теперь?
«Ты не от мира? Не гнида?»
Сквозь щель,
               между сознанием
И духом своим
                 не просочиться….
Стучись прямо в дверь.
Говорят:
«Стучите. И вам отворят!»
И когда, за бугор, туда…
«Праведникам» прямо
                 поглядим
                             в глаза!
 
 
(Прямо поглядим
           всем блядям в глаза)
 
 
Бить или не бить? —
             Воздать
                      свой
                             долг!
 

 
Капля за каплей
                    меряем лету
Дней приносящих
              долгов наших смету,
Лепту вносящих,
            урон в наши души,
И не восполнив ничем,
                       их промучив.
 
 
Спины согбенные
                 дней уходящих,
Слёз проходящих,
             всем надлежащих,
Судьбы – как спицы,
              пронзающих время,
Вдаль уходящих,
               взмывающих в небо…
 
 
Всё отступает,
                 уходит назад,
Вечность уносит
             и смрад и разлад.
Сызнова всё
              возвращается в круг
Тщетных усилий
                  Сизифа потуг.
 
 
Нас покидают
               нетленные души,
Тел наших бренных
               покой не нарушив.
Мы остаёмся
               на грешной земле,
Взгляд провожает
              их след в вышине…
 

***

А с платформы говорят, или

Кто в «Законе», тот пархат

 
На Колпачном,
                 до Ордынки,
Околпаченные орды
Долго мучили
                     ботинки.
В переулке ОВИР был,
А Серёга там служил
Особистом —
                 «разводил»…
 
 
Перестроечно-
                   пархатый
У невестки пункт
                  был пятый,
Юдофоб ли?
Юдофил? —
«Перестроился».
Свалил.
 
 
Озирается Сергей:
– Не пойму я,
               хоть убей! —
Или от жары я спятил,
Вижу:
             «Гойи»,
                           «Гайаваты», —
Слышу – «Песнь
                      про Алию»,
А евреи где? – Аууууу!
Режиссёры —
                    абсорбисты:
Тут, коллега,
             все – «артисты»! —
Гой ли? – Только ль
                             гойеват?
С рылом —
             да в калашный ряд! —
 
 
Как «блатной»,
                 с «Законом»
                                 связан,
Евреем
             можешь
                        ты не быть,
Но сионистом быть обязан!
 

 
Не в злате,
           не в славе награда,
Не в почестях
                 власти земной.
По Совести
                 высшая плата,
По Совести как таковой.
 

 
В бесконечный карантин
Те немногие, что идн
Угодили, как чумой,
Заразившись приезднёй! —
 
 
Хлеб собакам наш скормили,
Надругались, опустили.
Мы плетёмся неживые —
Златари, щенки слепые.
 
 
На чужом пиру похмелье,
Мы не ели и не пили,
Под навоз, на удобренье,
Нас оторвы порешили.
 
 
Наступили, преступили
И не глядя, перешли,
Так что горлом,
               как при рвоте,
Изо рта пошли кишки.
 
 
Мы костьми покорно ляжем
В обретённую Отчизну,
Слова никому не скажем,
Упиваясь счастьем тризны, —
На благо матушке-стране,
Что кинула на растоптанье
Под ноги славной приездне.
 

 
В двадцать лет
                освобождённый
Жизнь прожил, как
                     прокажённый.
 

 
Бил снайпер мимо
                      цели в тире,
А что за цель? —
                    Очко
                           в сортире.
 

 
Ведь чувствовать
                    любовь,
Даря её другим,
                как не крути,
Куда важней самим,
                чем получать
Бесстрастию
                     взамен,
В своей душе
              не видя перемен.
 

ПараФраз. Нео-логизмы

Мой дар

к полтиннику

Себе

Тебе

и «Алие».

 
Мы уже
              давно
                        не спрашиваем
Зачем ВЫ здесь?
Зато
       спрашиваем
                           себя
Зачем МЫ здесь? —
Массовому
          коллабора-
                      ционизму
Еврейской части,
                так называемой
                             Большой Алии,
На до-
          исторической
Родине посвящается.
 

 
«Большая Алия» глазами
Маленького еврейского
                                мальчика,
Поимевшего детство
                     и юность в отказе
В те не далёкие годы, когда
Еврейской её части —
Израиль был
           «даром не нась»
Не еврейской —
          «даром не нась»
                            были евреи.
А Израилю
                 даже и не мечталось
Даром поиметь большой миллион.
 

 
Первородство
               еврейской
                             нации
Есть факт непреложный,
Не теорема, которую
                     доказывают,
Но аксиома, которую
                       утверждают.
Всякий раз,
               открывая утром
                                   глаза
И подымаясь
                       с постели, я
Выхожу утверждать,
                        утверждать
Первородство
                 еврейской нации.
И я его буду
                 утверждать,
                      даже если мне
Это предстоит
                    делать в одиночку.
 

 
Давным-давно
                    меня учили:
«Не лезь в дерьмо,
Потом не отмоешься».
Неправильно учили, —
Вовремя в дерьме
Не запачкаешься,
Всю жизнь
          будешь ходить,
                  как обосранный.
 

 
Не тот благ,
            кто обрёл
                        себя
В вере своей,
               но тот благ,
Кто не потерял
                       себя,
Потеряв веру свою.
 

 
Он родился и вырос
                      в стране
Где слово «еврей»
Было ругательством
                       вообще,
А слово «сионист»
                 в частности
               (среди евреев).
Его детство и юность
                были изгажены
                           «Отказом»
А молодость опущена
                 большой
                           «Алиёй»
Вкупе с родной Мединой.
 

 
Сначала еврей
               «кидает»
Свой народ, а затем
Сохнут кидает его,
                      вместе
Со всем народом.
 

 
Еврей: рождённый от
Отца еврея, матери
                        еврейки,
И на еврейке женатый.
 

 
Мы вышли из страны,
Где еврейство носило
Не религиозный, но
Этнический характер.
 

 
Вы будете делать
Вид, что вы евреи,
А мы будем делать
Вид, что вы
                  в «Законе»!
 

 
Весь ужас в том,
            что сионистский
«Закон о возвращении»,
Есть не что иное, как
Расширенная версия
Раввинистической
Галахи.
 

 
Лес рубят,
          «щепки» летят:
Это вы наш хлеб
         скормили собакам.
 

 
Мы не ставим
           cвоей задачей
Восстановление
              справедливости.
Наша цель
           гораздо скромнее:
Расставить точки над i.
 

 
И если в окислительно-
             восстановительной
                          реакции жизни,
Кто-то справедливость
                          «окисляет»,
Стало быть, кто-то должен
              её и восстанавливать?!
 

 
Полцарства
         за христопродавство…
 

 
Нацисты нам кровь
                         пускали,
А вы приехали нам
                 кровь мешать,
Но еврейская кровь
          не вода, чтобы её
                                       лить,
И не салат, чтобы
                       её мешать,
За всё придётся
                                  платить…
 

 
«Закон о
             возвращении» —
Закон подлости.
 

 
После репатриации
                 по закону
                          о «возвращении»
Будет департация
                 по закону
                         о «невозвращении»!
 

 
Основная проблема
«Галахических иудеев»
Состоит в том, что тот акт,
              в результате которого
Они появились на свет,
               был антисемитским.
 

 
Большая Алия —
                  как гнусный
Антисемитский гешефт.
 

 
Сказано:
«…Любите врагов ваших…»
Вы нам не враги —
                   мы вас не любим…
 

 
…Ни о какой ошибке
           или «недоразумении»
И речи быть не может,
              так наз. «Большая Алия»
Есть спровоцированная
                       депортация
                  дешевой рабочей силы
По так наз.
             «Закону о возвращении».
 

 
Генетически чуждая
Еврейскому народу,
Антисемитская
                     по духу
И антиеврейская
                по содержанию,
Замочившая конец
                      в Совдепии,
А яйца приехавшая
В Израиль сушить,
                 большая шобла.
 

 
«Смешанный брак» —
Как соучастие
В геноциде против
Собственного народа.
 

 
К вопросу
                о «несионистском»
Характере «Большой Алии».
Не пора ли откровенно
                              поговорить
На большую и сложную тему:
Массового
              коллаборационизма
                      еврейской её части
На доисторической родине?!
 

 
Не правда ли
Что так называемая
«Большая Алия»,
Была абсорбирована
За счёт многострадального
Чистокровного еврейства:
Всё то, что получили они —
Это то, что недополучили мы.
 

 
Изломанная
         по «Закону о возвращении»
                                                  жизнь.
 

 
Евреями не становятся.
Евреями рождаются
И остаются.
 

 
Дабы познать,
             что означает:
«Выпасть в осадок»
Не нужно быть
                    химиком.
 

 
Почему-то
              в Совдепии
                           вопрос
«Кого считать
               за еврея?» —
                             не стоял.
 

 
Тяжело не быть
                  антисемитом…
 

 
«Забьем на арабских
                            семитов!» —
Миллион славянских
                         антисемитов.
 

 
Евреями были,
             есть и будут,
Только те,
        кто не евреями
                быть не могут.
 

 
Большой опыт
Большой Алии,
Неопровержимо
          свидетельствует
                        о том, что:
Родину,
           вероисповедание,
                     национальность,
Можно менять,
                  как презервативы.
 

 
Нам не нужно
          вашей благодарности,
Но вашей неблагодарности,
               нам тоже не нужно.
 

 
«Еврейство» без еврейства.
Или Сионизм – как форма
                           антисемитизма.
 

 
В царской России
             для того. чтобы
                        «смешаться»,
Достаточно было
                        выкреститься.
В России Советской,
            для того, чтобы
                     «выкреститься»,
Необходимо было
                          «смешаться».
 

 
Зачем я здесь?!
 

 
Сионистам нужно
Пушечное мясо.
Раввинам —
              ес-мэны,
Выкрестам —
             амнистия,
Выблядкам —
                  гиюр.
А еврей —
          не нужен
                  никому,
Он чужой на этом
Празднике жизни.
 

 
После приезда
           русской Алии
                    в Израиль
Рабинович повесился.
«С тоски по Родине».
 

 
Под сурдинку
            сионизма,
Миллиону
           самозванцев,
По «Закону
           о возвращении»,
Под компетентным
                руководством,
«Пирамиду» строить,
Да «Иудейство» ломать.
 

 
Срамная «Алия»
            по срамному «Закону»
                  в срамное государство.
 

 
Жизнь все расставит
По своим местам,
А мы ей поможем!
 

 
Атеистами там были все.
«Выкрестами» же – те,
Кто мешал кровь!
 

 
И нашим
и вашим
И позавчерашним.
 

 
Сионистская
             старость:
Расплата за
             комсомольскую
                              молодость.
 

 
Предельно прозрачный
                        по форме текст
Предельно неформальный
                     по смыслу подтекст.
 

В Жидостан на ПМЖ

 
Дабы «Алию»
                задело,
Принимаемся
                  за дело!
 

 
Гешефт крут,
А прав Сохнут!
 

 
Не водил их Сохнут
По пустыне за нос,
А всего лишь их слил,
Как сливают понос.
 

 
Сионистская кровать:
Один ляд кого е…..ть!
 

 
Я не знаю,
               кто вы
                    по специальности.
Знаю, что
              вы блядь
                      по национальности.
 

 
Алия —
Большая
Блядь,
Сохнут – поц.
Клита – кровать.
Как же девке
                  не гулять?
 

 
Как то бывает
               средь людей,
Случилась встреча
              двух блядей:
Блядей тех звали —
                  Медина,
Ну и, конечно, Алия.
И промеж них,
Промеж блядей,
             как ни пришей,
                          торчит еврей…
(Ведь кто-то ж
                    должен был
                                    сказать,
Что имя Алии
                  сей – Блядь.
Иль кто-то
              что-то здесь
                                сказал,
Чего никто,
               друзья,
                          не знал?)
 

 
Отъезд.
Сыну надлежит
Тайну выдать:
«Дед твой – жид!»
 

 
По Закону —
               протеже,
В Жидостан.
              на ПМЖ.
 

 
До слёз
Смеялся Амос Оз:
Мы вам устроили
Колхоз.
 

 
ПАЛЬМАХ —
На славянских
                   штыках.
 

 
Как десант в Афганистан,
Высадился в Жидостан,
Брат еврею – полужид:
Панибратский геноцид.
 

 
Россию оставил,
                 пошёл воевать…
Затем возвратился:
«Чтоб кровь
                     не мешать!»
(Стоял над Сионом
                           Алёша,
В Израиле русский
                          солдат.)
 

 
«Двести вместе лет»
                             спустя,
Годков двадцать
                          опосля,
Буффонада —
                    буфер-рать.
Ась? – ««Россией»
                     прирастать!»
 

 
Сохнут дал.
Урод взял.
Ненарод.
Отсосёт.
Сионистский
                 конец.
Безысходный
                Исход…
 

 
К черту братский
Чуркестан,
Даешь русский
Жидостан!
 

 
Гоям здесь совсем
                    не тесно,
Лишь еврею
                   нет тут места.
 

 
Был на первый
                   взгляд
                            пархат,
На второй же
                        гойеват.
 

 
С гойлом
               в стойле
Хвать пойло.
 

 
Юдофоб стал
                  юдофил
И в Жидовию
                   свалил.
 

 
Ожесточенная
                   любня
Между народами
                   там шла.
Итог: Большая Алия.