Текст книги "Ученик олигарха"
![](/books_files/covers/thumbs_240/uchenik-oligarha-215008.jpg)
Автор книги: Валерий Крылов
Жанр: О бизнесе популярно, Бизнес-Книги
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 2. Знакомство. Олигарх на Ольхоне
В 2005 году я закончил Иркутский юридический институт филиала Российской правовой академии при Минюсте РФ, по специальности юрист. Уже учась на четвертом курсе я прекрасно понимал, что не смогу работать ни на кого, кроме себя. Почему? Главное в этой жизни – это трезво взглянуть на себя и оценить свои шансы. А шансы мои стремились к нулю. У меня не было связей, покровителей и влиятельных родителей.
И биржа труда, он же центр занятости населения, распростерла мне свои объятия и резюмировала:
– Студент-выпускник, без стажа и опыта. Плюс еще юрист. В общем на фиг никому не нужен. Юристов в 2000-е годы выпускалось немерено, как цыплят на птицефабрике. Биржа была завалена анкетами, кандидатов было много, а вакансий не было. Честно говоря, они были, но вызывали скорее жалость, чем зависть.
Это были ЖЭКи и прочие ООО с зарплатой в шесть тысяч рублей в месяц. Взрослому мужчине на такие деньги было невозможно прожить. Те, кто предлагали реальную работу с достойной зарплатой сразу ставили условия: стаж от двух лет, опыт работы в судах. Это была дилемма. Получить опыт можно только через практику. На практику брали неохотно и разумеется бесплатно. В тоже время практика была сведена к заполнению и отправке конвертов. Что, согласитесь, опытом работы в судах не назовешь. Молодые специалисты не могли взять в толк и понять, что никто, никогда не мог вчерашнему студенту доверить серьезную работу. Ты был просто разнорабочим, унеси-принеси-убери. На выходе ты получал штамп в трудовой книжке. И такие хождения по мукам могли длиться годами. Когда жизнь к тебе поворачивается спиной, приходится напрягаться и не по-детски. И я вспомнил свое прекрасное детство, проведенное на рынке, и понял, что могу работать только на себя.
Биржа молчала, вариантов не было, и я принял единственно верное решение: открыл юридическую консультацию. Учитывая обстоятельства я оказывал консультации бесплатно. Представительство в судах и инстанциях было за «сущие копейки». Но главное – был опыт по специальности. Я изучал этот рынок «вживую», а не в кабинете за стеклом перекладывая бумажки и клея конверты. Я представлял интересы клиентов в судах, участвовал в судебных прениях, знакомился с судебной практикой, изучал документы. Я развивался как специалист. Поначалу клиентов было немного, но доходов от них все равно было больше чем в зарплата в ЖЭКах.
Моя ситуация была описана в популярном анекдоте:
– Потерпите, фирма только открылась. Все деньги уходят в развитие, аренду и рекламу. Поэтому денег не будет месяца три-четыре.
– А потом что-то изменится?
– А потом привыкните.
Переломным моментом для меня стало лето 2006 года. Этим летом я поехал на озеро Байкал. Почему именно Байкал? Ну тут есть несколько причин.
Во-первых, я коренной сибиряк. Я вырос в Иркутской области, горжусь ей и другого места отдыха от мыслимых забот, чем отдых на Байкале, не представляю. Тем более, озеро Байкал находилось от моего дома всего в двухстах километрах, и я мог хорошо отдохнуть без больших финансовых и временных затрат.
Во-вторых, мне срочно требовался отдых. За год работы в юридической службе, я устал. Деньги были, но я понимал, что топчусь на одном месте. Надо было искать новые горизонты. Открыть сознание для получения новой информации. А для этого нужно было отдохнуть.
Дорогой читатель, я рекомендую, возьмите на заметку. Вокруг нас постоянно много информации. Семьдесят процентов – это ненужная информация, информационный шум. Это новости, сплетни, фильмы, социальные сети. Одним словом – жизнь других людей.
В этом есть хорошее отличие сознания богатого человека от сознания бедняка. Бедные люди проживают жизнь других людей, глядя на них с экрана телевизора или смартфона. Мысленно завидуют и живут иллюзиями. Богатые проживают свою жизнь сами. Они не смотрят телевизор с мыльными операми. Они смотрят только нужные новости из мира политики и финансов. Почему? Когда ваша голова забита и мысли в кучу, вы не сможете сосредоточится и открыться новому. Даже если постараетесь. Помните как сказал Шерлок Холмс: «Поймите: человеческий мозг – это пустой чердак, куда можно набить всё, что угодно. Дурак так и делает: тащит туда нужное и ненужное. И наконец наступает момент, когда самую необходимую вещь туда уже не запихнёшь. Или она запрятана так далеко, что её не достанешь. Я делаю по-другому. В моём чердаке только необходимые мне инструменты. Их много, но они в идеальном порядке и всегда под рукой. А лишнего хлама мне не нужно. Мне в моём деле это не пригодится!»
В-третьих, я ехал в самое сердце озера Байкал – остров Ольхон. Ольхон – традиционное место паломничества и международный курорт. На него ежегодно приезжают сотни и тысячи туристов. Среди них иностранцы, политики и артисты. Бизнесмены проводят здесь свои встречи. Музыканты устраивают концерты. Как итог – это было место где можно найти новые знакомства и сделать шаг вперед.
В-четвертых, и это самое важное – я был готов ухватиться за любой шанс, который мне выпадет. Шанс изменить жизнь постоянно подворачивается нам, но мы его не видим. Мы к нему не готовы. Я, напротив, был готов и уверен в своих силах. Но как наивно и идеально мне все представлялось в тот момент.
Я помню нашу первую встречу, как вчера. Шел третий день пребывания меня в самом центре Байкала – острове Ольхон. Посетив все его достопримечательности и не встретив кого-то по-настоящему ценного, утром четвертого дня, я бесцельно шел по Сарайскому пляжу, по еле теплому песку. Я специально шел возле кромки воды, чтобы волны омывали мои ноги. Не верьте, друзья мои, что Байкал в июле теплый, как парное молоко. Даже в самое теплое время года его вода по-настоящему бодрит. Волны шелестели, омывали босые ступни. Я слушал шум прибоя и смотрел на чаек, охотящихся на рыбу. Их было очень много: большие жирные черно-бело-серые чайки пикировали как истребители, проносились по воде, ныряли и взмывали вверх держа в клюве рыбу. Очень красивое и завораживающее зрелище. Разглядывая чаек я перевел свой взор на пляж, обратив внимание на мужчину, который подкармливал чаек. Было раннее утро, и туристов не было вообще. Было пусто. Только одинокие лодки рыбаков, вышедших на рыбалку маячили на горизонте. В общем нас было только двое. На всем пляже. Я бы не придал этой встрече никакого значения, если бы не тот факт, что мужчина кормил чаек рыбой. Все туристы кормили чаек хлебом. Булка хлеба за двадцать рублей. Милое и недорогое развлечение себе и детям. Мужчина же стоял с ведром полным рыбы, и когда чайка подлетала к нему, кидал ей рыбу. Чайка ее хватала, тут же к ней подлетали другие чайки и начинали драться за обладание рыбой. Когда драка заканчивалась, он кидал другую и все повторялось вновь. В тот момент он был сверхпопулярной личностью у чаек.
Не найдя себе более достойного собеседника за прошедшие три дня, и не найдя ничего более умного я решил съехидничать:
– Слишком крутой завтрак для чаек, не находите? – прищурившись спросил я.
– Почему? – удивился мужчина. – Они хищники. Рыба – это их природная еда. А вовсе не тот хлеб, которым их ежедневно кормят.
– Слишком крутой, это я в плане стоимости рыбы, – поправился я. – Дорогое удовольствие. Рыба стоит намного дороже, чем хлеб.
– Не слишком дорого, – парировал мужчина. – Я сам нарыбачил. Поэтому это мой улов. И я решил распорядится им по своему усмотрению.
– Вы рыбак? – в свою очередь удивился я. По внешнему виду он никак не был похож на рыбака. Опрятный, чистый, гладко выбритый и коротко подстриженный. Когда я подошел ближе от него пахло хорошим одеколоном. Голос был уверенный, властный. Слова произносились отчетливо, с хорошей интонацией. Я, тот час вспомнил рыбаков, торгующих со своих лодок или на рынке. От них несло рыбой за версту.
– Рыбак. – подтвердил он. – Немного. Вообще я люблю смотреть, как жизнь диктует свои правила. Это подстегивает и бодрит. Видеть ежедневную борьбу. Смотреть как надо драться за жизнь. Ведь рыба для чаек – это жизнь. Основа их жизнедеятельности. Если они не будут есть, то ослабнут, не смогут охотится и погибнут.
– О, как глубоко копнули, – усмехнулся я и начал откровенно веселиться.
– Вот вы смеетесь молодой человек, – нахмурившись проговорил он, – а в жизни так и происходит. Каждый день. Вы каждый день боретесь, чтобы жить как эти чайки. Ходите на работу, получаете зарплату, на эти деньги покупаете продукты и несете расходы в виде коммунальных платежей и оплаты своих кредитов. – Где вы живете? – вдруг прямо спросил он, строго глядя мне в глаза. Моя усмешка внезапно разозлила его и он захотел преподать мне урок.
– Небольшой промышленный город, рядом с Иркутском, – опешил я.
– Вы действительно считаете, что ваша жизнь отличается от жизни этих чаек на Ольхоне? – искренне удивился он. Я попытался возмутиться, сделал гневный вид, и хотел было выдать наглому рыбаку пару матерных слов, так сказать «от души», но он перебил меня только я хотел открыть рот и продолжал.
– Ваши возможности ограничены только вашим сознанием. В этом кроется ваша главная проблема. Большинство людей не могут выйти за границу своего сознания. Вы как и большинства людей сознательно себя ограничиваете. Если вы не хотите учиться новому, вы не развиваетесь. И поэтому никогда не увидите новые направления и горизонты. Представьте: птица в лесу. Она считает лес своим домом, своей территорией. Птице комфортно и безопасно. Мир этой птицы заканчивается границами леса. Если в лесу закончился корм или становится опасно, птица выходит из зоны комфорта, уходит в зону дискомфорта и улетает в другой лес. Так и вы. Немного сменив обстановку, вы решаете что вот они – перемены – к лучшему. И ждете, что все изменится. Однако это не больше чем смена обстановки, преодоление временных трудностей, тупик. Со временем все повторяется снова. И так цикл жизни. Вместо этих птиц на их место приходят их птенцы. Так и эти чайки. Так и большинство людей.
Я стоял в полном остолбенении, пытаясь понять, кто передо мной и что мне надо отвечать. Но моему новому знакомому, похоже, не нужен был диалог. Ему нужен был просто слушатель, подобно священнику в церкви, к которому пришли исповедоваться. Я молчал, он продолжал все свои рассуждения.
– Давайте теперь перейдем к людям, – продолжал он. – Сначала ваши деды, потом отцы, а теперь вы работаете чтобы выжить. Вы работаете не чтобы жить, а чтобы выживать, сводить концы с концами. Пока вы молоды, вы нужны государству и работодателю. Они использует ваше время, силы и здоровье, чтобы укрепить свое могущество. Потом время, отведенное человеку, уходит. Он дряхлеет, чаще болеет и с удивлением осознает, что никому не нужен. Его увольняют за профессиональную непригодность или по старости. Отправляют на нищенскую пенсию. И вот он итог. Конец жизни. И в итоге, как у «премудрого пескаря», – ни благодарных детей, ни достойной пенсии и накоплений. Только долги и счета. Но человек видимо настолько примитивен, что даже этого не понимает. Почему, спросите? Потому что его дети и внуки делают те же ошибки и наступают на те же грабли в очередной раз. И мы получаем общество, в котором дети спиваются вслед за родителями. Мы видим семьи, которые работают на тех же предприятиях вместо своих родителей, на тех же условиях и за ту же зарплату. И потом, чего они хотят? Другого результата? У них перед глазами готовая модель родителей, и дети шаг за шагом выполняют те же действия. И закономерно получают тот же результат. Они получают то, что и их родители. НИЧЕГО. Также как и родители, они остаются у разбитого корыта, – закончил он. Последние слова его прозвучали как упрек.
Я вдруг осознал всю безысходность услышанного. Действительно так все и есть. Так живут восемьдесят процентов жителей страны. Живут в надежде на светлое будущее, в мрачном настоящем, с мыслями о великом прошлом. Мне вдруг вспомнился мой школьный друг. Его отец работал на вредном производстве и умер, не дожив до пенсии. Умер от рака, который вызывала та самая вредность. И друг встал на его рабочее место. Вместо умершего отца. В табличке на ящике в раздевалке сменилось только имя отчество. И предприятию лучше стало: пенсию не платить, плюс рабочий стал помоложе и поздоровее. На мои вопросы друг отвечал уклончиво, что работы нет, никому он не нужен, а здесь стабильность, полный соц. пакет, отпуск, пенсия и прочие льготы вроде бесплатного молока. Все это называется просто – безысходность. Я думал. Стоял как истукан.
Видя мой понурый и задумчивый вид, мужчина засмеялся. «Ничего, в жизни не все еще потеряно. – сказал он. – Главное вовремя это осознать пока здоров и молод, и самому себе признаться, что надо менять жизнь к лучшему. Человек как любое живое существо может меняться и приспосабливаться к любым условиям. Посмотри на перелетных птиц. Они те же птицы что и чайки. Но они видят все по-другому, и когда приходит время, улетают в другой мир, недосягаемый и неизвестный, полный трудностей и лишений. Для лучшей жизни.
– Для человека такие перелеты называются эмиграцией, – проявив эрудицию пересохшим горлом сказал я. Как калькой или трафаретом я скопировал услышанное на себя. В моей голове все было вперемешку. Как будто в моей голове, вместо мозгов был красивый торт, выставленный в несколько уровней. Снизу были коржи, повыше крем и шоколад. Теперь его перевернули вверх тормашками и смешали слои торта. Сейчас вместо него была просто сладкая каша. Еще минуту я стоял осознавая услышанное.
Да, вроде ничего нового он не сказал. Не открыл новый континент. Новую звезду или планету. Ничего особенного. Но, когда приходит осознание сказанного, когда ты прокручиваешь услышанное на своем примере или примере своих друзей становится жутко и почему-то грустно. Да, действительно, я был ограничен в пределах своего города. И не выезжал из него за редким исключением двадцать пять лет. Нам внушают, что мы свободные граждане в свободной стране. Мы вольны жить как нам охота. И можем делать что захотим. Но так ли это на самом деле? Может быть это иллюзия свободы, которую нам сознательно вкручивают в голову под видом истинной свободы.
Друзья, не отвечая мне, спросите себя, как давно вы покидали свой город? И не на природу, дачу или к родственникам. А просто утром встал, умылся, побрился, позавтракал, пошел в ближайшую турфирму, купил путевку в жаркие страны, и улетел на две недели этим же вечером. Когда такое было, что:
– вы шли после работы, и не глядя в кошелек, покупали охапку белоснежных роз своей любимой? И как бы небрежно, дарили их и говорили, что это сущая ерунда по сравнению с твоей красотой.
– Когда вы говорили детям, что целую неделю их летних каникул вы проведете с ними вместе?
– Когда вы знаете, что ваша семья и дети обеспечены на самый черный день.
– Когда вы спокойны за будущее детей и для них отложены деньги на обучение в хорошем и уважаемом ВУЗе нашей страны.
– Вы уверены, что даже в случае несчастного случая, болезни, инвалидности, вы сможете жить, не меняя свой уровень жизни за счет пассивного дохода, инвестиций, сбережений.
– Вы абсолютно всем доказали, что вы уважаемый и честный человек. Вы ходите по улицам с семьей, с высоко поднятой головой, прогуливаясь неспешно. В эти моменты пусть весь мир подождет.
Вот из таких ответов и состоит истинное понимание слова «свобода». По крайней мере, в моем понимании.
Крики чаек прервали мои раздумья. Я обратил внимание на своего нового знакомого. Его ведро было пусто, и мужчина начал собираться уходить. Чайки были явно голодными. Они кричали и требовали еды. Некоторые из их начали проявлять агрессию. Одна из чаек резко взлетела прямо рядом с нами, я испугался, дернулся, и мой тапок, подхваченный волной, закинуло на метров десять прямо в Байкал. Через пару минут чайки, словно по приказу, поднялись в небо и улетели, оставив меня наедине с мужчиной и тапком в Байкале. Я снял второй тапок и положил его в песок, намереваясь оставить. Лезть в утренний холодный Байкал не было желания. Увидев это, мужчина взглянул неодобрительно. По лицу его скользнула тень укора. Он что-то пробормотал про засорение Байкала неблагодарными гражданами. Камень был явно в мой огород. Не видя других вариантов, я зашел по щиколотку в воду и приготовился плыть. Он начал собираться. Ополоснул ведро и снял перчатки. Желая продолжить наши диалоги после утренней прогулки, я уже стоя в воде, предложил мужчине выпить чашку кофе в кафе у себя в гостинице. Мне нестерпимо хотелось новой информации. Уже все равно, кто он. Мне импонировала его эрудированность и широкие познания психологии людей и масс.
– Вас не задели мои рассуждения? – спросил он подняв брови. Было видно, что он немного удивлен.
«За такие рассуждения и ваши сравнения с чайками можно и по башке получить от честного труженика», – подумал я, но немного усмехнувшись сказал:
– Нет, что вы. Очень познавательно. По крайней мере, я узнал о себе немного нового. Из своей прошлой жизни. Сравнение с чайками, конечно, не очень лестно, но смысл сказанного дает основания призадуматься.
– Кем вы работаете? – вдруг прямолинейно спросил рыбак, и не найдя ничего другого, я ответил, что еще вчера был предпринимателем и собственником юридической фирмы, сегодня – лишь немногим отличаюсь от байкальской чайки, а завтра…
– А завтра еще не наступило, – перебил он. – Вы никогда не знаете, что произойдет завтра. Может смена власти в стране. Может война с США, а может конец света. Главное сегодня использовать максимум времени на то, что будет для вас завтра. Каждый день может изменить вашу жизнь.
Последнюю фразу его я не сразу понял. Но это было и не надо.
– Сегодня в тринадцать часов, я буду обедать вот в том кафе – сказал он, указав пальцем наверх, и как бы за гору. – Приходите, пообщаемся. У меня как раз заканчивается отдых, – продолжил он и попрощался.
Я не совсем понял где это и куда идти, но переспрашивать не было возможности. Взяв свое ведро, утренний собеседник зашагал уверенной походной в гору. Уже через пару минут он скрылся за горой. И я пошел вылавливать мой тапок.
Вообще, Байкал считается самым чистым озером на Земле. Это знают все – и взрослые и дети. Жители Ольхона считают свой священный остров центром мироздания. Я видел в Ольхоне огромные возможности для бизнеса. В инвестиционном плане он был как наполовину паханное поле, где одну часть пашут и сеют, а вторую сознательно затаптывают, давя в нем ростки процветания. Предприниматели строят гостиницы и хотят заниматься курортным бизнесом, а «умные головы» в правительстве области препятствуют развитию Ольхона, как международного туристического центра. Власти региона вводят ограничения и запреты, внемля экологам о нарушении хрупкой экосистемы Байкала, а позже убеждают, что надо развивать Прибайкальские территории и готовы помогать.
При этом власти на экранах трубят про развитие международного туризма, не решая фундаментальные проблемы, такие как:
– проблема № 1: на Ольхон давно нужен мост, чтобы не стоять по двенадцать часов в очереди на паром. Туристы со всего мира стоят в недоумении и потом смеются над «русскими лаптями»;
– проблема № 2: электричество и интернет во всех населенных пунктах острова;
– проблема № 3: как я и говорил, власти должны заниматься регулированием и наведением порядка, а не установкой барьеров и препон.
Разумеется, должны быть закрытые от туристов священные зоны, куда могут проходить только представители властей, местные жители и шаманы. Но говорить про охрану острова и его природы, когда на каждом углу стоят китайские гостиницы, где работают только китайцы и русских туристов и местных жителей туда даже не пускают – это унижение для наших граждан. При этом дороги в поселках размыты и разбиты, а местным жителям – коренным рыбакам – запрещено ловить омуля – это тупик и лицемерие.
Примерно так я рассуждал сам с собой пока шел по направлению к кафе. Кафе располагалось за горой. И найти его в обилии кафе и позных в центре главного населенного пункта Ольхона – поселка Хужир – было непросто. Я обошел почти все заведения и уже было отчаялся. Удача улыбнулась мне, и я оказался в полутемном кафе, где обедал мой собеседник. Я посмотрел по сторонам. Почти никого. В углу трое туристов шумно что-то обсуждали. В другом углу за массивным столом из лиственницы сидел мой собеседник. Через стол от него сидел мужчина и прихлебывал чай. Он был невысокого роста. Идеально сложен и по-спортивному коротко подстрижен. Его взгляд выдавал в нем ястреба-охотника который своим взором зорко оглядывает свою территорию. И видит каждую мышь за километр. Одет он был явно не по погоде.
«В такую жару и в мешковатой объемной ветровке. Явно военный или из полиции», – подумал я. Мой утренний собеседник ел вкусные дымящиеся позы. Ел он их не профессионально, не как сибиряк. Т. е. не как положено. Это было видно по разлитому в тарелке бульону. От поз шел пар и сочился такой аромат, что я тут же, подойдя к стойке бара, заказал себе пять штук.
Увидев меня у стойки бара, мой новый знакомый помахал мне рукой и жестом предложил мне присоединиться к нему за трапезой. Когда я подошел к столу, он встал из за стола и протянул мне руку.
– Михалыч, – негромко и уверенно произнес он.
– Приятно познакомится. Валерий, – ответил я, поздоровался и, оценив крепкое рукопожатие, улыбнулся.
Я помню эту встречу как вчера. Она навсегда осталась в моей памяти. Может просто потому, что она изменила мою жизнь.
Навсегда изменила меня и открыла мне новые горизонты.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?