Текст книги "История Шотландии. Дедушкины рассказы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/istoriya-shotlandii-dedushkiny-rasskazy-285892.jpg)
Автор книги: Вальтер Скотт
Жанр: Литература 19 века, Классика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)
Глава II
История Макбета
(1034–1057)
Во времена, недалекие от тех, когда скотты и пикты стали, как я тебе рассказывал, единым народом, правил Шотландией очень добрый старый король по имени Дункан. У него было два сына. Один звался Малькольмом, другой Дональбайном. Но король Дункан уже слишком одряхлел, чтобы предводительствовать своей ратью в сражении, а его сыновья еще не доросли до того, чтобы ему помогать.
В ту пору Шотландия, да и Англия с Францией, очень страдали от набегов датчан. Эти свирепые, кровожадные люди плавали на кораблях по морям и, высаживаясь на берег то там то сям, жгли и громили все, что попадалось им под руку. Они были язычниками и не признавали Библию, а помышляли только о битвах, убийствах и грабежах. Если местные жители перед ними робели, датчане захватывали их земли так же, как, помнишь, англосаксы захватили Британию. А иногда просто обчищали и сжигали дома, потом опять садились на корабли, поднимали паруса и поминай как звали. Они до того замучили христиан, что те возносили в церквах молитвы, чтобы Господь уберег их от ярости этих дикарей.
Так вот, в царствование короля Дункана датчане привели целую армаду к побережью Шотландии и высадились в Файфе[8]8
Возглавлял поход Свенон, король Дании и Норвегии. – Холиншед, т. V (1808), стр. 206.
[Закрыть], угрожая занять всю область. Тогда шотландцы собрали многочисленное войско для борьбы с ними. Король же, как я тебе говорил, был слишком дряхлым, чтобы командовать ратью, а его сыновья слишком юными. Поэтому он послал вместо себя одного из своих ближайших родичей – Макбета. Макбет был сыном Синела, тана Гламисского. Танами тогда в Шотландии назывались правители областей, позже переименованные в графов.
Этот Макбет, отличавшийся большой храбростью, встал во главе шотландского войска и повел его против датчан. Плечом к плечу с ним шел его сородич Банко, тан Лохабера, не уступавший в храбрости Макбету. И вот завязалась великая битва между датчанами и шотландцами, в которой Макбет и Банко, два шотландских вождя, разгромили врага в пух и прах, так что морские разбойники, побросав горы убитых и раненых, убрались на свои корабли. Тогда Макбет, торжествуя победу, повел войско назад на север Шотландии, в город Форрес.
![](i_005.jpg)
В те времена жили три старухи, которых считали ведьмами
А в те времена жили в городе Форресе три старухи, которых считали ведьмами, способными предсказывать судьбу. Теперь в подобную чепуху верят лишь глупцы и невежды вроде тех, что просят цыганок погадать. Но в древности люди были куда более темными, и даже такие выдающиеся мужи, как Макбет, благоговели перед всякими пророками и пророчицами, вроде этих трех ведьм из Форреса, и прислушивались к их дурацкой болтовне, словно те и впрямь могли прозревать будущее. Старухи видели, что их уважают и боятся, и пользовались этим, чтобы обирать людей: наплетут им с три короба и получат хорошее вознаграждение.
Потому-то три карги отправились на поросшую вереском пустошь близ Форреса и, усевшись на обочине дороги, стали поджидать Макбета с войском. Когда же Макбет, шедший впереди колонны, поравнялся с ними, старые ведьмы подступили к нему и одна из них возгласила:
– Да здравствует Макбет, великий тан Гламисский!
Вторая подхватила:
– Да здравствует Макбет, великий тан Кавдорский!
Тогда третья, желая угодить ему еще больше, чем первые две, вскричала:
– Да здравствует Макбет, почти король Шотландский!
Макбет был очень удивлен тем, что ведьмы наградили его такими титулами. Пока же он думал да гадал, что бы это значило, Банко вышел вперед и спросил старух, могут ли они чем-нибудь порадовать и его. И те ответили, что он не вознесется так высоко, как Макбет, но, хоть самому ему и не стать королем, его потомки унаследуют шотландский престол и будут править много-много лет.
Не успел Макбет оправиться от удивления, как прискакал гонец с известием, что скончался его отец и титул тана Гламисского перешел к нему. И следом прискакал другой гонец, от короля, благодарить Макбета за славную победу над датчанами и сообщить ему, что король, уличив тана Кавдорского в измене, лишил его сана и жалует Макбету Кавдор в придачу к Гламису. Выходит, первые две старухи не ошиблись. Я-то думаю, они как-то проведали о смерти отца Макбета и о наречении Макбета таном Кавдорским, хоть сам он об этом еще не слышал.
Однако Макбет, пораженный тем, что часть их предсказания сбылась, начал помышлять о том, как бы ему осуществить остальное и сделаться не только таном Гламиса и Кавдора, но и королем Шотландии. А у Макбета была очень честолюбивая и коварная жена. Узнав, что ее супруг возмечтал о шотландском троне, она принялась всячески его подзадоривать и убеждать, что единственный способ завладеть короной – это убить доброго старого короля Дункана. Все существо Макбета восставало против столь страшного преступления, ведь он понимал, каким снисходительным правителем был Дункан, да к тому же не мог позабыть, что тот его кровный родич, и всегда относился к нему с большой теплотой, и доверил ему командование своим войском, и отдал ему Кавдорское танство. Но жена твердила Макбету, что в его власти получить корону, обещанную ему ведьмами, и он будет последним глупцом и трусом, если упустит такой случай. В конце концов подстрекательства жены и пророчество чертовых старух до того помутили рассудок Макбета, что он решился умертвить своего государя и друга. И это чудовищное злодеяние он совершил самым чудовищным способом!
![](i_006.jpg)
Леди Макбет
Макбет пригласил Дункана побывать в его неприступном замке близ Инвернесса, и добрый король, чуждый каких бы то ни было подозрений, охотно откликнулся на это приглашение. Макбет и его супруга встретили короля и всю королевскую свиту с нарочитой радостью и устроили грандиозный пир, как и подобает подданным, принимающим своего господина. Ближе к полуночи Дункан пожелал удалиться на покой, и Макбет проводил его в прекрасную опочивальню, приготовленную для царственного гостя. А в те варварские времена было так заведено, что рядом с королем, где бы он ни почивал, всегда полудремали два вооруженных стражника, чтобы не допустить ночного покушения на его особу. Но коварная леди Макбет напоила стражников допьяна, да еще подмешала им в вино дурману, так что, придя в покои короля, оба заснули мертвецким сном.
И вот около двух часов ночи злодей Макбет прокрался в опочивальню короля Дункана. Была ужасная гроза, но завывания ветра и громовые раскаты не разбудили короля, притомленного долгой жизнью и длинной дорогой. Не разбудили они и стражей, одурманенных вином и снотворным зельем. Все трое крепко спали. Тогда Макбет, мягко ступая по ковру, подошел к стражам, взял у того и у другого кинжалы и вонзил их бедному старому королю Дункану в сердце, да так точно, что тот умер, даже не застонав. Потом Макбет вложил окровавленные кинжалы в руки стражей и измазал им лица кровью, чтобы перевалить вину на них. Однако, осознав, что сотворил, Макбет буквально оцепенел от ужаса, но жена заставила его омыть руки и лечь в постель.
Рано утром придворные короля собрались в парадном зале замка и принялись охать и ахать, вспоминая страшную бурю, бушевавшую всю минувшую ночь. Но Макбет почти не понимал их речей, потому что его мыслями владела сила гораздо более мрачная и пугающая, чем буря, и в голове крутился вопрос: как они поведут себя, когда узнают об убийстве? Придворные, так и не дождавшись выхода короля, послали одного из вельмож выяснить, здоров ли он. И войдя в королевские покои, тот обнаружил хладный, залитый кровью труп бедного Дункана и двух храпящих стражей с окровавленными клинками в руках. Когда шотландские вельможи узрели эту жуткую картину, они пришли в недоумение и ярость, а Макбет, якобы в ослеплении гнева, выхватил меч и, прежде чем кто-либо успел ему помешать, зарубил двух бесчувственных стражников, словно бы ни секунды не сомневался в их виновности.
Малькольм и Дональбайн, сыновья доброго короля Дункана, напуганные странной кончиной отца в замке Макбета, бежали из Шотландии, спасая свои жизни. Как ни прикидывался Макбет сокрушенным, они все же подозревали его в убийстве. Дональбайн скрылся на каком-то отдаленном острове, а Малькольм, старший сын Дункана, отправился к английскому двору, где попросил английского короля помочь ему взойти на шотландский престол, принадлежащий ему по наследству.
А тем временем власть в Шотландии захватил Макбет, и все его черные мечты, казалось бы, сбылись. Но он не был счастлив. Ему не давала покоя одна мысль: если у него самого хватило подлости убить своего сородича и благодетеля, то может найтись другой честолюбец, который так же поступит с ним. К тому же он помнил пророчество старой карги, накаркавшей, что престол после его смерти достанется детям Банко, и боялся, как бы Банко не поддался искушению ускорить его уход, как сам он ускорил уход короля Дункана. Дурные люди всегда судят обо всех по себе. Чтобы предотвратить эту воображаемую угрозу, Макбет подослал в лес, где Банко и его сын Флиенс иногда прогуливались по вечерам, двух головорезов с наказом напасть на них и убить обоих. Злодеи все сделали так, как велел им Макбет, но пока они приканчивали Банко, юный Флиенс ускользнул от них и убежал из Шотландии в Уэльс. И говорят, много-много лет спустя его потомки завладели-таки шотландской короной[9]9
Династия Стюартов.
[Закрыть].
Макбет не стал счастливее после того, как убил своего доблестного друга и кузена Банко. Он знал, что люди начали догадываться о совершенных им злодеяниях, и жил в постоянном страхе, что кто-нибудь умертвит его, как он умертвил своего старого господина, или что Малькольм, получив помощь от английского короля, пойдет на него войной и отберет у него шотландское королевство. И вот, находясь в великом смятении, Макбет решил отправиться к тем трем ведьмам, чьи слова впервые зажгли в его душе желание стать королем. Надо полагать, он сперва послал старухам подарки и им хватило хитрости заранее придумать такой ответ, который не позволил бы ему усомниться в их пророческом даре. Они сказали, что он не потерпит поражения и не потеряет корону Шотландии до тех пор, пока великий лес, называемый Бирнамским, не сдвинется с места и не пойдет на могучий замок, стоящий на высоком холме Дунсинан, – тот самый замок, где обычно жил Макбет. А надобно тебе знать, что холм Дунсинан находится по одну сторону широкой долины, а Бирнамский лес по другую. Их разделяют целых двенадцать миль, да и вообще, Макбет счел невероятным, чтобы деревья пошли брать приступом замок. Поэтому он решил еще больше укрепить свое жилище на холме Дунсинан, превратив его в твердыню, где всегда можно было бы чувствовать себя в безопасности. С этой целью Макбет повелел шотландским вельможам и танам свозить к Дунсинану камни, бревна и другие строительные материалы и втаскивать их на волах на вершину крутого холма, где воздвигалась цитадель.
Так вот, среди прочих вельмож, получивших приказ присылать волов, лошадей и материалы для этих тяжелых работ, был один по имени Макдуф, тан Файфский. Макбет боялся этого могущественного тана, прослывшего человеком храбрым и мудрым, ибо считал его способным объединиться с принцем Малькольмом, если тот когда-нибудь вернется из Англии с войском. Поэтому король питал лютую ненависть к тану Файфскому, которую скрывал от всех, ожидая удобного случая умертвить его, как прежде умертвил Дункана и Банко. Макдуф же, со своей стороны, был всегда настороже и по возможности избегал являться к королевскому двору, чувствуя себя в безопасности лишь в собственном замке Кенновей на берегу залива Форт, или Ферт-оф-Форт, в Файфе.
Однако случилось так, что король позвал нескольких своих вельмож, и в их числе Макдуфа, тана Файфского, в свою новую крепость, и они все вынуждены были принять приглашение – никто не посмел уклониться. В Дунсинане шли приготовления к грандиозному пиру, который король устраивал в честь знатных гостей. Тем временем Макбет с несколькими приближенными выехали посмотреть, как волы втаскивают на холм бревна и камни для надстройки и утолщения крепостных стен. И они увидели, что волы в большинстве своем с огромным трудом преодолевают крутой подъем, так как грузы были очень тяжелыми, а погода исключительно жаркой. Наконец Макбет заметил пару до предела изнуренных волов, которые на полпути к вершине рухнули под своей ношей. Тут король впал в ярость и пожелал узнать, кто из его танов прислал ему таких немощных и негодных к работе волов для столь важного дела. Кто-то ответил, что волы принадлежат Макдуфу, тану Файфскому.
– Ну что ж, – произнес король в великом гневе, – раз у тана Файфского не нашлось для меня скотины получше, я надену ему на шею ярмо, и пусть сам потаскает тяжести.
Один друг Макдуфа случайно услышал эти гневные слова и поспешил передать их тану Файфскому, ожидавшему обеда в парадном зале королевского замка. Как только Макдуф узнал о вспышке короля, он понял, что надо без промедленья уносить ноги, ибо все свои угрозы Макбет непременно приводил в исполнение.
И вот Макдуф схватил со стола краюшку хлеба, кликнул слуг, велел им срочно седлать коней и вихрем понесся в свой родной Файф. Когда Макбет со свитой вернулись в замок, его уже и след простыл. Первым делом король поинтересовался, где Макдуф. Когда же ему ответили, что тот бежал из Дунсинана, он поднял на ноги стражу, сам вскочил в седло и возглавил погоню за таном, чтобы самолично предать его смерти.
Тем временем Макдуф мчался так быстро, как только мог нести его резвый скакун. Когда же он прискакал к переправе через широкую реку Тэй, выяснилось, что ему нечего отдать лодочнику, взявшемуся его перевезти, кроме краюшки хлеба, прихваченной с королевского стола. Это место долго потом называли в народе Краюшкиной переправой.
Оказавшись на принадлежавшей ему земле Файфа, начинавшейся сразу за рекой Тэй, Макдуф погнал коня к своему собственному замку Кенновей, который, как я тебе уже сказал, стоит на самом побережье. Он ворвался в крепость, когда король и королевские стражники уже почти его настигали. Макдуф велел жене заложить на засов ворота замка, поднять мост и ни под каким видом не пускать короля или кого-либо из его воинов внутрь. Сам же он бросился в примыкавшую к крепости маленькую гавань, приказал спешно готовить к плаванью пришвартованный там корабль и поднялся на борт, чтобы ускользнуть от Макбета.
Между тем Макбет вступил в переговоры с хозяйкой замка, требуя, чтобы она выдала своего мужа. Но леди Макдуф, будучи женщиной умной и отважной, под всякими предлогами тянула время, пока не узнала, что ее муж в целости и сохранности на борту корабля и уже в открытом море. Тогда она смело обратилась с крепостной стены к королю, который молотил в ворота и грозил учинить страшную резню, если ему не выдадут Макдуфа.
– Видишь, – сказала она, – вон тот белый парус на горизонте? Это Макдуф плывет ко двору английского короля. Теперь ты не увидишь его до тех пор, пока он не вернется вместе с молодым принцем Малькольмом, чтобы стащить тебя с трона и уничтожить. Ты никогда не наденешь ярмо на шею тана Файфского.
Одни говорят, что Макбет, оскорбленный этим дерзким ответом, повел своих стражников на приступ замка, захватил его и убил отважную госпожу и всех, кто ее окружал. Но другие говорят, и это больше похоже на правду, что король отправился восвояси, не попытавшись взять крепость, так как Макдуф все равно уже сбежал в Англию, а его цитадель была очень мощной. Руины ее сохранились до сих пор, и их называют Замком тана[10]10
«К западу от города Калросса на побережье Форта есть Замковый холм, прежде называвшийся Дуннемарль, что на языке кельтов означает «Замок у моря», в память о цитадели Макдуфа, тана Файфского. Согласно преданию, здесь были заколоты леди Макдуф и ее дети». – Статистический отчет Шотландии (1791), т. Х., стр. 136 и далее.
[Закрыть].
В ту пору в Англии правил добрейший король по имени Эдуард Исповедник. Я говорил тебе, что принц Малькольм, сын Дункана, жил при его дворе, ожидая отклика на свою просьбу о помощи в возвращении ему шотландского престола. Прибытие Макдуфа, о чьей мудрости и отваге английский король был много наслышан, очень помогло успеху его ходатайства. Поскольку Макдуф заверил Эдуарда, что шотландцы устали от тиранства Макбета и поддержат принца Малькольма, если тот вернется в страну во главе войска, король отправил в Шотландию большую силу под командованием великого полководца Сиварда, графа Нортумберлендского (1054 год), с приказом отбить для Малькольма его корону.
Потом все случилось так, как говорил Макдуф, ибо шотландские таны и вельможи не захотели сражаться за Макбета и перешли на сторону принца Малькольма и Макдуфа, так что в конце концов король заперся в своем замке Дунсинане, где, по предсказанию ведьм, ему ничто не угрожало, пока на него не двинется Бирнамский лес. Макбет хвастался этим перед своими сторонниками и призывал их доблестно защищаться, суля им верную победу. В это самое время Малькольм и Макдуф дошли до Бирнамского леса и расположились там на ночлег. Наутро, когда войско готовилось к марш-броску через широкую долину, простиравшуюся между лесом и замком Дунсинан, Макдуф посоветовал каждому солдату срубить с дерева ветку и нести ее в руке, чтобы враг не мог пересчитать наступающих по головам.
И вот дозорный, стоявший на крепостной стене Макбета, увидав море зеленых ветвей, под прикрытием которых шагали солдаты принца Малькольма, бросился к королю и доложил ему, что Бирнамский лес идет на замок Дунсинан. Сперва король назвал его лжецом и пригрозил казнить, но когда сам поднялся на стену и увидел приближающуюся со стороны Бирнама массу зелени, то понял – час его крушения пробил. Сторонники Макбета, глядя на своего сломленного господина, тоже пали духом и начали разбегаться из замка.
![](i_007.jpg)
Макбет убил отважную госпожу и всех, кто ее окружал
Однако Макбет собрался с мужеством и совершил отчаянную вылазку с горсткой верных приверженцев. Он погиб в яростном поединке с Макдуфом в самой гуще сражения. Принц Малькольм взошел на трон Шотландии и правил долго и благополучно. Он вознаградил Макдуфа, закрепив за его потомками привилегию водить в битву авангард шотландской армии и возлагать венец на голову короля на церемонии коронации. Еще король Малькольм переименовал шотландских танов в графов, позаимствовав титул, существовавший при английском дворе[11]11
Вышеприведенная традиционная версия истории Макбета была изложена Холиншедом, облагорожена классическим латинизмом Бьюкенана и драматизирована Шекспиром. Ее вариации, основанные на установленных исторических фактах, см.: Хейлз. Анналы, в 8-ми тт., т. I, стр. 1–4; Чалмерс. Каледония, т. I, стр. 404–414, и в связи с этим сэр Вальтер Скотт замечает: «Малькольм II мирно скончался в 1034 году, и ему наследовал «Милосердный Дункан», тот самый, что пал от кинжала Макбета. При виде двух последних имен у каждого читателя должно возникать ощущение, будто его вывели из кромешной тьмы на солнце; настолько знакомы нам только что названные персонажи и настолько четки и ярки наши воспоминания обо всем, что с ними случилось, в сравнении с сомнительными и туманными представлениями, которые мы можем составить о сумеречных временах до и после этого ослепительного периода. Но нам не следует хмелеть от поэтического восторга и придавать слишком большое значение преданиям только потому, что из них была соткана поразительнейшая притча о борьбе честолюбия с совестью, повергающая в трепет человеческую душу. Гений Шекспира, отыскав историю Макбета в Шотландских хрониках Холиншеда, заставил ее сверкать, как прямой солнечный луч порой заставляет сверкать осколок стекла, который манит издали блеском бриллианта, а при ближайшем рассмотрении оказывается мусором.
Дункан, внук Малькольма II по своей матери Беатрис, взошел на престол по смерти дедушки в 1034 году. Макбет, его ближайший родственник, тоже внук Малькольма II по материнской линии, загорелся честолюбивым желанием отобрать трон у того, кому он достался. Леди Макбет, которую звали Гроах, также имела веские основания мстить царствующему монарху. Она была внучкой Кеннета III, убитого в 1005 году в сражении против Малькольма II; и не один этот мотив вдохновил на злодейство ту, кого с тех пор изображают самой жестокой из женщин. Древние летописцы к влиянию мстительной женщины на честолюбивого супруга прибавляют еще наущения сверхъестественных сил. Во сне или в видении Макбету являлись три женщины нечеловеческой стати и красоты, которые приветствовали его, назвав сперва таном Кромартийским, потом таном Морейским, каковой титул король вскоре ему пожаловал, и, наконец, королем Шотландии. Это видение, якобы, и внушило ему преступные надежды, что так великолепно изображено в драме.
Макбет лишил Дункана жизни, не нарушая законов гостеприимства. Он напал на короля и заколол его во дворце под названием Ботгован, или Дом Кузнеца, близ Элгина в 1040 году, а не в собственном Инвернесском замке, как считалось. Это было кровавое деяние, под стать эпохе, но справедливости ради надо заметить, что по нормам шотландского престолонаследия Макбет имел больше прав на корону, чем Дункан. Хотя его тиранство стало притчей во языцех, в действительности он был твердым и справедливым правителем. По-видимому, страх перед приверженцами Малькольма, старшего сына убиенного Дункана, собравшимися в Нортумберленде и еще остававшимися в Шотландии, постепенно испортил нрав Макбета и сделал его грозой вассалов. В частности, Макдуфа, могущественного властителя Файфа, он запугал до того, что тот бежал от шотландского двора. Побуждаемый этим новым советчиком, датчанин Сивард, граф Нортумберленда, вторгся в Шотландию в 1054 году, ратуя за дело изгнанного Малькольма. Макбет встретил врага в окрестностях своего знаменитого замка Дунсинан. Он потерпел поражение, но скрылся с поля брани и был заколот в Ламфенане в 1057 году.
Не нужно особенно напрягать память, чтобы понять, насколько этот нехитрый рассказ отличается от шекспировского, хотя сюжет трагедии вполне соответствует легенде, приводимой историками, у которых Шекспир заимствовал свой материал. Можно добавить, что в ранних хрониках мы не отыщем таких фигур, как Банко и его сын Флиенс, и у нас нет никаких оснований полагать, что последний когда-либо убегал от Макбета дальше, чем за кулисы, в соответствии с авторской ремаркой. Ни Банко, ни его сын не были также родоначальниками династии Стюартов. Все это теперь известно; но ум упорно удерживает впечатление, произведенное на него обманом гения. Пока читаются драмы Шекспира и существует английский язык, История может говорить все, что ей заблагорассудится, но обычный читатель будет представлять себе Макбета исключительно как кровавого узурпатора, а Ричарда как горбатого детоубийцу». – Ларднер. Кабинетная энциклопедия, т. I, стр. 17–19.
[Закрыть].
![](i_008.jpg)
Глава III
Феодальная система и нормандское завоевание
В истории с Макбетом английский король Эдуард Исповедник повел себя очень великодушно и благородно. Он послал против Макбета большое войско и своего полководца Сиварда, дабы помочь низложить тирана и возвести на трон Малькольма, сына убитого короля Дункана. И мы видели, как вместе с Макдуфом они в этом замечательно преуспели. Но король Эдуард никогда не помышлял о том, чтобы в военной неразберихе отхватить себе кусок Шотландии, потому что он был порядочным человеком, не честолюбивым и не жадным до чужого добра. И Англия и Шотландия очень выиграли бы, если бы было побольше таких порядочных и воздержанных королей, ибо это позволило бы избежать многих великих баталий, затяжных войн и ужасных кровопролитий.
![](i_009.jpg)
Корабли норманнов
Но благородный Эдуард Исповедник не оставил прямых наследников. На престоле его сменил Гарольд – последний король Англии из саксонского племени. Англосаксы, как ты помнишь, покорили бриттов, а теперь на них самих обрушились новые враги. То были нормандцы, пришельцы из Франции, но не коренные ее жители, а потомки осевших там некогда северных пиратов, о которых мы раньше уже упоминали как о грозе всех побережий, где пахло поживой. Их часто называли северными людьми, или норманнами, так как они приплывали из Дании, Швеции, Норвегии и других северных стран. Они кучей высадились на севере Франции и вынудили местного короля отдать им обширную область, или провинцию, под названием Нейстрия, которая, став собственностью норманнов, переименовалась в Нормандию. Этой провинцией правил герцог Нормандский. В собственных владениях герцог пользовался неограниченной властью, но поскольку Нормандия являлась частью Франции, он признавал короля этой страны своим сюзереном и считался его вассалом.
Чтобы ты мог понять дальнейшие события, тебе нужно представлять себе, каковы были отношения короля как сюзерена с его вельможами как с вассалами. Монарх, или верховный правитель, даровал своим принцам, герцогам, графам и лордам огромные территории, называвшиеся ленами, где каждый из них царил почти так же, как он сам царил в прочих своих владениях. Но в обмен на это вассал – принц ли, герцог ли, граф ли, лорд ли – обязан был участвовать во всех войнах сюзерена с собственным отрядом определенной численности, а в мирное время по первому призыву являться к его двору и присягать ему в вассальной верности. Таким же образом ленники короны, как их именовали, раздавали пожалованные им монархом угодья рыцарям и дворянам, которых считали способными сопровождать их на войну и служить им в мирное время, ибо они тоже держали дворы и вершили правосудие, каждый у себя. В свою очередь рыцари и дворяне распределяли землю, полученную от королевских вассалов, между более мелкими собственниками, возделывавшими ее либо своими руками, либо с помощью батраков и крестьян, которых держали в черном теле, как рабов, покупали и продавали, как бессмысленную скотину, вместе с фермами, где они работали.
И вот, когда великий монарх, вроде французского или английского, отправлялся воевать, он повелевал всем ленникам своей короны следовать за ним с собственной ратью, величина которой определялась величиной их ленов, или, иначе, феодов. Дабы выполнить этот приказ, принц, герцог или граф скликал под свои знамена всех дворян, получивших от него землю, с их вооруженными сторонниками. А дворяне созывали фермеров и крестьян, и так вся сила королевства собиралась в едином строю. Эта система землевладения, основанная на военном служении, то есть на том, чтобы по первому сигналу вставать под штандарт сюзерена, называлась феодальной системой. Она была общей для всей Европы в течение долгих веков.
Но поскольку многие ленники короны стали очень могущественны, как, например, герцог Нормандский, они завели обычай заключать мир и развязывать войну когда им заблагорассудится, без ведома и согласия короля Франции, своего сюзерена. Так же вассалы этих могучих герцогов и принцев постоянно воевали друг с другом, потому что резня была делом их жизни. А тем временем бедные крестьяне, пахавшие землю, страшно страдали от мародерства и издевательств вояк, с чьей бы стороны тех ни принесло. Знатные вельможи и просто дворяне, называвшиеся рыцарями и сквайрами, сражались верхом на лошадях, облаченные в стальные доспехи, богато изукрашенные золотом и серебром. Они яростно наскакивали друг на друга с длинными копьями наперевес, а когда копья ломались, съезжались вплотную и бились тяжелыми мечами или булавами. Простолюдины вели бой пешими, посылая стрелы из луков или арбалетов, предназначавшихся для того, чтобы разить людей на расстоянии, как ружья и пушки, которые тогда еще не были изобретены. Нищим батракам приходилось отправляться на поле брани с тем оружием, что послал им Бог, и частенько несколько рыцарей и сквайров обращали в бегство целую их толпу, ибо закованным в броню дворянам мало что могло причинить вред, а тела крестьян едва прикрывались лохмотьями. Ты можешь посмотреть на старые доспехи, хранимые как реликвии в лондонском Тауэре, да и не только там.
Не слишком сладко жилось в те времена, когда практически не существовало законов и сильные без удержу грабили слабых, ведь в государствах, где почти все мужчины были солдатами, естественно кипели бесконечные войны.
В частности, могучие ленники короны то и дело ополчались друг на друга, а порой и на самого сюзерена, хотя это грозило им потерей феодов, или пожалованных территорий, которые монарх по закону имел право вернуть себе, если их владельцы становились его врагами. Но те шли на измену только тогда, когда доподлинно знали, что государь недостаточно силен, чтобы их покарать. Короче говоря, никто не мог пользоваться своим правом, не будучи в силах его отстаивать, и это заставляло более слабых и беспомощных отдаваться во власть бесстрашных и могущественных – признавать себя их вассалами и подданными и присягать им в верности, дабы обеспечить себе надежную защиту и покровительство.
Таково было положение вещей, когда Вильгельм, герцог Нормандии и предводитель храбрецов, чьи предки завоевали эту провинцию, решил воспользоваться смертью доброго короля Эдуарда Исповедника, дабы попытаться прибрать к рукам цветущее королевство английское. Он заявил, что король Эдуард завещал ему свой трон, однако самым веским его доводом была мощная армия доблестных нормандцев, усиленная легионом чужестранных дворян, надеявшихся, что за помощь в затеянном завоевании герцог Вильгельм наградит их прекрасными английскими поместьями в соответствии с уже известными тебе правилами.
Герцог Нормандский сошел с корабля в Сассексе (в Певензи) 28 сентября 1066 года после Рождества благословенного Спасителя нашего. В его дерзком предприятии ему сопутствовали шестьдесят тысяч отборных воинов. Множество доблестных рыцарей, не являвшихся его подданными, присоединилось к нему в стремлении обрести боевую славу и именья, если предприятие удастся. Гарольд, сменивший Эдуарда Исповедника на английском престоле, только-только отразил набег на Англию норвежцев и сразу же оказался перед необходимостью противостоять этому новому, еще более грозному вторжению. Поэтому положение его было крайне невыгодным.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?