Книга: Из глубин - Вера Камша

Основные персонажи развиваются предсказуемо (Альдо жесток и своенравен, Матильда вносит оживление и разбавляет душную дворцовую атмосферу, Робер все совестливее и проницательнее, духовники себе на уме, Альдо горд и галантен даже в тюрьме, Ричард дуреет все больше, становясь непроходимым вепрем-солдафоном с налитыми "родовой честью" (кстати, весьма гибкой такой) глазами, сестрица истерит, а Луиза работает буфером, прилагая всю мудрость и проницательность), а порция новых ( военные меня просто убивают, я не успевала запоминать "имена кораблей и людей", путалась в них) была настолько масштабной, что я плюнула и решила просто читать, одного узнала — уже успех!

Пятый том начнется совсем скоро, а надежд на динамичность и напряжение читательское становится все меньше.

А ещё мне этот том показался довольно таки "промежуточным". На 600+ страниц текста было не так уж много сюжетообразующих событий. Действие шло довольно медленно. Не то чтобы это был для меня "минус", мне всё равно нравится читать цикл.

Некоторые мои мысли о происходившем:

☆Как Сильвестр мог не подготовить себе достойного приемника? Думал бессмертный? Новый кардинал просто посмещище какое-то. Тот кого вызвал Ракан и то намного достойнее будет. Но останется ли Левий в Талиге, если Альдо не удержится королём? Другого же кандидата автор пока не показала, если он, конечно, имеется.

☆Единственный ощутимый "недостаток" этого тома для меня - всю книгу графа Жермона Ариго как-то странно перемещали без дела туда-сюда. Да и потом этот персонаж появлялся, много говорил, но мало делал и не понятно было зачем он в сюжете. Как-то писательница странно прописала его линию. Хотя вроде как он должен в дальнейшем выйти на главные роли.

☆Не, Ричард всё-таки непроходимый дурень. И понятия чести, за которые он готов вроде как биться, у него какие-то такие удобно "плавающие". Но только по отношению к его поступкам и мыслям, а не к другим людям. Хотя Айрис в этом томе тоже умом и умением себя вести не отличилась. Как и её мать. Мне вообще начинает казаться, что единственный нормальный представитель семейства Окделл - это Реджинальд Ларак. У него и голова на плечах, и совесть есть. А то что внешностью не вышел, не то чтобы так уж важно. Мне он очень напоминает Сэма из Ночного дозора, тот мне тоже очень нравился, местами даже больше Джона Сноу) Надеюсь Реджинальд выживет ^_^

☆Очень не хватало в этом томе герцога Алвы. О нём столько говорили, но его самого показали только раз. Ну и на этом спасибо. Хотя то что ему устроили в тюрьме - подло и недостойно ни одного короля. Ах да, Ракан же не король. И виконта Валме мне было мало :( Мне он с каждым томом нравится всё больше и больше. А ещё его любят собаки, а собаки кого попадя любить не станут)))

"Спроси кто виконта Валме о разлуках год назад, Марсель бы с чистой совестью сказал, что, не будь расставаний, он бы повесился. В самом деле, что могло быть хуже родителей или любовниц, от которых нельзя сбежать, да и от приятелей рано или поздно устаешь. Валме знать не знал, что значит кудахтать от беспокойства и сморкаться, глядя в спину уходящим, за что и получил. Кошка-судьба подсунула неунывающему виконту Ворона с его дуэлями, войнами и кардиналами, и понеслось... Муцио, Дерра-Пьяве, Луиджи, маэстро Гроссфихтенбаум, дядюшка Шантэри, прекрасная Франческа, – все они откуда-то выскакивали, отгрызали кусок сердца и пропадали с глаз, но не из головы. И это не говоря об утреннем чудище, паре заплаканных принцесс и заварившем всю кашу герцоге, болтающемся Леворукий знает где."

☆Изначально я считала Альдо Ракана - недалеким, но не опасным. Всё-таки что-то хорошее в нём местами проглядывало. Теперь же заметно, что он не только немного "не от мира сего", но и ещё жесток. И с самого начала не с той стороны подошёл к "завоеванию" королевства. Ибо кто он такой? Чего достиг, какую репутацию заработал, почему люди должны были отринуть Олларов и резко перейти на бок Раканов? Появился какой-то никому неизвестный парень и давай права качать -_- Так если бы хоть с самого начала вёл себя с людьми достойно, благородно и справедливо, то может быть со временем его приняли бы. А он пошёл по-наихудшему для себя пути - грабить, убивать, запугивать собственных граждан. Глупец и слепец. Всё его королевство висит на тоненьком волоске, а он и не видит.

"– Реджинальд, – вот так смеешься над кем-нибудь, не принимаешь в расчет, а он порядочней и смелей тебя, – я говорил с Его Величеством, и я буду говорить еще и еще, но вы должны понимать... А что он должен понимать? Что ошалевший от нежданной удачи принц и свора негодяев переломали тысячам людей жизнь? К лету от Альдо останется не больше, чем от прошлогоднего снега, но повешенные не воскреснут. Даже если Айнсмеллера разорвать на куски."

☆В этом томе на первый план наконец-то вышел Робер Эпинэ. То все комплименты доставались Алве, а теперь и Эпинэ свою часть похвал получил, тем более что заслужил. Робер оказался ещё с прошлого тома в самой сложной ситуации. На родину наконец вернулся, родовые права восстановил, и поэтому должен вроде как поддерживать своего друга Альдо, который не то чтобы уже друг. С другой стороны, Робер не дурак и не мерзавец, он прекрасно видит к чему всё идёт и нынешнее "правление" претит всем его принципам. Что ж интересно, выйдет ли у него интриговать, и спасти по итогу хоть что-нибудь и хоть кого-нибудь. Мне нравится герцог Эпинэ, я буду за него болеть и дальше)

"Герцог Эпинэ подсадил невесту в седло. Смирная серая лошадка махнула серебристым хвостом и изящно переступила ногами в белых чулочках. Жених ловко вскочил на золотисто-рыжего коня, в седле он был чудо как хорош. Не в седле – тоже."

☆Крайне интересный был эпизод с гробницами Франциска и Октавии, и найденными завещаниями. Я бы вообще назвала его самым ярким и запоминающимся в этой книге. То есть Сильвестр был прав и потомок рода Алвы действительно должен был бы стать королём? Значит к финалу всё должно прийти к этому?

☆Валентин Придд пока самый непонятный мне персонаж, скорее вызывающий неприязнь. Но сразу заметно, что он не дурак и ведёт свою собственную игру. А что за игра и какая ставка, думаю станет понятно дальше. Но почему-то мне кажется, что он в долгу перед Алвой, а значит на его стороне? Хотя не стану отрицать, что в финальной трагедии Придд проявил себя чуть человечнее, чем о нём можно было подумать. Да и его неприятие глупости Ричарда Окделла вполне понятно.

☆Катарина продолжает меня радовать своим адекватным и умным поведением. Можно только восхититься как ей удалось удержаться во дворце, чтобы быть рядом с мужем, и при этом не появляться при дворе Альдо, и не вызывать у него к себе никаких поползновений, кроме уважения. Кстати, я проспойлерила себе причину её "болезни" и значит таким образом она защищала не только себя.

☆О, и в этом томе было ещё одно морское сражение! И какое! Автор не только сделала очень интересный ход, показав его с двух сторон. Но и так великолепно прописала, что я прям зачиталась. Настолько подробные и впечатляющие морские сражения мне встречались разве что у Бернарда Корнуэлла. В общем, великолепно. Обожаю подобные батальные сцены *_* Ну и, конечно, было любопытно встретить наконец адмирала Альмейду. И его великолепных капитанов. Селина и Валдес прям покорили моё воображение ^-^

"– Я делал то, что считал своим долгом... – Долгом? – скривился геренций. – Леопольд, вы, часом, не сменили имя на Алва или фок Варзов? Нет, долг здесь ни при чем. Вы не желали зла Талигу, это так, вы искали добра для себя. Зла ради зла редко кто добивается, оно вырастает само собой. Из желаний, превышающих и права, и возможности."

Этот цикл стал для меня самой большой находкой и самым большим разочарованием где-то в 2014-2015. Тогда как раз была дочитана последняя изданная часть Игры престолов (прошло четыре года, а ничего не поменялось), и мне очень хотелось чего-то похожего. Тогда-то я и наткнулась на Отблески.

Первые две книги очень хороши. Если вам нравится читать про придворные интриги и стратегии, взаимоотношения между большим количеством персонажей, то да, в этих книгах вы найдете все, что надо.

Неоднозначные герои с интересными историями. Ричард Окделл, который проходит через свой “кризис веры”. Невероятно загадочный Роке Алва со своими невероятно загадочными мотивами и целями. Робер Эпине, у которого, по сути, тоже кризис веры, но только он идет другим путем. И еще тысяча героев, которых можно любить или ненавидеть. Но суть в том, что, по большей части, они НЕОДНОЗНАЧНЫЕ. Они не делятся на черных и белых и потому за ними так интересно наблюдать.

Но самое огромное преимущество книги - ее мир, особенно, его мифическая часть. Вот серьезно, тут ТАКИЕ загадки и истории, что просто невероятно. Древние религии и магические обряды, магические силы, соответствующие каждому главному дому, миры великого Ожерелья, Нечто, пытающиеся эти миры разрушить и Одинокие, пытающиеся эти миры защитить, выходцы, пегие кобылы, женщины, путешествующие по картинами, всякие предзнаменования и легенды… Их тут столько!

НО

Ну конечно же, есть Но. Не зря же я писала о том, что помимо открытия, этот цикл стал для меня еще и разочарованием. Начнем с меньшего зла.

Многие из загадок так и не находят своих ответов. Все, что было возможно угадать уже угадано фанатами, но это просто капля в море. Но это, все-таки, не критично, учитывая, что цикл не завершен.

Выше я писала про неоднозначность персонажей. Забываем. Начиная с третьей книги, потихоньку начинает происходить какой-то кошмар, который уже в четвертой книге доходит до абсурда. Вас как будто резко переключают на черно-белый фильм, в котором ВООБЩЕ НЕТ серых полутонов. Каждая строчка текста просто кричит вам в лицо: “ВОТ ЭТОТ ПЕРСОНАЖ ПЛОХОЙ, А ВОТ ЭТОТ ХОРОШИЙ”. Хороший не может совершить плохой поступок, а плохой всегда плохой. Если какой-то персонаж ранее хоть однажды проявил склонность ко Злу, то можете не сомневаться, назад ему дороги уже нет. И уж если кто-то стал Плохим, то он прям Зло, во плоти (скорее всего, он умрет, готовьтесь). А еще, Плохие персонажи чаще всего тупые, к четвертой книге у них отключаются такие опции как Логика и Здравый смысл. Ну и наоборот. Если кто-то Хороший, то не ослепнете от его сияния.

Ну и самое страшное (даже страшнее персонажного ч/б) это резиновость, нескончаемость самой серии. Будьте внимательны, дальше можно потеряться. Итак, цикл состоит из пяти книг. В свою очередь четвертая книга разделена на две книги, из которых вторая тоже разделена на две книги. А пятая разделена на три книги, из которых третья тоже разделена на три книги. При чем, самая последняя, третья часть (третья часть третьей части пятой книги) еще не издана. Или уже издана. Я так и не поняла. Кажется, она еще с 2017 года в том состоянии, когда одновременно издана и одновременно нет. Может, автор просто разбивает ее еще на три части.

Итак. Не смотря на невероятно интересную историю и мистическую составляющую, я категорически не рекомендую вам читать Отблески Этерны. Исключением является тот случай, когда вы решили обзавестись незакрытыми гештальтами и всю жизнь мучаться вопросами типа “Кто же на самом деле сделал то-то?..” и “Что же на самом деле означало то-то?..”.

*

"Любопытство сгубило кучу баб и кошек, не говоря уж о мужиках, но, пока не наступит конец света, носы в замочных скважинах не иссякнут."

О чем События предыдущей книги недвусмысленно намекают, что в мире Кэртиана наступают серьезные перемены. Для кого-то эти перемены являются долгожданными, а кому-то несут лишние беды. Как это часто бывает, ситуацией с внутренними изменениями в одном государстве решил воспользоваться его внешний неприятель, неожиданно развязав ожесточенную войну по захвату стратегически важного объекта. Чем все это закончится для наших героев, не могут предсказать даже карты Судьбы. Кого-то их имена в раскладе могут порадовать, другим же давно известно, что за красивым названием карты "Любовники" зачастую стоит не пикантный подтекст, а состояние серьезного выбора. Достаточно положительные арканы "Звезда" и "Солнце" не всегда несут повсеместное добро. Дуальность мира никто не отменял...все имеет обратную сторону, и за спокойную жизнь нашим героям еще придется активно побороться.

Особенности Вместе с героями цикла "Отблески Этерны" продолжаю погружаться в увлекательную историю мира с красивым названием Кэртиана. Среди некоторых читателей бытует мнение, что предыдущая книга была переломным моментом цикла, и дальше интерес к нему пойдет по нисходящей. Что я вижу в итоге. Автор продолжает расширять пространственно-временные границы повествования и к уже имеющимся персонажам-репортерам добавляет новых. При этом ей как-то удается сохранить хороший баланс в динамике происходящего, не "затягивая" и не форсируя события. Сам сюжет переполнен невероятно захватывающих моментов: придворные интриги, морские сражения, мистические фрагменты, которые приобретают новые формы воплощения, - все это держит меня по-прежнему в состоянии повышенного интереса к циклу. Не перестаю восхищаться слогом автора. Его образность и метафоричность иногда поражает.

"Снег и впрямь валил, как из распоротой перины. Крупные рыхлые хлопья были, как и положено, белыми, но грязь под ногами оставалась черной. Прямо не снег, а благие намерения, при соприкосновении с жизнью растекающиеся грязными лужами."

Такие моменты хотелось перечитывать, лишь для того, чтобы лишний раз восхититься метким смыслом изреченных мыслей.

Морские сражения Были эпизоды, которые я перечитывала совсем по иной причине и им я хотела бы уделить отдельное внимание. Сейчас я говорю о главах с морскими приключениями. Последний раз детальное описание подобных моментов я читала в трилогии Р. Хобб "Сага о Живых кораблях". На тот момент я находилась в состоянии восторженного недоумения, когда автор-женщина "топила" мой разум не только неожиданными подробностями описанных водных баталий, но и зубодробительной терминологией морского дела с "фальшбортом", "форштевнем" и другими чудесными понятиями. Камша поразила меня не меньше. В голове снова вертелся вопрос о том, как женщина могла так грамотно и интересно прописать все эти корабельные битвы, не забыв при этом раскрывать перед читателями образы не только главных "морских волков", но и их ярких помощников. Талант, да и только! Скажу честно, мне было невероятно трудно читать эти главы, так как я часто путалась в понятиях, новых персонажах, их интересах и тактики ведения боя. Поэтому каждая глава, содержащая описание событий в Хексбергском заливе, была прочитана мной на несколько раз. Как оказалось в дальнейшем, это было просто необходимо. Повествование этих событий было разделено на несколько сюжетных линий, благодаря чему читатели смогли прочувствовать всю "прелесть" происходящего с разных сторон "водных баррикад". Автору отлично удалось снести нравственную границу "свои" - "чужие", поэтому я так до конца и не смогла понять, на чьей стороне нахожусь. У каждого была своя правда и свои мотивы, которые вдохновляли героев идти "не умирать, а убивать... пока не убьют их". Здесь многие готовы были пожертвовать жизнью не за кесаря, не ради славы и орденов, а ради человека, которому когда-то дали присягу длиною в жизнь. Именно благодаря этим сюжетным линиям, в цикле появляются очень интересные персонажи, которым придется сыграть немаловажную роль во всей этой истории.

Персонажи Как ловко и в то же время рискованно Вера Викторовна играет с передачей ведущих ролей между действующими лицами, с легкостью уводя на задний план еще вчерашних главных героев. С одной стороны, такой маневр позволяет автору внести в сюжет новые, не менее харизматичные образы. С другой стороны, она не дает читателю пресытиться яркими персонажами, заставляя пребывать в постоянном ожидании долгожданной встречи с уже полюбившимися героями. Продолжают радовать уже знакомые персонажи, которые порой раскрываются перед читателями с совершенно неожиданных сторон. Развитие некоторых из них приобрело совсем нежеланное для меня направление, поэтому я отключила режим ожидания и просто наблюдаю за дальнейшими их поступками. Очень интересно Камша добавляет новые лица, причем делает это так, что многие из них молниеносно попадают в список любимых героев, ценой буквально нескольких прочитанных эпизодов (!!!адмиралы прекрасны!!!) Появление в раскладе карты "Императрица" идет в унисон со стремительно растущей сюжетной линией, которая принадлежит невероятно интересной женщине. Устами этой героини автор прекрасно передает многие жизнеутверждающие истины, поэтому улучшение настроения от саркастически направленного юмора здесь обеспечено. Так случилось, что именно эта нить сюжета вобрала в себя практически всю женскую составляющую книги, не забывая иногда напоминать читателям на что зачастую похож "дружный" женский коллектив.

На злобу дня Автор утаивает любовные линии, которые присутствуют лишь миражами прошлых или возможных будущих отношений. Направление сердечной составляющей сюжета в этой истории полностью зависит от прекрасной половины человечества. Поэтому здесь сложно что-то предугадать, ведь сердце женщины живет своими законами, часто неподвластными разуму. И я могла бы поспорить с этим, если бы не была сама женщиной. Однако, след в душе оставила не маячащая где-то вдали любовная линия сюжета, а другая тема, вызывающая послевкусием множество вопросов. Мы все привыкли верить в то, что сами являемся творцами своей Судьбы. А может быть не только своей? Что происходит в тот момент, когда человек спасает жизнь того, кто должен был умереть, меняя тем самым его Судьбу? Способно ли это повлиять на их дальнейшую жизнь? Может быть с той самой секунды, когда спаситель прямо из костлявых рук самой Смерти выхватывает жертву, он навсегда приобретает узы, связующие его со спасенным? Так это или нет, пока не ясно. Однако, мистические видения одного персонажа заставляют серьезно об этом задуматься.

Продолжение следует... Уже стало доброй традицией, что заключительная часть любой книги этого цикла всегда отличается накалом всевозможных страстей. Эта книга не стала исключением. Все мои сложности с чтением морских событий окупились с лихвой исходом решающей битвы, который оказался для меня неожиданно радостным. Важные события, происходящие в это время на сухопутной линии сюжета, тошнотворно шокируют своей драматичностью. Финал полностью открыт, что не удивительно. Сказать по правде, мой интерес к циклу только возрастает. Загадки из прошлого так и не получили разгадок, обрастая еще большими нюансами. Неожиданные повороты в событиях только усиливают тягу к истории мира Кэртиана, заставляя меня воспринимать едкую критику в направлении именно этой части цикла, как лично полученную пощечину. Впереди еще так много интересного. Где-то за пределами соединившего серую воду со свинцовыми облаками горизонта готовятся к новым подвигам потрясающие адмиралы. Понуро свесив гриву, цокая копытами, из вечности в вечность бредет сонная пегая кобыла, оставляя за собой бесплодную землю, цепочку мистических следов и смерть существующей действительности. А из глубин веков в настоящее тянется давно забытое всеми таинственное послание, наваждением древней песни посещая разум героев:

Разбивается бокал- Вечер, Четверых один призвал - Вечность... В грудь отравленный кинжал - Полночь, Четверых Один Призвал - Помни!

* И это только начало. Впереди меня ждет вторая часть книги "Зимний излом" под названием "Яд минувшего". Продолжение следует...

В этом томе практически отсутствует красавец и любимец всех женщин и мужчин Рокэ Алва (восславим же его бисексуальность). Как ни удивительно, но потеря была практически незаметна, интриги в столице всё так же интрижились, а бои на море всё так же боились и я сильно сомневаюсь, что даже Алва смог бы как-то помочь морской скучище.

Судя по всему, в этой книге все персонажи пришли к своим чёрно-белым сторонам и это, кстати, очень скучно. Если в первой книге Дик был парсючком, который что-то метался из стороны в сторону, у него были какие-то сомнения, он пытался примириться с тем, что ему нравится убийца отца и он вроде не то чтобы сильно плохой человек, то теперь всё, Дикон вырос и стал твердолобым боровом, который не замечает ничего вокруг. Обычно таким боровам приходит конец и кто-то вешает их головы на стенки в качестве трофея.

По степени затянутости всё сильно напоминает первую книгу, со всех сторон такая же длинная и медленная расстановка сил, прописанная до мельчайших деталей, от которых иногда выть хочется. В военной части повествования слишком много народу, чтобы уследить за всеми без блокнота с пометками, да и морских терминов тоже через край (передаю пламенный привет Робин Хобб, у которой хватало и терминов, и пояснений, и персонажей, и увлекательности).

В целом это скорее такой проходной том, в котором явно украдкой вывешиваются ружья. Надеюсь только, что они не выстрелят через 10 книг.

Почти отказавшись от мозгораскидывающих раскладов на картах Таро в качестве своеобразных summaries каждой главы, писательница ударилась в фанатичное хроникерство. Каждый день вмещает в себя не по одной главе на обширных пространствах Кэртианы. Несмотря на придворные интриги и баталии, взгляд на календарь чудовищно тормозит ощущение времени.

Чувству вязкости способствует ещё два критических момента. Камша неистово предана военным сценам. Битвы на суше в вынужденное отсутствие одного из главных героев-полководцев заменило много-много странично-поглавное морское сражение. В итоге не слишком-то выдающееся, но описанное с дотошностью келейного летописца. Сознание, чертыхаясь и подвизгивая, скачет по зубодробительным терминам, делающим честь историку, да и вообще интеллектуально развитой личности. Но какая же это на самом деле пытка!

А вторым планом тянется нескончаемое нытье по поводу того, какие же сволочи сволочные. В первых романах это было писательской фишкой – мол, герои не такие уж и герои, а честь не то, чем кажется. Поэтому отыгрывание подлинных характеристик и мотивов «правильных» персонажей и наследников великих времен через второстепенных антигероев было свежо и игриво. Но здесь все полюбившиеся персонажи только и делают, что нудят, разномастно ругаясь, с припевами и вариациями, какие же мерзавцы мерзавцы. И да, они – мерзавцы. И получается, что Робер, Матильда, Луиджи, Валмон, Луиза бесконечно проговаривают очевидное. Тем более, что сюжет свёлся к тому, что на самом деле существует вполне себе вечный закон людей и эпох, а все события только и стремятся к тому, чтобы это исполнить.

Но всё равно человеческие характеры в романе настолько хороши, что вторжение мистики выглядит навязчивым. В финале тома – мол, автор не забыла, что в этом мире есть потусторонние силы. Хотя как никогда ранее мир саги напоминает реальную Европу и ближний Восток. Сложно не заметить, что эпизод в Доре изящно повторяет отечественную Ходынку, как ранее Октавианская ночь – Варфоломеевскую. Но это не шифровка человеческой истории, а вдохновение для новой легенды с крупными фигурами на шевелящимся от магических катаклизмов полотне.

А сражение у Хексберг, кошмарное в стилистическом исполнении, в идейном заставляет замирать от восхищения. Камша позволяет с обеих враждующих сторон наблюдать за благородными воинами. Да, и здесь рассказчики не избегли многократно повторяющегося нытья по поводу мерзавцев и трусов, но война впервые в цикле получает эпичный масштаб. С походами Рокэ было ясно, за кого болеть, да и враги его были представлены исключительно в сатирическом ключе. В лице Руперта и Кальдмеера Дриксен не перестает быть картонным агрессором, но из-за благородства и невыразимой светлости персонажей сражение становится драматичным на разрыв.

Все это сказочное упоение продолжалось ровно три тома.

...Потом я еще читала остальные тома, потом долго листала форум автора...

И я разлюбила Веру Камшу.

Я могла бы обосновать это существенно ухудшившимся стилем и картонностью персонажей, вплоть до откровенной штамповки. Достаточно сказать, что в книге встречаются три (!) авантюрного склада героини женского пола в возрастной категории «около сорока и выше», к которым применена, иногда дословно, одна и та же характеристика – «она не терпела сладкого». Что однообразные поведенческие характеристики персонажей изрядно набивают оскомину. Что действие с каждым томом все сильнее разбавляется, как водой, банальными описаниями. Что, наконец, беспорядочно надранные и рассованные по тексту «скрытые» (как же!) цитаты из классики, советского кино, песен и мульфильмов не отвечают уже никаким требованиям хорошего вкуса. Понимаете, есть скрытое цитирование, когда, допустим, мажористый мачо вызывает молоденького герцогского оруженосца на дуэль, и в кульминационный момент появляется сам царь Петр... то есть герцог и смешивает мачо с навозом тирадой в духе: «Ганнибал – бомбардир моей роты, а стало быть я, как старший по званию, имею право драться за него». А есть «скрытое» цитирование, когда какой-нибудь граф вдруг брякнет: «Мы простимся на мосту». Я думаю, разница видна невооруженным глазом. Кстати, автор у себя на форуме играет с читателями в игру: кто найдет в тексте больше цитат. (Собственно, на этом месте можно было бы и заканчивать этот пост, но, честное слово, у меня есть реально худшая претензия.)

Дальше...

Далее, я могла бы заподозрить, что с какого-то момента автор просто потерял представление о том, что будет дальше. Да, воображение Камши все еще ловко плетет для читателя сети из интриг и этим держит около себя какой-то круг почитателей «Этерны», загадки делаются все забористее и забористее, но разгадки порой... как бы это вам сказать... Пока я собираюсь с мыслями и ищу слова, просто посмотрите сценку: Автор (загадочно). В прошлом у Рокэ была одна история предательства, господа, и с тех пор у него вся спина в жутких шрамах. В ней замешана одна женщина... Читатели. Ммм! Кто же это? Автор (загадочно). Она синеглаза... Читатели. Ммм! Автор (загадочно). И белокура... Читатели. Господи, да кто же это?! Автор. У нее влиятельная родня и фиолетовые обои... Читатели. Черт побери! Готовы побиться об заклад, это кто-то из сестер Придда! Ирэна или Габриэла? Автор. ...и король был бы против ее брака с Рокэ... Читатели. А! Ручаемся жизнью, это Магдала Эпинэ, отравленная впоследствии невеста короля! Один из читателей. А вдруг... а вдруг это Катарина?! Общее потрясение. Второй читатель. И это объяснило бы ее сложные взаимоотношения с Рокэ! Третий читатель. И король, безусловно, был бы против их брака... Читатель-скептик. Никак невозможно, господа. Катарине тогда было не более 14 лет. Третий читатель. Да, но тогда и брачный возраст мог быть ниже, сударь! Разгорается оживленный спор. Автор следит за ним. В кадре - окно, за которым смена пейзажа: с летнего на зимний, затем опять на летний, и так несколько раз. Дальний план форума. Мы видим, что некоторые спорщики уже седы, иных уж нет, а те далече. Автор. Ну что ж, господа, уже восьмая книга - пора, наконец, и потешить вас разгадкой! Потухшие было глаза читателей разгораются. Автор. Итак, Незнакомка с Винной Улицы - полубезродная девица Хреномундия Безынтересная! Пауза. Читатели (максимально интеллигентно). Э? Автор (с воодушевлением). Да-да! Она не упоминалась ни в одной из семи предыдущих книг и больше никогда не будет упомянута... Пауза. Автор (оживленно). Зато это важная деталь! Она помогла Рокэ в десятитысячный раз проявить Великодушие. Падамм! (Неловкое молчание) Занавес.

Лучшая развязка интриги за всю историю приключенческой литературы.

Лучшая.

А ведь я ждала этой разгадки как манны небесной! А получила... Хреномундию. Я даже имя этой героини не вдруг вспомню. Она упоминается один раз, один раз за 9 уже написанных чертовых томов – именно в той сцене, где раскрылась интрига. "Бритва Оккама? Ха!" - как бы говорит нам автор. И самое скверное – я подозреваю, что все оставшиеся интриги будут раскрыты так же. Кроме того, длина эпопеи служит саспенсу плохую службу.

Много ружей выстрелило в предпоследней книге, но для многих выстрел так далеко от упоминания ружья, что любому рядовому читателю, не бешеному фанату саги, становится наплевать. Пример. Где-то когда-то было упомянуто, что Гайярэ (ну, читавшие, помните Гайярэ? нет? вот и я не помню) отдал незаконного сына, прижитого его женой от конюха, на воспитание в монастырь. В предпоследней книге - падааам!! - оказывается, что Пьетро, начинавший как скромный монашек, а закончивший ассасином-суперменом (это еще она особенность Камши: ничего вполсилы, если герой харизматичен и силен, то харизма и сила скоро из ушей забьют. У читателя), так вот, что монах Пьетро - это тот самый мальчик, причем внезапно - ЗАКОННЫЙ сын графа, а не сын конюха!! Вы впечатлены? ну? ну? вы впечатлены, да? Вот и я нет. Разгадка преподносится как чудесное открытие, но загадка затерялась где-то в переплетении романных линий. Но бог с ним со всем. Есть нечто худшее, нечто, что обесценивает для меня всю книгу.

Нравственная дихотомия.

Иными словами, с четвертого примерно тома одни герои окрашиваются в черный цвет, а другие – в белый, без оттенков и полутонов. Все, что делают «хорошие» персонажи, автором оценивается, как хорошее или, по крайней мере, как неизбежность. Поступки «плохих» всегда плохи, даже когда продиктованы неосторожностью или наивностью. Более того, под это подводится замечательная база: они поступили плохо просто потому что они плохие. После этого роман делается ясным и бодрящим, как зимний день. Проявляет ли «плохой» преданность другу, демонстрирует ли отвагу и смелость – это от того, что он туп, неблагодарен, идет на сделки с совестью. Занимается ли «хороший» клеветой и провокацией, проигрывает ли женщину в карты, спускает ли сель на целую деревню с живыми людьми – он поступает правильно. Без вариантов. Вплоть до того, что образы положительных героев задним числом «причесываются», а отрицательных – демонизируются. Сама автор не то в интервью, не то на «зеленом форуме» утверждала, что якобы разительное отличие образов Дика Окделла и Робера Эпине закладывалось уже в первом томе, когда Дик убил крысу, а Робер «свою» крысу пожалел, приручил и назвал Климентом. Из этого следует тот сомнительный факт, что Дик исчадие ада, а вот хорошие-то герои – они всех поголовно животных любят и жалеют.

Я не буду говорить, что жалость к животным – не коням или котикам, а животным вообще – в нашем, нефантастическом обществе стала добродетелью сравнительно недавно, а крысы и до сих пор не для всех воспринимаются как достойные жалости божьи твари – примем, что «Кэртиана не Земля» (с) и там все невероятно зверолюбивы. Просто напомню терпеливому читателю два эпизода из первого тома. Речь в них идет о Рокэ Алве, который всеми героями, автором и фанатами впоследствии оценен как образец благородства:

«Из горящих зарослей выскользнуло десятка полтора ызаргов, волосы на одном из них горели. Тварь то ли пробежала, то ли проползла с десяток шагов, перевернулась на спину и принялась кататься по траве, показывая лысое серое брюхо. Это было ошибкой – парочка оказавшихся поблизости гадов вцепились в незадачливого родича, вознамерившись перед дальней дорогой закусить печеным. Рокэ, ни говоря ни слова, вскочил на Моро, поднял его на дыбы, заставив обрушить на отвратительный живой ком шипастые зимние подковы, а затем, не оглядываясь ни на костер, ни на раздавленных ызаргов, ни на оруженосца, понесся в сторону дороги»

Ну а что. Просто крыски милые, а придуманные автором ызарги такие мерзкие, что можно их и того, шипастыми подковами. Но это, собственно, так – ерунда. А вот незадолго до того добродетельный эр Рокэ, я еще раз напомню, устроил вот такое представление:

«Сель шел валом. Ожившие камни мчались, словно испуганные быки, поток их нагонял, на мгновение замирая, его уровень поднимался, он продавливал преграду или перепрыгивал через нее и мчался дальше, а из ревущей черной стены вырывались другие камни-быки, чтоб, в свою очередь, оказаться настигнутыми. Разбуженное Рокэ горное чудовище, набирая разгон, неслось вниз, а внизу жили люди. Пусть враги, дикари, язычники, но жили! Барсовы Очи надежно защищали их от беды, те, кто селился вдоль течения Биры, не боялись своей реки, а она их предала»

«Эпинэ смотрел на скорбного седого красавца, а перед глазами стояла огромная, измазанная в жидкой грязи глыба, из-под которой виднелись обрывок цепи и раздробленная женская нога. Луллаку и Мильже удалось выскочить самим и вывезти на своих конях детей и женщин. Разумеется, не всех. Вернуться за оставшимися было невозможно. Рокэ разбил армию Кагеты, но добил их сель, которого отродясь в этих краях не бывало. Долина Биры оживет нескоро, если вообще оживет.»

Давайте же, давайте скорее оплачем бедную крыску, в которую Дик запустил подсвечником.

Более того, с того же четвертого, максимум, пятого тома все суждения «хороших» о нравственности становятся абсолютно, нерушимо правильны, приобретают статус высказываний от автора и критике нигде и никогда не подвергаются. Королевой все восхищаются – она молодец, она сильная, отважная женщина. Королева презирает Дика – правильно, он ничтожество и есть. Правда, в первых томах эта же королева окружала себя влюбленными мальчиками и увешивала их уши лапшой о том, как обижает и насилует ее эр Рокэ, но мы должны принять на веру, что сие была не клевета, а... а что? Да ничего, просто королева – хорошая. А Дик – мальчик для читательского битья, ату его. Деградация персонажа, завоевавшего читательское расположение, – хороший прием, да только хорош он тогда, когда задним числом нам не втирают, что все, абсолютно все поступки сразу показывали порочность его натуры. Все положительные герои, а за ними – и читатели на форуме с одобрения писательницы увлеченно бросают в Дика камни. А ведь первые тома Дик живет и думает, совершает нравственный выбор, и даже психологически возможно объяснить, почему он пошел за новым кумиром – Альдо. Альдо-то вообще единственный, кто с ним РАЗГОВАРИВАЛ на равных. С мальчиком, который остался без отца. «Эр Рокэ» с ним всегда общался относительно свысока, Робер весь изошел на внутренние монологи (мучительно, кстати, однообразные, ибо бесконечно нагонять объем невозможно) и почти ни разу с ним не поговорил связно, осмысленно, раскладывая все по полкам. И лишь Альдо с ним говорил много, уважительно, по-дружески. Можно было бы сделать на этом акцент, раз уж автор создал такую ситуацию, можно было показать, как опасны такие ловцы человеков и манипуляторы... но ведь нет. Начиная, повторюсь, с четвертого тома нам навязывается нехитрая мысль: да Дик просто всегда был тупым и недалеким. Форум радостно поет: он верил королеве, но это не потому, что та подло лгала – она ведь не могла предположить, что Дик такой идиот, что поверит! Он пошел на убийство, когда его шантажировали жизнью любимой женщины, но только идиот мог повестись на это. Понимаете, в чем опасность такого подхода? Он нечувствительно продвигает две мысли: 1) каждый несет ответственность только за себя, что бы он ни творил, 2) есть люди хорошие и плохие от природы. И нетрудно предугадать, кто из персонажей поддастся отраве зла в последних томах – да все те же, только плохие, а хорошие даже искушения не испытают, не хлебнут даже ни глотка проклятой «зелени». Все изменения с героями произошли в четвертом томе, все неожиданные повороты в характерах свершились, и больше никакой неожиданности произойти не может – сиди да упивайся, читатель, добродетелью любимцев и негодуй от подлости плохих людей.

И, кстати, про форум, о котором я (о, недаром!) так давно упоминаю. На мой взгляд, писательница начиная книги этак с четвертой, пошла на поводу у фансервиса. Вместо живых героев начали клепаться герои-обаяшки, герои-клоны, которые гарантированно завоюют читательское одобрение. И объяснение нравственной дихотомии, я подозреваю, лежит здесь же – читателю так сладко, так приятно чувствовать, что есть добро и есть зло, и что он точно знает, где одно, а где другое. Фанатам полюбился герой, который был описан как бисексуал с зачатками социопатии, человек, для которого главное – текущие военные цели, ради которых он может пойти на многое? К черту неоднозначность! К четвертому тόму все его пороки превратятся в добродетели, а те, которые не превратились, будут объяснены ложью и клеветой – вплоть до того, что картон захрустит на зубах. Другой герой пошел по дурной дороге? Больше, больше мрачных красок! Позволим читателям почувствовать себя умнее и лучше героя, а чтобы им было удобнее – парой росчерков пера дадим им добрых наставников, которые будут ходить по тексту с нравоучительными речами, которые так приятно цитировать.

Знаете, начиная с какого-то момента я читала все книги с карандашом в руке. Я могла бы написать девять рецензий, где аргументированно и последовательно обосновала бы, где началось схождение эпопеи по наклонной и в чем оно проявлялось. Но не буду. Один черт набегут поклонники писательницы, которые расскажут мне, как мало я поняла и какой гениальной идеей было целых три книги из десяти маскировать однозначных героев под неоднозначных.

Не буду. Пусть оставят свои обсуждения для Зеленого Форума – любимого, исчерпывающего и, пожалуй, самого успешного детища Веры Викторовны Камши.