Читать книгу "Награда Бешеного"

– Говори! – приказал Савелий своему пленнику.

– Что говорить? – Тот даже всхлипнул от боли.

– Все говори! Не испытывай моего терпения! – Говорков нажал посильнее.

– Ой, больно! – взвизгнул Вадим. – Скажу, все скажу! Сегодня утром к нам в отель пришел один парень, заплатил аванс – по десять кусков на брата, предложил захватить самолет и посадить его в Пакистане.

– Какой он из себя? Опиши его!..

– И описывать, в общем-то, нечего… Высокий, чуть кучерявый, темноволосый. И очень интеллигентный.

– Почему он обратился именно к вам? Почему вы приняли его предложение? Выкладывай! – Савелий совсем не шутил.

– Больно! – снова завопил тот. – На нас «заказчика» навел Бригадир. А нам чего отказываться – такие бабки светят: если бы мы доставили вас живыми, то по пятьдесят кусков на нос.

– Куда он приказал нас доставить?

– Об этом нам должны были сообщить по рации после захвата.

– Как бы они узнали о захвате?

– Я бы включил маяк. Он здесь у меня в кармане.

– Что дальше?

– Дальше каждому из нас предписано было сказать кодовое слово в эфир и после этого ждать инструкций.

– Твое кодовое слово?

– Никосия.

– Семена?

– У всех свое слово. Я правду говорю! – снова заверещал тот, едва почувствовал боль в локтевом суставе.

Савелий кивнул одному из «афганцев»:

– Пригляди за ним: если что – ломай шею.

– Без проблем, – усмехнулся тот, перехватывая руку бедного Вадима.

– Поговорить нужно! – бросил Говорков Михаилу.

Тот подозвал одного из «афганцев» и препоручил ему своего «инвалида». Когда они проходили мимо «сладкой парочки», Савелий спросил:

– Скажи, Саша, ты специально отвлек внимание Семена?

– Почти! – поморщился тот, вспомнив недавнее испытание.

– Что, не удовлетворила? – усмехнулся Михаил, кивнув на распластанную девицу, которая жалобно умоляла отпустить.

– Сучка, хотела меня бритвой полоснуть!

– Не виновата я: они меня заставили! – Она всхлипнула.

– Да, так можно и евнухом стать, – заметил Савелий.

– Убил бы стерву!

– А ты ее обыщи тщательнее: вдруг что найдешь? Откуда ты? – поинтересовался Савелий.

– Из Солнцево! – всхлипнула она. – Меня Семен год назад изнасиловал и обещал жениться, а потом, когда я заявление взяла, на субботник отправил…

– На какой субботник? – не понял Михаил.

– Это когда вся братва бесплатно трахает! Сколько же тебе лет? – спросил Савелий.

– Пятна-а-адцать…

– Да-а… – вздохнул Савелий. – Отпусти ее! Пусть сядет рядом и сидит как мышка! Будет бузить, выброси за борт! – Он подмигнул.

– Нет-нет, никто меня не услышит! Клянусь мамой! – тут же воскликнула Марго, обрадовавшись, что ей разрешили встать с пола. – Спасибочки вам! А Семен, правда, мертвый?

– Мертвее не бывает!

– Ну и слава тебе, Господи! – радостно прошептала она, устраиваясь в кресле.

– Есть новости? – спросил Михаил, когда они отошли в самый хвост самолета.

– Эти трое – просто исполнители. По-моему, их наняли наши преследователи из Швейцарии. Судя по описанию – так оно и есть. – И Савелий подробно рассказал другу обо всем, что удалось выдавить из Вадима.

– Может, рискнем, отзовемся?

– Если бы не это, – кивнул Говорков на «дипломат». – Да еще Семен…

– Ладно, – поморщился Михаил. – Что с этими-то будем делать?

– Как что? Сдадим нашим доблестным органам правопорядка, – хитро подмигнул Савелий.

– А может, их проще за борт? Кто хватится? – предложил Михаил.

– Не забывай про того турка, сотрудника фирмы: этот хлюст наверняка все бумажки оформил. Да и вообще – не хочется руки марать, хотя, думаю, многие бы за это только спасибо сказали. Уверен, что они приезжали как киллеры.

– Надо же было им так вляпаться! – засмеялся Михаил. – Может, потрясти их, пока они свеженькие, заставить расписаться, как думаешь?

– Поступай, как знаешь. – Савелий делано зевнул. – И вот что, свяжи их покрепче: им сейчас терять и вправду нечего, наверняка они попытаются действовать.

Устроившись поудобнее, Говорков вытащил радиотелефон и набрал номер генерала Говорова. К счастью, он сразу же взял трубку. Савелий очень подробно поведал ему о случившемся. Тот объявил ему благодарность за успешные действия и пообещал лично встретить группу в аэропорту.

После рапорта Савелий устало прикрыл глаза: он не слышал, как допрашивали бандитов, как те, поняв, наконец, что имеют дело не с сотрудниками ФСБ, стали наперебой «делиться воспоминаниями».

Бешеный крепко заснул, и снились ему разные люди, с которыми сталкивала его судьба, а потом почему-то оказалось, что он, совсем еще маленький, сидит на коленях у мамы и едут они отдыхать к широкой речке…

«– Мам, а мам, а речка там и взаправду широкая? – спросил Савушка.

– Широкая, широкая, – ласково улыбнулась мать.

– Шире, чем море?

– Конечно же нет, глупенький. – Она прижала его к своей груди. – Море ведь такое широкое-преширокое, что совсем не видно другого берега.

– Это ж надо, – укоризненно воскликнул статный мужчина в морском кителе, – сын моряка и не знает, какое из себя море!

– А ты скажи: папка, вместо того чтобы насмехаться, взял бы и свозил меня не на речку, а на море. Так ведь, сынок? – Женщина чмокнула сына в щеку.

– Да, взял бы и свозил меня не на речку, а на море, – слово в слово повторил пацан, а потом рассудительно добавил: – Там и я стал бы моряком, правда, мам?

– Конечно, сынок!

– Машенька, ты же знаешь, что сейчас это совершенно невозможно, – огорченно вздохнул мужчина, – а на будущий год отправимся все вместе в Ялту, то-то тетка твоя обрадуется, да, Савушка?

– Нет, в Ялту мы не поедем! – сухо и категорично произнесла женщина и надула пухлые губки.

– Господи, так никогда и не простишь? – со вздохом заметил капитан.

– Сейчас же прекрати! При ребенке-то хоть… – резко отозвалась женщина.

– Хорошо-хорошо, милая, только не нервничай. Ты же знаешь, что я люблю тебя и только тебя! – Он взял ее руку и нежно прикоснулся губами.

– Хватит подлизываться, – словно продолжая дуться, проговорила женщина, но голос ее потеплел. – Нам еще долго?

– Час-полтора, и мы на месте. Так, Василий?

– Так точно, товарищ капитан первого ранга, – отчеканил водитель.

– Может, поднажмешь?

– Вы извините, товарищ капитан первого ранга, но асфальт от жары расплавился – не хочется рисковать. Да и темнеет уже? – Парень явно смутился.

– Тебе виднее: ты – водитель, значит, в машине ты капитан.

– Спасибо, товарищ капитан первого ранга. – Благодарно взглянул на командира Василий, а когда вновь посмотрел на дорогу, то даже вздрогнул от неожиданности: прямо на них, выскочив из-за автобуса, неслась на огромной скорости светлая „Волга“.

Водитель черной „эмки“ резко рванул машину в сторону, но „Волга“, как назло, дернулась туда, же и, ударившись со всего маху в дверцу „эмки“, подскочила вверх, перевернулась, проскользила вниз по насыпи и так и застыла с крутящимися в воздухе колесами.

Старенькая „эмка“ дымилась на шоссе. Василий сидел неподвижно, уткнувшись головой в руль, из разбитой головы медленно текла струйка крови.

Рядом, так же неподвижно, сидел капитан первого ранга, сзади – его жена со странно вывернутой головой.

Спустя некоторое время капитан пришел в себя, смахнул кровавую пелену с глаз и обвел салон мутным взглядом. Потом попытался открыть дверцу, но ее, видимо, намертво заклинило. Перегнувшись через спинку сиденья, он схватил за плечи жену и, едва ли отдавая отчет в своих действиях, стал тормошить ее:

– Машенька, милая! Очнись! Где Савушка?

Но все было напрасно: женщина не отзывалась. Раздался взрыв. Всепожирающий беспощадный ОГОНЬ спустя минуту поглотил машину…

– Мама! Мамочка! Где ты? А-а-а! Мне больно! – кричал маленький Савушка. Как же так?! Родная мать, и выбросила его из машины?! – Больно мне, мамочка! Больно! – В этот момент его подхватили чьи-то сильные руки. Но оказалось, что это не мама, а какая-то незнакомая женщина. – Больно мне! Тетенька, больно! Я к маме хочу! Мамочка! – Рыдая, выкрикивал Савушка, правой рукой поддерживая левую руку, которая почему-то неестественно вывернулась в сторону…

И почти сразу же картина сменилась. Савелию снился тот самый день, когда он сбежал от своих „усыновителей“ к тете Тамаре, истопнице детского дома. Вот он стоит перед молодой женщиной, совсем голенький, и, всхлипывая, умоляет ее не отдавать его „в сыновья“.

– Тетя Томочка! Прошу вас! Я буду хороший! Буду всех слушаться! И пусть меня бьют: буду терпеть, и никогда не буду мстить! Только не отдавайте больше меня в сыновья! Миленькая тетя Томочка! Никогда!

Смазывая йодом синяки на его худенькой спине, тетя Тома украдкой утирала слезы…»

Савелий проснулся от внезапно наступившей тишины, открыл глаза. В салоне самолета стоял полумрак, и в первый момент он даже не понял, где находится.

– Мы дома! – неожиданно резко прозвучал в темноте радостный голос Михаила.

– Дома? – удивленно переспросил Савелий.

– Да, во Внуково. Ты точно все обговорил? – кивнул Михаил на черный дипломат, пристегнутый к руке Савелия. – Мне что-то совсем не хочется на Петровку!

– Не дрейфь, – подмигнул ему Савелий. – А попутчики наши тебя не волнуют?

– А чего волноваться: через пару минут они уже перейдут на полное государственное обеспечение. Правда, если честно, мне бы не хотелось оказаться на их месте, – тяжело вздохнул Михаил. – Выходим или здесь ждем? Я к тому, что пилоты интересуются…

– Сидите пока.

– Как скажешь.

Михаил направился к летчикам, но войти к ним не успел. В дверь постучали. Пилоты стука не услышали, и Михаил, прежде чем открыть дверь, метнулся к иллюминатору.

– Ничего себе! – встревожено воскликнул он и даже присвистнул.

– Что там такое? – нахмурился Савелий.

– Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, – хмыкнул Михаил.

Савелий подошел к иллюминатору. Удивляться действительно было чему: от трапа и до бронированного автомобиля для инкассаторов с обеих сторон выстроились автоматчики, чуть поодаль стоял «воронок». Судя по пятнистой форме и маскам, это были ребята Богомолова. Савелий махнул «афганцам» рукой, чтобы не шумели, а сам подошел к двери.

– Надеюсь, «воронок» не за нами? – съехидничал вслед ему Михаил.

– Посмотрим! – откликнулся тот и тут же сымитировал популярного актера. – Кто стучится в дверь моя?

– Открывай, «крестник»! – раздалось за дверью. – Генерал Говоров!

Савелий обернулся к ребятам и вскинул большой палец кверху:

– Отбой, братишки, свои!

Порфирий Сергеевич растрогался до слез. Они с Савелием крепко обнялись и несколько минут стояли, молча, не в силах вымолвить ни слова.

– Как ты, «крестник»? Натерпелся? – выдохнул, наконец, старый генерал.

– Хлопот хватило, – с улыбкой откликнулся Савелий.

– Ладно, в машине поговорим. – Говоров кивнул на бронированный автомобиль и тотчас бросил стоящему рядом офицеру: – Капитан, займись-ка задержанными. Женщину в бокс, двоих связанных – в «воронок», а третьего, покойника, – медспецам. «Афганцев» – в черную «Волгу» и развезти по домам. Все понятно, капитан?

– А протоколы? – нахмурился тот.

Говоров поморщился и виновато взглянул на Савелия.

– Миша! – крикнул Савелий. – Давай сюда свои бумажки!

– Прошу. – В дверях тут же показался Михаил и протянул Савелию заполненные листы. – Здесь не только протоколы допросов, но и их чистосердечные признания. Все честь по чести: я ж на юридическом учусь, – подмигнул он капитану.

– Действуйте, капитан! Что стоите, действуйте! – кивнул офицеру Говоров.

Однако Савелий, в упор посмотрев на генерала, недоверчиво покачал головой.

– Да не волнуйся ты за своих «афганцев». Все нормально. – Говоров прильнул к уху Савелия. – Более того, скажу по секрету: все представлены к наградам.

– Надеюсь, одинакового достоинства? – спросил Савелий.

– Да… – кивнул Говоров, затем, помедлив, добавил: – А ты представлен к ордену.

– Вот уж совсем ни к чему. – Савелий набычился, затем неожиданно махнул рукой. – Ладно, потом поговорим.

Савелий обнялся с каждым из «афганцев», а Михаилу на ухо шепнул:

– А вы еще от десяти тысяч баксов хотели отказаться. Я ж говорил, что родина вас наградит, и наградила… – сделав паузу, он добавил: – Медалями!

– Хорошо еще, что не посадила, – подмигнул Михаил. – Отличная работа, земляк! Понадоблюсь – свистни. Пошли, ребята.

«Афганцы» заторопились к машине, а Савелий подумал, что правильно поступил, выделив ребятам по десять тысяч долларов: они это заслужили. На душе, впрочем, кошки скребли: парни жизнями рисковали, выручая огромные деньги и ценности, и за это – всего по медальке?

– Так что там у тебя по поводу награды? – спросил Говоров уже в бронемашине.

– Да я не только о себе пекусь, а и о ребятах тоже. Вы же знаете, как они живут… Вернее, не живут, а ютятся. Один с женой и тремя детьми в общежитии, другой жениться не может: в однокомнатной квартире его мать, отец и младшая сестренка. Да что там говорить! – Савелий безнадежно махнул рукой.

– Не горячись, – отозвался Говоров. – Действительно, вы столько сделали на благо Родины. Поверь, я этого так не оставлю, похлопочу. Ну а с наградой-то что?

– А кого вы награждаете: Савелия Говоркова или Сергея Мануйлова? – с грустью спросил Савелий.

– Конечно же Сергея Мануйлова! – В этот момент Говоров обратил внимание на наручник Савелия. – И где только удалось такой огромный «дипломат» раздобыть? – Он с улыбкой покачал головой, потом, догадавшись, спросил: – Ценности из сейфа?

– Еще какие! – воскликнул Савелий. – Показать?

– Не здесь! У Богомолова в кабинете… – Говоров поморщился. – Константин Иванович решил перестраховаться и создал целую комиссию по приемке ценностей!

– Что им известно? – нахмурился Савелий.

– Только то, что им нужно принять, описать, оценить и по описи сдать в Гохран Государственного банка России, где они будут находиться вплоть до принятия особого решения Президентом России.

– Кто в комиссии?

– Главный эксперт Госбанка по драгоценностям, представитель Гохрана, представитель Президента России, генерал Богомолов и мы с тобой. – Он хитро подмигнул.

– Ладно, что сделано, то сделано! – задумчиво проговорил Савелий, потом тихо добавил: – Хорошо бы это самое решение было принято по возможности скорее!

– В общем-то ты конечно же прав. Я и сам так считаю. Было бы весьма и весьма разумно разобраться со всем поскорее, – согласился Говоров, и Савелию показалось, что генерал о чем-то глубоко задумался.

– Что-то случилось, Порфирий Сергеевич? – встревожено спросил он.

– С чего это ты взял? – встрепенулся старый генерал и попытался улыбнуться, затем подмигнул и положил руку ему на плечо: – Рассказывай о своих миллионах, миллионер!

– Да уж, миллионер, – усмехнулся Савелий. – Экономил буквально на всем!

– И правильно: настоящие миллионеры только так и поступают! Итак…

– Откровенно говоря, если бы не ребята, вряд ли я бы это дело провернул. Да и девушка одна помогла.

– Девушка? – насторожился Говоров.

– Да, в Швейцарии… Не беспокойтесь, она действовала исключительно из личной симпатии.

– Тебе виднее, – облегченно вздохнул старик. – Надеюсь, обошлось без жертв?

– В Швейцарии – да, а в Никосии… – поморщился Савелий, – они пошли на открытый контакт…

– Ты о столкновении? Я уже все знаю. Кстати, тебе привет от Ромаса. Ему кое-что удалось выяснить. Найденные два трупа…

– Значит, и второй не выжил, – вновь поморщился Савелий.

– Как же, выживешь от твоих выстрелов, – хмыкнул Говоров. – Одного в сердце, другому в лоб! Ладно, продолжаю: эти двое убитые числились в картотеке Интерпола. На их счету многочисленные заказные убийства в разных странах. Соображаешь?

– Убийцы из больницы? А о третьем Ромас ничего не сообщил?

– А что, был и третий? – нахмурился Говоров. – Оставили его в живых? Он же тебя видел!

– Нет, меня он не видел, но вполне может получить мое описание от служащих банка, – вздохнул Савелий. – Меня другое интересует: кто за ними стоит?

– Кое-какие догадки имеются, – покачал головой Говоров. – Следы ведут… – Он словно взвешивал, посвящать ли «крестника» в некую тайну.

– Ну, не тяните!

– О тайном Ордене слышал?

– Как же, как же: они еще в Афганистане садились нам на хвост! Серьезные ребята, ничего не скажешь. Теперь понятно, откуда такая прыть. – Савелий вдруг пристально посмотрел в глаза Говорову. – Порфирий Сергеевич, вы что-то от меня скрываете.

Старый генерал почему-то смутился, а потом раздраженно бросил:

– Да ни о чем я не умалчиваю. Просто… просто задумался о своем. Кроме того…

Трудно сказать, что еще мог придумать Говоров, чтобы не огорчать Савелия неприятным известием о Воронове, но, на его счастье, они наконец-то добрались до резиденции генерала Богомолова.

– Приехали, – с облегчением вздохнул Говоров.

– Порфирий Сергеевич, я вот о чем сейчас подумал: хорошо бы мне лишний раз не светиться перед всякими людьми, а?

– И что теперь делать? Богомолов хочет, чтобы ты непременно присутствовал.

– А вот что. – Савелий вытащил из кармана платок, закрыл им нижнюю половину лица, завязал, после чего водрузил на нос затемненные очки. – Ну как?

Судя по всему, сия затея не очень-то воодушевила старого генерала.

– Если ты не хочешь привлекать к себе особое внимание, то придется как-то аргументировать… – Генерал задумчиво посмотрел на Савелия.

– Понял, – усмехнулся тот. – Положитесь на меня – объяснюсь как надо.

Говоров вошел в кабинет первым, чтобы объяснить вид «крестника»: через минуту пригласили и самого Савелия.

– Прошу извинить за столь необычный вид, но меня прямо-таки замучила аллергия, – виновато проговорил Савелий, и все понимающе закивали головами, а седой представитель Президента России сочувственно заметил:

– Могу себе представить, как вам достается. Этого нельзя, того нельзя… Моя внучка тоже аллергик! Чуть что – и все лицо покрывается какой-то дрянью. Очень сочувствую вам, молодой человек! А кроме того, хочу передать личное приветствие Президента! На днях все вы будете приглашены в Кремль для награждения!

– Спасибо за понимание, – специально или просто невпопад кивнул Савелий.

– Ну что ж, приступим, – тотчас вмешался Богомолов и укоризненно взглянул на Говоркова. – Прошу!

Савелий поставил «дипломат» на стол, не торопясь снял с руки наручник, потом набрал на замке код и откинул крышку… Чиновники так и ахнули при виде всего этого великолепия, а один вдруг восторженно воскликнул:

– Господи! Да это же «Голубое око Персии»! – Он даже подался вперед, но тотчас отдернул руку, как бы боясь спугнуть сладчайшее наваждение.

– Вы уверены? – спросил Богомолов.

– На все сто: в свое время меня приглашали в качестве одного из экспертов этой диадемы.

– Прекрасный подарок, молодой человек, прекрасный! – Генерал с чувством пожал Савелию руку.

– Итак, коллеги, приступим, – тут же поспешил переменить тему Говоров.

Все драгоценности были тщательно описаны, занесены в специальный реестр, затем каждую вещь аккуратно обернули фланелькой и все сложили в тот же самый «дипломат». После чего его опечатали, присутствующие расписались в документах, и вскоре в кабинете остались только Савелий да генералы.

Богомолов выдержал паузу и извлек из ящика стола небольшую синюю коробочку. Затем открыл ее, встал и подошел к Савелию. Встал и Говорков, его примеру последовал генерал Говоров. Савелий снял с лица очки, повязку и вытянулся по стойке «смирно».

– Дорогой мой, представитель Президента был не в курсе, а Президент лично просил меня вручить тебе эту награду! То, что ты совершил, невозможно переоценить! Президент даже верить отказывался…

– Ничего, серьезный орден, – спокойно кивнул Савелий.

– Ты только посмотри, Сергеич: он словно бы каждый день ордена получает! – нахмурился Богомолов.

– Да нет, Костя: он за своих «афганцев» переживает, – пояснил старик. – У ребят с жильем хуже некуда, а им – медали!

– А вот в этом он прав, и я обязательно что-нибудь придумаю! – Богомолов что-то черкнул в своем ежедневнике. – Но сдается мне, дело не только в этом, или я ошибаюсь?

– Ну почему же, – вздохнул Савелий. – Сергей Мануйлов рад, и даже очень, а вот Савелий Говорков… – Он не договорил.

Богомолов мгновение помедлил, потом подошел к «крестнику» и протянул ему руку:

– От всей души поздравляю тебя, Сергей Мануйлов, и тебя, Савелий Говорков! – Он лукаво подмигнул.

– Служу России, товарищ генерал! – вытянулся Савелий.

– Горжусь тобой, сержант! – Говоров крепко, по-мужски, обнял его.

– Эх, жалко, Андрюшка не видит, – смущенно улыбаясь, проговорил Савелий и заметил, как генералы переглянулись. – Что случилось? – встревожился он. – Что с Вороновым? Старый генерал сконфуженно поморщился и опустил глаза…

Глава 2. Противостояние

В то самое время, когда Савелий Говорков разбирался с боевиками Пятого Члена Великого Магистрата, Андрей Воронов провожал в сингапурский аэропорт Чанги Дональда Шепарда.

Итак, поздним вечером огромный аэробус «Ил-310» Аэрофлота с Вороновым на борту заходил на посадку.

С высоты птичьего полета открывалась изумительная картина: весь остров был залит морем огней, и это создавало удивительное впечатление праздника. Во все стороны по острову разбегались ровные светящиеся линии – дороги, как пояснил Андрею сосед-японец. На рейде, дожидаясь своей очереди на погрузку-разгрузку, стояли сотни ярко освещенных судов.

Приятно для Воронова и то, что долго ждать не пришлось: не успел самолет подрулить к перемещаемому коридору, как двери тут же открылись и пассажиров пригласили к выходу.

Воронов оказался в огромнейшем и современнейшем здании сингапурского аэропорта Чанги. Здесь, чего доброго, можно и заблудиться, и Воронов, дабы не искушать судьбу, двинулся вслед за пассажирами своего рейса.

С первых же минут пребывания в Сингапуре русского человека поражает микроклимат в помещениях. Причем не только в суперсовременном аэропорту, занимающем первое место в мире по обслуживанию и грузоперевозкам, но и почти в каждом магазине, даже в самом что ни на есть крохотном. Везде в помещении четырнадцать-пятнадцать градусов, в то время как на улице сорокаградусная жара – удивительно! Следует отметить, впрочем, то ли морской воздух, то ли буйная местная растительность так влияли, но зной этот не изнурял.

Встав на эскалатор, Воронов огляделся по сторонам. Скопления пассажиров и суеты не наблюдалось, скорее даже огромный терминал аэропорта по сравнению с «Шереметьево-2» выглядел просто пустынным. Со всех сторон обступали витрины магазинов: заходи, покупай все, что твоей душеньке угодно, – от самой современной аппаратуры до обычных детских игрушек.

Прежде чем лететь в Сингапур, Воронов конечно же ознакомился с путеводителем для русских и обнаружил массу интересного. Здесь велась борьба с курением: курили только в специально отведенных местах, а за нарушение или брошенный окурок взимался штраф в размере нескольких сотен долларов.

Поразили Воронова и удивительный воздух Сингапура, и невероятная чистота на улицах: казалось, сними обувь, пройдись босиком, и ни пылинки к тебе не пристанет.

Андрей сразу же направился к таможенным постам. И местный чиновник таможни провел каким-то прибором по сумке и кивнул прибывшему на «подкову»:/ так метко окрестил какой-то шутник прибор для обнаружения металла/. После чего сумку проверили на наличие наркотиков. За обнаружение у любого человека этого зелья в количестве, превышающем эквивалент трех граммов героина, по сингапурским законам ему грозила смертная казнь.

Пару лет назад одного голландского туриста, даже несмотря на вмешательство голландских спецслужб, где работал обвиняемый, а также личного ходатайства самой королевы, все-таки казнили за несколько граммов кокаина.

Надо сказать, что Сингапур не входит в число стран, подписавших Венскую конвенцию по правам человека, и потому там живут согласно своих законов. Год назад, например, один американский подросток, сын некоего высокопоставленного чиновника, балуясь, забрызгал краской из баллончика рядом стоящие легковушки. Его задержали и приговорили к пяти ударам палкой. Не помогло даже вмешательство американского Президента; число ударов лишь уменьшили до трех.

Кстати, для подобных экзекуций выращивается специальный бамбук, который размачивается в специальном растворе и высушивается при определенной температуре, после чего расчленяется на мельчайшие прутики, каждый – острый как лезвие бритвы. Несчастному прикрывают поясницу и ноги, открытыми остаются только ягодицы. В результате наказания плоть распадается на несколько частей, доктор сразу же зашивает ужасные раны, и приговоренного отправляют в тюремный лазарет.

На обращение американского Президента глава Сингапура ответил, что любого сингапурского гражданина в случае правонарушения в Америке американский суд волен судить по американским законам и при этом со стороны правительства Сингапура ему не предъявят никаких претензий.

Позднее Воронов убедился в том, что власти сумели добиться невероятных успехов в области законопорядка: на улицах Сингапура абсолютно безопасно в любой час дня и ночи. Полицейские, правда, здесь не патрулировали, но любой инцидент приводил в действие весь участок в течение нескольких минут. Почти все улицы и магистрали, во всяком случае основные, сканировались на видеокамеры, и стоило, например, лишь превысить скорость или неправильно припарковаться, как на ваше имя присылали огромный штраф.

Если вы помните, в предыдущей книге Воронов сел в «Шевроле» к Барту Макалистеру. Тот между делом поведал Андрею удивительные факты. Так, Воронову стало известно, что от аэропорта до центра всего пятнадцать-двадцать минут по шоссе и на нем есть стратегический участок длиной километра полтора, совершенно прямой и засаженный посредине пальмами. Эти деревья при всяких форс-мажорных обстоятельствах мгновенно сдвигались бульдозерами на обочину – благо что росли на поддонах, – и обнажалась широкая взлетно-посадочная полоса, способная принять не только стратегические бомбардировщики, но и космические корабли многоразового пользования типа «Шаттл».

Дороже всего в Сингапуре земля и машины. Земля – потому, что территория маленькая, а население все растет и растет. И тем не менее это единственная в мире страна, которая ежегодно увеличивает свою территорию за счет того, что намывает землю.

На автомобили же распространяется закон о квоте. Для того чтобы приобрести машину, нужной суммы денег недостаточно: надо еще приобрести квоту на право приобретения машины, которое оценивается в тридцать-сорок тысяч долларов, а потом уже, в зависимости от марки автомобиля, выложить за машину от трехсот тысяч до полутора миллионов. При этом не забывайте, что сингапурский доллар лишь на десять-пятнадцать процентов дешевле американского.

В предыдущем романе мы оставили Воронова в тот момент, когда они с Дональдом Шепардом решили обмануть своих преследователей. Американский полицейский как бы покинул Сингапур, на самом же деле он спрятался в багажнике взятой напрокат японской машины. Воронов же, побродив в «печальном» одиночестве по зданию аэропорта и убедившись, что «хвост» не отстал, двинулся к автомобилю.

Трижды стукнув по багажнику, он буркнул себе под нос:

– Все отлично, кажется, ничего не заметили. Так что возвращаемся в отель и ждем. Потерпи, дорогой Дон!

– А ты понежнее, понежнее, – тихо отозвался Шепард…

В жарких странах смеркается довольно быстро, шоссе столь же быстро пустеет. Неожиданно на обочине Андрей заметил изящную молодую женщину, безуспешно пытавшуюся остановить попутную машину. Лихо, совсем по-гусарски, Воронов тормознул рядом и распахнул дверцу.

– Вам куда, девушка? – с улыбкой спросил он.

– Извините, мне показалось, что это такси! – разочарованно протянула Лана (да, это была именно она), хлопнула дверцей и двинулась по шоссе, якобы намереваясь «голосовать» и дальше.

Почему-то она показалась Воронову знакомой, и он не спешил уезжать.

– Если вас не устраивает просто веселый попутчик, то можете считать мою машину таксомотором, а меня таксистом!

– Вот уж действительно весельчак! – усмехнулась девушка.

– Итак?

– Я согласна! – Она уже открывала заднюю дверцу, но Воронов предусмотрительно указал на место рядом с собой.

– Давно уже мне не приходилось видеть таких красавиц! – Неожиданно для самого себя Андрей вдруг смутился.

Девушка решительно забралась на переднее сиденье, затем многозначительно произнесла:

– Такое услышать любой приятно. Впрочем, уверена, что вы слукавили по поводу «давно».

– Это еще почему?

– Хотя бы потому, что вы элегантный, симпатичный и довольно мужественный человек. – Она выразительно посмотрела ему в глаза. Воронов вновь смутился.

На этот раз девушка решила это заметить – покачала головой и сказала:

– Как забавно вы смущаетесь! – Она заразительно рассмеялась. – Так мы поедем когда-нибудь или так и будем стоять здесь до второго пришествия?

– Конечно, конечно, – пришел в себя Воронов. – Куда прикажете?

– Прямо.

– Слушаюсь! – Забыв про Шепарда, он резко дернул машину. – Я и правда давно не сидел с такой красавицей, но ко всему прочему вы меня еще и заинтриговали!

– О-о, – кокетливо улыбнулась она. – Это как?

– Рискуя показаться банальным, я все-таки признаюсь: мне показалось знакомым ваше лицо. Вы никогда не были в России? – неожиданно выпалил Андрей.

– В России? – переспросила девушка, явно выигрывая время.

Лана и впрямь растерялась, теперь в считаные секунды ей надо было решать: то ли продолжать игру, предложенную Рассказовым, то ли раскрыться.

– Неужели я вас так сильно огорошил? – криво улыбнулся Воронов.

– Вы меня действительно весьма удивили своим вопросом. Но почему спросили про Россию, вы что, оттуда? – Лана все еще тянула время и наконец, решила пока не светиться.

– Да, я из России, и зовут меня Андрей.

– Я тоже из России, но мы вряд ли были знакомы.

– Черт возьми!!! – воскликнул Воронов и резко ударил по тормозам, абсолютно забыв про бедного Дональда. – Так что ж мы по-английски то напрягаемся?

– Почему напрягаемся? У вас довольно приличное произношение.

– Вы мне льстите! Не представляете, как я рад, что вы из России! Как вас зовут?

– Может, мы все-таки поедем? – улыбнулась она лукаво. – Света! Меня зовут Света!

– Очень приятно. – Воронов поцеловал ее руку, потом осторожно двинулся с места. – Так почему мы не могли встретиться в Москве?

– Хотя бы потому, что я никогда там не жила. Я была в первопрестольной только два дня: оформляла выездные документы. И в эти дни ничем другим не занималась и ни с кем не знакомилась. – Помолчав, она вдруг добавила: – Во всяком случае, такого мужчину я бы никогда не забыла.

– Я не настаиваю, но вы действительно очень похожи на ту девушку, – вздохнул он смущенно.

– Вы были влюблены в нее? – неожиданно спросила попутчица.

– Немножко, – признался Воронов.

– Немножко? – удивленно спросила Лана. – Она что, не отвечала взаимностью? – Лане почему-то захотелось продолжить этот странный разговор. Сидящий рядом с ней мужчина явно ей импонировал.