Читать книгу "Мирра. Роман"

Андрей к вечеру пришёл в себя. Он был благодарен Мирре за то, что она грубо обошлась с Николаем, выпроводила его. Таких друзей он не хотел. Пьянство – это не отдых. Пусть Андрея называют не русским после этого. Плевать. День без Николая был самым счастливым для Андрея и Мирры. Они загорали и купались, наслаждались жизнью и друг другом. Второй свободный от навязчивых друзей по настоянию Мирры они решили посвятить культуре, отправившись на экскурсию для русскоязычных туристов. Когда гид закончил лекцию, у экскурсантов появилась возможность побродить по местности, пофотографировать. Мирра и Андрей бродили по развалинам амфитеатра.

– Люди тут сидели на голых камнях? Надо спросить у гида.

Андрей стал мысленно представлять ту эпоху, когда в этом месте жили эллины.

– Может быть, они подкладывали подушечки или доски, – предположила Мирра. – Это была цивилизация. Наши предки в это время жили в землянках или шалашах.

– Да ладно?

– Почему ты удивляешься?

– Откуда ты это всё знаешь?

– Общалась с разными людьми, была на экскурсиях.

– Деловая.

– Андрей, я тут подумала, а что, если нам переехать?

– Куда? Зачем?

– В Краснодарский край или в Питер. Ты же видишь, мир большой. В других местах жизнь может оказаться намного интересней, чем в Ярославле.

Андрей немного задумался.

– У меня порой складывается чувство, что ты всё время хочешь куда-то убежать. От кого? Или от чего?

– Не от чего, а куда. Я хочу, чтобы мой ребёнок жил в лучшем месте и имел больше возможностей, чем мы.

Автобус подвёз их к отелю ближе к вечеру. Около отеля за столиком у бара сидела Олеся без Николая, рядом бегали их дети. Она в отличие от мужа не имела никаких обид и претензий к Мирре и Андрею.

– Привет, – поздоровалась она.

Серовы вынужденно остановились и поприветствовали её.

– Ребят, вы слышали, что сегодня было с Ленкой из Тюмени? Ну, это такая рыженькая со второго этажа, – начала интриговать Олеся.

– Нет.

У Мирры было такое лицо как будто она заинтересовалась. Андрей не скрывал безразличия к подобным темам.

– Её тут встретил бывший хахаль. А она прилетела с мужем. Представляете? Хахаль начал предъявлять на неё какие-то нелепые претензии и наезжать на её мужа. Такой кипиш был.

– Чем дело кончилось? – поторопил Олесю с эпилогом Андрей.

– Ой, вы, не поверите. Они даже не подрались. Этот хахаль и Ленкин муж нажрались и задружились, а Ленка обиделась на всех, собрала чемоданы и укатила в аэропорт; сказала, что будет подавать на развод.

6

Иван уже ходил. Маленький человечек. Мирра смотрела, как растёт её дитя. Что из него получится? Наверно, такой же поклонник машин и всего, что с ними связано. У Ивана было много машинок, которые ему покупала в основном Мирра. Андрей редко покупал игрушки сыну. Иван сидел на ковре и возился с машинками. Во рту торчала соска. Мирра смотрела телевизор и краем глаза поглядывала за сыном. Был уже девятый час. Андрей открыл дверь ключами и вошёл в прихожую. Иван знал уже, как приходит домой отец, обрадовался, встал и побежал его встречать. Андрей поднял сына на руки и поцеловал в щёку.

– Всё, беги к маме, – сказал он и опустил сына на пол.

Иван не хотел уходить от отца и прилип к нему, хватал его то за ногу, то пытался поймать за руку.

– Мирр, возьми его, – попросил Андрей.

Мирра вошла в прихожую и взяла сына на руки.

– Может быть, позанимаешься им, пока я тебе поесть разогрею? – предложила она.

– Ой, я устал. Не могу.

Андрей не любил играть и сидеть с сыном. Мирра давно это поняла. Что делать, она слышала, что большинство отцов такие. Её папаша и вовсе исчез с горизонта, когда она была ещё совсем маленькой, и никак не давал о себе знать. Такова судьба всех женщин – заниматься домом и детьми. Иногда Мирра слышала, что где-то встречаются такие мужчины, которые любят возиться со своими детьми. Бывало, что она видела таких мужчин на улице со своими отпрысками. Они тискали своих малышей и даже играли с ними в игры. Во время ужина Мирра хотела рассказать об Иване, его интересах, о том, чем он занимался в этот день; но вскоре заметила по виду мужа, что ему это совсем не интересно. Его не изменишь. Мирра могла пожаловаться только маме, которая говорила в таких случаях: «Терпи. Он деньги зарабатывает, семью содержит. Чего тебе ещё надо? Не будь дурой». И Мирра понимала, что мать права, и в то же время сердце не обманешь. Ей было одиноко и скучно с мужем. Они были слишком разные. Похожи они были, пожалуй, только тем, что не любили тусовки и шум. Сердце хотело больше любви и чего-то ещё. Странно, раньше ей больше хотелось спокойствия и гармони. Что же изменилось? Раньше она была свободна, а теперь у неё есть супруг, который чем-то её не устраивает. Мирра опять начала учить английский язык. А когда муж уснул, она на кухне уселась за ноутбук. В «Фейсбуке» она сделала себе страницу. Появились первые, какие-то случайные друзья. Она в этот раз нашла-таки страницу Грегори. Грегори частенько заходил на свою страницу и оставлял разные заметки с фотографиями. Похоже он, в самом деле, был свободным мужчиной. Написать ему? Что с этого измениться? Она же даже не сможет с ним изменить мужу – он слишком далеко находится, в другой стране. Будет ли это предательством или изменой? Это всего лишь общение. Разве мужчина и женщина не могут быть просто друзьями. Мирра написал самое простое приветствие по-английски. Осталось только ждать ответа. Грегори в тот момент отсутствовал в сети.

Наступил октябрь, прохладный и ветреный. Свекровь здорово выручала Мирру, когда оставалась посидеть с любимым внуком, которого любила безумно, как могут любить только бабушки и дедушки. Мирра наслаждалась свободой, бродила по магазинам и просто гуляла на свежем воздухе. Она закупилась по полной и шла по улице с двумя большими сумками. Около газетного киоска мелькнуло знакомое лицо. Неужели это она? Ещё одно напоминание о неприятном прошлом, о Москве. Круглое лицо, тёмные волосы в стиле Мирей Матье. Это точно она. Но что она тут делает? Её звали Марго. Марго заметила её и не стал делать вид, что её не узнала.

– Привет. Вот так встреча.

Марго расплылась в широченной улыбке.

– Привет.

Мирра оробела.

Марго трудилась с Миррой в борделе. Они мало общались. Но Мирра помнила, отчётливо помнила, что как-то Марго сказала, что она приехала в Москву из Вологды, точно не из Ярославля. Марго обняла Мирру и поцеловала в щёку.

– Вот так встреча. О, да у тебя кольцо на пальце. Ты замуж вышла?

– Да. Вот.

– Это чудесно, поздравляю. Давай посидим где-нибудь.

– У меня дома свекровь сидит с ребёнком. Я и так долго уже хожу по магазинам.

– Ничего посидит ещё. У тебя ребёнок. Как классно. Девочка, мальчик?

– Мальчик.

Марго затащила Мирру в пивную «Афоня». Они были одни в пивной.

– Боюсь свекровь учует запах, – сказала Мирра.

– Не учует, жвачкой зажуешь и не учует, – успокоила её Марго.

Они стали за столик и чокнулись бокалами с золотистым пивом.

– Ты же говорила, что ты из Вологды, – не сдержалась Мирра.

– И чего? Зачем раскрывать все свои секреты.

– Так ты из Ярославля?

– Угу.

– Вот это да. А я дура прямолинейная, всё говорила, как есть.

– Ерунда – это всё. Как же ты решилась выйти замуж?

– Так вот, как все.

– А я пока не готова. Мне один немец-клиент предлагал выйти за него, а я не решилась. Мы с ним переписываемся в сети. Он думает, что я завязала с этим делом.

– Так ты не завязала?

– Нет. Отдохну пару месяцев, и снова работать в койку.

– Не противно?

– Деньги. Где я столько заработаю? Пока пользуюсь спросом, надо это использовать. И потом вся жизнь – это проституция. Все мы продаём себя в той или иной степени. Это циничная правда.

– Разве не лучше ли было выйти за немца?

– Я думала об этом и знаешь до чего додумалась? А сколько он будет давать мне денег? И будет ли вообще их давать? Получается, может, получится так, что я буду целиком и полностью от него зависеть.

– Все так живут. Мне муж даёт деньги.

– Он русский лопух. Извини за прямоту. А иностранцы-западники они же не такие. Они будут душить за каждую копейку.

– Правда?

– А то.

Мирра сделала пару глотков пива. Девушки помолчали пару минут. Каждая думала о чём-то своём. Мирра решилась спросить о том, что её волновало больше всего.

– У тебя не бывает такое, что ты встречаешь тут, в Ярославле, кого-то из бывших клиентов? У меня было такое. И мне бывает очень страшно после таких встреч.

Марго взяла Мирру за руку.

– Плюнь. И у меня было такое. Делаешь морду кирпичом и проходишь мимо. Он, что погонится за тобой что ли? У него самого наверняка есть жена или подруга, и он не хочет, чтобы они узнали о тёмной стороне его жизни. А, если и пристанет, говоришь, что я не я и лошадь не моя. Обознался и всё, пошёл в задницу. Главное быть уверенней, а не показывать страх. Негодяи, они же, как собаки, чувствуют адреналин, то есть страх, и потом нападают.

Надо было спешить домой. Свекровь не звонила, а значит, ещё не устала возиться с внуком. Марго не предложила обменяться телефонами. Они попрощались, скорее всего, навсегда. Было в Марго, что-то такое, что притягивало Мирру. Мудрость ли это или что-то другое. Разве проститутки могут быть мудрыми? Сомнительно. Или всё это маска? Игра? Как она играла с Юрием? И к чему – это привело. Игры с взрослыми опасны.

Грегори как будто ожидал её в Сети. Только она зашла на свою страницу, как пришло от него сообщение. Мирра не всё понимала из того, что он писал, но ей помогал он-лайн переводчик. Грегори писал о том, что был на концерте какой-то группы, о который Мирра ничего не знала. Он огорчился от того, что Мирра не слушала группы, о которых он ей рассказывал ещё в Турции. Потом Грегори писал о том, что было непонятно Мирре: о курении травы, о каком-то дауншифтинге. Мирра спросила у Грегори, как обстоят в их стране дела с распределением доходов в семьях. Теперь Грегори не понимал Мирру. Она пояснила более прямо: отдают ли английские мужья зарплаты своим жёнам. Этот вопрос похоже вызвал истерику у англичанина. Он сначала присылал какие-то смайлики и только потом ответил, дескать, англичане дают жёнам деньги на домашние нужды, а отдавать все зарплаты, как у русских своим жёнам, у них не принято.

Русский лопух, какое смешное определение, сказанное Марго. Почему она всё это вспомнила? Видимо после общения с Грегори. Они совсем другие, эти западные люди. Пусть наши мужики и лопухи и чудаковатые в чём-то, не хотят ни фига понимать женщин, и всё-таки они родные и понятные. Мирра всё утро думала об этом. Около десяти часов позвонил Андрей. Он просил принести ему в гараж чемоданчик с ключами, что лежал на антресолях. Мирра улыбнулась сама себе. Ну и что, что Андрей бука и часто бывает мрачным, зато работящий. Где ещё сейчас откопаешь такое сокровище? Весь в работе, только и думает о деле, а не о ерунде разной. Мирра одела Ивана, взяла чемоданчик с ключами и коляску и выползла из квартиры. До гаражей нужно было идти около двадцати минут. Мирра катила коляску с Иваном перед собой. Она хотела прийти в гараж отдать мужу инструмент, потом попросить его отойти в сторонку, чтобы сказать ему, что он самый лучший. А вот и открытые ворота гаража. Около белой иномарки стояли Андрей и ещё какой-то блондин. Андрей заметил Мирру.

– Я сейчас.

Крючковатый нос блондина и розовые щёки показались Мирре знакомой. Её сердце вздрогнуло и едва не разбилось вдребезги. Это был её бывший клиент. Она даже не заметила, как муж подошёл к ней.

– А это мой бывший одноклассник Олег. Смотри, какая у него тачка.

Слова мужа в голове слышались как будто, доносящиеся с какого-то заднего плана, а перед глазами всё расплывалось в какое-то странное месиво из красок и размытых фигур.

– Что? А?

– Да, что с тобой?

Андрей насторожился.

– Ты здорова?

– Да, да.

– Хочешь, я вас познакомлю?

– Нет, мне надо бежать, я, кажется, утюг забыла выключить.

– Как же так? Нельзя быть такой рассеянной.

– Всё я побежала.

И она не побежала, но пошла очень быстро. Олег. Зачем он тут нарисовался? Откуда его принесла нелёгкая? Она вспомнила, что он говорил, что он ярославский. Она ему не говорила, что сама оттуда же. Он был у неё раза четыре точно. Он не был извращенцем, но любил, чтобы его ублажали по полной программе; любил, чтобы отработали потраченные им деньги. Такой циничный тип. Что его связывает с Андреем? Они одноклассники, но это не значит, что они друзья. Вдруг, он не узнал её? Хотя он сто процентов успел разглядеть её. Даже, если так, расскажет ли он всё Андрею? Он может пожалеть её. Зачем? Разве он ей обязан чем-то? Он может также пожалеть Андрея, понимая, что может убить его, когда откроет ему всю правду. Это наиболее вероятный вариант, на который можно надеяться. И, вообще, вдруг Олег в душе гуманист. Мирра потеряла покой. Она не могла ничего делать: смотреть телевизор, сидеть в интернете, читать и даже есть. Только сын отвлекал её от страха, поглотившего её душу без остатка. Скорей бы всё разрешилось. Как-нибудь. Она не могла уже ждать, чем всё кончится. Набрать номер мужа по телефону? Она долго держала в руке мобильник и всё же не решилась позвонить Андрею. Страх был сильнее.

Было уже за полночь, когда вернулся Андрей. Пьяный, взъерошенный, похожий на побитого помойного кота. Мирра не спала. Она стояла на кухне. Ждала. Андрей появился в проёме двери на кухне, опёрся на дверной косяк рукой. Его лицо исказила презрительная ухмылка.

– Есть разогревать? – еле шевеля губами, пробормотала побелевшая от страха Мирра.

– Есть? Да сыт я. Вот так по горло.

Андрей провёл свободной рукой около шеи.

– Что-то случилось?

Мирра понимала, что несёт чушь, но не владела уже собой. Андрей махнул рукой и ушёл.

Чего только не передумала Мирра в эти страшные часы. И думала сбежать куда-нибудь с сыном. Да куда бежать? Или ещё вариант защиты – отрицать всё. Дескать не она это была. Так Олег не дурак был, помнил её и имя её. Она не называлась тогда псевдонимом. Дура. И даже призналась, что с Ярославля. А Олег на это никак не отреагировал. Ему было по фигу.

Мирра пробралась тихо в комнату. Андрей уже лежал под одеялом на боку, повернувшись лицом к стене. Мирра, еле дыша, забралась под одеяло. Кажется, он спит. Экзекуция откладывалась на завтра. Но охрипший голос Андрей ударил больно в сердце.

– Он всё рассказал. Всё.

Лучше бы он заколол её настоящим ножом. Не было бы таких мучений. И это было ещё не всё.

– Шлюха.

Ночь была самой адской в её жизни. Легче было переспать с каким-нибудь извращенцем или уродцем, выполняя его дурацкие прихоти. Мирра не сомкнула глаз. Она боялась не только за себя, но и за сына.

7

Утром Мирра хотела покормить мужа завтраком, но тот только презрительно посмотрел на неё и ушёл, ничего не сказав. Её мучала неизвестность, неопределённость в поведении Андрея. Ей хотелось поскорее сбежать из их квартиры, теперь, она считала, что это не их квартира, а только его. Он не прогнал её. Пока не прогнал. Может быть, он простит её? Нет. Это невыносимо, ждать чего-то, как будто казни. Прощение вряд ли возможно. Как не передумывала много раз своё положение Мирра, прощение мужа она никак не могла себе вообразить. Но у неё же есть мать, которая примет её в любом случае. Для неё будет непонятным её приезд. Вдруг она всё узнает про её московскую жизнь – Андрей из злобы и мести всё расскажет ей. И такое развитие событий нельзя было исключить. Что она скажет матери? Мы поругались? Она обязательно будет допытываться о причинах ссоры и не успокоится, пока не получит внятного ответа. Что же такое придумать? Сказать, что Андрей изменил ей или ударил её? Это будет слишком подло и жестоко. Она не хотела врать. Рассказать матери всю правду? Вдруг, это убьёт её. У Мирры кружилась голова от бессонницы и тяжёлый мыслей. Она лежала на кровати, свернувшись в позе эмбриона. В окне кружились пушистые с голубоватым отливом снежинки. Мирра нашла в себе силы встать и подошла к окну. Шестой этаж. Внизу не образовалось ещё толком сугробов – ледяная корка, а кое-где и голая коричневая земля. Открыла окно. В квартиру ворвался холодный колючий воздух. Мирра забралась на окно и легко стала в открытом проёме. Её волнистые волосы развевались, а руки неуверенно держались за стойку. Одно движение и через пару секунд конец. Она, скорее всего, и не успеет почувствовать боль. Это выход. Единственный. Иначе она сойдёт с ума. Мирра сделала движение вперёд, осталось только оттолкнуться от подоконника.

– Мама! – закричал сын, который проснулся в своей кроватке.

Сердце сжалось от боли. Что будет с её сыном? Вырастит ли его Андрей? Отец, который не особенно именно им интересовался, привыкший к тому же, что сыном занимались больше жена и бабушки.

Андрей отработал автоинструктором до пяти часов дня. Он катался сначала с молодым парнем студентом, а потом с девушкой Тамарой. Тамара была приятной женщиной и свободной. Она была миловидна и словоохотлива. Она говорила, что работает в турфирме. «Есть ещё приятные женщины в городе. Потом можно будет замутить с ней. Я ей определённо симпатичен», – думал Андрей. Водить у Тамары получалось не очень здорово. Андрей сам нажимал на свои дублирующие педали сцепления и тормоза, чтобы не тратить нервы на нудное обучение клиентки.

О доме Андрей не хотел думать. Вечером он в гараже включил печь с турбо наддувом. Из машины он извлёк пакет с двумя литровыми бутылками водки и закуской. Борис обещал приехать в шесть часов, но обманул, приехав без пятнадцати семь. Он сетовал на то, что получил заказ от постоянного клиента, которого никак нельзя было терять. Пригласили ещё одного знакомого – соседа по гаражу Мишку. Мишке было уже сорок лет с хвостиком. Он работал в охране, а до этого отслужил в полиции на мелких должностях. Это был худой узколицый шатен с простым лицом, как у крестьянина. Он никогда не дружил с Андреем, но пару раз они выпивали в гаражах, а Мишка лет пять назад помогал вытащить Андрею его родственника из ментовки. Дело было пустячное и не стоило выеденного яйца, но Мишка всё же помог. Начали выпивать. Мишка быстро набрался и его пришлось положить в машине. Осталась ещё почти целая бутылка. Мишка много пил, когда работал в полиции, и жёны его кодировали четыре раза. Последняя его жена один раз водила его к колдуну. Так организм Михаила сильно ослабился относительно реакции на алкоголь. Он при случае никогда не отказывался от рюмки другой, но быстро отключался, размякал и засыпал. Из машины доносился храп бывшего полицейского.

– Бедный. Я сочувствую ему, как же ломает людей служба в полиции, – заметил Борис, хрустя солёным огурцом.

– Сейчас тебе кое-что расскажу, что ты мне будешь сочувствовать, – сказал Андрей.

– Мирка тебе изменила?

– Если бы. Это было бы сущей ерундой, по сравнению с тем, что она натворила.

Борис напрягся, ожидая услышать нечто ужасное. Друзья сидели на маленьких складных стульях перед столом с верстаком, на котором разместились выпивка, пластмассовые стаканчики и снедь-закуска.

Андрей всё рассказал и налил водки в стаканы. Выпили молча. Борис занюхнул кусочком чёрного хлеба, а потом отправил его горячий рот.

– Дружище, я так понял – это для тебя огромная трагедия, – сказал Борис.

– А для тебя? Если бы ты оказался на моём месте, ты бы что сделал?

– Не знаю. Если она, как ты говоришь, занималась этим самым делом, значит, она многое умеет.

– Я не понимаю, к чему ты клонишь?

– Как к чему? Ты прикидываешься что ли? Я к тому, что ты ничего такого не замечал, когда был с ней в постели? Она же имеет опыт. Могла показывать какие-то особые штучки.

– Особые штучки?

– Ну да.

Андрей взял початую бутылку пива и отпил из неё.

– Ты какую-то хрень несёшь, дружбан. Штучки какие-то.

– Я понимаю, что ты не любишь рассказывать про интимные подробности своей жизни, но ты можешь сказать просто: замечал что-то странное или нет?

– Ничего я не замечал.

Подумав, Борис решил:

– Она вероятно боялась показать своё мастерство, чтобы не вызвать подозрения.

– Какое на фиг мастерство?

– Ты не ценишь подобные вещи. Зря ты рубишь с плеча. Разведёшься и что дальше? Алименты платить хрен знает сколько лет. Посмотри на меня – перед тобой жертва-алиментщик, донор. Это очень грустно всё.

– И что же мне делать?

– Не гони лошадей. Кто-то говорил, что проститутки лучшие жёны.

– Кто говорил? Ты бы сам женился на проститутке?

– Почему бы нет, если бы она мне давала постоянно и ублажала самыми изощрёнными способами.

– Ну да, ты же чокнутый на этой теме, а я и забыл, хотел получить совет от лучшего друга, а ты прикалываешься.

– Извини. Я уже перебрал и не соображаю, что несу.

На другой день Андрей объявил Мирре об уходе к матери.

– Мне надо подумать, как быть дальше, и что с тобой делать.

Собрав какие-то вещи в спортивную сумку, Андрей ушёл.

Мирра хотела ему предложить остаться. Лучше уйдёт она с сыном, а он пусть живёт в своей квартире. Но её остановило злое лицо мужа. Трудно разговаривать с таким человеком, что-то ему предлагать.

В обед она наконец уснула и долго проспала. Её разбудил сын, который оказывается всё это время был рядом. Он трепал её волосы и улыбался. Хорошо, что с ним ничего не случилось. Вот единственное, что удерживало её на этом свете, что заставляло дальше жить и терпеть удары судьбы.

Надо жить, пусть это и трудно, и больно. У нас есть сын. Может быть, Андрей одумается, утихомирит свою злость и простит её.

Он не звонил ей два дня.

Вечером после ухода из семьи он поехал с Тамарой в ресторан. Им было легко и весело. Андрею казалось, что Тамара какая-то особенная, не такая, как другие женщины. Тамара рассказывала про какие-то фильмы, названия которых ни о чём не говорили Андрею. Он любил только автомобили и всё, что было с ними связано. Такая однобокость нисколько не смущала Тамару. Ей трагически не везло в личной жизни. Два её бывших парня бросили её. Первый не вынес её истерик и выносов мозга, второй был сексуально озабоченный и очень требовательный в постельных делах. Тамара было неприятно удовлетворять его изощрённые сексуальные фантазии, и она периодически восставала против этого безобразия. Это бесило Сашу, так звали её последнего кавалера. В итоге они расстались. Тамара даже была отчасти рада этому. Они не подходили друг другу. Зачем было друг друга мучить. А Андрей просто милашка. Да он помешан на автомобилях и имеет узкий кругозор и что? Это же хорошо. Женат. Да. Это не вечно. Кто у нас в стране долго живёт в браке? Почти все когда-нибудь разводятся. Она и не собирается его уводить из семьи. Это будет мужчина про запас. На случай, если ничего путного больше не подвернётся.

– Поехали ко мне, – предложила Тамара, когда они уже достаточно выпили.

«Так просто, – думал Андрей. – Секс после первой встречи. Впрочем, почему первой, мы же общались уже во время уроков вождения. Мне не помешает в любом случае как-то развеяться, чтобы не свихнуться от всего, что на меня навалилось».

На такси они поехали к Тамаре. Тамара жила в однокомнатной квартире с хорошим евроремонтом. Умеют всё-таки женщины отделывать своё жильё. Постель была уже готова. Тамара включила релаксирующую музыку. Быстро сделать дело, повернуться на бок и заснуть у Андрея не получилось. Тамара ждала от него каких-то ласк и думала, что он, если не умеет удовлетворять женщин, то хотя бы пытается это делать. Она ошибалась. Тамара попробовала расшевелить консервативного автоинструктора оральными ласками, но ничего из этого не вышло. Андрей остался самим собой. Он был рад, когда всё закончилось и поскорее притворился спящим. В голове его копошились мысли-колючки. «Что она творит? Она, что шлюха что ли? Или все женщины спятили и стали шлюхами?»

Второй день отсутствия мужа уже не был таким тяжёлым и страшным. Мирра пришла в себя. Она утром сходила с сыном в церковь, поставила свечки перед иконами и мысленно обратилась к богу за поддержкой. В три часа дня в дверной звонок кто-то позвонил. Неужели Андрей вернулся? Но у него есть ключи. Кто это мог быть? Мирра открыла дверь. На пороге стоял Борис.

– Привет, Андрюха дома?

– Нет его второй уже день.

– Во как. Мирр, я хотел бы с тобой поговорить.

Мирра не понимала, чего от неё хочет дружбан мужа.

– О чём?

– О тебе, об Андрее.

– Проходи.

На кухне Мирра сделала чай. Борис сидел за столом небритый с сальными, мутными, влажными глазками.

– Бери конфеты, печенье, – предложила Мирра и сама села напротив гостя.

– Спасибо.

– Так чего ты хотел?

Борька глотнул чай и съел конфету, обдумывая слова.

– Знаешь, не знаю даже с чего начать. Мы с Андрюхой выпивали в гараже, и он мне рассказал всю историю, которая с вами приключилась. Мне очень жаль.

– Тебе то чего жалеть?

– Он мне всё же друг, а ты его жена.

– И чего же вы порешили?

– Не знаю, что в голове у Андрея. Я, кстати, ему советовал не горячиться. Я тебя понимаю. Андрей он, как это сказать, слишком старомодный что ли. Подумаешь, что у кого-то было в прошлом. Надо жить сегодняшним днём и будущим. Знаешь, Мирр, если тебе понадобится какая-то помощь ты обращайся ко мне.

– Спасибо, Борь.

– Не за что. Мы можем встречаться, если…

– Если что?

– Если вы с Андреем разойдётесь.

– Мы ещё семья.

– Я понимаю, но что будет дальше непонятно.

– Что, значит, встречаться?

– Я в широком смысле имел в виду: общение там, помощь какая-то, да и мало ли чего ещё, мы люди уже взрослые.

Через четыре дня после ухода Андрей вернулся. Он был немного пьян. Лицо его было злым, улыбка ехидной, а глаза налились кровью. В обуви он прошёл на кухню.

– Иди, я говорить буду.

Мирра поплелась за ним. Он сел за стол, она тоже на табуретку у окна.

– Короче. Мы разводимся, – заявил Андрей.

– Сына я не отдам.

– Да, забирай такое счастье себе, на здоровье.

– Мне надо собрать вещи.

– Даю тебе четыре часа. Я пойду, пока погуляю.

Андрей вышел из квартиры. Он ещё раз встречался с Тамарой. Она была для него непонятным человеком. Он уловил выгоду таких встреч, когда никто никому ничем не обязан. Пусть он считает её шлюхой, но она ему будет полезна для удовлетворения его естественных потребностей. Как только ему что-то не понравится, он пошлёт её куда подальше. Тамара ждала его в машине.

– Ну как? Всё решил? – спросила она.

– Да.

В машине играла магнитола, пел Стас Михайлов: «Половинка моя, половиночка». Тамара любила раннего Михайлова.

Андрей не сказал ей, что собирается разводится с женой; а только туманно заметил, что надо решить с супругой какой-то вопрос. Он завёл двигатель. Машина поехала.

– Ты её любишь? – спросила Тамара.

«Какие же бабы всё-таки дуры», – подумал Андрей.

– Ненавижу.

– За что?

– Есть причины.

– А я для тебя, что значу?

– Ты?

– Ты очень хороший человек.

– И всё?

– Это разве недостаточно?

– Ты любишь меня?

– Ты мне нравишься.

– Ты хочешь попользоваться мной, а потом избавиться. Все мужики козлы.

– Любовь – это такая штука, для меня, во всяком случае, для которой требуется время. Я должен получше узнать человека, побыть с ним достаточно времени, чтобы полюбить.

Андрей сам удивился собственной находчивости. Они ехали в торговый центр. Андрей обещал Тамаре купить какие-то сапоги. Она долго объясняла какие, но он толком не мог запомнить какие именно.

Борис помог перевезти вещи Мирре к её матери. Виктория Александровна находилась в предынфарктном состоянии. Она лежала в кровати, а Мирра ухаживала за ней, подносила лекарства и воду; при этом приходилось успевать заниматься сыном, который тоже требовал к себе внимания. Как бы не тряханул мать очередной инсульт.

– Может быть, ты, в конце концов, объяснишь, что у вас произошло? – требовала Виктория Александровна.

– Мама, я сама не понимаю…

– Ты лжёшь.

– Я не смогла удовлетворять его в постели. Я очень уставала, а ему постоянно хотелось. Я виновата. Прости, что всё так получилось.

– Какие же мы бабы все дуры. Может быть, он ещё попытается вернуть тебя?

– Я сомневаюсь в этом.

– Он добрый.

– Не всегда.

Развод должен был состояться в феврале. Андрей был неумолим. Они встретились в маленьком придорожном кафе, чтобы обсудить условия развода. У Андрея было холодное равнодушное лицо. Он ни разу не навестил сына после ухода жены, как будто тот перестал существовать для него. Мирра пила кофе, а Андрей ничего себе не заказал. Они сидели друг против друга. Мирра то и дело виновато прятала глаза, словно она совершила страшное преступление против не только мужа, но и всего человечества.

– Что будем делать с машиной? – спросила Мирра.

– А что мы с ней должны делать?

– Ну, я всё-таки не много ни мало вложила в неё своих двести тысяч рублей.

Андрей зло ухмыльнулся.

– И чего?

– Справедливо было бы продать её и отдать мне деньги.

– Справедливо? Разве ты была справедлива со мной?

– Почему ты спрашиваешь об этом?

– Ты утаила такое, за что тебе не может быть прощения.

– Про такие вещи не принято говорить на каждом углу. Я боялась, как ты это не поймёшь. Да я ошиблась, что не сказала тебе всю правду. Тогда бы у нас ничего и не было бы изначально, но ты ведь мог разболтать об этом другим людям. Я надеялась, что это всё забудется и никогда не всплывёт. Прости меня, если можешь.

– Бог простит.

– Ты не веришь в него.

– И чего?

– Мне очень нужны деньги. У нас же сын, твой сын.

– Это теперь твои проблемы.

– А алименты?

– Ничего ты не получишь.

– Андрей, я имею право. Я могу подать в суд.

– Подавай, но знай, тогда о твоём прошлом узнают все, весь Ярославль. Ты хочешь этого?

Мирра закрыла ладонями лицо, заплакала и выбежала из кафе.

Борис жил в двушке «брежневке» около Волги. Волга была хорошо видна из окон из балкона. Борькина бабушка работала главврачом в одной из больниц Ярославля, а теперь трудилась сторожем на складе. Она разрешила Борьке пожить у неё, так как больше жить ему было негде. Родственники косо смотрели на то, что Борис поселился в этой квартире, так как сами имели на неё виды. Борька не будь дураком сумел влюбить в себя бабушку. Он ухаживал за ней как за любимой дочкой. Бабушка грозилась отписать квартиру на Бориса и возвестить об этом всей родне немедленно. На что Борис успокаивал её, не стоило торопиться, не за это любил и холил любимую бабушку, он может и подождать. А уведомлять родню о таком поступке рано, как бы чего не затеяли против него кровинушки-родимушки. Родня – это такое болото, в котором легко потеряться и пропасть, сгинуть и превратиться в гнилое месиво. Не зря многие прогрессивные люди покидали свои отчие дома в поисках лучшей доли. И Борька мечтал о дороге, о новых городах и друзьях. Пока не женился раз, потом второй. Жёны и думать не хотели о переезде. Бабы, они все какие-то приземлённые в самом глубоком смысле этого слова – держатся за свою малую родину, за мамок, за могилки родные. Не все, конечно, но большинство, которых Борис знал, были именно такие. И позабыл он про новые обетованные земли. Приходилось крутиться в родном городе. Он и Мирра лежали под пледом в его комнате. Слабо горел ночник. Борька ожидал для себя новых открытий в сексе, и так себя предоставлял и так, для каких-то ласк или чего-то ещё, чего он не знал, но Мирка, оказалась хуже его первой жены, легла под одеяло, как бревно, ноги раздвинула, и давай работай парень. А ещё работала в такой индустрии. Неужели там её ничему не научили? Мирра положила голову Борису на плечо. Он погладил её волосы. Борис был хитрым и тактичным, редко показывал недовольство женщинам, с которыми имел дело.