Текст книги "Сестра"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sestra-200971.jpg)
Автор книги: Виктория Данилова
Жанр: Ужасы и Мистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Прошло четыре дня с той телефонной ссоры. Арбатов так больше и не звонил. «Что ж, ну и молчи», – сказала себе девушка, садясь в автобус. Она ехала в Глушиху, и мысли о предстоящем разговоре с матерью вытеснили все остальные переживания.
Неожиданное появление дочери насторожило Марию Федоровну. Обычно Лена заранее предупреждала о своем визите. Даже если не могла дозвониться на мобильник из-за отсутствия связи, которая была лишь за пределами родной деревни. Лена звонила в медпункт фельдшеру и просила сообщить матери о своем приезде. «Наверное, Клавке было лень добежать до меня», – подумала женщина. Но почему-то эта мысль не успокоила. Наоборот – Мария Федоровна почувствовала щемящую душу тревогу, похожую на ту, что охватила ее перед родами дочери.
– Леночка, ты решила сделать мне сюрприз? Я и не ждала тебя совсем. Почему не позвонила? Я бы что-нибудь вкусненького приготовила, – заметно волнуясь, бормотала женщина.
– Привет, мам, – перебила ее Лена. Оставив большую сумку у порога, она прошла в дом.
– Здравствуй, доченька, – Мария Федоровна проследовала за ней.
– Я взяла отпуск. Поживу немного с тобой. Давно не была в Глушихе летом. Слушай, а как здесь красиво, воздух свежий, тишина. Благодать, да и только.
Хоть дочь и казалась безмятежной, женщина почувствовала, как она вся напряжена.
– Вот и правильно. Сколько можно работать. Отдохни, позагорай. Наберись сил. Посмотри, ты такая бледненькая.
– Мам, – вдруг начала девушка и сделала паузу. За эти секунды молчания по телу Марии Федоровны прошел холодок. – Мам, мне нужно с тобой поговорить, – продолжила Лена.
Она сама не ожидала, что вот так вот сразу начнет с главного. Но лучше так, без вступлений и сомнений.
– Я слушаю тебя, – произнесла мать, глядя в глаза дочери.
А они, эти глаза, смотрели прямо в душу, и от этого взгляда, какого-то другого, повзрослевшего что ли, никуда было не деться.
– Давай присядем, – Лена видела, как испугалась Мария Федоровна. Она уже пожалела о том, что начала разговор вот так, с налета. Но отступать уже было поздно. – Давай присядем, – повторила она и, взяв мать под руку, подвела ее к дивану. – Мам, у меня есть сестра. Ты знала об этом?
– Да, – выдавила из себя женщина. – Прости… – она не знала, что говорить дальше и замолчала.
– Я ни в чем тебя не обвиняю, мам. Ты мне расскажи все, я должна знать. Мы должны ее найти, понимаешь? Мы должны узнать друг о друге и жить дальше одной семьей.
– Хорошо, я расскажу тебе все, – Мария Федоровна попросила воды и, сделав несколько глотков начала свою исповедь.
Семья Тимошкиных жила в Пышме. Дед Лены, Анатолий Вячеславович, бросил Марию Федоровну, когда их дочке Наташе исполнился годик. Он по-тихому собрал вещи, пока жена с дочерью лежала в больнице, и ушел, оставив записку с парой банальных фраз о прощении. Официальный развод так и не состоялся. Спустя год Тимошкина получила известие о том, что Анатолий был убит в пьяной драке. Его сожительница переложила все проблемы, связанные с похоронами, на плечи законной супруги. Мария Федоровна нашла в себе силы пережить этот двойной удар судьбы. О втором замужестве она даже и не думала. «Мне никто не нужен. У меня есть дочь, и нам с ней хорошо», – говорила женщина подругам, когда те пытались устроить ее личную жизнь. Прошли годы. Наташа выросла. Все чаще и чаще после занятий в колледже девушка стала оставаться у приятельниц в Екатеринбурге. О ее беременности Мария Федоровна узнала, когда дочь вдруг перестала ездить на учебу. Наташа неделю просидела дома, почти не покидая своей комнаты. На вопрос: «Что случилось»? Был один ответ: «Ничего. Не трогай меня! Могу я просто побыть дома и отдохнуть»? Это «просто» через несколько дней стало проявлять все признаки беременности. Мария Федоровна все поняла.
– Что ж, будешь рожать, – сказала она в конце долгого разговора с дочерью. – Все будет хорошо. Воспитаем, вырастим, – повторяла женщина.
Она не мучила Наташу расспросами об отце ребенка. Если тот не появляется, значит – ему безразлично. Зачем лишний раз травмировать беременную дочь, – решила она. Насильно заставлять жениться или хотя бы признать отцовство женщина не собиралась. Она хотела уберечь дочь от унижений, от той грязи, которая может политься на нее при попытке привлечь к ответственности скрывающегося папашу.
Беременность, по словам врачей, протекала нормально. Наташа носила двойню. Что произошло во время родов – Мария Федоровна так и не смогла узнать. Доказать халатность врачей ей также не удалось. Она благодарила Бога за то, что хотя бы одну из родившихся девочек ей удалось удочерить. Органы опеки посчитали, что двоих ей не потянуть. Вести с ними борьбу у женщины не было ни сил, ни времени. Попросив у Бога прощения, она решила воспитать хотя бы одну. Продав квартиру, женщина уехала из Пышмы. Ей хотелось сбежать подальше от того места, где одна беда сменялась другой, от того окружения, знакомых, соседей, коллег по работе, которые волей или неволей напоминали о трагедии. Мария Федоровна хотела оградить внучку от злых языков, которым рано или поздно захочется рассказать искаженную слухами правду. Лене было годика три, когда они приехали в Глушиху. Дом, который купила женщина, по сходной цене предложил ей друг покойного мужа. Они с женой уезжали к детям, в Питер, поэтому в срочном порядке распродавали имущество. Благодаря помощи этой семьи, переезд и оформление всех бумаг прошли быстро. С тех пор прошла целая жизнь, в течение которой Мария Федоровна пыталась пусть и не забыть те, щемящие душу события, так хотя бы оградить от них внучку. Сейчас, рассказывая подробности, она вдруг почувствовала, что получает облегчение.
Лена слушала ее внимательно. Она не искала в словах матери оправдания, потому что не видела никакой ее вины. Когда мать закончила, девушка обняла ее.
– Как же ты могла с этим жить? Почему ты молчала? Бедная моя мамочка, как же тяжело тебе пришлось! Ты ни в чем не виновата, слышишь? Мы найдем ее и, я думаю, она нас простит. Все будет хорошо, мам, вот увидишь.
– Ты знаешь, у меня как камень с души свалился. Ты права, мы ее найдем. Только я даже не знаю, как ее зовут.
– Тут ты не беспокойся. Я все сделаю сама. Теперь я знаю все подробности, кроме того мне и самой удалось кое-что выяснить, так что, думаю, все получится. Я поживу с тобой недельку и вернусь в Екатеринбург. А пока, давай расслабляться. Теперь между нами нет никаких тайн. Жизнь продолжается.
– Да… похоже, она только начинается.
После этого разговора в доме как будто стало теплее. По крайней мере, так показалось Марии Федоровне. Страх перед мыслью, что девочка вырастет, все узнает и не простит, наконец-то исчез. Женщине нечего было больше скрывать и нечего было бояться. Она впервые за все эти годы могла просто жить и любить жизнь, любить продолжение своей жизни, которое она видела в своих внучках. В том, что скоро их будет две, Мария Федоровна не сомневалась. А уж кто и как из них будет ее называть – мама, бабушка – это не важно.
Лена видела эти перемены, она все понимала и не мешала матери отдыхать душой. Своим присутствием и участием в домашних делах девушка укрепляла уверенность Марии Федоровны в том, что наконец-то и на ее улице будет праздник. Целый день Лена проводила с ней, лишь вечером закрывалась у себя в комнате и, достав подарок Ангелины Яковлевны, снова погружалась в мир чисел.
– Что за черт, – вырвалось у нее однажды. – Ничего не понимаю. Это ошибка. Я где-то допустила ошибку, – девушка отбросила тетрадь с расчетами. – Все. Хватит с этим. Вернусь в Екатеринбург, тогда и продолжу. Надеюсь, что тетя Аня все объяснит мне, она должна найти мою ошибку.
На следующий день Лена проснулась рано. Повалявшись в постели минут десять, она решила пойти на озеро. Все эти дни погода стояла отличная, а ей так и не удалось ни разу искупаться. Прихватив полотенце, девушка вышла во двор. Марии Федоровны нигде не было. «Наверное, уже куда-то улетела моя беспокойная матушка», – подумала она и вернулась в дом.
«Мам, меня не теряй, я на озере. Лена», – черкнула девушка на клочке бумаги. Через минуту она уже шла по знакомой тропинке, ведущей к ее любимому месту у озера. Безмятежное щебетание птиц, запах цветущих растений, приятное тепло солнечных лучей, скользящих по поверхности еще не совсем проснувшейся земли – все это радовало душу. «Как же здесь здорово! Просто рай! Я обязательно привезу тебя сюда», – подумала девушка, вспоминая о сестре.
Подойдя к воде, она скинула обувь и вошла в озеро по щиколотку. Вода оказалась приятно теплой. Шорты и футболка были брошены на землю рядом с полотенцем. Лена окунулась всем телом и поплыла. Удалившись от берега метров на сто, она решила развернуться и увидела на берегу ярко-оранжевую палатку, отделенную от ее любимого места густыми зарослями высокой травы. Девушка не придала этому никакого значения. Сюда, на озеро, летом часто приезжают отдыхающие из Челябинска и Екатеринбурга. Она пробыла в воде достаточно долго, пока не насладилась вдоволь. Выйдя на берег, Лена раскинула полотенце и легла с закрытыми глазами, положив под голову футболку и шорты. Еле слышный всплеск волн, ложащихся на прибрежные камни, приятное солнечное тепло расслабляли организм. Девушка даже начала засыпать, как услышала справа от себя шуршание травы.
– Доброе утро, красавица! – произнес молодой человек, появившийся оттуда. – Такое тело, и без охраны! – продолжал он. По всему было видно – незваный гость сильно пьян.
Лена молча поднялась и стала собирать вещи. «Надо уходить», – тут же решила она. Общение с пьяным представителем мужского пола не сулило ничего хорошего.
– А что это мы вскочили? Куда это мы собрались? – не унимался молодой человек.
– Послушайте, оставьте меня в покое, мне пора, – начала было Лена.
Парень продолжал двигаться в ее сторону и оказался совсем рядом. Девушка почувствовала его дыхание. От новоявленного гостя так разило спиртным, что она невольно сморщилась и прикрыла нос рукой. Этот жест почему-то взбесил незнакомца.
– Что? Что тебе не нравится? Чего нос воротишь? Иди сюда! – он схватил Лену за руку.
Девушка попыталась вырваться, и это у нее получилось. Но разъяренный молодой человек смог обогнать ее. Пошатываясь, он широко расставил ноги и раскинул в стороны свои ручищи, преграждая путь к отступлению. Лена резко остановилась. Глядя по сторонам, она уже хотела закричать. Но парень, накаченный алкоголем, потерял равновесие и упал на колени, аего пятерня успела ухватится за ногу девушки. Лена упала и ударилась головой о камень. Она не почувствовала боли, для нее просто наступила темнота.
А пьяный мачо вернулся к своим друзьям и лег спать. Лишь к обеду он очнулся и вспомнил, что натворил. Вместе с друзьями молодой человек вернулся к лежащей на земле девушке. Они перетащили тело в заросли, убрали кровавый след и даже утопили камень, удар об который оказался смертельным. Ребята были в панике, но делали все предельно аккуратно. Привязав к ногам девушки найденный в зарослях кусок металлической шпалы, они погрузили тело в резиновую лодку и вывезли его на середину озера. К трем часам дня этих любителей отдыха на природе уже не было. В это время начался сильный ливень. Футболка и шорты плавали в луже скопившейся воды, которая окончательно смыла все следы совершенного здесь преступления.
Глава пятая
Первая неделя сентября порадовала жителей Екатеринбурга теплой и достаточно солнечной погодой. Хоть дни и стали заметно короче, они полностью соответствовали тому времени года, которое все привыкли называть «бабье лето». Пожалуй, единственным человеком, не замечавшим всей этой красоты осеннего убранства природы, была Марина Градова. С момента гибели Далаева все дни для нее окрасились в черно-серые тона. Случившаяся трагедия жила в ней одной сплошной болью, от которой не убежишь и не спрячешься. Стена тоски и отчаяния отгородила девушку от окружающего мира. Такая, наполовину добровольная, изоляция чуть не превратила Марину в пациентку клиники, в которой она работала. Благо, Далаев-старший не собирался ее увольнять. Он даже дал девушке время прийти в себя, оплатив ей месячный отпуск. Правда, квартиру сына попросил освободить, объяснив это тем, что ей самой будет там тяжело находиться. Наверное, Георгий Викторович был прав – каждая мелочь в тех стенах напоминала Марине об Алексее. Ланская звала ее к себе, но девушка отказалась.
– Мне лучше пока побыть одной, – сказала она.
Это «пока» длилось уже не один месяц. Сегодняшнее утро не отличалось для девушки ничем. Суббота совсем не радовала перспективой свободного времени. Марина проснулась рано. Один и тот же навязчивый сон повторялся почти каждую ночь. Всякий раз, вырвавшись из его власти, девушка пыталась вспомнить подробности. Но ничего, кроме непонятного множества цифр, в ее голове не возникало. Вот и сегодня очередная безуспешная попытка закончилась тем, что Марина вдруг резко села и громко сказала:
– Все. Хватит. Ты сойдешь с ума. Надо жить, даже если ты этого не хочешь! – приказала она сама себе.
А слезы текли и текли по щекам, и самовнушающая речь сменилась рыданиями. Волна протеста и душевного несогласия с пережитым горем нахлынула с новой силой. Она внезапно, как стихия, прошлась по всему организму, выворачивая душу, после чего так же внезапно отступила. Девушка затихла. Какое-то время она лежала и смотрела на обшарпанную картонную коробку, стоящую у стены. Только сейчас Марина вспомнила, что забрала ее с собой, уезжая из Глушихи. Зачем? Тогда она не понимала этого, да и не помнила о ней, не замечала ее все это время. Девушка вскочила и подошла к коробке.
Через несколько минут на полу было разложено все ее содержимое. Несколько старых учебников, тетрадей, альбом с фотографиями, блокнот, исписанный какими-то цифрами, мобильник, – точно такой же, как лежал на диване, – записная книжка, косметичка и какая-то старая книга. Все это Марина разложила в один длинный ряд. Взяв в руки альбом, она присела на диван. Какое-то время девушка держала его в руках и не решалась открыть. С замиранием сердца была перевернута первая страница.
– Боже, – шептала Марина, рассматривая снимки.
Маленькая девочка взрослела на глазах, превращаясь в молодую симпатичную девушку, которая была точная копия ее самой.
– Боже, у меня была сестра? У меня была сестра? – повторила Марина.
Она снова и снова вглядывалась в лица на фотографиях.
– Как же мы похожи, Боже. Как же так? Почему так? Почему мы не встретились? – Марина перелистывала и перелистывала альбом, словно надеялась услышать ответ от людей, смотрящих с его страниц.
Слез и истерики больше не было. Наоборот, девушка как будто очнулась. Отложив альбом, она взяла в руки мобильник. Конечно, батарея давно села. Марина тут же нашла свой зарядник и подключила к нему телефон, положив рядом свой собственный.
– Надо же, они абсолютно одинаковые, – произнесла она вслух.
Девушка вспомнила, как не хотела расставаться с этой, уже устаревшей моделью. Алексей предлагал ей купить новый, но ответ был один: «Я привыкла к нему, он меня вполне устраивает. К чему мне все эти лишние прибамбасы. Камера есть, интернет есть, связь с миром есть, что мне еще надо».
Марина почувствовала, что в эту минуту, впервые за последнее время, воспоминания о Далаеве не отразились в душе нестерпимой болью, не вызвали истерику. Организм девушки словно включил самооборону, вызывая интерес к тайне ее появления на свет. Она отложила этих электронных близнецов и продолжила осмотр.
– Нумерология, – прочитала девушка вслух название книги, попавшей в руки.
Пролистав страницы, она на минутку задумалась и, как будто что-то вспомнив, стала перебирать сложенные в стопку тетради. Блокнот, Марина искала блокнот.
– Так, – сказала она, положив его рядом с книгой.
Устроившись прямо на полу, девушка внимательно вглядывалась в записи, сопоставляя их с книжным текстом. Она оторвалась от своего занятия лишь тогда, когда онемела поджатая под себя нога. Разминая ее, Марина решила сделать перерыв. Она пошла в ванную. «У меня была сестра, и она увлекалась нумерологией. Все эти цифры, бесконечные цифры… вот почему я видела их во сне. Но кроме них я ничего не помню», – думала девушка, лежа в пенной воде.
– Черт! – выругалась она. – Они должны что-то значить.
Выйдя из ванной, Марина прошла на кухню. Она страшно захотела есть. Проснувшееся чувство голода было первым признаком того, что желание жить потихоньку возвращается.
Два выходных дня пролетели незаметно. Девушка была полностью поглощена изучением вещей, привезенных из Глушихи. Они были частью ее семьи, о существовании которой она узнала так поздно. Они по праву принадлежали ей, они вернули ее к жизни, которая еще недавно, казалось, потеряла всяческий смысл.
****************
Прохладное осеннее утро бодрило. Марина шла пешком по асфальтированной дорожке и глубоко вдыхала слегка влажный, перемешанный с запахом опавшей листвы, воздух. Она не спешила, времени еще было достаточно для того, чтобы насладиться осенним убранством городской природы и успеть на работу.
Сегодня ее ждет встреча с Георгием Викторовичем. Далаев-старший после гибели сына так никого и не назначил на свое его место. Он сам руководил центром, и по понедельникам лично присутствовал на оперативках. Боялась ли она этой встречи? Скорее, уже нет, потому что чувство вины в гибели Алексея вдруг куда-то исчезло. Да и не было никакой ее вины. Это прекрасно понимали и родители Далаева. Георгий Викторович напротив – виновником всего считал себя, так как именно он организовал сыну эту предсвадебную проверку. Девушка не могла знать об этом, потому что до сегодняшнего дня сознательно избегала не только встречи с несостоявшимися родственниками, но и разговоров на эту тему с кем бы то ни было.
После оперативки Георгий Викторович сам попросил Марину задержаться. Когда весь медперсонал сидел в его кабинете, девушка внимательно разглядывала мужчину. Она была поражена тем, как изменился Далаев. Его заметно поседевшая шевелюра уже не была собрана в хвост. Несколько миллиметров, оставшиеся от былой длины волос, были ему к лицу и делали еще больше похожим на сына. Исчезла и та, заставляющая трепетать многих, холодность во взгляде. Мужчина по-прежнему старался держать спину ровно и разговаривать с подчиненными строгим, властным голосом. Но Марина почувствовала, как нелегко сейчас удается Георгию Викторовичу держать марку жесткого, невозмутимого руководителя. Девушке даже показалось, что стоит только всем покинуть его кабинет, как он, будто сдувшийся шарик, обмякнет в своем кресле. Нет, конечно, этого не произошло. Далаев не мог позволить себе предстать перед Мариной слабым и раздавленным. Однако она сумела заметить как, пусть ненадолго, но опустились его плечи, словно в обеих руках мужчины оказался тяжелый груз. Но Георгий Викторович тут же взял себя в руки и во время всей беседы больше не позволял себе такой слабости.
Он, хороший психолог, не мог не заметить перемены во взгляде и выражении лица девушки.
– Марина, – начал он, когда закончились дежурные вопросы. – Я вижу, ты немного ожила. Думаю, тебе сейчас самое время заняться учебой.
– Что вы имеете в виду, Георгий Викторович?
– Я хотел бы, чтобы ты получила высшее образование. Тебя разве устроит всю жизнь бегать на побегушках? Думаю, нет.
– Боюсь, что пока ничего не получится.
– Почему?
– Вы сами знаете, почему. Хотя бы потому, что с поступлением в Медакадемию в этом году я уже опоздала. Да и потом… вряд ли я поступлю на бюджет без хорошей подготовки. А для этого нужно время. И вообще, если честно, я совсем не думала об этом.
– Это все решаемо, – перебил девушку Далаев. – Я помогу тебе. Не смотри так, в моем предложении нет ничего удивительного. – Георгий Викторович сделал паузу. – Марина, у нас с Верой никого не осталось. Мы будем рады, если ты хоть иногда будешь приезжать к нам. Если хочешь, живи в Алешкиной квартире. Мы можем оформить ее на тебя… – Георгий Викторович разволновался.
Первый раз девушка видела его таким растерянным.
– Спасибо, конечно… большое спасибо, но мне и у себя хорошо.
– Не спеши отказываться, ты подумай.
Далаев еще много говорил, убеждая Марину принять все его предложения. Разговор закончился тем, что девушка, поблагодарив за заботу, набралась наглости и попросила отпуск.
– Мне нужно недели две всего-то, – она умоляюще посмотрела на Далаева. – Я не могу вам пока ничего сказать, но это очень важно. Это касается моей семьи.
– Ну, если семьи, то никаких вопросов. Можешь с сегодняшнего дня считать себя отпускницей.
– Спасибо… огромное спасибо, Георгий Викторович! Тогда я побежала?
– Да-да, конечно.
– До свидания, Георгий Викторович.
– До свидания.
Марина вышла в коридор. Кто бы мог подумать, что все так легко и просто. Все решилось само собой.
Со вчерашнего вечера девушка морально готовилась, подбирала слова для разговора с отцом Алексея. Они не совсем чужие люди, и этого разговора было не избежать. Не могли же они и дальше держаться на расстоянии и делать вид, что их ничего не связывает. Марина боялась идти на контакт первой, боялось этим контактом обострить боль еще не пережитой утраты. Просить об отпуске ей вообще было неудобно. Далаев уже и без того дал ей время прийти в себя и смириться с мыслью, что Лешки больше нет. Он дал ей для этого целый месяц. Девушка боялась, что Георгий Викторович не пойдет на встречу, посчитав такую просьбу злоупотреблением их почти родственных отношений. Она весь вечер готовила речь для неизбежного разговора. А оказалось все так просто. Смерть Алексея не разъединила их, а наоборот – стала общей бедой, изменившей отношение друг к другу. Марина почувствовала, что она не одна, что есть люди, которым она стала нужна. И не важно, совершенно не важно, в силу каких причин.
– Спасибо тебе, Господи! – несколько раз повторила девушка, стоя в раздевалке.
Отпуск ей действительно был нужен. Два дня, потраченные на изучение содержимого коробки, привезенной из Глушихи, перевернули все в ее душе. Нет, не могла Марина выбросить все из головы, сделать вид, что не имеет ничего общего ни с хозяйкой найденных вещей, ни с ее жизнью. Конечно, можно отказаться от близких, о существовании которых ты узнаешь так поздно. Отказаться от родных, которых ты никогда не видела, которые почему-то и не пытались искать встречи с тобой… конечно, можно. Можно выбросить найденные вещи и забыть обо всем, оставив лишь обиду за обделенность их вниманием. Можно… конечно, можно, но Марина решила иначе.
«Я должна узнать все о сестре, бабушке и маме. Возможно, Лена еще жива, и ее нужно искать. Я должна это сделать», – сказала она себе. И это нельзя было откладывать на потом, это требует времени. Хватит ли двух недель? Возможно, нет. Но главное начать, а там уже будет видно. Сегодняшний разговор с Георгием Викторовичем Марина приняла как помощь свыше. «У меня все получится», – повторяла она по пути домой.
***************
– Ангелина Яковлевна, – прочитала Марина вслух.
Под этим именем был первый номер в мобильнике Лены.
– Что ж, давайте знакомиться, Ангелина Яковлевна. Начнем с вас, – продолжила она и нажала кнопку вызова.
– Алло, – услышала девушка приятный женский голос.
– Здравствуйте. Мне нужна Ангелина Яковлевна. Я правильно звоню?
В трубке долгое время стояла тишина.
– Алло, вы меня слышите? – Марину почему-то испугало это молчание. – Алло! – повторила она.
– Лена? Это ты? Девочка моя, ты где? – наконец-то послышалось в трубке.
– Простите, это не Лена. Ангелина Яковлевна, меня зовут Марина Градова, мне необходимо с вами встретиться…
– Хорошо, – не дослушав причину встречи, ответила женщина. – Записывайте адрес.
– Минутку, – Марина поискала глазами ручку. – Диктуйте, – сказала она и записала координаты на первой попавшейся странице записной книжки сестры.
В трубке уже послышались короткие гудки. Девушка отключила мобильник.
– Где-то я это уже видела… – произнесла она.
Полистав страницы книжки. Марина увидела такой же адрес напротив фамилии Амосова. «Значит, я не ошиблась», – подумала она. Побросав в сумочку телефон и записную книжку, девушка пошла к выходу. Но вдруг остановилась и вернулась в комнату.
– Я думаю, ты мне тоже пригодишься, – сказала она, глядя на старинную книгу.
Марина спешила. Оказавшись на улице, она поймала такси, и уже минут через двадцать находилась по адресу. Девушка подошла к подъезду и набрала на домофоне номер квартиры. Дверь открылась сразу. Ангелина Яковлевна, похоже, не сомневалась, кто к ней пришел. Марина поднялась на второй этаж. Хозяйка квартиры под номером двадцать шесть уже стояла в проеме приоткрытых дверей.
– Ангелина Яковлевна? – поинтересовалась девушка, хотя не сомневалась, что это она. – Здравствуйте.
– Добрый день, – ответила та и внимательно посмотрела на гостью. – Проходите. Боже, если б я не знала, что у Леночки есть сестра, я приняла бы вас за нее, – говорила женщина, закрывая дверь. – Вы проходите. Вот сюда, в гостиную.
Марина проследовала за хозяйкой.
– Присаживайтесь на диванчик. Вы знаете… – Амосова пыталась вспомнить, как зовут гостью.
– Марина, – помогла ей девушка.
– Да, Мариночка, простите, я не запомнила ваше имя. Я очень волнуюсь, простите. Леночка была для меня, как дочь. Когда она пропала, я думала, что не смогу пережить этого. Это моя вина, я должна была контролировать ситуацию.
– Что значит контролировать, и что за ситуация?
Ангелина Яковлевна рассказала все с начала знакомства с Леной Тимошкиной до момента ее исчезновения.
– Понимаете, я хотела ей помочь. Я хотела ее научить, как правильно использовать нумерологию, чтобы направить свою жизнь в нужное русло. Она ведь узнала, что у нее есть сестра именно благодаря своим расчетам. Возможно, сначала и не доверяла им… но я видела – Леночка начала поиски. Она искала вас, хотя почему-то хотела это скрыть.
– Ангелина Яковлевна, вы хотите сказать, что моя сестра узнала о моем существовании благодаря книге и цифрам?
– Да, именно так. Существует специальная методика, по которой можно прочитать свою жизнь, прошлое, будущее и настоящее. Есть такое сочетание чисел, которое называется «зеркальная судьба». Это чаще всего бывает у близнецов, или тогда, когда связь со своим двойником в другом мире очень сильная. Мы говорили с Леночкой об этом. Не знаю, поверила ли она в существование другого мира, но в существование сестры поверила точно. Она тогда поехала в свою деревню, чтобы поговорить с матерью. Да, чтоб вы знали… Мария Федоровна, она на самом деле ей и вам бабушка. Она вырастила Леночку.
– Я знаю, – сказала Марина. – Мы с мужем, – начала девушка и запнулась на слове муж. – Мы были в этой Глушихе… были в доме Марии Федоровны. Вы не поверите, ездили туда по путевке – экстрим перед свадьбой, проверка чувств и все такое. Дом Илюшкиных теперь что-то вроде гостиницы для влюбленных, а проживание в нем – экзамен на прочность чувств и отношений.
– Это как? – удивилась Амосова.
Марина пояснила.
– Только мы эту проверку не прошли, – подвела итог девушка.
– И кто же первый сдался?
– Да никто не сдавался. Леша… он погиб. Мы с его другом нашли его мертвым в озере.
От нахлынувших воспоминаний у Марины к горлу подкатил комок. Чтоб не дать боли и тоске возродиться с новой силой, девушка жестко сказала:
– И не надо, не соболезнуйте, не жалейте меня. Ничего такого не надо. Вернемся к сестре. Значит, она у вас больше так и не появлялась? А вы пробовали ее искать?
– Зачем? Я знаю, она уже мертва.
– Простите, как вы можете делать такие выводы? Никто не видел трупа, а значит, никто не может утверждать, что Лены нет среди живых.
– Мариночка, я могу делать такие выводы. Кривая ее жизни обрывалась в 2011году. Этого можно было избежать… можно было, но я не успела. Я хотела, чтобы она сама занялась нумерологией, хотела ее научить. Я думала, время еще есть. Но я ошиблась.
– Подождите-подождите… теперь я понимаю, что означает ее запись в блокноте – «нет судьбы». Получается, она и сама это знала.
– Вы видели ее расчеты? – спросила Амосова.
– Да, я нашла ее вещи там, в доме, и привезла их к себе. Ангелина Яковлевна, так получается, что мне тоже недолго осталось? Мы же близнецы, а я и без всяких нумерологий знаю – близнецы долго не живут друг без друга. Если умирает один, значит, второй последует за ним чуть позже.
– Деточка моя, – перебила Амосова, перейдя на «ты» и забыв про все условности. – Девочка моя, ты не принимай все так буквально, не нужно так категорично. Во-первых, вы не жили вместе, вы даже не знали о существовании друг друга. У вас разные фамилии, разные имена, это многое меняет. В нумерологии столько тонкостей… так что рано себя хоронить. Во-вторых, я уже говорила, ситуацию можно исправить, правильно воспользовавшись книгой. Кстати, ты не находила ее среди вещей?
– Нет, – соврала Марина.
– Жаль, ты могла бы все сделать сама, я бы тебя научила. Если позволишь, я могу все сделать и без нее.
– Нет, ничего не надо. Пусть будет все так, как должно быть. Ничего не надо.
– Я понимаю, почему ты так говоришь. Ты хочешь к нему, своему мужу. Что ж, это твое право. Надеюсь, что ты передумаешь, я всегда буду рада помочь.
– Вы знаете, возможно, книгу забрали новые хозяева дома, – зачем-то снова соврала Марина.
– Жаль… но, может, оно и к лучшему, – Амосова задумалась.
– Ангелина Яковлевна, спасибо вам за рассказ о сестре. Времени уже много, мне пора, – девушка поднялась с дивана.
– Вы можете остаться у меня, – предложила Ангелина Яковлевна, снова перейдя на «вы». – Сейчас разогрею вам ужин. У меня сегодня чудный плов получился.
– Нет, спасибо… большое спасибо. Не обижайтесь, но мне пора. У меня еще есть дела, – отказывалась Марина, одевая обувь.
– Ну, тогда заходите как-нибудь… я буду очень рада вас видеть.
– Обязательно, обязательно зайду. До свидания, – девушка вышла за дверь.
– До свидания, – Амосова смотрела вслед сбегающей вниз по ступенькам гостье.
«Боже, как же они похожи, и какие же они разные», – думала она.
****************
– Не так уж все и мрачно, – сказала вслух Ангелина Яковлевна, отложив в сторону листы с расчетами.
Она взялась за них, потому что никак не могла заснуть. После ухода Марины женщина была возбуждена. Мысли о сестрах не оставляли ее. Она невольно сравнивала их. «Нет, Марина Градова, вы не замените мне Леночку», – сделала вывод Амосова. Их внешнее сходство, голос, мимика поражают. Но все же, они абсолютно разные.
Лена, тихая и спокойная, с наивным взглядом, кроткая и открытая, по-провинциальному, простодушная. Она была как кусок пластилина, из которого можно слепить все, что угодно. Ангелина Яковлевна, пустив ее к себе в дом, сроднилась с ней и мечтала воплотить в этом юном создании то, чего не смогла добиться сама. Марина – это совсем другое дело. В ее поведении чувствовалась уверенность и, если ей понадобится, она проявит напористость в достижении своей цели. Как она ловко вела разговор в нужном ей русле. Узнала, что хотела, не больше. Лишняя информация ей ни к чему. От помощи отказалась, потому что привыкла все делать сама. Не терпит жалости и сочувствия к себе, ей это не нужно, это делает ее слабее. Воспитание в детдоме отложило свой отпечаток, приучило ни на кого не надеяться. Это не плохо, это поможет ей добиться в жизни многого. Марина такая же привлекательная, как и сестра. Их обеих можно назвать красавицами. Но и эта красота у них совершенно разная. Лена – милое создание, похожее на героиню Тургенева, а Марина – еще не созревшая женщина «вамп». Возможно, живи они вместе, эти различия были бы немного стерты. Девушки невольно перенимали бы друг у друга недостающие, по их мнению, черты. Но жизнь распорядилась иначе. «Нет, Марина не заменит мне Леночку», – подвела итог своим размышлениям Амосова.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?