Текст книги "Людовик возлюбленный"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lyudovik-vozlyublennyy-7228.jpg)
Автор книги: Виктория Холт
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Все при дворе заметили перемену в молодом короле. Тот был просто пьян от радости и счастья. Придворные ласково улыбались ему и понимающе переглядывались. Брак обещал быть успешным. На следующий день Людовик призвал придворного цирюльника.
– Отрежьте мне кудри, – приказал он. – Я больше не ребенок.
Золотисто-каштановые локоны остригли без сожаления. Людовик надел парик. Теперь ему можно было дать лет восемнадцать—девятнадцать, почти столько, сколько было его жене.
Последующие несколько дней праздновали свадьбу. Фейерверки, иллюминации, танцы, на улицах щедро раздавали вино, и люди могли хоть на какое-то время забыть о своих несчастьях.
– Наш маленький Людовик стал мужем, – говорили они друг другу. – Скоро он избавится от своих министров и будет править один. Благослови его Господь! Вот тогда начнутся для Франции счастливые деньки!
Людовик был их героем, а негодяями – премьер-министр и его любовница, с этим чудовищем, Пари-Дюверне, которого они назначили министром финансов.
Даже Вольтер был счастлив, мадам де Пре представила его королеве, и при дворе была поставлена одна из его пьес. Кроме того, ему назначили пенсию, так что вся его ирония иссякла, и ему ничего не оставалось, как писать панегирики и оды.
Множество представительств от торговцев сменяли друг друга. Как обычно, по традиции пришли торговки с Ле-Аль в лучшей одежде. Они принесли в подарок корзину с трюфелями. «Ешьте их как можно больше, ваше величество, – сказала одна из женщин, – и заставьте его величество съесть их тоже, и как можно больше, ибо они помогут вам иметь детей».
Изящно приняв трюфели, Мария заверила женщину, что выполнит свой долг, а также поведала, что молится о том, чтобы в ближайшем будущем они с королем могли бы дать им дофина.
Людовик, встав на путь супружества, с каждым днем сильнее привязывался к Марии. Это был его первый любовный опыт. Юноша обнаружил в себе чувственность, о которой даже и не подозревал. В отличие от многих молодых придворных стараниями Флери он остался невинным и практически ничего не знал о плотской любви. Теперь Людовик ликовал. Он обнаружил средство получения большего наслаждения, нежели ему могла дать охота или игра в карты, и чувствовал глубокую благодарность королеве – партнеру в этом блаженстве. Их взаимный экстаз делал их одним существом, и это поражало Людовика. На фоне Марии другие женщины казались ему скучными и далекими от совершенства.
Если кто-то говорил Людовику о красоте какой-либо женщины, он резко возражал: «Она хороша собой, но по сравнению с королевой вовсе не так привлекательна».
Флери радовался такому положению дел. Он мог поздравить себя с тем, что был мудр и не позволял королю вступать в любовные отношения до брака. Дело де Ла Тремуй представляло огромную опасность, признавал он, но его удалось благополучно миновать, и теперь Людовик страстно влюблен в свою королеву, а это лучшая гарантия плодовитого брака.
Флери можно было не слушать своих шпионов, докладывавших, сколько ночей король проводит с королевой, так как супруги были неразлучны.
Виллеруа воспитал в мальчике уважение к этикету, и тот не забывал про него даже в горячке первой страсти. Церемония отхождения ко сну короля и королевы проводилась так же тщательно, как и во времена Людовика XIV. Сначала королеву готовили ко сну в ее спальне, а короля – в его. И после того, как приближенные вельможи и дамы удалялись, король шел через Зал зеркал в спальню королевы в сопровождении камердинера.
Его шпагу клали рядом с кроватью королевы, а ее фрейлина задергивала занавеси вокруг ложа, отгораживая их от внешнего мира, после чего уходила.
Утром король должен был, покинув королеву, вернуться в свою спальню для церемонии пробуждения. Существовала конкуренция за право передать одежду короля лично ему в руки.
Это было чудное время. Супруги были постоянно вместе. Королева выезжала вместе с Людовиком на охоту, сидела рядом с ним во время летних пикников. Идиллия продолжалась и зимой, когда они вместо пикников катались на санях. Народ собирался, чтобы посмотреть, как король и королева скользили по льду, обнявшись в санях в форме большой ракушки, украшенной изображениями купидонов. Это зрелище не могло не радовать глаз сентиментальных французов.
– Грядут хорошие дни, – говорили они друг другу. – Дайте ему немного времени, пусть побудет молодым и влюбленным, пусть еще немного продлит свой медовый месяц. А потом он сбросит своих корыстных министров и будет править нами сам. Он хороший и добрый, он поймет наши страдания. Да здравствует наш маленький Людовик!
А Людовик, полностью поглощенный очарованием своей Марии и прелестями любви, не думал о народе. Мария почувствовала себя абсолютно счастливой, когда в Фонтенбло приехал ее отец, который внешне хотя и казался веселым, внутренне был очень напряжен. Она всегда знала о тех тучах, которые нависали над его головой. Станислав продолжал добиваться трона, который потерял. Но сейчас, заверил ее отец, ничто на земле не способно дать ему большую радость, чем видеть свою дочь любимой женой короля Франции.
Мать и отец Марии остались вместе с ней в Фонтенбло на три дня. Даже вечно недовольная Екатерина была довольна. Больше не нужно было бороться с унылой нищетой. Великолепие французского королевского двора покорило их, и то, что центральной фигурой этого двора стала их дочь Мария – не просто жена короля, но любимая жена короля, – было почти сном…
Людовик с родителями жены был очень мил. Он простодушно благодарил их за то, что они подарили ему такую прекрасную дочь, как его королева. Вместе они отправились из дворца Сен-Жермен во дворец Шамбор. Он приказал поменять там мебель и подготовить все для их приезда. Временно он предложил им остановиться во дворце Буррон.
Перед тем как Станислав и Екатерина отправились в Буррон, они горячо обняли свою дочь.
– Не забывай, – шепнул ей Станислав, – что сейчас Францией правит герцог де Бурбон. Не стоит гневить его. Помни также, что ты всем обязана мадам де Пре.
– Я никогда этого не забуду, – прошептала Мария ему в ответ.
– Они твои друзья, король любит тебя. До полного удовлетворения мне не хватает лишь одного. Дофина Франции.
Мария ничуть не сомневалась, что может отплатить Франции добром и дать ей долгожданного наследника.
Глава 4
МАДАМ ДЕ ПРЕ И ГЕРЦОГ ДЕ БУРБОН
Зимой Людовик впервые привез Марию в Марли, великолепный дворец, построенный по приказу Людовика XIV между Версалем и Сен-Жермен.
Марии очень понравилось в Марли, потому что там было потрясающе красиво – дворец стоял среди лесов, а из окон открывался живописный вид на реку.
В лесах было много дичи, и каждый день король с женой ездили на охоту. Вечером они играли в карты и развлекались.
Рядом с ними всегда были герцог де Бурбон и мадам де Пре. Последняя управляла фрейлинами Марии, и отныне посетить короля или королеву можно было лишь с разрешения мадам де Пре.
Если бы Людовик и Мария не были так поглощены друг другом, то они бы заметили, что королевой двора была не Мария, а мадам де Пре, которая, хотя и требовала соблюдения этикета, сама никогда ему не следовала.
Она свободно входила в покои королевы и советовала ей не только что нужно делать, но и как одеваться. Мария, помня наказ отца и собственную благодарность, с готовностью выполняла все, что предлагала мадам де Пре.
По подстрекательству короля все те несколько недель, что они были в Марли, Мария азартно играла в карты. Общий карточный долг двести тысяч ливров казался ему шуткой.
– Двести тысяч ливров! – вскричала Мария. – Это же целое состояние. Когда моя семья была в Виссембурге, мы могли бы прекрасно жить на эти деньги долгое время.
Людовик пришел в восторг. Он сказал жене, что теперь ей нет никакой нужды переживать о потере двухсот тысяч ливров. И чтобы доказать это, они будут столь же азартно играть и завтра вечером.
Мария как-то наткнулась на трех из своих фрейлин – герцогинь д'Эпернон, де Бетьен и де Таллард. Фрейлины сплетничали и, когда заметили ее, тут же замолчали. Мария очень захотела как можно больше узнать о придворной жизни и решила, что эти женщины могут ей в этом помочь.
– Не замолкайте при каждом моем появлении, – сказала она им. – Я хочу присоединиться к вашему веселью.
Фрейлины пытались выглядеть невинно, но им это не удалось. Когда Мария настояла на том, чтобы они сказали ей, о чем говорили, фрейлины признались, что обсуждали дела герцога де Ришелье, который считался самым большим повесой всех времен и народов. Ведь он был такой красивый. Мария, которую в Виссембурге воспитывали в строгости, не сразу поняла природу тех приключений, которыми прославился герцог де | Ришелье.
– Мы говорим о дуэли между маркизой де Нельс и мадам де Полиньяк, – в конце концов объяснила мадам де Таллард.
– Дуэли между женщинами!
– Да. На пистолетах. Понимаете, они обе были безумно влюблены в герцога де Ришелье и решили стреляться.
– Как… бесстыдно! – сказала королева.
– Но, ваше величество, такое случается, – пробормотала герцогиня д'Эпернон.
– Надеюсь, что при нашем королевском дворе никогда не будет происходить ничего столь же непристойного. Я хочу, чтобы мои придворные дамы жили целомудренно и показывали всем пример. Скажите мне на милость, а подобные постыдные вещи все еще происходят сегодня… здесь? – Мария поджала губы и выглядела очень недовольной. – Надо поговорить об этом с мадам де Пре.
Герцогиня де Бетьен пыталась скрыть улыбку, но ей это не удалось, и в душу Марии закрались шокирующие подозрения. Мадам де Пре и герцог де Бурбон очень дружны между собой. Их то и дело видели в компании друг друга, и, похоже, они были без ума друг от друга.
– Какие отношения между герцогом де Бурбоном и мадам де Пре? – В голосе Марии чувствовалось напряжение.
– Ну, всем известно, что мадам его любовница.
– Но… у мадам де Пре есть муж…
Фрейлины непонимающе посмотрели на свою королеву.
Мария поняла, что при замечательном королевском дворе происходит много такого, о чем она не имеет ни малейшего представления.
Она была глубоко шокирована. Ее первым порывом было послать за мадам де Пре и сказать ей, что эту постыдную связь необходимо прекратить. Но ведь дело касалось герцога де Бурбона, премьер-министра Франции, и мадам де Пре, чья власть сделала Марию тем, кем она является.
Мария поняла, что придется поступиться собственными принципами. Отношения между этими двумя влиятельными людьми ей придется принять, даже если в душе она их не одобряла и осуждала.
Это были судьбоносные дни для Людовика и Марии. Перед ними были их жизни, и судьба предлагала им на выбор два пути. Им давалась возможность изменить судьбу Франции, но оба были слишком молоды, слишком неопытны – Людовик слишком ленив, а Мария слишком прозаична, – чтобы выбрать тот путь, который привел бы Францию к славе. Красота юного короля завоевала сердца его подданных, а совершенство манер заворожило их. Народ Франции ждал, что Людовик принесет стране процветание, и, поскольку он был молод, они не просили от него невозможного, люди готовы были терпеливо ждать. Они просили лишь о том, чтобы он правил справедливо, принял во внимание их страдания и использовал свой несомненный талант на пользу государства и его граждан.
Людовик же всегда был готов к удовольствиям, которые давали охота, игра в карты и супружеское ложе. Во всем остальном король полагался на своих гувернеров и наставников, он не желал ничего знать о своем народе и хотел только одного – наслаждаться жизнью. Народ мог простить ему все, пока он был молод, но уже приближался возраст, когда придется нести ответственность за свои поступки.
Что касается Марии, Людовик продолжал страстно желать ее и готов был во всем угождать. Пока Мария была в состоянии удовлетворять его потребности, она могла быть его доверенным лицом и советником. Но юноша становился все ненасытнее. Было ясно, что вскоре он перестанет довольствоваться одной женщиной. Более опытная женщина давным-давно укрепила бы свои позиции, пока еще была возможность.
Но Мария доверяла коварному и хитрому герцогу де Бурбону и всячески потакала амбициям его любовницы. Она полностью игнорировала человека, которого больше всего любил и уважал Людовик. Король, в отличие от королевы, понимал, что гораздо лучше в государственных делах разбирался Флери, епископ Фрежюсский. К тому же он был бескорыстен.
Мария знала, что герцог де Бурбон и его правая рука, Пари-Дюверне, вместе с мадам де Пре искали возможность свергнуть Флери с занимаемой должности, так как было ясно, что он может оказывать на короля все более усиливающееся влияние. Например, с Людовиком невозможно было говорить о государственных делах, если при этом не присутствовал Флери.
Мадам де Пре сказала:
– Это войдет в привычку его величества. Месье де Флери принадлежит ко временам детства короля, и по доброте душевной он привык доверять ему.
– В душе король добрый и преданный, – простодушно замечала Мария, так как эти качества короля особенно ей нравились. Когда она осталась наедине с королем, то обсудила с ним его министров и вдруг спросила:
– Людовик, а как ты относишься к месье де Флери?
– Очень люблю, – ответил король.
– А к герцогу де Бурбону?
– О… – Людовик пожал плечами. – Тоже.
Король сказал об этом таким тоном, что Марии стоило бы понять, как необходимо укрепить дружеские отношения с наставником короля, несмотря на раздражение герцога де Бурбона и его любовницы. Но в доме отца-изгнанника Марию не обучили дипломатии, и она мало что понимала в искусстве нашептывания и скрытых намеков, коим французские придворные владели в совершенстве.
У мадам де Пре был план, результатом которого должно было стать изгнание Флери.
– Он же вставляет палки тебе в колеса, – твердила она своему любовнику, – и понятно, чего добивается этот хитрец, собирается занять твое место. Я не успокоюсь, пока он не получит письмо с печатью.
– И как вы собираетесь его убрать? Не забывайте, король доверяет ему.
– Посредством королевы.
Бурбон улыбнулся. Его любовница умела удивить его.
– У вас есть письмо от кардинала де Полиньяка, – продолжала мадам де Пре, – которое представляет прямую угрозу для Флери. Оно выставляет его в очень нелестном свете, не правда ли? И оно правдиво. Флери добивается двух вещей: шапки кардинала и возможности управлять Францией. Он хочет стать очередным кардиналом Ришелье или Мазарини. Письмо нужно показать королю, когда рядом нет Флери, чтобы тот не мог защищаться. А затем вы обсудите планы Флери вместе с Людовиком и разъясните мальчику, чего добивается его наставник.
– Но как переговорить с Людовиком в отсутствие Флери – вот в чем задача.
– Думаю, – сказала мадам де Пре, – наша дорогая королева может нам в этом помочь. В конце концов, она всем обязана нам.
– Что вы предлагаете?
– Чтобы королева пригласила Людовика в свои покои, и, когда он придет, вы передадите ему письмо.
– А что, если об этом пронюхает Флери и попытается присоединиться к нам? Вы же знаете, он ходит за Людовиком по пятам.
– Его просто не пустят в покои королевы. Мария его недолюбливает и с удовольствием согласится помочь нам. Разве она не в долгу перед нами?
– Вы гений, моя дорогая.
– Действительно нужно быть гением, чтобы занять высокий пост при дворе и сохранить его, мой дорогой.
Когда Людовик по просьбе королевы пришел в ее покои, он сильно удивился, застав там герцога де Бурбона. Когда герцог вытащил из кармана какую-то бумагу и сказал, что король должен это прочесть, к его удивлению примешалось еще и недовольство.
Людовик прочел обвинения в адрес Флери. Они вызвали в нем гнев, так как он был уверен, что все это гнусная клевета. Король был раздражен тем, что его заставили принять и прочесть этот документ хитростью. Если герцог де Бурбон хотел показать ему письмо, то это должно было происходить в совете, где присутствовал бы сам Флери и мог ответить на все обвинения в свой адрес.
Людовик редко гневался, он сдержался и сейчас, просто сложил бумагу и вернул ее герцогу де Бурбону.
– Ваше величество, могу я поинтересоваться вашим мнением о том, что изложено в письме? – спросил герцог.
– Нет, – коротко ответил король.
– Но, ваше величество… если эти обвинения справедливы, разве вы не соизволите отдать некоторые приказы?
Если бы при этом присутствовала мадам де Пре, она бы взглядом предупредила своего любовника. Герцог заикнулся о том, что Людовик не принимает собственных решений и во всем слушается советов министров, как было до его совершеннолетия.
– Я приказываю, чтобы все оставалось как есть, – проговорил король.
Бурбон не смог скрыть своей заинтересованности. Сердце Марии забилось от страха, что король заподозрил и ее.
– Ваше величество… недовольны… мной? – пробормотал Бурбон, не в силах удержаться.
– Да, – резко ответил король.
– Ваше… ваше величество продолжаете полностью доверять месье де Флери?
– Да, именно так.
Теперь испугался герцог.
– Ваше величество, – начал он. – Я отдам за вас свою жизнь. Если я сделал что-то не так, я молю вас о прощении.
Людовик ненавидел сцены. Они портили ему настроение, редко делая кому-то выговор, он все-таки предпочитал, чтобы это сделал кто-нибудь другой. Ему не нравилось, что королева поставила его в такое положение. Но вместо того, чтобы показать свое недовольство Марией и герцогом, он быстро зашагал к двери. Мария задрожала от страха. Людовик притворился, что не заметил этого.
У Флери были друзья среди придворных. Среди них были люди, которые видели, какое уважение и любовь заслужил он у своего ученика. Они верили, что герцог де Бурбон и его напыщенная любовница не могут править вечно. Их правление будет продолжаться, лишь пока король еще слишком молод, слишком неопытен, чтобы понять: они оба ничего не стоят.
Поэтому, когда Бурбон пришел к королеве и королева попросила Людовика присоединиться к ним, об этом немедленно сообщили Флери. Тот знал о существовании написанного Полиньяком письма, и, разгадав план Бурбона, Флери поспешил в покои королевы, потребовав, чтобы его провели к ней.
– Месье де Флери, сейчас у королевы король, – ответили стражники, – и месье герцог с ними. Нам дали приказ не пускать никого, даже вас.
Это было оскорблением, которое он не мог стерпеть. Если такой приказ дал король, значит, Флери не добиться того, к чему он стремится: ему никогда не стать премьер-министром Франции. С другой стороны, этот приказ мог быть результатом интриг его противника.
Флери проявил дальновидность, в отличие от Бурбона, он пришел к выводу, что если победит соперник, то тогда его, Флери, вынудят покинуть королевский двор. В том случае он ничего не потеряет и сохранит свою честь, если уйдет сам. С другой стороны, Людовик может не поверить клевете Бурбона, он еще больше разозлится на герцога, если Флери уйдет.
Флери бегом помчался в свои покои и быстро написал письмо королю. В нем говорилось, что так как его не пустили к его величеству, то, видимо, Людовик больше не нуждается в его услугах. Поэтому он решил покинуть королевский двор и присоединиться к мирной жизни монахов. Он покидает дворец немедленно, так как его сердце не сможет пережить боль прощания.
Письмо привело Людовика в замешательство. Флери уехал! Но как он будет вести дела без Флери? В решении всех важных вопросов король всегда полагался на своего наставника.
Юноша был напуган. Он закрылся в своих покоях и горько плакал. Он злился на герцога и его любовницу-интриганку, злился на жену, чей глупый поступок привел к такому плачевному исходу. Людовик впервые критиковал Марию. Он гневился и во всем обвинял ее. Если бы не ее глупый поступок и нарушение придворного этикета, то им не удалось бы перехитрить его и король не оказался бы в положении, из которого он не видел выхода. Людовику было всего шестнадцать, у него не хватало опыта, который как раз требовался в такой ситуации, и он боялся, что Мария могла бы позволить Бурбону использовать его в своих интригах.
– Глупая женщина! – бормотал король, он удивлялся, как могла так поступить она, Мария, которая еще совсем недавно казалась ему совершенством.
Людовик не мог долго оставаться в своих покоях. Он должен был решить, что будет делать, и, поскольку не знал, что делать, король послал за человеком, которому он в последнее время стал доверять: за месье де Мортемаром, начальником королевской опочивальни. Людовик приказал месье де Мортемару закрыть дверь и отпустить стражу, так как хотел поговорить с ним о личном деле. Юноша рассказал о затруднительном положении, в которое попал.
– Здесь замешана королева, – сказал он. – Месье герцог – премьер-министр, а месье де Флери – всего лишь мой наставник.
– Но, ваше величество, – закричал Мортемар, – какая разница, что месье герцог – премьер-министр, а месье де Флери – всего лишь ваш наставник. Вы-то ведь король.
Мортемар был одним из тех дальновидных придворных, которые понимали значение Флери, и поэтому всегда был готов защитить наставника от премьер-министра.
– Если бы вы были на моем месте, что бы вы сделали? – спросил Людовик.
– Я бы приказал месье де Флери немедленно вернуться. Я бы… Думаю, на месте вашего величества, если позволено будет так выразиться, приказал был месье герцогу написать Флери письмо с просьбой вернуться.
На лице Людовика появилась улыбка. – Думаю, я приму ваше предложение, – ответил он.
Мария была напугана. Флери вернулся ко двору, и король всячески выражал свою привязанность к старику, а с герцогом и его любовницей был подчеркнуто холоден.
Но это еще не все. Поменялось отношение короля и к Марии. Она часто замечала, как он критически смотрит на нее, будто находит то, чего раньше не замечал.
Мария понимала, что она не красавица. Она всегда знала, что непривлекательна, пока Людовик не убедил ее в обратном. Он все еще проводил с ней ночи, приходя к ней в спальню сразу после церемонии. Его камердинер нес шпагу короля, клал ее возле постели королевы, а затем помогал Людовику снять рубашку и ночные туфли. Но что-то изменилось в их любви. Юношу еще радовали утехи страсти, но он сделал для себя еще одно открытие. Его интересовал сам процесс, и наслаждение мало зависело от женщины, с которой он его разделял. Его молодость, неопытность и слишком раннее взросление вовлекли его в заблуждение, любовь начала остывать. Это ужаснуло королеву.
Флери не мог успокоиться, пока не избавился от всех своих врагов при дворе. Он не включал в этот список королеву, так как конечно же от нее он избавиться не мог. Флери считал ее глупой женщиной, слепо цепляющейся за герцога де Бурбона, не видевшей, что власти герцога приходит конец. Герцог и его любовница вовсе не любили Марию. Они просто использовали ее с самого начала, а она, глупышка, не замечала этого.
Флери полагал, что нет нужды искать расположения королевы. Когда-то он считал, что она сможет достичь влияния среди придворных, но теперь стало ясно, что ей никогда этого не добиться. Людовик отвернулся от Лещинской. Вскоре у него появится любовница, и Флери надеялся, что не одна. По мнению Флери, любовницы – это конечно же зло, но меньшее, чем одна любовница.
Он изо всех сил старался вытеснить Бурбона со двора. Настал черед самому встать у руля, тем более что король доказал свою приверженность к нему. Чем быстрее Бурбон, Пари-Дюверне и мадам де Пре канут в небытие, тем лучше.
Мария попросила совета у старого маршала Виллара, кому, по ее мнению, можно было доверять.
– Король любил меня когда-то, – сказала она срывающимся на рыдания голосом. – Боюсь, что он больше меня не любит.
Старый маршал грустно посмотрел на Марию.
– Понятно, мадам, – начал он, – что чувство короля по отношению к вам изменилось. Не стоит печалиться из-за этого, но не забывайте о том, что при дворе много женщин, готовых использовать подобную ситуацию.
Напуганная королева ничего не могла поделать и обратилась к самому Флери.
– Мадам, вы так явно поддерживаете тех, кто не мил королю, – упрекнул он ее.
– Вы говорите о месье герцоге и мадам де Пре?
– И еще о месье Пари-Дюверне.
– Но что они такого сделали? Почему я вдруг должна перестать любить своих друзей? – всхлипывала Мария.
– Из-за Пари-Дюверне в стране началась инфляция. Изданные им законы повергли мануфактуры в хаос. Герцог и его любовница заботятся лишь о собственных интересах, но отнюдь не о процветании Франции.
– Как я могу пойти против них, если они мои друзья?
Флери изнуренно улыбнулся.
– Возможно, они когда-то и были вашими друзьями, – ответил он, – но больше они ими не будут.
Это действительно так, думала Мария. Ее волшебный брак был всего лишь результатом намерения двух честолюбцев прийти к власти.
Мария умоляюще взяла Флери за руку.
– Я вижу… я вижу, что король охладел ко мне, – сказала она.
Флери взглянул на нее, и в глазах его было легкое сожаление.
– Этого, мадам, я не в силах изменить, – сказал он.
Помощи ждать было неоткуда. Мария не могла рассказать родителям, что происходит с ее браком. Они считали, что волшебство все еще продолжается, они верили в «счастливый конец».
Королевский двор ждал. Все понимали, что ждать осталось недолго, так как Флери становился все нетерпеливее, а Людовик все больше и больше полагался на советы своего наставника.
В народе назревало недовольство правлением герцога и его любовницы. Каждый день в Париже проходили демонстрации с требованиями снизить высокие налоги и цены на хлеб. По каждому удобному случаю народ винил во всем герцога де Бурбона, его любовницу или министра финансов.
Вдруг король будто бы забыл о своей вражде с герцогом де Бурбоном; он начал часто и дружественно его принимать. Однажды летом Людовик решил поехать в Рамбуйе и поохотиться там в течение нескольких дней. Когда карета, которая должна была доставить его туда, подъехала и Людовик уже собирался в нее сесть, он увидел среди придворных герцога де Бурбона.
– Вы присоединитесь ко мне в Рамбуйе, – сказал он Бурбону, приветливо улыбаясь. – Не опаздывайте. Будем ждать вас к ужину.
Бурбон покраснел от удовольствия; его глаза вспыхивали, когда он встречался взглядами с Флери или другими своими врагами. «Видите, – будто бы говорил он, – вы думали, что мне уже конец. Но вы забываете, что я принц крови. От меня будет не так-то просто избавиться».
Бурбон уже садился в карету, когда к нему подошел герцог де Шаро.
– Месье герцог, – сказал он. – Я получил приказ его величества передать вам вот это.
Бурбон уставился на бумагу в руке де Шаро. Он взял письмо, и душа его замерла от страшного подозрения. На мгновение кровь отлила от лица герцога. Прочитав, он понял, что его подозрения подтвердились.
«Приказываю вам немедленно, если опасаетесь наказания за непослушание, переехать в Шантильи и ждать там моих дальнейших распоряжений. Людовик».
Так герцог узнал о своей отставке, это стало первым примером демонстрации методов молодого короля. Людовик любыми средствами стремился избегать неприятностей. Все, кто видел, как Людовик дружелюбно улыбался Бурбону, перед тем как сесть в карету, были поражены его поступком. Премьер-министру был нанесен самый страшный удар, какой только можно было нанести честолюбию царедворца.
Королева пребывала в унынии. Отставка ее друзей! Она сочла бы себя предательницей, если бы не попыталась защитить их. Король спокойно слушал ее.
– Мадам, вы напрасно тратите время, – сказал он.
– Но, Людовик… они мои друзья!
– Ты глупо поступила, сдружившись с такими людьми.
– Но… они так хорошо ко мне относились. Когда я впервые появилась при дворе…
– Когда ты впервые появилась при дворе, ты уже была королевой. Если бы ты вела себя с достоинством, подобающим твоему статусу, то не позволила бы этим людям управлять тобой. Ты должна понять, что герцог де Бурбон больше не премьер-министр. Думаю, что и мадам де Пре долго при дворе не продержится. А ты, Мария, будешь выполнять мою волю, которую будет тебе сообщать епископ Фрежюсский.
– Людовик, разве ты не будешь повелевать мною?
Король улыбнулся ей почти с нежностью, но не потому, что почувствовал к ней нежность, а потому, что увидел, что Мария на грани истерики.
– Все хорошо. – Людовик похлопал ее по руке. – Мы избавили королевский двор от тех, кто вредит государству. Народ будет рад, что мы поступили жестко.
Мария, совладав с собой, согласно кивнула.
Неужели уже никогда не вернется их медовый месяц?
Пока Флери не был официально назначен премьер-министром, но фактически власть уже перешла к нему. Первым делом он посадил Пари-Дюверне в Бастилию, а мадам де Пре выслал в ее замок в Нормандии. Отправляясь туда, мадам проклинала Флери и свою судьбу.
Народ ликовал. Уже первый закон отменял пятикратный налог, непосильным бременем лежавший на их плечах. Простые люди верили в то, что освобождение от Бурбона и его любовницы вернет Франции процветание. День, когда герцог удалился в Шантильи, отмечала вся столица.
Пытаясь смириться с тем, что муж разлюбил ее, Мария стала находить утешение в еде. Ее аппетит удивлял всех. Она поглощала неимоверное количество еды, никому и ничему не позволяя отвлекать себя от долгих трапез. Однажды, съев сто восемьдесят устриц, королева выпила такое количество пива, что слегла с острым несварением желудка. Многие решили, что она подхватила лихорадку. Людовик в это время был на охоте. Вернувшись во дворец уставшим и голодным, он съел огромное количество инжира, грецких орехов и запил эту еду большим количеством холодного молока. Ему тоже стало нехорошо.
По Парижу пополз слух: «Король и королева заболели лихорадкой. Оба! Уж не отравили ли их?» Король, однако, вскоре выздоровел, а Мария провалялась в постели несколько дней. Во время болезни Людовик навестил ее. Его сочувствие казалось ей возрождением их былой любви. Мария воспрянула духом. Она надеялась, что теперь, когда герцог де Бурбон и мадам де Пре благополучно изгнаны, а кардинал Флери заботится о процветании Франции, король, может быть, забудет о своем разочаровании. Людовик был рядом, и в будущее счастье верилось легко.
Чуть позже по стране разнеслось радостное известие: королева беременна.
Перед Флери стояли центральные задачи: поддерживать мир и снизить расходы страны. Хотя он и вступил в должность уже в возрасте семидесяти двух лет, новый премьер-министр отличался поразительной энергичностью и собирался проработать на своем посту не меньше двадцати лет. Придворные прозвали его за глаза «ваше бессмертие».
Распустив сторонников герцога де Бурбона, Флери с большой осторожностью набирал собственных министров. Особо полагался он на Шавелье, которого назначил хранителем печатей и государственным секретарем по внешней политике, и на Орри, ставшего генеральным инспектором финансов. Эти двое полностью поддерживали Флери, и вместе они образовали грозное трио: коварный и осторожный Флери, Шавелье с его великолепным чувством юмора и острым языком, и Орри, амбициозный человек, суровый взгляд которого могли выдержать лишь самые храбрые.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?