Читать книгу "Теперь ты наша"

Глава 5

Я прикусываю палец вместе с ногтем. Изо всех сил держусь, чтобы не грызть, а прото прикусывать.

Клц-клац-клац. Звук немного успокаивает. Клац-клац-клац.

Меряю шагами свою комнату.

Я не пойду в этот клуб. Душ приняла и волосы завила… Ну, просто потому что.

Нет, не просто.

Я прикидываю, какие могут быть последствия того, что я не приеду.

Ну вот что они мне сделают? Ворвутся в дом и склонят меня к сексу? Изнасилуют?

Что-то подсказывает мне, что насиловать они точно не станут, но смогут сделать так, что я добровольно отдамся им. А потом буду есть себя поедом за свою слабость. Такие, как братья Царевы, скорее применят коварство, чем силу. Именно по этой причине мне нельзя в “Спейс”. Категорически нельзя. Ни под каким предлогом.

Внезапно мой телефон начинает звонить.

Диана.

От нее со вчерашнего дня ни слуху, ни духу.

– Ди? – отвечаю на звонок.

– Вита, ты будешь в “Спейсе”? – спрашивает она, причем почему-то шепотом.

– Что? Нет, конечно!

– Слушай, братья отжали у меня телефон. И кошелек. Но согласились взять меня с собой в “Спейс” сегодня вечером. Мне очень надо с тобой увидеться. Вит, приходи, ладно? Вот черт! Тимур идет, – шипит она.

– Ты что здесь… – слышу голос одного из братьев, а потом звонок резко прерывается.

Встав у окна, убираю телефон на ночной столик, а сама нервно дергаю ногой.

Пойти или не пойти?

Что, если Диана с ними в сговоре? Или если они заставили ее позвонить мне и сказать все то, что она сказала?

А что, если произнесенное подругой правда?

Ну и чем я помогу ей, а? Телефон у них отожму? Или, может, заставлю их сменить гнев на милость?

Прости, подруга, но в клубе меня не будет. Да, это, возможно, эгоистично, но я не собираюсь больше сталкиваться с братьями Царевыми. Вместо этого я придумываю план поинтереснее и, схватив телефон, набираю знакомый номер.

– Привет, красавица, – елейным голосом произносит Макс.

– Привет. Слушай…. Э-э-э… тут такое дело…

– Ну говори, не стесняйся, – подталкивает меня он.

– Макс, мне надо где-то перекантоваться эту ночь. У меня… короче… ну, так сложились обстоятельства. А подруга не может принять, поэтому… Ты единственный, кому я так доверяю.

– Ой, зря, красавица, – тянет он с улыбкой в голосе. – Ой, зря. Но, конечно, да, давай.

– Только пообещай, что я просто переночую, и никаких поползновений.

– Ох, Виталина, ты буквально кастрируешь меня, – смеется Макс. – В котором часу тебя забрать?

– Уже можно забирать, – выдаю радостно и хватаю с подставки под письменным столом свой рюкзак.

– Считай, что я уже у твоих ворот, – отзывается Макс и кладет трубку.

Быстро закидываю в рюкзак зубную щетку, умывалку, крем для лица. Потом переодеваюсь в джинсы и толстовку, накидываю дутую жилетку, на ноги угги.

– Далеко собралась? – спрашивает заспанная мама, выплывая из своей комнаты в плюшевой пижаме и теплых вязаных носках. Она зевает, широко открыв рот. – Там машина какая-то подъехала.

– Это… гм… Макс. Он отвезет меня к Диане. Она попросила переночевать у нее. Родителей нет дома, и ей страшно.

– У нее же, кажется, есть братья, – хмурится мама.

– Есть, но… сама понимаешь, они взрослые, не будут присматривать за сестрой. А парня ей не разрешают приводить. Вот она и попросила меня приехать.

– Ясно, – кивает мама. – Поезжай. Только осторожно там.

– Как всегда, мамуль, – улыбаюсь и, чмокнув ее в щеку, выхожу на улицу.

Набросив на голову капюшон, быстро пересекаю двор и выхожу на улицу. Макс стоит, прислонившись бедрами к своей тачке. Курит, глядя на меня своим наглым взглядом, в котором, как всегда, отчетливо читается вызов.

Макс – типичный мажор, который привык к женскому вниманию. А я для него как вызов. Как девушка, которая не повелась ни на чувственные пухлые губы, ни на пронзительные голубые глаза, ни на болтовню его бестолковую, ни на деньги его родителей, которыми он швыряет в разные стороны, чтобы покорять девушек. Вот Максу и стало интересно со мной, потому что подход ко мне он так и не нашел. Привычные ему способы не мне не работают.

Мы познакомились в клубе, и оказалось, что он учится в том же универе, что и Ди. Разговорились сначала втроем, потом парень Дианы подключился, и как-то так само собой вышло, что до конца вечера я была рядом с Максом.

Не получив желаемого в первую же ночь, Макс теперь не может успокоиться. Он не теряет надежды затащить меня в постель. Или на заднее сиденье своей спортивной тачки. Его разобрал такой азарт, что он готов тащиться за мной на край света, только бы уже закрыть этот гештальт.

– Привет, красавица, – подмигивает он и прячет свой вейп в кармане черных джинсов в обтяжку.

Идет ко мне походкой ленивого хищника. Но от хищника в нем только взгляд, как по мне. Хотя я могу ошибаться, воспринимая Макса слишком уж безопасным.

Макс наклоняется и целует меня в щеку, но умудряется задеть уголок губ.

– Готова ехать? – спрашивает он нарочито бархатным голосом. А я сжимаю губы, чтобы не высмеять его потуги быть сексуальным. Киваю. – Тогда помчали.

Он усаживает меня в машину, и мы отъезжает от двора.

– Хочешь, завеемся куда-нибудь? – спрашивает Макс, бросая на меня взгляд. – В клубешник. Ресторан. Куда угодно. Выбирай. Я буду развлекать тебя без лимита. Куда тебе хочется?

Я улыбаюсь, глядя на профиль Макса, а потом перевожу взгляд на дорогу, и моя улыбка вянет.

– Это что за хуйня? – хмурится Макс, замедляясь.

Мы подъезжаем к трем огромным черным джипам, перекрывающим нам дорогу. Мне не надо даже думать, чтобы понять, кто сидит в этих джипах.

– Макс, у тебя быстрая тачка? – спрашиваю хрипловато, не моргая, глядя на джипы.

– Охуенно быстрая, – отзывается он.

– Тогда резкий разворот и сваливаем отсюда. Я покажу дорогу.

Внезапно фары джипов вспыхивают, и Макс резко тормозит, а потом делает разворот, и мы срываемся с места.

Если они нас догонят, мне конец. Я чувствую это.

Глава 6

Мы несемся по заснеженной дороге. Я только и успеваю кричать “направо” и “налево”. На последнем повороте мы чуть не вписались в бетонный столб, когда машину развернуло от резкого торможения.

– Моя тачка не предназначена для того, чтобы гонять по практически обледенелому асфальту! – рявкает Макс.

– Можешь остановиться! – парирую со злостью. – Но тогда нам конец!

– Кто это?! – верещит он.

– Тебе лучше не знать! Давай быстрее!

– Кто, Виталина?

– Братья Дианы, – выдаю и оборачиваюсь, чтобы посмотреть на преследующие нас тачки. Теперь их две. – Куда подевалась третья? – бубню, нахмурившись.

– Царевы? – уточняет Макс.

– Что? – перевожу на него озадаченный взгляд, пока в голове продолжает крутиться вопрос, который остался без ответа.

– Царевы? Братья Дианы Царевой, да?

– Ну да.

– Блядь! – рявкает он. – Какого хера они за мной гонятся?! Что им от меня надо?!

– Не от тебя. Они за мной гонятся.

– Что за хуйня, Вита?! – орет Макс и резко дает по тормозам.

Я верещу, когда вижу, как на нас несется еще один джип, и в этот момент машину Максима заносит так, что весь окружающий мир сливается в одно размытое пятно. Упираюсь одной рукой в потолок машины, а второй – в дверцу. Ору, срывая голос, когда нас несет дальше по дороге, а потом мы летим в кювет.

Мне конец.

Все.

Мы сейчас разобьемся.

Лучше бы я отдалась Царевым, чем закончить жизнь вот так жестко, еще и с верещащим за рулем Максом, который не может справиться с управлением своей высокоскоростной тачки.

Бам!

Мы влетаем в дерево.

К счастью, снег и то, что машина была уже не на скорости, смягчили удар, и он не слишком сильный. Но капот наполовину в мясо. Причем на мою чертову половину! Чуть больше скорость – и меня из машины пришлось бы вырезать. Этот урод до последней секунды защищал свою половину, подставляя меня под удар!

Мы с Максом замираем. В салоне повисает оглушительная тишина. Даже музыка выключается. Слышно только наше надсадное, прерывистое дыхание.

Тачка торчит в сугробе, капот смят, и оттуда валит дым.

А я застыла и не могу пошевелиться.

Надо сваливать. В кино показывают, как машины после аварии взрываются. Может, и в жизни так? Если да, то сейчас самое время убежать. А у меня ноги налились свинцом, и я не могу двигать не только ими, но и заледеневшими от ужаса пальцами, которые так и продолжают прижиматься к кожаной обшивке.

Внезапно дверца с моей стороны распахивается.

Я невидящим взглядом смотрю на того, кто наклоняется в салон и быстро отстегивает мой ремень безопасности.

– Болит где-нибудь? – спрашивает этот кто-то, а я не могу произнести ни слова. – Вита, блядь! – рявкает он так, что я вздрагиваю. – Болит где-то?!

– Нет, – выдаю еле слышно.

– Пойдем. – Он берет меня на руки и вытаскивает из машины. Пробирается по высокому сугробу к одному из стоящих тут же джипов. – Додика приведите в порядок. Разберитесь, короче.

Он усаживает меня в теплый салон одного из джипов. За руль тут же садится кто-то другой. Тот, кто вытащил меня из машины, располагается рядом и, закрыв дверцу, перетягивает меня к себе на колени.

Машина трогается с места, и мимо меня проплывает картинка того, как Макса аккуратно вытаскивают из машины. У него начинается истерика, но больше я ничего не вижу, потому что мы уезжаем.

Меня оплетают большие руки. Прижимают к крупному телу.

Потихоньку начинаю приходить в себя. События крутятся в моей голове. Погоня, авария, меня вытаскивают, а теперь куда-то везут.

Тело начинает бить мелкая дрожь.

Меня так колотит, что зуб на зуб не попадает.

– Ну что ты так дрожишь? – спрашивает тот, кто держит на руках. – Все позади. Ты в безопасности.

– Это шок, – подсказывает тот, кто сидит за рулем.

– От шока есть пара средств, – слышу насмешку в голосе того, у кого я сижу на коленях.

Поднимаю голову и всматриваюсь в его лицо в темноте салона. Потом перевожу взгляд на сидящего за рулем.

– Ты… – шиплю с яростью. – Вы… Это вы во всем виноваты! – рявкаю. – Вы преследовали машину! Из-за вас мы попали в аварию!

– Виновата в этом только ты, Вита, – отвечает один из братьев Царевых, сидящий за рулем. – Мы предупреждали, что последствия тебе не понравятся. Но ты все равно поступила по-своему. А авария – это результат небрежного вождения твоего… кто он тебе, кстати? Водить ни хуя не умеет, а за руль спортивной тачки влез. Ему бы трактор водить.

– Ненавижу! – рявкаю я и пытаюсь слезть с колен Царева.

Он удерживает меня. Тогда я поднимаю руки и начинаю бить его. Хлестать пощечины и царапать его лицо. Ударяю всюду, куда только могу попасть. Сильнее и сильнее.

Сначала он пытается схватить меня за руки и остановить это безумие. Но потом просто хватает одной рукой за шею, второй – за затылок и жестко впивается в мои губы своими.

– Лучшее средство от истерики, – хмыкают с водительского места.

На мгновение я застываю, а потом до меня доходит, что происходит, и я, расцепив зубы, вгрызаюсь в нижнюю губу Царева. Щелкаю челюстью и прокусываю нежную кожу до крови. Во рту сразу появляется металлический привкус.

– Похоже, тебя возбуждает моя кровь, раз ты решила второй раз за день попробовать ее, – рычит он, опрокидывает меня на сиденье и тут же накрывает своим огромным телом. – А меня возбуждаешь ты, маленькая сучка.

Глава 7

– Отпусти меня немедленно! – рычу, когда он спускается губами по моей скуле к шее. Резко дергает воротник толстовки, давая себе больше доступа.

– Брыкайся, Вита, так мне нравится еще больше, – цедит он и вгрызается в мою шею.

По коже бегут мурашки и та дрожь, что свидетельствовала о шоке и истерике, теперь говорит совершенно о другом.

На каком-то диком, первобытном уровне я возбуждаюсь. Между ног сжимается и тянет, когда он вклинивается между бедер и вдавливает свой твердый ствол в чувствительную горошинку.

– Отпусти меня, – произношу уже не так уверенно.

Огромная лапища пробирается под мою толстовку и сжимает грудь через трикотажный лифчик.

– Дурею, так хочу тебя, – отзывается он.

– Я даже не понимаю, кто ты! – ору в отчаянии.

Брат подруги поднимает голову и смотрит на меня с кривоватой усмешкой.

– Архип. Ты научишься нас различать, гарантирую.

Он не дает мне и слова сказать. Накрывает губы своими и сразу ввинчивается горячим упругим языком в мой рот. При этом медленно раскачивает бедрами, заставляя сжиматься и постанывать от слишком острых ощущений.

Пытаюсь воззвать к своему разуму. Напомнить себе, что все, что со мной происходит, – это просто химические реакции, ничего более. Никакой привязанности, морального возбуждения или желания тут нет. Все гораздо проще и примитивнее. Но именно эта примитивная, дикая сторона и подстегивает мое иррациональное желание трахнуться с этим самцом.

Черт!

Вот попала так попала.

Ну зачем мне эти осложнения?

Макс – и тот был более безопасным вариантом, несмотря на всю свою мажорность и совершенно беспорядочные сексуальные связи.

Эти же двое…

О, нет, с двумя я точно не готова!

Они же меня разорвут на части!

Да и вообще… какого черта? Я не настолько развращена, чтобы спать с первыми встречными, еще и с двумя.

Мой сексуальный опыт – это два странных половых акта с моим бывшим парнем. Это было больше похоже на попытку попасть в дырочку. Никакого удовольствия, никаких оргазмов. Все мои оргазмы ручной работы. Дело моих собственных рук, мой бывший к ним непричастен никаким образом.

Но что-то подсказывает мне, что вот эти двое меня без оргазмов не оставят. Выжмут досуха. Оставят только пустую, задыхающуюся оболочку.

Нельзя это допускать.

Но… боже, как же приятно чувствовать его зубы на моем соске!

Стоп!

– Ты что делаешь?! – верещу и пытаюсь убрать голову Архипа от своей груди, но он хватает меня за руки и пригвождает их к сиденью над моей головой. – Я не буду с тобой трахаться! С вами! Не буду!

– Ш-ш-ш, ты сильно много думаешь, Вита. Я же награждаю тебя за то, что выдала нашу сестру. А мог бы наказать за то, что покрывала ее отсутствие и сбежала от нас сегодня. Мы не прощаем такое. Тем более, что мы уже тебе сказали, ты наша. Все. Это как клеймо, которое ничем не вывести с кожи. Так что закрой рот и получай удовольствие.

– Со шлюхами так будешь разговаривать! – рявкаю, не выдержав.

Архип поднимает голову и смотрит на меня, изогнув бровь. Я сглатываю, потому что понимаю, с такими, как эти двое, по-хамски разговаривать – это подписать себе смертный приговор. И все равно они должны понимать, что я не какая-то там девка, с которой так можно.

– Что ж, тогда придется тебя сделать шлюхой, – усмехается он. – Нашей шлюхой. Начинай считать, Вита. Сегодня у тебя будет… ну, скажем, шесть оргазмов.

– Хрена с два! Никогда вы меня не доведете ни до одного.

– Тимур, ты слышал? – смеется Архип. – Нам бросили вызов.

– Принимаем, – отзывается второй брат с водительского места. – Вызовы я пиздец как люблю. Повышай ставку, Архип, до восьми. А то и до десяти. Ночь длинная, и она только начинается.

Я хмыкаю, потому что знаю, если им и удастся выжать из меня хоть один в таких условиях, я прямо могу назвать их победителями.

– До десяти самое то, – хрипло произносит Архип и снова накрывает ртом мой сосок.

Я сопротивляюсь. Не физически, в этом смысла нет, я уже поняла.

Да и… почему бы и нет? Пусть старается. Даже если кончу разок, потом свалю от них. Найду способ. Не прикуют же они меня к батарее.

Вздрагиваю, когда Архип проводит зубами по соску, а потом всасывает его с силой и отпускает с пошлым шлепком. Сводит мою грудь вместе и переключается с одной на другую. А меня, черт подери, дугой выгибает от острого удовольствия, которое вспышками тока распространяется по всему телу, покалывая в кончиках пальцев.

Не могу сдержать стон. Он прокатывается по салону машины, и я слышу довольный смешок Тимура. Пусть выкусит, придурок. Больше он моих стонов не услышит.

Так сильно я еще не ошибалась…

Наглые лапы расстегивают молнию моих джинсов, и одна из них проскальзывает внутрь прямо в трусики. Ну-ну, пусть старается. Там не так много места, чтобы такой ручище развернуться и довести меня до пика.

Но Архип и не планирует разгоняться. Он проталкивается дальше и сразу вводит в меня два пальца.

– Тугая, как девочка. Ты же не целка, Вита? – спрашивает он. – Потому что если она…

– Нет! – рявкаю. – Первыми вы точно не будете, – усмехаюсь победно.

А он почему-то рычит и вгрызается в мои губы карающим поцелуем.

– Кто? – спрашивает он. – Кто был первым? Этот пидар, с которым ты ехала в тачке?

– Нет, – отвечаю с вызовом. – И я не скажу, кто.

– Ну точно сучка, – смеется Тимур.

А пальцы Архипа внутри меня сгибаются и начинают ритмично давить на переднюю стенку, отчего тело пронизывает удовольствием. Я ахаю, в шоке от того, что такие ощущения в принципе способна испытывать.

– Шелковая, – хрипит Архип в мои губы. – И наверняка сладкая. Обязательно попробую тебя, но попозже. А пока… готова к первому оргазму?

– Даже не стара… Ах! – выкрикиваю, когда тело начинает бить мелкая дрожь.

Я не знаю, что за кнопка там внутри меня, но каждый толчок пальца по ней заставляет меня содрогаться от горячих волн, окатывающих мое тело и сосредотачивающихся внизу живота. Это не оргазм. Точно не он. Оргазм ощущается иначе. Совсем… совсем… иначе…

Меня подбрасывает на сиденье, когда накрывает так, что темнеет в глазах. Я мычу и кусаю свою нижнюю губу, выгибаясь, когда пальцы Архипа все быстрее бьют в ту самую точку. А потом он просто зажимает ее, пока пульсирую и прихожу в себя.

– Первый пошел, – довольно произносит Архип. – Я прямо слышу, как щелкнул счетчик.

– Приехали, – говорит Тимур. – Здесь нас троих никто не побеспокоит.

Машина останавливается, и Архип смотрит мне в глаза.

– Готова получить оставшиеся девять оргазмов, наша сучка?

Глава 8

Дверь за моей головой распахивается. Надо мной резко нависает Тимур и, даже не дав мне толком осознать, что происходит, впивается в мои губы поцелуем. Я брыкаюсь и мычу, но ему плевать на мое сопротивление. Которое, надо сказать, поугасло после первого оргазма.

Оторвавшись от моих губ, Тимур отходит, а Архип застегивает мои джинсы и помогает мне сесть на сиденье.

У меня немного кружится голова, и я окидываю пьяным от удовольствия взглядом пространство за машиной.

Стильный одноэтажный дом из дерева и стекла. Ухоженная территория, если я могу оценить это место в полумраке.

Архип помогает выбраться из машины, припаркованной напротив ворот в гараж. Ведет меня по мощеной дорожке ко входу в дом.

– Где мы? – спрашиваю.

– В нашем загородном домике. Называй это дачей, если хочешь. В месте, в котором, кроме нас, никого не бывает.

– Вас и наверняка кучи девчонок, которых вы вот так же насилуете, как меня.

– Насилуем? – Архип резко останавливается и, удерживая меня за плечи, немного присаживается, чтобы наши глаза были на одном уровне. – Вита, нас можно много в чем обвинить, но точно не в сексуальном насилии. Если ты категорически против того, что дальше произойдет, давай обсудим. Мы даже можем отвезти тебя домой, если мои действия или действия брата вызывают у тебя страх и отторжение. Но решить нужно прямо сейчас, Вита.

Тимур останавливается прямо за моей спиной. Я не ощущаю его прикосновений, но чувствую жар, исходящий от его тела.

Сглатываю, глядя в глаза Архипа.

– Так что, маленькая? – раздается у меня над ухом негромкий, хрипловатый голос Тимура. – Ты хочешь уехать домой?

Облизываю пересохшие губы и… качаю головой.

Наверное, это еще первый оргазм во мне говорит.

Или я не знаю, какая дурь попала мне в голову, но я соглашаюсь войти в этот дом и позволить братьям Царевым делать со мной такие штуки, на которые раньше я бы ни за что не согласилась.

Возможно, завтра же я пожалею об этом.

А, может, буду вспоминать это приключение и хвалить себя за то, что согласилась рискнуть.

Узнаю я уже после.

А сейчас у меня дрожат ноги после оргазма и от страха перед тем, что мне предстоит пережить.

– Умница, – на лице Архипа расплывается улыбка, и он берет меня за руку.

– Но у меня условие! – выпаливаю, на секунду прислушиваясь к здравому рассудку. – Никакого анального секса и двойного проникновения! И… это только один раз. Завтра вы без разговоров отвезете меня домой и забудете туда дорогу.

– Малыш, условия все портят, – кривится Архип.

– Они ограничивают удовольствие, – добавляет Тимур из-за спины.

– В таком случае ничего не будет, – заявляю и, вырвав свою ладонь из хватки Архипа, складываю руки на груди.

Братья переглядываются над моим плечом. Потом Архип кивает, как будто соглашаясь с молчаливым предложением брата.

– Договорились, – наконец выдает Архип. – Только позже ты сама захочешь всего того, от чего сейчас отказываешься. Может, не сегодня, но точно захочешь.

– Ага, – отвечаю просто чтобы не молчать. А скепсис в голосе в полной мере отражает мое отношение к заявлению одного из братьев.

Архип снова тянет меня за руку, и мы заходим в дом.

Внутри уютно. Такая себе стильная дача со страниц журнала об интерьерах.

Меня подводят к бежевому кожаному дивану в просторной гостиной. Тимур бросает ключи на каминную полку и, присев, поджигает бумажку, которую вставляет между аккуратно уложенными поленьями в камине.

– Выпить хочешь? – спрашивает Архип и подходит к бару.

Выпить бы, наверное, не помешало. Но я хочу оставаться трезвой во время… гм… моего нового опыта.

– Нет.

– А я, пожалуй, выпью, – говорит Тимур, присоединяясь к брату. Архип же возвращается к дивану и, сев рядом, закидывает руку мне на плечо.

– Ты же за рулем, – напоминаю ему.

– До утра все равно никуда не поедем, – отзывается Тимур, заливая лед в стакане янтарной жидкостью.

Развернувшись, прижимается бедрами к столешнице бара и, пока цедит виски, окидывает меня оценивающим взглядом.

– Разденешься? Хочу посмотреть на тебя без одежды.

– А ты? – бросаю ему вызов, и Тимур усмехается.

Делает еще глоток. Ставит стакан на столешницу и сбрасывает с себя темно-синий гольф, оставаясь лишь в черных джинсах. Я смотрю на него с приоткрытым ртом. Еще никогда так близко не видела настолько… безупречного мужского тела. Каждая мышца прорисована. Каждый изгиб будто написан художником. Или отфотошоплен. Мне, как будущему врачу, наблюдать такие нюансы особенно приятно.

Но, кроме этого, я почему-то напрягаюсь.

Представляю себе, как два таких огромных мужчины зажмут меня между собой, и чувствую, что теряю всякую решительность.

– Думаю, нам стоит принять ванну, – говорит Архип. Встав, берет меня за руку и заставляет подняться. – Тим, ждем тебя в ванной.

– Идите, скоро буду.

Архип провожает меня через гостиную в большую спальню с видом на лес. Потом – в просторную ванную комнату с огромной ванной, в которой могут поместиться человек пять. Здесь тоже большое окно с видом.

– С улицы невозможно ничего рассмотреть в эти окна. Они со специальным напылением. Это чтобы ты не напрягалась, когда я буду раздевать тебя.

– Ты? Я думала, сама разденусь.

– Ты ошибалась.

Архип закрывает слив, наливает в ванну пену и настраивает воду. Она мощным потоком с шумом начинает наполнять сосуд, а брат моей подруги обходит меня со спины.

Господи, брат подруги… Два, блин!

И я с ними в одном доме. Ночью. В лесу. Где-то за городом.

Я сошла с ума, это точно.

Позволяю Архипу снять с меня жилетку, потом – толстовку. Он щелкает застежкой бюстгальтера, а потом медленно стягивает его по моим рукам, пробуждая мурашки.

– Мне кажется, ты особенная девочка, Вита, – тихо говорит он, и от горячего дыхания колышутся выбившиеся из хвоста отдельные волоски.

– Не надо мне зубы заговаривать. В этом нет нужды. Я уже здесь.

– Особенная, но глупенькая. Я не заговариваю зубы. Я говорю то, что думаю.

Ну какая девушка не поплыла бы от таких слов?

Любая, даже я – прагматик и скептик.

Архип расстегивает джинсы и, присев, стягивает их вместе с носками. Потом берется за резинку трусиков и, чуть приспустив их, кусает меня за попку. Я вздрагиваю и тихонько охаю, а он целует место укуса.

– Как же мы с тобой развлечемся. Ты себе даже не представляешь, насколько это будет кайфово.

Освободив меня от одежды, Архип обходит меня, окидывая оценивающим взглядом.

– Красавица,– произносит хрипло.

А потом, схватив меня за талию, вздергивает в воздух и подносит к столику. Усаживает между двумя раковинами на прохладную столешницу и вклинивается между моих ног.

– Готова ко второму оргазму?