Читать книгу "Смерть зимы"

– А кто тогда знал?

Нико задала вопрос и тут же смутилась: и так ведь понятно! Но Эзра, к его чести, смеяться не стал, ответил он вполне спокойно:

– Проводники. Скажу тебе больше, на участие проводников указывает и сам набор инструментов, попавших в руки разбойникам.

– Они могли притащить это из пустошей…

– Не могли. Каждый из приборов не так уж ценен, но вместе это довольно редкое сочетание. Плюс, посмотри на эти датчики. Они выглядят совсем новыми, у них последовательные серийные номера… Так обычно бывает, если удается найти склад старого оборудования. Но если бы такой склад нашли разбойники, у них было бы больше вещей оттуда. А вот по одному-два-три приборы продают… Ну, ты знаешь, кто.

– Получается, с продавцом игрушек договорился квартал проводников? – насторожилась Нико.

– Весь квартал – очень вряд ли. Как будто ты не знаешь, какое противоречивое стадо представляют собой большие группы людей! А с проводниками вообще отдельная история, мы по натуре одиночки и объединяемся только если очень надо. Убедить всех, что союз с непонятной штукой вроде продавца игрушек нам выгоден, проблематично. Думаю, у него если и есть там союзники, то пара человек, не больше, этого бы хватило.

– И кто это может быть?

– Точно не те, кто сейчас с Марком в снегу катаются, – усмехнулся Эзра. – Все остальные под вопросом. Возможно, и нет никого. То, что все намекает на проводников, может указывать на то, что они действительно виновны – или что продавец игрушек активно пытается их подставить. Как показала судьба Иовина, ему такое надо. Поэтому, прежде чем их в чем-то обвинить, нам нужно больше доказательств. Только искать их придется не здесь.

Искать придется в квартале проводников, это понятно… Но Нико пока не представляла, как туда пробраться. Изначально самым сложным для доступа был квартал кормильцев. Но после истории с едва не начавшейся гражданской войной супруги Кларк пребывали в таком ужасе, что шли навстречу гостям всегда и во всем.

Проводники такой услужливостью не отличались. Каррибал на переговорах всегда улыбался и всегда кивал, но это вовсе не означало, что он сделает то, о чем его попросили. Он отстаивал границы своего квартала вежливо и вместе с тем непреклонно. В другое время Нико даже отнеслась бы к этому с уважением, а теперь ей всюду виделись предатели. Эзра в чем-то прав: такими темпами можно действительно в паранойю рухнуть!

Она пыталась придумать, как подступиться к проводникам. Попросить о помощи госпожу Гекату? Та решит, что они некомпетентны. Запросить содействие какого-нибудь другого Ветра? Так они не властны друг над другом! Расследование – это и так сложно, а тут еще политику намешали…

Пока Нико терзалась, разрабатывая план, при котором никто ни в кого не начнет стрелять, Эзра не терзался ничем. Он вытер руки, перепачканные кровью и грязью, свистнул, подзывая собак, и направился к ближайшему тоннелю.

Нико, не ожидавшая такого, застыла от изумления, а проводник и не думал дожидаться ее. Ей пришлось перейти на бег, чтобы его догнать. А поскольку двигаться параллельно с Эзрой в коридорах по-прежнему было невозможно, она была вынуждена оставаться за его спиной.

– Ты куда? – нахмурилась Нико.

– А куда нам надо? К проводникам!

– Они нас не пустят!

– Пустят, – возразил Эзра. – Сотрудничать не станут. Возможно, попробуют выпендриваться. Но и мы туда не за новыми друзьями и приятными знакомствами направляемся!

Нико полагалось взять на себя лидерство. Она, конечно, еще не стала Мастером Контроля, но подошла к этому вплотную, а еще она из свиты Воплощения Черного Города, она уж всяко стоит выше, чем какой-то проводник! Но собственного плана у нее не было, и это уверенности не способствовало. Нико только и оставалось, что изобразить человека, у которого все под контролем, и снисходительно позволить Эзре вести.

В квартал их действительно пустили. После скандала с убийствами и предательством все Ветра пообещали помогать делегации. Каррибал держал свое слово, но ровно настолько, насколько это требовалось: чужакам не препятствовали и не помогали. В квартале проводников, запутанном, как муравейник, они словно остались одни: рядом не было никого, кто мог бы ответить на их вопросы и хоть что-то подсказать.

Нико понятия не имела, что можно найти в такой ситуации, на что вообще надеяться. Это же не какое-нибудь логово, это часть города, огромная территория! Да еще и непредсказуемая: проводники могли притащить из пустошей какие угодно технологии, и далеко не всё они продавали.

Она надеялась, что Эзра и дальше будет решать проблемы сам, но он вдруг спросил:

– И как, есть что-нибудь?

– Что? – растерялась Нико.

– А что ты сейчас делаешь? Просто бредешь за мной? Так этого не надо, для этого у меня Гери и Фреки есть. Делают то же самое, при этом не считая меня жирным.

– Я не называла тебя жирным!

– А я и не «называла» сказал.

Хотелось возражать и дальше, но это было бы таким откровенным враньем, что Нико все-таки не решилась, она и так уже краснела. Она поспешила сменить тему:

– Что я должна искать?

– Сигналы, естественно. Насколько я понял, в этом деле у вас Вергер великий гений, но ведь и ты тоже на звание Мастера претендуешь! Большая часть того оборудования, которое я тебе показал, испускает сложные кодовые сигналы. У того из нас, кому нейромодуль в голову ввинтили, больше шансов их засечь.

Вот и как он это делает? Эзра постоянно создавал такие ситуации, в которых его хотелось придушить – а не получалось, потому что он не выходил за пределы миссии. Чтобы сохранить хоть какую-то гордость, Нико смерила его уничижительным взглядом, но Эзра даже это умудрился испортить:

– Да-да, знаю, жирный. Работай давай!

Отказаться Нико не могла, это требовалось им обоим. Она действительно пыталась, только вот к толковому результату это не приводило. Не потому, что сигналов не было, скорее, наоборот: сигналы были, слишком много, слишком яркие. Может, Вергер и сумел бы в них разобраться, а Нико они слепили, она к такому не привыкла.

Никакого чуда или зловещего предзнаменования предательства в таком не было. Понятно, что проводники таскают из пустошей все подряд, а лучшую технику оставляют себе. А у тех, что обосновались в Семи Ветрах, еще и зона работы большая, у них мало конкурентов – проводники Черного Города редко забредают дальше лавовых озер. Теперь воздух вокруг Нико гудел и искрился неоном, так сильно, что у нее кружилась голова.

Она продержалась минут пять, потом ей пришлось сдаться.

– Бесполезно… Я не найду тайник, даже если буду стоять прямо перед ним. Слишком много сигналов.

Она ожидала, что Эзра упрекнет ее или направится к выходу, но он остался все таким же беззаботным.

– Значит, подчистим эфир, – пожал плечами он.

– Это невозможно!

– Легче, чем ты думаешь. Вообще, отучайся в каждой ситуации орать «невозможно», ты сама себе чертишь границу вместо того, чтобы искать решение.

Нико демонстративно скрестила руки на груди, как обычно делали преподаватели, отчитывающие слишком самоуверенных студентов:

– Ну и как же ты этого добьешься?

– Любой проводник знает, как ценны приборы, способные на излучение сложного сигнала. Эти приборы обычно носят с собой, а даже если нет, пытаются спасти в экстремальной ситуации. Если мы внушим проводникам, что нужно срочно эвакуироваться из квартала, они без вещей не уйдут. Тогда эфир очистится от того, что они законно считают своим, а вот предатель, если таковой тут есть, свои нычки раскрывать не решится.

– Но как ты добьешься того, что они все свалят?

– Так пожар ведь! – обезоруживающе улыбнулся Эзра. – Ты представляешь, каким разрушительным будет пожар в таких условиях?

– Только не говори мне, что собираешься устроить тут пожар!

– Отвлекающий маневр, при котором мы с тобой запекаемся заживо, уже не очень отвлекающий и совсем не маневр. Я просто запущу пожарную тревогу. По-хорошему, она должна шугануть проводников на полчаса. Но они тут наверняка такие же скептики, как все проводники мира. Как только разберутся, что пожара нет, тут же вернутся.

– Может, и не убегут? – засомневалась Нико.

– Убегут просто на всякий случай – не столько ради себя, сколько ради сохранения трофеев. Думаю, минут десять у тебя будет, так что готовься!

К такому готовиться не нужно, но Нико сделала вид, что и правда занята. Иначе ей тоже пришлось бы участвовать в имитации пожара, а она понятия не имела, как такое сделать.

Но Эзра ни о чем ее не спросил. Он прошел дальше по коридору, до первого попавшегося перекрестка. Оглядевшись по сторонам, он заметил на одной из стен, примерно в двух метрах над полом, странного вида решетку. Это не было похоже на стандартную пожарную сигнализацию, однако Эзра пробубнил себе под нос нечто вроде «вот и славненько», значит, его все устраивало.

Он достал из кармана короткую сигнальную свечу и без сомнений переломил пополам, создавая ярко-малиновое пламя. Действовал он спокойно и уверенно, как будто и не знал даже, что такое сомнения. Все с той же обыденностью Эзра прижал полыхающую свечу прямо к решетке, а секундой позже на весь квартал взвыла настолько громкая сирена, что Нико не удержалась, заткнула уши руками.

Замешательство было недолгим, скорее инстинктивным. Она быстро пришла в себя, опустилась на пол, закрыла глаза, сосредотачиваясь на сигналах нейромодуля. Эзра и так сделал больше, чем она ожидала, пора и ей проявить себя!

Расчет ее спутника оказался верным: проводники действительно двинулись с места, устремились к общей территории. Сначала Нико не сосредотачивалась на тонком анализе сигналов, знала, что это ударит больно, как в прошлый раз. Она осторожно наблюдала за местными жителями, убеждаясь, что они перемещаются. И ведь эфир действительно очищался! Вместе с проводниками исчезали источники сигналов, и в квартале, дрожащем от движения, вибрирующем от завываний сирены, оставалось все меньше неоновых нитей.

В какой-то момент Нико показалось, что сигнал исчезнет окончательно, но нет, кое-что сохранилось. Были коды, которые никто не прикрывал – видимо, оборудование, которое сочли менее значимым или то, что принадлежало покинувшим город проводникам. Но обнаружилось и нечто более интересное: сигнал, который намеренно пытались скрыть помехами. Действовали не слишком умело, чувствовалось, что тут с нейромодулями никогда не работали. Однако старания проводников не были напрасными, обычный оператор вряд ли что-то обнаружил бы. А вот Мастер Контроля, пусть и не получивший звание официально, должен был справиться.

– Есть! – объявила Нико. Она не обязана была перед ним отчитываться, но почему-то не удержалась. – Я кое-что нашла!

– А я в тебе и не сомневался, сомнения в тебе – больше по твоей части.

– Да пошел…

– Сейчас не могу, – прервал Эзра. – Тебе лучше поторопиться, вместе пойдем и даже не туда.

– Что-то случилось?

– Я тут в компании сканера слежу за передвижениями моих коллег и вижу, что они даже менее дисциплинированные, чем я предполагал.

– Мне нужно больше времени! Я пока не могу сказать, где именно расположены тайники и что там находится!

– Я, конечно, тебя не тороплю, но у тебя для этого минуты три.

Нико знала, что второго шанса на подобный осмотр у нее не будет, да и Эзра тоже все прекрасно понимал. Поэтому он действительно больше ее не торопил, хотя какой-нибудь оператор или даже Мастер на его месте уже извелся бы. Эзра же выждал пару минут, давая ей шанс закончить. Но когда стало понятно, что она просто не успевает, он предпочел не впадать в истерику, а действовать.

Он вышел вперед, так, чтобы закрыть собой Нико от любого, кто появился бы из соседних коридоров. Псы, повинуясь его команде, расположились по обе стороны от девушки. Все это не гарантировало абсолютную защиту, многое зависело от того, чем будут вооружены проводники, как они себя поведут. Они в любом случае рисковали… Но Эзра принимал этот риск с достоинством, которое раньше казалось Нико невероятным для таких, как он – не принятых в близкий круг Черного Города. Проводник понимал, что сам сделал выбор, и не считал нужным прикрывать свою слабость нытьем.