Читать книгу "Сборник неравнодушных рассказов"

О медведе Владимире. Сказка – не сказка

Я не публицист. Но наболело.

Часть 1. Мутное время. Сказка – не сказка

Проводив взглядом бывших зоопарковских обитателей, лис H. задумчиво направился обратно к воротам. Смотреть на дальнейшие пьяные выходки B. он не хотел, поэтому прошел в свой новый кабинет, сел за стол и задумался.

Лис H. понимал, что оставшиеся голодными и холодными зоопарковцы вернутся и потребуют ответа не только от B., но и от всех инициаторов разорения самого крупного зоопарка мира. Тогда придется уезжать под обещанную крышу за океаном. А уезжать очень не хотелось, ведь лес, землю и речку за забором коттеджа H. уже считал своими.

И рука лиса протянулась к одной из «вертушек», эдаких телефонов, стоящих в каждой комнате коттеджа.

– Джордж, привет. Это Лис, -сказал H. в трубку.

– Привет, H., – ответили на другом конце провода, тянущегося по дну океана к миллиардеру волку Джорджу.

– Джордж, у нас все по —плану. Но все сорвется, если не подкормить животных, они уже несколько дней не ели.

– Прилетай ко мне, завтра очередное заседание Межокеанского Вымогательного Фронта (МВФ). Фронт выделит вашему бывшему зоопарку города Советска очередной транш. Прихвати с собой для проформы зама B. поросенка G. и, как его, забыл, ну, представителя МВФ от B.. А, вспомнил, верблюда Кагала, – сказал Джордж.

– Понял, Джордж, до завтрашней встречи, гуд бай, – ласково проговорил лис H., и повесил трубку.

За океаном было утро. Джордж поехал в свой офис готовиться к завтрашним мероприятиям. Волк был спокоен, все шло по плану Бергской стаи и лично вожака стаи престарелого матёрого волка Ротши.

Джордж позвонил Ротши, но его молодой помощник, он же директор фирмы «Мон Перина» Хар ответил, что шеф на «зоодепартаменте» – формальном собрании заокеанских вожаков.

В это время лис H. лег спать в своем кабинете – надо было рано вставать перед завтрашней поездкой. Засыпалось плохо. Лис понимал, что в результате вступления в МВФ экономика города Советска, наполненная дешевыми займами, быстро рухнет, перемолотая колесами финансовых мельниц. Ведь условием выдачи займов была приватизация (передача в личные лапы нескольким зверям) пятисот самых лучших предприятий города по цене заокеанских кафе, и обязательно за заокеанскую валюту.

H. так же понимал, что вырученная валюта быстро окажется на зарубежных оффшорных счетах (и надо проконтролировать этот процесс – улыбнулся H.). Соответственно финансовая пирамида лопнет, и нечем будет платить бывшим зоопарковцам опять.

Надо будет опять и опять брать транши, опять и опять выполнять требования МВФ и стоящей за ним стаи. Потребуют закрытия оборонных предприятий, открытия границ для провоза всякой гадости и отравы в город и т. д.

– Хорошо, подумал H., можно еще в 20 – 30 раз обесценить городскую отечественную валюту, и опять брать кредит МВФ.

В это же время за океаном мысли H. один в один повторял про себя «друг Джордж С.». Разница была в том, что волк уже считал прибыль.

Очередной «спасательный кредит» Советску после девальвации городского рубля позволит окончательно захватить в свои частные лапы почти все крупные предприятия Советска. А нам будет должно немыслимые суммы уже государство. Которое возникло на месте Советска. Назовут они его Раша, – вслух сказал старый волк Джордж С.. И будет вся Раша в руках моих и моей Бергской стаи. Лиса H. за старания тоже возьмем в свою стаю,

– Но он не знает, что волки ненавидят лис, – улыбнулся Джордж, и отпил кофе из позолоченной чашечки, и записал в своем деловом блокноте:

«На всех совещаниях и принятии решений B. и его семьей должны присутствовать мои советники».

Джордж расслабился и позволил себе удовольствие подсчитать в голове сколько надо напечатать зеленых ничем не обеспеченных бумажек, чтобы контролировать все до одного зоопарки мира…

…. С тех мрачных, мутных, тяжелейших для наших любимых некогда зверей и зверюшек из разоренного зоопарка города Советска прошло два десятилетия.

На смену B. пришел молодой энергичный медведь V. V достались в наследство от волчьего семейства не только разор, но и война внутри страны.

Которую назвали не Рашей, а гордо Российской Федерацией.

Часть 2. Надежда на возрождение и справедливость (уже не сказка)

Реализация плана Джорджа С. и его теоретика по превращению «Раши» в нефтяную трубу, для обслуживания которой потребуется не более 20 миллионов россиян, подходила к завершению. Эти работники должны потреблять продукцию только Бергской стаи, учить и воспитывать свой молодняк так, чтобы они были похожи на одичавших волчат, а не людей. 100% акций «трубы» долны были быть у Бергского клуба (сейчас около 40%). V. переломил ситуацию, прекратил войну, рассчитался с кровавыми ростовщиками из Бергской стаи.

Но на непроторенном пути измученных историей россиян еще очень много преград, нагроможденных стаей. Как материальных, так и нравственных. Или, вернее, нравственных и материальных. Внешних и внутренних. Или, вернее, внутренних и внешних. Ведь Бергская стая не унимается. Развязала захватнические и братоубийственные войны по всему миру. Цель – все та же – захват чужих ресурсов. И все чаще ястребиные глазки смотрят, не слаба ли Россия. Уж больно богата она ресурсами. Не много ли ей досталось от Бога и усилиями предков?

Опираясь на все тех же персонажей, имена которых повторять противно, Бергский клуб втянул Россию в ВТО. Главное требование ВТО – отмена субсидирования на энергоносители. Цена продукции российских предприятий резко вырастет, и она станет окончательно неконкурентноспособной. Мы хотим получить 30 миллионов безработных, 4о тысяч закрытых предприятий, опустошения сотен моногородов?

Мы все радуемся, что готовится отмена евровиз. А многие ли смогут ездить в Европу? Кроме того, членство в ЕС опять же будет обусловлено очередными условиями Бергского клуба (например, отказ от ядерной энергетики, от авиастроения (шум) и др.). И опять будет богатеть и жиреть мировая глобальная волчья стая. И нищать большинство.

Давайте обьединяться вокруг V, ему очень нелегко. Он сильный, поэтому не подает вида. Он однозначно надеется на нашу помощь. В том числе и конструктивную критику. (Ну не вокруг либералов объединяться, это самоубийство. Хватит потрясений времен клуба «Березы»)

И сами давайте закончим давать взятки, тогда их некому будет брать. Давайте ВО ВСЕМ помогать соседям, детям, старикам. Незнакомым людям, попавшим в сложную ситуацию. Не молчать, когда нарушаются законы Российской Федерации.

В одной отдельно взятой берлоге спокойно, счастливо и безопасно жить не получится.

И богатым, и бедным.

Ужаснуться. Сказка для взрослых

«Заинтересовавшись процессом жизни, мы теряем, теряем… Ну как тебе передать… Вот колокол отзвонил, звуки певучие улетели – и уж их не вернуть, а в них вся музыка»

А. Солженицын «В круге первом»

…Инженер Арсений Одуорб ощутил движение лифта, боль в сердце и легкое головокружение.

«Однако-ж, и сны мне стали сниться в последнее время», подумал он. Арсений прекрасно помнил, что в прошлую ночь ему приснилось детство, когда он лежал в родном Минске в изоляторе городской больницы с желтухой». Ему тогда было четыре года, от слабости Арсик не мог даже привстать. В стеклянную дверь изолятора смотрели глаза отца, которому врачи сообщили, что могут потерять ребенка… «Надо просыпаться», – подумал Арсений Борисович, находясь больше во сне, чем наяву.

…«Движение лифта» закончилось, и Арсений ощутил не испытанную никогда ранее легкость. Открыв глаза, Арсений увидел удивительную картину: не было ничего– ни земли, ни неба. Почему-то Арсений не испугался. Сам он стоял на чем-то прозрачном, причем под этим прозрачным тоже ничего не было…

Вдруг Арсений увидел мужчину, который шел к нему. С удивлением Арсений понял, что не может определить, как одет этот мужчина, видел он его когда-нибудь.

Когда мужчина подошел и остановился около него, Арсений сказал незнакомцу: «Здравствуйте, уважаемый! Вы можете сказать мне, где я сейчас нахожусь?».

«Здравствуйте, Арсений! Вы находитесь там, где находятся все родившиеся на Земле», – ответил мужчина.

Что удивительно, для того, чтобы передать эти слова мужчине не приходилось открывать рот, мимика лица не изменялась, и никаких звуков издано не было. Но Арсений все прекрасно услышал, и наконец до него начало доходить.

Почему-то ужаса он не почувствовал, и просто спросил: «Почему я здесь, ведь мне всего 47 лет?»

«Сегодня ночью у Вас случился разрыв сердца, поэтому Вы здесь,» -ответил мужчина. «Ваше тело сейчас везут в городской морг, но к Вам это теперь никакого отношения не имеет….»

«А как же моя Люда, сын Саша, внук Федечка?»

«Все в порядке. Плачут» -последовал ответ.

Тут Арсений Борисович почувствовал, что сейчас сам заплачет, но слезы не полились.

«Михаил», представился мужчина.

«Арсений», сказал Арсений, и уставился в прозрачный пол, под которым так ничего и не появилось…

Михаил сказал, что тяжело на душе будет только сорок дней. На сорок первый день новичок успокаивается, и начинает получать удовольствие от общения с теми, кто переехал с Земли. Бывают очень интересные встречи. Но с родными, которые на Земле называют близкими родственниками, человек сможет встретится, только если УЖАСНЕТСЯ.

«Как это УЖАСНЕТСЯ?» -спросил Арсений.

«Когда человек УЖАСНЕТСЯ по —настоящему, близкие ему люди сами сразу предстанут перед УЖАСНУВШИМСЯ» -ответил Михаил. И быстро ушел…

Арсению ничего не осталось, как грустно побрести в неопределенном направлении. Через какое-то время он почувствовал, что идет сквозь огромную, с невидимыми границами необъятную толпу. Причем никто не расступался, он входил как бы насквозь в ее пространство… Вспомнив слова Михаила, Арсений поинтересовался у собравшихся, «что за собрание», и узнал от них (от кого конкретно не смог определить), что здесь собрались все, кто погиб из-за езды на автомобилях. Вместе, кто был за рулем, и переходил дорогу. Большинство спорили о том, надо ли на Земле разрешать ездить за рулем и ходить по дорогам тем, у кого IQ менее ста. Собравшиеся утверждали друг другу, что это бы снизило смертность на дорогах тоже в сто раз, в том числе и потому, что количество машин и пешеходов уменьшилось бы в эти же 100 раз…

Заодно окончательно решился бы транспортный вопрос в перенаселенных городах, подумал Арсений. Он почувствовал некое любопытство и спросил у 10—12– летнего ребенка из этой толпы, как его зовут.

«Евгений», -ответил мальчик. Арсений спросил, давно ли ты «ЗДЕСЬ»? На что мальчик по-взрослому ответил, что ЗДЕСЬ нет понятия ВРЕМЕНИ, так же как и таких понятий, как ДЕНЬГИ, СВЯЗИ, ЗАВИСТЬ, КОРЫСТЬ и многих других. Ведь те мгновения, когда человек находился в материальной оболочке на Земле, были лишь экспериментом над людьми – смогут ли они жить так вечно. Евгений неожиданно куда-то исчез, а Арсений подумал «Да, судя по тому как мы жили на Земле, убивая, обманывая и издеваясь друг над другом, эксперимент удался…».

Арсений и сам не заметил, что успокоился и перешел в философское настроение. И пошел дальше.

Вдруг по пути он увидел дерево, а под ним кота с кривым, видно сломанным в детстве хвостом.

«Пушок!?», -с удивлением вскричал Арсений. «Да, – это я, сказал Пушок».

Арсений взял своего любимого восьмилетнего кота на руки и погладил… Он вспомнил, что несколько лет назад жена Люда выпустила Пушка погулять на улицу, но кот так домой и не пришел… Многодневные поиски привели к тому, что Пушка все-таки нашли. С удавкой на шее и удивленными выпученными глазами, в которых было написано: «За что??»… Взрослые всплакнули, похоронили в лесу недалеко от дома. А 10-летний Санька молчал и крепился. Только через два года мы с Людой случайно нашли в его блокноте запись: «Сегодня умер мой друг Пушок.»

«Пушок, а кто это сделал и за что?» -спросил я у Пушка.

«Меня поймал и задушил наш сосед из 32 квартиры Смаковский. Он был недоволен кошачьим запахом в нашем подъезде. Хотя я всегда ходил на улицу или в лоток в нашей квартире».

«Ты обижаешься на Смаковского?», – спросил Арсений.

Пушок, как и мальчик Евгений, назидательно мне сказал: «ЗДЕСЬ» нет обид, а Смаковский давно УЖАСНУЛСЯ, и к нему пришли его папа и мама.

Арсений вспомнил, что когда он со всей семьей уехал на курорт в Сочи, Пушок выскочил на улицу, и его не смогли найти. Почти месяц отдыхали, а когда приехали и подходили с чемоданом к подъезду своего дома, из-под куста им навстречу выбежал кот. Ободранный, жалкий. «Пушок», – закричал Санька. Арсений взял его на руки, и с удивлением почувствовал, что кот почти ничего не весит. Неужели он месяц сидел под кустом и ждал нас с курорта? И никто его не покормил?

Арсению стало стыдно, он наклонился и стал гладить Пушка.

«Давай будем гулять вместе, а то мне страшновато пока. А, Пушок?»

Пушок с довольным мурлыканьем потерся о ноги Арсения, и они пошли дальше вместе.

Арсений вдруг вспомнил своего двухлетнего внучка Федечку, и ему стало грустно. Он понял, что больше всего ему хочется взять Федечку на руки и поцеловать.

Вдруг Пушок сказал: «Терпи, мой второй папа. 40 дней кончаются уже завтра. Тебе станет спокойно. А там глядишь, и УЖАСНЕШЬСЯ, будешь всегда со своей папой и мамой, спокойно ждать своих».

«Спасибо, Пуня за поддержку… А ты еще не УЖАСНУЛСЯ?»

«Нет пока», – с грустью ответил Пушок.

И они пошли дальше…

Сорок первый день пришел, и действительно Арсений спокойно прогуливался с Пушком.

Во время прогулки он впервые увидел, что люди в очередной собравшейся большой толпе непривычно возбужденно доказывают что-то друг другу. Арсений вошел в центр и спросил у первого попавшегося человека, о чем такой оживленный спор. Оказалось, здесь собрались погибшие за веру.

Арсений узнал у мужчины, назвавшимся Ильей, что вопрос единой ВЕРЫ на Земле решить не получилось. И ЗДЕСЬ к единому мнению прийти не удалось… Все-же большинство собравшихся считает, что ВЕРА – единственное, что остается с каждым человеком, когда он приходит СЮДА, и она у каждого своя.

Илья еще сказал, что ЗДЕСЬ к погибшим за ВЕРУ особое уважительное отношение. Те же, кто использовал ВЕРУ других людей в своих целях – убивал не защищаясь, запугивал, захватывал чужие территории, ресурсы, женщин – считаются простыми умершими людьми, но и они пользуются правом УЖАСНУТЬСЯ…

«Люди каких национальностей здесь собрались?», спросил Арсений. «Так же, как и ВЕРА, у каждого она своя, но ЗДЕСЬ мы все ВМЕСТЕ навсегда…», – ответил Илья, и пошел к мирно спорящим мужчине средних лет и молодой красивой девушке в национальном платке.

Я наверное, скоро УЖАСНУСЬ, сказал мужчина и грустно опустил голову. Девушка смотрела на него гордо и молчала.

Когда Арсений уже отходил от собравшихся, он вспомнил, что видел этого мужчину по телевизору. Это был известный боевой полковник У. Данов.

Отходя от собравшихся, Арсений подумал: « Интересно, а коммунизм тоже разновидность жесткой религии? В него верили миллионы, он тоже силой, убийствами и террором прививался на своей и чужой территориях. Но почему-то люди были добрее и веселее, чем при демократической религии…».

У Арсения от всех этих мыслей закружилась голова, он осмотрелся в поисках Пушка, и не увидел его.

Неужели убежал тот, кто единственный связывал его тонкой невидимой нитью с теми, кто всегда жил в его ДУШЕ?

Арсений побрел в поисках Пушка. И вышел на лесную полянку. Присел под деревом.

«Не грусти, Арсений!», – раздалось сверху.

Арсений задрал голову кверху, но никого не увидел.

«Это я», – опять услышал Арсений, и понял, что к нему с поддержкой обращается старый клен.

«Клен, ты как попал СЮДА?», – спросил Арсений.

«Меня, и еще несколько миллионов моих родственников убил олигарх– строитель Р. М. Штатников. За мзду главе поселения —своему однокласснику, он получил право убить все живое в вековом лесу, построить там коттеджи для богатеев, продать их, а на полученные деньги опять покупать чиновников и убивать природу», – печально ответил клен, и Арсению показалось, что с кроны на него упало что-то влажное…

«А где сейчас Штатников?», – спросил Арсений

«Он еще на Земле», – прошептали листья клена…

В поисках Пушка Арсений подошел к группе сидящих на корточках людей и прислушался к их разговору.

Это были гастарбайтеры, убитые скинхедами. Они уже почти все УЖАСНУЛИСЬ от проступков некоторых своих соплеменников, но ждали, когда сплоченно, все вместе, встретятся со своими дедушками и бабушками. Потому что их молодые папы и мамы пока живут на Земле, в теплых красивых бедных странах с богатыми правителями, и многие еще не знают, куда пропали их сыновья-кормильцы. А дедушки и бабушки их приласкают, и расскажут, как они принимали во время БОЛЬШОЙ ВОЙНЫ бабушек и дедушек этих скинхедов…

«Пушок, Пушок», – позвал Арсений

Но Котофей где-то гулял. Свобода!

Мимо прошел знакомый. Это был его бывший начальник цеха Анатолий Ильич Кузин. Умер он давно. Арсений поздоровался.

«А, Арсений Борисович. С прибытием, дорогой мой..», – поприветствовал Ильич (так его звали на производстве).

«Ильич, как ты тут?», -спросил Арсений

«Я —то нормально. А что Вы сделали со страной? Мы Вам перед уходом все передали по-человечески. Заводы, фабрики, совхозы-колхозы работали, свои самолеты – пароходы – спутники летали, не падали. Дети в секции-кружки ходили, футболисты без бразильцев играли. Проституток не было, все нации дружили. Все разграбили да про… ли! Арсений, пока!» – горько махнул рукой старый работяга и быстрыми шагами пошел куда-то…

…«Пушок, Пушок!», -опять позвал Арсений

…Арсений пошел дальше. Он спросил себя, что кроме ВЕРЫ у него осталось. И он понял —ЛЮБОВЬ.

Вокруг было тихо и безлюдно…

1.Арсений проснулся и УЖАСНУЛСЯ.

2.Арсений остановился и решил вспомнить все, что он услышал ЗДЕСЬ, и УЖАСНУЛСЯ.

Какой из двух окончаний этого повествования оставить -решай сам, мой дорогой читатель.

Зоопарк города Советска. Сказка для взрослых

Зоопарк в городе Советск, как и все другие зоопарки, жил тихой, спокойной и размеренной жизнью.

Дремали в клетках медведи, волки, зайцы, шакалы, лисы, львы, тигры и другие жители зоопарка. В дальнем вольере спокойно прохаживался, вытянув и без того длинную шею, любопытный и гордый жираф. В теплых и светлых, хотя и немного тесноватых, помещениях дружно ползали змеи, в аквариумах плавали разноцветные рыбки. В ящичках копошились мелкие жучки и паучки.

А в дальних уголках весь день был слышен детский смех. Это веселые обезьяны строили смешные рожицы и так же весело прыгали по искусственным деревьям. В этом детском уголке весело и хорошо было всем.

Лев Лева злился, что его не выпускают гулять, поэтому грозно рычал на посетителей зоопарка, которым это очень нравилось. Когда Лева уставал, он шел в свою комнату за вольером, и грустно засыпал.

Черный молодой ворон по странной кличке «Свобода попугаям» сидел в клетке и произносил что-то непонятное. Как рассказывали, ворону подрезали крылья и посадили навсегда в тесную клетку, чтобы он не летал над зоопарком с громким карканьем: «Свободу попугаям!».

Директор зоопарка Михаил Зиновьевич был добрым, простым и многословным человеком. В молодости он работал на юге страны агитатором комбайнеров, и с тех пор, когда он говорил, невозможно было даже приблизительно определить, что он имел в виду…

Даже когда в зоопарк не вернулись несколько перелетных птиц, Михаил Зиновьевич сказал: « Непрелет прилета —это положительно». Все почесали затылки задними лапами, и забыли перелетчиков, устроившихся под крылом недружественных заграничных зоопарков с икрой и колбасой ста видов…

Кормили обитателей зоопарка г. Советска хорошо (правда без изысков), лечили бесплатно, дети звериной школы получали прекрасные знания и навыки для дальнейшей зоопарковской жизни.

В общем, в основном все были сыты, обуты и довольны.

Наступила зима, и на обучение в заокеанский зоопарк отправили студентов местного университета – рыжего лиса Ч. и его друзей медведя К., поросенка Г. и некоторых других отличников учебы. Кто их отбирал в поездку никто не знает.

В это же время сторожем в зоопарк устроился выгнанный за пьянство и необузданность свердловчанин Боря. Когда он был пьяным, а это было каждый день, он подходил к клеткам и кричал: « Меня отовсюду выгнали за то, что я требовал свободу! И я дам Вам всем свободу!»

Обитатели зоопарка просыпались, и своим мычанием, гавканьем и даже ослиным «Иа!» поддерживали Борю. А Боря шел отсыпаться.

Только молодой ворон «Свободу попугаям» неожиданно задумчиво молчал

…Однажды летней ночью в сторожке собралась странная разношерстная компания. За столом сидел директор зоопарка Михаил Зиновьевич. В тусклом свете от единственной лампочки на его лысине вдруг проявились контуры зоопарка.

– Вот видишь, Мишка, сегодяшний день благословит Всевышний, – выпивая очередной стограммовый стакан, произнес Боря. И его грузная фигура дернулась от удовольствия и нетерпения.

– Куда вы меня толкаете, на что? —возмущался Михаил Зиновьевич

– Начальник. Не бойся. Все будет тип-топ. Наши учителя передали, что директор зоопарка и его лидер Рая будут под их защитой и с деньгами, – раздался голос из темноты.

Михаил Зиновьевич взглянул на говорящего Лиса Ч. и остальных приехавших из-за океана «студентов».

– А если вы против, будет другой разговор и с другими зверями, – зловеще произнес присутствующий при сем незнакомый медведь и посмотрел сначала грозно на Михаила Зиновьевича, а затем перевел взгляд на поросенка Г. А Г. умиленно пил сгущенное молоко прямо из банки, смачно причмокивая.

И все устремили взгляды на растерянного директора. У того выхода уже не было.

– Хорошо, – но я буду как бы ни при чем. Я поеду с Раей в Крым, как бы на отдых, а вы тут шуруйте. Обычно косноязычный, Михаил Зиновьевич все это произнес четко и ясно.

Директор встал и вышел.

Боря выпил еще один стакан, и сказал зверям– подельникам:

– Пошли!

…И компания зашла в зоопарк. И начала открывать все замки на клетках и дверях.

Была ночь. И сонные звери не сразу начали выбегать из неволи. Но животные инстинкты сработали, и огромное стадо выбежало прочь из главных ворот зоопарка, и без оглядки на прошлое, помчалось в ближайший темный лес.

На свободу!

Позади всех бежал жираф Яша, любимец горожан, и растерянно озирался. До него плохо доходило, что делать дальше – ведь жирафий мозг расположен очень далеко от земли…

Только ворон «Свободу попугаям» не смог вылезти из клетки – кроме подрезанных крыльев сторожа зоопарка сломали ему ногу…

Прибежавшие в лес свободные звери стали устраиваться на ночлег. Семье зайцев – мужу, жене и их восьмерым сереньким попрыгунчикам зайчатам пришлось лечь спать прямо на землю, дрожа от холода.

А вот змеи расползлись по всему ночному лесу и шипели от радости. Хитрые жучки спать тоже не ложились, и с удовольствием осваивали новые территории.

Наступило утро. Все просыпались с тревогой и надеждой

Самыми первыми на свободе сориентировались змеи и хитрые жучки. Змеи с аппетитом съели первых попавшихся живущих в лесу лягушек, а жучки с аппетитом позавтракали важно пролетавшими мимо мошками.

– Жить можно!, -произнесла жирная змея и поползла в поисках новых жертв свободного леса.

Вдруг под вековыми соснами раздался жалобный писк. Это семья волков расправлялась с мамой заячьей семьи. Волчий аппетит затмил воспоминания о доброй дружбе семей зайцев и волков в общем зоопарке…

А клетки раньше были рядом…

На солнечной поляне лежал жираф Яша. Он умирал от голода, потому что на верхушках деревьев росли иголки, а не листья. Яша лежал, и с тоской вспоминал свое детство, папу, маму и родную Африку.

Недалеко раздались выстрелы. Это от охотников бежали новые поселенцы свободного леса. Охотники с удовольствием убили лосенка, и с дикими звериными криками стали разделывать его. На поляне уже разгорался костер….

Звери в панике продолжали бежать вглубь леса. Лев Лева, задыхаясь, прорычал:

– А в зоопарке люди в нас не стреляли!…

Запыхавшиеся зверята вбежали на опушку леса, и, тяжело дыша, остановились от неожиданности. За высоким забором возвышался огромный дворец. Оттуда слышалась гламурная музыка, пьяные звуки веселящихся людей и зверей.

Звери, дрожа от холода и страха, подошли к воротам. Охрана дворца состояла из серых медведей и таких же серых волков.

– Пустите погреться, дайте поесть…, – попросил Лева от имени всех собравшихся.

– Не велено пускать, – провыла и прорычала охрана дворца.

И тут ворота открылись, из них вышел …директор зоопарка Михаил Зиновьевич и пьяный в стельку Боря. За плечами Бори виднелись довольные морды лиса Ч., медведя К., поросенка Г. и их друзей.

– Я тут услышал, что вы просите о помощи, – прогремел хриплый голос Бори. – Вы же свободны! Берите свободы столько, сколько унесете! Не ходите только к речке, где напиться воды– пить ищите сами. А речка и вода нашего леса принадлежит моей семье и моим друзьям. Счастья вам, дорогие лессияне!

Боря и его семья повернулись, и скрылись за дверьми ворот, на которых было написано: «jedem das seine». Опять послышалась веселая музыка и пьяные крики.

Ошалевшие звери во главе с Левой повернулись и пошли обратно. По пути тигры, шакалы и еще несколько животных отделились, и направились в сторону самого темного, заросшего и густого леса. Они помахали идущим назад лапами, и прокричали: « Мы верим в свободу, мы будем счастливыми и богатыми!» Лева с друзьями помахал им вслед, кто-то даже смахнул горячую слезу.

И они пошли назад. В зоопарк города Советска

По дороге путешественники к звериному счастью увидели пятнистую горку. Это все, что осталось от жирафа Яши. Рядом уже крутились знакомые зоопарковские шакалы из родного зоопарка… Вот и ворота родного зоопарка. Звери с радостью вбежали домой.

Но что это? Их взору предстала ужасная картина: клетки покорежены, здания сожжены, школа и поликлиника для маленьких разрушены.

Варвары не тронули только клетку с мертвым вороном «Свободу попугаям».

Звери ужаснулись и… окаменели

2012 год.