Читать книгу "Владимир. Святой язычник"

Владимир Филиппов
Владимир. Святой язычник

Серия «Неведомая Русь»

© Филиппов В.В., 2026

© ООО «Издательство «Вече», 2026

Предисловие

История любой страны держится на плечах героев. История Древней Руси не исключение. Русь – земля великой судьбы! Из глубины веков яркими красочными птицами долетают до нас легенды о тех далеких неведомых нам временах. Звенит в них булатная сталь, хрипят взмыленные кони, кипят жестокие сечи, свистят стрелы, и сшибаются в смертельных поединках воины. Они рассказывают о превратностях любовной страсти, об интригах политиков, дружбе, преданности и измене. Мы вслушиваемся в эти истории затаив дыхание. С замиранием сердца.

Казалось бы, к чему ломать голову над тем, что было так давно? Мы сами живем в беспокойное время, мир занимает масса проблем. Люди стали много кушать и мало читать. Интернет захватил внимание миллиардов. Да и вообще: разве мало у нас и своих ежедневных проблем? Может, и так, но есть вечные проблемы, которые волнуют людей. Чтобы понять их, не грех вспомнить не только о том, что было недавно, но и о том, что происходило совсем давно.

Холодное прошлое оживает не только для назидания потомкам. Течет неумолимое время, увлекает в небытие людей, их важные и пустячные дела, трагедии и подвиги героев, жалкие амбиции глупцов, взлеты и крушения династий. Время не стирает подвиги, и вновь сказывают сказки про легендарных героев и правителей, и песни поют, и книги про них пишут. Стараются авторы, прилагают все свое красноречие, чтобы не ушли в вечное забвение дела и судьбы наших предков! Чтобы умный человек, окинув глазами память веков, понимал, какие события определяют то время? Какие люди? Древняя Русь оставила нам множество легенд, из которых, возможно, самая великая связана с князем Владимиром.

Владимир Святославич – один из тех людей, кто олицетворяет собой эпоху! Ни больше ни меньше.

Писатели и историки, летописцы и известные книжники прошлого, такие, как митрополит Иларион, мних Иаков, преподобный Нестор, «грешный» Феодосий, приложили немало усилий и еще больше усердия, сохраняя для нас события и факты, детали давно минувших дней, преданья старины глубокой, чтобы до нас дошла информация о правителе одной из крупнейших держав Средневековой Европы, игравшей важную историческую роль в судьбе славянских народов, да и, пожалуй, государств Запада, Востока и даже отдаленного Севера.

Русский князь, возможно, не знал и не ведал, что от него, от копыт его горячего скакуна, от его воинской удачи, от мудрости его, от его потомства будет расти и шириться великая страна и что блеск Киевской державы огнем величия будет осенять его голову. Он не знал и не ведал грядущего. Его сделают святым, но святым он не был никогда. Разве всегда ходил он прямыми путями? Нет. Но окольная дорога в политике – обычное средство мудрого правления. Да, он пролил много крови, однако не ради собственной выгоды. Хищник. Опасный и быстрый, знающий себе цену. Око за око. Зуб за зуб. Сколько дашь, столько и вернется. Добром за добро, злом за зло. Таким было его правило. Ведь злодеянье непременно ведет за собою отмщенье! Владимир воздавал по заслугам, и было это не от жестокости сердца. Беспощадная история не умалчивала об этих прискорбных прецедентах, но освещала их с той же бесстрастностью, с какой повествовала о длинной веренице блестящих побед, торжества. Владимир, будучи гораздо одареннее других современников из числа собратьев по власти, обладал многими достоинствами, которых те просто не имели и которые обеспечили ему уважение многих европейских правителей. Кто-то путает уважение со страхом, но, если Владимир и пугал своих соперников, то не жестокостью и вероломством, а силой, решимостью и удачливостью. Но именно зависть и ненависть вдохновляли историков некоторых соседних государств создавать эпопею из злодеяний князя Владимира, делая главными чертами его характера похоть, жестокость и коварство. В этом случае они ошибаются, приписывая действиям русского правителя то, что сами хотели бы видеть в его мотивах. Многие негативные оценки, данные ему, безосновательны, хотя нет смысла отрицать тот факт, что если Владимир чувствовал, что противник хочет взять его за горло, то всегда опережал его, и добирался до горла противника первым.

Мне хочется поговорить о том, отчего именно князю Владимиру некоторые историки хотят создать дурную репутацию и почему. На самом деле нет ничего, что явственно свидетельствовало бы о его низменных инстинктах, ужасающих пороках и страсти к насилию. Такому, чтобы добродетель в страхе бежала, а честь шарахалась в сторону. Пока поверьте на слово.

Был ли он добр? Не всегда и не ко всем. Умен – да. Но зачастую люди не прощают тому, кто умнее их. Тем более если умнее, чем все остальные правители, вместе взятые. Владимир знал, что нужно делать с политикой, войной, экономикой и вообще со всем на свете. Он, как никто, умел управлять событиями и людьми. И именно поэтому личность Владимира, князя, крестившего Русь, волнует людей до сих пор.

Казалось бы, биографии наиболее значимых правителей написаны и переписаны множество раз, что к ним можно еще добавить? Все уже изучено, зафиксировано, оговорено. Новой информации уже не будет. Именно поэтому многие биографии стали монументальны, как мраморные памятники, и так же статичны. Давайте изменим эту ситуацию. Посмотрим свежим взглядом на вещи устоявшиеся, окаменевшие, затвердевшие. Столько всего нового можно увидеть, узнать, переосмыслить. Ведь наша история живая. К тому же книжная премудрость до сих пор не объяснила всех загадок, которые окружили после смерти историю Владимира Святославича.

Нужно взглянуть на нее понимающе, и легенды откроют нам иные тайны. Только не ждите сокрушительного набора разоблачений, высыпанных на голову доверчивому читателю. У меня нет цели просто рыться в могилах давно ушедших предков. Наоборот. Задача – понять. Это куда интереснее. И хотя мы не можем знать, о чем думали в тот или иной момент герои этой книги, этого не дано знать никому, кроме разве что Господа Бога, но в большинстве случаев мы все же можем с уверенностью определить направление мысли нашего героя, несмотря на его многовековую отдаленность от нас. Ведь до нас дошли зафиксированные в документах факты, перипетии разыгравшихся событий и даты. По этим вехам лучше и правильнее судить о желаниях и мыслях нашего героя, ведь они нашли свое воплощение в действии, и это действие редко было спонтанным. Вот именно по поступкам мы и будем судить, а не вкладывать в головы историческим персонажам мысли, которые, как мне бы казалось, должны были их посещать.

Второй вопрос – в том, вправе ли мы в очередной раз ворошить давно исписанные летописцами страницы, отыскивая в них скрытый подтекст, подозревая их в умолчании или, напротив, домысливании тех или иных эпизодов биографии князя Владимира? Такой вопрос, судя по всему, задают себе некоторые современные авторы. Только ответ не представляет собой никакой сложности. Конечно же, вправе. Ведь именно для того и дошли до нас деяния великих правителей прошлого, чтобы мы могли их обсуждать. Чтобы попытались понять мотивы их действий, развеять, хотя бы даже для себя, мифы, которые вокруг них были созданы. Что нашему герою приписывают, где на него наговаривают, и чем он руководствовался, ведь мотив есть всегда. Это не панегирик, не оправдание, а понимание. Судить героя давно минувших дней может каждый, это его право, а правитель он или нет, значения не имеет; так вот, для того, чтобы вершить правый суд, даже для себя лично, нужно понять действия того, кого ты собираешься судить и оценивать. А князь Владимир того стоит. Этот человек навсегда останется в истории Руси титаном, Святым и грешником, человеком, которого будут боготворить за сделанное при жизни, и он же будет служить объектом критики для людей недалеких и некомпетентных, для тех, которые хотят сделать на имени героя имя себе и которым серьезно углубиться в тему, видимо, недосуг. Хотя если бы вы спросили прямо кого-то из них, откуда они это взяли, они бы затруднились ответить, сославшись на то, что вещи эти общеизвестны, а потому не стоит и тратить на это время.

Русь в IX–XI веках

Я собрался высказаться на эту тему, поскольку имею по данному вопросу твердые взгляды. Некоторые поступки нашего героя можно трактовать двояко, ведь никакой дополнительной информации, кажется, нет, и узнать ее больше не у кого. Прочтите и поймете, что до сих пор есть поступки, на которые не только можно, но и нужно взглянуть иначе. Этот рассказ коренным образом отличается от всего, что говорится в других работах. Повествование это основано не только на «исторических», но и на «логических» соображениях.

А если вы не согласны, то не нужно смотреть настороженным подозрительным взглядом, можно поспорить, ведь хороший спор лишь увеличивает количество мудрости на земле.

Каждый автор, создающий образ этого выдающегося правителя, видит его по-своему, и, конечно же, каждому из тех, кто пишет биографию, кажется, что именно его труд наиболее объективно отражает характер персонажа, о котором он ведет речь. Только все мы видим и оцениваем одного и того же человека по-разному. Я хочу познакомить вас с тем, как я вижу князя Владимира. И поверьте на слово, если этот взгляд будет отличаться от того, что пишут классики, и того, что вы сами себе представляли, он будет подкреплен как фактами, так и размышлениями по данному вопросу, с которыми вам трудно будет спорить.

Поэтому резюмирую. Писать книгу нужно только в том случае, если тебе есть что сказать по данному поводу. И эта книга именно такая. Касаясь ранее не раз деятельности этого неординарного князя, я понял, что зачастую трактовка его поступков и мотивов неверна, и на этом основании решил посвятить ему целую книгу. Давайте сменим угол зрения, под которым мы рассматриваем дела и поступки одного из самых великих русских правителей от начала создания государства, а именно князя Владимира Святого. Давайте отойдем от тех вещей, которые нам кажутся привычными, когда речь заходит об этом правителе, и переосмыслим привычные установки.

Глава 1
Святослав

Начнем свое повествование со времен, когда правил в Киеве молодой князь Святослав. Правитель он был энергичный. Даже слишком. Главным делом его жизни была война. Он сам выбрал для себя путь славы и не собирался от этого решения отходить. Это было неудивительно, ведь его ближайшими соратниками и наставниками были великие воины своей эпохи Асмунд и Свенельд. Именно они обучали его ратному ремеслу, они и привили ему жажду подвига. Святослав рано остался без отца. Его отец, князь Игорь погиб от рук древлян, когда ездил собирать причитающуюся ему дань. Странные слабости бывают присущи правителям, отец Святослава был жаден. Сильно. В тот раз Игорь перегнул палку в своих требованиях, жадность взяла верх над здравым смыслом. В тот злополучный день киевский князь был не в духе. Игорь хотел компенсировать отсутствие настроения большим количеством дани, много больше того, что ему должны были дать. Он оскорблял и унижал своих данников словесно и действием, забыв, что в этом мире полно опасностей и что всякое терпение имеет предел, а у древлян терпение к тому моменту было на исходе. Древляне всегда отличались вспыльчивым нравом, они были горды, великодушны и отважны, но могли быть жестоки, если их к этому вынуждали. А Игорь вынуждал. Он просто пер на рожон. Он провоцировал. Только вот топтать поверженного противника не стоило. Древляне медленно закипают, но когда закипают, их никому не удержать. Расплата за жадность и несдержанность пришла быстро. «…Ежели не убьем его, всех нас разорит и погубит». Так рассуждали древляне. «Однако послали к нему от себя послов просить, говоря: поскольку ты собрал дань всю, то нет причины к нам идти, и чтоб оставил нас в покое и возвратился в Киев. Но Игорь не послушал их просьбы. Они же, выйдя из города Коростеня против него, нападши ночью неожиданно, убили Игоря и всех бывших при нем, поскольку с ним было людей весьма мало. И погребен был там, где до сих пор могила его близ Искоростеня града в древлянах». Такие строки мы можем прочесть у В.Н. Татищева.

Так началась война древлян за независимость от Киева. История эта описана довольно подробно, как и история мести, которую осуществила жена Игоря, княгиня Ольга, вместе с воеводой Свенельдом. Столица древлян Овруч была сожжена, потому что здесь прошла война.

Святослав остался без отца. Для управления государством он был слишком мал, поэтому все заботы по управлению страной взяла на себя его мать, княгиня Ольга, дочь Вещего Олега женщина редкой красоты. Она занималась внутренней и внешней политикой, а воевода Свенельд стоял на страже границ, управляя войском. Правила Ольга мудро и великодушно. Святослав рос, Русь наслаждалась миром. Сын Игоря взрослел быстро и скоро превратился в мужа высокого и статного, сильного и неутомимого умом и телом. С ранней юности Святослав был пылок и беспокоен. Он был куда более горд, нежели его отец, хотя так же, как тот, упрям, своеволен и скор на принятие решений. Гордость никогда не позволяла ему признавать себя побежденным или приходить с мольбой о прощении, даже если он бывал неправ; к тому же он жаждал подвигов и славы. Ему было тесно в Киеве. С самого детства Святослав полюбил войну, и все мысли его склонялись к ремеслу воина. Большую часть своего времени он проводил с самыми искусными воинами, обучаясь мастерству владения оружием и управлению войсками. Мать и не думала ему препятствовать, видя, как Святослав закаляет себя трудами и упражнениями, развивая и трезвость мысли, и крепость руки. Княжескому дому нужен человек, который знает и любит свою землю и народ, которым предстоит ему править, и который умеет народ этот в случае необходимости защитить. Еще не достигнув зрелости, Святослав уже мог взять на себя командование дружиной, если бы в этом возникла необходимость. Когда пришло время, Ольга женила Святослава, и от этого брака появились на свет двое детей, Ярополк и Олег. К этому моменту Святослав уже отодвинул мать от управления государственными делами и, хотя прислушивался к ее советам, решения принимал сам, чаще обращаясь к опыту своих воевод-соратников. В те дни между княгиней Ольгой и ее сыном возникло отчуждение, и Святослав перестал открыто говорить о своих замыслах и устремлениях с матерью, но, несмотря на возникшую холодность, мать во всем поддерживала сына.

Княгиня Ольга и юный Святослав. С рис. В.П. Верещагина

После длительного правления в Киеве женщины на трон взошел молодой и агрессивный воитель, готовый расширить сферы влияния Руси и подчинить своей власти окрестные земли. Воинственный князь, несмотря на молодость уже успел покрыть свое имя славой. Во главе хорошо организованного, сильного славянского войска, прошедшего выучку под его началом, он атаковал Хазарский каганат, разбив в открытом сражении вражескую армию и взяв на щит его самые крупные города. С этого момента некогда могучая Хазария навсегда утратила свое величие. Слава Святослава с каждым днем росла, торговля ширилась, государство крепло. А вот в семейной жизни молодого князя назревали перемены. Все ли устраивало в браке Святослава, мы не знаем, но, видимо, чего-то ему все же не хватало. Возможно, он был просто молод.

Красота одной славянской девы так поразила молодого князя, что он более не замечал почти ничего вокруг. Той, кому удалось завладеть сердцем молодого князя, стала ключница его матери по имени Малуша. У нее были золотые волосы, благородный и мягкий характер. Любуясь ее красотой, Святослав угадал в ее ясно-серых глазах скрытую силу. Он почувствовал сильный всплеск эмоций в своей душе – таких эмоций, на какие даже не рассчитывал; ему хотелось обнять эти тонкие плечи, прижать ее хрупкое тело к себе. Но он подавил в себе этот порыв, изучая ее точеную фигуру, разглядывая ее волосы, которыми вовсю играл ветер. Теперь он часто виделся с этой девушкой и княгиня Ольга, прознав про их встречи, весьма обеспокоилась, хотя и не огорчилась.

Святослав же постиг, что любит эту юную деву, и почувствовал, как могут быть пусты его дни без нее, ведь сейчас он был счастливее, нежели когда-либо еще в мирной жизни. С этого момента его любовь разгорелась жарче, и он решил, что сам нашел себе ту супругу, которая ему нужна, а потому открыто объявил о своем желании взять за себя. На это предложение Малуша ответила согласием.

Холодна была встреча князя с матерью, когда он пришел к ней объявить о своем решении; и потребовала Ольга Олеговна, чтобы Святослав объяснил, что у него на уме. И, выслушав сына, упрекнула его, говоря, что не подобает правителю вступать в брак с девицей не княжеских кровей. Правду сказать, в те дни ничто – ни закон, ни обычай – не повелевало, чтобы потомки княжеского дома, будь то даже сам князь, сочетались браком лишь с равными себе по положению. Но Святослав и слышать ни о чем не желал, ибо он всегда и во всем тем более противился, чем больше его к тому принуждали. Святослава было не переубедить, тем более что ничьей воле он уже не подчинялся. Княгиня же не желала навлечь на себя гнев сына своим запретом, да и ничего он не изменил бы. Ольга дала дозволение сыну хоть и с крайней неохотою: во-первых, она была христианкой и продолжала жить, и править по законам христианской религии, а христианская церковь не приветствует многоженство. По христианским канонам можно иметь только одну жену, и только дети от этой жены являются законными. Здесь же получалось, что при живой жене Святослава, – точнее, прямо рядом с его законной женой – в одном городе, практически в одном дворе, должен был родиться еще один внук Ольги. Для христианки это был серьезный удар. Но что она могла сделать? Идти наперекор традициям она не стала, ибо сын этого союза желал и не внял бы материнским уговорам в любом случае.

Да, Малуша не была княжеской дочерью, и никакой политической выгоды этот союз иметь не мог, только чувства, но, с другой стороны, Малуша была ключницей княгини Ольги, а значит, ее доверенным человеком. Это был плюс. А уж в случае политической необходимости Святослав может позволить себе еще одну жену. Язычество не ограничивало князя в их количестве. Так что, может быть, выбор Святослава был не так уж плох для Ольги, ведь это, по сути, был дополнительный рычаг давления на сына, пускай и не очень мощный. Кстати, ключница – это та, кто ведает княжеским добром, всем обширным хозяйством великой княгини. Многое на княжеском дворе и за его стенами зависело от одного ее слова, и было немало тех, кто спешил угодить ей, и искал с ней дружбы.

Дело шло к свадьбе. В этот раз Святослава не нужно было принуждать, ибо брак был вызван не политическими раскладами, а только решением сердца.

По случаю свадьбы Святослав задал великий пир, веселые празднества были устроены по всему Киеву, и на всех улицах пели мужи и жены. Народ любит праздники. Когда правителю хорошо, то и простому люду весело, ведь ни князь, ни княгиня их не забывают, а значит, любят, и как не ответить взаимностью.

И на свадебном пиру Святослав встал со своего места и провозгласил тост за Малушу, нарекая ее новой хозяйкой Киева. И те, кто был на том пиру, уверяли, что глаза счастливой невесты сияли столь же ярко, как звезды в небе.

– Как жена правителя Киева ты поселишься, где тебе угодно, – сказал Святослав жене. И это были не пустые слова. Эти слова возносили жену Святослава выше порицаний злых языков, которые есть везде и всегда; они подчеркивали ее статус. Они подчеркивали ее значение в киевской иерархии. Всем стало понятно, что думает молодой князь о правах новой жены.

– И сие будет оглашено во всеуслышание, – молвил Святослав. – Теперь ты киевская княгиня.

Народ был счастлив – одни только сторонники первой жены Святослава остались очень недовольны этим решением.

Да и сама первая жена Святослава не на шутку встревожилась, ибо услышала в тех словах порицание князя, на благоволение которого всегда полагалась. В этом она не ошиблась; однако мысль о том, что за этими словами кроется нечто более важное, даже не пришла ей в голову.

Она была уверена, что Святослав хоть и женился на Малуше, но это лишь легкое увлечение. Каприз.

– Я не стану делить мужа с ключницей, – молвила она сгоряча. Однако дни шли, а в ее покоях Святослав больше не объявлялся, хоть по-прежнему жил в Киеве. И тут овладела ею тоска, точно горло вдруг сдавило рукой, и гулко заколотилось сердце, и перехватило дыхание. Ибо она страшилась Малуши и ее власти над мужниным сердцем; хоть и пыталась скрывать свои страхи от других. Часто говорила с доверенными людьми о своих надеждах и замыслах. Но пока это были лишь грезы, далекие от реальности. Она призывала Святослава к себе, но тот остался глух к ее мольбе и слова тут были тщетны, сердца Святослава они не затронули. Однако от претензий своих на мужа первая жена не отказалась и зорко следила ревнивым взором за ним, особенно ежели Святослав отправлялся к своей новой жене. Мать Ярополка и Олега твердо решила, что придет день, и она вернет его себе. Тогда она станет могущественной правящей княгиней, как ее свекровь Ольга. К тому же, согласно обычаю трон наследовал старший сын правителя, и этим сыном был один из ее сыновей.

Держалась она теперь чопорно и отчужденно. Понятно, что в отношениях с мужем это не помогало. Однако люди они не чужие, и Святослав зашел к жене своей первой, только радости это ему доставило мало. Разговора не получилось.

Чуть ли не с порога первая жена Святослава высказала ему все жалобы, что накопились у нее на сердце, и хоть далеко заходить она не дерзнула, опасаясь утратить благоволение князя, но даже этого было достаточно.

Огорчился Святослав, видя это, но и рассердился, ибо решение его было твердо; и ожесточил он свое сердце.

– Если ты задумала приковать меня к себе, то выбрала не ту цель. Женщине в надменности своей не стоит тщиться поставить мужчину на колени. Ныне устремления твои мне ясны. Только не осталось у меня больше любви к тебе. Прошлое я в сердце сохраню; будущее наше мертво. На что иное ты рассчитывала? А потому я иду туда, где меня не отчитывают, а, напротив, привечают с почетом. Я все сказал. А теперь займусь делами более разумными, чем собачиться с тобой.

Князь Святослав и император Цимисхий. С рис. В.П. Верещагина

Посеревшее лицо его сделалось холодным и враждебным, точно море, когда солнце внезапно затянет тусклая туча. Святослав пожал плечами и шагнул к двери. Тогда, вопреки ее воле, на глазах у матери Ярополка выступили слезы. Она-то ждала хоть каких-то свидетельств раскаяния, дабы даровать мужу прощение, ежели о нем попросят; но Святослав обошелся с нею так, словно это она его оскорбила, и выказал к ней пренебрежение. Разрыдалась она более от гнева, чем от горя, думая о своих обидах и зная, что никто сейчас ее не видит. И ведь, может статься, все сложилось бы иначе, ежели бы не встретил Святослав эту ключницу. Увела она у нее мужа, и этого не простить.

Но дни шли, неся с собой новый год. Спустя положенное время Малуша родила Святославу сына, которого нарекли Владимиром.

Теперь Малуша со Святославом меньше времени проводили вместе. Этим первая жена Святослава, подмечавшая все, что происходит, осталась весьма довольна.

Святослав собирал войско и готовился отправиться в поход на вятичей.

– Мужчине нужно дело, которым можно занять себя, даже если у него есть красавица-жена.

Вид чужих земель жег его сердце, и некий внутренний пыл, некая мечта не давала ему покоя. А замыслы Святослава были честолюбивы. Сознавал ли он это или нет, но мечтал он о великой славе Руси, о могуществе ее князей; и стремился создать оплоты, откуда смогут они шагнуть к владениям более обширным.

К тому же Святослав искренне считал, что снаряжаться к войне, которая до поры лишь в помыслах, нужно во дни мира. Нужно заранее обучать ремесленников и пахарей кровопролитию и сражению; вложить металл в руки предводителей, которые возлюбят вместе с ним завоевания и умножение своей воинской славы! Воин должен быть всегда готов защитить грудью Отчизну и храбро встретить свою смерть, если придется, а не обратиться в бегство, оставляя позади стенания женщин.

Вновь пришла пора Святославу брать в руки оружие.

Славянское племя вятичей, одно из последних славянских племен, которое не платило дань Киеву и не входило в состав славянского государства – Руси, было покорено Святославом через год после падения каганата.