Электронная библиотека » Владимир Колычев » » онлайн чтение - страница 5

Текст книги "Живая пуля"


  • Текст добавлен: 25 июня 2014, 15:23


Автор книги: Владимир Колычев


Жанр: Криминальные боевики, Боевики


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Глава 9

Убийствами следственный отдел РОВД заниматься не уполномочен, а умышленное причинение тяжкого вреда здоровью – это как раз компетенция Инны. И дела с пометкой «умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью» тоже должна расследовать она, но в этом случае к потерпевшему направляется дознаватель, который выносит постановление о возбуждении уголовного дела. В первом же случае дознаватель не нужен: Инна сама должна вынести такое постановление. Но как отличить тяжкий вред от вреда средней тяжести? В данном случае такой вопрос даже не стоял: потерпевшего избили так, что бедняга лишился зрения.

В больнице он, в отдельной платной палате. Жена-красавица на стуле сидит, сын рядом с ним – грустный и подавленный. Марине Павловне тридцать восемь лет, но выглядит она намного моложе…

Больной не видел Инну, но повернул голову на звук. И Марина Павловна обернулась.

– Здравствуйте, Василий Антонович!

И с женщиной Инна поздоровалась, и с ее сыном, имя которого забыла. Василий Антонович был другом ее отца. Когда-то они работали в одном строительном управлении, потом каждый открыл свою фирму, но дружеские отношения сохранились. Правда, с каждым годом Василий Антонович все реже бывал у них в гостях.

– Инна, ты? – удивленно спросила Марина Павловна.

– Инна? – Похоже, Василий Антонович не понял, о ком шла речь.

Говорил он с трудом, не разжимая челюстей. Фиксирующие шины у него во рту. Узнать его было трудно. Голова туго перебинтована, повязка на глазах и на носу, лицо в ссадинах, губы разбиты в лепешку. Да еще и челюсть сломана.

– Инна Демичева, следователь Потоцкого РОВД.

О том, что избит был именно Корчнов, она узнала только в больнице, так что не специально она приехала.

– Старший лейтенант полиции, – совсем не весело, но тепло улыбнулась Марина Павловна, глянув на ее погоны.

– Если точней, то юстиции…

Корчнов и его жена знали Инну еще школьницей, а сейчас она уже офицер, представитель закона. Только нынче не та ситуация, чтобы гордиться своим положением и формой. Вот если она преступников накажет, тогда и нос можно будет задрать.

– Василий Антонович, я знаю, что с вами произошло, но не знаю как. Я должна это выяснить и принять решение о возбуждении уголовного дела. Ваших обидчиков найдут и накажут, это я вам обещаю.

Корчнов пожал плечами. То ли он не верил в то, что преступников найдут, то ли не хотел, чтобы их искали.

– Скажите, кто на вас напал? Когда? Где?

Ни вызова в полицию не поступало, ни заявления, и если бы не сигнал из больницы, то, возможно, в РОВД так и не узнали бы о происшествии. Но сигнал о потерпевшем был, и работа по этому делу началась.

– Возле дома все произошло, – сказала Марина Павловна. – Василий к дому подъехал, а на пути машина стояла, путь перегораживала. Он хотел попросить водителя отъехать, вышел из машины, а к нему подошли трое. Сначала ударили пальцами по глазам, а потом стали избивать…

Василий Антонович кивнул. Да, дескать, все так и было.

Корчнову трудно было говорить, но все-таки и следующий вопрос Инна адресовала ему, а не его жене.

– Почему не вызвали полицию?

– Василий сказал, что не надо, – снова ответила за супруга Марина Павловна.

– Почему?

– Не надо… – Корчнов обратил взгляд к окну.

– Как это не надо? У вас ушиб головного мозга, вы потеряли зрение, а преступники должны гулять на свободе?

– Ну, врач сказал, что зрение восстановится, – вздохнула Марина Павловна.

– А если нет?

– Будем надеяться на лучшее.

– Вы надейтесь на лучшее, а мы будем искать преступников.

– Не надо, – продолжал упрямиться Корчнов.

– Может, все-таки скажете почему?

– Не надо.

– Ну, хорошо, не хотите говорить как следователю, скажите как дочери вашего друга.

– Скажу.

– Антон, побудь, пожалуйста, в коридоре.

Марина Павловна вывела сына из палаты, вернулась на место.

– Этих ублюдков найти можно, – сказала она. – И наказать можно. Только потом и Василия накажут. В следующий раз его могут убить. Они так и сказали: обратишься к ментам – убьем… Они ведь его поджидали… Заказали Василия.

Корчнов кивнул, подтверждая версию жены.

– Кто?

– Это из-за бизнеса все… Василий выиграл тендер на строительство объездной дороги в обход города, а кому-то это не понравилось.

– Кому? Фирме-конкуренту?! И вы так боитесь этих конкурентов, что готовы помиловать их? – возмущенно и удивленно спросила Инна.

– Там не просто фирма, а такие люди, что с ними лучше не связываться…

Марина Павловна, казалось, сама в том сомневалась. Не казались ей эти люди такими уж страшными, как рисовал их Корчнов, но в то же время она не хотела рисковать. Челюсть срастется, зрение вернется, и Василий Антонович дальше будет работать на благо своей семьи. Денег, правда, с объездной дороги не поднимет, зато жить будет… Может, она в чем-то и права. Но все-таки преступники должны быть наказаны…

– Значит, полицию вы не вызывали? – в раздумье спросила Инна.

– Нет, – кивнула женщина.

– Василий Антонович сказал, что не надо?

– Да, он сказал.

– Когда сказал?

– Когда в больницу увозили.

– Значит, он в сознании был?

– Когда «Скорая» подъехала, он был уже без сознания.

– А «Скорую» кто вызвал?

– Я.

– Выходит, вы видели, как трое неизвестных избивали вашего мужа?

– Не видела. Соседка позвонила, сказала, что Василия избивают, я когда подошла, никого уже не было. Игорь Петрович подошел, заявил, что полицию вызывать надо, звонить стал, а Василий сказал, что не надо…

– Значит, вы, Василий Антонович, уже знали, кто и почему вас избил? – спросила у Корчнова Инна.

– Они сказали, – не разжимая челюстей, сквозь зубы процедил он.

– Что они вам сказали?

– Убьют, сказали.

– Этого мало… Я же знаю вас, Василий Антонович, вы не такой, чтобы испугаться каких-то хулиганов.

– Не хулиганы. Бандиты… Я одного видел.

– Где?

– Не важно.

– Этот бандит представлял фирму-конкурента?

– Можно сказать и так.

– Значит, фирма эта бандитская?

– Крыша там.

– Бандитская крыша.

– И не только.

– А какая еще?

– Тебе лучше не знать. И лучше не лезть.

– И все-таки? – настаивала Инна.

– Не скажу.

– Почему?

– Тебе не скажу. Опасно это. Пусть мужчина этим делом занимается, а тебе нельзя…

– Мне можно!

Корчнов приподнял и резко опустил руку, давая понять, что разговор окончен. И плохо ему, и за Инну он боится, так что ничего она от него не узнает.

– Что ж, не хотите говорить, не надо. Пойду я, – сказала Инна. – Марина Павловна, вы не проводите меня?

– Проводить?! Ах да, конечно…

Корчнова вместе с ней вышла в коридор, и они направились к выходу.

– Инна, ты молодец, мне нравится твоя настойчивость, – сказала Корчнова. – Но Василий прав, тебе в это дело лучше не лезть… Мне даже страшно подумать, что эти подонки могут сотворить с тобой. Они никого не боятся…

– Кто они?

– Василий же сказал, бандиты.

– Они же и конкуренты?

– Ну, не они лично… Я подробностей не знаю, но если Василий сказал, то я ему верю.

– Кто видел, как его избивали?

– Соседка наша… Татьяна ее зовут. Татьяна Михайловна Гортова, по нашей улице дом двадцать четыре. Это как раз напротив их дома было. Она все видела… Не лезла бы ты в этом дело. Мы же не только за себя, но и за тебя переживаем.

– За меня переживать не надо. И за себя не бойтесь. Не хочет Василий Антонович заявление писать, не надо. Если заявления нет, то и претензий к вам со стороны бандитов быть не должно. Правильно я рассуждаю? – усмехнулась Инна.

– Может быть.

– Тогда все.

На этом разговор был закончен, но работа по делу будет продолжаться.

* * *

Миша достал из пачки сигарету, сунул ее в рот. Инна многозначительно глянула на него – дескать, у нее в машине не курят. И он правильно понял ее.

– Так я не зажигаю, без огня потяну, – сказал он. – Так можно?

– Можно, – кивнула она.

– О здоровье моем заботишься? – спросил Ракитин. И тут же, не дожидаясь ответа, сказал: – Это хорошо, что ты обо мне заботишься.

– Ну, кто-то же должен мне помогать, – улыбнулась молодая женщина. – А с чахоточными каши не сваришь.

– Странно, заявления нет, а дело ты возбудила.

– Так надо.

– А если это глухарь?

– Глухарем больше, глухарем меньше.

– Интересная логика… А заявления почему нет?

– Страшно человеку стало. Возмездия боится.

– Ну и пусть себе боится, если органам не доверяет. И мы будем вместе с ним бояться. В сторонке.

– Дело касается моей семьи.

– Он твой родственник?

– Нет, он друг моего отца. И у него строительный бизнес, и у отца. Вчера избили Корчнова, а завтра убьют моего папу…

Инна могла дать и другое объяснение. Ведь она, берясь на это дело, думала не столько об отце, сколько о других людях, которые могли пострадать от рук ненаказанных беспредельщиков. Она думала о людях, которых должна защищать по долгу службы, но такое объяснение могло показаться Ракитину пафосным, а потому притянутым за уши… К тому же она действительно переживала за отца. Так что и она не врала, и ему все стало понятно.

– Ты сегодня в ударе! – засмеялся Миша. – Просто убиваешь своей логикой!.. А если завтра продавщицу в магазине изнасилуют, ты за свою мать бояться будешь, потому что она в этот магазин ходит?

– Там из-за бизнеса наезд был. Корчнов тендер на строительство объездной дороги выиграл, а кому-то это не понравилось. Завтра этому кому-то мой отец дорогу перейдет, а я, знаешь ли, не хочу остаться сиротой.

– Твой отец строит дороги?

– Нет. Но так и Корчнов не строил дороги. Потом подряд получил. Кто-то коттеджный поселок построил, а он подъездную дорогу провел. Потом еще такой же подряд… А работать он умеет…

– Значит, за отца переживаешь? Тогда понятно.

– Ты не о том думаешь.

– А о чем я должен думать?.. О тебе? Так я о тебе всегда думаю… Может, заскочим в кафе… Э-э… Сейчас в кафе заскочим, обедать будем, – поправился он.

– Что-то я не поняла, обо мне ты думаешь или об обеде, – усмехнулась Инна.

– О тебе. А обед – это прилагательное.

– Ты лучше подумай, зачем нам в Потоцке объездная дорога?

Машину резко повело в сторону – это Инна объехала глубокую выбоину на дороге.

– Лучше бы в городе дороги отремонтировали, а то тихий ужас, а не дороги, – ухмыльнулся Ракитин.

– Объездной дороги не будет. Отвечает за нее бандитская фирма, она все деньги на распил пустит…

– Что за бандитская фирма?

– Я не знаю, что за фирма, но крыша у нее бандитская. И не только…

– Что значит не только?

– Корчнов не объяснил. И не хочет объяснять. Боится он.

– А от заказа отказался?

– Да, хочет отказаться.

– Слабак! – пренебрежительно сказал Ракитин.

– Но мы же не такие, Миша, да?

– Нет, конечно… Только вот под слабака и труса подписываться не хочется.

– Хочешь не хочешь, а надо.

– Как скажешь, гражданин начальник.

Корчнов жил на западной окраине города, в секторе, где преобладали относительно новые двухэтажные дома. Особняк Василия Антоновича выделялся среди прочих своими размерами, архитектурными изысками. Чувствовалось, что в строительном деле Корчнов знал толк.

Дом Гортовых находился неподалеку, на одной стороне улице, через два строения. Высокий забор, сплошные ворота, глазок видеокамеры над калиткой. Еще одна камера была встроена в домофон. Ракитин требовательно нажал на кнопку звонка.

– Я вас слушаю, – послышался из динамика женский голос.

Ракитин представился, раскрыл перед глазком видеокамеры свое удостоверение. Инна промолчала. А зачем ей что-то говорить, если она в форме, при погонах? И так все ясно.

Калитка открылась автоматически. Первым во двор вошел Миша. Руку он держал на пистолете, не вытаскивая его из кобуры. Мало ли, вдруг собака на них бросится. Но сторожевой пес гавкал, бросаясь на решетчатую стену вольера. Неприятное зрелище, хорошо решетки крепкие, да и дверь на замке.

На крыльцо дома вышла не очень молодая женщина – миловидная, ухоженная, в домашнем халате, стилизованном под платье. И тапочки у нее на довольно-таки высоком каблуке. Прическа, макияж, запах духов. И ведь не похоже, что при этом она собиралась куда-то выезжать. Что ж, нормальная женщина всегда должна так выглядеть.

– Вы, наверное, из-за Корчнова ко мне пришли? – вряд ли в том сомневаясь, спросила женщина.

Халат у нее не длинный, ноги открыты более чем наполовину. И надо признать, красивые ноги. Во всяком случае, Ракитин это признал. Женщина стояла на высоком крыльце, и он беззастенчиво пялился на ее ножки снизу вверх. Она это заметила, улыбнулась. Похоже, хозяйка не прочь была пофлиртовать с молодым и симпатичным гостем.

– Гортова Татьяна Михайловна? – официальным тоном спросила Инна.

– Она самая.

Наконец-то хозяйка догадалась сойти с крыльца.

– Нам бы хотелось осмотреть место, где был избит Корчнов.

– Пожалуйста, смотрите, мне-то что! – Гортова пренебрежительно повела рукой в сторону ворот.

– Вы бы показали нам, где все это произошло?

– А вы не знаете? – хмыкнула женщина, снисходительно глянув на Инну.

– Пока нет, но очень надеемся на вашу помощь, Татьяна! – Ракитин подмигнул Инне и взял женщину под локоток, нацеливая ее на ворота.

– Ну, я, конечно, помогу, – совсем другим тоном сказала Гортова. – Отчего ж не помочь?.. Я очень уважаю Василия, и с его женой мы дружим…

Женщина прикоснулась рукой к калитке, но открывать ее не стала.

– Я не могу выйти на улицу в халате, – спохватилась она.

– В халате? Я думал, это у вас, Татьяна, платье для коктейлей… Или для кофе?

– Да, можно и для кофе… – улыбнулась Гортова. – Если есть желание, могу пригласить вас на чашечку кофе.

– Нам бы место происшествия осмотреть, – покачала головой Инна.

Но женщина на нее даже не глянула. Все ее внимание занимал Ракитин. Демичева его не ревновала, но их обоюдный флирт начал раздражать. Хотя бы потому, что мешал делу. Не для того она сюда ехала, чтобы пялиться на то, как Миша заигрывает со свидетельницей.

– А чего там смотреть? Надо на запись взглянуть, там видно, как Васю… как Василия избивали. – Гортова показала на видеокамеру, что возвышалась над калиткой. – Пойдемте.

Снаружи дом казался обычным, зато изнутри производил впечатление. Отличный ремонт, дорогая стильная мебель, просторно, много света. И в каминном зале стоял плазменный телевизор. Вставляя флешку в проигрыватель домашнего кинотеатра, Гортова нарочно приняла такую позу, чтобы Миша смог заглянуть под подол ее платья-халата. Во всяком случае, Инне так показалось.

Хозяйка дома нашла файл, вывела на экран изображение. Машины, которая перегораживала Корчнову путь, на экране видно не было. Зато в кадре появился джип Василия Антоновича. Он вышел из машины, и тут же в поле видения появился не самого крепкого сложения, но шустрый, быстро двигающийся парень с бейсбольной битой в руке. Он что-то сказал Корчнову и сразу же ударил его битой по ноге, под колено. И тут же в кадр впрыгнул верзила с такой же битой. Этот ударил жертву по голове, свалив мужчину на землю, и пнул в живот…

Изображение было неважным, но лица идентификации поддавались. Нападавшие буйствовали не меньше минуты. Корчнов еще подавал признаки жизни, когда его перестали бить. Парень, который ударил его первым, склонился над ним, с презрительно-свирепым выражением лица что-то стал ему говорить. Видимо, объяснил, кто он такой и чем чревата жалоба на них. Наглый тип, без страха и тормозов. И лица своего не прячет, и ни разу не оглянулся по сторонам. Он абсолютно не боялся, что его увидят и опознают… Что ж, раз он такой смелый, то тюрьма его не напугает. И там ему самое место…

Преступники уехали, появился какой-то мужчина, затем прибежала жена Корчнова, склонилась над ним.

– Хороший у вас кофе, Татьяна, – весело сказал Ракитин. – А кино еще лучше.

Инна с удивлением глянула на журнальный столик, за которым сидела. Чашка кофе перед ней остывала, а она только сейчас ее заметила. Так сильно увлекло ее видео, что она даже не заметила, как Гортова уходила на кухню.

– Ну, муж не зря камеру поставил, – с намеком улыбнулась женщина, дескать, дама она хоть и замужняя, но совсем не прочь побыть холостой. Тем более что мужа сейчас нет.

– Спасибо вам, Татьяна Михайловна, ваша запись многое объясняет, – сказала Инна.

Запись происшествия она заберет с собой, снимет с нее портреты подозреваемых, возможно, уже сегодня удастся установить их личности. Работы много, и надо спешить.

– Уезжаете? – спросила Гортова, и в ее голосе угадывалось разочарование.

– А осмотр места происшествия? – спросил Ракитин, многозначительно глянув на Инну.

Дескать, если он ей не нужен, то ему ничего не мешает побыть наедине с гостеприимной хозяйкой. Но если Инна хочет увезти его отсюда, то ей придется пообедать с ним на обратном пути.

– Думаешь, надо? – насмешливо спросила она.

– А вдруг что-то найду…

– Дерзай.

Инне было все равно, чем он тут займется с Гортовой. Она не пыталась увлечь Ракитина за собой, и это его, похоже, задело. Он добивался того, чтобы молодая женщина его ревновала, но она была равнодушна к нему.

Глава 10

Кто-то пытается изображать из себя крутого, а кто-то доказывает свою исключительность на деле. Мало того что майор Татаринцев опознал бандита, так он еще лично приволок его в отдел за шкирку. Съездил куда-то и привез.

Спокойный он парень, Татаринцев, даже флегматичный, и внешними данными не блистал. Какое-то время Инна считала его посредственностью и даже удивлялась, как в свои двадцать девять лет он смог возглавить районный уголовный розыск. Но сейчас-то она точно знала, что этот человек на своем месте.

Ракитин все еще «место происшествия осматривал», а Инна уже имела возможность беседовать с зачинщиком преступления. Или Жора Желтов просто исполнитель чьей-то воли? Все это и предстояло ей выяснить у него самого.

Когда-то Желтов занимался тем, что отбирал у прохожих сотовые телефоны. Татаринцев в то время был еще начинающим опером, но это не помешало ему отправить грабителя в места не столь отдаленные. На четыре года его осудили, свое он отсидел, что называется, от звонка до звонка. Видно, не хотел исправляться. После отсидки устроился в охранную фирму, там и работал до сих пор. Числился он, возможно, рядовым охранником, но поручения, видимо, выполнял не рядовые…

Татаринцев Желтовым больше не занимался, но кое-то что про него знал. Потому нашел и доставил его в отдел в рекордно короткие сроки.

Желтов не выделялся физической мощью – среднего роста, плечи отнюдь не атлетичные. И внешность оставляла желать лучшего – неприятные водянистые глаза, длинный острый нос, тонкие губы.

– Позавчера вечером вы, гражданин Желтов, избили гражданина Корчнова, – сказала Инна. – Как вы можете это объяснить?

Жора молча посмотрел на нее, вопросительно приподняв бесцветную бровь:

– А кто такой Корчнов?

Инна понимала, что Желтов попытается уйти от ответа, поэтому продемонстрировала ему запись с камеры видеонаблюдения.

– Осторожней надо в таких делах быть, гражданин Желтов, – усмехнулась Демичева. – А вы не бережете себя, поэтому мы вас так быстро нашли… Есть запись, есть показания свидетелей, так что отпираться бессмысленно.

Желтов глянул на нее презрительно, но ничего не сказал.

– Ну, так что, признаваться будем? – спросила Инна.

– Признавайся, – хмыкнул он.

– Мне признаваться не в чем, а вот вам есть в чем.

– Я требую адвоката.

– Адвоката?! Что ж, день сегодня прожит не зря, – одобрительно проговорила Инна. – Уголовный мир начинает меня бояться, это хорошо.

– Кто тебя боится? – скривился Желтов.

– Ты меня боишься. Я слабая, хрупкая женщина, а ты труса празднуешь, адвоката требуешь. Может, еще и телохранителей на помощь позовешь?

– Без телохранителей обойдемся.

– И без адвокатов.

– Корчнов сам попросил, чтобы мы ему навалили. Тебя такой ответ устраивает? – с издевкой в голосе спросил Жора.

– Значит, Корчнова ты знаешь?

– Знаю… На улице ко мне подошел, работа, говорит, есть. Надо, говорит, меня так отмахать, чтобы мать родная не узнала.

– И зачем ему это было нужно? – Инна всем своим видом давала понять, что не верит ни единому слову Желтова.

– Откуда я знаю? Может, он мазохист.

– Ничего умней придумать не мог?.. Хорошо, я дам тебе две минуты, придумай что-нибудь поубедительней. Ну, например, он попросил вас напасть на него, чтобы блеснуть перед своей женой. Вы нападаете на него, он отбивается, обращает вас в бегство. Он герой, а вы – лузеры… Ну как, подсказка принята?

– Мазохист он, понятно? – угрюмо, исподлобья глянул на Инну Желтов.

– Хорошо, пусть будет мазохистом. С кем ты… э-э, исполнял его желания? Кто эти люди, с которыми ты избивал Желтова?

– Я их не знаю.

– Надо же.

– А чего ты скалишься, сучка мусорская? – зло сощурился Желтов.

Инна дернулась, как будто ее ушатом ледяной воды окатили. Она, конечно, понимала, с каким отребьем ей придется иметь дело, и готовилась стойко переносить возможные оскорбления. Но тем не менее за время службы она впервые сталкивалась со столь хамским поведением со стороны подозреваемого.

– Разве я вас оскорбляла, Желтов? – возмутилась она.

– А кто ты такая, чтобы меня оскорблять? – спросил он, пытаясь загипнотизировать ее своим злым, ядовитым взглядом. – Думаешь, если погоны нацепила, можешь тут правильных людей прессовать. А хрен тебе по всей морде!

– Желтов, я попрошу выбирать выражения!

Инна должна была стойко переносить тяготы общения с такими ублюдками, как Желтов, но, как оказалось, она была к тому не готова. От возмущения она ртом хватала воздух…

– Да махать я тебя хотел, подстилка ментовская! – покривил он губы в презрительной ухмылке. – Давай, зови своих мусоров, пусть они меня прессуют!.. Только учти, если меня хоть пальцем кто-то тронет, мои кенты тебя драть будут, пока не сдохнешь!

– Желтов!!!

Инна очень жалела, что отпустила Татаринцева. Игорь быстро бы приструнил этого подонка. А ведь он предлагал свою помощь, зря она отказалась… Татаринцева можно было позвать прямо сейчас, но вдруг Желтов действительно осуществит свою угрозу? От этого выродка всего можно ждать…

– Что, страшно стало? – хохотнул Жора. – Правильно, бойся! Телка ты смазливая, мы таких любим…

– Думаю, любить тебя будут, в тюрьме! – разозлилась Инна.

Татаринцев знал, на что способен Желтов. Потому и надел на него наручники. Но руки у него скованы спереди, а не сзади, и он вполне способен броситься на нее… Но Инну это уже не пугало. Если Желтов хотел вывести ее из себя, то он своего добился.

– Что ты сказала? – взбесился Жора.

Он вскочил со своего места, шагнул к Инне, чтобы схватить ее за горло. Только ничего у него из этого не вышло. Инна предугадала этот маневр, поэтому была начеку. Она резко поднялась из-за своего стола, шагнула вперед с уклоном вправо.

В тхэквондо основной упор делается на удары ногами. Инна всерьез осваивала эту технику, и растяжка, которой она обладала, позволяла ей ударить Желтова ногой в голову. Но ведь юбка на ней сейчас, да и туфли хоть и с низким, но все-таки каблуком, а это серьезная помеха в драке. Поэтому Инна ударила левой ногой под нижнее ребро. Она не метила точно в селезенку, но именно в эту область и пришелся удар. И силы ей хватило, чтобы пробить боковые мышцы пресса… Желтов отлетел к окну, стукнулся головой о батарею парового отопления и скорчился от боли.

– Ну, ты, сучка легавая! – взвыл он в бессильной злобе.

– Как ты сказал?

Инна шагнула к нему, делая вид, что собирается ударить его ногой снова.

– Ты еще пожалеешь… – Желтов решился на угрозу, но не на оскорбление.

Страшно ему вдруг стало. И взгляд он в сторону отвел.

– Я же с тобой по-человечески, Желтов, а ты ведешь себя как последняя мразь! Тебе самому не стыдно?

– Да пошла ты, – беспомощно буркнул он, поднимаясь с пола.

– Пойдешь ты. Туда, куда я тебя пошлю, пойдешь! – наслаждаясь своей победой, сказала Инна.

– Корчнов сам себя заказал, – усаживаясь на стул, огрызнулся Жора.

– И кто тебе поверит?

– А кто скажет, что нет? Корчнов скажет?.. Я так понял, заявления у тебя нет.

– Кто тебе такое сказал?

– Ты сказала. Про запись сказала, про свидетелей сказала, а про заявление не сказала.

– Правильно, нет заявления. Потому что Корчнов не в том состоянии, чтобы заявлять. Плохой он, рука не слушается – писать не может. И еще он зрение потерял… Знаешь, что это значит? Статья сто одиннадцатая, часть вторая, пункт «а», до двенадцати лет лишения свободы. А ты уже не первый раз замужем, к тебе снисхождения не будет, получишь все двенадцать лет…

– Кто не первый раз замужем? – снова вдруг начал заводиться Жора. – Ты, красноперая, за базаром следи!

– Не нарывайся, Желтов. Как бы потом не пожалеть!

– Жалеть ты будешь!

– Снова за старое?.. Ну да, ты же у нас герой, ты женщин не боишься!

– Да мне по фигу, мужик ты или баба! Я вас, мусоров, опускал и опускать буду!

Желтов снова вышел за рамки допустимого, но Инна и сама теряла над собой контроль.

– Как бы тебя самого не опустили! – выпалила она.

– Сука! – взорвался Жора.

На этот раз Инна в сторону отскочить не успела. Но и за горло себя схватить не позволила. Она мертвой хваткой вцепилась в руки Желтова, отвела их в сторону, сама подалась назад. И когда он потерял равновесие, схватив его за голову, шарахнула лицом об угол стола. И в этот момент в кабинет зашел Ракитин:

– Ну ни чего себе!

Он схватил взвывшего от боли Желтова, швырнул его на пол и ударил ногой в живот.

– Ты на кого бросаешься, падла!

Он бил его, не позволяя подняться. Бил до тех пор, пока в кабинет не зашел Татаринцев.

– Ракитин, ты что делаешь? – возмутился он.

– Так он на Демичеву бросался!

– Жора, я смотрю, ты совсем страх потерял, – осуждающе покачал головой майор.

– Да, по ходу, это вы тут, менты, совсем рамсы попутали! – зло простонал Желтов.

– Признался? – глянув на Инну, с обычным для него спокойствием спросил Татаринцев.

– Сказал, что Корчнов сам попросил себя избить.

– Эх, Жора, как был ты клоуном, так им и остался…

– За базар ответишь! – брызгая слюной, прошипел Желтов.

Но Татаринцев лишь усмехнулся.

– Про подельников своих ничего не сказал, – вздохнула Инна. – И кто заказал Корчнова, ни слова…

– Корчнов сам себя заказал! – выпалил Желтов.

– Не верю, – невозмутимо посмотрел на него Татаринцев. И перевел взгляд на Инну: – Давай-ка я с ним потолкую!

– Ты что, не слышишь? – оскалился Жора. – Тебе начальник сказал, давай! А если сказал, то давай! Ну, чего стоишь! Покажи, как умеешь…

Ракитин ударил его в живот, и Желтов зашелся в своей злобе.

– Миша, давай его ко мне в кабинет! – распорядился Татаринцев.

Желтова вывели в коридор. Инна поднесла ко лбу сомкнутые в щепотку пальцы в интуитивном желании перекреститься. Но крестным знамением себя не осенила, хотя и хотела.

Ракитин появился минут через десять.

– И где вы этого урода раскопали? – с торжествующей насмешкой спросил он.

– Татаринцев откопал. Хотя этим должен был заниматься ты. Но, я так понимаю, ты не там копал, да, Миша? – съязвила она.

– Ну, я тоже кое-что накопал, – ущипнув себя за кончик носа, улыбнулся он.

– Интересно, чем?

– Ну, и этим тоже…

– Взрослеешь, Миша. Глядишь, через пару лет до древних старушек дорастешь.

– Не знаю, как насчет древних старушек, а номера и марку машины, на которой этот Желтов Корчнова ждал, я разузнал.

– И что?

– Раз Желтов не сдал подельников, так мы их по машине вычислим. За рулем ведь не Желтов сидел, а самый здоровый. Может, это его машина.

– А если угнанная машина?

– Зачем угонять? Чтобы на Корчнова наехать? Так эти уроды не прятались, в открытую все делали. Если так, зачем им напрягаться, «Ниссан» угонять?

– Ну, может, ты и прав… поезжай к Гортовой, покопайся там еще, может, узнаешь, кто владелец этого «Ниссана». А может, его самого выкопаешь!

– Издеваешься? – засмеялся Ракитин. – Знаешь, это у тебя неплохо получается. И Желтова ты классно приложила. Фэйсом об тэйбл, круто!

– Приложить-то приложила, а толком ничего не узнала.

– Еще не вечер! Сейчас мы с Иванычем тихонько спустимся с горы и… Не переживай, никуда он от нас не денется!

– Не говори «гоп»!

Не зря Инна предостерегала Ракитина. Не раскрутили они с Татаринцевым Желтова, не признался он, кто заказал Корчнова, с кем его избивал. Но Инна не отчаивалась. Дорогу осилит идущий, а она не собиралась топтаться на месте.

* * *

От возмущения перехватило дыхание, от злости кровь приливала к голове, и сердце колотилось как бешеное.

– Как это отпустить?! – Инна ошарашенно смотрела на своего начальника. – Что вы такое говорите, товарищ майор?

– А так и отпустить! – Драпов, казалось, вот-вот должен был шарахнуть кулаком по столу. – Заявления от потерпевшего нет! Претензий у него к Желтову нет!

– Но уголовное дело возбуждено. Виновный установлен, разыскан и задержан, ведется следствие…

– Где заявление, Демичева? Где заявление потерпевшего? – напирал Драпов. – Нет заявления! Ты думала, что будет заявление, а его нет! Значит, можно закрывать дело! И ты его закроешь! Иначе нас ждут большие неприятности.

– Ну и какие неприятности нас ждут? – Инна с вызовом посмотрела на своего начальника.

– Демичева, ты не зарываешься? – нахмурившись, угрожающе спросил Драпов.

Не смог он придумать кары для молодой сотрудницы, кроме как излить на нее свой гнев. Прокуратура ничего противозаконного в ее действиях не найдет, в суд на нее подавать можно сколько угодно, если адвокаты поднимут шум, то этим лишь усугубят положение Желтова.

– Нет, не зарываюсь. Я всего лишь исполняю свои обязанности.

– Твоя прямая обязанность – подчиняться начальству!

– Хорошо, давайте письменное распоряжение, и будем закрывать дело.

– А устного тебе мало? – напыжился Драпов.

– А вы сами как думаете?

– Я головой, Демичева, думаю, головой… Поэтому отстраняю тебя от этого дела. Передашь материалы Карловой…

– А на каком основании? – с вызовом спросила Инна.

Драпов побагровел, наливаясь злобой. Он ясно давал понять, что сейчас взорвется, если она не успокоится.

– Ну, как скажете…

Инна не отступила. Она всего лишь немного сдала назад, чтобы взять тайм-аут. Покорная Карлова могла закрыть дело по указке Драпова. Что ж, Инна добьется его возобновления.

Она отправилась в больницу, чтобы поговорить с Корчновым. Надо было уговорить его подать заявление в полицию. Но, увы, он отказался делать это.

– Но почему? – с обидой в голосе спросила она.

– Ко мне уже приходили, – сказал Василий Антонович. – Предупреждали…

Он подслеповато смотрел на нее. Оказывается, зрение уже возвращалось к мужчине.

– Кто приходил?

– Не важно.

– Мы задержали преступника. И тех, кто вам угрожает, тоже задержим.

– Хотелось бы.

– Но для этого вы должны помочь нам, – воспряла духом Инна.

– Ты что, не понимаешь? – вздохнул Корчнов. – Они же изнасилуют мою Марину. А меня заставят смотреть!.. Ты хоть представляешь, что это такое?

Инна повернулась к Василию Антоновичу спиной. Нет, она не осуждала его и даже понимала, но говорить с ним не хотела.

А понимала она его, потому что ей самой угрожали. И она представляла себе, каково это – оказаться в гуще озверевших от похоти мужиков. Представляла с ужасом и содроганием. И тем не менее она боролась за правду до последнего. Но раз уж Василию Антоновичу не нужно ее участие, то она умывает руки. Пусть Драпов закрывает дело, возражать она не будет. Хотя и понимания начальник у нее не найдет. Слишком уж он явно стал подыгрывать всяким сомнительным личностям…

Внимание! Это не конец книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5
  • 3.1 Оценок: 14

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации