Текст книги "Старые тетради"
![](/books_files/covers/thumbs_240/starye-tetradi-139376.jpg)
Автор книги: Владимир Невский
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– А вот от чашки горячего чая я бы не отказалась.
– Я совсем не могу чинить вещи, – оправдываясь, обрадовался Иван.
– Хоть чего ты не можешь, – пошутила Саша. – А то уж совсем какой-то идеальный получаешься.
– Ну, – протянул Иван. – До идеала мне еще далеко. Целой жизни не хватит. – И он принялся колдовать над чайником.
А еще через пару дней Саше пришлось принять более весомое участие в жизни семейства. Она оторвалась от чтения любимой книжки и прислушалась. В библиотеке происходил разговор на повышенных тонах. Говорил, в основном, Ваня, а Дуняша пыталась как-то слабо оправдаться. Саша, по зову сердца, поспешила на помощь девочке. А помощь ей, и впрямь, была необходима. Она еле сдерживалась, чтобы не расплакаться.
– Что у вас случилось? – Саша присела в кресло и обняла девочку.
– Вот! – развел руками Иван. – Никак не могу объяснить ей, как решаются подобные задачки. Все методы уже использовал, а толку – ноль.
– Пойдем, Дуняша. – Саша взяла учебник по математике, и увела девочку к себе в комнату. И там, в спокойной обстановке, проявляя ангельское терпение, все-таки объяснила все тонкости решения задач.
А однажды в субботний день Александра, проснувшись очень рано, решила всех удивить своим кулинарным искусством. И оккупировала кухню, где и застал ее Иван:
– Ого! Привет!
– Доброе утро. Вот решила продемонстрировать свои скромные способности, и заодно разнообразить ваше меню. Мне, конечно, далеко до такого мастера, как ты. – В ее глазах цвета коньяка плясали озорные огоньки. – Но кое-чему меня бабушка все же научила.
– Ой, ли, – поддержал игру Иван, – а кофе сварить слабо? Пока я кофе не выпью, я – не человек.
– Кофе вари сам. У тебя очень хороший получается.
– Понятно. – Иван достал из буфета зерна. – Кстати, хотел поинтересоваться: как ты научила Дуню решать задачки. Она их сейчас словно орехи щелкает. Да с таким удовольствием, да помимо заданного материала!
– О, нет. Это моя маленькая тайна.
– А может, откроешь мне ее. За маленькую чашечку хорошего, ароматного, такого бодрящего кофе? – предложил Иван, и добавил уже серьезно. – Мне ведь еще и младшеньких придется обучить.
– Я их сама обучу в свое время. – Саша поймала себя на мысли, что сказанное прозвучало спокойно и как-то буднично. Словно, где-то в глубинах души это было давным-давно решено, как должное. Она бросила взгляд на Ивана, но тот не заметил, не вник в смысл сказанных слов.
Вечером Саша с девочками решили обновить гардероб куклам. Закрылась в детской комнате, превратив ее в ателье. Повсюду были разбросаны нитки, лоскутки материй, выкройки. Занятие так заинтересовала девочек, что были забыты и компьютерные игры и диски с любимыми мультфильмами. Вскоре они уже сами выдумывали новые фасоны и выбирали цветовые гаммы. Да и сама Александра включилась в процесс с не меньшим азартом. Лишь на секунду она покинула их, чтобы утолить жажду. И застала Ивана за глажкой белья. Он не заметил ее прихода, что позволило девушке некоторое время просто понаблюдать за ним. Ему было нелегко долгое время быть на ногах, и потому белье он гладил сидя, что было, не очень удобно, особо при глажке постельного белья.
– Давай я, – она подошла к нему.
– Нет. Нет, – запротестовал Ваня, но она буквально вырвала из его рук утюг.
– У тебя, кажется, еще отчет не доделанный. Опять будешь всю ночь сидеть за компьютером и глотать кофе. Иди, иди, работай. – Не принимающим никаких возражений, тоном приказала Саша, и Ивану пришлось ей подчиниться.
С некоторых пор готовить ужин вдвоем стало для них доброй традицией. Процесс протекал в дружеской и веселой атмосфере. Иван много знал историй и забавных случаев, а главное: умел их подавать. Саша теперь понимала, за что в свое время его полюбила покойная жена, не побоявшись связывать свою судьбу с инвалидом, наперекор всем и вся. Саша чувствовала, что и сама находится в шаге от подобного. Не хватало лишь какого-то маленького импульса. Искорки для разжигания костра. И вскоре это произошло.
На кухню осторожно, бочком, зашла Лиза, что означало лишь одно: девочки что-то натворили, и боялись признаться в этом. Александра присела на корточки и заглянула той в глазки:
– Что такое?
– А можно мы вас будем «мамой» называть? – тихо спросила она, выступая в роли парламентера. Но Ваня услышал, и вскипел:
– Лиза! – повысил он голос. – А ну-ка, в комнату. Быстро!
Саша наблюдала, как в одно мгновение детские лазурные глазки наполнились слезами. Она попыталась прижать девочку как можно крепче к груди, но Лиза вырвалась и убежала. Саша в гневе обернулась к Ивану, но тот уже вышел на балкон. Девушка поспешила за ним. Молчали, каждый переживал происшедшие, мысленно готовясь к неизбежному разговору. И первым начал его Иван:
– Я нашел тебе квартиру.
Смысл сказанного не сразу дошел до нее.
– Что? Ты хочешь, чтобы я съехала?
– Да, – спички ломались в руках, лишая возможности закурить.
– Почему?
Иван промолчал. Наконец-то, спичка разгорелась, и он с жадностью прикурил.
– Почему? – настойчиво повторила она.
– Ты сама все прекрасно знаешь, и понимаешь. Видишь, как мои девочки привязались к тебе? Мне следовало заметить это на ранней стадии. А я как будто ослеп. Может, просто не хотел видеть, оттягивал. Обманывал сам себя. Ты прости меня, пожалуйста, Саша.
– Им мать нужна.
– Я знаю.
И вновь повисло молчание. И можно было на том, и закончить разговор, поставить жирную точку. Но вопрос, который в последнее время так часто задавала себе девушка, просился на волю. Тесно было, хотелось получить особое внимание и конкретного ответа.
– А почему я не могу стать им матерью? – акцентировала она слово «я». На что Иван так резко обернулся к ней, что она от неожиданности вздрогнула.
– Не шути так, Александра.
– Я не шучу. – Они, как и при первой встречи, пристально смотрели друг другу в глаза.
– Это не правильно, – прошептал он.
– Почему? – в той же тональности спросила она.
– Ты молодая.
– Не на много младше тебя.
– Я больной человек.
– Но не смертельно же?
– У меня трое детей.
– Я умею считать.
– Ты еще выйдешь замуж.
– Только за тебя.
– Родишь своего ребенка.
– Нам не потянуть четверых.
– Ты попала в сети коварного человека. Инвалид с тремя хвостами.
– Заметь: я добровольно пошла в эту сеть. Инвалид мне очень нравится, а от его хвостов я вообще в восторге.
– Саша, – Иван отвел взгляд, – пошутили и хватит. Сама понимаешь, что я во всем прав. Что ты сейчас совершаешь огромную ошибку, и губишь свою жизнь.
– Нет! Это ты не понимаешь, – Саша повысила голос. – Это ты совершаешь роковую ошибку. Когда же ты, Ванечка, подумаешь о себе? Сейчас ты оберегаешь девочек, вон как яростно заботишься о моем будущем. А кто подумает о тебе?
– Чего? – Иван никак не мог уловить смысл того, что хочет сказать девушка. И она поспешила конкретизировать:
– Ты же любишь меня! Ну, скажи! Признайся в этом, хотя бы самому себе. – Она не выдержала напряжения, и слезы брызнули из глаз. Она уткнулась ему в грудь и разрыдалась в голос. Иван осторожно приобнял ее, гладил волосы, словно мог успокоить ее. Молчал, немного ошеломленный ее монологом. Она сказала то, в чем он сам себе боялся признаться, даже в минуты откровенности со своей совестью. Слезы ее не быстро иссякли. Она вновь посмотрела в его глаза и попросила, словно малый ребенок:
– Ну, скажи!
– Что? – он за время молчания успел о многом передумать, переоценить, взвесить, что успел потерять нить разговора.
– Скажи, что ты любишь меня. – Выделяя каждое слово, делая между ними значительные, красноречивые паузы, попросила она просьбу.
– Да, Саша, я люблю тебя. Но….
Александра не стала больше слушать его. Потянулась и прикоснулась горячими губами к его губам. Закружилась голова и чувство, которое, как уже казалось, навсегда забыто, истомно разлилось по телу.
А за спиной догорал закат. Обещая при этом на ближайший день ясную, прекрасную погоду.
2007
Вася, Василек, Василиса
=//= 1 =//=
Майкл был поражен до глубины души. Восторг просто наполнил его до самых краев, временами выплескиваясь наружу междометиями. Не ожидал увидеть подобное. На берегу Бискайского залива, в Испании, стране крепкого католицизма, он попал в восточную сказку. И антураж соответствовал этому: и сам дворец, и внутреннее убранство, интерьер и кухня, одежда прислуги и благовония.
С Азаматом они дружили довольно долго, но вот только сейчас Майкл вырвался к нему в гости, и не пожалел. С раннего детства он зачитывался сказками «1001 и ночи», ярко рисовал в воображении эту жизнь. И вот мечты стали реальностью. Майкл долгое время просто бродил по дворцу, наслаждаясь его атмосферой. Азамат видел, какое впечатление произвел этот райский уголок на друга, и упивался самодовольствием.
– Мой дядя, Мухаммед, истинный, праведный, мусульманин. Ярый приверженец Корана и восточного стиля жизни. Сейчас время обеда, потом кальян, а потом можно и на балконе посидеть. Оттуда открывается чудесный вид на залив.
– У меня не хватает слов, – просто выдохнул Майкл. – Ощущение чудо, которое вот-вот произойдет.
Вид открывался, и, правда, потрясающий. Очаровывал красотой и обилием красок. К морю тянулась аллея с пальмами и цветущими кустарниками. По голубому заливу лениво дрейфовали белоснежные яхты. А под балконом, во внутреннем дворике располагался бассейн в виде огромного сердца с бирюзовой прозрачной водой. «Райский уголок» – иных эпитетов Майклу подбирать было просто лень. Особенно эти чувство заострялись в контрасте с небольшой квартирой в душной Барселоне. С моря тянулся легкий, освежающий, бриз, принося с собой умиротворение и чувство полного покоя. Глаза самопроизвольно закрывались, истома наполняла каждую клеточку тела. Хотелось. Чтобы эти мгновения тянулись вечность. Но неожиданно эту тишину нарушили. Из патио послышались всплеск воды, смех и говор молодых девчат. Майкл встал с кресла и глянул во внутренний дворик. Около балкона резвились пять молодых, в самом расцвете и соку, девчонок. Они смеялись, толкали друг друга в бассейн, плескались. Резвились, одним словом. Молодые, загорелые, симпатичные, в разноцветных бикини. Майкл невольно залюбовался ими, погружаясь в интимные грезы. Даже не заметил, как подошел Азамат, встал рядом.
– Что скажешь? – поинтересовался он.
– Отличные девчонки. Аппетитные.
Азамат довольно и громко рассмеялся. Чем и привлек внимание девчат. Они все разом обернулись и посмотрели на балкон. И тут Майкл поймал взгляд одной из них. И расстояние, казалось, было предпочтительное, и временной отрезок всего мгновение, но и этого ему хватило. Хватило на то, чтобы он смог разглядеть ее. Славянская национальность. Кучерявые белые волосы. Большие, небесного цвета, глаза, в оправе пушистых ресниц. Курносый носик. Маленькие и пухлые губки. Да и фигура у девочки был что надо, лазурное бикини лишь демонстративно подчеркивали ее прелесть. Короткое мгновение, а что-то промелькнула во взглядах. Обожгло изнутри.
– Кто это? – еле выдохнул Майкл.
– Гарем.
– Гарем?! – не смог скрыть разочарования.
– Гарем моего дяди Мухаммеда, – спокойно, но не без толики гордости, подтвердил Азамат, не замечая состояние друга.
– И это василек тоже? – он все же не сдержался, задал этот вопрос, чем и выдал себя целиком.
– Василек? – переспросил Азамат, начиная понимать заинтересованность друга.
– Есть такой цветок. Василек, называется. Он нежно голубого цвета. – Майкл и сам не замечал, почему начинал раздражаться.
– А! – понял Азамат, и перевел взгляд на гарем. Девчонки больше не резвились, сидели смиренно в шезлонгах, и пили прохладительные напитки. При этом бросали мимолетные взгляды на балкон. – Ты, наверное, имеешь в виду Васю?
– Васю? – теперь удивился Майкл.
– Васю. Это вон та, шикарная блондинка в голубом бикини. Жемчужина и гордость гарема.
Майкл предпочел промолчать. Статус, коим Азамат наградил девушку, полностью соответствовал действительности.
– Кстати, – продолжил между тем Азамат, – вечером ты увидишь их поближе.
– То есть? – в горле мгновенно пересохло. Кто знает, какие нравы существуют в этой отдельно взятой восточной стране!
– Дядя Мухаммед решил устроить в твою честь небольшой семейный праздник. Будет подан шикарный ужин, фейерверк, естественно. А вот девочки будут танцевать для нас. Ты любишь восточные танцы?
– Люблю. – Без особого энтузиазма ответил Майкл, и вернулся вглубь балкона. Плюхнулся в кресло, надел черные солнцезащитные очки. Ему так не хотелось, чтобы Азамат смог прочитать в его глазах буйство противоречивых чувств, которые охватили его в эти минуты.
За ужином сказка вернулась. В большом зале, куда его привел Азамат, все было выдержанно в стиле средневекового Востока. В дверях стояли полуобнаженные мускулистые парни с кривыми ятаганами. Горели факелы, в чашах курились благовония. Ноги по самые щиколотки утопали в мягких коврах. Ужинать предстояло на полу, в полулежащем положении, на шелковых подушках. Достархан кричал своим изобилием блюд и напитков. Наверняка, о некоторых из них не слышали даже в самых престижных ресторанах Барселоны. Но всего больше поразил Майкла сам дядя Мухаммед, владелец всей этой экзотической роскоши. Это был старик. Самый обыкновенный старик. Ну, конечно, еще бодренький и подтянутый, но все же – старик!!! «Неужели, он может потянуть гарем в пять молоденьких, двадцатилетних девчонок?» – задался риторическим вопросом Майкл.
Сам Мухаммед говорил только по-арабски, и Азамат выступал в роли переводчика. Майкл выразил восхищение дворцом и уважение приверженности исторического стиля жизни, и старик остался довольным. Он хлопнул в ладоши. Через мгновение заиграла восточная музыка и в зал выпорхнули девчонки. Они тоже полностью соответствовали антуражу. Одетые в лифы, шелковые шаровары и прозрачные накидки. Браслеты на ногах и руках дополняли аккомпанемент. Начался танец, который завораживал все больше и больше. Хотелось просто до бесконечности смотреть на него. Тем более его исполнители были такие молодые и симпатичные. С упругими загорелыми и полуобнаженными телами. Майкл в этом вихре телодвижений не выпускал из виду лишь одну. Только к ней были прикованы его жадные взгляды. И она несколько раз мельком глянула на него. И он чувствовал, что начинает по-молодецки краснеть, лоб покрывался испариной, а сердечко меняло ритм на более учащенный. Где-то внутри рос порыв, хотелось вскочить с мягких подушек, броситься и заключить в крепкие объятья этот дивный василек. Он даже на некоторое время прикрывал глаза и больно прикусывал губы, что бы ни податься искушению. Наконец-то, это испытание дядя Мухаммед остановил простым похлопыванием в ладоши. Музыка остановилась, девушки мгновенно испарились. А Майкл почувствовал себя настолько уставшим и опустошенным, что с трудом добрел до своей комнаты. Не раздеваясь, рухнул на кровать. Словно перед этим он выполнил непомерно тяжелую физическую работу. А ночь была полна то ли сновидениями, то ли грезами, то ли страшным коктейлем обоих компонентов. Он чувствовал запах ее разгоряченного тела, аромат волос и вкус маленьких пухлых губ.
Проснулся довольно поздно, с тяжелой головой. Вышел перекурить на балкон. Около бассейна вновь резвились девчата, не обращая особого внимания на Азамата, который удобно разместился в шезлонге с бокалом холодного пива. Такого момента, чтобы побывать в компании с Васей, упускать было грешно. Майкл поспешил в патио. Но его ждало разочарование: девушки уже покидали внутренний дворик. Они столкнулись на тропинке. Вася шла последней. Они оба остановились на одно мгновение, и взглянули друг другу в глаза. Майкл даже осмелился прикоснуться к ее руке. Вася лишь одарила его очаровательной улыбкой и поспешила вслед за подружками. Столь коротенькое счастье обожгло Майкла. Он поспешил к бассейну, на ходу скинул шорты и бросился в спасательно-прохладную воду. Пересек бассейн несколько раз, причем используя различные стили плавания. Хотелось избавиться от очарования, которое, словно майская роза, истощала Вася, василек. Охлажденный, успокоенный он вылез из воды и занял соседний с Азаматом шезлонг. Из богатого выбора напитков он выбрал оранж.
– Долго спишь, дружище. – Усмехнулся Азамат
– В раю время летит незаметно.
– Это точно.
Помолчали, но не долго. Переполненный различными чувствами, Майкл терял такт и этику:
– Меня поражает твой дядя. Мужик уже в солидном возрасте, а балуется до сих пор с молоденькими. Да еще и не с одной.
Азамат от души рассмеялся:
– Я и не подозревал, что это так тревожит тебя. Даже смешно. Да, ты не бери в голову. Мой дядя давно уже импотент. А гарем он содержит по старой привычке, и ради престижа. У него же часто бывают гости с востока. Вот он и держит марку.
Майкл, удивляя сам себя, почувствовал облегчение, и едва не пропустил следующую фразу друга.
– У него ведь два состава горем.
– То есть?
– Существует некая фирма, то ли в Чехии, то ли в Словакии, которая и занимается этим бизнесом. Нанимают девочек и привозят в подобные заведения. Вот и у дяди гарем из двух составов. Два месяца девочки тут отдыхают, два месяца дома. Деньги при этом получают хорошие, ни какого интима. Сказка, одним словом, а не жизнь.
Спорить с этим было невозможно. Не всякой девчонки так повезет в жизни. Майкл даже порадовался за Васю.
– А ты, как я заметил, запал на эту девочку? – спросил Азамат. Майкл не стал уводить разговор в сторону. От друга у него не было секретов, и может потому их дружба славилась своим долголетием.
– Я бы многое отдал, чтобы познакомится с ней поближе.
– Многое? – Азамат зацепился именно за это слово.
– Да. – Майкл и не стал отпираться.
– Здесь, во дворце, это не возможно. Дядя фанатично относится к гарему. Они – как каста неприкасаемых. Никто даже заговорить с ними не в праве, не говоря уж о большем. Карается, кстати, тоже по средневековым традициям. Ни одна конституция цивилизованного общества тебе не поможет. Но вот там, у себя на родине во время своего отпуска, девочки живут обыкновенной жизнью.
– А как же я найду ее там? – Майкл умоляюще глянул на друга.
– А! – тот погрозил в ответ пальцем. – Вижу, вижу в твоих глазах блеск авантюриста. Видимо, очень крепко зацепила тебя эта синеглазка.
– Ох, и крепко. – Не стал лукавить Майкл.
– Допустим, что ты найдешь ее, – начал рассуждать друг. Майкл даже привстал в шезлонге, но Азамат тут же остудил его. – Я сказал «допустим». Вот ты нашел ее, и что? Ты говоришь на испанском и аглицком языках. Девочка на каком-то там своем и немного на арабском. И что дальше?
Майкл вдруг так ясно и отчетливо представил ее васильковые глаза, в которых так откровенно читалось взаимно-обратное чувство.
– Любви не нужны лишние слова. – Грустно ответил он.
– Я достану тебе ее адрес. Как-то уж больно просто, по буднично серо, сказал Азамат.
– Что? – теперь уже никакая сила не могла заставить Майкла сидеть на одном месте. Он вскочил и навис над другом.
– Залезу, между прочим, страшно рискуя, в дядин компьютер. Да, да, у него имеется компьютер. Не совсем же он сумасшедший по средним векам.
– Серьезно? – Майкл по-глупому расплылся в широкой улыбке.
– Информация, сам понимаешь, эта платная. Стимулировать следует риск. Могу дядю разгневать и потерять его расположение.
– Сколько? – перебил меркантильные рассуждения друга.
– Я знаю, что ты из очень состоятельной семьи. Родители твои имеют успешный бизнес в Барселоне. Но не в деньгах дело.
– Что ты хочешь?
– Перстень. – Кивнул Азамат.
Майкл взглянул на руку тоже. На безымянном пальце его поблескивал старинный, из червонного золота, перстень с россыпью бриллиантов чистой воды. Это была фамильная реликвия. Да безумство вспыхнувшей страсти, запах азарта и авантюризма не дали времени даже на обдумывание.
– Держи. – Он протянул перстень Азамату. Голос все же легонько дрогнул. Раритетная вещь, все же. Родители не одобрят столь неразумный поступок, если не сказать большего. Тяжелым грузом это ложилось на сердце. Но уже в обед от сомнений не осталось и следа. Он держал в руках фотографию девчонки, на обороте которой он прочитал:
Веденеева Василиса Ивановна.
19.. года рождения, русская.
Россия, город Тула,
Зеленая улица, дом, квартира.
=//= 2 =//=
Вечером Майкл вернулся домой, в Барселону.
– Как отдохнул, сынок? – родители пока не заметили отсутствия перстня. Мать накрывала на стол, мимоходом потрепала сына по волосам.
– Вот именно, что отдыхаю. Все время отдыхаю, – проворчал Майкл. – Мне уже 25, а я все в свободном плаванье. Не при деле.
Родители переглянулись. Отцу явно пришелся по душе порыв сына. Он даже отложил столовый прибор и внимательно посмотрел на него:
– Чем ты собираешься заняться?
– В твою компанию я точно не пойду. – Сразу уточнил Майкл. – Не по мне этот бизнес. И вообще, если вы забыли, то у меня – диплом архитектора и дизайнера
– Хочешь открыть свое дело? Или влиться в какую-нибудь компанию? – к отцу вернулся сарказм. Но Майкл старался не заострять на этом свое внимание.
– Свое дело. – Невозмутимо ответил он.
Отец продолжил ужинать, мать нервно переводила взгляд с любимых мужчин. В столовой повисла напряженная тишина.
– Надеюсь, ты шутишь? Или не забыл, что это очень хлопотно и не всегда безопасно. Все ниши давно заняты. – Отец все же озвучил давным-давно известные истины.
– В Испании да, конечно. – Легко согласился Майкл. – А вот в России.
– России? – испуганно воскликнула мать и выронила вилку. Перевела взгляд на супруга, который, к ее изумлению, оставался спокойным. Но это было обманчивая видимость.
– Да, в России. – Все так же спокойно подтвердил сын. – И пора уже называть вещи своими именами. Не строить из себя сами не зная кого. А честно признаться, что мы – русские. А я и не Майкл вообще, а Михаил. Миша!
– Майкл! – мать пыталась вразумить любимого сыночка.
– А между тем в России, в Москве, живут моя бабушка и дедушка.
– Мы в ссоре.
– Глупая ссора, протяженностью в пять лет.
– Майкл. – Наконец-то, и отец повысил голос. – Это не глупая ссора, а принципиальные позиции. Ты, по молодости лет своих, еще мало чего понимаешь. Я не собираюсь первым идти на поклон к своим родителям. Они выгнали меня из дома.
– А меня никто не выгонял, – Миша упорно стоял на своем, – и я не считаю позорным для себя первым протянуть руку. Пора восстанавливать мосты и воссоединять семью. Жизнь одна, а время быстротечно. – Он встал из-за стола. – Спасибо за ужин, мама. Все было, как и всегда, очень вкусно.
И покинул столовую. Мать уже собралась вскочить и броситься следом, но муж положил руку на ее ладонь:
– Это не детский каприз, – тихо констатировал он, – наш мальчик обретает самостоятельность. И это правильно. Пусть попробует. Он принял решение настоящего мужика. А это вызывает понимание и уважение.
Москва встретила Михаила дождем. Над городом висели тяжелые, свинцовые тучи, и он наполнился хмуростью и пасмурностью. Что искореняло всякое маломальское хорошее настроение.
Зато бабушка Марья и дед Иван встретили внука с распростертыми объятьями. Радости и счастью не было конца. Целый день они не могли ни наглядеться и ни наслушаться. Через каждые два часа шли пить чай, при этом готовили новые блюда и приобретались всевозможные деликатесы.
Дед Ваня, старой закалки коммунист, был еще бодрым старичком и продолжал работать в государственной структуре. Хотя это и не мешало ему регулярно ругать власть и выступать на митингах. Баба Маня всю жизнь была домохозяйкой, обеспечивая супругу надежный тыл, наполненный уютом и любовью.
– Ты к нам в гости, или как? – поинтересовался дед, когда они допоздна засиделись на кухне за разговорами о футболе.
– Или как, – слегка улыбаясь, ответил Миша, чем еще больше порадовал деда. Через мгновение Миша согнал улыбку с лица и пояснил. – Хочу тут открыть свое дело.
– Бизнес, то есть? – дед набил трубку ароматным табаком. Раскурил, добавляя запахи далекой Кубы.
– И очень надеюсь на твою помощь. – Михаил не забыл, как надо вести себя с дедушкой. Тот имел некоторые слабости. Тщеславие, честолюбие и высокое чувство собственного значения имели порой и выгодную окраску. Стоило поиграть на его этих чувствах, так он в лепешку расшибется, но сделает все, что от него зависит.
– Что за бизнес? – дед принял важный вид. Потянулся, выпрямил спину.
– Строительство, дизайнер.
Задумался старик. Поглаживал шикарные усы, выпуская временами клубы табачного дыма. И наконец-то, вынес вердикт:
– А это, пожалуй, выгодное дело. Сейчас «новые русские» просто сходят с ума на этой почве. Перепланируют квартиры, меняют интерьеры. Да и под Москвой дачные поселки растут, как грибы после дождя.
– Точно? – обрадовался Миша.
– Не просто дачи. Им подавай средневековые замки, с башенками, подъемными мостами.
– Здорово.
А дед вновь впал в глубокую задумчивость, достал из холодильника початую бутылку коньяка.
– Давай по пятьдесят. За успех. Есть у меня кое-какие знакомые. Там. – Он красноречиво поднял палец, указывая на потолок. – Они-то быстро приспособились к новой жизни. Но думаю, что за мои прежние заслуги, окажут посильную помощь.
– Просто не вериться в такую удачу! – Миша был искренне приятно удивлен и счастлив. – За это грех не выпить, не смотря на позднее время.
Дед с внуком сдвинули бокалы.
Но на деле оказалось не столь безоблачно и радужно. Бюрократию в России никто не отменял. В новой обстановке она лишь крепла и расцветала. И все же дедушкины связи и Мишины деньги (начальный капитал пошел на смазку) сделали свое дело. Оно тронулось с места.
Через три месяца Михаил открыл-таки свое строительное и дизайнерское бюро. Сотрудников он набрал молодых и амбициозных вчерашних студентов, хоть и без опыта, но зато с огромным желанием и массой новых идей. Вскоре это начало плодоносить. Пошли и заказы, а с ними и известность в городе, да и прибыль.
Лишь после этого пришла пора подумать об истинной цели своего приезда на родину, так круто изменившая привычную, без громких потрясений, жизнь.
=//= 3 =//=
Он стал собираться в Тулу.
– По делам фирмы. – Объяснил он старикам. Но бабушку было обмануть почти невозможно. Она сердцем чувствовала неправду. В прихожей, она своим единственным вопросом «прижала к стенке»:
– Кто она?
– Ее зовут Василиса. – Миша понимал всю тщетность сокрытия тайны.
– Познакомились там? – она кивнула, указывая на Запад.
– А как ты догадалась? – улыбнулся Миша.
– Ты похож на своего деда. Он ради меня пересек всю страну, – улыбнулась бабушка.
– Удачи тебе, сынок, – и перекрестила его.
Уже в Туле Миша вдруг поймал себя на мысли. Что едет в гости к незнакомой девчонке. Без цветов и подарка. Он не знал о ней абсолютно ничего, и потому купил и мягкую игрушку, и французскую косметику, и томик лирических стихотворений. А так же набил два пакета всяческими вкусностями и деликатесами.
Дом на Зеленой улице говорил сам за себя и за своих обитателей. Люди жили у самой черты бедности, едва сводя концы с концами. Бабки у подъезда с большим интересом разглядывали молодого человека в шикарном костюме и множеством пакетов. И совсем не скрывали неприязнь к власть имущим и зависть. Дверь нужной квартиры открыла женщина. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять: перед ним стояла мать Василисы. Вот в такую же приятную, спокойную женщину превратится и Вася, лет так через тридцать.
– Здравствуйте.
– Доброе утро, молодой человек.
– А Василиса дома?
– Увы, нет. Она уехала в деревню. Будет только ближе к вечеру.
– Жаль, – искренне огорчился Миша. И это чувство так красноречиво отразилось на его лице, что женщина тут же предложила:
– Но вы можете подождать ее.
– Целый день? Как-то неудобно.
– Неудобно вас держать в грязном подъезде. – Ответила женщина и посторонилась, приглашая гостя переступить порог.
Бедность кричала о себе уже в прихожей, такой маленькой и тесной.
– Баба, а кто пришел? – вдруг раздался совсем рядом детский голосок. В прихожую заглянула девочка. Пятилетнее, белокурое, голубоглазое чудо. «Она замужем!» – мысль обожгла его изнутри. Вмиг стало жарко.
– Этот дядя пришел к твоей маме. – Пояснила женщина и повернулась к Мише. – Вы проходите в комнату, а я сейчас поставлю чайник.
– Спасибо.
Он прошел в комнату. Цепким, внимательным взглядом он окинул небольшую комнату. Отметил, что в доме нет мужчины. Разные мелочи сказали ему об этом. Он вздохнул и присел на диван. К нему тут же подсела девочка.
– А как тебя зовут?
– Миша. А тебя?
– Яна.
– Яна? Очень красивое имя. Кстати, это тебе. – Миша протянул ребенку плюшевого поросенка, попутно похвалил себя за сообразительность.
– Ой, какой большой и красивый. – Восторженно обрадовалась Яна, и утащила подарок в соседнюю комнату. Миша недолго оставался в одиночестве. Зашла мать Василисы:
– Так, мойте руки и быстро завтракать. – Приказала она внучке, да и гостю заодно.
В ванной комнате Михаил лишний раз убедился, что мужчина к этой квартире не проживает, и довольно-таки уже длительное время. Полки покосились, гвозди вбиты не умеючи. Отсутствие четвертой зубной щетки и бритвенных принадлежностей так же утверждали его умозаключения.
За завтраком они познакомились поближе. Ольга Петровна сетовала на нелегкую жизнь. Сама она на пенсии по инвалидности (давление замучило), получает какое-то смехотворное пособие. Дочь Василиса никак не может устроиться по специальности, вот и приходится ездить по контракту заграницу, на апельсиновые плантации. Она и тянет на себе всю семью. С мужем давно разошлась, алименты не получает. А цены кусаются, а коммунальные услуги растут, за детский сад ежемесячно поднимают плату. Миша извинился за нерасторопность и опустошил пакеты с продуктами. Понял по их взглядом, что невольно устроил настоящий праздник.
– На обед я затеяла пироги, – извиняющим тоном произнесла Ольга Петровна.
– Бабушка очень вкусные пироги печет. – С гордостью сообщила Яна.
– А я и не сомневаюсь в кулинарном таланте твоей бабушки. – Широко улыбнулся Михаил. – Я так соскучился по настоящим домашним пирогам.
– Бабушка, а можно я покажу дяде Мише свои игрушки?
– Конечно, можно, солнышко.
Яна тут же потащила гостя в комнату, где стала не без гордости демонстрировать свои куклы.
– Это Маша, это Катерина, это Оля. Мы с мамой сами шьем им платьица и кофточки.
– А как ты назовешь поросенка?
– Поросенка? Нюша.
– Нюша? – улыбнулся Миша. – А почему Нюша?
– Как в «Смешариках». Мультик такой. Ты разве не знаешь?
– Нет.
– Да их каждый день в «Спокойной ночи, малыши» показывают. А у меня еще и видеокассета есть.
– Ни разу не видел.
– Да ты что? – искренне изумилась девочка. – Я сейчас.
Она убежала на кухню. Мишино внимание привлекли два макета средневековых замка, так умело склеенных из картона. Яна вернулась уже с бабушкой.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?