Читать книгу "Воинствующий атеист. А вы верите в создателя?"

Воинствующий атеист
А вы верите в создателя?
Владимир Валерьевич Земша

© Владимир Валерьевич Земша, 2016

ISBN 978-5-4483-3657-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Воинствующий атеист

МАРТ 1986 Г. НОВОСИБИРСКОЕ ВВПОУ

В это время, в марте 1986 – администрация Р. Рейгана приняла решение о начале поставок в Афганистан ПЗРК «Стингер» класса «земля – воздух», для поддержки моджахедов, что сделало Советскую боевую авиацию 40-й армии уязвимой для поражения с земли.

Март. Ярко светило весеннее солнце. Потеплело. Всего лишь минус десять градусов по Цельсию. Снежное пространство вокруг покрыто тонкой хрустящей корочкой. Выросшие за зиму гигантские снежные стены вдоль дорог. А в казарме тепло. Рота в расположении, пишет письма, конспекты, подшивает новые подворотнички, словом, происходит самое обычное дело.

«…наконец, отбегали двадцатку на лыжах с боевой стрельбой, теперь будет передышка, но во рту до сих пор привкус крови от нагрузок на дыхалку… Сейчас вечер. Я в наряде в столовой. Тишина. Чистота. Посуда на столах уже расставлена на утро. На стульях – мой матрац. Сплю здесь, чтобы ночью посуда не пропала…», – Тимофеев усмехнулся начатому на прошлой неделе письму. Так странно то, что ещё недавно, казалось настоящим, уже сейчас неумолимо ушло в прошлое, которое ему, юноше, пока ещё совершенно не жаль! Он разложился и продолжил: «…слава богу, теперь уже я отходил свой наряд официантом. Целых полгода! Сейчас такая система, 12 чел в роте выбираются официантами на весь семестр. Ходят по 2 человека регулярно. Зато другие в этот наряд не ходят в это время. Так что я своё отходит, теперь очередь других…»

– Ро-о-та! Строиться в расположении, форма одежды номер два – голый торс! Марш бросок! – раздалась нежданная команда, прервавшая временную тишину этой казарменной «богадельни».

При минусовой температуре, бегать с голым торсом было не положено, однако матёрым третьекурсникам было море по колено, ибо они уже были слеплены за эти годы из бетона. Всё им было по плечу, всё им было нипочём. В приподнятом духе, дышащая паром, сотня молодых полуобнажённых тел, хрустя сапогами по снегу, побежала в лес. Кожа на торсах вскоре словно онемела, стала похожа на резиновый комбинезон, наощупь. Хрустит снег, морозный воздух наполняет лёгкие. Жёлтые лучи сквозь голые стволы элегантных берёз. Опускающийся к вечеру солнечный диск. И дикорастущая юность, пышущая жаром из груди!

– Кто сильнее всех?

– Мы-ы-ы!

– Кто победит всех?

– Мы-ы-ы!

Наконец, восемь километров за спиной. Раскрасневшиеся торсы организованно вбегали внутрь казармы, где их словно из печи обдавало теплом. По телу пробегала дрожь, и казалось, что тело разрывает жаром изнутри. Кожа чесалась, стала совершенно красной. Эйфория приподнятости переполняла всех!

Ледяная вода из-под крана казалась кипятком. Народ весело плескался под обжигающими тела струями…

– Кто на кружок «лектор-атеиста», строиться перед канцелярией! – раздался вскоре окрик дневального.

Несколько разгорячённых человек, в том числе Тимофеев и Асваров, отполировав глянец сапог, спешно застёгивая кителя, поспешили за шинелями.

Кружок «Лектора-Атеиста», проводившийся для желающих в Университете Академгородка, был главным образом, лишь благовидным предлогом для того, чтобы хоть на пару часов покинуть обрыдшие казарменные стены.

Незнакомые лабиринты коридоров вели к гардеробу.

– Влад, обойди, не мешай им!

Тимофеев сразу не понял, на миг остановился, удивлённо озираясь на студентов, которые, образовав круг, изображали что-то весьма странное, ломанное и несуразное.

– Танцуют! – пояснил тогда Юрка.

В воздухе висел какой-то непривычный запах сладковатого пота, характерный для заведений, где обитают не одни мужчины.

– Пожалуйста, – протянул он шинель симпатичной девушке с золотистыми волосами и задорным носиком. И, положив номерок в карман кителя, повернулся на каблуках, едва не поскользнувшись подковой о бетонный пол. Сверкнув глаженными хромачами, пошагал по широкому коридору Новосибирского Гражданского Университета под любопытными, вопросительными, влюблёнными, смущёнными, ненавидящими, презрительными, равнодушными, уважительными и оценивающими взглядами студентов и студенток.

Сколько эмоций и чувств – добрых и злых, сколько разных воспоминаний – хороших и плохих, сколько желаний – чистых и грязных, сколько реакций – мирных и враждебных вызывали желтенькие курсантские погоны и всё, что находилось под ними…

Седой, как мартовский снег, пожилой мужчина с пролысинами, в роговых очках вошёл в аудиторию.

– Встать, – прозвучала привычная курсантская команда, положенная при появлении педагога.

Семеро зелёных мундиров вытянулись, а с ними неожиданно две изящные девичьи фигурки студенток, последовавшие столь необычному примеру курсантов.

Усмехнувшись, высокий студент тряхнул патлами, губы и всё, что находилось над ними, но нельзя было назвать усами, скривилось в улыбке. Другие студенты, недоумённо озираясь, втянули головы в плечи.

– Как быть-то дальше? – на миг задал себе вопрос каждый из курсантов. – Как здесь принято-то у студентов?

– Здравствуйте! – произнёс профессор.

Привычное «Здравие желаю» застыло на губах.

Так началась лекция на кружке «лектора – атеиста».

Профессор говорил легко, увлекательно. Чувствовалась мощная база теологических знаний. Однако вставали вопросы. «Вера сделала из грешника святого, из вора – честного, из врага друга….», – так зачем же бороться с такой религией? Но вскоре появлялись и ответы: это первобытное добро сейчас людей не обогреет. Зло можно побороть только насилием, иногда даже вооружённым, но не религиозным непротивлением…

Конец лекции. Все как-то сразу дружно разбежались. Тишина. Стук университетского паркета под подковами сапог. На душе легко, светло и немного тревожно. Небо покрылось точками звёзд. Морозный воздух остужал голову. Ноги скользили по накатанному снегу. Шли втроём. Тимофеев – слегка впереди. Юрка приотстав, поддерживая за руку девушку в пушистой шубке, с которой имел удачу познакомиться на кружке. Тимофеев представил, как бы он мог идти сейчас со своей девушкой, со своей Сонечкой, мог бы…

Небо было не чёрным, как в тёплые летние вечера, а отдавало мартовской синевой. Ярко горели точки звёзд.

Но лунный свет заглушали фонари. Лёгкий морозец слегка забирался под шинель. Глаза неприятно следили за стрелкой часов.

– Опаздываете? – девушка мило так улыбнулась.

«Да… куда нам спешить!» – хотелось бы им ответить, но пришлось ответить просто: « Да!»

 
                     ***
…Итак, влюбленные вдвоем,
По улицам шагали,
И в счастье радостном своем
Совсем не замечали…
Из творчество курсанта НВВПОУ
Сергея Пиккарайнена, «Три

...

конец ознакомительного фрагмента