Читать книгу "Ангел света и любви. Философский роман"

21

– Что делаешь?

– Да так ничего особенного.

– Скажите пожалуйста, а вот я так почему то не думаю, я знаю, что значит для тебя ничего особенного.

– Неужели, ты так хорошо меня знаешь?

– Даже лучше чем, ты себя.

– Такого не бывает.

– Всякое бывает Жульен, так может поделишься или так и будем умничать.

– Конечно Дорогая поделюсь – это я так хотелось подразнить тебя.

– Хм… вот значит как. – сказала она прищурив глаза.

– Да моя милая Дорети, иди ко мне сядь на мои коленочки.

– Ну хорошо интригант, а коленочки то выдержат твои меня, ни где не надломятся? – шутливо сказала она.

– Смешно, ну как удобно?

– Весьма, а тебе?

– Терпимо.

– Ах так. – надув губки отвернула от него лицо, сложив при этом руки на груди.

– Дорогая, я же пошутил посмотри на меня. – протянув при этом губы к ней.

Дорети повернулась посмотрела на него и снова отвернулась.

– Ну капризуля, ты чего я же люблю тебя – моя Дорети, с гордостью в голосе проговорил он. – ну посмотри на меня.

– Я уже смотрела. – игриво буркнула она.

– Ты же не всерьёз, ты что и впрямь обиделась… – а в ответ тишина. – хорошо… поцелуй сможет загладить мою вину перед тобой?

На её лице заиграла улыбка.

– Смотря какой.

– Это уже что – то, – он посадил её на стул, а сам сел на одно колено, взяв обе её руки в свои руки. – Дорети моя замечательная, прелестнейшая супруга, позволь поцеловать тебя?

– Начинай. – сказала она нахмурившись.

– Вот вредина, какая же, ты у меня всё таки вредина. – любя сказал он.

– Да и позволь заметить, я такая у тебя одна – капризульная такая вредина. – деловита ответила она.

Дорети ликовала в душе в этот момент, Жульен знал об этом, в этом была прелесть их жизни – это был их мир, в котором они время от времени любили ругаться по нарошку, подъигрывая друг – другу, а потом романтика светлые примерения.

– Пожалуй, я начну с твоих ручек, ты же не против? – она молча посмотрела на него. – я так и думал, затем поднимусь выше к твоим плечам, коснусь твоих щёчек теперь глазки, ну как обида уходит?

– Почти, мой милый, но я чувствую, что в этих поцелуях страсти не хватает, тебе так не кажется? Что – то ни как не могу распробовать я…

– Так значит говоришь страсти не хватает, хорошо… – он принялся страстно целовать её уши. – из губ Дорети вылетел стон.

– О мой Ангел мне кажется, страсть накрыла тебя с головой.

– Чего уж там – это, я от неожиданности.

– От неожиданности значит говоришь?

– Так и есть.

– Ты сама поняла, что ты сказала?

– Вполне… а что?

Они посмотрели друг – другу в глаза и оба засмеялись.

– Я не знал, что теперь по крайней мере у тебе стоны вылетают от неожиданности, признаться честно я удивлён, приятно удивлён мой Ангел. – сказал он – это сдерживаясь от смеха при этом держа её за руки.

– Ты знаешь, я тоже не знала, и я тоже буду с тобой честна, я тоже удивлена. – смеясь проговорила она.

– Я люблю тебя дорогая, всю во всей твоей внутренней и внешней – удивительной красоте.

– Ну не знаю, я не могу сказать тебе того же. – шутя сказала она при этом теребя чёлку.

– Почему – то это меня не удивило.

– Неужели, я перестала тебя удивлять? Я шучу мой милый, – она посмотрела ему в глаза. – Ты же знаешь, что я тебя люблю.

– Конечно знаю Дорети.

Стук в двери прервал их идиллию, они оба вскочили разом попровляясь.

– Да.

Дверь открылась и в комнату зашёл Этьен.

– Мам, пап.

– Этьен сынок заходи, мы с мамой разговаривали.

– Я так и подумал, прошу меня извенить за то что прервал Вашу беседу.

– Ничего страшного, ты же у нас смышлёный мальчик, а мы и забыли. – попровляя волосы на голове шуткой сказала Дорети.

– Что – то случилось?

– Да ничего особенного Пап.

– Постой, постой, ты сегодня первый раз ездил на остров Китовой Вербы?

– Да это так.

– И как первый урок?

– Здорово всё было так интересно, на самом деле я хотел поговорить по поводу Тома.

– Хм, а говоришь ничего особенного.

– А, что с Тома? – удивлёно спросила Дорети.

– Я знаю может – это прозвучит глупо и всё же я возьму на себя смелость и попробую…

– Так ну давай, мы тебя с мамой внимательно слушаем.

– Хорошо, – выдохнул взвалнована он. – что тут ходить вокруг да около скажу как есть, Вы хотели бы иметь двух сыновей?

Они оба на него уставились, понятна была их реакция.

– Сынок по нам хоть четверо, – с гордость сказал Жульен. – но при чём тут Тома.

– Ну вот я же об этом и говорю, пожалуйста выслушайте меня, Тома хороший парень и я полюбил его как брата, мне хотелось бы иметь брата тем более такого, как Тома, простите мне мою наглость.

– Да вы едва знакомы… – вылетело у Жульена.

– Не перебивай его. – одёрнула Дорети его за рубашку.

– Извени, продолжай Этьен.

– Я знаю, как знаю и то что, он будет Вам хорошим сыном, мы с ним подружились. Его мама умерла, а отец пьёт, но не смотря на это он его любит… а сам он качует то там то сям, но он хороший правда когда Вы с ним пообщаетесь, он Вам понравиться как и мне, посмотрите на него моими глазами.

– Хорошо – это хороший совет сынок.

– Нам нужно время чтобы всё обдумать, да ты и сам я думаю понимаешь, надеюсь тебя это не огорчит?

– Нет Пап, я думаю, что Вы примите правильное решение, каким оно не будет.

– Этьен.

– Да мама.

При каждом слове мама Дорети радовалась – это как красивая музыка для её сердца.

– Ты будешь кушать?

– Нет спасибо, капитан Мак накормил нас устрицами.

– И всё?

– Я не голоден, спасибо за заботу, я пойду на вверх закреплю полученную информацию, Вы не против?

– Что ты конечно нет, ступай занимайся тем чем хочешь. – сказала растеряно Дорети.

– Жульен мне кажется, он расстроился?

– Да я думаю, что да, знаешь ведь для него – это не просто было сказать всё это, ведь он я так полагаю смотрит на Тома, как на себя, он видит в нём такого же мальчика, который хочет обрести семью, хотя мы наверняка этого не знаем.

– Дорогой, что тут не знать, любой ребёнок счастлив когда живёт в полноценной семье, но даже не важно может быть и один родитель, главное чтобы он дарил счастье своему дитя, теплоту, заботу, любовь, чтобы он чувствовал себя в полной безопасности, знал о том что он кому то дорог, что ему рады, что он не один в этом мире, я думаю, что Этьену это знакомо всё, у Тома конечно немного другая история, но итог тот же, он не видит всего того в чём нуждается каждый ребёнок, я не против усыновит его, что скажешь?

– я… даже не знаю… всё это так неожиданно, я думаю давай для начала пригласим его в гости.

– Хорошо, идея хорошая, пойду скажу об этом Этьену, ты что – то хотел рассказать мне?

– Да, давай потом, я буду ждать тебя здесь, после того как ты сообщишь всё Этьену.

– Ладно.

Жульен сел за стол, достал из кармана письмо Аманды и снова пробежал глазами по его строчкам, вспомнил её глаза, улыбку и на его лице заиграла радостная улыбка, он был в предвкушении, даже забыл о разговоре с Дорети.

– Что тебя так обрадовало? Сияешь как начищенный цент.

– Что?

– Твоя улыбка?

– А, ты об этом, просто стало приятно думать о том, как складываются в семье наши дела, как Этьен воспринял новость? – Жульену стало не по себе из – за того, что он соврал Дорети, хотя он и не показал виду, на душе заскребли кошки ведь, он всегда говорил ей правду какой бы она не была, но почему то в этот раз, он повёл себя совсем иначе.

– Хорошо – это его обрадовало, так рассказывай, что там у тебя стряслось на этот раз, что там твою душу тревожит? – шутя сказала она сев напротив него.

– Ну я бы не стал так об этом…

– Я же шучу мой Сударь.

Его уголки рта невольно поднялись вверх.

– Вот так лучше, ты как всегда не отразим, я слушаю тебя очень внимательно.

– Аманда прислала письмо, в котором она нас всей семьёй приглашает погостить в Чикаго.

– Это здорово, но тебе не кажется, что сейчас не много не подходящее время?

– Нет, мне так не кажется – это наоборот сплотит нас троих ещё больше.

– Ты прав милый.

– Так ты согласна?

– Не совсем.

– Что не так?

– Ты забыл про Тома и к тому же Этьен пока осваивается здесь у нас, он начал ходить учиться строить корабли у него только всё начинается не к чему всё торопить, но я знаю Жульен, как бы ты хотел поехать познакомить со своей семьёй, я думаю, что у нас ещё будет такая возможность, поэтому я считаю, что лучше будет, если ты пока съездиешь один.

– Ты серьёзно?

– Да, да конечно, я не против съездий навести своих новых друзей, только для начала мы решим все дела касающиеся Тома.

– Хорошо Дорети, я согласен.

– Жульен мелкими глотками потягивал кофе смакуя каждый глоток, он смотрел в даль на гладкое как скатерть океан, океан казался на поверхности таким тихим и спокойным, а в его глубинах бесспорно было своё движение, своя жизнь не видимая на данный момент его глазам и вдруг он поймал себя на мысли. Поразительно на сколько жизнь полна сюрпризов, ему казалось, что он сейчас находится перед самым водопадом ещё миг и он вместе с кораблём полетит в низ на столько остро он ощущал всё происходящее с ним, он чувствовал себя виноватым перед Дорети, а как же, ведь он лгал, но лгал в чём и почему, ведь ничего такого он не сделал, но он думал об Аманде, точнее сказать вспоминал о ней и сам ни как не мог понять почему его так тянет к ней. Столько мыслей в его голове не было никогда, как тучи перед дождём, может не стоит капаться в догадках, может стоит отпустить своих шальных коней, вот так и сходят сума подвёл итог он. И выпив последнюю каплю кофе он повернулся назад, его внимание привлёк седовласый старец, который кормил пятерых голубей гордо вышагивавших по палубе перед ним, он удивился как ребёнок увидев голубей здесь и медленным шагом направился к ним, тучи в его голове развеялись, но он чувствовал, как на замену к ним пришли: восторг, удивление и чрезмерное любопытство.

– Добрый вечер!

Старец повернулся и мило улыбнулся Жульену.

– И Вам Добрый вечер Сударь!

– Позвольте представится я Жульен Бурански.

– Приятно очень, приятно Сударь, – сказав это, он снова повернулся к голубям, чтобы и дальше кормить их.

Бурански понимал, что он наверное сейчас ни к времени и не к месту, но как упоминалось ранее именно чрезмерное любопытство, привело его сюда.

– Сэр простите мне мою наглость, но я не могу иначе, мне никогда раньше не приходилось в живую видеть голубей, только на картинках, позвольте посмотреть на них хотя бы со стороны, если я конечно своим присутствием не помешаю.

Старец повернулся и молча подошёл к Бурански, смотря ему в глаза, Бурански поразило то тепло которое исходило от него – это было сродни Аманде – это в миг его потрясло, он смотрел в его чистые, голубые глаза в них на тот момент отражалось зарево, а радужка его глаз на столько ярко выражена – синего цвета, складывалось впечатление, что он смотрит в глаза младенца, волосы белые как снег развевались на ветру, его лицо лишь слегка коснулись морщины, оно светилось от счастья, он увидел в его глазах тепло, он почувствовал что – то родное в этом человеке, ему на мгновение показалось, что он знает его уже очень, очень давно.

– Да, я не против, присаживайтесь Сударь на скамью, коль так хотите, я не против и они думаю, что тоже. – когда, он это сказал, он отошёл в сторону, чтобы Бурански смог пройти не потревожив голубей и голуби посмотрели на него, не все, но трое точно посмотрели с любопытством, как и он на них.

– Благодарю Вас добрый человек. – сказал Бурански удобно располагаясь на скамье. Он рассматривал каждого голубя и диву давался, а в близи они ещё прекрасней, как красиво переливаются их пёрышки на огненно красном солнце уходящем за горизонт, белый голубь с красными ободками на глазах важно ходил по палубе далеко не уходил, но при ходьбе делал вид, что он важная птица, а голубь перья которого были сливового цвета с золотистым отливом чистил своему соседу крылышки, видно было, что они уже наелись и начали разбретаться по палуби. Такие интересные, они удивительные создания, подумал он.

Старец стоял облокотившись спиной на веера и любовался ими. Бурански решил попытать счастье и нарушить тишину.

– Извените Сэр надеюсь, я Вас не очень потревожу задав вопрос.

Он посмотрел на него и махнул головой дав понять, что он может спрашивать.

– Откуда эти голуби здесь? – он долго не заставил ждать с ответом, как это было ранее.

– Из далека Сударь, отсюда не видать.

Бурански понял, что старец шутит и от этого ему стало легче.

– Вы можете называть меня просто Жульен.

– Мне проще Сударь.

Бурански от этого не много сковало.

– Хорошо, как пожелаете Сэр.

Старец присел с ним рядом и снова стал смотреть на него, затем начал говорить.

– Сынок, так мне ближе ты не против, если я буду звать тебя сынок?

– Совсем нет. – удивлёно ответил он.

– Понравились голуби?

– Очень Сэр.

– Ах, да я же не представился прости мне мою не воспитанность, я человек простой от того и седой, – на его лице заиграла задорная улыбка. – Я Венька, можно просто и со вкусом Веня.

Глаза Бурански округлились от удивления.

– Веня… так Вы русский!

– Да, он самый.

– Надо же, а здесь как… – не дал, он ему договорить.

– Интересно да, какие жизнь нам преподносит сюрпризы.

Откуда… – ещё пуще прежнего удивился он, ведь совсем не давно – это мысль посещала и его.

– Откуда Вы?…

– Не важно.

– Да, я с Вами согласен, а как Вы здесь?

– Жизнь сынок наш путеводитель – это многое объясняет, я увидел на твоём лице щенячий восторг, когда ты увидел голубей.

– Щенячий восторг? – переспросил Бурански.

– Не обижайся – это я так ласково, я увидел, как твои глаза горели, как у ребёнка, ты удивляешься простым вещам и это хорошо, значит не всё потеряно, значит ещё не закостенел со временем – увы это происходит очень часто и со многими, за три года, ты один из не многих кто проявил такое желание посмотреть на голубей, в основном – это дети, которые не могут оторвать своих родителей, от чтения газет, либо от того, что мы называем судачить. Поэтому мне приятно было вспомнить человека в котором ещё остался ребёнок.

– Спасибо Вам Веня. – смущёно сказал он.

– Пожалуйста… не смотря на твой восторг в твоих глазах есть место тревоги, поделись со мной.

Бурански – это удивило и насторожило.

– Если честно то я не совсем понимаю о чём Вы?

– Хм… и вправду, что это я. При встрече со мной, ты ведь, что – то почувствовал?

– Откуда Вы знаете? – Удивлёно спросил он.

– Ведь не гоже спрашивать откуда и почему, я что – то знаю – это впустую растрачивать время, энергию – это не гоже, проще просто быть честным с собой и ответить на мой вопрос, ведь то что тебя так не давно мучило… Все ответы перед тобой. – он указал на себя, – возможно то что, ты узнаешь от меня для твоей души будет музыкой и разгонит в миг твои мрачные тучи в твоей голове и тогда там всегда будет сиять солнце. Вот я снова вижу на твоём лице щенячий восторг, только он пока в перемешку с недоумением, но это временно сынок и так, что расскажешь? Я догадываюсь, но всего не знаю, но знаю одно, что все ответы на твои вопросы есть у меня, тебе интересно, я знаю, что это так.

– Да это так Вы правы. – он поднялся со скамейки и начал ходить в зад вперёд при этом, он был разозлён, что за баламут подумал он – потянула на подвиги.

– Если не хочешь, мы можем разойтись каждый своими дорогами, я пойду на кухню, а ты… а ты поступай, как знаешь.

Бурански резко остановился и тот час почувствовал, что он доверяет ему больше чем себе, он присел снова рядом с ним.

– Хорошо допустим, Вы правы.

– Допустим.

Он задумался затем пристально уставился на старика.

– Почему у меня такое чувство, что я Вас знаю, что я Вас очень давно уже знаю, у меня такое чувство, что Вы мне родной человек?

– И не я один ведь так?

– Да – это поразительно. Почему так?

– Это девушка?

– Да.

– Теперь всё проясняется, я думаю, что в прошлой жизни был женщиной, а ты был моим ребёнком, – Что за бред подумал Бурански. – у нас были очень хорошие отношения по этому при встрече со мной, ты почувствовал тепло.

– Но, я не говорил Вам об этом.

– Я знаю – это касается и той девушки, возможно в прошлой жизни Вы были очень близки и при знакомстве с ней, ты почувствовал притяжение к ней, тепло исходящее от неё.

– А она тоже почувствовала это?

– Да можешь даже не сомневаться в этом. Твоя душа чувствует к ней любовь, она помнит, а мозг не воспринимает и не понимает, он знает только то что есть сейчас, а не то что было там за гранью не известного. Я что могу тебе сказать ту любовь, тепло, притяжение, которое ты чувствуешь к этой женщине, ты не пугайся и не отталкивай, Господь свёл в этой жизни Вас снова вместе и это прекрасно.

– Да, но у меня есть жена?

– Ты не слышишь меня, пускай есть…

– Тогда как?

– Не перебивай, любовь – она прекрасна не так ли?

– Да.

– Ты когда впервые увидел свою жену, о чём ты подумал?

– Ну, я не думал, она мне понравилась и я понял, что она будет моей женой.

– Вот по не многу всё проясняется, ты любишь её?

– Ну конечно. – не задумываясь ответил он.

– А, что ты почувствовал при встрече с той женщиной? Это же было совсем другое чувство? Со своей женой, ты хотел физической близости так или иначе – это естественно, а с ней?

– А с ней, – он задумался. – а с ней всё иначе.

– Ну вот видишь.

– Мне просто приятно находиться рядом с ней, мне просто хочется обнять её чтобы укутаться в тепло, как в одеяло, мне нравится её смех, её глаза, но это чувство… Я вот сейчас рассказываю и чувствую, что оно исходит от куда – то от туда, – показал на грудь. – я даже на миг увидел себя мальчишкой лет семи и её девочкой мы обнявшись сидим на бревне на горе, ветер колышет зелёную траву, солнце согревает нас своими лучами, в дали я слышу журчание ручья, её рука лежит на моём плече, моя на её, мы смотрим на луга, что открываются нашему взору, она хрустит свежим испеченным хлебом, я пью молоко, потом наоборот, – на лице Бурански была блаженная улыбка. – и мне кажется что роднее неё нет никого на свете.

– Ну это не совсем так. – вспомнив о Дорети в последний момент, волнительным голосом сказал он.

– Вот ясность ума и взора, рядом с ней ты почувствовал себя мальчишкой. Ничего большего не надо душа не стареет, как тело, она мудреет тут уж спору нет – мой друг. И тебе необычайно повезло встретить меня, её. Это конечно же не случайность, Бог предусмотрителен, у него на каждого свои планы. Люди порой путают эти чувства, когда мы встречаем свою половинку, мы чувствуем её сердцем, души в нашем теле притягиваются и наша любовь – чистая, искренняя, светлая пробуждается в душе – это то что радует и наполняет. Это детская простота живёшь и наслаждаешься всем тем, что и кто тебя окружает, вот и когда наши души тянутся друг – другу они дарят свою любовь без физической близости, поэтому тебе так приятно находиться с этим человеком и кажется большего и не надо, ты любишь всё в ней, ты замечаешь все мелочи в ней, ямки на щёчках, морщинки у глаз когда она смеётся, какого цвета её глаза, какого цвета радужка, ты смотришь на неё с удивлением и щенячьим восторгом, как ты сегодня смотрел на голубей, – сказав это, он улыбнулся. – всё прекрасно! что создал Господь, а потом, если вы желаете вы можете проявить свою любовь на физическом плане, к примеру обняться при этом направляя свою любовь к Богу через друг – друга. Когда твоя любовь чиста, она иная, вы можете взяться за руки и в этот момент вы будете чувствовать тепло ладоней, тепло пальцев просто само касание будет приятным и вы сами наполнитесь теплом, в этот момент будут только чувства, приятные ощущения и ни каких мыслей, только ощущения так через тело, душа познаёт физический мир, когда душа и тело едины тогда и внутри тебя баланс и гармония, тогда ты счастлив сам и всему и всем, что тебя окружает, я знаю это не понаслышке. Ну как чувствуешь, как твоя душа хлопает в ладоши? Это я так образно.

– Чувствую Веня, тучи рассеялись и вокруг только солнечный свет. – с восторгом в голосе проговорил Бурански.

– Я рад сынок… – он на некоторое время замолчал и пристально уставился в даль, словно провожая давно ушедшее солнце за горизонт, затем на его лице заиграла лукавая улыбка, он взглянул на Бурански и достал из кармана свёрнутый листок бумаги – это тебе, – еле слышно проговорил он. – прочитаешь и поделись с тем кем так дорожишь, ты знаешь о ком я, ей это пойдёт впрок и пусть в этот момент твои уста от сердца… выразят нужные слова.

– Хорошо. – Бурански убрал листок в карман, но его раздирало любопытство и он – этого не скрывал.

– Интересно да, что там.

– Весьма… не буду отрицать.

– Ну будь тебе, прочтёшь, прочувствуешь, всё поймёшь… уже стемнелось, мне пора моих ребят по люлькам укладывать нам ведь рано вставать.

– Вы знает…

– Тшшш… погадика, – он подошёл к веерам и немного наклонился вниз. – подика сюда погляди.

– Темно… там уже ни чего не видно…

– А, ты внутренним взором, эхо локаторы включи.

– Забавный, ты Веня.

– Аха, как моя седина.

Бурански тихонечко засмеялся.

– Ты послушай, как венты разрезают воду, слышишь?

– Да…

– А ещё ветер, как тут гуляет, гуляй, разгуляй, слышишь океан? Я каждый вечер прихожу сюда, чтобы насладиться всем этим, – дверь позади – открылась со скрипом, и в тени блёклого света лампады Веня разглядел грузную фигуру помощника капитана, он зажёг яркий фонарь над головой осветив тем самым всю палубу, – ну вот всё испортил…

– Кто это? – с удивлением в голосе спросил Бурански.

– Андерсон… – пробубнил Веня.

– Андерсон – это многое объясняет. – отшутился Бурански.

Веня хмыкнул в ответ при этом прищурив глаза, выражая своё недовольство, как на тот момент показалось Бурански.

– Не обращай внимание, я так любя, я уже привык к таким вылазкам Андерсона, он напоминает мне, что я тут не один. Я люблю ночью полюбоваться дивной красоте небесной, а он выходит выкурить свою трубку мира, зажигая свой яркий фонарь, ведь света лучины ему не достаточно, вот такой он бармолей этот Андерсон, – он говорил это, а в его словах слышалась любовь, он воспринимал Андерсона такого какой он есть со всеми его плюсами и минусами на перевес в колебаниях то там то здесь.

– Веня. – послышался задорный голос за спиной.

– Да ваше высочество!

– Ты спать собираешься укладывать своих зверюшек?

– Возможно, а что?

– Они у дамы со второй каюты весь хлеб уже склевали.

– Они у меня такие сынок.

Бурански расплылся в улыбки.

– Дама жалуется?

– Дааа я бы так не сказал, – почесав затылок протянул он, – мне даже показалось, что они весьма подружились, гурчит им там чего – то на своей тарабарщине.

– Вот видишь сынок, а ещё помощник капитана – зверюшки, – засмеялся он не разжимая губ, – ладно пошёл я, а то чего то они там загостились мои зверюшки.

– Спокойной ночи Веня… рад нашему знакомству.

– А я нашей встрече сынок… полюбуйся на звёзды, они иногда так игриво подмигивают и смотри не проспи всё. – его губ коснулась лёгкая улыбка.

– Я уж постараюсь. – ответил взаимностью Бурански.

Они переглянулись на последок, купаясь в доброте улыбок друг – друга.

Бурански деловито расположился на скамье, сжимая и разжимая кулак, он нервничал ему не терпелось прочитать, то что каким – то загадочным образом было уже написано ещё до знакомства с Веней, но на него был направлен прицел в виде двух глаз Андерсона, что время от времени показывались из – за клубов дыма. Андерсон сидел на корточках, вдыхая и выдыхая дым, он пристально разглядывал Бурански. Бурански же изредка поглядывал на Андерсона лишь для того, чтобы убедиться в том, что Андерсон ушёл, но он увы не торопился покидать палубу. Жульен взглянул ещё раз в сторону Андерсона и понял, что тот не торопиться уходить, он махнул мысленно рукой и улёгся на скамью, он на мгновение задумался, тщательно перемалывая полученную информацию им ранее, в голове вновь запрыгали мысли, ему вспомнились глаза Аманды их блеск и вдруг в этот момент его охватила паника, он подумал о том, что он ей скажет при встречи, чем они будут заниматься всё то время, что он будет там, что же подарить ей, кажется что кто – то сверху высыпал ему на голову все эти мысли, которые в миг снесли всё то хорошее, что в нём было минуту назад, к чему эта паника подумал он, ей здесь не место и в считанные секунды мысли в голове повисли и среди них он увидел ответ, который тот час его успокоил «Зачем заранее думать о том, чего может и не быть» и всё мигом наполнилось тишиной, – а это ведь так. – осенило его. Зачем выдумывать что – то, всему своё время, место и час, он почувствовал, как камень с его души упал и при этом глубоко вдохнул и выдохнул. Свет погас и краем уха он услышал, как закрылась дверь скрипя, – Наконец то, – облегчёно он проговорил про себя. Его мысли успокоились, тело расслабилось, а глаза смотрели на небо. Какое Величие пронеслось мельком в его голове, небо, звёзды в них погружаешься, растворяешься они окутывают и со временем, ты не перестаёшь им удивляться, восхищаться их красотой. Листок тихонечко дремал, сладко посапывая в его руке, сейчас он никуда не бежал, он просто смотрел и любовался, он был спокоен. Он сложил руки на груди, чтобы так было теплее, чувствуя как к нему подкрадывается сон, он встряхнул головой прогоняя его от себя, – ещё чуть – чуть полежу и отправлюсь в покои. – подумал он и на этой мысли спустя две минуты, он провалился в иную реальность под названием – сон.