Текст книги "Прорыв"
![](/books_files/covers/thumbs_240/proryv-86040.jpg)
Автор книги: Вячеслав Шалыгин
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Вячеслав Владимирович Шалыгин
Прорыв
© Текст, оформление обложки. VOSTOK GAMES. SURVARIUM INC., 2014
© Внутреннее оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2014
Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.
К 2016 году скорость движения человечества по пути прогресса значительно превысила допустимую. Груз таких проблем, как перенаселенность, испорченная окружающая среда и экономические неурядицы, связанные с дефицитом энергии, стал неподъемным, но экспресс цивилизации уже не мог сбросить скорость. И вот на очередном крутом вираже инерция огромной массы проблем утащила поезд под откос. Серия масштабных техногенных катастроф взорвала привычный уклад жизни, а последовавшие экологические беды, многочисленные торговые, политические и военные конфликты изуродовали мир и подтолкнули его к краю бездны. В охватившем планету хаосе мало кто заметил, что изуродованные, отравленные, выжженные и покинутые людьми территории стремительно захватываются измененным мутациями Лесом.
Следом за растениями бунт против цивилизации подняло все живое. В 2017–2018 годах по миру прокатились волны жестоких эпидемий, вызванных новыми видами вирусов и бактерий. Плесень принялась пожирать все, что сделано человеком, включая железо и самый стойкий пластик, а животные начали превращаться в монстров, у которых на генетическом уровне заложено, что главный враг для них – человек.
2019 год дал человечеству надежду на спасение: люди вроде бы одумались и прекратили склоки, а новейший гербицид остановил рост аномального Леса, но уже в 2020 году все рухнуло. Лес нанес ответный удар – распылил над городами облака ядовитой пыльцы, в которой содержались модифицированные фрагменты гербицида и особо свирепый, неизвестный науке вирус.
Началась Великая Пандемия.
Два года она бушевала над миром, унося миллиарды жизней. Когда же эта величайшая в истории эпидемия пошла на убыль и выжившие, оглядевшись, подсчитали потери, стало ясно, что прежнего мира нет. Большую часть суши занял аномальный Лес, соваться в который для людей стало сродни самоубийству, а на небольших разрозненных островках нормального, не занятого Лесом пространства теперь обитало не более одного процента прежнего населения планеты.
Однако недаром человек славится своей жаждой жизни и способностью приспосабливаться к любым условиям. Пока бушевала Пандемия, люди прятались и выживали, как могли, но уже с 2023 года на относительно безопасных степных территориях, в своеобразных резервациях посреди бескрайнего Леса, началось формирование нового, дикого, жестокого, раздробленного на кланы и группировки, неустойчивого общества. Строить новую цивилизацию этому обществу пока было не по силам, но оно хотя бы имело шанс продержаться до того момента, когда Лес вынесет окончательный вердикт – жить человечеству или умереть.
Неизвестно, сколько островков-резерваций было оставлено Лесом по всему миру. Ниже речь пойдет о нескольких участках, уместившихся на территории бывшей Украины, юга России и запада Казахстана. К 2027 году определять весь уклад жизни людей, выживших на этой территории, стали четыре силы. Первая, самая дисциплинированная, хорошо вооруженная и считающая себя наследницей прежних властей – Армия Возрождения. Вторая – кочующая по обитаемым территориям жестокая и беспринципная орда с нехитрым названием Черный Рынок. Третья сила – вольные бродяги, условно объединенные Советом бродяг. И, наконец, егеря из Поселения Край – самые колоритные и самые загадочные персонажи нового мира хотя бы потому, что лишь они нашли способ входить в кишащий опасностями Лес.
Именно между этими силами и развернулась борьба за ресурсы, жизненное пространство и секреты ограниченной Лесом территории.
Пролог
Наблюдатель – Центру.
Первая запись в протоколе операции «Штормовое предупреждение».
Агент «Восток» снят с консервации, прошел тесты и активирован.
Агент «Запад» к активации готов.
Запрашиваю день и время начала операции.
Центр – Наблюдателю.
При получении разрешения на активацию агента «Запад» произошел сбой программы. Данные агента «Запад» повторно введены в Систему. Идет дополнительный анализ.
Сместите акценты на агента «Восток».
Дата и время начала операции будут определены сегодня.
Старый Оскол. Две недели назад
Руины бывают разные. Бывают выбеленные солнцем, ветром и дождями свидетельства давних времен, а бывают обугленные, словно c черно-белых кадров военной хроники. Или руины нового типа: оставшиеся от городов, пострадавших во время техногенных аварий. Или сверхновые: замшелые, поросшие аномальной зеленью, полные одичавшего зверья и немыслимых ловушек. Все они разные, но есть главный объединяющий признак, который перечеркивает различия, – люди в них не живут. Они могут временно прятаться в развалинах, устраивать засады, могут искать в них полезные вещи, могут приходить и расчищать место для постройки новых зданий, ночуя в палатках или уцелевших зданиях где-нибудь поблизости, но постоянно жить в руинах не могут. Такова человеческая психология. Для людей развалины домов – те же кладбища. И тот факт, что после финальной зеленой катастрофы большинство современных руин выглядит чуть лучше развалин Сталинграда или Хиросимы, ничего не меняет. Обуглены развалины, заражены радионуклидами или полны странной на вид зелени и аномальных ловушек – они в первую очередь кладбища цивилизации, а уж после – все остальное.
В общем, характеризуя руины, следует добавлять «казалось бы». Руины, казалось бы, разные. При всем разнообразии у любых развалин больше сходства, чем различий.
Снайпер одернул капюшон, чтобы стряхнуть капли надоевшего дождя, и откинул колпачок на оптическом прицеле. Руины, в которых он затаился, страхуя переход разведгруппы через опасную площадь, действительно походили на любые другие. Повсюду был ломаный бетон с торчащей арматурой, битый кирпич, искореженные трубы, обрывки проводов, мятые фермы всевозможных сварных конструкций, обломки пластика и клочья разного вида утеплителя, изоляции, обмотки. И никаких признаков жизни. Стандартный набор.
В недавнем прошлом эту территорию занимал испытательный полигон военного ремонтного завода. Теперь центр полигона был свободен, но периферия загромождена какими-то ящиками, контейнерами, пустыми бочками и сугубо гражданской техникой. Впрочем, имелись и несколько экземпляров профильной продукции. Ближе к заводским ангарам стояла дюжина танков разной степени укомплектованности и два БТРа на спущенных колесах. Группа затаилась как раз между бронированными тушами военных монстров, продырявленных не вражескими снарядами, а проросшей прямо сквозь металл аномальной зеленью.
Снайпер прильнул к окуляру, пытаясь обнаружить кого-то из товарищей. Связь в центре города работала через раз, поэтому разведчики больше полагались на визуальный контакт и систему условных жестов. Никто из товарищей пока не сигналил, поэтому снайпер вернулся к исполнению прямых обязанностей – перевел прицел на устье прохода между контейнерами на восточном краю миниатюрного полигона. Проход вел к большой дыре в бетонном заборе. По мнению стрелка, это была оптимальная точка доступа на территорию завода.
Внезапно в наушнике громко затрещали помехи, затем истошно завыла и заскрипела аналоговая настройка, и вдруг в эфире на частоте разведчиков зазвучал незнакомый баритон. Никаких команд неизвестный голос не отдавал и вообще к разведчикам не обращался. Передача больше походила на лекцию или проповедь. Рация каким-то непостижимым образом перехватила передачу на гражданской волне.
Снайпер попытался сменить канал, но фокус не удался. Радиопередача шла на всех частотах. Оставалось либо вырубить рацию вовсе, либо слушать и надеяться, что странный «голос за кадром» не помешает услышать своих, когда они решат выйти на связь.
«…Внимание и еще раз внимание, вот что требовалось нам десять лет назад! – мрачно, но при этом почти торжественно, с театральными паузами и модуляцией в нужных местах вещал неведомый лектор или проповедник. – Сейчас понятно, что мы проглядели угрозу! Ложно обвиняя друг друга в коварстве и вынашивании агрессивных планов, мы попытались свести старые счеты, а когда поняли, откуда на самом деле исходит угроза, стало поздно – аномальный Лес уже стучался во все двери! Атакуем Лес новейшими гербицидами, и дело в шляпе, решили мы! Оставим только нормальную зелень и будем жить, как прежде… да не тут-то было! Новый Лес выжил, наши химикаты не убили его, а сделали сильнее, и он поглотил цивилизацию, разрушил все, что было создано людьми! Артефакт, бесполезная вещица, вот во что превратилось человечество, лишенное своих искусственных достижений, но… Лес решил идти до конца! Беспрецедентно масштабная, страшная Пандемия уничтожила большую часть населения планеты! Сильный, бескрайний и жестокий Лес натравил на людей растения, агрессивных животных-мутантов, поглощающие все и всех лишайники, грибы и бактерии… и теперь повсюду царят дикость, запустение и страх! Поможет ли наша хваленая смекалка найти рецепт избавления от постигшего нас несчастья?! Добиться у природы разрешения на существование нашего вида – реально ли это?! Прибытия нашего нового ковчега к новой заветной горе – есть ли у нас шанс этого дождаться?! Военного решения проблемы больше нет, это очевидно, но мы цепляемся за старые представления о борьбе за место под солнцем, по-прежнему считаем себя венцом творения и не ищем компромисса с очевидным победителем – Лесом! Проводника по заросшим зеленью тропам нового мира, человека, способного понять, что мы выжили не ради сражений за жалкие обломки цивилизации, – вот кого не хватает на данном этапе нашей трагической истории! И лишь когда такой лидер появится, мы сможем гармонично интегрироваться в новую природу, не перекраивая ее по своей прихоти, а дополняя ее… но… Запаса времени у нас почти нет, как нет больше сил и ресурсов! Топлива, электричества, машин и прочих фальшивых благ искусственного мира, уничтоженного великой природой и ее могучим детищем – Лесом, больше нет, а это значит…»
В рации вновь заскрежетали помехи, и дальше вдохновенная речь сделалась неразборчивой, а затем постепенно превратилась в белый шум. Снайпер мысленно прокрутил услышанный отрывок заново и выделил ключевые слова – первые в каждом предложении, точнее, после каждой театральной паузы. Они сложились в короткое, четкое послание:
«Внимание, сейчас ложно атакуем. Оставим новый артефакт. Беспрецедентно сильный. Поможет добиться прибытия военного проводника и запаса топлива».
Все по делу, ничего лишнего. Разве что не уточнили, откуда последует ложная атака. Впрочем, это был не секрет. Ведь снайпер уже выяснил, что незаметно приблизиться к позициям разведгруппы можно лишь по проходу между контейнерами.
Как только закончилась передача, на связь вышел командир разведгруппы капитан Алексей Донцов.
– Чертовщина какая-то! – капитан говорил негромко, но разборчиво даже на фоне помех. – Откуда эти проповеди на коротких волнах? Осмотреться, источник может быть поблизости.
– Источник радиоспама, – хмыкнув, уточнил Спирин, один из двух бойцов костяка разведгруппы. – Почему чокнутые выживают? Ава, скажи, ты ведь и сам такой.
– Нормальная телега, по делу, – буркнул Аверьянов, второй боец, пулеметчик.
– Это да, но для кого? Кто тут еще не в курсе, как все началось и кто виноват? Ты? И на какого лидера намек?
– На тебя. Потянешь?
– Отставить засорять эфир, – приказал Донцов. – Кто что видит, доклад.
– Движение в северном секторе, – снайпер пока ничего не видел, но предполагал, что атака начнется с минуты на минуту. – Не успеете уйти. Замрите.
– Успеем, – возразил Донцов. – Прикрывай!
Три фигуры в городском камуфляже появились между танками, на миг исчезли, а затем двинулись короткими перебежками через пустой центр полигона. На такую работу легко было засмотреться. Даже Аверьянов, при своих героических габаритах, двигался быстро и четко, словно годами оттачивал каждое движение именно на этой тренировочной площадке. Но снайпер наблюдал не за этим. Его внимание было сосредоточено на проходе между контейнерами. Противник должен был появиться с секунды на секунду…
И он появился. Только не там, где предполагал снайпер. Первые выстрелы прозвучали в тылу группы. И первые фигуры в сером камуфляже и черных касках появились на плоской крыше невысокого слесарного цеха. Невысокого – то есть на три метра ниже руин, в которых притаился снайпер. Будь на его месте кто-то другой, он непременно воспользовался бы такой грубой ошибкой противника. С господствующей высоты, на дистанции в двести метров положить из «Винтореза» всех этих духов было плевым делом. Не спасли бы ни черные каски, ни камуфляж. Но снайпер лишь выстрелил в белый свет, чисто чтобы прокоптить ствол, а затем влепил пару пуль в контейнер у прохода, обозначая, где следует оставить обещанный артефакт. Пули были обычные, не трассирующие, но попали в угол контейнера под правильным углом и высекли из железа искры. Один из бойцов в черных касках поднял руку и указал сначала двумя пальцами себе на глаза, а затем на контейнер. Жест был понятен. Увидели, приняли.
Снайпер еще несколько раз выстрелил – пули выбили из кирпичной стены слесарного цеха фонтанчики красной пыли, и начал спускаться вниз. Группа завершала передислокацию. Спирин уже был в укрытии и стрелял наугад, не видя конкретных целей, Донцову оставался один рывок, а пулеметчику Аверьянову соответственно два, но уже под прикрытием товарищей.
Снайпер в пять прыжков спустился по лестнице и присел рядом с командиром группы. Он как раз перевалился через бруствер, откатился и занял позицию, но не сделал ни единого выстрела. Огонь с крыши слесарного цеха прекратился, так что стрелять было не в кого, и Аверьянов последние метры до укрытия прошел, словно по проспекту. Донцов дал отмашку Спирину, и тот прекратил расходовать патроны.
– Видели их? – спросил Донцов.
– Каратели, черные каски, до двух десятков, – доложил снайпер. – Но не в коже, в сером камуфляже.
– Значит, не из Ставки бригада, – заметил Спирин. – Там все рядятся, кто во что горазд. Косухи у них, банданы с черепами, джинсы… а эти…
– Наемники, бляха! – вваливаясь в укрытие, выдохнул Аверьянов. – Зуб даю, дикие гуси!
– Это потому, что камуфляж у них серый, как у бабусиного гуся? – скептически глядя на товарища, спросил Спирин. – Ава, ты слишком прямолинеен!
– Усохни, криво-загнутый, – пулеметчик занял позицию и коротко обернулся к Донцову. – Я двух разглядел. Гуси, точно.
– Черные каски меня смущают, – капитан Донцов задумчиво уставился на стену слесарного.
– А в чем сомнения? – Аверьянов пожал могучими плечами. – Нанял Хан, вот и вырядились, как его каратели. Ну, чтоб сразу было ясно, на кого работают да на каком уровне. По их понятиям, это, считай, лейб-гвардия. Есть чем гордиться. Здесь ведь Черного Рынка территория, форс бандитский в чести.
– Так-то оно так… – Донцов взглянул на снайпера. – Ты попал хоть в одного?
– Пожалуй, попал, – снайпер пожал плечами.
– Они так нехило мелькали, что даже Ава их разглядел, а ты лишь «пожалуй, попал»? – снова влез в разговор Спирин. – А еще, типа, всю жизнь с винтовкой!
– Да захлопни наконец борщеприемник, Спиди! – морщась, проронил Аверьянов. – Мелкий, а житья от тебя нет, как от блохи.
– Они вас просто прижимали и выдавливали, – снайпер многозначительно посмотрел на командира. – Поверх голов стреляли. Я и решил… не провоцировать.
– Вот как? – Донцов с подозрением взглянул на снайпера и прищурился. – Решение правильное, только… с чего вдруг такая гуманность?
– Вы как на ладони были. Если бы я начал их валить… нам всем кулдык пришел бы, однозначно.
– А я не о тебе. О карателях. По всем раскладам должны были рассверлить нам задницы под гаубичный снаряд, а тут вдруг просто «прижали». Есть мысли?
– Может, тоже не хотели махача? – подсказал Аверьянов. – Может, на нашем уровне какой-то важный гусь пасется? Боялись, начнется заваруха, мы его зацепим.
– Вариант, – опережая командира, согласился снайпер. – Я ведь докладывал, движуха была в северном секторе, между контейнерами. Копошился кто-то…
– Это на пути отхода? – перебил его Донцов. – Хреново дело. Другими маршрутами мы до утра будем выбираться.
– Так, может, свалил уже тот гусь? – предположил Спирин. – Эти, в касках, его прикрыли, он и ушел спокойно. Часок подождем и можем топать. Разрешите привал, товарищ капитан?
– Разрешаю ноги в руки и за мной, – Донцов кивнул снайперу и взглядом указал наверх. – Возвращайся на позицию. Я проверю маршрут и тогда решу. Ава, прикрывай отсюда. Спиди, со мной, пять метров дистанция, пошел!
С новой позиции снайпер видел почти весь коридор между контейнерами, поэтому без труда разглядел притаившихся в проходе бойцов противника. На них тоже были черные каски, но униформа не серая, а обычная: черные куртки, преимущественно кожаные, пятнистые штаны или джинсы и множество «байкерских» ремней, шипов и побрякушек. Все, как у большинства штурмовиков, карателей и прочих воинов многочисленных банд, бригад и кланов огромной кочевой орды Черного Рынка.
Для снайпера в этом факте крылся особый смысл. Всех, кто не носил серую форму в сочетании с черной каской, он мог с чистой совестью валить. Это была привлеченная к делу «слепая» массовка. Расходный материал.
Стрелок без малейших колебаний взял одного из бойцов засадной группы в перекрестье прицела и плавно потянул спусковой крючок. «Винторез» ощутимо, но мягко ткнул прикладом в плечо. Пуля отбросила кочевника на контейнер, и он сполз по железной стенке на землю. Снайпер тут же перевел прицел на другого бойца и влепил ему пулю в голову. Каска, понятное дело, не спасла, и воин рухнул поперек коридора. Оставшиеся трое засуетились и начали отползать в боковые проходы. Разведчик для полноты картины ранил еще одного и на этом закончил стрельбу.
В продолжении спектакля не было смысла. Из трех бойцов, оставшихся в поле зрения, лишь один был экипирован по-походному – имел рюкзак. И теперь этот воин прижимался к левой стенке коридора, держась обеими руками за простреленное бедро. По всем раскладам, нужная вещь могла быть только у него.
Когда в проходе появились капитан Донцов и Спирин, боец схватился за автомат, но проворный Спиди выстрелил на опережение. Тяжелая пуля «АКМ» продырявила черную каску не хуже «винторезовской», и враг мгновенно затих. Донцов быстро оценил обстановку, жестом приказал Спирину проверить закоулки, а сам склонился над последним из убитых врагов.
Капитан перевернул тело, расстегнул замки и вынул из рюкзака небольшой углепластиковый кейс со складной ручкой. Материал, форма, замки… все в этом кейсе было необычным, даже интригующим, но самое главное – по центру крышки имелась крупная выштамповка: круг, а в нем латинская буква «V». Почему не наша «Л»? Да потому, что букву перечеркивала молния, направленная, естественно, сверху вниз. Так что сомнений не оставалось – буква была латинская.
Донцов на пару секунд завис, разглядывая кейс-контейнер, затем резко обернулся и махнул рукой. Жест был понятен. Командир приказывал снайперу присоединяться, хотя еще не получил рапорта от Спиди, который разведывал дорогу. Явная ошибка, но снайпер понимал, почему капитан ее допустил – разволновался. Судя по реакции, Донцов хотя бы краем уха слышал о перечеркнутой молнией букве «V», а раз слышал капитан, слышали и в штабе Отряда. И значит, рассчитано все было идеально.
Капитан Донцов доставит контейнер в Отряд, там начнется ажиотаж, командир свяжется с ближайшим гарнизоном Армии Возрождения и убедит, наконец, этих бюрократов в погонах, что им стоит оторвать задницы от кресел. Хотя бы одному из них. Тому, кто отправит проводника и запас топлива для вывода Отряда на территорию Армии.
Вот уже полгода Отряд, сформированный из мелких групп бывших военных и полицейских, пытался доказать Армии Возрождения, что его стоит зачислить в ее славные ряды, но пока особого доверия у штаба группировка не вызывала. Оно и понятно, спустя девять лет после Пандемии подобная инициатива натыкалась на вполне резонный вопрос контрразведки: «Где вы были раньше?» Как жили-выживали, какие за вами числятся подвиги или проступки и нет ли в вашей инициативе скрытого желания отмыть грехи? Чтобы доказать свою безгрешность, Отряд должен был предложить Армии что-то значимое. Боевой техники, восстановленной умельцами Отряда на ремзаводе, оказалось мало, и теперь вся надежда была на сверхценный артефакт.
«Однако теперь Армия Возрождения обязательно выведет Отряд в форпост Волчанск, – мелькнула у снайпера мысль. – То есть туда, где хранятся в герметично закупоренных бочках огромные запасы топлива».
– На улице чисто, – доложил Спирин именно в тот момент, когда к авангарду группы присоединились Князь и Аверьянов. – Что это за коробка, командир?
– Игровая приставка, – Донцов скинул рюкзак и уложил в него кейс.
– Чего?!
– Чего надо! Что там снаружи?
– Говорю же, чисто!
– А-а, ну да, – капитан взял себя в руки. – Короче так, орлы. Ставлю боевую задачу: любой ценой, но эту «приставку» доставить в штаб. Кровь из носа, зубы вразлет, голову долой, но задачу выполнить. Ясно?
– Да ясно, чего уж, – Спирин пожал плечами. – Зубы из носу и все такое… доставим. Не в первый раз.
– Тогда по схеме! Спиди, вперед. Марш!
Прежде чем покинуть территорию завода, снайпер окинул взглядом проход между контейнерами, а затем посмотрел вверх и вправо. Если встать на нижний край пролома в бетонном заборе и чуть приподняться на носках, можно было увидеть край крыши слесарного цеха. Соответственно, оттуда можно было разглядеть и пролом. Снайпер не увидел на крыше никого из «серых» в черных касках, но подал знак «все по плану». Порядок есть порядок.
Снайпер нырнул в пролом и присоединился к группе. Теперь ему следовало выкинуть из головы лишние мысли и сосредоточиться на повседневных делах. Скоро двойной игре конец, но пока он был бойцом разведгруппы, которая возвращалась на базу, выполнив и даже перевыполнив свою задачу. Подготовка к Большой оперативной игре вступила в завершающую фазу, и теперь было особенно важно не допустить ни малейшего прокола.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?