Текст книги "Выживают бессмертные"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vyzhivayut-bessmertnye-94440.jpg)
Автор книги: Вячеслав Шалыгин
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Бондарев сам решает, куда ему идти. Я не знаю, что сказал ему Кулдык. А помогаю я майору потому, что так велит устав. Он мой боевой товарищ.
– Это ложь. Ты ведешь свою игру и Бондарева используешь вслепую. Точно так же, как его пытались использовать хозяева старого бункера.
– Новые хозяева старого бункера, – невольно поправил Савенко.
– Не пытайся ловить меня на слове. Расскажи, зачем тебе Бондарев на самом деле, и разойдемся миром.
– Да нет у меня никакого интереса к Бондареву! Я просто помогал ему, пока была возможность. Ты разве не видишь, что теперь я далеко от майора и больше не интересуюсь его делами? Теперь мне хватает и своих забот.
– Это не так. Ты догадываешься, что находится в хранилище старого бункера, но понимаешь, что добраться до этих секретов невозможно, пока в укреплении сидят враги. А если враги схватят майора, то надежды добраться до секретов и вовсе не останется. Поэтому ты и решил спрятать Бондарева на западе? А заодно ты хочешь использовать его как полевого агента?
– Если расскажешь, зачем тебе самому секреты Бондарева, я отвечу. – Савенко окончательно стряхнул заторможенность, внушенную человеком-из-мглы.
– Никаких условий. – Гамаюн угрожающе подался вперед, и в глазах у него сверкнули багровые зловещие искры. – Смотри мне в глаза! Отвечай, если хочешь жить! Я вижу твои мысли! Что ты знаешь о Системе?
Савенко резко зажмурился и помотал головой:
– А не пошел бы ты!
Гамаюн мгновенно приблизился и без видимых усилий отшвырнул майора к левой стене. Рухнув, майор вновь открыл глаза. За егерем-отступником в единственную комнату домика ворвалась мгла. Савенко решил, что это опять иллюзия, но теперь избавиться от внушения он не смог. Мгла окутала майора Савенко, и перед внутренним взором у него зависла причудливая картинка, похожая на фрагмент из мистического триллера.
Майору казалось, что серая дымка постепенно впитывается в тело сквозь поры, вливается в глотку через приоткрытый рот и тонкими струйками-змеями заползает в нос и уши. А затем мгла будто бы наполнила глаза и сгустилась. Окружающий майора Савенко мир померк и сжался до рамок угасающего сознания…
…Гамаюн склонился над обмякшим офицером и уставился ему в мутные глаза. Прочитать что-то новое в сознании нокаутированного майора егерь-отступник не смог, поэтому разочарованно выдохнул и выпрямился. Можно было подождать, когда Савенко очнется, но Гамаюн не стал задерживаться в домике. Издалека прилетел гул моторов.
Гамаюн выглянул за дверь. К восточной окраине поселения приближалась группа кочевников на нескольких байках и квадроциклах. Егерь-отступник взмахнул рукой, будто бы укрываясь с головой невидимым плащом, и выскользнул из домика. Серая мгла вновь окутала его с головы до ног, и Гамаюн слился с местностью. Кочевники его не заметили. Зато они увидели, как медленно закрывается подпружиненная дверь домика, и тотчас направили свой транспорт к строению.
Гамаюн отошел подальше и обернулся. Кочевники вытащили из домика майора Савенко, связали и бросили в тележку, прицепленную к одному из квадроциклов. Теперь егерю-отступнику не светило продолжить допрос военного, но Гамаюн не огорчился. Он уже понял главное: все действия майора Савенко контролировала Система.
И это значило, что Гамаюн действительно вышел на нужный след. Не напрасно он заинтересовался историей, в которой участвовали провокаторы, посланные теми, кто засел в старом стратегическом бункере. Поначалу его зацепило то, что один из наемников прикрывается именем Гамаюна. Но вскоре егерь-отступник интуитивно уловил, что провокаторы выведут его на след большого зла. Так оно и получилось. Гамаюн взял след. Система снова действовала!
«А Система – это самое большое зло. – Гамаюн проводил взглядом мобильную банду, которая вырулила из Архангельского и взяла курс на юг, а затем перевел взгляд на запад, в сторону Зиборовки. – Система управляет главным секретом старого бункера. Секретом, который способен уничтожить все, что осталось от нашего мира. Вот почему Систему следует отключить. И для этого нужен бывший главный агент этой Системы. Тот, кто знает код доступа к уровню «С». Денис Бондарев».
* * *
До Пандемии человек всю жизнь находился в поиске, и казалось, что нет числа вариантам этого поиска. Кто-то искал смысл жизни, кто-то богатство, другие называли свой поиск творческим. И так далее и тому подобное. Казалось, можно сойти с ума, если попытаться осмыслить все варианты человеческих устремлений в многообразной и бурной жизни.
На самом деле все было проще. Жизненный поиск был строго ограничен рамками человеческой натуры. И скажем прямо, рамки у натуры были не такие уж широкие. Очень мало в мире было людей, которые действительно не умещались в эти рамки. Один на миллиард, не больше. Все остальные «уникумы», сколько бы ни пыжились, ни били себя в грудь и кричали на каждом углу, что избраны высшими силами, не могли дотянуться до рамок, даже раскинув руки. Они, подобно большинству других людей, были стандартизованы, как патроны. И как раз словно по количеству основных деталей у патрона или по количеству сторон стандартной рамки, у стандартных людей имелось только четыре жизненных устремления: богатство, слава, продолжение рода и сытый покой, все сразу или последовательно.
И не важно, осознавал человек этот факт или нет. Набор устремлений на жизненном пути у всех был один, стандартный, и все проходили одинаковые «этапы желаний», только на разный срок застревали в той или иной фазе. Кому-то больше хотелось богатства, кому-то славы или бесконечной любви, а кому-то покоя. И довольно часто им доставалось именно то, чего они хотели, только в большей или меньшей степени.
Были, конечно, люди, которым вовсе ничего не доставалось, но это не значит, что они об этом не мечтали. Речь ведь идет о стандартных желаниях, а не достижениях.
В новом мире изменилось многое, но компоновка человеческих желаний по примеру патрона так и осталась неизменной. Изменился лишь материал гильзы и начинка пули. На смену жажде богатства и славы пришло желание выжить и прочно закрепиться на своей территории. Но «порох» и «капсюль» остались теми же. Подсознательное стремление продолжить род и желание сытого покоя, чтобы вырастить новое поколение в нормальных условиях, остались неизменными.
Почему майор Армии Возрождения Денис Бондарев размышлял об этом, двигаясь по заросшим сорняками и кустарником улочкам заброшенного поселка, он и сам не понимал. Возможно, к этому подтолкнула мысль о том, что в деревне Черновка, на территории, где вот-вот начнется война, остались жена и дети? Ведь в принципе все соответствовало теории. Бондарев, как один из выживших «стандартных людей», заменил два базовых желания из рамочного списка на новые. На смену желанию дослужиться до генерала пришло стремление выжить, защитить родных и закрепиться на территории, где будут в конце концов главенствовать законы. И чтобы все получилось, Бондареву оставалось одно – гнуть свою линию, двигаться на запад. Туда, где спрятан ответ на главный вопрос – как остановить войну.
Бондарев заставил себя встряхнуться и переключиться с лирики на текущие дела. Двигаться – значит двигаться. И думать при этом не о судьбе мироздания, а о текущих делах. В первую очередь о том, что где-то поблизости нарезают круги озлобленные до предела кочевники из банды Лютого.
Конкретно Бондарев и его спутники – скаут-бродяга Артем Чернов и егерь-проводник Гром – кочевникам ничем не насолили. Это сделали провокаторы во главе с Кравченко, которых наняли неизвестные пока Бондареву заговорщики. Но Лютый знал, что Бондарев стал «живым звеном» в цепи интересов неведомых заговорщиков и наверняка хотел выяснить, что же такого особенного есть в обычном вроде бы майоре.
В какой-то момент кочевники едва не нагнали Бондарева и его спутников, но тут в ход событий вмешалась третья сила. На пути у бригады Лютого появилась большая военная колонна, которая двигалась со стороны Харькова в сторону форпоста Волчанск. У Лютого было немало бойцов, однако бригадир кочевников разумно решил не ввязываться в схватку с армейцами на их территории. Ведь в этом случае кочевникам было уже ни за что не доказать свою непричастность к устроенным заговорщиками провокациям.
Лютый приказал своей бригаде рассредоточиться и мелкими группами убраться с пути военных. Прием сработал. Армейцы не стали вылавливать кочевников по заросшим высокими сорняками лабиринтам поселка и двинулись дальше. А бригада Лютого вновь собралась на западной окраине и продолжила преследование группы Бондарева. Вряд ли такой опытный бригадир, как Лютый, поддался простому любопытству или не сумел обуздать эмоции. Скорее всего, он рассчитывал получить не только ценные знания Бондарева, но и неплохой куш за самого майора.
Что ж, Лютый сделал верный вывод. Поневоле втянутый в большую игру майор Бондарев почти разгадал основные планы заговорщиков, а значит, стал ценным источником информации. И не только для Армии Возрождения, но и для кочевников, ведь заговорщики подставляли под удар Армии именно группировку Черный Рынок.
Как уже сказано, для размышлений было не лучшее время, но Денис все-таки опять отвлекся. Он разрешил себе на минуту погрузиться в воспоминания, чтобы подытожить первый этап своих похождений, но к исходу пятой минуты Бондарев понял, что следовало все-таки дождаться момента, когда время на размышление не будет ограничено. Подлежащих осмыслению событий набралось столько, что на ходу подытожить их оказалось не так-то просто. Но бросать начатое Денис не любил, поэтому все-таки прокрутил в памяти события последних суток…
…Началась большая игра заговорщиков с множества загадок. Сформированный из бывших военных и полицейских, Отряд под командованием полковника Кулдыка попытался прорваться из Старого Оскола в форпост Волчанск. Ничего необычного в этой затравке вроде бы не было. В Армию Возрождения почти каждую неделю вливались какие-нибудь мелкие группы. Отряд Кулдыка был хорошо вооружен и даже имел в своем распоряжении боевую технику, поэтому ничто не предвещало провала операции. Штаб Армии настолько проникся доверием к Отряду, что даже выслал проводника, который доставил в Старый Оскол дефицитное топливо для техники.
Первый этап операции действительно прошел нормально. Отряд прорвался через территорию Черного Рынка до деревни Черновка, но там наткнулся на засаду. В результате до Волчанска дошло только несколько человек. В общем-то, тоже штатная ситуация, но именно с этого момента и началась собственно большая игра, в которую оказался втянут майор Бондарев, заместитель начальника контрразведки форпоста Волчанск.
Допросив выживших «бойцов» Отряда, майор вдруг понял, что значительная часть подразделения Кулдыка состояла в сговоре с засадной бригадой наемников, а значит, действовала вовсе не в интересах Армии. Внедренные в Отряд провокаторы работали на неведомых заговорщиков, которые желали дестабилизировать обстановку на северо-востоке свободной от Леса местности.
Выяснить, кто эти заговорщики, и стало главной задачей Бондарева. По мнению Кулдыка, пойманного и допрошенного Бондаревым в финале первого этапа расследования, это могли быть кочевники из числа приближенных к Хану.
«…Не знаю, кто приказывает резиденту, Князеву, но возможности у них солидные, – заявил на допросе Кулдык. – Очень солидные. Такие наемники, как Князев и его ближайшие помощники Котов или Кравченко, дорого стоят. Это Тунгуса можно нанять за интерес, он странный человек. А эти… Так играть, надо большими профессионалами быть. А профи стоят немало. У кого такие деньги могут быть? Только у Хана…»
Но Бондарев эту версию не принял. Заговорщики-провокаторы подставляли кочевников под удар, а значит, не могли быть из их числа. Кто это был на самом деле? По мере продвижения расследования майор начал понимать, что найти ответ способен только он. Ведь он знал то, чего не знал больше никто во всей Армии, а возможно, и на всем обитаемом пространстве. Он знал главный секрет старого стратегического бункера в Старом Осколе. Бондарев служил в нем до Пандемии, а теперь в этом бункере располагался штаб заговорщиков.
Главный секрет хранился на одном из нижних уровней бункера, доступ к которому мог открыть только Бондарев. Скорее всего, поэтому заговорщики и втянули в свою игру именно Дениса. Какой это был секрет? Честно говоря, майор помнил это смутно. Перед тем как бункер был законсервирован, ему и другим служащим объекта было предложено «добровольно-принудительно» забыть о некоторых важных деталях своей деятельности. Да не просто забыть, а пройти небольшую процедуру выборочной блокировки воспоминаний, которую организовали специально приглашенные ученые из секретной лаборатории «Вектор». Насколько удачной получилась блокировка, вопрос отдельный, но главной цели командование добилось. Все, кто занимался консервацией военного бункера, забыли о некоторых важных деталях при полной сохранности памяти о прочих событиях. Например, о самом факте проведения процедуры.
Вот почему Бондарев и не мог толком сказать, что же на самом деле спрятано в подвалах стратегического бункера в Старом Осколе. Там не был спрятан сейф с ворохом бумаг, компьютер с зашифрованными данными или что-то в этом роде. Там не было арсенала с ядерным оружием. Там вообще не было оружия. Все это было вывезено из бункера на восток во время эвакуации, за сутки до того, как Пандемия накрыла город. Но что-то там все-таки хранилось, и оккупировавшие бункер заговорщики очень хотели до этого добраться. Причем надеялись сделать это до того, как начнется главная фаза затеянной ими масштабной провокации.
А Бондарев надеялся сделать главное – вывести заговорщиков из подвалов на божий свет. Денис пока не знал, каким образом это сделает, но полагался на собранные данные, чутье и подсказку, которую дал полковник Кулдык. Ведь он до Пандемии работал в одной команде с Бондаревым, на одном секретном объекте. Просто воспоминания о ключевом персонале объекта тоже попали под выборочную «добровольно-принудительную» зачистку.
«– В прежние времена я был комендантом, – признался Кулдык. – Эти страшные люди отыскали меня и приказали открыть все отсеки нашего бункера. Но я не знал всех кодов. Это ведь была твоя задача – помнить все коды. Вот я и посоветовал им найти тебя. Но ты разгадал их планы и начал сопротивляться, и теперь тебе лучше скрыться. Они не допустят, чтобы ты сломал им игру. Беги, Бондарев, прячься.
– Я не могу спрятаться. Под ударом моя семья. К тому же я офицер Армии. Я не могу допустить, чтобы заговорщики втянули нас в войну.
– Тогда сражайся. Но не в одиночку. Один в поле не воин. Найди людей из нашей команды. Они тоже выжили, почти все тридцать человек. Если ты разыщешь остальных ребят из нашей команды, сможешь все исправить. У тебя получится.
– Что получится, полковник?! Кто засел в нашем старом бункере? Почему ты решил, что это страшные люди?!
– У них наш главный секрет. Пока они не могут до него добраться, но это дело времени. С тобой или без тебя, они вскроют секретный уровень. Если их не остановить, они всех уничтожат. Ты один знаешь, как их остановить. Самый нижний уровень бункера. Ответ там. Коды доступа только у тебя… и ты знаешь, что делать дальше.
– Я ничего не знаю!
– Знаешь. Просто не помнишь пока, но знаешь».
Бондарев понимал, что словам полковника нельзя полностью доверять. Но Бондарев кое-что постепенно вспоминал, поэтому к моменту допроса Кулдыка был способен отделять правду от лжи. О главном Кулдык не врал. Где-то в глубине памяти у Бондарева скрывались ответы, оставалось их оттуда выудить.
Правдивость слов Кулдыка и догадок самого Бондарева подтверждалась тем, что поначалу провокаторы вели Дениса «вслепую» в свое логово. Наверное, и впрямь, чтобы он помог вскрыть секретные уровни старого бункера. Но когда Денис вдруг сорвался с крючка и начал ломать игру, заговорщики-провокаторы предпочли перестраховаться и убрать его. Коды кодами, а неизвестный пока, но явно крупный куш, который они предполагали получить, столкнув лбами все крупные группировки Большой степи, был дороже. Так что решение пожертвовать старыми секретами ради новых успехов выглядело разумным. Ведь три другие провокации шли по плану.
Во-первых, заговорщики спровоцировали на активные действия Армию. Во-вторых, втянули в заварушку кочевников. И в-третьих, заставили отреагировать на устроенное ими безобразие… Лес. Шторм в Черновке неделю назад стал «первой ласточкой». Через два дня Лес развил эту тему и взял под контроль окрестности Старого Оскола.
Провоцировать Лес было, конечно, опасной затеей, но провокаторы предусмотрели все возможные осложнения. Шторм в районе Старого Оскола накалял обстановку, но вместе с тем защищал самих заговорщиков. Проникнуть в Старый Оскол стало нереально. Только сунься, и накроет Штормом. А вот самим провокаторам, укрывшимся в старом, но добротном стратегическом бункере, Шторм был не страшен. То есть, когда начнется война Армии с кочевниками, провокаторы будут в безопасности. До них ни те ни другие не дотянутся. И Лес не накажет. Идеальное преступление.
В общем, когда прояснились основные тактические замыслы заговорщиков, сомнений у Бондарева не осталось. Люди, которые пользуются такой агрессивной тактикой, ничего хорошего замышлять не могут. То есть их конечная цель явно не благоденствие для Мира Выживших. И, значит, Денису следовало найти способ остановить заговорщиков. Какой способ? Денис видел три варианта.
Первый, самый очевидный: добраться до штаба Армии Возрождения и выложить как на духу все раздобытые сведения. Но этот вариант был самым очевидным и разумным лишь на первый взгляд. В нем имелись два критических изъяна. Первый – шпион. По ходу расследования у Дениса все больше укреплялись подозрения, что провокаторы имеют в штабе Армии высокопоставленную агентуру. Стоит этой агентуре приказать, и Бондарев элементарно не доберется от КПП до штаба. Как это делается, известно: «Майор, вас не было в расположении части более суток, вы обвиняетесь в дезертирстве, сдайте оружие». И второй момент: даже если удастся вовремя нейтрализовать шпиона, а командование поверит майору Бондареву и примет меры, Большой Войны не избежать. Ведь что такое «меры» в понимании военных? Правильно – упреждающий удар. И дальше все, как задумывали провокаторы: общая дестабилизация обстановки, волнение Леса и жертвы, в том числе среди мирного населения, особенно на северо-востоке. Там, где находилась сейчас семья Дениса. То есть доложить в штаб фактически значило подыграть заговорщикам.
Второй вариант: найти людей из своей старой команды, как советовал Кулдык, с их помощью каким-то образом попасть на секретный уровень бункера и… там будет видно. Насколько помнил Бондарев, перед эвакуацией все уровни бункера были заминированы. Взрыв самого нижнего наверняка повредит и вышележащие. Возможно, даже до такой степени, что «крысам» придется выбраться из своей норы и заняться поисками другого убежища. И это наверняка вынудит их скорректировать планы. Хотя вряд ли заставит вовсе прекратить провокации.
Наконец, третий вариант: вмешаться в события на том участке фронта, где находится основная цель провокаций. Понаблюдать и «по обстановке» применить свои знания и разоблачительные данные. Возможно, отдав их вовсе не военным, а тем, кто будет играть ключевую роль в нужное время в нужном месте. Где, когда и кто станет силой, которая реально поможет сорвать игру заговорщиков? Пока у Бондарева имелся ответ только на первый вопрос. Да и то это был исключительно аналитический вывод на основе разрозненных данных. Предположительно главный удар заговорщики планировали нанести на западе. Вероятно, их интересовала зона поселения Рудня, а точнее, расположенный в тех местах загадочный полигон, на котором Край нашел нечто ценное. Почему именно это место должно стать главной целью заговорщиков? Хотя бы потому, что оно в последнее время интересовало всех. Край не признавался, что конкретно нашел поблизости от Рудни, и это лишь распаляло любопытство. Но бродяги сдерживали себя, а вот Армия и Черный Рынок даже не скрывали, что рано или поздно наведаются в те края. Почему бы и заговорщикам было не заинтересоваться загадочным «полигоном»?
Из трех вариантов Денису больше всего был по душе именно третий. Да, он был сложным, энергозатратным, но вместе с тем предполагал сбор максимального количества достоверной информации. А это было очень важно, чтобы окончательно обрести понимание, кто стоит за провокациями, и сорвать их планы.
Да, майор вел себя самонадеянно, это он и сам отлично понимал. Но какой у него был выбор? Бондареву волей-неволей пришлось ввязываться в сражение против неведомых сил, способных раздавить его одним пальцем. Только разоблачив заговорщиков, Бондарев мог остановить назревающую войну, а значит, спасти множество людей. В том числе – свою семью…
…Денис мысленно поставил многоточие в размышлениях. Вкратце первый этап он подытожил, теперь все-таки следовало сосредоточиться на деле. И со второй попытки ему это удалось. Бондарев окончательно переключился на текущие события.
За время, пока бригада Лютого пряталась от Армейской колонны в руинах, группа Бондарева ушла достаточно далеко, почти миновала северные окраины Харькова. Будь на месте Лютого другой бригадир, на этом погоня могла и завершиться. Ведь у кочевников хватало важных дел на собственной территории. Армейская группировка наверняка предполагала отбить атаку провокаторов в форпосте Волчанск и двинуться на север, в рейд по территории Черного Рынка. Штыки банды Лютого и двух примкнувших мелких бригад явно требовались на севере. Но местный смотрящий не захотел ломать свой первоначальный план. Чутье на важную добычу у Лютого было отменное. А еще он знал не понаслышке, как проводятся крупные операции. Чтобы контратаковать и отбросить замаскированных под кочевую бригаду провокаторов, было достаточно одного удара. Но чтобы углубиться на северную территорию Черного Рынка, армейцам требовалось подготовиться. То есть вернуться в Волчанск, подтянуть резервы, отдохнуть, пополнить боезапас и сверить планы. На все это требовалось не меньше суток. Так что время в запасе у Лютого имелось, и он решил использовать запас по максимуму.
Группу Бондарева кочевники настигли неподалеку от поселка Зиборовка. Местность была сильно пересеченная, с множеством оврагов, ям, заболоченных участков и невысоких, но густых зарослей между ними. Все это порядком затрудняло передвижение. Даже такой опытный проводник, как егерь Гром, не сумел обеспечить группе отрыв. В результате очень скоро кочевники обнаружили беглецов и открыли огонь, заставляя группу прижаться к земле. Движение под огнем противника, перебежками по сложному рельефу снижало шансы на успех, поэтому троица решила рискнуть и уйти в сторону Леса.
Финт был сомнительный, ведь вблизи Леса группа могла столкнуться с дополнительными трудностями. Например, могла нарваться на зверье. И не факт, что егерь сумеет с этими зверьем «договориться». Да, у Грома имелся кое-какой опыт в таких делах. Он разбирался в повадках лесных мутантов, умел обходить места их скопления и так далее. Но если на хвосте у группы по-прежнему будут висеть кочевники, особый опыт Грома мог оказаться бесполезным. Лес не любил, когда стреляют, факт доказанный. И если он отреагирует, пусть не Штормом, а хотя бы предупреждением, достанется и своим, и чужим.
С другой стороны, терять группе было нечего. Попадать в плен к кочевникам никак не входило в планы Бондарева. Даже если это не грозило крупными проблемами. Слишком мало времени оставалось на исправление ситуации, чтобы разбазаривать его на «общение» с кочевниками. Вот поэтому Бондарев и согласился с доводами Грома, когда тот предложил спрятаться вблизи Леса.
– Нормально все будет, – заверил Гром. – В Лес не пойдем, укроемся на опушке, на самом краю. Этого хватит.
– Лютый не из пугливых, тоже может в крайние кусты заглянуть, – засомневался Артем. – Каждую неделю в Черновку приходит. А у нас там, сами знаете, тоже Лес близко.
– Ну, пусть заглядывает, – Гром пожал плечами. – Главное, чтоб не стрелял больше.
– Это верно, там стрелять не будет, – согласился Бондарев. – Он пусть и не пугливый, но осторожный. Провоцировать Лес не станет. Идем!
Группа удачно проскользнула по дну оврага почти до Леса. Оставалось выбраться наверх и преодолеть метров триста по невысокому кустарнику. Но тут выяснилось, что, кроме Лютого, у троицы имеются и другие противники. И эти противники не намерены осторожничать даже в относительной близости к Лесу.
Едва Гром выглянул из оврага, со стороны зарослей, через триста метров плавно переходящих в аномальный Лес, стрекотнула короткая очередь. Пули вжикнули где-то справа от группы, на приличном расстоянии, но это были не случайные выстрелы. Секундой позже затрещали новые выстрелы, и пули подстригли кустарник слева. Невидимый стрелок явно обозначал «рамки», за которые троице лучше было не выходить. Третью очередь он дал точно в створе этих рамок. Хорошо, что хотя бы поверх голов.
– Здесь нам тоже не рады, – сползая вниз, проронил Артем. – И куда теперь?
– Попробуем назад и в сторону, – Бондарев кивком указал на небольшую промоину в стенке оврага.
– Как думаете, кто стрелял? – Артем покосился на Грома.
Егерь не выглядел озадаченным. Он будто бы знал, кто стрелял, но не собирался об этом распространяться. Бондарев понял, на что намекает Артем. Со стороны Леса мог стрелять кто угодно, однако в последнее время чаще всего в роли стрелков выступала группа прикрытия, с которой у Бондарева и товарищей никак не получалось познакомиться. Денис предполагал, что возглавляет группу майор Савенко, тот самый проводник, присланный штабом Армии, чтобы вывести Отряд Кулдыка из Старого Оскола. После того как провокаторы подставили Отряд, майор Савенко и с ним три бойца из числа тех, кто искренне верил в перспективу соединения с Армией, ушли из опасной зоны. Да еще прихватили сверхценный артефакт. И в дальнейшем они постоянно двигались параллельно маршруту Бондарева, фактически помогая ему расследовать это сложное дело.
Но сейчас «прикрытие» почему-то не прикрывало, а, наоборот, вынуждало отойти в опасную зону. То есть, скорее всего, в зарослях прятался не Савенко и его бойцы, а кто-то другой. Но кто? У Бондарева имелась лишь одна версия – это были Сиплый и Василиса, егеря, которые до Шебекино шли вместе с троицей, а дальше отправились по следам как раз группы Савенко, в надежде все-таки с ним познакомиться и выяснить, зачем штабной офицер и его люди прикрывают группу Бондарева. А если повезет, выпросить у них сверхмощный артефакт «живокост», которым прикрытие завладело после боя в Черновке. Бондарев в затею егерей не верил, но удерживать их не стал.
И вот теперь получалось, что либо из зарослей стреляла передумавшая помогать Бондареву группа прикрытия, либо ушедшие за ней егеря. Ведь кочевники находились в противоположной стороне. Нет, мог стрелять и кто-то еще, мало ли людей бродит поблизости? Но зачем случайному прохожему было так рисковать? Стрелял он все-таки не по зайцам, а по вооруженным автоматами людям. Мог ведь и сдачи получить. И все равно рискнул. В чем загвоздка? Опять какая-то провокация?
Разгадать очередной ребус Бондареву не удалось – не хватило времени. Выстрелы со стороны Леса послужили отличным ориентиром для кочевников, и вскоре они почти нагнали беглецов. Теперь бежать было некуда, и группе пришлось принять бой.
– Попали ногами в жир, – расстреляв весь магазин, мрачно сказал Артем и сполз почти на дно оврага. – У меня патронов больше нет.
– Артем, спокойно! – Бондарев тоже чуть съехал вниз, чтобы сменить магазин, как оказалось, последний. – Рано сдаваться!
– Близко подошли, – Гром окинул взглядом края оврага. – Плохая позиция, гранатами могут закидать.
– Не станут, – уверенно возразил майор. – Эти не станут. Этим мы живыми нужны. Очень уж интересно им узнать, почему наемники уже сутки за нами охотятся.
В зарослях на левом краю оврага мелькнула тень. Гром вскинул автомат и выстрелил. Пули срезали несколько веток, но врага не задели. Бондарев и Артем снова бросились наверх, к своим позициям, и принялись палить по противнику, который уже почти подобрался вплотную. Впрочем, атака по фронту оказалась уловкой. Противник отвлек внимание, зашел с тыла и закинул-таки в овраг гранату.
Гром оказался прав, но отчасти прав оказался и Бондарев. Граната была свето-шумовой. Яркая вспышка и грохот на время вырубили основные органы чувств троицы, поставив на сопротивлении жирный крест.
Бондарев рефлекторно зажмурился, бросил автомат и запоздало зажал руками уши. Было больно и обидно. Ему чертовски не хотелось сходить с дистанции именно сейчас, когда многое прояснилось и он, казалось, почти взял игру под контроль.
«Нет смысла сопротивляться кочевникам», – вдруг пришла какая-то странная, будто бы чужая мысль.
Бондарев не понимал, почему он решил, что мысль не его, но ощущение было отчетливым.
«Место, где развернутся главные события, находится на другом берегу Днепра».
«Но если я не буду дергаться, то попаду в плен! – мысленно возразил Бондарев, непонятно – самому себе или влезшему в мозги чужаку. – В плен все к тем же кочевникам? И значит, не попаду, куда шел. Ни на этом берегу, ни на том. Где логика?»
«Ты все поймешь чуть позже. Когда окажешься на правом берегу. Верь мне».
«Кому это «мне»? Кто ты?»
«И это ты поймешь чуть позже. Наберись терпения и постоянно держи в уме самое важное – все пути ведут к твоей цели».
«Даже если нас утащат на юг, в Ставку?!»
«Ты удивишься, но этот путь самый короткий».
«Кто ты?!»
«Я? – Бондареву показалось, что в мысленном голосе чужака мелькнули нотки иронии. – Ты думаешь, что говоришь с кем-то чужим, а не с самим собой? Ты веришь в мистику?»
«Нет, но… я не слышал раньше чужие голоса у себя в голове!»
«Все когда-то случается впервые. Расстройства психики после контузий – дело обычное».
«Я не сумасшедший! Пусть теперь дважды контуженный, но… я нормальный!»
«Все так говорят. – Чужой голос прекратил глумиться и будто бы отдалился. – Но ты прав. Ты нормальный. Насколько это возможно в мире выживших. Положись на интуицию, майор Бондарев, и следи за мглой. Она укажет верный путь».
Бондарев хотел задать еще пару вопросов, но вдруг понял, что загадочный чужак закончил диалог и убрался из сознания. Майор действительно не верил в мистику, но сейчас происходящее казалось ему вполне реальным, хоть и как раз мистическим, такой вот парадокс. Реальным настолько, что Бондарев был готов поверить в то, что беседа состоялась, а не привиделась ему в результате новой контузии.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?