Текст книги "Леди-жрица"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ledi-zhrica-48938.jpg)
Автор книги: Яна Тройнич
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Утром лорд вновь был само обаяние и любезность. Я делала вид, что верю в его добрые намерения. Да и что мне еще оставалось делать?
За завтраком Уоррик спросил:
– Леди, вы любите лошадей?
Я вскинула глаза:
– Как можно не любить столь прекрасных животных?
– Извините, я сформулировал вопрос несколько неверно. Вы увлекаетесь верховой ездой или предпочитаете кареты?
Я улыбнулась:
– Увлекаюсь.
– И насколько вы хорошая наездница?
– Хвалить себя неудобно. Надеюсь, у вас будет случай самому оценить это.
– Хорошо. Тогда сходите переоденьтесь. В карете можно было бы отправиться на прогулку и в этом наряде, а одежда для верховой езды найдется у вас в комнате.
Сменить костюм мне помогала служанка.
– Тейма, давай побыстрее. Мне кажется, лорд Уоррик не любит ждать.
– Одну минуту, леди, я взгляну, привели ли лошадей. – Девушка подбежала к окну. – Леди, вы хотите прокатиться на ойшаре? – В голосе служанки послышался самый настоящий ужас.
Кто такой ойшар, я не поняла. Какая-то местная порода? Я рассмеялась:
– Хочу. И согласна на кого угодно. Хоть на демона. – Я вспомнила черного эльфийского жеребца, которого так прозвала.
Девчонка вцепилась в мое плечо:
– И не боитесь, что ойшар убьет вас?
Я почему-то подумала не о коне, а о жреце и машинально провела рукой по клинку:
– Пусть попробует. Не беспокойся, Тейма, все будет хорошо.
Перепрыгивая через ступени, поспешила во двор и… остолбенела. Таких лошадей даже представить себе не могла. Не потому, что они были некрасивы. Наоборот. Эти животные выглядели просто величественно и больше напоминали не коней, а наших оленей. Возможно, мысли о таком сходстве возникали благодаря их ветвистым рогам? Хотя и рога были необычны: от них во все стороны отходили толстые острые иглы-шипы. Рога сверкали и искрились на солнце. Казалось, их покрывал какой-то блестящий состав. Впрочем, судить об этом я не могла, ибо подобных животных видела впервые.
Представляю, что будет, если подобные звери начнут драться между собой или нападут на человека.
Лорд шагнул мне навстречу и, довольный произведенным впечатлением, улыбнулся:
– Ну, как лошадки? Если нет желания на них кататься, не буду настаивать.
В словах лорда почудился какой-то подвох, и я внимательно осмотрела животных. Огромные глаза ничего не выражали. Стояли звери спокойно. Я бы сказала – чересчур спокойно. Вот только хвостами размахивали из стороны в сторону. Но что бы это могло означать?
В этот миг из конюшни выскочил слуга:
– Господин, у Ласки начались схватки.
Хранитель моментально развернулся:
– Извините. Жеребится самая ценная кобыла.
И быстрым шагом направился к конюшням. Я подумала: может, пойти и чем-нибудь помочь? Но раз не позвал, значит, я там не нужна.
Я подошла поближе к этим странным лошадям. И заметила, как их красивые глаза стали наливаться кровью, а по телу пошла нервная дрожь.
Слуга тихо произнес:
– Осторожнее, госпожа, эти звери опасны.
– Не волнуйся, я опытный наездник.
– У этих тварей нрав очень скверный. Они даже не сразу сбросят вас, а выждут удобный момент. И вам еще повезет, если увернетесь от рогов.
Я смотрела на грозных красавцев, на их подрагивающие тела, и мне почему-то стало их очень жаль. Вспомнились звери моего мира с такими же великолепными рогами, из-за которых их и убивали. Возможно, норов ойшаров и эти иглы лучше защищают их от охотников? Вдруг перед глазами сама собой появилась картинка: олени стоят среди камней и лижут глыбы соли. Я вспомнила, что люди специально подкармливают солью этих зверей, когда в их организме ее не хватает.
– Тейма, – крикнула я служанке, которая стояла на крыльце, похоже с интересом ожидая, чем закончится моя верховая прогулка. – Принеси краюху хлеба и соль.
Девчонка сорвалась с места и бросилась в дом. Я подумала, что слуги тут приучены быстро выполнять приказы. Не переспрашивают, и им ничего не нужно повторять дважды.
Взяв из рук служанки хлеб, я отломила от него кусок, щедро посыпала солью и протянула животному. Никакой реакции. Только взгляд стал еще более неприятным. Как бы не изменили своим правилам и не напали прямо сейчас, не дожидаясь подходящего случая. Я решительно насыпала соль в ладонь и провела по влажным теплым губам зверя. Произошло чудо. Ойшар сделал движение, будто пытался пососать соску, и с яростной жадностью зашевелил губами. Я угостила соленым хлебом обоих зверей и отошла в сторону. Животные двинулись за мной. Я погладила их морды, правда все же косясь на жуткие рога, но ойшары больше ничем не показали своего недовольства.
– Госпожа, что вы с ними сделали? – Голос слуги дрожал от любопытства.
– Ты же видел. Храни этот секрет и завоюешь репутацию укротителя ойшаров.
Я протянула руки животным. Они с довольным видом вылизывали остатки соли с моих ладоней.
В это время из конюшни вышел жрец. Был бы здесь Джейд, что бы, интересно, нарисовал в первую очередь: меня с ойшарами или изумленную рожу хранителя?
– Леди, браво! Я восхищен! Не каждый мужчина решится подойти к ойшару, если не вырастил его с младенчества. У меня и в мыслях не было всерьез предлагать вам прокатиться на этих зверях. Просто хотел поразить видом таких красавцев. А потом, извините, отвлекся. Не думал, что вы решитесь дотронуться до них. Ведь могло случиться несчастье.
Ладно, проехали. Я бы тоже в первую очередь думала о жеребенке и побежала туда.
– Надеюсь, с малышом все благополучно?
Хозяин имения расплылся в улыбке:
– Кобыла жеребилась уж в третий раз, и первые два прошли неудачно. На этот раз малыш выжил. Леди, вы приносите счастье.
Ага, только себе – лишь горе и неприятности.
Видно, удачное появление жеребенка подействовало на хранителя ободряюще. Он весь светился от радости.
– Леди, хотите взглянуть на новорожденного?
Я была не против. Сама изнывала от любопытства. Но первой спросить побоялась. Кто знает, какие тут поверья: еще решит, что могу сглазить.
В конюшне царил идеальный порядок. Да и количество лошадей впечатляло. Тут размещались обычные кони, не ойшары. У тех было другое помещение.
Вдруг сердце екнуло. В стойле стоял конь, как две капли воды похожий на моего эльфийского Демона. Но выглядел он неважно. Я остановилась рядом.
– Этого собираюсь продать. Злой. Не дает себя седлать, да и красоты в нем особой нет.
Как же жрец неправ! Я привыкла к стати эльфийских лошадей и считала их великолепными. Замерла, не отрывая от животного глаз:
– Отдайте его мне. – Я умоляюще взглянула на лорда.
– Леди, вокруг столько красивых и послушных коней. Выбирайте любого. Зачем вам этот кошмар?
– Он мне нравится. Ну пожалуйста, лорд Уоррик…
Хранитель пожал плечами:
– Как пожелаете. Но если он вас сбросит, меня не вините.
Я радостно улыбнулась:
– Сегодня же попробую на нем проехаться.
Зубы лорда сверкнули в усмешке:
– Интересно, что из этого выйдет. Передумаете – любой конь в вашем распоряжении.
Я лукаво улыбнулась:
– Ойшар тоже?
– Не берите, леди, слишком много на свои слабые плечи.
– Ну не такие уж они и слабые. Не забывайте, я была воином и Хранительницей Дракона.
Он с сарказмом заметил:
– Ну и где теперь тот дракон?
Я сжала зубы, чтоб не ответить грубостью. Со своей золотой я еще встречусь. Даже если для этого придется пройти все круги ада. Так же, как и ради встречи с Кэролом.
Когда мы вошли к малышу, я от восторга запищала. Передо мной было настоящее чудо золотистой масти. Хотелось приласкать новорожденного, поцеловать его глупую мордочку, но волновать мамашу, которая бросала на нас свирепые взгляды, я не стала. Взглянула на хранителя и удивилась выражению его лица. Хотя чему удивляться? Многие испытывают куда более нежные чувства к братьям меньшим, чем к своим соплеменникам.
Хранитель о чем-то поразмышлял некоторое время, затем сказал:
– Все-таки мы сегодня совершим небольшую верховую прогулку. Только лошадей выберу я, а на том, который вам понравился, совершайте кульбиты самостоятельно. – Он усмехнулся. – Отговаривать от чего-то женщину – себе дороже. Чем чаще станешь повторять «нельзя», тем настойчивее она будет твердить «можно».
Я фыркнула:
– Вы, лорд, вроде жрец. А такой тонкий знаток женской души.
– При чем здесь душа? Просто одну известную поговорку я выразил в вежливой форме: набьете шишек – поумнеете.
Мне стало весело. Ага. У нас еще говорят: умные учатся на чужих ошибках, а дураки – на своих. Я уже столько их сумела наделать, что одной меньше, одной больше – разница невелика.
Нам вывели двух коней. Серые в яблоках красавцы смотрелись изумительно. Но я подумала о том, который стоял в конюшне. Завтра все равно постараюсь вывести его из стойла.
Уоррик хотел помочь мне сесть в седло, но я сделала вид, что не заметила его намерения. Взлетела на спину лошади птицей. Хранитель одобрительно оглядел меня:
– Леди, вы – прирожденная наездница.
Я взглянула на мужчину сверху вниз:
– А кто-то доказывал обратное?
И прикусила язык. В самом прямом смысле. Да так, что на глазах выступили слезы. В глазах хранителя мелькнуло неприкрытое восхищение. Я чуть не застонала – идиотка! Сама его провоцирую. Нужно держаться незаметно, скромно, а я? Видно, горбатого только могила исправит.
По дороге я исподтишка разглядывала едущего рядом спутника. Подтянутый, крепкий. Мускулистый. Прежде всего – мужчина и воин, а потом уже – жрец. Придется все время помнить о пузырьке с гранулами. Хотя чувствую, этот с зельем долго возиться не будет. Понадобится – пойдет на пролом. Нужно срочно искать выход.
За своими мыслями я не сразу заметила, что мы уже двигались по высокому берегу, а внизу под обрывом несла свои воды река. Она была не слишком широка, но течение казалось довольно сильным. Серые скалы с нашей стороны возвышались на три-четыре метра и круто спускались вниз, а противоположный берег представлял собой луг, покрытый зеленой травой. Далее темнел лес, уходящий к горизонту. Я остановила коня и прошептала:
– Как красиво…
Лорд Уоррик остановился рядом.
Я, не отрываясь, смотрела на реку. Вода всегда была моей слабостью. Проводить время на берегу реки или моря могла часами. Но сейчас рядом находился ненавистный хранитель, а любимый был далеко. Охватила такая тоска, что впору броситься с этого обрыва и утопиться. Сразу вспомнила слова Трайса: «Ничего у вас не выйдет, леди, вы плаваете как рыба». Я помотала головой, отгоняя воспоминания. Не хотела, чтоб Уоррик заметил даже тень страдания на моем лице. В памяти вдруг всплыли строки песни:
Вот и прыгнул конь буланый
С этой кручи окаянной.
А синяя река больно глубока…
Я даже зажмурилась, вообразив, как лечу под обрыв вместе с конем.
Мы двинулись дальше. Вскоре река сделала крутой поворот, и перед нами на противоположной ее стороне предстал замок, утопающий в зелени. Стены вокруг него были не высоки, но украшены живописными башнями. Я так и представила, как на одну из них опускается моя Регина и замирает, становясь похожей на золотую статую.
Я зажмурила глаза, чтоб избавиться от воспоминаний. День не для страданий. На это хватит и ночи.
Я любовалась замком, и это место нравилось мне все больше. Посмотрела на спутника:
– Кто там живет? Он тоже ваш?
Выражение лица жреца изменилось. На мгновение показалось, что его исказила гримаса ненависти. Но я ошиблась: в глазах хранителя появились грусть и боль. Он быстро отвел взгляд в сторону. Я даже испугалась: что с ним? И сама устыдилась своих мыслей. Мое отношение к лорду делает меня необъективной. Видимо, воспоминание было не из приятных. Я почувствовала личное горе. Иногда не стоит дотрагиваться до спрятанных в шкафу скелетов. Хотя я сделала это только по незнанию.
Уоррик ничего не ответил, пришпорил коня, и мы проехали мимо. Долго я не решалась заговорить, потом не сдержалась:
– Лорд, простите, похоже, я чем-то огорчила вас.
– Не вы… Я сам. И те, кто живет в том замке.
Я вопросительно посмотрела на спутника, но объяснять он ничего не стал, отделавшись лаконичным:
– Как-нибудь расскажу. Но не сегодня.
По пути к дому мы больше не разговаривали. Каждый думал о своем. Я вспомнила о повелителе Эйнэре. Нашем расставании и его последних словах:
– Елка, помни: ты все еще – моя жена.
Жена! Которой за столь короткий срок он дважды нашел замену.
Въезжали во двор мы уже в сумерках. Я быстро спрыгнула с коня, опять лишив жреца возможности помочь мне. Вошли в дом. Лорд поклонился:
– Жду вас к ужину, поспешите.
В комнате меня уже дожидалось роскошное платье, серебряная ткань которого отлично сочеталась с мехом незнакомого мне животного чуть темнее тоном. Рядом лежали бирюзовые серьги и подвески. Я вздохнула: знали бы вы, лорд, насколько я равнодушна к подобным вещам.
Надевать все это великолепие совсем не хотелось, но ссориться с хозяином из-за пустяков – тоже. Некоторое время раздумывала, потом достала свой флакон, проглотила крупицу зелья и позвала служанок помогать одеваться.
Платье искрилось и переливалось. Мех был необычайно мягким и нежным на ощупь. Я крутилась перед зеркалом, несмотря на то что еще несколько минут назад не хотела наряжаться.
В голову вдруг пришла странная мысль: чем-чем, а нарядами во всех моих приключениях я была не обделена. Даже в Кэрдарию меня забросило вместе с туго набитыми одеждой сумками украинской «челночницы» Ксюхи. Опять подумала: почему именно я? Кому и зачем это было нужно? Почему до сих пор меня швыряет из стороны в сторону, из мира в мир, от одного приключения к другому? Меня заставляют страдать, испытывать боль и горе, находить любовь и снова терять. Причем терзают только сердце и душу, а материально я всегда обеспечена. Вот и сейчас: шикарные платья, драгоценности… Оттого, что ничего не могла понять, даже ругнулась. Такое впечатление, будто кто-то наверху пишет диссертацию «Влияние нарядов и богатства на чувства женщины». А выбор пал на меня, как на наиболее равнодушную к этим благам.
Не знаю, до чего бы я додумалась еще, но вдруг стекло подернулось легкой дымкой. Я сразу же постаралась сосредоточиться на одной мысли: как я обаятельна и привлекательна. Потом отошла от зеркала. Кто наблюдал за мной? Хозяин дома или кто-то из подземного замка? Хотя если из пещер, то скорее всего, это был главный хранитель. Придется оставаться и здесь сосредоточенной и внимательной и не сделать ложного шага. Идя на ужин, я про себя ругала всех шпионов мира. А здешних – особенно.
Уоррик поднялся при моем появлении, подал руку и подвел к столу. На миг глаза его вспыхнули, но он тут же опустил ресницы. А когда вновь поднял на меня взгляд, тот уже ничего не выражал. Комплимент прозвучал сухо и дежурно:
– Прекрасно выглядите, леди. Наряд необычайно идет вам.
В этот раз мы ужинали не в столовой, а в небольшом кабинете, при свете множества свечей. Смена обстановки показалась мне подозрительной, и я была готова к отпору. Даже порадовалась, что не забыла выпить зелье.
Но лорд был явно не расположен к флирту и заигрываниям. Весь вечер выглядел подавленным и печальным. Говорил будто через силу. Может, из-за моих расспросов во время поездки? Я даже почувствовала себя виноватой.
Уоррик пил вино бокал за бокалом, почти не обращая на меня внимания. Пришлось заметить:
– Лорд, если вам хочется напиться, может, лучше делать это в одиночестве? А меня избавьте от этой картины.
Я хотела встать и уйти, но хозяин удержал меня за руку:
– Вы правы. Но пить одному – дурной тон. Составьте компанию. Хотя бы один бокал…
И вдруг заговорил изменившимся голосом:
– Леди, мне очень плохо. Прошу, побудьте со мной.
И опять в глазах плескались боль и страдание.
– Жрец, что случилось?
– Давайте пересядем на диван.
Я дернулась:
– Лорд, мне и здесь вполне удобно.
– Вот видите, и вы не доверяете мне. – Он по-пьяному зло спросил: – Боитесь?
Я пожала плечами:
– Ну я-то за себя постоять могу.
И демонстративно уселась на диван.
Он поглядел на меня мутным взглядом и произнес, немного заикаясь:
– Я сразу понял, что вы не так прос-ты, как пытаетесь ка-зать-ся. И вообще, вы не та-ка-я. До сих пор не мо-гу прийти в себя от вашей смелости. Су-ме-ли подчинить ойшаров и хотите взять этого ди-ко-го невменяемого ко-ня.
Лорд пьяно погрозил мне пальцем:
– Таких жен-щин не бы-ва-ет!
Потом повторил:
– Не бы-ва-ет!
Надо было просто посмеяться над пьяным бредом хранителя, но я рассердилась: он что, намекает, что со мной не все в порядке? Или решил отомстить за «телку»? Вслух я сказала:
– Сама себя никогда не считала дурочкой да и другим так думать повода не давала.
Жрец вдруг произнес враз протрезвевшим голосом:
– Я вам не верю. Рил совершил большую ошибку, выбрав вас. Хотя…
Но я так и не узнала, что еще хотел сказать хранитель. Лорд вдруг шагнул ко мне, рывком поднял на ноги и потащил к дверям:
– Идите, леди, к себе. Вы правы – я хочу напиться.
Меня не нужно было долго уговаривать. Я помчалась на свою половину, боясь, что хозяин передумает и позовет обратно. Провести вечер в обществе пьяного мага совсем не улыбалось.
В спальне подошла к зеркалу, решив проверить одну мысль. Стояла перед прозрачным стеклом и старалась думать об ойшарах, о черном коне, так похожем на эльфийского, об Уоррике, который сегодня пьян, а мне всегда были неприятны пьяные мужчины…
Поверхность зеркала подернулась дымкой. Если хозяин пьет в гостиной, то за мной следит не Уоррик? Или хранитель только притворялся пьяным? Так и не решив ничего окончательно, я улеглась в кровать.
Утром завтракала в одиночестве. Слуги сказали, что хозяин уехал куда-то по делам. Попыталась выпытать что-либо у Теймы, но узнала совсем немного: на той стороне реки живет брат жреца и они давно не общаются. В глазах служанки я увидела настоящий испуг и прекратила допрос. Взяла хлеба с солью, сахара и отправилась в конюшни.
Сначала зашла к ойшарам. Они благосклонно приняли угощение из моих рук. Хвосты при этом дружно зашевелились. Я решила, что так они выражают радость при виде меня. Но взглянула на шипы на рогах, и мороз пробежал по коже. Подумала, что ездить на этих животных все же не хочу. Погладила морды и пошла к новорожденному чуду.
Жеребенок уже стоял на тонких ножках и потягивал молоко из вымени матери. Налюбовавшись детенышем, направилась к приглянувшемуся мне вчера коню. Не слушая предупреждений конюха о сволочном нраве этой скотины, шагнула в загон. Конь скосил на меня свой антрацитовый глаз, но не сделал ни одного движения. Я немного осмелела, вытащила кусок сахара и протянула ему на ладони. Зверь фыркнул, но сахар съел. Я дала ему новый кусок и осторожно взяла висевшую тут же уздечку. Бросила взгляд на конюха. Тот отошел довольно далеко. Если конь взбунтуется, слуга вряд ли кинется мне на подмогу. Я даже подумала с подозрением: может, это хозяин отдал такое распоряжение? Разрешил же он мне взять коня, несмотря на предупреждения об опасности.
На удивление спокойно конь позволил взнуздать себя. Я затолкала ему в рот еще один кусок сахара и вывела из загона. Зверь шел спокойно, но тело его напряглось. Глаза смотрели на меня почти с человеческим пониманием. Самая настоящая благодарность светилась в их бездонной антрацитовой глубине. Я медленно провела коня взад-вперед по двору, стараясь, чтобы он успокоился и ноги его перестали дрожать. Я вспомнила, как мой эльфийский конь любил воду, и спросила у конюха, есть ли здесь какой-либо небольшой водоем. Оказалось, поблизости протекала речушка. Приток той, что мы видели вчера.
Мы с конем отправились по указанной слугой тропинке. Сесть верхом я не решилась, помня свой первый опыт общения с эльфийским жеребцом, вела коня в поводу и все время разговаривала с ним. Даже, оглянувшись и убедившись, что нас никто не видит, сообщила коню, что мы с ним – одной крови. И рассмеялась. Услышь такое кто-либо, явно бы решил, что я – не в своем уме.
Речка оказалась совсем недалеко. Вода в ней была чистой и прозрачной, берег песчаным и пологим. Я сбросила одежду и завела коня в воду, не забывая подкармливать. Вскоре почувствовала, как дно ушло из-под ног. Зверь с удовольствием поплыл, я поплыла рядом. Вдруг подумала: сейчас или никогда. Во всяком случае, если и сбросит, то в воду, да и на дыбы подняться не сможет. Я схватила за черную гриву и одним рывком взобралась на спину животного. Конь дернулся, но сразу же успокоился и вскоре направился к берегу. Я с опаской ждала, как он поведет себя дальше. Но все обошлось. Черный красавец изогнул шею, и я погладила его морду.
Обратно вернулась верхом, к великому изумлению всех конюхов и слуг. Вечер провела одна и была этому несказанно рада. А утром раздался стук в дверь и передо мной появился хозяин имения в запыленном дорожном костюме.
– Извините, леди, за мой вид. Сам не думал, что захочу сразу же вас увидеть. Переодевайтесь и спускайтесь к завтраку.
Я хотела возразить, что и так одета. Но не тут-то было. В комнату внесли розовое легкое платье. С досадой поморщилась: почему все мужчины считают, что счастье для женщины – в тряпках? Но злить хранителя из-за ерунды не хотелось. Послушно облачилась в новый наряд и прошла в столовую.
– Кушайте, леди, и совершим небольшую конную прогулку.
Я улыбнулась:
– Предпочла бы делать это до завтрака.
Жрец согласился:
– В следующий раз так и поступим.
Я подумала: лучше бы прогуливаться в обществе одного коня. И поморщилась: опять идти переодеваться.
Вскоре я уже выходила из конюшни, ведя в поводу эльфийского жеребца.
– Лорд, вы разрешили взять его, и в ваше отсутствие я воспользовалась этим разрешением.
Хранитель улыбнулся:
– Дорогая леди, я смотрю, вы умеете приручать животных, и отныне не стану за вас волноваться. Хочу вновь пригласить прокатиться по вчерашнему маршруту.
Я забеспокоилась:
– Может, не надо? В прошлый раз вы так расстроились.
– Это бывает. Но я уже взял себя в руки. И я обещал вам все рассказать.
И вот мы вновь оказались на каменистом уступе, нависшем над рекой. Сделали поворот, полюбовались замком. Потом проехали чуть дальше:
– А вот и путь на тот берег.
Путь оказался довольно своеобразным: висячий мост из канатов, натянутый над потоком. Он колебался и раскачивался от ветра, и мне показалось, что нужно быть очень отважным человеком, чтобы решиться ступить на него.
Хранитель как будто прочитал мои мысли:
– Когда-то давно, когда я только переселился сюда, мы с братом часто так ходили друг к другу в гости. Если честно – хвастались друг перед другом и знакомыми своей удалью и отвагой. Хотя лодки всегда стояли на берегу и мы могли бы воспользоваться ими. А потом, – он опустил голову, – дружба прекратилась. Брат не хочет даже разговаривать со мной. Знали бы вы, как это больно.
На лице лорда появилось выражение неподдельного горя. Я осторожно спросила:
– И вы не пробовали помириться?
Уоррик воскликнул:
– И не один раз! Только без результата. Он и мать втянул в нашу ссору. Теперь мне только и остается, что смотреть на родной дом со стороны, знать, что моя семья там. Мечтать, что когда-то я прижму их к своей груди.
– Давайте посетим замок, и я постараюсь уговорить ваших родных выслушать вас. Думаю, мне вполне по силам одолеть этот мост.
Хранитель опустил голову:
– Я бы, леди, давно сам мог туда отправиться, но брат дал клятву, что, если пересеку реку, он меня убьет. А клятвы в нашем роду принято исполнять всегда. Даже если придется потом проклинать себя за это всю жизнь. И, как ни странно, наша мать на его стороне. Поверьте, леди, я ни в чем не виноват. Девушка сама влюбилась в меня.
Я с удивлением взглянула на жреца: вот уж воистину, во всех бедах ищите женщину. И тихо спросила:
– Что же произошло, если не секрет?
Он наклонил голову и долго молчал. А когда заговорил, голос дрогнул. Наверное, трудно было вспоминать происшедшее.
– У брата была невеста. И перед самой свадьбой она навестила его в этом замке. Я знал ее раньше, но не особенно близко. Девушка выглядела прелестно, но была слишком простодушной и наивной, и я никогда бы не увлекся ей. Даже удивлялся, что брат мог так потерять голову. И тут случилось страшное: невеста брата влюбилась. В меня. Я чувствовал ее внимание, но не придавал этому значения. В один из вечеров мне передали письмо. Она признавалась в своих чувствах и клялась, что свадьбы с братом не будет. Я пришел в ужас. Сначала хотел показать письмо брату, но потом решил, что лучше просто отправлюсь домой на рассвете.
Лорд помолчал, видно, воспоминания растревожили его сердце:
– С тех пор проклинаю себя за медлительность: зачем отложил свое решение до утра? Ночью она сама явилась ко мне в спальню. Представьте мое смятение и положение, в котором я оказался. Я схватил ее за руку и потащил к двери, умоляя уйти. Но тут появился брат. Наверное, кто-то из слуг донес. Не знаю, зачем я сделал глупость: выскочил вон и сбежал. – В голосе хранителя прозвучало страдание. – Надо было остаться и отстаивать свою честь. Хотя как можно было объяснить ту сцену? Я – полуголый, наряд дамы в беспорядке. – Он тяжело вздохнул. – Уж лучше бы брат убил меня тогда. Не пришлось бы столько страдать. По глупости я думал, что смогу убедить родственников, что не виноват. А потом… узнал, что девушка бросилась за мной. И сорвалась. По этому мосту способен пройти не каждый мужчина. – Уоррик вздрогнул. – Уж лучше бы я ее увез и женился.
Он обхватил рукой мои плечи и так сжал, что я подумала, не сломаны ли кости. Но молча терпела: сама ведь спровоцировала жреца на воспоминания.
– А вы не пробовали написать?
– Не раз. Я бы сам отправился туда и стоя на коленях вымаливал прощение, но брат связан клятвой чести. Он обязан убить меня, как только я окажусь на его земле. Погибнуть я не боюсь. Но не хочу уйти неоправданным.
Мне стало невыносимо жаль хранителя. Я смотрела на мост, и в голове зрел план.
Нужно посетить замок брата Уоррика и поговорить с ним. Я – человек посторонний, женщина, не набросится же лорд на меня с оружием? Он клялся, что убьет хранителя, если тот переправится через реку. Но если лорд поймет, что ошибался, может, откажется от своей клятвы? Или сам побывает у брата? Без вины виноватому лорду Уоррику хотелось помочь, но и брата его я понимала. Оба по-своему правы. Вот что бывает, когда не хотят поговорить и «сесть за стол переговоров». Может, брат тоже мучается, но не может отступиться от своих слов? Я тихонько вздохнула. До чего же мужчины бывают упрямы. Как ослы.
Приняла решение и повеселела. Осталось выждать подходящий момент. Вряд ли хранитель добровольно отпустит меня на ту сторону реки.
На обратном пути Уоррик был немногословен и печален. Я чувствовала его состояние и старалась не навязываться с разговорами, больше обращая внимания на своего коня. Эльфийский жеребец полностью признал меня хозяйкой. Завтра с утра опять съезжу с ним на реку и искупаю. Правда, рекой ту лужу назвать трудно.
Очутившись в своей в комнате, долго не могла успокоиться. Все прокручивала в памяти разговор с лордом. Глупая девчонка погубила не только себя, но и обоих братьев. Думая об этом, я вспомнила Кэрола и Трайса. История жреца и его брата чем-то напомнила мою. Любовь ко мне пусть не разлучила принцев, но сделала чужими друг другу.
Я подошла к зеркалу и долго, не двигаясь, смотрела на его поверхность. Вскоре стекло начала затягивать привычная дымка. Кто же за мной наблюдает? Ответ на этот вопрос я пока дать не могла, но в любом случае следует забыть о посторонних мыслях, каких-либо выводах и ненужных эмоциях.
Я стала вспоминать дорогу, по которой мы ехали сегодня. Восхищаться красотой природы и замка. Пожалела лорда Уоррика, погоревала над его историей и даже разрешила себе высказать желание помирить хранителя с братом.
На следующий день жрец был более весел и разговорчив. Время от времени вспоминал родственников и говорил о них много хорошего. А я все больше и больше уверялась, что поступок мой будет правильным.
Вечером мы с хранителем сидели на веранде и разговаривали. Вот уже несколько дней я здесь, а лорд не сделал ни одной попытки выведать что-либо о моем прошлом или настоящем. Да и воздействия на психику вроде не ощущаю. А ведь я думала, что это и было главной целью поездки. Учить меня чему-либо Уоррик явно не собирался. Хотела напомнить ему о занятиях, но не стала. Сам скажет, если нужно. Да еще в какой-то мере я чувствовала себя виноватой в том, что невольно разбередила старые раны.
К хозяину подошел один из слуг и что-то прошептал на ухо. Настроение лорда сразу же изменилось. Он повернулся ко мне:
– Извините, леди, обстоятельства складываются таким образом, что я вынужден покинуть вас на несколько дней.
Я вздохнула с облегчением: к хозяину поместья стала относиться гораздо лучше, чем в подземелье. Жалела его из-за истории с братом. Но, несмотря ни на что, общение со жрецом напрягало. В его обществе я чувствовала себя не слишком уютно. На сердце давила тяжесть. Нет-нет да и вспоминалась сцена в церемониальном зале. Без этого фанатика я буду чувствовать себя гораздо свободнее. А одиночество скрасит мой вороной конь. Я уже переживала, что придется расстаться с ним, когда покину поместье.
Следующим утром, воспользовавшись отсутствием хозяина, сразу же направилась к висячему мосту. Ненадежная на вид конструкция на потемневших от времени канатах раскачивалась от ветра. Река несла свои воды далеко внизу. Я внимательно оглядела хрупкое сооружение. Хранитель говорил, им уже очень давно не пользовались. Выдержит или нет? Вдруг веревки где-нибудь перетерлись или сгнили деревянные перекладины?
Правда, лорд заметил, что лишь они с братом пользовались подвесной дорогой, демонстрируя свою удаль. Остальные предпочитали лодки. Но сейчас все лодки уничтожены.
Я подбодрила себя тем, что выполняю благородную миссию, однако прогуляться над потоком не спешила. Не могли эти лорды нормальный мост построить? Потратиться боялись? И тут же усмехнулась: со мной не посоветовались. Чего, собственно, волнуюсь: река глубокая, не слишком быстрая. Плаваю отлично. Даже если сорвусь – не утону. Лишь бы не запутаться в веревках.
Конечно, есть еще один вариант: попробовать переправиться на тот берег вплавь. Однако говорят: не зная броду – не суйся в воду. Кто знает, какое тут течение, да и живность в реках иных миров может обитать неприятная.
Я взяла с собой мальчишку-конюха, чтобы он увел коня в поместье. Без привязи оставить животное невозможно. Привязывать тоже опасно – дикие звери здесь явно водятся. Да еще вдруг задержусь?
Когда парень понял, что я собираюсь сделать, попытался остановить. В глазах его мелькнул настоящий испуг. Он умоляюще посмотрел на меня:
– Леди, если с вами случится беда, хозяин будет в гневе. Хотите что-либо передать, так я могу туда отправиться. Вы же сорветесь и упадете.
Я улыбнулась:
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?