Читать книгу "Принцесса в академии. Книга 2. Как (раз)любить в академии льда и огня"

Я оттолкнула Дестера в грудь, убирая прочь от себя его взмокший палец.

– Будущем, а не настоящем. Пока не объявлена дата помолвки, держись от меня подальше!

Он вдруг сменил настрой, усмехнувшись.

– Как же заводишь своей строптивостью, детка! – Его руки уперлись в стену по обе стороны от моей головы. – А поцелуешь добровольно – не стану наказывать за мое отчисление.

Я скривилась, отворачиваясь, и уперлась кулаками ему в грудь.

– Не в этой жизни.

Усмешка стекла с его лица.

– А впрочем, кому оно надо, твое согласие?

Схватив меня за подбородок, он впился в мои сжатые губы мокрым поцелуем. К горлу подкатила тошнота, а по венам разлился огонь. Вспышка магии полоснула по глазам алым заревом, и Дестера отшвырнуло от меня горячем потоком.

Вытерев рот тыльной стороной ладони, я выскочила на балкон, а затем и в портал до холла.

Глава 4

Магия Гидрилхема чутко следила за личными границами адептов. Правда, только на территории спальных башен и только в женском крыле. Парни не могли пройти через разделяющую арку, а вот девушки – запросто. По своей воле или нет – уже другой вопрос, но за время моего здесь обучения слишком уж громких инцидентов на эту тему не было. Подозреваю, если Дестер продолжит вести себя как свинья, как минимум один такой обязательно случится, причем в самом ближайшем будущем.

После нашей с ним «встречи» адреналин бурлил в моей крови вплоть до следующего дня. Если б пары не закончились и мне пришлось идти на одну из практических дисциплин, не обошлось бы без неконтролируемого выброса магии. Слишком много потрясений выпало на мою голову за короткий период, а «женишок» будто намеренно подкинул дров в пылающий костер.

Выспаться мне ожидаемо не вышло.

Картины скоропостижной и мучительной кончины Айерзена сменялись эпизодами слезных объяснений Ларсу, что я ни в чем не виновата. Где-то под утро в эти прекрасные мотивы сновидений ворвались монстры с пылающими мордами, которым я приказывала сожрать обоих кавалеров. На этой ноте я вынырнула из кошмаров и резко села на кровати, обливаясь холодным по́том.

А после, пока мои соседки сладко спали, я ревела под холодным душем, изливая испуг, раздражение и щемящую сердце тоску. Это помогло. Когда вышла из ванной, чувствовала себя не просто в разы лучше, а замечательно! Энергия била ключом, я снова была готова встретиться с Варденом, Айерзеном, ректором, да хоть с чертом лысым – неважно. Эмоции, сопли и самокопания остались там, каплями воды на каменных стенах.

– Ты чего ни свет ни заря встала? – раздался сонный голос Катрин с соседней кровати.

Нас разделяли два шага толстого зеленого ковра и пушистое белое одеяло, в которое с головой была закутана подруга. Из-за него она звучала глухо, но прекрасно слышно в тишине спальни. Две другие соседки еще тихонько сопели с противоположной стороны комнаты. С Розалиндой и Мари у меня сложились несколько натянутые отношения. Они считали меня избалованной принцессой со стервозным характером, которой все доставалось слишком легко.

Не скажу, что повода у них так думать совсем не было.

Когда папа забрал меня из межмировой академии, в Гидрилхеме я оказалась зачислена на второй курс. И это посреди года! Учебные программы двух заведений сильно разнились, то, что преподавалось на первом курсе там, здесь растягивали на два. А каких-то дисциплин и вовсе в планах не имелось.

Я была так расстроена и зла на отца, что наотрез отказалась ехать в другую академию. В итоге магистры стали прибывать во дворец, впихивая в меня знания чуть ли не насильно. Следующий учебный год я встретила как положено – в стенах Гидрилхема, адепткой третьего курса на факультете стихий.

Можно сказать, что смирилась я быстро. Но ненадолго. Едва отец заговорил про замужество и единственную, на его взгляд, подходящую кандидатуру – наследника герцога Айерзена – я вернулась к прежнему упрямству и стремлению к свободе.

Катрин стянула с головы одеяло и посмотрела на меня одним глазом, повторяя:

– Чего так рано поднялась, а?

– Не так уж и рано, – улыбнулась я, застегивая ремешок на форменном сиреневом платье. – Подъем уже минут через пять.

Подруга застонала и вновь накрылась с головой.

Я же закончила сборы, подхватила подготовленную с вечера сумку и на цыпочках пошла к выходу. Мне нравилось завтракать, когда в столовой совсем мало народа. Особенно после того, как опытным путем было выявлено, что Дестер любит поспать и частенько опаздывает на первые пары.

Сталкиваться с ним нос к носу в дверях – мало удовольствия. Но я совсем забыла, что теперь мне нужно избегать подобного столкновения еще кое с кем. И он, в отличие от Айерзена, предпочитал ранний подъем.

Войдя в просторный зал с множеством самых разных по вместимости столиков, я сразу заметила компанию из четырех мужчин в дальнем от входа углу. Сидели они здесь уже давно, судя по пустым тарелкам. Я даже не стала разглядывать их, в первые же секунды определила, что тот, который ко мне спиной – Ларс.

Резко отвернулась и пошла в противоположную сторону, к двуместному столу. Села, быстро выбрала во всплывшем передо мной меню теплое какао с маковой булочкой и принялась уминать завтрак со скоростью голодного дракона. Если б можно было выносить отсюда посуду, сразу ретировалась бы и поела в учебной аудитории.

Я понимала, что это глупо. Но все равно торопилась, надеясь, что меня не заметят.

Когда в поле бокового зрения попала высокая темная фигура, я чуть не подавилась. Сбегать было уже поздно – в следующую секунду Варден оказался напротив. Задержал на мне ничего не выражающий взгляд, затем отодвинул стул, повернул его спинкой к себе и оседлал.

Я с трудом сглотнула непрожеванный кусок булки и подняла к лицу полупустой стакан. Нужно было срочно запить, пока не настиг кашель. Или икота, что еще хуже. Черт, я наверняка покраснела от натуги, а сухой ком теста застрял в горле, не позволяя свободно вдохнуть.

– Рекомендую все же запить, – проговорил Ларс, глядя на меня, как удав на мартышку.

Хотелось съязвить, что и без него знаю, но было не до пререканий.

Припав к стакану, я прикончила оставшееся какао, со стуком поставила его на столешницу и поднялась.

– Сидеть, – тут же приказал Варден, не двинувшись с места.

От стальных ноток в его голосе у меня все внутри похолодело. Но слушаться я, конечно же, не стала. Сложила руки на груди и сузила глаза, ожидая продолжения.

– Нам нужно серьезно поговорить, Габриэлла.

– Вспомнил мое имя?

Его «мисс Мерзе» во время прошлой встречи меня неоправданно задело.

– Да, вспомнил.

Ноль эмоций.

Хотя бы ненависти добавь, раз уж мы начинаем с начала, но только не это показное равнодушие! Оно невероятно бесит.

– Какое достижение.

– Сядь.

– Спасибо, я постою. Говори, что хотел, мне некогда.

Боги, зачем я так? Хотелось дать себе оплеуху за эту ненужную строптивость. Нам ведь и правда нужно поговорить! Объясниться друг с другом. А если более точно – именно мне рассказать ему о причинах своего поступка. Почему я исчезла, ничего не сказав, а потом не решилась написать письмо.

Аноре Шанталь я ведь писала. Но ничего в ответ ни разу не получила… Это было обидно, если честно. Хоть мы и знакомы с ней совсем мало, успели сдружиться. Теперь я старалась не придавать большого значения дружбе и новых подруг не заводить. Катрин сама как-то завелась, я ничего для этого не делала. Какой смысл? Пройдет всего год, мы окончим академию и больше друг о друге не вспомним. Забудем, как Шанталь обо мне забыла.

Ларс пошел на первый шаг, чего я бы сама ни за что не сделала. Если он сейчас встанет и уйдет, наша проблема навсегда останется нерешенной.

Прежний Варден так бы и сделал, кстати… Просто психанул и умотал отсюда, бросив что-то вроде: «не особо-то и надо».

Но нынешний продолжал оставаться на месте, спокойно на меня глядя.

«Спокойно» равно «безразлично», ведь так?

Сердце болезненно сжалось, и я сделала шаг обратно, устраиваясь напротив бывшего парня.

– Хорошо. Нам действительно нужно обсудить наше… прошлое.

Ларс на секунду сузил глаза, но это была единственная реакция на мои слова. Потом он выпрямился, полез в карман штанов и достал оттуда прозрачную сферу, размером с перепелиное яйцо. Внутри нее что-то темнело. Он протянул руку и положил этот шарик в центр стола. Затем посмотрел на меня и проговорил:

– Он слишком долго был в стазисе. Я брал его с собой в каждый мир, который приходилось посещать… по работе. На случай нашей неожиданной встречи. И теперь с чистой совестью передаю тебе эту надоедливую тварь.

Стало резко нечем дышать.

Я прилепила взгляд к сфере, но разглядеть, кто в ней, было сложно. Хотя я и без того догадывалась.

– Кто это? – все же спросила севшим голосом.

Ларс дернул бровью и глянул в сторону своих товарищей. Прочистил горло и только потом ответил:

– Той фамильяр.

Я прикусила губу, чтобы взять себя в руки, часто заморгала, избавляясь от тумана перед глазами.

– Фир?

– Ну если у тебя другого не было, то да.

Сапфировый дракончик, трепавший нервы всей межмировой академии, сам нашел ко мне путь – как в прошлый раз, так и сейчас. Помню, как он настойчиво пробирался ко мне, а потом сбегал, когда я пыталась дотащить его до монстрятника. Но ведь эти зверьки любят жить стаями, я терзала себя, понимая, что взять с собой этого вредину не смогу. В одиночестве он зачахнет и погибнет.

Ларс первым нарушил затянувшееся молчание, поясняя:

– Он всюду таскался за мной все оставшееся время обучения. Снова нашел брешь в куполе монстрятника и делал это каждый раз, когда его туда возвращали. На мне, видимо, была твоя энергетика. Или магический след. Неважно. Все закончилось тем, что в один прекрасный день я обнаружил этого сумасшедшего зверя у себя под кроватью. Едва живым. Он просто лежал там, не интересуясь ни едой, ни питьем, вообще ничем. Знакомый целитель восстановил его силы, но зверь продолжал… тосковать. Тогда я принял решение. А теперь возвращаю этому прилипчивому, упрямому и глупому чудику его непутевую хозяйку.

Я потянулась к сфере и аккуратно взяла ее. Сглотнула ком в горле, наконец различая знакомые очертания спящего дракончика.

– Но они ведь стайные существа.

Ларс облокотился на столешницу, становясь на несколько сантиметров ближе.

– Этот экземпляр с легкой придурью, потому сделал выбор в пользу человека.

Я поджала губы и откинулась на спинку стула.

– Спасибо. Раз такое важное дело, мог бы отправить мне его порталом через магистра Магноди.

Который, кстати, так и не выслал мне любимый арбалет. Я покидала межмировую академию в таком разбитом состоянии, что забыла свое оружие. Оно осталось висеть на стене над изголовьем кровати в нашей общей с девочками комнате. Учитель танцев обещал отправить его мне вдогонку. А потом, видимо, забыл. Когда писала Аноре, я просила ее напомнить об этом магистру. Но и от нее не получила ответа.

– Выслать? – почему-то усмехнулся Варден. – Ах да… Ты же оставила адрес. Как я мог забыть.

– Не ерничай, – нахмурилась. – Узнал бы у Магноди. Или ректора. Да хотя бы поисковые артефакты настроил. Не такая большая проблема. Было бы желание.

– Желание, говоришь? – Его голос стал вкрадчивым и глубоким, отчего по коже пробежала легкая дрожь.

Кажется, в Ларсе проснулась злость. Всяко лучше пугающего безразличия.

– Ты исчезла, Габриэлла. В прямом смысле слова – стерлась, словно никогда не существовала во вселенной. Тебя не могли отыскать ни сильнейшие артефакты, ни люди. Даже те, кто знал о тебе хоть что-то.

В груди стало горячо-горячо.

– Глупости! – голос дрогнул. – Найти-то меня ты в итоге нашел.

– Да. Когда не ставил поиск целью. Это действительно исключительная случайность.

Тревога сдавила горло. Неужели отец наколдовал что-то? Потому и письма мои никуда не доходили… А если и доходили, то ответы терялись в пути. И тогда Ларс…

Погодите.

Он все же меня искал.

От этой в общем-то хорошей новости стало почему-то так плохо, что захотелось расплакаться. Но размазывать сопли – не в моих правилах, потому я скрестила руки на груди и крепко сжала стеклянную сферу в ладони.

– Почему ты ничего мне не сказала, Габи? – Ларс задал наконец самый главный вопрос.

И мне без всяких уточнений было понятно, что он имеет в виду.

Варден смотрел мне в лицо прямо и открыто, требуя ответ здесь и сейчас. Немедленно. А у меня растерялись все слова. Да и вообще, я вдруг поняла, что толком не знаю, почему так вышло. И вместо сложного разговора с объяснениями мне хотелось встать, обойти этот стол и сесть Ларсу на колени.

Хотелось, чтоб он обнял меня так крепко, как делал это вечность назад, что лежала теперь между нами.

Хотелось отмотать время вспять и все же сказать ему тогда, перед отправлением, что отец-король решил все за меня, договорился об отчислении чуть ли не задним числом и практически прогнал из академии. Я ведь сама узнала об этом меньше чем за час до активации портальной арки.

У выпускного курса в самом разгаре шли пары. У меня просто не было времени, чтобы встретиться с ним.

А еще я боялась.

Мне было страшно посмотреть ему в глаза, осознавая, что это в последний раз.

Но даже если бы я все же решилась… Как теперь выяснилось, папа озаботился, чтобы полностью отрезать от меня все связи. Если, конечно, я не зря его обвиняю.

И мы все равно оказались бы в этой самой точке, в этом разговоре.

Или нет?

Я набрала воздуха в грудь, чтобы выдать краткую выжимку всего, что сейчас промчалось в моей голове, но тут вдруг раздался пронзительный сигнал тревоги. Под потолком вспыхнуло зарево красных магических импульсов, а стены академии содрогнулись, словно от мощного взрыва.

Глава 5

Ничего подобного еще не случалось в Гидрилхеме!

– Что происходит? – Я вскочила озираясь.

Ларс тоже поднялся, черты его лица стали жесткими и незнакомыми.

– Оставайся на месте, – коротко кинул он мне, прежде чем уйти.

Я проводила его взглядом, замечая, как весь состав межмирового патруля торопится прочь из столовой.

Между тем раздался еще один взрыв, и стены снова тряхнуло. Я пошатнулась, схватившись за спинку стула. Редкие адепты – такие же ранние пташки – озадаченно глазели по сторонам, толком ничего не понимая.

Оставаться на месте? Вот еще! Ждать, пока на голову потолок посыплется, еще глупее, чем пытаться разобраться в происходящем. Потому я сунула сферу с дракончиком в ученическую сумку и побежала к выходу. Мне бы добраться до первой коридорной ниши, дабы остаться наедине с замком… Или забежать в пустой кабинет. Только так смогу связаться с Сердцем академии и через него узнать, что случилось.

В холле людей оказалось значительно больше, здесь царил настоящий хаос.

Чудом не оказавшись задавленной, я протиснулась к входу в подземелья. Там сейчас было наиболее тихо.

Два лестничных пролета вниз, узкий коридор, освещаемый зеленоватыми лампами, и наконец двери в лабораторию алхимии. Она всегда заперта, потому я сразу же прострелила замочную скважину лучиком отпирающего заклинания. Раздался щелчок.

Пол под ногами снова содрогнулся, и я припала плечом к каменной стене.

– Да что ж такое!

Оказавшись внутри, сразу же двинулась вправо, к подсобке. Даже если сюда вдруг кто-то войдет, меня не сразу заметят.

Настроиться на связь с главным артефактом Гидрилхема – задачка не из простых, но мне, как наследнице, по силам. Если, конечно, ректор не возвел вокруг Сердца особую защиту. После моей выходки с отчислением это было дело времени…

Забившись в угол, я сползла по стене на пол, откинула голову и закрыла глаза, сосредотачиваясь. Меня окружала тишина. Даже творящийся наверху хаос никак здесь себя не проявлял.

Минута, другая, третья.

В какой-то момент я всерьез поверила, что артефакт мне больше не доступен. Я тянула магические нити все глубже в источник силы академии и наконец добралась до места. Будто в бездонный омут нырнула. И тут же оказалась высоко над замком, замечая каждую деталь снаружи и все, что было не так, как должно быть.

Самое главное – огромное, сияющее золотым светом кольцо портала, из которого лезли в наш мир… драконы! Не миниатюрные, как Фир, а самые настоящие, с шипастыми спинами и хвостами, кожистыми крыльями и огненным пламенем из зубастых пастей.

Кто-то открыл пространственные врата прямо к стенам Гидрилхема! И запускал сюда иномирных тварей, поливающих стены замка огнем.

Кто и зачем это сделал?

Я ощутила резкий толчок в грудь и едва не задохнулась. Стремительно полетела вниз, обратно в черный омут и вынырнула в сознание. Обнаружила себя задыхающейся приступом кашля в углу лаборатории.

Не сама я сорвалась и упала, кто-то вышвырнул меня из Сердца!

Неужели ректор?

Вот же сволочь престарелая!

С трудом восстановив дыхание, я поднялась на ноги и медленно двинулась к выходу. Аккуратно, придерживаясь стены, пока окончательно не пришла в норму. Нужно было найти Ларса и рассказать ему… Хотя он наверняка уже сам все увидел.

Я даже представить толком не могла, что делать в этой ситуации. Единственное пришедшее на ум решение – вернуться в столовую, где, скорее всего, будут собирать всех адептов для дальнейших инструкций.

Что я и сделала, столкнувшись по пути с Ником.

– Где Катрин? – с ходу спросил он.

– И тебе привет, – пробормотала я, протискиваясь между ним и тяжеленной дверью, что вот-вот должна была захлопнуться.

В столовой людей сильно прибыло с момента моего ухода. Бегло осмотрев зал, я не нашла ни Ларса, ни его товарищей. Зато в центре материализовалась трибуна вместе с хмурым ректором Грейвом.

– Габи, – не унимался Райс.

– Да не знаю я, где она! Дрыхла вместе со всеми, когда я из спальни уходила.

Ник чертыхнулся и дернулся обратно в коридор.

– Чего с ней станется? – крикнула ему вслед.

Он обернулся на ходу, отвечая:

– Одна из спальных башен пострадала. Появился пролом в стене.

У меня по спине ледяная дрожь промчалась. Я последовала было за Райсом, но буквально перед моим носом створы дверей захлопнулись и скрылись магией. Ректор начал речь, и пока он ее не завершит, никто из зала не выйдет.

Я отошла в сторонку, дабы не привлекать внимания, и обратилась в слух.

– На территории Гидрилхема зафиксировано иномирное вторжение, – сухо декламировал Зоргар Грейв, сканируя присутствующих мрачным взглядом. – У врат открыт портал, на который не было получено разрешения. Детали выясняются. Скорее всего, инцидент связан с прибытием патруля с Агзарта. Как все знают, это мир с повышенной оборонной сетью. Напрямую попасть туда сложно. Очевидно, кто-то решил пойти оригинальным путем и захватить заложников на территории дружественного с Агзартом мира. То есть у нас. Панику разводить не стоит, вопрос решается. Расписание занятий начнется сегодня со второй пары.

Когда ректор замолчал, в столовой еще какое-то время стояла гробовая тишина.

Трибуна засветилась голубоватым мерцанием и исчезла вместе с проекцией Грейва. Магический блок с дверей исчез, те с грохотом распахнулись, являя компанию из Ника, Катрин и еще двух парней курсом младше. Скорее всего, иллюзорная копия ректора застала их где-то в холле, так как настолько важное объявление должны были услышать абсолютно все, а не только те, кто раньше спустился к завтраку.

– Нет, вы слышали?

– Это немыслимо…

– И что нам теперь, просто не замечать сотрясающихся стен и взрывов?

Со всех сторон повалил гомон голосов. Заскрипели стулья по каменному полу, зазвенели приборы о тарелки – многие решили последовать совету главы Гидрилхема и прожить обычный, ничем не примечательный день. Но были и те, кто собирались в небольшие компании и двигались прочь из столовой, продолжая наводить панику.

Я сглотнула неприятный ком в горле и нашла глазами Катрин. Не хотелось в этой ситуации оставаться в одиночестве.

– С тобой все в порядке? – поинтересовалась я, поравнявшись с подругой.

Она выглядела взъерошенной больше, чем обычно. Волосы распущены, форма надета, видно, что наспех, а ученической сумки и вовсе не было.

– В стене башни парней вот такая дырень! – Она развела руки в стороны, демонстрируя. – Никто не пострадал, к счастью!

– Да, – мрачно добавил Ник. – Гидрилхем быстро восстанавливается. Там уже небольшой просвет только остался. Но с бытовой магией придется попотеть теперь. Пока от пыли все отчистишь…

Катрин стукнула его ладонью по плечу.

– Нашел из-за чего бухтеть! Спасибо, третьекурсники рано смылись в столовку, а то бы все… того! Там одну кровать вообще в щепки размозжило.

Я пожевала губы, раздумывая, стоит ли говорить им, что на самом деле происходит снаружи. Перевела взгляд с Ника на Катрин и обратно. Райс это заметил и нахмурился.

– Чего такое, Габриель?

Меня переполняло столько эмоций, что даже это имя мимо ушей пропустила. Наклонилась чуть ближе к Катрин, понизила голос и проговорила:

– Это драконы.

Она расширила глаза и распахнула в удивлении рот.

– Да ты что-о-о!..

За что можно любить Катрин Альер, так это за ее доверчивость. Разыграть ее было раз плюнуть. Жаль, что сейчас не до шуток.

– Издеваешься? – сузил глаза Райс. – Может, еще земля разверзлась и демоны повылезали?

– Ты ректора слышал? У врат академии открыт иномирный портал. Стены сотрясаются от взрывов. Драконы – это меньшее, во что можно сейчас поверить.

– А ты откуда знаешь, что именно они всему виной?

Я отвела глаза, мельком замечая рыжеволосую шевелюру моего личного кошмара. Айерзен, чтоб его! Надеюсь, сейчас я – последнее, на что он хочет тратить энергию.

– Видела, – коротко ответила Нику. Потом посмотрела на него и добавила: – Это драконы, Райс. Огромные огнедышащие летающие ящеры. Живи теперь с этим.

– Вот бы подсмотреть одним глазочком… Может, на смотровую башню поднимемся? – заговорчески проговорила Катрин.

– Брось, все выходы магией перекрыты, – ответил ей Ник.

Кажется, он тоже поверил в драконов. Скрестил руки на груди и теперь о чем-то сосредоточенно думал. Подруга вздохнула.

– Думаете, ректор прав, что не нужно паниковать? Они быстро справятся с этим порталом?

Я в этом сомневалась.

– С порталом, может, и быстро, а вот с теми, кто из него вылез… вряд ли.

Грудь сдавило изнутри, сердце налилось тревогой. Стало вдруг страшно за Вардена. Если Грейв прав и некто явился сюда с целью захватить агзартский патруль, драконами дело может не ограничиться.

А с другой стороны… Должно ли мне быть какое-то дело до всех этих разборок? Судя по тому, каким серьезным дядей стал Ларс, он разберется во всем и без моей помощи. Я только мешать буду. Учитывая наши непростые отношения, еще и навредить могу.

Прижав к себе ученическую сумку, вспомнила про Фира. Стало стыдно и немного грустно. Бедный дракончик так страдал после моего исчезновения… Но кто бы мог подумать о таком развитии событий! За все наше с ним знакомство он не проявлял настолько сильной привязанности ко мне. А учитывая особенности породы, я была уверена, что не смогу забрать его с собой. Стайное животное зачахнет и погибнет без семьи. Похоже, в какой-то момент Фир включил меня в свою стаю и отвел мне там не последнюю роль.

Надо бы поскорее расколдовать его, вытащить из волшебной сферы. Но сделать это между делом, по пути на пару, я не могла. Столь важный момент требовал уединения, отсутствия лишних ушей и глаз. Фамильяру придется обживаться в новом мире, исследовать неизведанные территории. Вспомнив, какой занозой для всей прежней академии был этот звереныш, я мысленно посочувствовала себе и своим сокурсникам.

– Ну что? Пойдем проверять выход к смотровой башне? – выловил меня из мыслей голос Катрин.

– Я же сказал…

– Да-да, все выходы могли заблокировать, – она закатила глаза, – но я буду не я, если не проверю!

– Может, вы позавтракаете для начала? – вступила в разговор я. – Первые пары все равно отменили, так что мы везде успеем.

– Не факт! Сейчас драконов загонят обратно в портал, и все закончится!

Катрин слишком громко это сказала, и сидящие за ближайшим столиком все вчетвером обернулись, круглыми глазами уставившись на нашу компанию.

Я пихнула подругу локтем и прошипела:

– Еще громче про драконов проори, нам же так не хватает паники!

– Прости, – пискнула она. Затем обернулась к адептам и добавила так, чтобы они услышали: – И приснится же такое!

Схватив ее за рукав, я потащилась к выходу, пока эта девчонка еще чего-нибудь не ляпнула во всеуслышание. Райс ожидаемо пошел следом. В последнее время он словно на поводке у Катрин был.

У них вообще все очень интересно вышло. На самом деле первой влюбилась именно она, только случилось это на втором курсе, когда у Ника в голове свистел ветер и девушек он менял как перчатки. Катрин же он воспринимал не иначе как младшую сестру, ведь выглядела она значительно младше своего возраста. Ровно до четвертого курса, когда она изменилась за лето так, что парни шеи сворачивать начали, глядя ей вслед. Тогда-то Райс и посмотрел на нее иначе, да было поздно. Она уже встречалась с другим.

В конце прошлого года Катрин рассталась со своим ухажером и пообещала себе перерыв от любых отношений с противоположным полом. Я об этом, конечно же, сказала Нику, потому он пока не наседал и не звал ее на свидания. Судя по тому, как она смотрела вчера на состав межмирового патруля, джентльменское решение Райса дать ей время очень скоро полетит к чертям.

Оказавшись в холле, я сразу же заметила серебристое мерцание магического щита, перекрывавшего всю стену с входными дверями. Отсюда были отчетливо слышны звуки разразившегося снаружи сражения. Вспышки заклинаний отличались свистящим шелестом, а плевки драконьего пламени сотрясали воздух взрывами и гулом огня. В холле столпились зеваки, пытавшиеся на слух определить происходящее, но вряд ли им пришло бы в голову, что у стен замка бесновались самые настоящие драконы.

Ник первым двинулся в сторону выхода к смотровой башне, за ним засеменила Катрин, а потом уже я. Едва мы свернули в коридор, из холла донесся строгий голос какого-то магистра, решившего разогнать любопытствующих.

– Невероятно… – протянул Райс.

– А я знала! – восторженно прошептала Катрин.

Я перестала постоянно оборачиваться, проверяя, не следует ли кто за нами, и едва не налетела на подругу, замершую столбом на моем пути.

– Что за…

Не успела я выругаться, как широкая ладонь Ника закрыла мне рот. Затем резко дернула в сторону, едва не свернув мне шею. В одну секунду мы оказались впихнуты втроем в тесную нишу за статуей бородатого волшебника с посохом.

Я промычала, что если кое-кто не уберет свою лапу, то будет немедленно покусан! Вряд ли он что-нибудь расслышал, но руку медленно отвел, сразу же поднеся указательный палец к своим губам.

Обратившись в слух, я различила шаги нескольких пар ног и приглушенные голоса. Кто-то только что спустился по каменной лестнице смотровой башни и двинулся в нашу сторону.