Читать книгу "Каникулы на планете Цера"

Лиза облегченно вздохнула. Хоть она и знала, что тетя Лада очень хорошая, но все же когда ее лицо становилось вот таким непроницаемо-холодным и решительным, девочке становилось немного не по себе.

– А расскажите про директора Скипса и про Ригу с Сагой, – поспешно перевела она разговор на другую тему.

– Скипс теперь мой первый помощник. Он по-прежнему директорствует в Обители Знаний. Но мы видимся практически каждый день. У нас с ним много идей, касательно того, как сделать жизнь на Цере лучше, – с теплотой в голосе ответила королева. – Он всегда рядом и на него можно положиться, а для меня это очень важно. Ну, в смысле для меня как для королевы это очень важно, – смущенно поправилась она, но Лиза уже успела заметить в ее глазах нечто такое, что замечают все девочки, когда чувствуют, что им что-то недоговаривают.

Но расспрашивать более подробно о взаимоотношениях тети Лады и директора Скипса, Лиза не рискнула. Королева не любила посвящать кого-либо в свои дела и тем более делиться чувствами. И из этого правила не было никаких исключений. Так что Лизе пришлось довольствоваться собственными догадками и домыслами.

– Впрочем, что мне тебе рассказывать, скоро ты сама всех увидишь, – не замечая любопытных взглядов племянницы, пообещала тетя Лада и повернула руль космобиля. – Мы с тобой как раз успеем к началу свадьбы.

– Какой свадьбы? – удивилась Лиза. На секунду у нее мелькнула мысль, что тетя Лада выходит замуж за Скипса, но она тут же ее отогнала.

– Ну, мне показалось, что тебе может быть интересно поприсутствовать на церанской свадьбе, тем более, что там будут все твои друзья.

– Очень интересно, – подтвердила Лиза. – А кто невеста?

– Невесту зовут Нетта, – ответила королева. – Ты ее не знаешь. Она из рода «Тех, кто раздвигает руками небо», а вот жених тебе хорошо знаком. Это Пурвис – старший брат Флафина. Он работает в Обители Знаний учителем и как раз преподает в той группе, где учатся Флафин и Воробей.

– Вот здорово! Я еще ни разу не была на свадьбе, – обрадовалась Лиза, заглядывая в боковое зеркало космобиля. В неровном отблеске подсветки приборной доски в зеркале отразились светлые, короткие волосы, белесые брови и ресницы, острый носик. – Эх, а я с собой никакого платья красивого не захватила, – взволнованно пробормотала она, пытаясь рукой уложить набок непокорную челку.

Девочка не любила больших, шумных компаний, чувствуя себя в них неуютно и одиноко. Наверняка на этой свадьбе все гости будут разодеты в лучшие наряды, а она заявится туда в джинсах и ветровке. И уже заранее предчувствуя свой позор, Лиза жалобно покосилась на тетю.

– А может быть не надо, – робко произнесла она. – На этой свадьбе, наверное, все гости будут нарядными – в длинных платьях с пышными прическами.

– Там, где мы скоро приземлимся, будут более уместны резиновые сапоги и теплая куртка, – усмехнулась королева.

Лиза не успела выяснить смысл этой странной фразы, как космобиль приступил к снижению.

Прильнув к стеклу, Лиза заворожено наблюдала за тем, как зеленовато-голубой шар под названием планета Цера постепенно становится все больше и темнее. По мере приближения космобиля на нем проступали разноцветные с неровными очертаниями пятна. Это были океаны, моря, леса, пустыни и горные хребты загадочной планеты. Стоило космобилю спуститься еще ниже, как Лизиному взору удалось различить острые шпили «колпаков» и четкие линии «кубиков». И те и другие являлись традиционными жилищами церанцев.

В высоких «колпаках», стены которых с приходом тьмы становились прозрачными, обитали церанцы из рода «Тех, кто раздвигает руками небо», а в невысоких, но очень удобных «кубиках» проживали представителя рода «Тех, кто топчет пятками землю». Особенностями конструкций этих жилищ церанцы были обязаны своим королям – Управителям Материей. Именно они сначала придумали все эти строения, а уж потом воплотили их в реальности, трансформировав в них каменные глыбы, которыми изобиловала планета Цера на заре своей жизни.

Вдалеке внизу мелькнули башни старого замка, в котором проживала королева Лада. Идея его создания принадлежала ее отцу– Риггалу Бородатому – и он как две капли воды был похож на средневековые замки землян.

К большому удивлению девочки, космобиль, не снижая скорости, пролетел над королевским замком и устремился дальше, на юг.

– Так мы летим не в Краспо? – удивленно заметила Лиза, поворачиваясь к тете Ладе.

Именно в Краспо – небольшом поселении, расположенном рядом с замком, обитали друзья Лизы. И девочка ощутила разочарование, когда космобиль, не снижая скорости, пролетел над остроконечными крышами «колпаков».

– О, не волнуйся, мы скоро сюда вернемся, – успокоила ее королева. – Кстати, эти восемь месяцев с момента твоего отъезда не прошли для нас впустую. За это время в Краспо прибыло много переселенцев из разных уголков Церы, так что ты найдешь город очень изменившимся. У нас уже появился свой банк, несколько магазинов и даже ювелирный салон. Но то ли еще будет. Скоро Краспо станет не просто захудалым селением, а развитым городом, – решительно заявила королева. – Когда мой отец после смерти мамы захотел уединиться, он специально выбрал этот отдаленный уголок планеты. Краспо показался ему самым подходящим местом для того, чтобы предаться своей скорби. Но поскольку я, в отличие от него не могу перемещать королевский замок в любую точку Церы, то мне ничего не остается, как развивать Краспо до масштабов столичного города.

– Так королевский замок можно перенести с одного места на другое? – изумилась Лиза. Из всей речи королевы девочку больше всего заинтересовало именно это обстоятельство.

– Да. Но делать это умел только Управитель Материей, то есть мой отец, – ответила королева Лада. – Мне лишь известно, что для этого он использовал специальный прибор, но где он находится и как действует мне, к сожалению, неизвестно. Пристегнись. Сейчас будем садиться, – добавила она.

Резким движением руки королева заложила крутой вираж, и Лиза вжавшись в кресло глубоко вздохнула. Благодаря мастерству королевы посадка получилась на удивление мягкой, несмотря на то, что в качестве посадочной полосы тетя Лада использовала обычную лесную дорогу. И после нескольких минут быстрой езды, космобиль остановился на окраине леса.

Встреча давних друзей

– Ну что, вперед, на свадьбу! – бодро скомандовала королева, выключая зажигание.

– А что, свадьба будет в лесу? А что мы им подарим? – забросала вопросами королеву Лиза.

Прежде чем выйти из космобиля, она бросила последний взгляд в зеркальце и не заметив существенных изменений в своей внешности, поспешила выбраться из космобиля от обшивки которого шел густой белый пар.

– Такой свадьбы ты на Земле никогда не видела, – загадочно сказала тетя Лада, продвигаясь в глубь леса.

Торопливо шагая рядом с ней по утоптанной лесной тропинке, Лиза раздумывала над тем, что ее нельзя назвать частым гостем на свадьбах. Так что ей навряд ли удастся сравнить церанскую свадьбу с ее земным аналогом. Тем временем королева уверенно шагала все дальше, все больше отдаляясь от дороги. Подняв голову, Лиза увидела, что белоснежное небо Церы уже кое-где затянуто серыми тучами с золотистой каймой, что являлось верным признаком наступающего вечера. И мысленно Лиза удивилась тому, что кто-то устраивает свадебные торжества, что называется, на ночь глядя. Но вслух она ничего не сказала, поскольку ее внимание переключилось на окружающую их природу.

Путниц со всех сторон обступали раскидистые церанские деревья. Однако сейчас они выглядели совсем не такими, какими запомнила их Лиза. Все деревья и кустарники, словно теплым одеялом были покрыты пушистым зеленовато-серым мхом. Яркое церанское солнце слегка золотило свисающие с ветвей гирлянды мха, делая их похожими на блестящую бахрому.

– Ух ты, как красиво! – изумилась крутя головой Лиза.

– Сейчас у нас на планете сезон «Забвения». Вся растительность на Цере отдыхает, набирается сил для нового роста и цветения, – своим глубоким, мягким голосом пояснила королева.

– А-а-а, так у вас сейчас зима, – понятливо закивала Лиза. – Хорошо, что снега нет. Я не люблю холода.

– Я тоже, – призналась тетя Лада. – Хорошо, что этот период скоро закончится.

Лиза понятливо закивала головой. Она помнила, что деревья на Цере не простые. Их придумал Первый Управитель – Аррист Лысый, решивший обосноваться на этой планете. Экзотичная церанская флора поразила его своей красотой и… никчемностью. Произрастающие на Цере деревья и растения не имели плодов, которые можно было бы использовать в пищу. И тогда Управитель Материей решил превратить их в нечто более полезное. И с тех самых пор церанские деревья стали обеспечивать жителей планеты всеми необходимыми продуктами питания.

Помимо мучных деревьев, листья которых выделяли белый порошок – муку, здесь росли растения, цветущие гроздья которых сплошь состояли из гречишных зерен. Что же касается гастрономических вкусов самой Лизы, то она обожала кустарники, щедро усыпанные сладкими леденцами.

Но некоторым представителям исконно церанской растительности, все же удалось избежать участи своих собратьев и скрыться от такого самоуправства в недрах планеты. Они переместились внутрь Церы и теперь составляли ее ядро, называемое «Говорящим лесом». Никто из церанцев никогда в нем не был и вовсе не потому, что не хотел. Просто деревья, прозванные «говорящими» в этом тесном, ограниченном пространстве издавали очень сильные вибрации. Мозг коренных обитателей Церы их просто не выдерживал. Однако Лизе и Воробью все же удалось побывать в этом заповедном месте и при этом остаться целыми и невредимыми. Земной организм оказался более выносливым и устойчивым к вибрационному воздействию «говорящих деревьев».

– Все-таки странно, что Пурвис и его невеста решили отпраздновать свадьбу в лесу, – слега задыхаясь от быстрой ходьбы, сказала Лиза.

Несмотря на то, что тетя Лада была невысокого роста и не отличалась спортивным сложением, по лесу она передвигалась легко и стремительно. Ловко обходя кряжистые корни Светящихся деревьев и лихо перепрыгивая неглубокие ложбинки, королева быстро шла вперед. Непривычной к физическим нагрузкам Лизе пришлось приложить немало усилий, чтобы не отстать от нее.

– Обряд обмена сердцами может состояться только в Матисоне, – произнесла непонятную фразу королева. – А ближайший Матисон растет именно здесь.

Лиза, конечно же, помнила, что, заключая брак, церанцы обязаны обменяться своими вторыми сердцами, давая обещание никогда не обманывать друг друга и всю жизнь хранить верность своему избраннику. Обряд обмена сердцами был своеобразной клятвой новобрачных, нарушителю которой грозила смерть.

Но Лиза никогда и не мечтала, что сможет лично присутствовать на этом диковинном обряде. Тетя Лада права, эта свадьба может оказаться очень интересной и познавательной. И девочка ускорила шаг, заметив впереди яркий свет, напоминающий пламя костра, пробивающееся сквозь плотный частокол деревьев.

Уже через пару минут Лиза и тетя Лада вышли на большую поляну, в центре которой действительно горел большой костер. Поодаль от него небольшими группками столпились гости. Обведя быстрым взглядом толпу приглашенных, девочка с облегчением вздохнула. По крайней мере, чувствовать себя одинокой ей не придется, поскольку с большей частью гостей она была знакома.

Между тем, представившееся ее глазам зрелище менее всего напоминало свадьбу. Здесь не было ни ломившихся от снеди столов, ни веселой музыки, ни собственно самих жениха и невесты. В ожидании начала торжества гости бесцельно бродили по поляне, то и дело останавливаясь рядом с увешанными мхом деревьями и с явным интересом разглядывая их ветви.

Приглядевшись, Лиза заметила, что на увитых мхом ветвях, как на новогодних елках, развешаны свадебные подарки: золотые цепочки, расписанные яркими узорами тарелки, позолоченные ложки и даже несколько увесистых подушек, под весом которых упругие ветви практически пригнулись к земле.

Одно из деревьев выделялось особо. Все оно горело и переливалось блеском драгоценных камней, оправленных в золото и серебро. Совершенно очарованная блеском камней Лиза подошла к нему поближе и стала невольным свидетелем разговора между статной женщиной с гладкими, собранными на затылке темными волосами и высоким, средних лет, мужчиной в черном костюме. Смуглое расстроенное лицо женщины никак не вязалось с атмосферой праздника. Да и физиономия мужчины тоже не светилось радостью. По мере того, как женщина говорила, его морщинистое лицо все больше искажала кислая, недовольная гримаса.

– Я не дам вам больше никакой отсрочки. Платите за кредит немедленно, или я упеку вас в тюрьму, – сурово отчеканил он, и нетерпеливо отмахнувшись от собеседницы, сделал шаг в сторону.

– Но Тираниус, выслушайте меня! Я ведь прошу вас о совсем крошечной отсрочке, – взмолилась женщина. – У нас же был с вами договор! Давайте я сделаю для вас какое-нибудь другое украшение, – с отчаянием в голосе предложила она.

– Теперь в этом уже нет нужды, – отрезал мужчина, и Лиза торопливо отошла от них в сторону.

– А почему там, на деревьях, развешаны все эти вещи? – тихонько спросила она тетю Ладу, стараясь больше не смотреть на неприятного мужчину по имени Тираниус.

– Каждый гость должен нарядить свое дерево, развесив на нем подарки, а жених с невестой потом пройдут и выберут то, что им больше всего понравится, – пояснила тетя Лада. – Я поручила Советнику Притчу развесить наши с тобой подарки вон на ту андрагорию, – кивнула она головой на одно из деревьев.

Не успела Лиза задуматься над странной процедурой вручения подарков на церанских свадьбах, как ее внезапно оглушил чей-то радостный вопль:

– Эй, мышь белая! С приездом!

И словно оказавшись в эпицентре вихря, Лиза почувствовала как кто-то крепко сжал ее в объятиях, перед ее глазами мелькнули темный чуб, черные стрелки бровей, ямочка на подбородке и немного нахальная улыбка Воробья.

– Воробей! Пусти, больно, – вместо приветствия взмолилась Лиза, пытаясь высвободиться из сильных рук мальчика.

– Эх, ты! Как была неженкой, так ею и осталась, – фыркнул Воробей, отступая на шаг назад. – Флафин, ты ее лучше руками не трогай, она у нас хрупкая как музейный экспонат, – немного обиженно добавил он, обращаясь к стоящему поодаль упитанному мальчику с добродушным выражением круглого лица на котором бесхитростно сияли голубые глаза, окаймленные белыми ресницами.

– Ну, Лиза, оставляю тебя под надежной охраной, – улыбнулась тетя Лада. Пойду-ка я проверю, не напутал ли чего-нибудь Советник Притч. А ты пока пообщайся со своими друзьями. Кстати, Воробей, ты сделал домашнее задание? – обращаясь к сыну, вдруг строго спросила королева.

Ее вопрос явно пришелся не по душе Воробью. На его лице тут же отразилась целая гамма чувств – от напускного удивления до искреннего недовольства.

– Лада, ну какое задание? – заныл он. – Сегодня же свадьба! Впереди еще два дня выходных, так и быть, прочитаю я эту твою книжку.

– Не надо делать мне одолжений. Изучать «Книгу Управителей» – это твоя прямая обязанность, – непреклонно заявила королева, нахмурив брови.

– Но я даже не Управитель! – возмутился Воробей. – Вон, пусть Лиза ее читает. Это она у нас Управитель Временем.

– Но именно ты мой сын и, значит, будущий король Церы. Поэтому ты должен знать историю всех поколений Управителей, – внушительно сказала королева. – И это даже не обсуждается.

– Ага, я и в Обители Знаний должен хорошо учиться и все домашние задания делать, да еще и какую-то книгу читать! У тебя одна учеба на уме! Да если бы я знал, что быть твоим сыном такое нудное занятие… – в сердцах воскликнул Воробей и не договорив фразу угрюмо замолчал.

Похоже, здесь назревала семейная сцена, похлеще той, которая развернулась между Тираниусом и его неизвестной собеседницей. Лиза, панически боявшаяся всяческих ссор, зябко поежилась, сразу же почувствовав себя очень неуютно. Но поймав на себе сочувственный взгляд Флафина, девочка постаралась взять себя в руки и натянуто улыбнулась. Присутствие неразговорчивого и стеснительного добряка Флафина ее искренне порадовало. Будучи застенчивой и робкой девочкой, рядом с ним Лиза всегда чувствовала себя спокойно и уверенно.

Чего нельзя было сказать о Воробье. Обладавший горячим, вспыльчивым характером, он часто говорил такие вещи, о которых впоследствии сам же и жалел. Дружба с ним напоминала катание на «американских горках», таким изменчивым и непредсказуемым был его нрав. Правда, в одном с ним можно было быть уверенным на все сто процентов – Воробей очень дорожил своими друзьями и вновь обретенной семьей и готов был сделать для них – без преувеличения – все, что угодно. Именно поэтому Лизу неприятно поразил резкий тон, которым Воробей разговаривал со своей приемной мамой.

– Имей в виду, если ты снова будешь увиливать от занятий, то больше у тебя не будет никаких развлечений. И про воздушные гонки на риггалмобилях тоже можешь смело забыть, – жестко отрезала королева.

Воробей, насупив черные брови, бросил на мать мрачный взгляд и пнул ногой торчащий из земли корешок.

– Да подумаешь! Все настроение только испортила! – недовольно буркнул он.

– Твое настроение последнее время стало очень легко и часто портиться от одного вопроса об уроках. Тебе не кажется, что мне надо поговорить о тебе с директором Скипсом?

– Да Скипс тебе что угодно про меня расскажет, – презрительно буркнул Воробей, и Лиза вновь удивилась злости, с которой прозвучали его слова.

И это тоже было странным. Ведь раньше Воробей и директор Скипс считались лучшими друзьями. Что же между ними произошло за то время, пока ее здесь не было?

– Если ты сомневаешься в объективности Скипса, то я составлю разговор с твоим учителем Пурвисом, – изо всех сил пытаясь сохранять спокойствие, сказала королева.

– Ага, давай, поговори. Сейчас самое время. Пурвису на своей свадьбе только и дел, что обо мне разговаривать, – иронично пробурчал Воробей. – Ладно уж, давай, беги скорее к своему ненаглядному Скипсу. Ты же наверняка по нему соскучилась. Вы ведь целый день не виделись, – ехидно добавил он.

– Я соскучилась по нему точно так же как и по всем прочим моим друзьям, – сухо произнесла тетя Лада и не обращая внимания на надутую физиономию разобиженного Воробья, легкой походкой направилась к Советнику Притчу и директору Скипсу, стоящими рядом с высокой андрагорией.

После ее ухода между друзьями воцарилось неловкое молчание. Никто не мог подобрать подходящую тему для разговора, чтобы загладить неприятное впечатление, оставшееся от беседы королевы с сыном.

– По-моему, ты ее обидел, – не сдержавшись, укоризненно заметил Флафин, но Воробей лишь неопределенно пожал плечами и ничего на это не ответил.

– Ты что, плохо учишься? – внезапно брякнула Лиза и тут же испугано вытаращила глаза, осознав, что худшей темы для начала дружеской беседы трудно даже придумать.

– Так! Еще одна поучительница выискалась! – воскликнул Воробей, но уже беззлобно. – Тебе-то чего далась моя учеба? Ты сюда отдыхать приехала? Вот и отдыхай, – наставительно добавил он в ответ на робкий Лизин кивок. – Нет справедливости в этом мире, – посетовал Воробей, – кто-то должен развлекаться, а кто-то читать эту «Книгу Управителей».

– А что это за книга? – спросила Лиза, с облегчением поняв, что гроза миновала, и Воробей вновь вернулся к своей обычной – добродушно-насмешливой манере общения.

– Да редкостная нудятина. Там написано про всех Управителей начиная с Арриста Лысого, – небрежно произнес Воробей. – Когда правили, да чем знамениты. Короче, скукотища. Зачем мне знать то, что было двести лет тому назад? Сейчас-то все по-другому. Ты лучше расскажи, как у тебя дела? Нас-то вспоминала хоть иногда?

– Конечно, вспоминала, – убежденно воскликнула Лиза. И чтобы доказать правдивость своих слов быстро чмокнула в щеку оказавшегося ближе всех к ней Флафина. Щека мальчика тут же сделалась пунцовой. Смущенно закашлявшись, он так резко повернулся, что сидящий на его плече Помпон чуть было не свалился на землю.

– Что ты вертишься как карусель во время бури? – недовольно заворчал Помпон. – Ноги что ли не держат? Упрись пятками в землю и не забывай держать спину прямо. Я тебе не воздушный шар, чтобы летать по воздуху.

По случаю свадьбы старшего брата Флафин был облачен в свой лучший костюм фиолетового цвета с плиссированными рукавами и высоким воротником-стойкой. Дополнял его праздничный облик – ярко розовый бант. Он так плотно стиснул шею пухлого паренька, что тому трудно было вращать головой. На упитанном плече Флафина комфортно расположился его бывший наставник Помпон, который упорно не хотел слагать с себя обязанности воспитателя и по-прежнему изводил мальчика своими нотациями.

– Помпоша, я так часто тебя вспоминала, – призналась Лиза, осторожно проводя рукой по серой длинной шерсти шарообразного существа с огромными черными глазами, с интересом взиравшего на встречу друзей.

– Да, мой светлый образ тревожит многих женщин, лишая их покоя, сна и хорошего аппетита, – важно произнес Помпон. – Только, признаться, я не думал, что ты тоже падешь жертвой моего нереального обаяния.

– Да я, собственно говоря, и не пала… в смысле, не жертва… – путано забормотала Лиза.

– И мы тебя все время вспоминали, – торопливо перебил ее Флафин, за что Лиза была ему очень благодарна.

– Еще как часто вспоминали, – весело подтвердил Воробей.

– Лучше бы вы так же часто вспоминали формулы и правила орфографии, – насмешливо произнес Помпон. – Получить в пятом учебном сезоне отметку «вполне сносно»…. Для молодого принца Церы это просто позор! – горестно воскликнул наставник.

– Слушай, Помпоныч, хватит уже! Вы что, сговорились все? Поговорить больше не о чем? Свадьба идет полным ходом, а они мне все про учебу талдычат. Очень подходящая тема для свадьбы! И вообще, ты же наставник Флафина? Вот и наставляй его. И нечего ко мне цепляться. Можем мы хотя бы ненадолго забыть про эту учебу? – страдальчески закатывая глаза, спросил Воробей.

– Между прочим, благодаря моим наставлениями, Флафин стал лучшим учеником Обители Знаний, – с гордостью заметил Помпон. – Ему даже медаль дали.

Только тут Лиза заметила, что на шее Флафина действительно висит медаль, сделанная из какого-то белого металла.

– Флафин, ты, наверное, и спать с ней ложишься? – насмешливо спросил Воробей. – Таскаешь ее уже который день. Все глаза мне промозолил своей медалью.

– Раз заслужил – пусть носит! – вместо смутившегося Флафина гордо ответил Помпон. – Тем более, что она красивая. А мы, кстати, на свадьбе. Только вот что-то начало задерживается. По мне – так можно уже и приступать к торжеству.

Церанская свадьба

Помпон был прав. Начало свадьбы явно затягивалось и Лизе уже немного наскучило стоять без дела, тем более, что большой костер начал постепенно затухать и на поляне повеяло холодом.

Лиза постаралась отыскать глазами дерево, к которому отправилась тетя Лада. По ее белым волосам, она быстро определила местонахождение королевы. Та о чем-то разговаривала с директором Обители Знаний – Скипсом и Советником Притчем. Красивое, мужественное лицо Скипса было обращено к королеве и казалось, что он видит лишь ее одну, не замечая всех остальных гостей.

– Скипс опять крутится около Лады, – с неожиданной злостью в голосе сказал Воробей, кивая на директора Обители Знаний. – Привязался хуже репья. Все с какими-то идеями к ней пристает.

– А тете Ладе эти идеи, по-моему, нравятся, – ответила Лиза, вспомнив разговор в космобиле.

– Да что там может нравиться! – презрительно фыркнул Воробей. – Просто она из вежливости его не прогоняет. А он этого все никак не поймет. Вон, у Советника Притча тоже есть идеи, но он же не бегает к Ладе по пять раз на дню.

Советник Притч, о котором говорил Воробей, – востроносый, худощавый старичок с белыми пушистыми бакенбардами и острым, пронзительным взглядом, приветливо помахал Лизе рукой, делая знак, что подойдет к ней как только закончит беседу с королевой. Но кроме него инопланетную гостью, наконец-то, заметили и другие ее друзья. Обгоняя друг друга к ней уже торопились Рига, Традин и Мэзина. Оттеснив от нее Воробья и Флафина, они тут же обступили девочку, закружив ее в водовороте дружеских расспросов, приветственных поцелуев и радостных слез.

Плакала, конечно же, Рига. Впечатлительная и ранимая, она не могла сдержать обуревавших ее эмоций. То и дело поправляя тюрбан, который периодически съезжал ей на лоб, она принялась рассказывать девочке о своей сестре Саге, оставшейся в Краспо с малюткой Милой.

– К сожалению, Мила… Наша малышка, которую мы нашли в лесу во время битвы с Воинами Сарапа… приболела, поэтому я вынуждена была прийти на праздник одна, – трещала Рига.

Лизе как никому другому была известна история малышки Милы33
  Ю.Корнеева «Лиза и Воробей на планете Цера»


[Закрыть], поэтому она лишь понимающе закивала головой.

– Ай, соседка, погоди! Мы же на свадьбе моего сына! – нетерпеливо перебил Ригу толстяк Традин. – Лиза, пойдем к нашему подарочному дереву, оценишь, что мы приготовили для моего мальчика. Надеюсь, Матисону это придется по вкусу, – удовлетворенно добавил он. И он потянул девочку за собой.

Лиза до сих пор так и не поняла, кто или что такое этот самый Матисон и тем более оставалось загадкой – почему именно ему должны понравиться подарки, предназначенные молодоженам. Однако расспрашивать об этом Традина было бесполезно. Нетерпеливый и экспансивный, он так сильно вцепился в ее руку, что не было никакой возможности, вырваться из его железной хватки.

– Традин, милый, осторожнее. Ты ей так руку оторвешь, – мягко попыталась охладить пыл возбужденного Традина его жена – Мэзина. – Девочка устала, она же только что прилетела.

– Так это же здорово – с космобиля и сразу на свадьбу! – громко захохотал Традин. – Лиза, ты только посмотри, что мы дарим нашему старшенькому, – гордо добавил он, взмахивая рукой.

Подарочное дерево Традина и Мэзины действительно было достойно внимания. На его прочных ветвях были развешаны разноцветные цилиндры. Присмотревшись, Лиза поняла, что это – свернутые в рулоны шерстяные красочные коврики, подушки, одеяла и прочие постельные принадлежности.

– Ну вот, скоро явятся Пурвис с Неттой и церемония начнется, – с жаром потирая руки, сообщил Традин. – Дийна, Флафин, вы приготовили мешок для подарков? Мешок? Где мешок? – внезапно обеспокоился он, вертя головой в разные стороны.

– Дорогой, все в порядке. Вот. Вот твой мешок. Все готово, – успокаивающе проворковала Мэзина, незаметно подавая знак Флафину приблизиться.

Флафин, таща за собой пустой холщовый мешок, торопливо кинулся на зов.

– Папа, он у меня, – сказал он, словно флагом размахивая пустым мешком.

– Что ты им машешь? – накинулся на сына Традин. – Это же плохая примета! Матисону могут не понравиться наши подарки. Дийна! Где Дийна?

– Да тут я, тут, – сказала появившись из-за спины матери девочка лет восьми. – Я все помню. Я должна снимать с деревьев подарки, на которые укажут Пурвис и Нетта. Не волнуйся, пап я сделаю все как надо.

– Да, да, все так! Умница моя! – целуя дочку в макушку, эмоционально воскликнул Традин. Он был похож на предводителя, направляющего свой маленький отряд в неизведанные земли. Оттирая пот, струящийся по его лбу, толстяк взволнованно смотрел по сторонам, проверяя, все ли готово к началу обряда.

– Традин, я, конечно, рад присутствовать на свадьбе твоего сына, – раздался вдруг чей-то тихий и вкрадчивый голос, – но все же, как насчет твоего долга?

Оглянувшись, Лиза увидела незаметно приблизившегося к ним Тираниуса. Потирая руки и кисло улыбаясь он выжидательно уставился на Традина.

– Э-э-э, долг? Послушайте, Тираниус, войдите в мое положение, – понижая голос и боком оттесняя мужчину от дерева с подарками, торопливо зашептал Традин. – Нам с Мэзиной пришлось изрядно потратиться на организацию этой свадьбы. А тут еще в доме, который я строил для новеньких, прибывших к нам в Краспо, лопнули трубы. Пришлось все делать заново. Погодите еще немножко.

– Я не намерен «годить», – возмущенно фыркнул мужчина. – Я одолжил вам деньги, а теперь прошу лишь вернуть их назад. Это всего-навсего бизнес.

– Долг я непременно верну. Но вот проценты… Их там столько набежало, – удрученно вздохнул Традин. – Может, я могу для вас что-нибудь сделать? Дом починить или еще что? А, Мэзина, что скажешь? – несколько взбодрившись, предложил он, оглядываясь в поисках поддержки на жену.

– Лично мне ничего чинить не надо, – резко ответил Тираниус. – Мне нужны от вас лишь деньги. Причем, заметьте, – мои деньги!

Пользуясь тем, что внимание Традина и Мэзины переключилось на Тираниуса, Лиза незаметно отошла от них и увидела Советника Притча. Он наконец-то закончил разговор с королевой и чуть прихрамывая и опираясь на неизменную трость с улыбкой подошел к девочке.

– Ну, здравствуй, Лиза, – проскрежетал Советник своим старческим, хрипловатым голосом, прижимая девочку к своей груди. – Рад вновь видеть тебя на Цере. Правда, королева говорила, что ты прибудешь к нам со своими родителями, – вопросительно произнес он.

– Твердой опоры вам под ногами, Советник Притч, – поприветствовала его Лиза. Поскольку Советник являлся выходцем из рода «Тех, кто топчут ногами землю», то здороваться с ним надлежало именно так. – Родители не смогли приехать, – пояснила девочка. – Хотя очень хотели. Думаю, им бы понравилась церанская свадьба. По крайней мере, маму бы точно заинтересовали эти драгоценности, – кивнула Лиза на свисающие с веток цепочки.

– Пока Пурвис и Нетта не выбрали себе подарок, ты можешь ими полюбоваться, – понимающе предложил Советник Притч, заговорщицки подмигивая девочки. – Ведь так, Кейла? – обратился он к хозяйке «драгоценного» дерева, высокой, симпатичной женщине с гладко зачесанными волосами.

Смуглое лицо женщины было уже не таким расстроенным, каким Лиза его впервые увидела, но и радостным назвать его было нельзя. Машинально кивнув девочке, она вновь погрузилась в свои грустные думы, озабочено покусывая нижнюю губу. В своей руке Кейла держала изящную брошь, усыпанную матовыми белыми камнями.

– К тебе не пробиться, – пожаловался Воробей, внезапно появляясь за спиной Лизы.

– Смотри, какая прелесть, – вздохнула девочка, кивая на брошь в руке Кейлы.

Заметив ее интерес, женщина, словно очнувшись, приветливо улыбнулась.

– Эту брошь я сделала сама, – сказала она. – Если хотите, можете посмотреть поближе.

И она протянула девочке брошь.

– Если бы я была невестой, то выбрала бы именно эту брошь, – тихо призналась девочка, не в силах отвести взгляда от белых камней, внутри которых виднелись едва заметные синие прожилки, придававшие вещице особое изящество.