Читать книгу "Механика света"

Часовщик. Вот кто знал обо мне практически все.

Я уставилась в одну точку, пытаясь сообразить, не мог ли он приложить руку к событиям сегодняшней ночи? И с ужасом поняла – утверждать, что однозначно нет, не выходит.

Игнатий Петрович Вивель.

Очень давний и очень хороший знакомый отца. Из-за хронического недуга печени, при котором замечательно помогали здешние целебные воды, удачно успевший переехать в Ольховен еще до начала всех этих событий и гонений. Ну а когда те начались, не менее удачно устроивший все так, что о его профессии сильного механика никто почему-то не вспомнил. Кстати, провернуть такое тоже надо было суметь. Единственный человек, к которому я могла обратиться с просьбой о помощи сразу по приезде сюда и, естественно, за ней обратилась. А он не только помог устроиться в городе и решить последние формальности с домом, но и предложил вариант, как избавиться от преследующих меня проблем раз и навсегда. И я даже обещала над тем вариантом подумать.

Так что господин Вивель точно знал, где и как меня можно найти. И при этом не мог знать, что со вчерашнего дня в доме я уже не одна. Остался лишь вопрос: «зачем». Зачем бы ему устраивать мне такое?

Н-да… Ситуация.

Я наконец вспомнила, что именно держу в руках, быстро сунула прибор обратно в шкаф и пошла на кухню – варить кофе. В третий раз.

Но когда под окнами долгожданно заурчал знакомый мотор, немедленно бросила это дело, едва не опрокинув закипевшую посудину с напитком. И сама выскочила открыть Эльдару ворота каретного сарая, даже не пытаясь спрятать облегчение:

– Что? – захлопнув за въехавшей машиной створку и задвинув на место солидный засов, я развернулась к не спешившему выходить из нее помощнику. – Что случилось?!

– Холодно сегодня, – с трудом выговорил тот посиневшими губами. – А еще я авто заправил. На два с лишним червонца.

– Шутишь? – не сразу поверила я.

– Почему? – Эльдар попытался нащупать ручку дверцы. Безуспешно – занемевшие от холода пальцы все время соскакивали.

Не выдержав, я дернула ее со своей стороны, отчего тот едва не вывалился наружу.

– Я и правда здорово замерз, – с укоризной глянул он на меня, восстановив равновесие. – Кстати, не слишком практичная машина для нашего климата.

– Потом покажу, как тут верх поднять, чтобы вышло практичнее, – я вдруг перестала дергаться – вернулся, значит, все в порядке. – А пока идем в кухню – там кофе как раз вскипел.

– Кофе? Кофе это замечательно, – довольно прижмурился тот. – Особенно только что вскипевший.

***

После второй чашки оттаявший, наконец, помощник поведал, где был и почему вернулся в состоянии, близком к замороженному – дергать его с этим раньше у меня не хватило совести, хотя любопытство требовало выпотрошить жертву быстро и безжалостно.

– В общем, – сжалился Эльдар над нами обоими, – дорога туда и сама… операция прошли без проблем. Хуже пошло на обратном пути.

– Где именно? – поторопила я его, сообразив, что нам с любопытством он опять предпочел кофе, да еще и увлекся.

– Немного не доезжая до заправочной станции.

– Ага, – прикинула я в уме местную географию. – Той самой, где тебе попался листок с моим объявлением?

– Да. Потому и предпочел немного переждать и не соваться туда, где меня уже видели, когда заметил там сразу несколько авто, да еще в такой час. Хорошо хоть дорога подмерзла, ехал я из-за этого очень медленно и засек то сборище вовремя. Притормозил, осторожно сдал назад – до ближайшего проселка, убрался с дороги и решил пересидеть за кустами, пока они оттуда не укатят.

– Поэтому замерз? – спросила я, прикинув, как это ожидание могло выглядеть – в открытой-то машине.

– Не сразу, – качнул он головой. – Первые полчаса было не так уж страшно. Но потом да, замерз. И когда понял, что разъезжаться там не торопятся, попробовал добраться сюда кружным путем.

– Проселками? – уставилась на него я.

– Ну да, – подтвердили мне спокойно.

– Без карты?! Ночью, считай?

– Пришлось немного поплутать, – не стал отрицать Эльдар. – Но выбрался же, в конце концов, и совсем недалеко отсюда. А прежде чем возвращаться, решил узнать, что на той заправке вообще могло случиться. Вдруг имеет отношение к ночным событиям тут? Вот и вернулся, но уже с этой стороны, представив все так, будто меня отправили залить бак с утра пораньше.

– И как? – скептически глянула я на него. – Стоило оно того?

– Более чем, – Брашулов уставился в пустую чашку и я, уловив намек, долила ее в третий раз. А вот в меня уже не лезло.

– Там, похоже, какая-то засада под утро была, – отчитался Эльдар после очередного глотка. – Или полицейская облава, причем сразу на нескольких авто. Так что у нас в случае чего найдется теперь отличное алиби – я разминулся с ними при въезде, меня неплохо рассмотрели. И с какой стороны приехал – тоже.

– Н-ну… – протянула я. – Наверное и правда удачно.

– А потом, пока заливали бак, – продолжил он, – перекинулся парой слов с заправщиком – парень мне про них как раз и рассказал. Говорит, почти три часа кого-то ждали, но так и уехали ни с чем.

– Полагаешь, потому что их несостоявшихся гостей ты успел уже сбросить в расселину?

– Не исключено. Хотя на самом деле вариантов масса. Но все-таки странное совпадение, не находишь?

– Странное, – я всерьез задумалась, стоит ли говорить Эльдару про свои соображения насчет Вивеля.

– Лиза, – вклинился в мои размышления Брашулов, – а тут у тебя какого-нибудь печенья случайно нет?

– Увы, – развела я руками. – Но ты прав, прямо сегодня нужно насчет чего-нибудь в этом роде озаботится, а то я тоже не отказалась бы перекусить – проголодалась страшно.

– Ага, – кивнул Эльдар, глядя на меня преувеличенно серьезно, – Тогда я сейчас.

И всего через пару минут принес из гаража, поставив на стол, две консервные банки:

– Неприкосновенный запас. Мясная каша и сгущенка. Как будем делить?

– Ну, на что ты намекаешь – понятно, – улыбнулась я. – И все-таки предлагаю пополам – и то, и другое. Исключительно на сладенькое я не соглашусь, даже не надейся.

– Как скажешь, – усмехнулся он в ответ – впервые с момента нашего знакомства. И я вдруг поняла, что до этого его улыбки не видела вообще. Даже такой.

– Пугает? – Эльдар сообразил, от чего я замолчала и быстро развернулся профилем, здоровой стороной.

– Не очень, – честно призналась я. И не сразу, но все-таки решилась предложить: – Хочешь, посмотрю глаз? Он ведь тебя явно беспокоит.

– Ты?! – Эльдар не то чтобы удивился, напрягся скорее.

– Ну, как знаешь, – я отвернулась.

– Давай потом, ладно? – сообразил он, насколько меня обидело это неприкрытое недоверие.

– Давай, – пожала я плечами. – Тем более сейчас нам и в самом деле есть чем заняться.

– Визит на рынок? – вспомнил Эльдар вчерашний разговор, – Предлагаешь наведаться туда не дожидаясь полудня?

– Именно, раз уж нам все равно не спится. Но по дороге заглянем еще кое-куда. – Рассказывать ему о подозрениях относительно Вивеля, не переговорив для начала с ним самим, я все-таки не стала. Не тот случай, чтобы поднимать волну не разобравшись. Подставлять часовщика даже теоретически, если он к этой истории не причастен никаким боком, будет явно лишним. – И открывай уже свои консервы, сейчас найду, в чем их разогреть.

– Смотрю, сегодняшнее происшествие даже аппетит тебе не отбило?

– Нет, представь себе. Кажется, за последнюю неделю я начинаю привыкать к подобному. Да и таскать… свертки оказалось много легче, чем вкладывать револьвер в руку мертвецу, – на последнем слове меня передернуло. – В общем, еще пара таких происшествий, и я даже вздрагивать перестану.

– Не накличь, – очень серьезно глянул Эльдар. – Этим шутить не стоит.

Глава седьмая

Выглянувшее с рассветом солнышко быстро разогрело осенний воздух, на улице потеплело, и я передумала поднимать у машины верх – так показалось и правильнее, и… полезнее. Замечательно отвлекало от случившегося ночью в доме, помогая воспринимать весь тот ужас как приснившийся кошмар.

Без преграды в виде развернутой складной крыши и поднятых стекол, город виделся мне гораздо полнее, и до сих пор был непривычен в этом своем качестве тихой заштатной провинции.

Эльдар оказался хорошим водителем – умелым и осторожным. К тому же утром, гоняя по проселкам, он сумел неплохо приноровиться к новому для него авто, и сейчас, механически перекидывая руль, был занят совсем другим – старательно изображал прислугу. Ну а я, не менее старательно – барыньку. И кому из нас было при этом смешнее, даже не знаю.

В моем новом положении оказалась масса плюсов. Начиная с того, что осматриваться по сторонам, устроившись на заднем пассажирском сиденье, было несравнимо удобнее, чем спотыкаясь на неровных мостовых крутых улиц; и заканчивая немного завистливым почтением прохожих, уже больше не пытавшихся меня обобрать.

А еще… Не знаю, то ли день сегодня был такой – солнечный и празднично прозрачный, то ли ветерок, веявший со стороны бухты, оказался особенно ароматен и свеж, а может и настроение поменялось, но Ольховен впервые с тех пор, как я сюда приехала, стал напоминать мне тот город, к которому я привыкла с детства. То есть сам себя, а не жалкую пародию на престижный имперский курорт.

– Эльдар, вы бывали здесь раньше? – склонилась я к водителю, пока тот пропускал длинную повозку, груженную бочками – отвлекать его во время движения было рискованно.

– Пару раз, – откликнулся он, не поворачивая головы, – но очень недолго, проездом.

Больше спросить я ничего не успела: телега втянулась, наконец, в проулок, освободив нам путь, и Брашулов снова выжал педали, круто выворачивая руль. Чтобы через пару минут остановиться возле часового салона на одной из самых широких и роскошных улиц, которые здесь величали исключительно променадами:

– Прибыли, госпожа Крастова. Найти адрес и в самом деле оказалось несложно.

Помогая мне выйти Эльдар открыл, а потом закрыл дверцу, и уже тише, более привычным тоном поинтересовался:

– Мне с тобой? Или здесь остаться?

– Здесь, – без колебаний определилась я. – Не думаю, что задержусь надолго.

– Хорошо, – кивнул он и снова забрался на водительское сиденье, напоказ откинувшись на спинку с видом: буду ждать тебя, хозяйка, сколько потребуется.

Задавив неуместную улыбку, я потянула на себя массивную, но легко ходившую створку двери в салон и увидев, что внутри никого нет, позвала прямо от входа:

– Игнатий Петрович? Это Елизавета Крастова!

– Да-да, Елизавета Андреевна, – немедленно показался тот на пороге проема, ведущего в глубины подсобных помещений. – Ваш заказ готов, но придется подождать немного. Пару минут, не больше, хорошо?

– Конечно, – пожала я плечами, направляясь к витрине, чтобы скоротать эти минуты любуясь изящными, но очень надежными механизмами – дешевки в своем салоне Вивель не держал.

Аккуратно одетый невысокий толстячок улыбнулся мне еще раз, немного смущенно поправил пышную, почти не поседевшую гриву каштановых кудрей и плотно закрыл за собой дверь, прежде чем исчезнуть где-то в глубинах своего салона.

Не знаю, что меня насторожило – вроде бы ничего особенного он не сделал, но… Я вдруг отчетливо поняла, что там, внутри, у него кто-то есть. Еще один посетитель. И Вивель почему-то очень не хочет, чтобы мы встретились. Вот только в нервах забыл одну вещь…

Передумав разглядывать часы, я вернулась ко входу и так встала возле широкого витринного окна с видом на улицу, чтобы хорошо просматривался следующий в ряду подъезд. Потому что знала: живет часовщик в квартире над мастерской, но с отдельным входом как раз оттуда, а в подсобках, куда он сейчас ушел, есть прямой проход между ней и салоном. Когда-то давно, еще с отцом, мы бывали у него, и мне тогда устроили маленькую экскурсию.

Долго ждать не пришлось. Почти сразу соседняя дверь распахнулась, выпустив на улицу Вивеля вместе с крупным, но подтянутым господином лет пятидесяти в щегольской зеленой шляпе – в тон шелковому кашне, модно наброшенному поверх темно-коричневого пальто. Раньше я его никогда не видела – совершенно точно. Раскланявшись с хозяином, тот развернулся и неспешно зашагал по улице, обходя мою припаркованную машину. Я проводила его внимательным взглядом, на всякий случай постаравшись запомнить, и вдруг заметила через широкое стекло витрины странное. Эльдар, зацепив краем глаза этого господина, неожиданно согнулся на сиденье, словно рассматривая что-то внизу, у себя под ногами. Причем сделал это хоть и быстро, но очень естественно, умудрившись не привлечь внимание.

Непонятно. Может, и правда, что-то уронил?

Впрочем, ни размышлять, ни разглядывать эту пантомиму дальше времени не было – вот-вот вернется хозяин салона. И лучше бы ему не видеть меня возле окна. А еще… Не стану я, пожалуй, ни о чем его спрашивать, кроме как о своих заказах – уже готовом и новом, который лишь собиралась сделать. Что-то расхотелось мне вдруг откровенничать с почтенным Игнатием Петровичем.

– Лиза, деточка, – стремительно распахнул тот дверь, застав меня уже за разглядыванием тонких механизмов. – Извини, что заставил себя ждать, но как-то ты неожиданно…

***

Эльдар превзошел сам себя, изображая холуя, когда встретил меня на выходе из салона. Я аж поморщилась – переигрывать-то так зачем? Но усевшись на заднее сиденье, возмущаться вслух не стала, отвлекшись совсем на другие мысли – требовалось хоть как-то уложить в голове только что увиденное.

Итак. Зачем бы Вивелю устраивать эти странные пляски, пытаясь развести нас с гостем? Чтобы тот меня не увидел? Глупости. Если сам часовщик заметил меня еще с улицы, наверняка это успел сделать и господин в зеленой шляпе. Иначе не согласился бы вот так сразу куда-то бежать и прятаться, даже не спросив зачем. А начни он спрашивать, мы бы наверняка пересеклись еще в салоне, счет ведь шел на секунды, перед входом я особо не топталась. Значит, нет. Не оно.

Тогда, получается, чтобы гостя не увидела я? А смысл? Ведь он мне точно незнаком – слишком характерные и лицо, и фигура, чтобы я могла его не узнать. Ну увидела бы и увидела – всего лишь очередного посетителя магазина, не придав этому значения. Так в чем дело?

Или… Или в каких-то кругах он настолько известен, что позже я могла с ним пересечься и вспомнить сегодняшнюю встречу? Но тогда что в ней особенного?

Я так и не успела ничего по этому поводу решить, а мы уже подкатили к входу в крытый рынок – расстояния в Ольховене были совсем не столичные. Особенно если в твоем распоряжении авто с опытным водителем.

– Прошу вас, госпожа Крастова, – согнулся в очередном почти шутовском поклоне Эльдар, открывая пассажирскую дверцу. – Мне следовать за вами?

– Следуй, да, – рассеянно согласилась я. – И корзину не забудь, у меня на нее сегодня большие планы.

– Как прикажете, – раздалось в спину, но я уже нырнула в шумную и запашистую атмосферу торжища, разом утонув в ней с головой. Все-таки было в этом что-то притягательное – почувствовать себя частью пусть и не слишком большого, но густого и плотного людского водоворота.

– Мандар-р-рины! – неслось откуда-то слева с таким раскатистым «р», что невольно тянуло обернуться и проверить, прилагаются ли к нему еще пышные усы – по идее должны были.

– Тва-а-рог, тваражочек – вторили ему справа, но уже, наоборот, с мягким, сельским выговором. – Со смятанкой бярите, не пожалеете…

– Баранки, печенье, прянички! – зазывали где-то впереди и я, вспомнив наш утренний разговор за кофе, взяла курс именно на этот голос – пока опять про них не забыла:

– Эльдар, нам туда. Не отставайте.

– Как скажете, хозяйка, – все тем же странным тоном отозвался он, уверенно топая позади.

Я собралась было обернуться и попросить перестать, но едва не получила в лицо связкой веников, которую волок мимо высоченный, тонкий как жердь парень. Ладно, отложим пока разборки – сейчас актуальнее было смотреть по сторонам, чтобы не огрести чем-нибудь еще. И запоминать, откуда что кричат, чтобы ничего потом не упустить.

– Яблочки! Свежие, сладенькие! Моченые, кисленькие…

– Картошка, картошечка, налетай…

– Масло! Масло берите. Духовитое…

Да уж, духовитого здесь хватало. Местами, особенно в мясном ряду, аж нос тянуло прикрыть заодно с глазами – в котлетках-то все это и смотрелось, и пахло совершенно по-другому…

Час спустя мы снова оказались перед выходом на площадь, нагруженные почище верблюдов – причем речь не только о водителе.

– Фух, думаю, неделю минимум здесь теперь можно не появляться, – выдохнула я, сгружая кульки и свертки на сиденье, но так, чтобы осталось место и мне сесть рядом. – Тем более, и лишних денег на это теперь нет.

– Вконец разорились, барыня? – буркнул Эльдар, пристраивая тяжеленную корзину рядом с собой, на второе переднее сиденье.

И терпение у меня лопнуло.

Вроде бы и ничего особо не изменилось, он как изображал прислугу с самого утра, так и продолжал это делать, вот только веселья за дурацким спектаклем больше не чувствовалось.

– Эльдар, что случилось? – резко обернулась я к нему.

– Случилось? – он посмотрел одновременно и на меня и как бы сквозь – крайне неприятная привычка, заставившая вспомнить первое впечатление от нашего знакомства. – Нет, ничего. Так мы едем уже?

– Едем, – сдалась я, позволив открыть перед собой дверцу. – Поговорим дома, когда доберемся.

– Да, хозяйка, – в очередной раз отвесил он показной поклон, за которым теперь ощущалось что-то злое и едкое.

– Да что ж такое! – не выдержала я. – Тебя как подменили после встречи с тем типом в зеленой шляпе!

– Что? – Эльдар, уже открывший свою дверь, вдруг передумал, захлопнул ее, подошел вплотную и чуть перегнувшись через борт машины внимательно вгляделся мне в лицо. – Хочешь сказать, ты его не знаешь?

– Нет, – кажется, я начала о чем-то догадываться. – А, по-твоему, должна?

– Поговорим дома, – вернули мне мою же реплику, но плечи у помощника, когда он забрался-таки на водительское сиденье, ощутимо расслабились, и осанка перестала быть картонно жесткой.

«Что ж, поговорим, да. И очень подробно», – успела я подумать, прежде чем меня окликнули:

– Госпожа Крастова? Надо же, какая приятная неожиданность!

Глава восьмая

– Елизавета Андреевна, так ведь? – пронзительно синеглазый лейтенант от полиции стоял на ступенях возле входа в свой участок, механически крутил в руках большой и какой-то нарочито простецкий ключ от его двери и улыбался – то ли мне, то ли неожиданно солнечному и теплому деньку, выдавшемуся в самом конце осени.

– Д-да, – слегка растерялась я, потому что никак не могла вспомнить ни его имени, ни фамилии. А ведь тот вроде бы мне представлялся…

– Сергей Владимирович, – назвался он снова, каким-то образом вычислив мои затруднения, и тут же простил за рассеянность: – Ничего страшного.

И вот последнее мне совершенно не понравилось. Я уже собиралась сухо раскланяться и уехать, но, увы, умудрилась упустить момент, когда это можно было сделать безболезненно для вежливости.

– Вижу, сегодня у вас все в порядке, так? – быстрым, но внимательным взглядом оценил тот и машину, и водителя, и даже кучу свертков на сиденье рядом со мной. – Стоило, наверное, и в прошлый раз на авто приехать, не находите?

– Так вышло, – отмахнулась я успевшей полюбиться фразой, но вдруг перехватила острый взгляд Эльдара – тот словно хотел мне о чем-то сказать.

Сообразив, что я не понимаю, он быстро повел глазами в сторону полицейского… вернее, ключа, который тот продолжал вертеть в пальцах, и тут же снова уставился прямо перед собой – старательно изображая полную незаинтересованность ни в разговоре, ни в хозяйских делах вообще.

Я тоже глянула на этот ключ раз, второй… с третьего раза наконец дошло:

– Вы, Сергей Владимирович, смотрю, припозднились что-то? Или здесь у вас принято приходить на службу к полудню?

– А? – зачем-то подергал он так и не открытую дверь и вдруг смутился, отчего стал выглядеть еще моложе и еще симпатичнее: – Нет, не принято, вообще-то – приходим мы обычно прям с утра. Но сегодня почти всю ночь пришлось провести в разъездах, причем именно по службе, вот и сделали нам послабление.

– Злодеев ловили? – изобразила я чуть восторженное любопытство, но аккуратно, чтоб не переиграть и не спугнуть. Кого они там ловили, вернее, ждали, я и так уже догадалась. – Наверное, даже стреляли?

– Нет, не пришлось, – опять смутился полицейский и вдруг предложил: – Елизавета Андреевна, окажите честь, разрешите пригласить вас на завтрак. Хоть и поздновато немного, но я вам в качестве ответной любезности покажу лучшую кофейню в городе.

– И расскажете о своих ночных подвигах? – сделала я вид, будто раздумываю над предложением.

– Ну, если вы непременно настаиваете…

– Настаиваю, – улыбнулась я, тут же получив улыбку в ответ. – Именно что непременно.

– Тогда пойдемте, – еще раз продемонстрировали мне очаровательные ямочки на щеках. – Разрешите?

Лейтенант, открыв дверцу, галантно протянул мне руку, походя и равнодушно бросив Эльдару:

– А вы, голубчик, пока вон там постойте, чтобы не мешать тут.

Я незаметно покосилась на «голубчика» и едва удержалась от смеха, разглядев выражение его лица. Все-таки актер из Эльдара не очень, хоть он и старается. Слишком даже старается, я бы сказала. От того и переигрывает.

– Нам налево или направо? – отвлекла я от него совсем неглупого, пусть и не слишком опытного полицейского. – Надеюсь, это не очень далеко?

– Нет, тут рядом, – успокоил тот, немедленно переключаясь с машины на меня. – Тем более, что прогуляться в такую погоду будет одно удовольствие…

Ну мы и прогулялись, действительно недалеко – кофейня оказалась позади рынка, на параллельной улице. И едва перед нами открыли дверь, я поняла – идти сюда точно стоило: ароматы, уютной шалью окутавшие прямо с порога, говорили сами за себя, причем гораздо больше скромной вывески.

Кроме кофе пахло здесь хорошим шоколадом, ванилью и сдобой, только-только вынутой из печи. Настолько аппетитной, что у меня немедленно заурчало в желудке – все-таки наш с Эльдаром завтрак был сегодня, мягко говоря, скудноват. Оставалось лишь надеяться, что мой кавалер этих неприличных звуков не услышал – в заведении оказалось людно и шумно.

Публика, сидевшая за круглыми столиками, накрытыми скатертями с кружевным краем, говорила о классе кофейни даже красноречивее запахов. Все больше солидные господа и дамы, одетые со вкусом и показным достатком.

– Сергей Владимирович! – развернулся к нам грузный усач с профессиональной улыбкой. – Рад, рад опять видеть у себя.

– А вы здесь, смотрю, завсегдатай, – полюбопытствовала я, пока нас провожали к столику на двоих возле окна.

– Вы тоже им станете, уверяю, – ответил полицейский с таким расчетом, чтобы услышал и хозяин кофейни. – Это действительно лучшее место в городе.

– Уже верю, – не стала я спорить, ответив тоже громко – почему бы и не порадовать столь любезного человека? А вместо заказа попросила: – Принесите мне, пожалуйста, то, что считаете у себя лучшим.

– Конечно, – явно обрадовался тот и добавил, прежде чем раствориться, тактично оставив нас одних: – Пять минут и будет сделано.

– Ну а теперь рассказывайте, – попросила я, едва устроившись напротив полицейского. – Каким злодеям не удалось избежать сегодня тяжелой руки закона в вашем лице?

– Да не было на самом деле никаких подвигов, – в явном смущении передвинул тот подставку для салфеток. – Просто… Говорят, кому-то из начальства пришли сведения, что готовится похищение. И жертву потом повезут в столицу. Вот и выдернули всех, до кого добрались, чтобы перекрыть северный выезд из города.

– Ужас какой, – меня непритворно передернуло. – Но, как я понимаю, все-таки не повезли?

– Да не было скорее всего никакого похищения, – в сердцах чуть повысил голос полицейский, но тут же спохватился и сбавил тон – посетители начали недоуменно на него оборачиваться. – В общем, сдается, кто-то здорово повеселился за наш счет.

– Странно. Как же это ваше начальство допустило такое?

– Ну, – пожал он плечами, – вероятно, сведения оказались из такого источника, просто проигнорировать который было невозможно.

– Даже представить себе не могу подобный… источник. Да еще и здесь.

– Вот и я тоже не могу, – охотно согласился тот и сменил тему – нам как раз принесли заказ: – Но что это мы все про какие-то ужасы разговариваем? Для такого заведения они совсем не подходят. Расскажите лучше, вам больше по вкусу шоколадный крем или кастард?

– Пожалуй, я отведаю все, – решилась я, рассматривая тарелку с полудюжиной маленьких, но очаровательных пирожных, поставленную передо мной. – Выглядит восхитительно.

– На вкус будет еще лучше, – улыбнулся мне кавалер.

Хозяин заведения, решивший обслужить нас лично, словно фокусник снял с подноса последнюю вазочку с чем-то нежным и воздушно белым, и тоже улыбаясь добавил ее к заказу:

– Это комплемент от заведения, мне бы хотелось видеть вас здесь и дальше, госпожа…

– Крастова, – подсказал полицейский в ответ на вопросительный взгляд.

– Елизавета Петровна, – поправила я. – Буду рада, если станете называть меня так.

– Польщен, – кондитер опять одарил меня четко отмерянной порцией радости и поспешил ретироваться, увидев, что в нетерпении я уже запустила в десерт ложку. – Не стану вам мешать.

– Ум-м… – не удержалась я, отведав угощение и с уважением глядя на Сергея Владимировича, как раз выбиравшего, с которого из эклеров он начнет свой завтрак. – Не могу не признать, кофейня и в самом деле выше всяких похвал. Чем отблагодарить вас за такую находку?

– Ну, вы можете пообещать, что позволите еще раз пригласить вас куда-нибудь, – немедленно воспользовался тот случаем. Но сообразив, что слишком торопится, тут же добавил: – Или, скажем, поделитесь со мной последними новостями из столицы. Вы ведь оттуда приехали, так?

– Так, – не стала я отрицать очевидное, вспомнив, как пристально рассматривал он номера авто. – Но вы в ответ поделитесь местными слухами и происшествиями, идет?

– Идет, – охотно кивнул тот. – Только боюсь, обмен выйдет совсем не в вашу пользу. Какие тут у нас происшествия, право слово?

– Ну как же, людей вон похищают…

– Это глупость, а не происшествие, – слегка поморщился полицейский. – Обычно здесь ничего страшнее кражи сумочки не случается… Ох, простите, что напомнил о неприятном.

– Ничего-ничего. Этот случай скорей досадный, чем страшный. Так что продолжайте, пожалуйста, я вас слушаю…

За этим ничего не значащим разговором и вкуснейшими пирожными, мы и просидели следующие полчаса, после чего кавалер столь же галантно доставил меня обратно к авто, помог устроиться на заднем сиденье и передал заботам водителя:

– Вы, голубчик, поосторожней там на улицах. Не гоняйте. Очень уж они у нас крутые.

– Всенепременно, – буркнул Эльдар, уже трогая машину и отворачиваясь, чтобы его точно не услышали. – Как прикажете, мой генерал.

Я не выдержала и расплылась в улыбке, одновременно махнув рукой полицейскому – на прощание. И в итоге все вместе вышло даже уместно.

***

– Ну, и что тебе рассказал этот мальчик? – начал помощник едва мы вышли из авто – еще по дороге в кухню.

– Ну, и кто был тот тип в зеленой шляпе? – удачно скопировала я его тон, сваливая свертки на стол и прикидывая, с какой стороны подступиться к получившейся горе и начать ее разбирать.

Тот хмыкнул, но кивнул, признавая и мое право на любопытство:

– Будем бросать монетку кому начинать?

– Не будем. Просто пообещай мне, что потом тоже все обязательно расскажешь.

– Все – это очень растяжимое понятие, – пристально уставился он мне в лицо, игнорируя любимую привычку смотреть сквозь собеседника.

– Вот только не стоит делать вид, будто ты не понимаешь! – вспылила я.

– Боюсь, не понимаешь ты, – парировал Эльдар. – Впрочем, кто этот твой сегодняшний знакомец, рассказать обещаю.

– Он мне не знакомец!

– Хорошо, – покладисто кивнул он в ответ. – Расскажу, кто этот твой незнакомец.

Остро захотелось остроумца если и не прибить, то хотя бы хорошенечко стукнуть.

– Рассказывай, – потребовала я вместо этого, справившись с нервами и потянув на себя ароматный сверток с пряностями, отчего вся остальная гора на столе опасно закачалась.

– Прямо сейчас? – Эльдар поймал верхний кулек, готовый вот-вот съехать вниз и шлепнуться на пол, приоткрыл завернутый край бумаги и тут же выдал: – Печенье. Куда его?

– Вон в тот буфет, – ткнула я в угол, где стоял огромный шкаф с застекленными створками. – Там, кажется, банка под него должна быть. И да, рассказывай прямо сейчас!

– Хорошо, – пожал тот плечами: – Это господин… вернее, герр – Янис Скутвальссон. Посланник Сведии при императорском дворе. И сомневаюсь я, что в здешнем городишке он сейчас исключительно отдыхает – слишком хитрый лис для этого.

– А почему ты решил, что я должна его знать? – не на шутку растерялась я. – И, кстати, сам-то откуда с ним знаком?

– Пересекались, – небрежно отмахнулся тот от второго вопроса, переходя к главному: – А вот насчет тебя… Тут одним предложением не отделаешься.

– Ну так и не отделывайся, – я начала выкладывать ароматные красные яблоки в большую вазу, прикидывая, стоит ли добавить к ним мандаринов? Или те все-таки лучше сразу в ледник? – Мы куда-то торопимся?

– Торопимся, – буркнули мне в ответ, высыпая печенье в подходящую большую банку и присматривая в том же буфете посудину поменьше – для весового чая. – Это тебя пирожными угощали, а я сейчас очень даже не прочь перекусить. И побыстрее.

– Ясно, – усмехнулась я, – так вот чего ты такой злой? Оттого что голодный?

– А я злой? – искренне удивился Эльдар, отвлекаясь от процесса пересыпания чая. – Кстати, не знаешь, кофейные зерна где? Я бы и с ними заодно разобрался.

– Холщовый мешочек, – вспомнила я. – Серый такой, на столе посмотри. И да, недобрый точно. Не хочешь дождаться, пока обед доставят?

Тот глянул на деревянные ходики, тикавшие над дверью, прикинул время и покачал головой:

– Еще два часа? Нет уж, давай лучше снимем пробу с этого чая. И с этого печенья…

– И с этих яблок, – не стала я спорить, заканчивая распихивать кульки и кулечки в навесной шкаф возле плиты и в ледник – что куда. – Кстати, сыр и масло я тогда тоже убирать не буду?

– Нет, не убирай. А батон?

– Вот он, – вытащила я из хлебницы уже втиснутый туда длинный пахучий багет, переломленный пополам. – Воду на чай сейчас тоже поставлю.

– Я сам, – Эльдар перехватил у меня тяжелую медную посудину и понес наполнять водой. – А вот плиту лучше ты раскочегарь – не доверяю этим вашим механическим штучкам.

– Оно и видно, – покосилась я на его левый глаз, но спорить не стала – плита в доме и в самом деле оказалась, что называется, с норовом, даже я справилась с ней далеко не сразу. Но зато теперь точно знала, что и как делать, чтобы избежать проблем. А плюсом, пока с ней разбиралась, еще и чуток подпитала силой, так что «раскочегарилось» у меня все в два счета.