» » » онлайн чтение - страница 1


  • Текст добавлен: 24 сентября 2020, 10:42


Автор книги: Юлия Михалкова


Жанр: Секс и семейная психология, Книги по психологии


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Юлия Михалкова
Не говори мужчинам «НЕТ!»

© Михалкова Ю., текст, 2020

© ООО «Издательство АСТ»

Вступление

Раз-два-три. Итак. С чего бы начать?

Начну, пожалуй, с того, что в глазах моей аудитории, в том числе вас, дорогой читатель, я совсем не похожа на человека, который способен написать книгу. Максимум – пост в «Инстаграме».

У нас ведь как – если ты выпустил книжку, то здесь одно из двух: ты либо писатель – умный, проницательный, интеллектуальный, блестяще владеющий русским языком (Сорокин, не меньше), либо ты настолько успешный и популярный «суперстар», что одно лишь твое фото на обложке продаст любое содержание, написанное студентами Литинститута по цене десять копеек за знак. Или пятнадцать.

Сейчас, сидя с бокалом шампанского перед белоснежной клавиатурой, я готова сделать признание. Я – не писатель! Прекрасно это понимаю и не претендую на лавры Набокова, Бунина и Пастернака. У меня – свой Олимп.

Кто же я тогда? Я – актриса. А еще – общительный человек, и жизнь моя полна комизма, драматизма и невероятных знакомств. Преимущественно с мужчинами.

Мужчины-мужчины-мужчины. Иногда мне кажется, что мы, женщины, не до конца понимаем всего сакрального смысла того, что мужчины находятся возле нас. Для одних – это источник любви, для других – денег, плотских утех, залог успешной карьеры, прекрасной семьи и многого другого. Казалось бы, для всех женщин мужчина играет свою, строго индивидуальную роль.

Я задалась вопросом: есть ли какое-то максимально универсальное объяснение, какова роль мужчины в жизни женщины? Ну вот зачем он нужен, мужчина этот, в брючках, шортиках, с усами или без.

И тут я вспомнила историю. Однажды, года четыре назад, после концерта ко мне на сцене подошел интеллигентный, почтенного возраста мужчина и сказал, как мне тогда показалось, странную фразу:

– Юлия, знаете ли вы, что общего между актрисой, вами, например, и мной, доктором математических наук?

Во, думаю, какой интересный маневр для знакомства – что-то новое, впервые такое слышу. Любопытство взяло верх.

– Нет, даже не представляю, – ответила я с интересом.

– Общее в том, что у нас отлично развито пространственное воображение. Вы живете в трех измерениях сцены: ширина, высота, глубина. Или – смысл, звук, цвет. У вас все раскладывается на три. Поэтому вы, артисты, – как вольные птицы в небе. А мы, математики, знаете ли, те еще фантазеры, мы жонглируем пространствами, придуманными мирами…

– Как интере-е-есно, – слегка наклонив голову, протянула я.

– Так вот, отсюда – следствие. Мы с вами самые сильные люди, устойчивые к разным обстоятельствам.

– Как так, почему?

– Потому что самая устойчивая позиция достигается опорой на три точки. Чистая математика.

– Может, вам автограф?

– Да, пожалуйста, мне для внучки. Спасибо. Юля, никогда не забывайте цифру три. До свидания.


Сейчас я вспомнила этот диалог, и меня осенило. Точно! Достала блокнот и начала в нем рисовать – люблю так делать, когда пытаюсь подумать над чем-то сложным, запутанным.

Рассуждаю: что формирует женщину? Что делает ее такой, какая она есть в данный момент? Надо найти три самых важных точки опоры!

Первое – это, понятно, ее прошлый опыт. Он, как правило, определяет ее нынешнее состояние и планы на будущее. Вообще, день сегодняшний – это постоянное уравновешивание груза собственной истории с бесконечно легким и неудержимым стремлением вверх, вперед. «Сегодня» – это компромисс между вчера и завтра. В общем, время формирует женщину.

Хорошо. Второе. Сегодня я живу в Москве и начинаю четко замечать, что среда влияет на женщину. Большая разница, где она живет: в столице, крупном городе или в деревне, в глуши, в Саратове. Пространство – вот что влияет на женщину.

Третье. Нужно третье! Ну, конечно. Один из принципов театрального искусства – борьба противоположностей. Женщина. Кто ее антагонист? Мужчина. Мир мужчин, их влияние, их наличие или отсутствие – вот она, третья составляющая женского пространства.

Мужчины, как пуговки, стягивают ткань пространства по фасону времени в один прекрасный наряд жизни женщины. Для каждой женщины мужчина – это такое явление, которое делает ее жизнь устойчивой и осмысленной. Каким именно образом делает – второй вопрос.

В этой книге я хочу наглядно доказать вам эту любопытную идею. Расскажу про свое прошлое и то, как оно повлияло на будущее, про ценность перемещений по территории необъятной России, и какую ключевую, связующую роль в этом играли мальчишки, парни, мужчины и седовласые старцы – из «Уральских Пельменей», зрителей, политиков и просто случайных встречных.

Итак, это мой первый сольный литературный концерт. Занавес открывается. Ваши аплодисменты. Поговорим о цифре три.

Глава 1. Про что я вспомню, а про что – умолчу?

Перед каждым концертом или фильмом организаторы всегда делают оговорки. Чаще всего информируют об ограничениях по возрасту. В фойе кинотеатра примерно так: сюда можно с детьми от шести лет, а вот фильм, пожалуйста, для тех, кому старше четырнадцати – просим-просим. Нет, сюда детям нельзя, строго «восемнадцать плюс». А здесь? А здесь, товарищи, уже отделение Пенсионного фонда. «Пятьдесят пять плюс». А, уже пятьдесят? Так скоро и сорок пять будет. Так, кто моложе, проходите мимо, еще успеете.

В своей книге я тоже хочу сделать несколько ремарок относительно того, о чем буду рассказывать, а что останется тайной.

Итак. Если спросить, например, в метро: «Кто такая Юля Михалкова?», то люди в возрасте от 6 до 66 лет произнесут словосочетание «Уральские Пельмени». Этот юмористический коллектив из Екатеринбурга на десять лет стал для меня домом, семьей, школой, надежной опорой. Информационную справку о «Пельменях» я дам чуть ниже.

Я не лукавила и не кокетничала, когда время от времени в «Инстаграме» и в интервью мощному глянцу говорила, что «Пельмени» – это для меня вся жизнь. Так и есть. Не только коллектив, но и в целом работа артиста – вся жизнь.

В «Пельменях» все десять лет я училась. Общаться, чувствовать, играть. Все десять лет очаровывалась и разочаровывалась в людях, начала понимать, что такое хорошо, а что – так себе. В первую очередь, это касается мужчин.

В 2009 году пришла туда восторженной девчонкой. В 2019-м – покинула уверенной в себе женщиной с четким пониманием, кто я такая и чего хочу.

Это десятилетие стало яркой страницей моей жизни. А для самого коллектива – периодом расцвета.

Я расскажу о том, чему меня научила работа в исключительно мужском коллективе, где девушка – актриса – это как модный галстук джентльмена. Красивая, обязательная вещь, подчеркивающая уникальность в диалоге с другими мужиками.

Я вспомню истории, диалоги, чувства, обиды и мгновения радости. Героев историй скрывать не буду, выскажусь, как есть.

Но умолчу про секреты, которые обещала Андрею Рожкову, Диме Брекоткину, Соколу хранить вечно. Меня в детстве учили, что у секретов нет срока давности, и «сдавать» их нельзя никогда, ни за какие коврижки.

Я познакомлю вас с мужчинами из коллектива и расскажу о зрителях. Зрители – отдельная линия повествования. По большому счету, мужская аудитория «Пельменей» – это срез современного мужского общества России.

Персонажи были самые разные. Робкие, наглые, добрые, озлобленные, сгорающие от страсти и страдающие от тоски. Как-то я в «Инстаграме» писала о том, как после каждого концерта получала пачки записок с неприличными предложениями, а потом устраивала костер из этих бумажек. Таких историй много.

Отдельная часть книги будет посвящена моему политическому периоду – двум попыткам поучаствовать в выборах. Это было важной частью моей жизни, благодаря которой лично я сделала много интересных открытий о мире мужчин из числа политиков, а также о том, как красивой девушке выживать в условиях жестокой предвыборной конкуренции.

Однако в отличие от рассказов про «Уральские Пельмени», где я намерена говорить прямо и открыто, про политику придется высказываться метафорично, не произнося фамилий и мест событий.

Сюжетная линия может внезапно затронуть достаточно высокопоставленных и авторитетных людей, которые до сих пор у власти. Кто-то из них дал мне мудрые советы, уберег от ошибок, кто-то, скажем так, не оставил в моей жизни приятных воспоминаний, дал повод разочароваться в человечестве, в мужчинах в частности. Тем не менее каждому из них я давала слово: «Все, что мы сказали друг другу в кабинете – останется в этих стенах. Рот на замке».

Это – вопрос принципа.

Глава 2. Почему я мало говорила про свои отношения с мужчинами?

Волнуюсь. Мне предстоит рассказывать про мужчин, хотя эту часть жизни я всегда старалась держать в тени. Сколько бы ни спрашивали у меня журналисты о личных или рабочих моментах, я всегда отшучивалась или уводила разговор в другую сторону.

Почему так происходит? Дело не в стеснении. Хотя это чувство мне знакомо. Я – публичный человек, актриса. Мой «Инстаграм» ежедневно просматривают десятки тысяч человек. Видео на YouTube с моим участием набирают миллионы просмотров. Журналисты (спасибо им за это) внимательно выискивают темы про меня. Потому что фамилия «Михалкова» отлично «кликается». Этот водоворот внимания от невообразимого количества незнакомых мне людей вызывает ощущение, что меня ежеминутно рассматривают под микроскопом.

Плохо ли это? Я бы ответила так: необходимо. Внимание зрителя, обратная реакция от него для артиста является своего рода энергетиком. Я заряжаюсь от аплодисментов, от каждой просьбы сделать совместное сэлфи, от каждого комментария в социальных сетях – несмотря на то, что там далеко не все доброжелательны, но это не так важно. Для артиста любая реакция зрителя хороша. И похвала, и критика. Безразличие – это плохо. Равнодушие – это смерть.

Но чтобы окончательно себя не потерять, не слиться с маской своего героя, чтобы не получилось ситуации, как в фильме «Внутренняя империя» Линча, необходим выход в реальность, в какой-то скрытый от всех закуток только твоей повседневной жизни. Он не должен быть заметен для зрителя. Это интимное пространство, или, как говорят американцы – «прайвеси».

Такой закуток для меня – моя личная жизнь и вопросы веры. Здесь же «живут» все мои реальные искренние чувства. Наличие этой тайны – по сути, единственная страховка для меня, как для творческого человека, чтобы не сойти с ума. А в мире искусства, поверьте, это может произойти очень быстро и незаметно для артиста. Надо быть внимательнее к самому себе.

Я могу точно сказать, что вы нигде не найдете ни фотографий, ни точных описаний, например, моей спальни. Кто мои близкие друзья? Это тоже скрыто от глаз. Какие чувства я на самом деле испытываю по отношению к бывшим коллегам из «Пельменей»? Об этом тоже нигде нет точных сведений.

Лишь иногда я позволяю себе приоткрыть шторки в окне моего закутка, чтобы любопытный зритель смог насладиться чувством обладания тайной. Продолжая метафору, скажу, что эта книга, может быть, в первый и последний раз не приоткроет, а широко распахнет эти шторы.

Глава 3. Детство. Парни. Первые выводы

В детстве меня учили никогда не разговаривать с незнакомцами. Но иногда, по воле случая, первый встречный может превратиться в друга. Гастроли «Уральских Пельменей» проходят по всей России. И если из Москвы в Тверь можно доехать на комфортном автобусе, то до Красноярска или Иркутска мы добирались исключительно самолетом, часто – бизнес-классом, который в итоге становился тем магическим местом, где за пять-семь часов полета случайные соседи к моменту приземления становились почти что давними знакомыми.

Интерес к истории места плавно подвел меня к пробуждению любопытства в отношении собственной судьбы. Признаюсь, первые четверть века своей яркой жизни я абсолютно не задумывалась о том, какой была в детстве и почему стала такой, какая есть. Вообще, для меня восприятие времени сжималось от воспоминаний о прошедших недавно концертах до планирования предстоящего отпуска. В целом получался отрезок месяцев в шесть-восемь.

Кто повлиял на меня?

Однажды я летела из Москвы куда-то далеко в Сибирь. В иллюминатор било солнце, спать не хотелось. В «бизнесе» рядом со мной сел мужчина примерно пятидесяти лет, весь в черном: от носков до кепки. Очки – черные, даже кольцо на пальце – черное. Странно, что маникюра не было. Черного.

Вежливые стюардессы предложили напитки. Мы оба согласились. После второго стаканчика вина было глупо сохранять молчание.

– Вы какой-то такой весь одноцветный. Всегда так ходите? – достаточно бестактно нарушила я тишину.

– Нет, я только в самолетах так, – пробормотал он. – Это не какой-то каприз, а следствие событий моего прошлого, весьма невеселого. Вообще, вы знаете, есть такая фраза: «День сегодняшний есть следствие дня вчерашнего». Она принадлежит замечательному человеку, романтику. Куваеву. Прелесть фразы – в ее универсальности. Она подходит для каждого человека.

– И даже для меня? – поинтересовалась я. – Вы вправду думаете, что события нашего прошлого так сильно влияют на будущее? То есть ты на завтрак в детском саду кашу манную плохо ел, поэтому у тебя нет аншлагов на концерте?

– Примерно так, – не отступал готичный сосед. – Для вас, женщин, это тем более справедливо. Вообще, вы не задумывались о том, что вся жизнь женщины, история ее становления – это череда встреч с мужским миром? И речь не только о мужиках – тут все просто. Я более широко рассуждаю: предметы, места, занятия – все из мира мужчин.

– Про место не поняла.

– Вы откуда?

– Из Екатеринбурга.

– Слово мужского рода. Основали этот город два славных парня в камзолах. Назвали в честь женщины, которую никогда в глаза не видели. Это что за безответная любовь? Вот так город себя в итоге и ведет, как безответно влюбленный мужчина. Иногда капризный, – прохрипел он, глядя мне в лицо, – и систематически впадающий в меланхолию, переходящую в приступы бунтарства. Тяжело, наверное, у вас живется женщинам.

Мы разменяли четвертый бокал вина. Перелетая Уральские горы, он продолжил:

– Вообще, человечество на протяжении всей своей истории питается энергией межгендерных отношений. Мужчины всюду ищут женщин и наоборот. При каждом контакте – искра, изменение траектории, чувство, секс, любовь, эмоция и, самое главное, смысл жизни! И чем больше таких искр – тем ярче, здоровее и продолжительнее жизнь человечества. Поэтому каждая новость про феминизм заставляет меня плакать. Как на поминках.

– Да нормально у нас в Екатеринбурге женщинам живется. Салоны красоты хорошие есть. Караоке. Парни классные. КВН веселый. А вы сами откуда?

– Москва. Наша главная женщина. Сердце российской земли. Как там поется, помните? «Ты нежданных гостей принимаешь…»

– «… как любимых своих сыновей», – внезапно вспомнила я известную песню.

– Вот! Скоро на снижение пойдем. На посошок?

– На посошок!

Таинственный черный человек оказался прав.

После того разговора я стала пристально присматриваться к эпизодам своего детства. Я помню не все. Но в памяти отпечатались вспышки событий, которые – вы не поверите – так или иначе связаны с мужским миром. И в результате мой ретроспективный горизонт расширился до детсадовских времен. Прогресс – колоссальный.

Мы рождаемся маленькими комочками, и порой единственное, что нас отличает друг от друга, это рост, вес, цвет глаз. В остальном мы одинаковы, особенно в вопросах восприятия внешнего мира.

Чем старше мы становимся, тем больше водораздел между нами. Мы, словно галактики во Вселенной, все дальше и дальше разлетаемся, отходим в своем развитии от какого-то единого стандарта.

А все потому, что растем мы в разных сообществах. У каждого своя семья, дворовая компания, тусовка в классе, команда КВН. Общаясь и постигая мир, дети становятся разными. И, как следствие, взрослые тоже вырастают разными. Поэтому, чтобы рассказать, что я за личность, и ответить на вопрос, как я научилась работать и общаться с мужчинами, проведу для вас короткую экскурсию по своим детским годам.

Кто меня воспитал? Самые важные практические советы, стержневые, мне дала бабушка. Она казалась мне каким-то супергероем. С нее хотелось брать пример. И, как мне сегодня кажется, я смогла сделать правильные выводы из общения с ней и сохранить им верность на все последующие годы. Именно поэтому я хочу рассказать о ней чуть подробнее. Человек, который направил меня, куда надо.

Бабушка. Сегодня она жива лишь в моем сердце, но я до сих пор ее безгранично люблю.

В нашем городе – Верхней Пышме – она была известным, уважаемым человеком: почетный гражданин города, заслуженный строитель. Яркий представитель поколения созидателей, тех, кто в послевоенные годы поднимал страну из руин. Про таких говорят: «Гвозди б делать из этих людей».

Сегодня, сидя в уютных кафе и листая модный «Инстаграм», трудно даже приблизительно представить себе разруху и разгром, оставшиеся после войны. Это, как если бы в квартире одновременно случился пожар, потоп, взрыв газа и капитальный ремонт.

После Победы активно строилось жилье, больницы, дома культуры, заводы, дороги. Поколение моей бабушки жило ярко, насыщенно. Для них война еще не стала страницей истории. Сороковые только-только завершились. И послевоенная реальность определяла настоящее этих людей, в том числе моей бабушки.

Они любили жизнь. Ни деньги, ни статус – ничто не имело такого значения, как обычная мирная жизнь. «Жив-здоров, и слава богу», – вот ключевая фраза, в которой отражена основная ценность того поколения.

Они с чувством проживали каждый день. Не загадывали далеко вперед, не пребывали в розовых мечтах. Как-то, во время очередного политического спора с молодыми друзьями, мне сказали: «То поколение жило в постоянных иллюзиях о том, что вот-вот наступит этот их коммунизм». Не было такого. Конечно, люди мечтали. Но это были не праздные мечты, не обломовщина. Это был образ желаемого будущего. И хотели они немногого, простых вещей, которые мы и сегодня часто желаем друг другу, но делаем это как-то автоматически, не вкладывая всей глубины смысла в слова. Они хотели мира на Земле, светлой, чистой, честной любви, чтобы все были здоровы и счастливы. И чтобы будущие поколения никогда не познали горечи войны.

Но их слова были обращены не куда-то в воздух или к мифическому собеседнику. Нет. Это было пожелание самим себе. Они понимали, что только своим трудом смогут всего этого добиться. Поэтому они не ленились, не отвлекались на суету, избегали бессмысленных вещей. Потратить час жизни попусту – непозволительно. И даже оскорбительно для самого себя.

Они не тратили нервы на чепуху, не страдали из-за ерунды. У того поколения вообще был совершенно иной эмоциональный масштаб. Что для них трагедия? Война. Потеря близкого человека. Остальное – дело житейское.

А теперь давайте посмотрим на современное поколение. Я не могу говорить за всех, но сужу на уровне наблюдений. Масштаб переживаний совсем иной. Парень бросил – трагедия. Такси на 10 минут опоздало – трагедия. Собеседник повысил голос – трагедия. Мы из всего делаем трагедию, тем самым обесценивая чувства.

Точно так же с любовью. Раньше это было чувство – раз и навсегда. Это ответственность и взаимные обязательства. Любовь и семья – синонимы. Произнесенные вслух слова «я тебя люблю» были результатом серьезнейших внутренних переживаний. Сейчас эту фразу говорят чаще, чем моют руки.

Каждая минута для моей бабушки обладала смыслом, каждая секунда – ценностью.

Масштаб переживаемых трагедий определяет глубину творчества. Как-то раз мы с бабушкой говорили на эту тему. Она мне сказала: «Юля, наше поколение, миллионы простых людей, с таким трудом защитили мир, такую цену заплатили… У наших друзей из Смоленска в семье было 12 человек, после войны осталось только трое. Невообразимая цена. Ради чего все это? Чтобы потом бездельничать и плевать в потолок? Нет!»

Сложный вопрос – ради чего все тогда было? Даже спустя 75 лет после Победы. Общаясь со сверстниками, приятелями из более молодого поколения, я встречаю расхожее мнение, что раз мы тогда победили, то теперь можем делать все, что захотим: «Спасибо, мы получили свободу». В принципе, не могу сказать, что они не правы. Но моя бабушка в разговорах со мной всегда делала другой акцент. Свобода – конечно, да. Но, в первую очередь, мы получили возможность, шанс сделать что-то полезное.

В общем, тогда люди смотрели вперед, учились у прошлого. Но жили сегодня. Здесь и сейчас.

При этом я всегда удивлялась, как бабушка смогла сохранить в себе женственность. У нее были широкие ладони, крепкие руки – вилку пальцами гнула. Уверенная походка. Командный голос и стальная, какая-то офицерская невозмутимость, она была настоящим трудоголиком. Со стороны посмотришь – «бой-баба».

При этом она всегда оставалась настоящей леди. Женщиной с большой буквы. С удивительным чувством прекрасного, чувством стиля и вкуса.

С детства, когда я только-только начала осознавать свой пол, бабушка часто говорила мне, что девочка должна всегда оставаться девочкой: красивой, элегантной и гордой. Это то, что никто и никогда не сможет у тебя отобрать. Платье могут украсть, время заберет молодость, работа – силы. Но женственность – это богатство, которое всегда останется с тобой.

На мой взгляд, большую ошибку совершают женщины, которые начинают противопоставлять себя мужчинам. Мол, они такие, поэтому мы должны быть другими. Они – суровые, а мы, значит, нежные. Они сильные, а мы – слабые. Или ставить себя на один уровень с ними: «Дайте нам такие же права, дайте-дайте». Все это неизбежно приводит к тому, что человек женского пола начинает считать себя выше мужчины, унижая его достоинство и умаляя место в истории.

Такой образ мыслей, на мой взгляд, приводит к разочарованию не столько в мужчинах, сколько в самой себе. Почему? Потому что, когда мы начинаем искать свое место рядом с мужчиной исключительно в вертикальной плоскости – выше, ниже или глаза в глаза, то ставим перед собой недостижимую цель. Казалось бы, ну вот же она. Да, только между нами – река глубокая, а ты – в лыжи обутая. Видишь, но не дойдешь. Конечно, можно зимы дождаться, по льду перейти. Но с нашим-то климатом и глобальным потеплением… В общем, не вариант!

Тем не менее, если поразмыслить, то даже отрицающие мужчин женщины продолжают жить относительно полноценной жизнью, потому что у них все равно есть третья точка опоры. Просто отсутствующий физически мужчина превращается в женской голове в виртуального «мужика» – яростного антагониста, в значительной степени управляющего поступками и мотивациями носительницы головы, в которой он живет.

Женщина – это неотъемлемая часть человечества. Как и мужчина. Я бы тут такую аналогию провела. Человечество – это часы. Женщины и мужчины – шестеренки. Можно ли сказать, что какая-то из шестеренок важнее всех остальных? Нет.

Еще одна важная мысль от бабушки: «Кто бы что, девочка моя, ни говорил, но внешность очень важна». Бабушка позволяла мне экспериментировать с одеждой, поддерживала мое стремление к красоте, воспитывала вкус. Впоследствии эти эксперименты приобретали самые невероятные формы.

Сколько раз я сталкивалась с девчонками, которые самонадеянно считали, что внешность – не главное, важен богатый внутренний мир. Да кто ж спорит! Но любовь к Ницше не противоречит качественному маникюру, регулярным походам в СПА и покупке брендовых вещей. Более того, появись сейчас перед нами этот Ницше, он бы испытал далеко не только философское удовольствие от созерцания красивой, ухоженной, модной современной девушки.

Бабушка, кстати, продолжая свою мысль про внешность, говорила: «Нельзя противопоставлять ум и красоту. Они вполне могут друг друга дополнять».

Интеллектуальное самоотречение, добровольная аскеза, когда смысл жизни в книгах, постижении тайных смыслов и бесконечном путешествии за горизонт внутреннего мира… У меня было три таких подруги. Ровно три. И вот что я вам скажу, дорогой читатель. Такой вот уход в интеллектуальную работу, что называется, с головой, имеет только одну причину: потеря веры в собственную внешнюю красоту. Парень бросил – сразу вывод: «Я некрасивая». Глупее не придумать. Бывает, что девочка стесняется своей внешности. Ей кажется, что у нее ноги длинные, руки короткие, глаза маленькие, грудь какого-то не такого размера. И все, ставит на себе крест, посвящая 24 часа в сутки науке, например. Но ведь это в корне неправильно. Я всю свою жизнь кладу на алтарь искусства, сцена для меня – все. При этом я умею следить за собой. Тут никто не поспорит. А кто сомневается – зайдите в мой «Инстаграм». И не забудьте подписаться и поставить пару лайков.

Есть обратная ситуация, когда девушка начинает строить стену между умом и красотой. Сперва ей математичка сказала, что геометрия – это не ее, потом у одноклассницы за контрольную – «пять», а у нее – «три» с минусом. И это накладывается на повышенный интерес со стороны парней. Отсюда самый простой, но тоже недалекий вывод о том, что если ты красивая, то умной быть необязательно. И, махнув рукой на собственное интеллектуальное развитие, девушка все свое время посвящает внешнему самосовершенствованию, получая «маникюр головного мозга».

Глупость! Никто не требует от вас становиться великой Софьей Ковалевской, которая, кстати, была красавицей. В вопросе соотношения красоты и ума меня больше всего привлекает история Ады Лавлейс – дочери английского поэта Джорджа Байрона и увлеченной математикой красавицы Анны-Изабеллы.

Ада воспитывалась в безупречных стандартах красоты того времени – дорогие ткани, изящная мебель, изысканная еда, светское общество, знакомство с монаршей семьей. Однако от падения в бездну гедонизма ее удержало увлечение наукой. Ее наставницей стала Мэри Сомервилль, которая известна не только внимательным отношением к собственной внешности, но и переводом «Трактата о небесной механике» Лапласа. Семья и учителя Ады методично пресекали любую попытку поставить стену между красотой и умом. Это две прекрасные стихии – и важен их союз, а не война.

В истории Ада Лавлейс осталась, как невероятной красоты женщина и… первый программист. Именно она еще в первой половине девятнадцатого века предположила, что в далеком будущем вычислительная машина сможет самостоятельно писать музыку. Невероятный человек. Так что, когда вы вновь зададитесь вопросом: «Я красивая или умная?», просто вспомните Аду.

В свой адрес я, кстати, нередко слышу, что я красивая и, как бы это деликатнее сказать, не особенно глубокая девушка. Конечно, люди ориентируются на мой сценический образ, и одно время меня сильно огорчало и злило такое мнение. Сегодня я отношусь с пониманием к таким заявлениям. Не могу же я отказывать людям жить в иллюзиях. Пусть!


Мое первое воспоминание – мне было три года, не больше. Я должна была прочитать стихотворение на новогоднем утреннике в детском саду. Это, наверное, был мой первый выход на сцену, и, конечно, было очень волнительно выступать перед бесконечными снежинками, гномами, котиками, собачками и космонавтами – тогда не наблюдалось особого разнообразия в тематике детских новогодних костюмов. Зато все они были сделаны с душой, руками родителей. И если на празднике было десять фей, у каждой из них было платье оригинального фасона и расцветки.

Сейчас традиция родительского рукоделия пропадает. В магазинах можно найти новогодний костюмчик или платье на любой вкус. А тогда – шили сами. Вручную. По ночам. Из штор, обрезков тканей, старого пальто. Что было под рукой – все шло в дело.

Хорошо помню, как за несколько дней до утренника мама взялась шить мне новое платьишко. Специально достала откуда-то немного драпа – жуткий дефицит! Крутила меня, вертела, снимая мерки. А я повторяла: «Мама, ты мне главное цветочек пришей спереди. Это красиво».

За окном была декабрьская тьма, ветер стучался в окно. Но в комнате от желтой лампы разливалось тепло, было уютно. Мама шила, бабушка что-то подсказывала. А я стояла в теплых тапочках посреди квартиры и мечтала о новом наряде. Помню, как мне хотели добавить к платью парик. Не то рыжий, не то сиреневый, с блестками. Мама говорила: «Юля, ты девочка, которая у нас всегда поет, будешь как Алла Пугачева». Я, конечно, протестовала, потому что в памяти застряла серия из «Ну, погоди!», где заяц пел на сцене в таком вот парике. Нет-нет-нет! Берите бигуди, делайте мне кудри из того, что есть!

В общем, если верить воспоминаниям, детство у меня начиналось красиво. В платьишке.

Вот что интересно. Я точно помню, что в те годы у меня в голове не существовало разделения на мальчиков и девочек. Для меня все сверстники были просто дети. Только лет в семь-восемь жизнь моя начала стремительно меняться, заиграла новыми красками. Первая революция моего сознания пришлась на период учебы во втором классе общеобразовательной школы номер два города Верхняя Пышма. Именно тогда я впервые начала замечать, что мальчики – это не просто «Вася, Петя, мой дружок», с которыми мы гуляли и лазили по деревьям, баловались и по весне пускали кораблики в ручейках. Я начала видеть в них… как бы так сказать… интересных людей, чей образ мыслей сильно отличается от девчачьего. Очень сильно.

А дело был так. Водилась я с местным хулиганом Федькой, старше меня на год. Для своих девяти лет он был красавчиком. Ходил в футболке с надписью «KARATE» и фанател от Брюса Ли. Как я поняла, этот иностранный парень тоже любил подраться.

Вообще, в те времена для детей нашего района умение драться было важным, а иногда и решающим. Время жесткое, воздух наэлектризованный. «Лихие девяностые». И еще какие лихие. Это чувствовали даже дети. За себя надо было уметь постоять, но сделать это по правилам реальной жизни, а не в «Вконтакте».

Мне иногда присылают ссылки на новости о том, как школьники гурьбой побили одноклассника. Я очень расстраиваюсь. Это же чудовищно. Страшно. Но не потому, что парни дерутся – это как раз нормально, человечество всю свою историю дерется. Страшно, когда размываются, растворяются правила, как говорили у нас во дворе, «понятия». Вот взяли – и втроем побили одного. Или заведомо слабого. В наше время это стало бы несмываемым позором и потерей лица. И у девчонок уважения такие драчуны не вызывали. Все прекрасно понимали, что у мальчишек бывают ситуации, когда вопрос решают только кулаки. Но если драться, то только один на один. И с равным.

Девочки себя в обиду тоже не давали.

Федя умел постоять за себя, но при этом был невероятным романтиком – это я сейчас понимаю. Нежнейшей, тончайшей души человек, в отличие от парней его возраста, которые для привлечения внимания понравившейся девчонки предпочитали пинать ее портфель, отбирать учебники, стрелять жеваной бумагой и выказывать бомбическое презрение. Считалось, что такими эпатажными поступками они обратят на себя внимание, и девочка будет млеть. Предмет обожания (предмет!) внимание обращал – это да. Но не млел. Предмет, в смысле. Ну, обожания. Классические леди рабочих окраин, мы поднимали голос, отвечали тем же – кидались линейками, а кое-кого из кавалеров попинывали по пятой точке. Отчего-то парнишки забывали, что у нас хорошая секция самбо, где занимались в том числе и девочки. В общем, жизнь кипела.

Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 8 9 | Следующая

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 2.9 Оценок: 21
Популярные книги за неделю

Рекомендации