![](/books_files/covers/thumbs_240/luchshiy-iz-mirov-kak-filosofy-predlagali-ustroit-obschestvo-i-gosudarstvo-258422.jpg)
Автор книги: Юрий Трусов
Жанр: Философия, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Глава 2. Золотая книжечка Томаса Мора, столь же полезная, сколь и забавная, о новом острове Утопия
![](i_004.jpg)
Часть 1. Казнь из-за новой жены Генриха VIII
Шел 1527 год, эпоха итальянского Возрождения подходила к концу, великий город Рим – сердце католического мира – пал под натиском армии наемников императора Священной римской империи Карла V. Папа римский Клемент VII по тайным переходам бежал до замка Святого Ангела, чтобы спрятаться там, наблюдая за тем, как грабят священный город. Игра престолов не удалась, он сделал ставку не на тех, вступив в союз с Францией.
Но беда не приходит одна. Английский король Генрих VIII решил развестись со своей женой, которая не могла родить ему сына. Он утверждал, что их брак проклят, ведь он взял в жены женщину своего покойного брата. Папа Клемент VII был непреклонен: только смерть может разлучить супругов, если брак заключен законно. Конечно, больше канонов католической церкви Клемент боялся императора Карла V, который был против развода, так как Генрих был женат на его тетке. Клемент хорошо помнил, как только недавно спасался бегством от армии Карла, а потом еще выплачивал гигантский штраф за свое освобождение. Короля Англии Генриха это не устраивало, его уже ждала другая женщина. Вот он и решил, зачем просить разрешения на брак у папы римского, если можно создать свою церковь и стать ее главой? Генрих заставил уйти в отставку архиепископа и лорд-канцлера Англии, который не смог добиться его развода.
Эта ситуация возвысила известного юриста и философа Томаса Мора, который в 1529 году становится новым лорд-канцлером Англии. Ранее Томас Мор помог английскому королю стать «защитником веры», когда написал для него манифест «В защиту семи таинств» против ереси протестанта Лютера. На этот раз Генрих недооценил преданность Томаса Мора католической вере. Мор настаивал на том, что только папа римский может расторгнуть брак, а, как мы помним, Клемент VII не собирался этого делать. Пришлось Мору по состоянию здоровья, а на самом деле по велению короля, тоже уйти в отставку. Его сменил более лояльный человек, расторгнувший брак короля. Генрих женился на другой женщине, которой через четыре года отрубит голову, а парламент принял закон, по которому король объявлялся главой Английской церкви. Папа римский больше не имел никакой власти в Англии. Томас Мор был возмущен подобными выходками, он не почтил короля и не пришел на его свадьбу. Мор не стал признавать брак и давать новую присягу королю из-за своих убеждений и приверженности католической церкви, за что его заключили в Тауэр, обвинили в измене и обезглавили.
Так закончил свою жизнь известный философ, но его самый популярный труд жив до сих пор, и не просто жив, а дал название целому жанру в философии и литературе. В 1516 году с помощью своего друга Мор издает политический памфлет под названием «Золотая книжечка, столь же полезная, сколь и забавная, о наилучшем устройстве государства и о новом острове Утопия», который часто называют просто «Утопия». Благодаря Мору название закрепилось за жанром литературы, в которой представляется образ идеального общества.
Работа состоит из двух частей, в первой критикуется современный тем временам английский строй, законы о нищих, огораживание земель[14]14
Ситуация, когда владелец земли сгоняет с нее крестьян, чтобы сделать на этом месте пастбище и выращивать овец, ведь шерсть стоила дороже.
[Закрыть], советники и правители. Во второй части книги представлен образ идеального общества жителей острова Утопии – утопийцев. Как выглядит это общество? Обратимся к работе Мора, чтобы посмотреть, найдется ли в ней что-нибудь интересное для нас. Захотим ли мы жить по таким законам?
Часть 2. Встреча с философом-моряком
Свое выдуманное произведение «Утопия» (само слово «утопия» означает «место, которого нет») Томас Мор представил в форме рассказа, записанного со слов моряка, побывавшего во многих невиданных доселе землях. Как-то Мор отправился с посольством во Фландрию[15]15
Томас Мор на самом деле был отправлен во Фландрию в 1615 г. для обсуждения вопроса торговли шерстью.
[Закрыть], где стал свидетелем интереснейшего разговора об идеальном общественном устройстве. Выходя из храма, он увидел, как его друг беседует со старым загорелым иностранцем, с плеча которого свисает плащ, – по виду моряком. Оказалось, что это не просто моряк, а странствующий философ, который в совершенстве знает греческий и латинский языки, чтобы читать в оригинале философские тексты. Этот моряк – Рафаил – примкнул к путешественнику Америго Веспуччи[16]16
Америго Веспуччи (1454–1512) – мореплаватель, в честь которого назвали материк Америка. Доказал, что открытые Колумбом земли – это не Азия, а новый материк.
[Закрыть] и исследовал с ним мир.
Усевшись в саду, собеседники завели разговор о разных землях и государствах, которые он повидал. В некоторых нравы были дикие, в других более-менее сносные. В некоторых местах дикие чудовища пожирали людей, но кого этим сейчас заинтересуешь? Таких чудищ можно встретить довольно часто, а вот народ, живущий в гармонии по разумным законам, найти очень трудно.
Моряк Рафаил был поражен государством утопийцев, ведь у них почти не было законов, если сравнить с европейскими государствами, в которых законов столько, что вряд ли найдется человек, который знает их все. В Утопии законов было так мало, что знал их каждый, от правителя до обычного крестьянина. Это может показаться удивительным и неэффективным, но прежде, чем судить об этом, стоит задуматься, ведет ли большое количество законов к порядку? Можно ли соблюдать законы, которые не знаешь? А если можно соблюдать их, не зная, то зачем тогда записывать, если их все равно не знают? Как мы видели в предыдущей главе, Платон вместо большого количества законов предлагает заниматься правильным воспитанием граждан с детства. Томасу Мору оказалась близка эта идея, раз он вложил ее в уста своего собеседника Рафаила. Мор очень любил читать сочинения Платона и позаимствовал у него многие идеи по устройству государства.
Размышляя об идеальной организации жизни, нельзя избежать вопроса общественного расслоения. Рафаил замечает, что какими бы большими ни были богатства государства, они оказываются в руках немногих людей, а остальные находятся в бедности. Большие богатства наживаются большим обманом и захватом земель, в то время как производители реальных общественных благ приносят обществу наибольшую пользу, но их труд остается незамеченным. Наш вымышленный герой Рафаил приходит к мысли, что Платон был прав и в том, что единственный способ сделать общество благополучным – объявить равенство, избавившись от частной собственности. Поэтому Рафаил убежден, что для равенства необходимо уничтожить институт частной собственности.
В нашей современной жизни мы тоже можем увидеть, что около 2 тысяч миллиардеров имеют больше богатств, чем 4,6 миллиарда человек вместе взятых со всего мира[17]17
Статистика по миллиардерам за 2020 г. от Оксфам (бывший Оксфордский комитет помощи голодающим). World’s billionaires have more wealth than 4.6 billion people // Oxfam [Электронный ресурс]. URL: https://www.oxfam.org/en/press-releases/worlds-billionaires-have-more-wealth-46-billion-people (дата обращения: 30.10.2022).
[Закрыть]. Так посмотрим же, найдем ли мы в словах Рафаила полезные для нас идеи.
Часть 3. Устройство острова, города-клоны и политики
Чтобы представить себе, как выглядит остров Утопия, вспомните месяц. Остров Утопия в самом широком месте достигает около 328 километров. Ближе к концам остров сужается, напоминая месяц, а если его обвести в круг, то получится окружность около 805 километров. Кончики этого месяца разделяет пролив в море шириной около 18 километров.
Если проплыть между «рогами» нашего месяца, то мы попадем в большой залив, напоминающий озеро, который защищен землей со всех сторон от непогоды и ветров. В этом заливе-бухте корабли находятся в безопасности, но попасть в него очень трудно, потому что на входе много опасных мелей и подводных скал. На входе в бухту, посередине пролива между концами суши, находится только одна заметная скала, на которой стоит башня со стражей. Природные преграды оберегают утопийцев от неприятеля, ведь заплыть в гавань чужеземный корабль может только в сопровождении местного проводника. Даже самим утопийцам войти в залив не так просто, приходится ориентироваться на знаки с земли, но если эти знаки перенести, то корабли погибнут, неважно, кто их будет вести. Поэтому у вражеского флота нет никаких возможностей пройти это препятствие.
Больше гаваней на острове нет. С обратной стороны только неприступные скалы и защитные сооружения, чтобы даже небольшой отряд мог остановить целое войско.
По легендам утопийцев, изначально этот остров был частью материка, но основатель государства по имени Утоп сказал прорыть канал длиной 24 километра, чтобы отделить землю государства от материка. В этих работах участвовали все люди, включая воинов. Они справились так быстро, что соседи были в ужасе от такого успеха.
На острове Утопия расположились 54 одинаковых города, таким образом, чтобы из одного города в другой можно было дойти за один день. В центре острова находится хорошо укрепленный город Амаурот, в котором заседает Сенат[18]18
Часто сенатом называют одну из палат законодательного органа власти. Например, сенат США – одна из палат законодательного органа «Конгресс США». В сенате США заседают по два представителя (сенатора) от каждого штата. В России тоже есть сенаторы, они заседают в Совете Федерации – это одна из палат нашего законодательного органа, который называется «Федеральное Собрание» (вторая палата называется «Государственная Дума»).
[Закрыть]. У города прочные стены с башнями, всегда есть доступ к пресной воде из реки, которая через него протекает. По улице идет ряд домов, у которых передние двери выходят на улицу, а задние – на собственные сады, в которых растут фрукты и цветы. Двери у всех домов двустворчатые, которые легко открываются и закрываются без всяких замков. Ни у кого в этом городе нет личной собственности, поэтому жители не опасаются грабежей. Дома они меняют раз в десять лет по жребию. Зачем грабить чужой дом, если можно пойти и бесплатно получить все, что тебе нужно, на складе или рынке?
Изучив один город, считайте, что изучили все их. Теперь вспоминаем математику и строим схемы политического устройства государства.
Для начала:
• На острове 54 города.
• в городе 6000 хозяйств.
• Ежегодно 30 хозяйств выбирают одного филарха.
• Ежегодно 10 филархов выбирают одного протофиларха, но без причины его не меняют.
• 200 протофилархов на общем собрании тайным голосованием выбирают правителя из 4 кандидатов, которых выбрал народ (город поделен на 4 части, из каждой народ выбирает одного кандидата, из которых потом протофилархи выбирают правителя). Правитель правит до конца жизни, если его не заподозрят в попытке установить тиранию. Протофилархами и правителями могут быть только ученые.
• Все остальные должностные лица избираются на год.
При этом, чтобы протофилархи вместе с правителем не устроили заговор и не установили тиранию, все решения, касающиеся общественного устройства, принимаются в сенате или народном собрании. Все важные вопросы сообщают собранию филархов, они обсуждают дело со своими хозяйствами, а потом между собой, и докладывают свое решение в сенат. Иногда на Утопии устраивают всеобщий референдум.
Часть 4. Все на огород!
Как и везде, людям нужно питаться, поэтому кто-то должен выращивать продукты на земле. Кто-то должен ухаживать за скотом, обрабатывать поля, заготавливать дрова. Обычно этим занимаются крестьяне, пока короли-правители занимаются политикой у себя в замках. На острове все устроено по-другому. Всех с детства обучают сельскому хозяйству, а детей вывозят для игр на поля.
В деревне граждане живут по очереди. Там находятся не меньше 40 мужчин и женщин и два раба. Во главе такого семейства стоят самые старые отец и мать. После того, как 20 граждан провели в деревне два года, они возвращаются в город, а на их место в деревню приходят новые. Оставшиеся обучают новичков сельскому хозяйству. Такую систему, что каждый в своей жизни должен отработать на полях, они придумали, чтобы никому не приходилось всю жизнь заниматься тяжелым крестьянским трудом. Те, кому нравится деревенская жизнь, могут попросить оставить их на более долгий срок. Некоторым в Утопии навсегда даруют освобождение от тяжелой работы, чтобы они изучали науку.
Утопийцы знают, сколько надо производить пищевых продуктов, но заготавливают в два раза больше на всякий случай. Лишнее они делят с соседями. Все предметы, которых нет в деревне, граждане бесплатно берут из города в том количестве, сколько им необходимо.
После освоения сельскохозяйственного ремесла каждый изучает какое-нибудь дополнительное ремесло. Кто-то учится строить здания, кто-то – производить одежду и прочие важные для общества вещи.
Однажды в одной настольной игре нам встретился вопрос на обсуждение: «Как понять, кто может купить домик у моря, если всем на него хватает денег?» Похожий вопрос можно было бы задать утопийцам: «Кто из вас может претендовать на лучшие товары, более красивые, функциональные или прочные, если у всех вас на них одинаковые права?» Имущественное расслоение уничтожено вместе с исчезновением частной собственности. Выбрали ли утопийцы иные, дополнительные критерии? Воздают ли они в двойном размере за воинскую доблесть, а может, больше ценят труд ученых?
Томас Мор предусмотрел и этот вопрос. Утопийцы производят одинаковую одежду, отличаются только женское и мужское платье, а также наряды для женатых и неженатых. В город они выходят в плащах из шерсти серого цвета. Платье они носят обычно два года. Шелковые наряды, тонкие ткани и декоративные предметы у них не в почете. Очевидно, производство товаров класса премиум и люкс не подразумевается, а из сходного товара гораздо легче выбирать.
До сих пор товары роскоши имеют статусное значение, так же, как и в прошлые века, когда они являлись показателем знатного происхождения. Общество равных исключает знатность, и утопийцы удивляются, как аристократы могут гордиться тем, что носят одежду из более тонкой шерсти, хотя эту же шерсть в свое время носила просто овца.
Образ утопийца – это образ разностороннего человека. Филарх должен следить, чтобы никто не ленился, но при этом не уставал. Для этого утопийцы в свободное время могут заниматься своими делами, но не безобразным весельем, а порядочным отдыхом. Философ XVI века видел рабочий день среднестатистического утопийца шестичасовым[19]19
В Англии XIV–XV вв. рабочий день был с 5 утра до 7–8 часов вечера, то есть 14–15 часов. Сейчас обычный рабочий день в России 8 часов.
[Закрыть]: три часа до обеда, после – обед и отдых два часа, и снова за работу на три часа. Хотя со времен Первого Интернационала[20]20
Международная организация рабочих (1864–1876), среди основателей и руководителей которой были коммунисты Карл Маркс и Фридрих Энгельс. Организация выступала, в том числе, за установление восьмичасового рабочего дня.
[Закрыть] мы еще не приблизились к подобному снижению рабочего времени, оно выглядит все менее фантастическим. Уже сейчас во Франции установлена тридцатипятичасовая рабочая неделя, левые партии в Европе предлагают различные варианты четырехдневной рабочей недели.
Выпивку и азартные игры презирают на Утопии, большинство людей в свободное время занимаются науками. Утром до работы они устраивают публичные чтения, куда приходит послушать много людей, после ужина играют в садах или общих дворцах, занимаются музыкой.
Сокращение рабочего дня становится возможным благодаря всеобщему характеру труда: женщины[21]21
Большинство женщин в то время воспитывали детей и вели домашнее хозяйство.
[Закрыть], монахи, богачи и аристократы, их огромная прислуга и оруженосцы, нищие и безработные – все должны производить необходимые для общества товары.
Избавляя людей от лишней работы, даруя им больше времени и свободы, общество делает людей счастливыми, что, по мнению утопийцев, главная задача государства.
Часть 5. Позор заморских послов
На острове Утопия всегда всего вдоволь, ведь все жители задействованы в труде, а потребности у них малые. Все излишки везут за границу. Назад привозят железо, много серебра и золота, чтобы использовать его в случае нужды: например, чтобы нанять иноземное войско на случай войны и отправить его воевать вместо своих жителей или же чтобы подкупить врагов и посеять в их стане раздор.
Хотя Мор и мыслил Утопию автаркическим государством, он не исключал полностью торговые отношения с соседями. Необходимость торговли с соседями могла бы переубедить некоторых утопийцев в правильности выбранного пути, ведь, история знает, именно с помощью торговли усмирялись нравы и распространялись заморские привычки.
Отказ от роскоши является ключевым пунктом для Утопии, а значит, утопийцы должны устоять перед соблазнами, которые откроются перед ними за рубежом. Но как устоять? Чтобы обесценить символическое значение драгоценных металлов, из золота и серебра они делают ночные горшки, а также цепи для рабов. Если же они находят алмазы и рубины, то шлифуют их и отдают детям, чтобы они играли с камушками. Когда дети подрастают, они со стыдом откладывают все камни и украшения, они из них уже выросли.
Томас Мор был абсолютно уверен в том, что воспитать пренебрежение к помпезности и вычурности возможно. В подтверждение этого моряк Рафаил рассказывает следующую историю.
![](i_005.jpg)
Однажды в Утопию прибыли послы из далекой страны, в которой не знали о традициях утопийцев. Послы где-то слышали, что на острове все ходят в одинаковой, простой и грубой одежде, поэтому решили предстать перед жителями во всей роскоши, будто боги. Они нарядились в шелковые костюмы, золотые цепи, пестрые платья и шляпы, увешанные бусами и драгоценными камнями. Надели на себя все то, что утопийцы презирают: золото, в которое на Утопии заковывают рабов, и украшения, с которыми играют дети.
Местные жители с почтением здоровались с незнатными членами делегации, а на послов не обращали внимания, ведь принимали их за рабов. Вместо торжественного приема их встретили насмешками. Дети кидали в них драгоценные камни и смеялись – «какой большой бездельник до сих пор играет с бусами». Мать одного мальчика остановила его, сказав: «Прекрати, видимо, это посольский шут». Через несколько дней послы увидели, что цепь одного раба стоила дороже, чем все их украшения вместе взятые. Тогда они стыдливо спрятали все свои одеяния.
В Утопии каждый находится на виду у всех. Ни у кого нет места для полного длительного уединения, поэтому, как полагает Мор, нет места и для коррупции и разврата. Приходится или работать, или культурно отдыхать.
Часть 6. Гигантские склады и дворцы общего пользования
Томас Мор описывает свое государство не крупными мазками. Как мы видели, все аспекты общественной жизни продумываются до мелочей, и в голову приходит слово «план». Не зря: государство Утопия находится на самообеспечении, а это значит, что и количество произведенных товаров, и количество производителей должно быть регламентировано.
Чтобы город не стал слишком большим или обезлюдел, в домашних хозяйствах должно поддерживаться определенное число людей: от 10 до 16 взрослых человек, остальных отправляют в другие хозяйства. Если город переполнен, граждан переселяют в город с численностью поменьше. Если же население всего острова слишком выросло, то из каждого города отбирают людей, которых отсылают на материк основывать колонию.
Как осуществляется доступ к товарам в отсутствие какой бы то ни было частной собственности, за исключением надетой одежды и предметов личной гигиены? Все произведенные товары свозятся на рынки и помещаются на склады. Любой глава хозяйства имеет доступ на склады без ограничений. Подразумевается, что жизненный уклад Утопии должен быть устроен так, чтобы быть мелочным или жадным было просто невозможно. Какой смысл брать лишнее при постоянном обмене домами? Какой смысл не давать товары со склада, если их более чем достаточно, но нет товарного разнообразия?
Однако сказать, что утопийцы живут бедно, было бы в корне неправильно. Скромность предметов личной собственности компенсируется функциональностью и многоликостью общественных мест, главное из которых – Дворец филарха, где жители хозяйств совместно принимают пищу, приготовленную профессиональными поварами. Всю грязную работу в общем дворце делают рабы – бывшие осужденные на казнь.
Идея переноса того, что прежде было семейным и приватным, в общественное, проявилась в проектах нового типа жилья, освобождающего своих обитателей от тягот домашнего труда. С особой силой проекты такого рода позже развивали социалисты-утописты.
Философ Шарль Фурье[22]22
Шарль Фурье (1772–1837) – французский философ и социолог.
[Закрыть] придумал дворец трудящихся – «Фаланстер». В Советском Союзе тоже строили дома-коммуны, а в 1971 году возвели экспериментальный Дом нового типа – ныне Дом аспиранта и стажера МГУ[23]23
Расположен по адресу г. Москва, ул. Шверника, 19.
[Закрыть]. Под крышей Дома нового типа планировались бассейн, спортзал, библиотека, поликлиника, столовая, зимний сад, коммунальные службы, чтобы избавить жильцов от тягот домашнего хозяйства.
Дом нового типа – это, прежде всего, дом для Нового Человека. Живущий в стране победившего коммунизма, он будет больше времени уделять саморазвитию и образованию, банальная стирка и приготовление еды должны быть оптимизированы, и сделать это можно в первую очередь за счет пространств общественного назначения.
Общие пространства должны были помочь преодолеть одиночество и отчужденность жизни людей в современном городе, построить социальные связи между соседями. К сожалению, проект Дома нового типа так не был воплощен. После смерти архитектора его упростили, а после передали Московскому университету. Подробнее к этой теме мы вернемся в главе про социалистов-утопистов.
Часть 7. Веротерпимость, эвтаназия и голые супруги
Мы уже многое узнали о скромности утопийцев, и может показаться странным, что Томас Мор постулирует удовольствие главной целью их жизни. В удовольствии заключено человеческое счастье… Но в каком удовольствии! Целый ряд классических философов разделял счастье и удовольствие. Удовольствие – кратковременно и без конца требует своего увеличения. Чем выше импульс удовольствия, тем негативнее и скучнее может восприниматься жизнь в ее спокойном беге. В отношении удовольствия от роскоши и денег, превысив определенную денежную планку, каждая новая тысяча долларов со временем будет приносить меньше удовольствия. С удовольствием можно переборщить и вообще потерять к нему вкус.
Говоря о счастье как удовольствии, Томас Мор ограничивает понятие удовольствия, исключив из него удовольствие от вещей и владения, выдвинув на первый план удовольствие от работы и общения.
Скромность утопийцев не обусловлена конкретной верой. На Утопии установлена свобода вероисповедания: одни верят в высшее существо Солнце, другие – в Луну, кто-то – в Великого Прародителя всего. Поэтому многие охотно переняли от путников христианство, которое показалось им разумным.
Религиозные преследования, конечно, караются, но утопийцы не принимают тех, кто отрицает посмертное существование души. Такие люди могут быть опасны, так как не боятся посмертной кары за злодеяния. Им будет проще нарушить законы государства ради своих желаний.
Правда, их не выдворяют, а только не доверяют никаких политических должностей. Им разрешено обсуждать свою ересь со священниками, чтобы образумиться. Кстати, священниками на Утопии могут быть как мужчины, так и женщины, что удивительно, учитывая, что Томас Мор умер за католическую веру, а потом был канонизирован. В католической церкви женщины до сих пор не могут стать священниками.
Томас Мор был новатором своего времени в отношении восприятия смерти. В Утопии религия и государство не запрещают, а поощряют уход больных из жизни, чтобы их мучения закончились. Это святое и почетное дело, на которое благословляют людей священники. Об остальных больных утопийцы заботятся с большим усердием и делают все, чтобы вернуть им здоровье, а неизлечимым больным пытаются организовать счастливый остаток их жизни.
Что же касается брака, ни о каком «таинстве» речи не идет. Женщина выходит замуж не раньше 18 лет, а мужчина не раньше 22. Будущие супруги должны четко понимать, что у партнера нет никаких скрытых изъянов, которые могут испортить супружество. Для этого женщина и мужчина должны предстать друг пред другом нагими.
Разрушить брак может только смерть… или измена. Изменщик будет до конца своих дней влачить позорную и одинокую жизнь в рабстве, а тот, кому изменили, получит компенсацию и может снова вступить в брак. Конечно, в редких исключениях допускается развод, если супруги не сошлись в нравах, но на это требуется одобрение сената.
Описав такое устройство государства, наш философ-моряк говорит, что не видел нигде более счастливого общества. Здесь нет нищих и все живут радостно, не переживая о том, что им чего-нибудь не хватит, ведь все работают на благо общества, а не на собственный карман. В отличие от элитистской утопии Платона, в которой вся власть принадлежала классу правителей-философов, в случае Томаса Мора перед нами утопия общества равных в труде, в котором проходят демократические выборы правителей.
По приказу Владимира Ленина имя Томаса Мора было увековечено и в России. После Октябрьской революции 1917 года в России памятники царского периода начали заменять новыми. Так, в 1918 году на обелиске в Александровском саду в Москве имена правителей династии Романовых заменили именами мыслителей и революционеров, способствующих освобождению трудящихся. Имя Томаса Мора было одним из девятнадцати имен, в одном ряду с Марксом и Энгельсом. Правда, как это бывает в истории, колесо времени снова повернулось, и в 2013 году имена мыслителей и революционеров были снова заменены на имена династии Романовых.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?