Текст книги "Повелитель дронов – 4"

Глава 4

Переговоры с Накамурой прошли в атмосфере подчёркнутой вежливости и восточной хитрости. Мы сидели в небольшом чайном домике посреди его плантаций, пили какой-то очень ароматный чай, и я чувствовал себя дипломатом, заключающим межгалактический союз.

– Господин Бездушный, – Накамура, щурясь, подлил мне чаю. – Мы готовы предоставить вам десять наших лучших работников. Они знают землю, знают, как обращаться с капризными растениями. Удобрения, инструменты, системы полива – всё, что есть у нас, будет и у вас. Мы уважаем память вашего отца.

– Благодарю, – кивнул я. – Люди мне нужны как воздух. Мои… механические помощники хороши в переноске тяжестей, но с нежными ростками у них пока проблемы. Грубоваты.

– Понимаю. Теперь о цене.

Я приготовился торговаться. Деньги у нас были, но разбрасываться ими я не собирался.

– Мы не возьмём деньгами, – вдруг сказал Накамура, опередив меня.

– А чем же? – удивился я.

– Оружием, – спокойно произнёс японец. – Нам нужно защищать свои интересы. И интересы наших людей. Мы знаем, что у вас есть выходы на… специфический рынок.

Я усмехнулся. Слухи в этом мире распространяются быстрее, чем скорость света.

– Хорошо. Могу организовать поставку. Привезти сюда?

– Нет, нет, ни в коем случае! – замахал руками Накамура. – Зачем привлекать внимание? Передайте через уважаемого Тяна. Он знает, как доставить груз нам.

– И сколько? – спросил я, ожидая увидеть прайс-лист.

Накамура хитро улыбнулся.

– Давайте так, господин Бездушный. Мы с вами люди чести. Во сколько вы сами оцените нашу помощь и наши услуги – столько и передайте. Мы доверяем вашему суждению.

Я посмотрел на него и с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза. Знаю я этот стиль торгов. Самый, блин, подлый из всех возможных.

– То есть, вы хотите сказать, что если я ошибусь хотя бы на один пистолет в меньшую сторону, наше сотрудничество на этом закончится? – прямо спросил я.

– Если одна из сторон почувствует себя обманутой, доверие исчезнет, – уклончиво, но очень понятно ответил Накамура. – Прозрачность и честность – основа долгого союза.

Я вышел от них со смешанными чувствами.

Вот же хитрожопые. «Сколько оценишь…». Это значит, надо отвалить столько, чтобы они охренели от радости. Иначе обидятся. Ладно, подумаю, что можно сделать.

– Сириус, – обратился я к дрону, который следовал за машиной. – Организуй поставку для Тяна. Пометь как «для Накамуры». Отсыпь им щедро. Автоматов, пистолетов, патронов… Пусть радуются.

– Принято, Повелитель, – отозвался Сириус.

– Кстати, как у нас там вообще с поставками? – поинтересовался я, глядя на мелькающие за окном деревья. – Мы уже столько продали… Наверное, поток иссяк?

– Никак нет, Повелитель. В Башне, в комнате, которую мы выделили под оружейную, уже место заканчивается. Приходится складывать в коридоре. Местные жители проявляют удивительную настойчивость в желании расстаться со своим арсеналом.

– Да ладно? До сих пор?

– Так точно. У нас даже есть рекордсмен. Местный житель, классификация «выпивоха с криминальными наклонностями». Он уже тридцать два раза пытался совершить ограбление с использованием огнестрельного оружия. И тридцать два раза мои патрульные его разоружали.

Я покачал головой.

Тридцать два раза… Я реально не понимаю. Если он так легко достаёт тридцать два ствола, на кой чёрт ему грабить ларьки? Ему выгоднее стать оружейным бароном, чем гопником. Логика у людей в этом мире отсутствует напрочь.

Вернувшись в особняк Башатовых – наше временное пристанище, я сразу же нашёл Фурию. Она, как обычно, сидела в своём ворохе проводов.

– Оля, есть задача. Мне нужно знать всё про людей рода Бездушных.

Она оторвалась от экрана и вопросительно посмотрела на меня.

– В смысле? Про тебя и сестёр?

– Нет. Про тех, кто работал на нас. Слуги, гвардейцы, управляющие, водители… Все, кто был связан с родом до нападения. Где они, что с ними?

– А сёстры не знают?

– Спрашивал. Они знают пару имён, гувернанток там всяких, садовников… Но они не были вовлечены в дела рода. Мне нужна полная картина.

– Поняла, – кивнула Фурия. – Дай мне время.

Я ушёл в мастерскую, чтобы немного «похимичить».

Через пару часов Фурия положила передо мной распечатанный список.

– Вот. Десять имён.

– О, неплохо, – я взял листок. – Живы?

– Живы, – глухо ответила она. – Но это плохой список, Феликс.

– Почему?

– Потому что это те, кто сбежал. Бросил всё и свалил из Приморья куда подальше. И, судя по полицейским базам и медицинским картам… у них были причины.

Она села на стул и потёрла лицо руками.

– Мужчины из этих семей… Те, кто работал на ключевых должностях. Они все прошли через подвалы Трофимова. Их пытали. Долго и жестоко. Выбивали информацию, доступы, коды. Кто-то сошёл с ума, кто-то остался инвалидом.

Я сжал кулаки.

– А имущество?

– Какое имущество? – горько усмехнулась она. – Всё переписано на людей князя. Добровольно-принудительно. Люди подписывали любые бумаги, отказывались от домов, квартир, земли… лишь бы их отпустили. Лишь бы дали уехать.

Я молчал, глядя в стену. Вроде бы я здесь ни при чём. Это было до меня, это не моя вина. Но внутри зашевелилось то самое паршивое чувство, доставшееся мне в наследство от тела. Чувство ответственности. Это были люди рода Бездушных. Род должен был их защитить. И не смог.

Вот почему я не люблю иметь дело с людьми. С дронами проще. Сломался – починил или переплавил. А тут… сломанные судьбы не починишь Даром Техносов.

– Какие у нас сейчас финансовые возможности? – спросил я.

Фурия назвала сумму. Неплохо, очень даже неплохо. Медицинские дроны и лицензии на полёты приносили стабильный доход.

– Переведи каждому из этого списка по пять тысяч рублей. Анонимно. На счета, которые сможешь найти.

Фурия округлила глаза.

– Феликс, ты уверен? Это же… это почти все наши свободные деньги. Пять тысяч – это цена небольшой квартиры в спальном районе!

– Уверен, – твёрдо сказал я. – Переводи. Деньги – это пыль. Ещё заработаем. А долги надо отдавать. Даже если они не совсем твои.

Она посмотрела на меня долгим взглядом, потом кивнула и ушла выполнять.

Я взял планшет и просмотрел отчёты. Бизнес шёл в гору. Медицинские дроны произвели фурор – подписки росли в геометрической прогрессии.

Лицензии на полёты тоже расходились, как горячие пирожки. Ландшафтные дизайнеры, геодезисты, свадебные операторы – все платили, чтобы работать спокойно.

Вроде бы всё шло нормально. Но новости…

Я пошёл в гостиную, где уже сидели сёстры, прилипнув к экрану.

Там показывали нового хозяина края – князя Барышникова.

Он не был похож на Трофимова. Тот был просто жадным и жестоким барином. От этого же веяло холодом и опасностью. Умный, расчётливый и беспринципный хищник. У него были ресурсы всей Империи, связи и влияние. И он приехал сюда не воровать по мелочи, а строить свою империю.

Мне это ни хрена не нравилось.

Я понимал: рано или поздно наши интересы пересекутся. И тогда мало не покажется никому. Мне нужно было готовиться.

Я вернулся в мастерскую.

В голову пришла мысль о той самой чудо-траве. Барышников наверняка захочет наложить на неё лапу.

– Сириус! – позвал я.

– Да, Повелитель?

– Направь часть дронов в леса. Пусть собирают траву. Всю, какую найдут.

– Зачем? – удивился дрон. – Мы же её выращиваем. У нас целая плантация под боком.

– Нам её не хватает, это раз. А во-вторых… Я не хочу, чтобы Барышникову достался хоть один стебелёк. Его ищейки тоже рыщут по лесам. Мы должны опередить их. Оставить их с носом.

– Понял, Повелитель. Но есть проблема. Под эту задачу мне не хватает юнитов. Примерно… тридцать четыре единицы.

В этот момент Сириус подлетел к столу и положил передо мной четыре «мусорных» дрона из моих запасов запчастей. Потом слетал ещё раз и добавил в кучку ещё пару моторов и камеру.

А потом подлетел ко мне и выразительно толкнул меня манипулятором в плечо.

Я вздохнул.

– Капец у тебя намёки. Совсем не палишься. Ладно, сделаю.

Силы и время тратить не хотелось, но надо. Тридцать четыре я, конечно, не осилю, но десяток хороших сборщиков сделаю.

Я принялся за работу. Это были специальные дроны-собиратели. Большой контейнер на «спине», усиленные двигатели и, главное, манипуляторы. Десять видов насадок: для крупных кустов, для мелких ростков, пинцеты для деликатной работы… Чтобы ни один листик не пропал.

Я работал несколько часов, собирая свою армию «газонокосильщиков». Всё для того, чтобы канцлер остался без «добычи».

Когда я закончил, в мастерскую снова зашла Фурия.

– Феликс, я нашла в Уссурийске ещё одного человека, работавшего на Бездушных. Но там… всё сложно.

– Отлично, – кивнул я. – Всего лишь одного человека нашла? Из всех бывших работников?

– Феликс, поверь, это было нелегко. С родом Бездушных сейчас мало кто хочет ассоциироваться. Страх ещё не прошёл. А сейчас, может, и хотели бы, но боятся Барышникова. Этот приезд канцлера… он всех загнал под плинтус. Люди боятся, что на них повесят всех собак и объявят в имперский розыск за пособничество террористам. То есть, нам.

Я усмехнулся.

– Ну, розыск ты же сможешь отменить?

Фурия скривилась.

– Очень смешно. Ну, в принципе, смогу. Взломаю базу, удалю ориентировку.

– Вот видишь.

– Но они же снова поставят! – возразила она. – Им ничего не мешает объявить розыск заново через пять минут.

– Ну так ты заново можешь снять.

– Ну да. И они снова поставят.

– Хорошо. Так в чём проблема?

– Проблема в том, что я не собираюсь всю жизнь сидеть и снимать твои розыски! – возмутилась она. – Я не хочу превратиться в макрос, который монотонно делает две вещи: «взламывает» и «удаляет». У меня, знаешь ли, другие амбиции!

– Ладно, убедила, – примирительно поднял руки я. – Давай информацию. Кто это?

– Женщина. Нефёдова Мария Владимировна. Она была ведущим биологом в тех самых теплицах. Учёный, фанат своего дела.

– И в чём сложность?

– У неё большие проблемы. У неё пропала дочь. Девочка-подросток. Мария уже все пороги обила – полиция, прокуратура… Ей везде от ворот поворот.

– Почему?

– Потому что у неё в личном деле стоит пометка: «Психически неуравновешенная, склонна к галлюцинациям, опасна для общества». Это люди Трофимова постарались. Они так её ломали, чтобы она на них работать согласилась. Испортили биографию, закрыли все двери. Она нигде не может устроиться, её никто не слушает. А теперь ещё и дочь…

Я нахмурился.

– Подожди. Ты хочешь сказать, что она восемь лет работала на Бездушных, верой и правдой служила роду, а теперь, когда у неё беда, ей никто даже помочь не может?

– Ну… да. Получается так.

Я почувствовал, как внутри закипает холодная ярость. Не на врагов, а на саму ситуацию. На несправедливость.

– Хорошо, – сказал я, поднимаясь. – Сириус, собирай наших. Мы идём на охоту. Нужно найти одну девочку.

Сириус подлетел к окну, посмотрел на улицу и выдал:

– Одну нашёл. Вон, в песочнице сидит.

– Очень смешно. Петросян железный. Фурия, скидывай информацию: фото, приметы, последнее местоположение.

Ольга быстро переслала данные на мой планшет, но потом посмотрела на меня с сомнением.

– Феликс… Ты думаешь, если ты сейчас к ней обратишься, поможешь… она согласится вернуться? Работать снова на род, который, по сути, не смог её защитить?