Читать книгу "Недетские игры. Детектив"

* * *

– Максим тебя что-то беспокоит? Ты плохо ешь и просыпаешься по ночам, даже, когда Игорек спит.

– Да, это дело «с куклами» зашло в тупик. Я все ищу связь между этими убийствами.

– Только не говори, что у тебя нет никаких версий.

– У меня их слишком много и все надо проверять. И Дарья пропала. Я уверен, что она что-то знает и скрывается, или уже мертва. И карты говорят, что надо искать женщину.

– Но может, надо искать не ее? А что гласит завещание?

– Она все свое имущество завещала сестре. Только ее на момент убийства в Москве не было.

– Тебе удалось с ней поговорить?

– Нет. Яна лежит в больнице с нервным срывом.

– И что она, даже не в состоянии говорить?

– Я побывал в больнице и пытался с ней поговорить, но она лежит и смотрит в одну точку. Врач мне сказал: «Видите, она не в том состоянии, чтобы вести беседы. Приходите позже». Обещал мне позвонить, когда она придет в себя.

– А что Лида мать в завещание, даже не упомянула?

– Она на мать обижена, ведь она ее бросила и ушла к другому мужчине, когда Лида была ребенком. Лиду растил отец, а после его смерти бабушка заменила ей мать и отца.

– Понятно.

– Я знаю, о чем ты меня хочешь спросить, а не причастна ли мать к убийству Лиды?

– Ты прямо читаешь мои мысли.

– Нет. Она конечно Лиду не любила, но не настолько, чтобы убить.

* * *

– Иван, привет.

– Привет, привет. Будто не расставались.

– Звонила Олеся. Она что-то вспомнила и хочет нам сообщить. Она на больничном. Придется тебе к ней съездить. Она сейчас у матери живет. Вот адрес.

– Хорошо, заеду. Как раз мне по пути. Ты что совсем не спал?

– А что так заметно?

– Есть немного, хотя тебе и не надо красоваться на обложках модного журнала, но выглядишь ты не ахти.

– Я и сам это вижу. Хорошо, что я не женщина, а то день был бы испорчен.

– Если бы ты был женщиной, то я бы сказал, что ты прекрасна, как никогда.

– Это ты умеешь, нагло врать, глядя в глаза.

– Кому нужна правда. У каждого она своя.

Иван вышел на улицу. Ужас! Ну и ветрило! И как назло машина сломалась. Синоптики в этот раз угадали с прогнозом. Сейчас ливанет дождь и я промокну до нитки, если не потороплюсь и не добегу до метро. А может переждать его в кафе и заодно заморить червячка. У меня с утра и маковой росинки во рту не было. Зачем я наговорил всякие глупости Максиму, а сам я на кого похож, даже страшно в зеркало посмотреть. С этой работой, кто угодно протянет ноги, сплошное недосыпание и недоедание. Разве всех преступников переловишь и из-за дня в день, их меньше не становится. Какой толк в нашей работе. Просто мы ходим на нее по привычке, или мы не умеем и не хотим делать что-то другое. Жизнь лучше не становится, а мы твердо убеждены, что настанет день и мир станет чище и лучше. Только это будет после нас, но может нашим детям повезет больше, чем нам. По-моему, каждое поколение не перестает верить в светлое будущее и что оно не за горами.

Иван все-таки попал под дождь, и холодные капли пропитали насквозь всю рубашку. «Сейчас бы горячего чая с булочкой», – мечтательно подумал он.

Он позвонил в дверь квартиры Олеси. Дверь открывать не спешили. Иван нахмурился: «Как же так? Мы же договорились о встрече». Он еще раз позвонил, но все без толку. Он сел на ступеньку и стал ждать. Мобильный Олеси как назло не отвечал. Иван сердито произнес: «И стоило так мокнуть под дождем».

Он услышал, как открывается дверь и встал. Вышла женщина с мусорным ведром.

– Вы что тут делаете? – спросила она властным голосом.

– Я жду Олесю. Я ни раз уже звонил в дверь.

– Так она ушла. Я Софья Николаевна ее мать.

– А я капитан Волжин. Мы с ней договаривались о встрече.

– Мне она ничего об этом не говорила. Вскочила, как ошпаренная и побежала куда-то. Я ей вдогонку: – Олеся, ты куда? А она мне в ответ, – Мама, я тебе потом все объясню.

– Я же вижу, что-то неладное с ней происходит. Проходите, я Вас чаем напою.

– Спасибо.

Иван прошел на кухню и сел за стол. Софья Николаевна налила чай и сказала, – Лицо ей кто-то испортил.

– Как испортил?

– А вот так. Знаете, сколько у нее завистников. Чем значимей человек, тем больше у него врагов.

– Олеся Вам не говорила, кто мог это сделать.

– Нет. Она сразу ушла в свою комнату и никого видеть не хотела. Слышу, плачет и плачет, даже есть, не выходила. Для нее лицо, это – все. Да и с Олегом она поругалась. Только он не мог это сделать.

– Почему Вы так уверены?

– Но он же на Олеси деньги делал. Зачем ему все это?

– А если он нашел ей замену?

– Все равно не стал бы. Я уверена, что это дело рук женщины. Чисто бабские методы.

– Спасибо за чай. Я видно Олесю не дождусь. Пусть она мне обязательно позвонит, или майору Алексееву.

– Хорошо, передам.

Софья Николаевна стояла у окна и плакала. Почему у всех дети, как дети, а у меня одно наказание. Совсем мать не бережет. Она выпила успокоительное, но уснуть все равно не удавалось. Разве уснешь, когда с Олесей такое происходит.

Олеся пришла поздно ночью.

– Олесь, ты, где была?

– В церкви.

– В церкви?

– И не надо на меня так смотреть. Я решила обратиться за помощью к Богу. Все равно больше не к кому, ведь многим помогает.

– А тебе помогло?

– Нет. Как было на душе погано, так и осталось. Бог говорит, что надо всех прощать, а я не могу простить своих врагов. Понимаешь!?

– Да, да. Понимаю. Я тоже не могу.

– Видишь, в этом мы с тобой похожи.

– К тебе приходил капитан Волжин. Просил позвонить.

– Черт! Я со своими проблемами, совсем о нем забыла.

– А что это за парень к нам зачастил?

– Это Виктор. Я с ним на улице познакомилась.

– А чем он занимается?

– Мам, к чему этот допрос?

– Но ты же моя дочь.

– Он учится и подрабатывает водителем. Будут еще вопросы?

– Он, что приезжий?

– Почему, если водитель, то значит приезжий.

– А кто его родители?

– Да не знаю я! Мне это неинтересно. Мы с ним мало знакомы. До родителей дело еще не дошло.

– И напрасно. Очень многое зависит от родителей.

– Если тебе так интересно, спроси у него об этом сама, а ко мне со всякой ерундой не приставай. Мне надо лицо в порядок приводить. Завтра пойду на консультацию к аллергологу.

– Ты думаешь, это аллергия?

– А что же еще? Я уже сдала косметику на экспертизу. Буду ждать результата. Я думаю, отпечатков на ней кроме моих не будет, но я и так знаю, кто это сделал.

– И кто?

– Ирина, конечно. Она решила всего меня лишить. Стерва! Она еще поплатиться за это.

– Что ты собираешься делать?

– Мстить, конечно. Неужели ты думаешь, я так все это оставлю.

– А вдруг, это не она?

– Она! Я точно уверена в этом. Больше некому мне так вредить. До ее прихода все было в порядке, а как она появилась в агентстве все пошло с ног на голову. Ничего, она еще не знает, с кем имеет дело. Я обиды не прощаю!

* * *

Дарье не терпелось заглянуть в конец дневника и узнать, чем все закончилось, но она пересилила это желание и продолжила чтение с того места, где остановилась.

Я подняла голову и посмотрела на небо. Какие удивительные облака. Почему я раньше этого не замечала? Я всегда бежала и смотрела под ноги и думала, как бы не споткнуться, а зимой не поскользнуться. Вот и накаркала. Я сломала руку. Хорошо, что левую, а то, как бы я писала все это, зато теперь я сижу дома, и ничего не делаю. Я и раньше не была обременена никакой работой, а теперь я даже и посуду не мою. Вот так жизнь! А руку я сломала из-за него. Он, как будто бы почувствовал слежку и давай деру от меня, а я за ним и вот результат. Рука повисла, как плеть и я взвыла от боли, как раненное животное. Доктор сказал: «До свадьбы заживет». Только не уточнил до чьей. Разве меня кто-нибудь возьмет замуж, тем более со сломанной рукой и с мозгами набекрень, хоть я тщательно и скрываю это от окружающих. Может, я ни одна такая на белом свете? А разве нормальный человек сознается, что он ни как все? Он, даже себе боится в этом признаться. Как же он будет жить среди людей непонятым. Все будут обходить его стороной, и даже беспризорные собаки будут лаять ему вслед. Никто не хочет такой участи. Кому же хочется быть изгоем. Я спросила у мамы: «А я точно Ваша дочь?» Она мне сказала: – «Иногда мне кажется, что ты не моя дочь». – » А, когда твоя?» – «Когда ты не задаешь глупых вопросов».

Не знаю, что такого я спросила. Неужели нельзя нормально ответить. Сказать «да» или «нет». Наверное, это сложно, ведь взрослые часто врут или увиливают от ответа. Не пойму только зачем, ведь правда в конечном итоге все равно вылезет наружу. Как ее не прячь, даже в самые глубинные тайники души. Она вырвется наружу, потому что она свободна от предрассудков.

Облака все уплыли, и я осталась в полном одиночестве.

Дарья услышала голос Кирилла и разочарованно вздохнула.

– Дарья, я дома. Ты где?

– Иду, иду. Господи, опять я остановилась на самом интересном.

– Как дела?

– Нормально. А у тебя?

– Тоже. Все занимаешься?

– Да.

– А мне сказали, что ты уже три дня не появлялась на занятиях. Что случилось?

– Ничего. Я просто приболела.

– Ты выглядишь здоровой.

– У меня кружится голова.

– Тогда надо сходить к врачу.

– Пройдет. Я сама себе врач. Это просто нервное.

– Ты что нервничаешь?

– Сейчас нет, но это состояние отголоски прошлого.

– Ты в этом уверена?

– Да. Не волнуйся. Все в порядке.

– Смотри не пугай меня так. А может, ты беременна?

– Нет.

– Жаль.

– У нас обязательно будут дети.

– Что у тебя с рукой?

– На работе повредил.

– Так тебе надо к врачу.

– Не надо. Ничего страшного.

– Сходи обязательно.

– Хорошо схожу, раз ты настаиваешь. Только и ты тоже сходишь.

– Ладно, договорились. Какой ты упертый.

– Как и ты.

Кирилл пошел спать, а Дарья продолжила чтение.

– И куда ты собралась? – строго спросила меня мать.

– В Москву.

– В Москву? Ты что смеешься? Сиди дома, какая тебе Москва. У тебя что есть деньги на поездку?

– Есть!

– Откуда ты их взяла?

– Заработала.

– И где же ты их заработала?

– Неважно.

– Как это неважно? Ты что их украла?

– Нет! Ты что с ума сошла?

– Как ты со мной разговариваешь, маленькая дрянь!

– Мне дал их отец. Он хочет, чтобы я поехала в Москву и поступила в институт.

– Да куда ты поступишь с такими знаниями.

– Поступлю. Вот увидишь.

– Езжай, раз решила. Я тебя уговаривать остаться не буду. Сначала Глеб уехал. Теперь ты. Останемся мы с отцом одни одинешеньки.

– Я буду приезжать.

– И он так говорил. Только уже несколько месяцев у нас не появлялся, ни слуху, ни духу о нем.

– Я не он. Я буду о Вас заботиться.

– Ты о себе позаботься, а потом уже о нас будешь думать. На возьми.

– Что это?

– Деньги.

– Не надо. Мне достаточно отец дал.

– В Москве жизнь дорогая. Не заметишь как все истратишь.

– Вам они нужнее. Я заработаю.

– Ты даже не представляешь, какая тебя жизнь ждет. Лучше останься.

– Нет. Я уже все для себя решила.

– Как знаешь.

Мать пошла к отцу и спросила, – Зачем ты ей дал денег? Она совсем не приспособлена к жизни. На что ты ее обрекаешь?

– Так будет лучше для нее. Она быстрей повзрослеет. Мы невечные. Ей пора стать самостоятельной и самой научиться принимать решения. Все с ней будет в порядке.

– Конечно! Ты скоро уйдешь, а я останусь одна.

– Не причитай. Я еще здесь. Дети выросли. Смирись с этим, отпусти их.

– Я уже отпустила.

– Вот и правильно. Так будет лучше для них. Мы их не для себя растим.

Я сложила вещи в сумку. Посидела на дорожку и поехала в Москву. Там меня ждала совсем другая жизнь. Я обязательно его найду, чего бы мне это не стоило.

* * *

Олеся проснулась от жуткой головной боли. Что это со мной происходит? Такая слабость и сухость во рту, и стены плывут перед глазами.

– Мама, – чуть слышно позвала она. Олеся не узнала свой голос. Она еле-еле доплелась до ванной и посмотрела в зеркало. Олеся в ужасе отшатнулась от него. Выглядела она еще хуже, чем вчера и лицо приобрело синюшный оттенок. Боже! Неужели, это я? Еще в недавнем времени красивая и успешная женщина превратилась в черти что. Что же со мной будет?

Она вернулась в комнату, но до кровати не дошла. Она рухнула на пол и ударилась головой. Из глаз посыпались искры. Она услышала, как поворачивается ключ в замке и подумала, – Я спасена! Это мама вернулась. Она вызовет скорую и все пройдет. Сейчас медицина творит чудеса.

Олеся увидела Лиду. Она ей напомнила привидение. Лида расплывалась по комнате и летела, задевая мебель. Олеся услышала, как вдребезги разбилась ее любимая ваза.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она у Лиды.

– Я пришла посмотреть, как ты умираешь.

«Приснится же такое», – подумала Олеся. Она попыталась подняться с пола, но не почувствовала ног. Ее сковал ужас и на лице отразилась злобная гримаса.

– Это тебе на память от меня, – и Лида положила рядом с Олесей куклу. Лида хотела еще что-то сказать, но передумала. Она бесшумно вышла из комнаты и покинула квартиру Олеси.

Олеся поняла, что помощи ждать не от кого.

Она не могла ни крикнуть, ни пошевелиться. На ее веки навалилась свинцовая тяжесть, и она уснула вечным сном.

* * *

– Привет, Иван. Чем порадуешь?

– Да ни чем. Мне не удалось поговорить с Олесей и к телефону она, как назло не подходит.

– Поехали к ней. Что-то у меня на душе неспокойно. Боюсь, мы уже опоздали.

Они приехали на квартиру Олеси и позвонили в дверь. Дверь никто не открыл. Максим дернул за ручку и сказал, – Она не заперта!

Они вошли в комнату и увидели Софью Николаевну, сидевшую на полу рядом с дочерью. Она плакала и причитала, – Я как чувствовала.

– Когда Вы пришли, дверь была открыта?

– Нет.

– А у кого еще были ключи от квартиры?

– Ни у кого. Только у меня и Олеси, хотя последнее время Олеся стала такой рассеянной, что могла их и потерять.

– Тогда бы она все равно попросила ключ у Вас, чтобы сделать дубликат.

– Ничего она у меня не просила!

– Она с кем-нибудь встречалась в последнее время?

– С каким-то Виктором! Познакомилась с ним на улице.

– Иван, ты видел опять кукла. Почерк тот же.

– Да, видел.

– Я вот что думаю, это сделал кто-то из ее окружения. Взял у нее ключ и сделал дубликат.

– Судя по лицу ее явно отравили.

– Согласен. Надо проверить всех с кем она работала, и выяснить, кто этот Виктор.

– В ее мобильном наверняка есть его номер.

– Вам Олеся не рассказывала о работе?

– Рассказывала. Это все Ира! Она увела у Олеси Олега, и вот полюбуйтесь, теперь ее фото на обложке журнала. Как же надо так ненавидеть, чтобы убить. Олеся очень переживала разрыв с Олегом. Правда, она была уверена, что они помирятся. Что Ира за человек?! Пришла на все готовое и стала диктовать свои правила. Все, эта проклятая зависть!

– Ира была у Олеси дома?

– Нет. Что ей здесь делать? Они же не подружки.

– Виктор заходил несколько раз, а до ссоры Олеся жила у Олега. Все у них было нормально, пока не появилась эта стерва. Да и Олег тоже мне хорош, как он мог отвернуться от Олеси в такой тяжелый момент жизни.

– Софья Николаевна, если еще что-то вспомните, позвоните, пожалуйста. Иван, нам пора. Будем ждать результатов экспертизы.

* * *

– Привет Олег. Мы с Иваном ждем тебя с нетерпением.

– Я и так старался из-за всех сил.

– За это тебе отдельное спасибо.

– Что я могу тебе сказать, на баночке крема отпечатки пальцев Ирины.

– Недаром мы перевернули всю помойку.

– Почему ты решил, что что-то пропало?

– Софья Николаевна позвонила и сказала, что Олеся жаловалась, что пропал дорогущий крем, который она делала на заказ. Ничего подобного мы среди ее косметики не нашли. Тогда я и решил, что его выбросили. Ирина видно не рассчитывала, что мы будем там искать, поэтому не стала далеко ходить и выбросила поблизости. Но отравили ее не кремом.

– Да. Яд поступал Олесе с пищей.

– Сейчас мы побеседуем с Ириной и все выясним.

– Но она совсем не

похожа на убийцу.

– С каких это пор ты стал определять преступника по внешним данным?

– У тебя же есть интуиция. Ты уверен в ее виновности?

– Уверен, не уверен. У нее был мотив, и факты говорят о том, что это сделала она.

– А как же сомнение? Вдруг ее подставили?

– Кому это надо? Она-то никому не мешает, а Олеся ей мешала. Да и потом Олег сказал, что с Ирой у него было все несерьезно, и он ей сказал, что собирается вернуться к Олесе. Вот это ее и подтолкнуло к действию.

Ира сидела и плакала, и Иван предложил ей воды. Она и подумать не могла, что с ней когда-нибудь произойдет такое. Когда она видела подобные сюжеты по телевизору, ей казалось все это вымыслом и продуманной игрой актеров. Что сказать, в свое оправдание, чтобы они поверили мне. Она крикнула первое, что пришло ей на ум, – Я ее не убивала! Это, какая-то ошибка!

– И лицо Вы ей тоже не портили?

– Нет. Я вообще неспособна на это.

– На креме Ваши отпечатки пальцев.

– Я брала его. А что в этом такого? У Олеси была такая шелковистая кожа. Я и решила попробовать ее крем. Так что со мной тоже могло такое случиться что и с ней?

– Это лекарство, которым отравили Олесю, было в Вашем ящике стола и на нем тоже Ваши отпечатки пальцев.

– Я увидела его в ящике и взяла в руки, чтобы прочитать название. Мне кто-то его подбросил.

– И кто это мог сделать?

– Может Андрей, ведь я до Олега с ним встречалась. Он видно решил мне отомстить за то, что я его бросила.

– И он сделал это таким изощренным способом?

– Неужели, если бы я ее отравила, я стала бы оставлять лекарство в своем столе?

– Знаете, все предусмотреть невозможно. Вы просто не ожидали нашего появления и не успели от него избавиться.

– Я ее не убивала, поверьте мне.

Ира не переставая плакала и Максим сжалился над ней и сказал, – Хорошо, Вы, пока свободны.

– Я Вас очень прошу найдите того, кто это сделал.

Ира вышла в коридор. Олег не мог понять, как человек мог так измениться за такое короткое время. У него, даже не было желания заговорить с ней. Она кивнула на прощание и вышла на улицу.

Андрей не мог усидеть на месте. Олега раздражало его мельтешение перед глазами.

– Может сядешь и успокоишься, наконец! Неужели ты веришь, что Ирина могла это сделать?

– На что только женщины неспособны.

– Как ты можешь такое говорить?! Ты же встречался с ней.

– Тогда кто, по-твоему, убил Олесю?

– Не знаю.

– Вот именно. Больше некому. Только Ирина на нее зуб имела и могла спокойно войти в комнату Олеси.

– Ты меня не убедил. Я все равно не верю, что это она сделала.

– Без тебя разберутся.

– Только Олесю уже не вернешь. В этом тоже есть моя вина. Ирка от ревности совсем голову потеряла, когда узнала, что я к Олесе вернуться хочу.

– Олеся простила тебе измену?

– Конечно, простила. Она же меня любила.

– Трудно женщин понять.

– И не надо. Все меня вызывают.

– Пропусти меня. Я не могу больше ждать.

– Ладно, иди и после займись работой, хотя мы и потеряли двух лучших моделей, это потеря не должна отразиться на нашем бизнесе.

– Да я уже знаю, из кого может получиться толк. Я уже отобрал двух девушек на пробы.

– Вот и замечательно! Ты же знаешь, работа – лекарство от всех болезней.

Андрей зашел в кабинет.

– Здравствуйте. Я очень спешу. Нельзя с этим побыстрее закончить?

– Это от Вас зависит.

– Я с Олесей был в хороших отношениях и никогда не конфликтовал. Кто это сделал, я не знаю.

– А какие у нее были отношения с Ириной?

– Ну… они не ладили. У Олеси был сложный характер. Иру я хорошо знаю со школьной скамьи. Она и мухи не обидит.

– А Вы?

– К чему этот вопрос?

– Она сказала, что Вы могли убить Олесю.

– Я? Что за бред! Как она могла такое сказать. Она, что белены объелась? Какой у меня мотив?

– Решили ей отомстить за то, что она ушла от Вас к Олегу.

– Полная чушь! Мы обоюдно пришли к такому решению. Никто никого не бросал. Я Олесю не убивал. Я даже не знаю, где она свою косметику хранила.

– Почему Вы решили, что дело в косметике?

– Так Олеся сказала. Она не могла найти крем и спрашивала у меня про него. Я вообще-то кремами не пользуюсь, так ей и сказал. Это все бабьи происки. Я тут не при чем.

Андрей вышел из кабинета злой и опустошенный.

«Как после этого верить людям?» – подумал он. – «Я к ней со всей душой. На работу устроил, пылинки с нее сдувал, а она. Все бабы стервы».

– Что с тобой? – спросил Олег. – На тебе лица нет. Тебя что там пытали?

– Хуже. Там мне открылась истина. Ты был прав.

– На счет чего?

– На что только человек не способен, чтобы спасти свою шкуру. Я ее на работу устроил. Вот и делай людям добро после этого.

– Забудь. Все ошибаются.

– Меня провели, как слепого котенка.

– Ничего. В следующий раз умнее будешь.

– Ладно, пойду я лучше поработаю. Андрей попрощался с Олегом и пошел неуверенной походкой к выходу.

– Андрей, явно нервничает – сказал Максим.

– Ты думаешь, он что-то скрывает?

– Нет. Просто возбудимый тип. Не думаю, что он мог убить.

– А что такие не убивают?

– Всякие убивают, но у него кишка тонка.

– А у Ирины?

– Что ты с ней пристал? Что приглянулась?

– А что симпатичная девушка. Просто попала в западню.

– Андрей тоже так считал, но после того, как она его обвинила, он быстро изменил о ней мнение.

– Незаметно, что он ее любил, иначе он так быстро бы не сдал позиции.

– Для него главное, чтобы его не подозревали, но у нас на него ничего и нет. Зови следующего.

Олег был спокоен и выдержан. Его лицо не выражала недавнюю утрату. «Неужели он не переживает потерю близкого человека?» – подумал Максим.

– Здравствуйте. Что Вы сделали с моим другом? Его, как подменили.

– А он всегда такой нервный?

– Нет. Только последнее время.

– И с чем это связано? Он с Олесей конфликтовал.

– Нам он сказал обратное. И что они не поделили?

– У нее в последнее время были срывы, и вела она себя неадекватно. Пила различные таблетки, но ей это не помогало.

– И поэтому Вы с ней расстались?

– Только на время. Я просто хотел, чтобы она пожила какое-то время у матери и привела свои мысли в порядок.

– И что ее состояние улучшилось?

– Нет, но мы все равно собирались возобновить отношения. Я ее любил и не мог без нее долго обходиться. Я пытался ее забыть с помощью Ирины, но все было напрасно. Олеся не выходила у меня из головы. Говорят, у нее тяжелый характер, а меня это заводило.

– Вы сказали Ирине о своем решение?

– Да.

– И как она на это отреагировала?

– Естественно не обрадовалась. Она не хотела меня отпускать, используя свои женские чары, но на меня они не подействовали. Я Ирине с самого начала романа говорил, чтобы она ни на что не рассчитывала.

– И она с этим мирилась?

– Она, как любая женщина думала, что я изменю свое решение и останусь с ней. Она надеялась на это.

– Вот эту куклу Вы когда-нибудь видели?

– Нет. Впервые вижу. Дорогой экземпляр.

– Вы разбираетесь в куклах?

– По-моему, это невооруженным глазом видно. Такие куклы на рынках не валяются.

– А где их можно купить?

– Например, за границей или сделать на заказ. Олег вышел из кабинета и поехал на работу.

– А кукла его зацепила. Ты видел, как он ее изучал?

– Да, было заметно. В этот момент его лицо дрогнуло, как будто он что-то вспомнил, но не стал говорить.

– Ты думаешь он нам правду рассказал на счет Олеси?

– Виктор мне сказал, что она про Олега не вспоминала и возвращаться к нему не собиралась и он единственный, не считая матери, кто переживает ее потерю.

– Олеся могла ему не говорить, что собирается вернуться к Олегу. Тянула время. Может она не была уверена в своих чувствах. Олеся привыкла сорить деньгами и жить на широкую ногу, а Виктор студент и подрабатывает водителем. Ему еще учиться и учиться. Что он может ей дать?

– Любовь.

– Громко сказано. Олег сказал, что тоже ее любил. Они вместе работали. У них много общего, а Виктор нужен был ей для утешения, сопли утирать. Он ее конечно не убивал. Пусть парень спокойно учится. Он еще встретит свою любовь. Олег звонит, значит, все-таки осенило.

– Да, я Вас слушаю.

– Я вспомнил, где я видел эту куклу. Я как-то раз приезжал к Лиде домой. У нее была точна такая же кукла. Максим, задумавшись, положил телефон на стол.

– Что?

– Потом расскажу.

– У нас осталась одна Вика на закуску. Собирайся, поедим.

Они приехали в агентство и сразу направились к кабинету Вики. Ивану Вика сразу понравилась, но он постарался переключить мысли на Полю.

– Секретарь, по-моему, прекрасная профессия быть начеку и в курсе всего.

– А мне хочется быть фотомоделью.

– Напрасно, что они будут делать без Вас, если Вы оставите свой пост.

– Найдут другую.

– Такую, как Вы, вряд ли.

– Вы меня прямо захвалили. Вы же не знаете меня, как работника.

– Я хорошо разбираюсь в людях.

– А вот и нет.

– Почему?

– Вы тогда бы не задержали Иру. Она ни в чем не виновата и у меня есть доказательства. Я не хочу, чтобы невиновный человек пострадал. Да я слышу и вижу то, что другие предпочитают не замечать и Вика им поведала свою историю. Олеся в последнее время стала очень недоверчивой и осторожной. Она никого не разрешала впускать в свою комнату, когда ее нет на месте. Я видела, как к ней зашел Андрей. Я разговаривала по телефону и не могла отойти. Когда я освободилась, я сразу пошла в комнату Олеси. Андрей сразу напрягся, когда увидел меня и пытался пошутить. А я заметила, что ящик стола немного выдвинут и он что-то прячет за спиной. Мне показалось это странным. Я сразу поняла, что здесь что-то не так и вот что я Вам принесла – перчатки, которые на нем были.

– Как Вам удалось их достать?

– Лучше не спрашивайте. Что только не сделаешь ради того, чтобы восторжествовала справедливость.

– Вы чем-то обязаны Ирине?

– Нет и она мне ничего не должна. Я думаю, она на моем месте поступила точно так же.

– А Вы смелая девушка.

– Я только такой кажусь. На самом деле мне очень страшно было и мне искренне жалко Олесю. Она была такая молодая и красивая. Я ей всегда завидовала, а завидовать на самом деле нечему.

– Вот видишь! Я же тебе говорил, что это не она убила Олесю. Все мы ошибаемся. Я признаю свое полное поражение и капитуляцию. Кто бы мог подумать, что у него такой изощренный мозг.

– На что только человек не готов ради денег.

– А нам Олег ничего не сказал про условие, которое поставила Олеся.

– Он просто не посчитал это нужным.

– А по-моему, здесь дело в другом. Ему было неловко говорить, что женщина диктует ему условия, ведь он привык, чтоб все подчинялись ему беспрекословно.