![](/books_files/covers/thumbs_240/vencenosnye-suprugi-mezhdu-lyubovyu-i-vlastyu-tayny-velikih-soyuzov-91204.jpg)
Автор книги: Жан-Франсуа Солнон
Жанр: Зарубежная образовательная литература, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Меньшее из зол
Насилие в политике никого не удивляло. Резня, смерть, убийство были обычным делом в те жестокие времена. Когда одна из соперничающих партий занимала место во главе государства, для ее врагов это означало смертный приговор. Когда арманьяки захватили Париж в августе 1413 г., они начали охоту на бургиньонов; когда в мае 1418 г. бургиньоны вступили в столицу, они в тот же день пошли резать арманьяков. И те и другие убийствами не гнушались. Влиятельные феодалы за участие в политике расплачивались жизнью. Гражданская война не утихала почти никогда, и одними из последних жертв уже стали брат короля Людовик Орлеанский и коннетабль д’Арманьяк.
Но гибель герцога Бургундского повергла королеву в «полное замешательство». Она поторопилась вернуть себе Труа, стараясь, несмотря ни на что, сохранить хотя бы видимость королевской власти[50]50
Philippe Delorme, op. cit., p. 292.
[Закрыть]. Смелая женщина: король душевнобольной, дофин совершил преступление, Филипп Бургундский по прозвищу «Добрый», сын убитого герцога, готовился отомстить за отца, а англичане стояли на французской земле. Кругом одни неприятности! Может, единственный, кто способен помочь справиться с врагами, – это английский король? Но теперь за союз заморский монарх требовал цену подороже, чем кусок королевства. Он захотел получить корону Франции. Как дать отпор таким аппетитам. В сравнении с английской мощью, королевство лилии выглядело слабым и разобщенным. Кто – дофин, бургундский герцог или королева – сумеет первым заключить с Генрихом V Ланкастерским сепаратный мир?
Каждый пытался договориться. Наверное, кто-то размышлял: будет ли Филипп Добрый виновен в оскорблении короля, и совершит ли он «ошибку», если заключит союз с врагом королевства Генрихом V. Но реалистичнее было объяснить, если Генрих V «силой оружия» требует корону Франции, то «все погибло, и надо смириться». Вместо того чтобы смотреть, как победивший английский король будет расправляться с Карлом VI, лучше переговорить с заморскими гостями о союзничестве. Все остальные решения представлялись тупиковыми.
Со своей стороны, Изабелла, хоть и разуверилась полностью в возможности примирения между дофином и бургиньонами, не поддавалась английскому «искушению». Казалось, разум настаивает на подобном альянсе, но щепетильность сдерживает королеву. Изабелла не попала в зависимость герцога Филиппа, приходившегося, кстати, ей зятем, и отказала ему в титуле королевского наместника, который принадлежал его отцу. И она не стала поддаваться английским требованиям. Как свидетельствуют документы, она не стала рвать все связи с дофином. Ненависть, которую она якобы к нему питала, – просто легенда.
С декабря 1419 г. Филипп Добрый первым принял условия мира, выдвинутые Генрихом V, и поклялся добиться, чтобы король и королева их одобрили. Изабелла никак не решалась. Время шло. Бургиньоны нажимали на нее. В Совете они говорили одно: в казне не осталось ни су, расходы оплачивать нечем. Финансовая помощь бургиньонов спасла Изабеллу. Потребность в деньгах, как пишет Франсуаза Отран, развеяла последние сомнения. Королеве пришлось поддержать выбор Филиппа Доброго.
25 декабря 1419 г. герцог именем французского короля подтвердил договор с Англией. Дабы окончательно всех успокоить, он сообщал, что Генрих V женится на дочери Карла VI и Изабеллы Екатерине де Валуа, а сестра герцога Филиппа Бургундского вступит в брак с братом английского монарха. Таким образом, союз становился династическим.
И он представлял военную угрозу для дофина: перемирие между воюющими не распространялось на армию Карла, который теперь был вынужден держать оборону как против англичан, так и бургиньонов.
Изабелла приняла решение. 17 января 1420 г. грамота, выпущенная в Труа именем короля, объявляла, что Карл не достоин французской короны в связи с преступлением в Монтеро. Его назвали «отцеубийцей, виновным в оскорблении короля, разрушителем и врагом общества… врагом Господа и правосудия»[51]51
Georges Minois, Charles VIII. Un roi shakesperien, Paris, Perrin, 2005, p. 129.
[Закрыть]. Разрыв с дофином свершился. Изабелла признала, Генриха V в качестве сына Карла VI «согласно брачном договору между ним и нашей дочерью [Екатериной]», и это стало прелюдией мира.
Английский монарх согласился на трехмесячное перемирие; за этот срок канцелярии двух королевств должны были подготовить договор. Хотя считается, что Изабелла тут же бросилась в руки Англии, на самом деле это не так – переговоры потребовали некоторое время. Герцог Бургундский прибыл в Труа 23 марта: он должен был убедить Совет в обоснованности условий договора. Изабелла и король приняли соглашение 6 апреля. 20 мая прибыл и Генрих V. Принимающая сторона, состоящая из его новых союзников, казалось, чувствовала себя не в своей тарелке. Высокомерие победителя всех злило. Но раздумывать было некогда. На следующий день в соборе Труа торжественно подписали договор. Зачитали его тридцать одну статью. Король Англии принес присягу. Вслед за ним – Изабелла, выступавшая от имени Карла VI. Чтобы ни говорили злые языки, королева, подписывая документ, лишавший ее сына права на престол в пользу Генриха V Ланкастерского, не продемонстрировала никакой радости[52]52
Ibid., p. 130–133.
[Закрыть].
Договор провозглашал смену правящей династии: Капетингам, представленным домом Валуа, наследовали Плантагенеты, представленные Ланкастерами. Надо четко понимать причины, приведшие к подписанию такого документа. Официально законный наследник терял право на корону, поскольку совершил политическое преступление. В реальности же у юного Карла не хватало сил, чтобы одержать верх над английским королем. И Генрих V приобретал в будущем французский трон как муж Екатерины де Валуа, а не как потомок Филиппа Доброго и его дочери Изабеллы, состоявшей в браке с английским королем Эдуардом II[53]53
На этом браке основывались претензии англичан на французскую корону, с него и началась Столетняя война.
[Закрыть].
Пока Карл VI был жив, Генрих не мог претендовать на титул короля Франции: он был просто наследником. Но после подписания договора он получал властные полномочия, которые делил с Советом, ввиду душевной болезни короля. В будущем Англия не присоединяла «королевство лилий» к своим владениям. Два государства образовывали «двойную монархию».
После подписания договора традиционных празднеств устраивать не стали. Все лето новоиспеченные союзники были заняты войной против «мнимого» дофина. Генрих V провел вдоль Сены наступление на сторонников Карла. Его сопровождали Филипп Добрый и король с королевой. Город пал, затем настала очередь Монтеро и Мелёна. К концу осени в руках англичан и бургиньонов уже были окрестности Парижа. 1 декабря Генрих вступил в столицу вместе с Карлом VI. На следующий день их догнали Изабелла вместе с дочерью Екатериной.
Во всем виновата Изабелла
После подписания «позорного договора в Труа» в народе и среди некоторых историков стали говорить, что его подстроила Изабелла Баварская, бесчеловечная королева, лишившая сына наследства и продавшая Францию Англии. Ее обвиняли в том, что она ненавидела дофина Карла и, снедаемая алчностью, отдала собственную дочь английскому королю, а из-за болезни мужа распалила в себе жажду власти. Да еще и происхождение – немка! – как позднее говаривала «австрийка» Мария Антуанетта, усугубляло вину. Изабелле приписали все смертные грехи. Погрязнув в адюльтере, она родила Карла от одного из многочисленных любовников. Отныне дофин не считался сыном короля. И тем, кто подписывал договор в Труа, не составило никакой сложности согнать бастарда с французского трона.
Хотя в договоре не было и намека на якобы незаконное происхождение дофина – немыслимо, чтобы дипломатический документ стал бы так позорить королеву Франции, – слухи не унимались и посеяли-таки сомнения в будущем Карле VII, который, стал бастардом, не имея права ни на какие государственные действия. Точно так же никто из современников не обвинял Изабеллу в продаже англичанам королевства, поскольку зачатки патриотизма перевешивало острое желание мира. Однако присущая всем французам любовь к романтике вынуждала их противопоставлять ту, что по причине собственной порочности потеряла королевство, девственнице и мученице Жанне, которая, несколько лет спустя, спасла страну. Сентиментальную сказку об иностранке, которая с готовностью предала национальные интересы, и пастушке, воплотившей в себе вечные ценности Франции, слышали все.
В реальности все было по-другому. Известно, что Изабелла, на которую нажимали бургиньоны, а деться ей было некуда, «отреклась от сына не по своей воле, не по своей прихоти»[54]54
Françoise Autrand, op. cit., p. 588.
[Закрыть]. Сторонники союза с англичанами повторяли: «Из двух зол надо выбирать меньшее». Примерно то же самое говорили в народе, уставшем от войны. Страх перед солдатами, грабежами, чередой несчастий вынуждал принимать как хорошие, так и плохие стороны договора в Труа. Парижане верили, что нашли, кто виноват во всех бедах: Карл, «мнимый дофин». Анонимный летописец, известный под прозвищем «парижский буржуа» сетовал: никогда «Франция не была так опустошена и разобщена, как сегодня, ведь дофин день и ночь только и занимался тем, что губил страну своего отца огнем и кровью»[55]55
Ibid., p. 583–584.
[Закрыть].
Если на Карла, лишенного наследства и изгнанного из королевства, несчастья так и сыпались, то союзникам улыбалась удача. Генрих V захватил последние бастионы, которые оставались у сторонников дофина на севере Луары, а молодая жена Екатерина подарила ему сына, нареченного Генрихом. Теперь, поскольку «самозваный сын Франции» 19 лет от роду не успел жениться, династия Ланкастеров закрепила свои позиции. И очень вовремя: 31 августа 1422 г. Генрих V скончался в Винсене от болезни, поразившей его при осаде города Мо. Его наследнику Генриху VI был всего 1 год, поэтому назначили регентство. Отныне трон Англии, а также право на французский престол перешли к внуку Карла VI. Всего через 2 месяца, 21 октября смерть поразила короля в Париже. Его оплакивали в народе, потому что он до сих пор оставался популярным. Дофин Карл тут же провозгласил себя королем Франции под именем Карла VII, а брат покойного Генриха и регент Англии герцог Бедфорд признал правителем двух стран Генриха VI в соответствии с договором, подписанным в Труа.
Смерть французского короля положила конец его странному браку с Изабеллой. Тридцать семь лет супруги делили все горечи жизни, и свадьба, сыгранная по любви в Амьене, стала далеким воспоминанием. Жизнь Карла VI была сплошной мукой, а судьба Изабеллы, хоть и расцвеченная праздниками, которые королева так любила, явилась непрерывной борьбой за выживание, необходимость менять союзников дабы не пасть жертвой. Жертва многочисленных беременностей, из-за которых Изабелла страшно располнела, нехватка денежных средств (а она так любила богатство), бесплодные попытки лавировать между арманьяками и бургиньонами, политические виражи, за которые ее потом так осуждали потомки: Изабеллу не считали великой королевой. Да и супруга из нее вышла так себе. Она была матерью дофина, но обстоятельства не позволили ей занять место регентши. После 1422 г. Изабелла стала просто вдовствующей королевой. Конечно, она приходилась бабушкой королю Генриху VI, но регентства, которое она надеялась разделить со своей дочерью Екатериной, она не получила. Англичане не захотели.
Изабелла вдовела тринадцать лет. Бывали в ее жизни и радости: например, в 1423 г. родился внук, будущий Людовик XI – и печали: когда англичане стали злобно муссировать тему законнорожденности Карла VII, о котором она «зело тревожилась и печалилась в своем сердце». Изабелла доживала свой век в покоях дворца Сен-Поль, получая скромную пенсию. Гости, навещавшие ее чаще, чем официально полагалось, да редкие праздники скрашивали ее однообразную жизнь. Как Изабелла реагировала на политические события – неизвестно. Наверное, она не осталась равнодушна, когда Жанна д’Арк сняла осаду Орлеана, когда короновали «милого дофина» в Реймсе в 1429 г., когда Жанну сожгли на костре, и когда в 1431 г. в соборе Парижской Богоматери короновали Генриха VI. В хрониках говорится, что примирение Карла VII с Филиппом Добрым в Аррасе доставило Изабелле столько радости, что от избытка чувств она через девять дней скончалась.
Даже ее смерть осталась незамеченной. Как уверяет парижский буржуа, когда горожан спрашивали, «где сейчас королева, они не знали, что и сказать, потому что это мало кого интересовало». Саму Изабеллу забыли быстро, а вот неприглядные легенды о ней сохранились надолго. Даже сегодня многие осуждают ее за то, что она примыкала к партии победителей и была главным устроителем договора в Труа, который в реальности был просто сделкой между англичанами и бургиньонами[56]56
Bertrand Schnerb, op. cit., p. 339.
[Закрыть]. «Поговаривали, – продолжает летописец, – что она являлась причиной большого зла и горя для тех, кто живет на земле».
Карла VI, несмотря на болезнь, в народе любили, а Изабелле Баварской приписывали всевозможные грехи. История слишком быстро позабыла, сколько трагедией ей пришлось выдержать, сколько раз она старалась примирить враждующие стороны, а по течению судьбы она поплыла и совершила ошибочный выбор лишь под конец жизни.
Изабелла Кастильская и Фердинанд Арагонский (1469–1504)
Католические короли
«Кто сравнится с королевой Изабеллой Испанской?
– Король Фердинанд, – ответил синьор Гаспаро.
– Я его не оспариваю, – добавил Великолепный, – … Я убежден, что репутация, которую он приобрел благодаря ей, представляет собой приданое, не менее ценное, чем Кастильское королевство.
– Более того, по-моему, – ответил синьор Гаспаро, – именно королева Изабелла стоит за многими действиями короля Фердинанда».
Бальдассаре Кастильоне
«То, что многие важные синьоры не могли совершить годами, одна женщина сделала в самое короткое время благодаря своим стараниям и искусству управлять».
Эрнандо дель Пульгар
В хоровой капелле кафедрального собора в Толедо под роскошными креслами на пятидесяти четырех деревянных панно воспевается слава королям-католикам, победившим мусульманскую Гренаду. Созданные резчиком Родриго Алеманом изображения Изабеллы Кастильской (1451–1504) и Фердинанда Арагонского (1452–1516) составляют центральный мотив практически всех эпизодов войны, которая тянулась почти десять лет и 2 января 1492 г. увенчалась взятием Альгамбры, что положило конец восьмивековому мавританскому владычеству. Реконкиста свершилась. Король лично участвовал в тридцати четырех операциях, а королева, хоть и имела право отстраниться, – в шести. И пусть вклад супругов в это общее дело был неравным, все-таки война – это мужское занятие, история предпочла свести их вместе и воспевала чету при каждой возможности. Современник пары Эрнандо дель Пульгар, автор монументального труда «Хроники католических королей», описал единодушие, связывавшее супругов так: «одна воля в двух людях».
А как писали в официальных документах того времени? Они на все лады восхваляют свершения супругов: «король и королева сделали…» или «король и королева решили…». Невозможно понять, где заканчивается муж и начинается жена. Даже сами испанцы над этим посмеивались и насмешливо говорили: «Сегодня король и королева родили дочь!» Взгляните на дошедшие до наших дней памятники в их честь, например, те, что находятся в Королевской капелле в Гренаде, где похоронена чета. Гербы супругов соприкасаются друг с другом либо переплетаются, словно в любовном объятии: ярмо и гордиев узел Фердинанда и связка стрел Изабеллы. Им приписывают в качестве девиза слова: «Tanto monta» (Все едино). Их писали на зданиях и наградах. Полным вариантом фразы ошибочно считают «Tanto monta, monta tanto Isabel como Ferdinand». Но как сообщает Жозеф Пере, по-испански эти слова не имеют никакого смысла, и они никогда не служили девизом Католических королей[57]57
Joseph Pérez, Isabelle et Ferdinand. Rois Catholiques d’Espagne, Paris, Fayard, 1988, p. 98–99.
[Закрыть].
В народной памяти Изабелла называла мужа Фердинанд-Изабелла. Невозможно разграничить их деяния, понять, кому именно принадлежала та или иная инициатива, определить оттенки их искусства управлять государством, отследить тонкости, отыскать разногласия в совместных поступках четы, создавшей современную Испанию. Кажется, ни один министр, ни один советник не смог бы встать между супругами. Католические короли правили единовластно и, будьте уверены, между ними царило полное взаимопонимание.
«У короля, – убеждают нас в хрониках, – не было иного фаворита, кроме королевы. А у королевы – никого, кроме короля». Получается. Изабелла и Фердинанд действительно делили власть пополам?
Наследство еще надо отвоевать
Все современники поражались, насколько единодушно правят Изабелла и Фердинанд, но они не могли не знать, сколько интриг понадобилось сплести, сколько козней посеять, в скольких сражениях выстоять пришлось каждому из них, прежде чем удалось взойти на престол. Корону им не фея в колыбель положила. Изабелле, чтобы добиться кастильского трона потребовалось проявить столько же упрямства, сколько уступчивости, а когда за Фердинандом признали право наследовать вслед за отцом арагонскую корону, это спровоцировало десятилетнюю гражданскую войну[58]58
Арагонской короне на Пиренейском полуострове подчинялось собственно королевство Арагон (со столицей в Сарагосе), а также королевство Валенсия, графство Каталония (с Барселоной) и Балеарские острова.
[Закрыть].
Испания в те времена была раздробленной. По всему полуострову долгая реконкиста земель, которые занимали арабы с 711 г., сопровождалась созданием многочисленных христианских государств. Взятие Толедо, Сарагосы, Лериды, Кордовы, Валенсии и Севильи отодвинуло исламскую границу от Дуэро к Тахо, а потом от Тахо к Гвадалквивиру. Из всех христианских королевств, появившихся на отвоеванных территориях, наиболее примечательны Кастилия, Португалия, Наварра и Арагон. К концу Средневековья из всех стран у арабов оставалась только Гренада.
Периоды кризисов, как известно, показывают, кто есть кто в государственной системе. Анархическая атмосфера, царившая во владениях кастильской короны во второй половине XV в. позволила Изабелле, несмотря на ее юный возраст, проявить выдающийся политический талант. Она приходилась сводной сестрой правящему королю Энрике IV (1454–1474), и ни за что ей было не видать престола, если бы кастильская знать не восстала против государя, если бы второй ее брат Альфонсо, потенциальный преемник опозоренного Энрике IV, не скончался бы скоропостижно в возрасте 15 лет от чумы. В детстве на Изабеллу постоянно сыпались несчастья. В 4 года она потеряла отца, а мать, заболевшая душевной болезнью, не заботилась о девочке. В 13 лет на нее обратил внимание Энрике IV и забрал в свой двор в Сеговии. Не слишком порядочное место! Король вел распутную жизнь (впрочем, наверное, слухи о его безнравственности преувеличены врагами) и, поскольку он не умел заставить людей подчиняться, его авторитет оспаривали чуть ли не ежедневно. Государство погрязло в анархии, разбилось на соперничающие фракции, Кастилия находилась на грани раскола и гражданской войны. Одна из партий сделала ставку на Изабеллу, надеясь, что по молодости и неопытности, она позволит собой манипулировать.
Кастильская монархия не признавала салическое право, и трон могла занимать женщина. Но неужели, прежде чем заинтересоваться Изабеллой, знать не рассматривала в качестве кандидатки на престол дочь Энрике IV Хуану? Та носила прозвище Бельтранеха, и от этого клейма эй было никуда не деться. Оно означало «дочь Бельтрана». Девочка появилась на свет от незаконной связи супруги короля и одного из ее фаворитов Бельтрана де ла Куэва. Враги Энрике IV под предлогом внебрачного рождения Хуаны (что осталось недоказанным) выдвинули кандидатуру Изабеллы. Обстановка была неблагоприятная, королевскую власть постоянно дискредитировали, и Энрике не оставалось выбора, как лишить дочь наследства – однако, ее незаконнорожденность он так и не признал. В 1468 г. после гибели Альфонсо и отстранения Хуаны перед Изабеллой словно открылся путь к короне. И тогда она продемонстрировала благоразумие и ловкость, каких совсем не ждешь от 17-летней девушки.
Несколькими годами раньше партия дворян заочно низложила Энрике IV, объявив, что он не достоин оставаться на троне, но Изабелла от предложенного трона Кастилии отказалась. Она не стала вставать во главе ни одной из фракций, оспаривать права сводного брата или еще как-то участвовать во всеобщем хаосе. Изабелла позволила считать себя наследницей короны только после смерти Альфонсо и лишения Бельтранехи права на трон. Государственному перевороту, который бы низложил правящего монарха и усилил бы раскол в стране, она предпочла терпение. И объявила себя не королевой или простой инфантой, а «принцессой и законной наследницей королевств Кастилии и Леона». Энрике IV, понимая, что он полностью утратил королевское влияние, признал Изабеллу принцессой Астурийской, то есть наследницей короны. Похоже ее устраивало, что для того, чтобы занять трон, ей надо дождаться смерти монарха, который был старше ее на 20 лет. В свою очередь, Изабелла пообещала не вступать в брак без согласия короля или против его воли.
В Арагоне Фердинанду, будущему мужу Изабеллы, чтобы получить корону не пришлось маневрировать с такой ловкостью, но его притязания на отцовское наследство привели к гражданской войне. У его отца Хуана II был сын от первого брака принц Вианский, которому и полагалось наследовать корону. Сам Фердинанд родился у второй жены короля. Их соперничество было недолгим: в марте 1461 г. принц Вианский умер, предположительно, был отравлен. Фердинанду не было еще и 10 лет. Вместо войны за преемничество в Каталонии, где было много сторонников покойного принца, началась гражданская война, поставившая под угрозу единство арагонской короны. Победителем из нее через 10 лет вышел Хуан II. Разница в судьбе Фердинанда и Изабеллы состоит в том, что если бы две монархии[59]59
Имеется в виду Арагон и Кастилия. – Прим. пер.
[Закрыть] оказались под угрозой раскола, арагонский принц не мог бы претендовать на трон. Лишившись соперника, Фердинанд стал единственным наследником после своего отца.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?