Текст книги "Купи меня"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kupi-menya-224097.jpg)
Автор книги: Жасмин Майер
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 11
– Да? – зевнула в трубке тетушка. – Еще даже одиннадцати нет, Джеки. Для такого раннего звонка у тебя должна быть особая причина.
– И она у меня есть! Мой клиент ненормальный! Психованный! Нелогичный! Он заставил меня кататься на велосипедах под дождем! А потом чуть не сломал себе шею! – прорычала я, извиваясь на кровати.
Прижимая плечом телефон к уху, я пыталась стащить с себя лосины.
– Это что, тревога за него в твоем голосе?
– А еще мне кажется, он не собирается больше со мной спать!
– А это была обида?
Чертовы штаны! Нет, я не могу их стащить со своей задницы!
– Никогда не слышала тебя такой, Джеки.
– Неудивительно! Это худший день, худший клиент и будет худшая неделя в моей жизни! Как я могу ненавидеть человека, если даже его не знаю? Ну вот как?! Я ведь профессионал! Не понимаю, что со мной происходит!
Я оставила попытки снять с себя лосины. Закрыла одной ладонью глаза, а второй взялась за телефон.
– Джеки, детка… Ненависть, ярость и все это за неполные сутки? Конечно, ты профессионал, но все дело в том, что остальные то и дело подавались эмоциям. Пока остальные влюблялись, совершали ошибки или кривили носом перед клиентами, которые им не нравились, ты запретила себе чувствовать. Ничего личного и никаких чувств – твой девиз. Вот как ты добилась таких высот. А теперь я не узнаю тебя. Заставлял кататься на велосипеде? Да пусть заставит еще! Джеки, это же прекрасно! Столько эмоций в твоем голосе я не слышала никогда!
Я даже села от неожиданности.
– Это не прекрасно! Ты вообще слышишь меня? Это ужасно, Лана! Эти чувства только мешают мне мыслить. Мешают работать! Грант может разрушить все, над чем я столько лет трудилась. Начнет рассказывать всем, как он мной недоволен, и где я окажусь через месяц? В заднице! Я должна здраво оценивать ситуацию. А сейчас вместо того чтобы помогать клиенту, предугадывать его желания, я постоянно хочу его треснуть! Сначала засунуть ему руль от велосипеда куда поглубже, а потом…
Я снова увидела перед собой Гранта, на земле. Его приоткрытые губы так близко ко мне и непреодолимое желание наклониться…
– А потом хорошенько так провернуть этот руль в его заднице! – вслух ответила я. – Я уверена, что он специально сдерживается, чтобы не спать со мной! Я видела его возбуждение, а он просто взял и ушел! Зачем он это делает? Зачем он меня купил?
– Подожди, подожди. Он не хочет с тобой спать, а тебя это задевает?
– Да.
– Кто ты и откуда? Верните мою племянницу! Серьезно, Джеки, секс на первом месте только у шлюх вдоль трассы. У них даже тарифы, рассчитанные на час. А ты эскорт! Не хочет спать с тобой, и ладно! Что-то же он от тебя вообще потребовал?
– Ничего, в том-то и дело! Никаких связей, имен, контактов, ему ничего от меня не нужно! Ничего! Мы даже не покинем особняк. Всю неделю мы будем только вдвоем! Я не понимаю, на кой черт я ему сдалась? Лана, он даже велел выбросить всю мою одежду, потому что она куплена другими мужчинами! Понимаешь?!
– Понимаю, – протянула тетушка. – Он не хочет с тобой спать, ревнует к другим, а ты его хочешь треснуть за то, что он не хочет тебя трахнуть. Ничего не пропустила? Ну… Ответ тебе не понравится, Джеки.
– В каком смысле? Это какие-то отклонения в психике? Это опасно? Неизлечимо?
– Увы. Иногда может быть даже на всю жизнь.
– Я так и знала. У него точно есть какой-то диагноз, Лана! Пробей его среди психов Лос-Анджелеса! Биполярное расстройство, например! Вчера купил и спал со мной, а сегодня отталкивает! Все сходится!
– Может, для начала выслушаешь то, что я откопала на него?
– Давай.
– Джеки, не хочу тебя расстраивать, но Грант обычный миллиардер, взлетевший на каком-то ультрасовременном стартапе. Не проси меня объяснить тебе суть его работы, я так и не поняла. У него музыкальное образование, но нас с тобой должна волновать только его кредитная история, а она у него безупречная. В работе Грант прет, как упрямый вол, если взял цель, так о нем отзываются коллеги по бизнесу. Никто не верил в то, что его идеи выстрелят, но он получил начальное финансирование, преумножил его и не намерен останавливаться. Говорят, теперь он хочет сделать все, чтобы закрепиться в Силиконовой долине.
Я могла бы помочь ему с этим, но он совершенно не просил ни с кем его свести или случайно познакомить на светском мероприятии. Да что там, мы же даже никуда не пойдем!
– Я подслушала, как Грант говорил с кем-то про отпуск по телефону… Его звали Дональд.
– Да, этот парень его финансовый директор. Дональд Томпсон. В свое время Грант спас его семью от банкротства. С тех пор Томпсон помогает ему вести дела и уже приумножил состояние, поскольку у его семьи свои крепкие связи на юге, тогда как Грант у нас без роду, без племени.
Откуда же он взялся?
– Что-нибудь еще, Лана? Членство в БДСМ-клубе? Может, он гей и спит с Дональдом, а меня нанял, чтобы прикрыть его задницу? Что с ним не так?
– Грант не интересуется мужчинами.
– Откуда такая уверенность?
– У него есть невеста, Джеки. Говорят, они планировали объявить о помолвке в ближайшее время.
Невеста.
Все они одинаковы. Умеют только врать и предавать. Умеют только выбирать других, когда ты полностью им доверяешь и отдаешь всю себя. Гранту точно нужно всадить руль от велосипеда в задницу!
– Все в порядке? Ты молчишь.
Я прочистила горло.
– Конечно. Что со мной будет?
– Джеки…
– Не надо, Лана. Это именно та информация, которая мне и нужна была.
– Чтобы снова замкнуться в своей раковине? Перестать радоваться, смеяться, злиться? Любить?
– Любить! С луны свалилась? Вот у меня тут пылкий влюбленный, такой же мудак, как и все остальные! Зачем он нанял меня, если собирается объявлять о помолвке? Мальчишник себе устроил длиной в неделю?
– Ты говорила, что он вроде как не собирается с тобой спать.
– Будет спать, – процедила я. – Еще как будет. Уж я постараюсь.
– Джеки? Ты что задумала?
– А я наконец-то поняла, почему его перемкнуло с утра! Это совесть у мистера Гранта проснулась. Ну ничего, я уже видела, как хорошо он умеет ее игнорировать. Так что сегодня я ему помогу определиться с тем, собирается он изменять или как…
– Может, не надо?
– Надо, Лана. Надо. Нечего было изображать святошу, если такой же козел, как все остальные.
– Что ж, ты, главное, держи меня в курсе. И тревожную кнопку не забудь, когда соберешься соблазнять мистера Гранта. Мне, кстати, его уже жаль. Что наденешь?
Я мстительно улыбнулась.
– А ничего не надену.
Глава 12
Медитация всегда была моим спасением.
Я работал слишком много, отказываясь от всех раздражителей, терял счет времени и добивался невероятных результатов за счет этого, но в то же время совершенно не умел расслабляться или отвлекаться. Тогда я нашел мастера и усвоил навык медитации, и это помогло разгрузить сознание.
С тех пор я часто прибегал к медитации, и это всегда помогало сбавить внутреннее напряжение.
Но после прогулки я сначала привычно решил с головой уйти в работу. Но меня скоро настигло разочарование. В голове было ноль идей, где искать ошибку, а чутье, которое меня никогда не подводило при работе с кодом, было отрублено напрочь.
Я просто нажимал на компиляцию и смотрел, как она раз за разом выдавала одну и ту же ошибку, а я просто сидел перед монитором и представлял, как Жаклин едет по гравию.
Сначала медленно.
Но с каждым разом все быстрее.
А потом очень-очень быстро, подпрыгивая на сиденье, как на…
Короче, работу пришлось отложить. Я обещал Дональду найти ошибку, но сейчас это было выше моих сил.
А ведь все должно было сложиться иначе.
Пусть я не мог избежать этой встречи, но был твердо уверен, что при близком знакомстве смогу окончательно выкинуть ее из головы. Как это часто бывает, когда издали люди кажутся совсем другими, лучше, чем они есть на самом деле.
Еще я верил в то, что сумею продержаться, а не наброшусь на нее еще в агентстве, как пещерный человек. Наслаждался мстительной мыслью, что на эту неделю она станет мне всего лишь кухаркой, а я прекрасно буду работать, как и раньше работал, но с каждым днем все сильнее освобождаясь от ее власти надо мной.
Но мой интерес вышел из-под контроля. Он перерастал в одержимость быстрее, чем я излечивался от ее власти. Я должен был изгнать ее из своей головы, вычеркнуть из воспоминаний. Пережить, увидеть и отпустить!
Но застрял на «увидеть».
Смотреть на нее хотелось постоянно. Как едет, как изгибается, как ест и облизывает губы от крошек. Как обхватывает губами бутылку с водой.
Как нагибается надо мной, потому что я и правда загляделся, за что и поплатился падением с велосипеда.
Сворачиваю код и вырубаю компьютер. Впервые программирование не успокаивает. Работа словно подернулась толстым слоем льда, по которому хоть молотком колоти, но уйти в нее, как под воду, с головой больше не получается.
В моей голове только она.
Та, с которой я все-таки рискнул встретиться лицом к лицу, потому что никак иначе выжечь ее из воспоминаний не получалось. И тогда я решил, что приму правила ее игры. Наступлю себе на горло и куплю ее, хотя и считал это ненормальным, неадекватным, аморальным поступком.
Но я пошел и на это, решив, что, оставшись наедине, наконец-то увижу, что она совсем не та, какую я ее себе выдумал. По плану игру воображения должна была безжалостно перебить суровая реальность.
Но реальность положила меня самого на лопатки.
И в лесу это произошло в буквальном смысле.
Кряхтя, как столетний дед, встаю из-за стола и замираю возле окна во всю стену, мимо которого и проехала Жаклин, общаясь тогда с Чарльзом. Кот никуда не делся. Поверх наброшенного на инструмент чехла он и сейчас нежится в лучах солнца. Кот вытянулся во весь свой рост и всем своим видом показывает, что плевать он хотел на мои проблемы.
– Неплохая лежанка вышла, да? – погладил его, но он и ухом не повел. – Ну хочешь, кабинет оставлю открытым, будешь тут спать. Ну чего ты к ней ночью перебрался?
Мейн-кун раздраженно качнул хвостом.
– Не мое это дело, конечно, с кем ты спишь, – соглашаюсь. – Но прояви уважение, это я твой хозяин. И я пожалел тебя, взял с собой, а не оставил одного в городской квартире. А ты вместо благодарности сбегаешь в чужую спальню.
Разбуженный кот открывает глаза и садится, нервно обмахиваясь рыжим хвостом. После жестокой попойки наутро я смотрю на мир тем же взглядом, у Чарльза же он постоянно только такой.
Кот награждает меня долгим взглядом – в янтарных глазах ничего, кроме презрения и раздражения, а потом демонстративно поворачивается ко мне спиной.
Когда-то Аннета говорила, что мой кот ее недолюбливает, а я ей не верил. Теперь мой кот и меня ни во что не ставит.
– Предатель, – вздохнув, ерошу рыжую шерсть.
После, держась за поясницу, по-турецки сажусь прямо на пол. Давай, медитация. Твой ход. Закрываю глаза и делаю глубокий вдох, а после медленно выдыхаю. Привожу сознание в равновесие.
Нельзя сдаваться ей так быстро.
Да какое быстро, Адам!
Нельзя вообще сдаваться! На кону мое собственное будущее, в которое я планировал войти, освободившись от больной одержимости. Но рядом с ней все идет не так… Как и в первый раз, так и сейчас, рядом с ней я снова ставлю будущее под удар.
Вдох. Выдох.
Игнорировать. Не замечать. Не смотреть.
Не желать.
И не перечислять, что именно не желать!
Ничего не желать.
Аннета прекрасная, удобная, воспитанная, а родство с Томпсонами – это лучший вклад в будущее. Шанс перейти на другой уровень. Брак с ней такая же полезная штука, как, например, сельдерей.
И такой же безвкусный. Но раньше меня это устраивало!
Вдох. Выдох.
Раньше я ведь как-то жил без терпко-сладкой черной смородины? Да, думал о ней иногда, а первая встреча всколыхнула забытые воспоминания. Но раньше я мог взять их под контроль? Значит, смогу и сейчас.
Цок. Цок. Цок.
Она обула каблуки? Я же просил все выбросить!
Не важно. Плевать. Одежды у нее все равно нет. Опасные мысли.
Вдох. Выдох.
Думай о спокойных волнах океана, Адам. Легкий вдох, как прибой, и тихий медленный выдох.
Больше не доносится ни звука. И хорошо. Пусть ведет себя тихо, как мышка. Голая мышка на каблуках. Плевать и на это.
Цок. Цок. Цок.
На кухне гремит посудой. Правильно, тебе тут не ресторан, Жаклин. Если нужна еда, то нужно ее самой приготовить. Все идет так, как я и планировал. Я работаю – она готовит. И спим мы при этом в разных спальнях.
Шорох и прыжок – это Чарльз спрыгнул с рояля. Чертов предатель. Топ, топ, топ мягкими лапами в сторону кухни.
– Привет! Хочешь быть моим помощником?
Сколько тепла в ее голосе, когда она обращается к коту! Ко мне и того меньше.
Вдох. Выдох.
Чарльз суровый мейн-кун, его нежностями не проймешь! Он взирает на мир с таким же саркастическим пренебрежением, как и я. Стоило увидеть этот презрительный взгляд, как я не устоял.
Он что, мяукает?!
– Хочешь кусочек, котик? А тебе можно сырое мясо?
– Мя, мя, мя-у!
Молчаливый рыжий воротник, который за полтора года подал голос лишь однажды, когда я прищепил ему хвост крышкой рояля, теперь выпрашивает еду?!
Он с ней разговаривает!
Цок. Цок. Цок. Шипение сковороды. Писк нагретого гриля. Снова шорох и ритмичный перестук ножа.
К черту океан и его спокойные волны. Голод! Вот почему не могу настроиться на медитации, точно. В этом причина! Свой сэндвич я даже не ел.
Кое-как поднимаюсь на ноги, ковыляю из кабинета, держась за поясницу, в сторону кухни.
И едва не падаю от удивления. Шока. Наслаждения. Ярости. Злости. Возбуждения. Коктейль эмоций настолько сложный и опасный, что вычленить какую-то одну невозможно, как и не поддаваться увиденному.
Мой взгляд сначала расплывается, выхватывая детали, а после медленно снизу вверх ползет все выше, смакуя каждую деталь. Отказаться от рассматривания невозможно, как и отвести взгляд.
Жаклин действительно обута в изящные черные туфли с тонкими, как невидимки, шпильками. Мои глаза скользят выше, по голым, бесконечным ногам, до поясницы, на которой покоится бантик от фартука. Чуть выше ямочек на ягодицах, которые напрягаются от каждого движения у плиты.
Волосы собраны в высокий хвост, который струится черным золотом по голой спине вплоть до лопаток. А в уши вдеты длинные серьги, которые качаются при каждом движении.
На ней только туфли, фартук и сережки. Ведь другой одежды у нее так и нет.
Жаклин оборачивается, в ее руках блюдо с горячим сочным мясом.
– Мистер Грант, – улыбается она ярко-красными губами. – Будете?
Буду.
Тебя.
Прямо сейчас.
Глава 13
– Я велел тебе выбросить всю одежду, Жаклин.
Его голосом можно резать камни, а от бури в темно-синих глазах лучше прямо сейчас укрыться в бункере. Но если мистер Грант считает, что ему одному здесь тяжело, то он глубоко ошибается.
– Эти туфли мне подарила тетя на день рождения.
Стоять без одежды перед мужчиной, которого хочешь до дрожи в коленках, равносильно медленной пытке. Я знаю, как играть в игру под названием «Соблазнение», вот только я никогда не проигрывала с таким разгромным счетом, как сейчас.
Это просто химия, обычный голод тела и ничего более.
– Я велел заказать тебе другую одежду, ты не справилась с этим?
– Заказ будет доставлен только завтра, сэр.
Его взгляд в бильярдной ничто по сравнению с тем, с какой потребностью он теперь смотрит на мои ноги и едва прикрытые фартуком бедра. Надеюсь, он сполна успел насладиться тем, как смотрится бантик от его фартука на моей заднице.
Все мужчины патологические лжецы.
Я ведь знала это, слишком хорошо знала. Так почему же так горько теперь? Грант такой же изворотливый мерзавец, как и остальные. Разве честному мужчине могла прийти в голову идея запереться вместе со мной в горах, оставив свою невесту в одиночестве? Нет. И поборник серой морали Грант возмущен тем, что у меня, видите ли, было слишком много мужчин, тогда как он ну святой, не иначе.
Как бы не так.
Познакомьтесь с чистым искушением, мистер Грант, которому невозможно противостоять. И посмотрите наконец-то правде в глаза: нам обоим по непонятной причине очень хочется секса. И почему-то именно друг с другом.
Грант прирос к полу, хотя демоны в его глазах раздувают пламя. На таких неустойчивых шпильках я могу передвигаться только медленно и аккуратно, и это хорошо. Плавные движения бедер гипнотизируют Гранта, как покачивания кобру. Приберегите свой яд для кого-то еще, мистер Грант. Меня вам укусить не удастся. Я выжила после укусов куда опаснее ваших. Просто дайте мне то, что я хочу, а потом идите своей дорогой. Я сделаю то же самое.
Собственное возбуждение растет как ртутный столбик на солнце, пока я медленно курсирую между столовой и кухней, накрывая на стол. Холода я не чувствую. Рядом с ним жарко даже без одежды.
Кожа горит, и хочется стиснуть бедра, но я уверена, он вот-вот сорвется. Набросится, толкнет к столу и возьмет прямо поверх салата и тарелок, которые я даже украсила тканевыми салфетками.
Все готово, стейки и салат ждут на столе. А Грант и ныне там. На пороге. Мне пора покинуть кухню.
Поворачиваюсь к Гранту спиной.
– Не поможете? Кажется, я слишком туго завязала фартук.
Выглядит так, будто Грант не расслышал моей просьбы. Потому что со своего места он не сдвигается.
Мне приходится обернуться.
Его глаза скользят по моей груди, скрытой фартуком. От обжигающего взгляда я дышу так часто, что даже перед глазами темнеет.
Чертова выдержка скорее подведет меня, чем его. Я не знаю, как иначе соблазнить его. Заставить сделать то, ради чего он заплатил еще в бильярдной.
Так может, он просто не знает, что то был не единоразовый платеж, вдруг озаряет меня.
– Вы не должны платить каждый раз за секс, мистер Грант. Вы ведь знали это?
Он впервые смотрит мне в глаза.
Ему явно было сложно найти их, когда его взгляду представлены ямочки на ягодицах, но он справился. Я все так же жду, что он поможет мне с фартуком, а Грант все так же ничего не говорит и не сдвигается с места.
Только вскидывает одну бровь, и, в целом, его взгляд сейчас как никогда напоминает злющий взгляд загнанного в угол мейн-куна. Злость, ярость и возбуждение плещутся в одинаковых пропорциях. Как если бы кто-то смешал яд с противоядием в надежде, что они просто возьмут и каким-то чудом нейтрализуют друг друга без лишних усилий.
Но так не бывает, мистер Грант.
– Ради чего ты пошла в эскорт, Жаклин? – вдруг спрашивает он. – Какие мужчины попадались тебе до этого, если ты решила продавать себя ради секса?
– На личные вопросы я не отвечаю, мистер Грант.
– Точно. Это же твоя чертова коммерческая тайна.
Упрямый кремень. Если сейчас он развернется и уйдет, мою карьеру можно списывать со счетов. Самый вопиющий провал, о котором он не упустит случая рассказать другим моим потенциальным клиентам.
Грант вращается в тех кругах общества, в которые я попадаю лишь в качестве шикарного сопровождения. Элитный «плюс один» в пригласительных, и хотя я знаю каждого и даже знаю их тайны, которые они неминуемо выбалтывают, меня никогда и никто не позовет на такие мероприятия лично. Они только пользуются мной, чтобы я представляла их нужным людям, помогала налаживать контакты. Траты на меня они воспринимают, как вклад в развитие бизнеса.
И никого никогда не интересовало мое прошлое. Не интересовала я сама. И мое удовольствие.
Им хватало покорной куклы.
И только рядом с Грантом мне не нужно изображать бурное удовольствие, но по закону подлости именно он в мою искренность и не верит.
– Подойди ближе, – вдруг говорит он.
Не подходит сам, может быть, потому что старается представить происходящее так, будто это я его и соблазнила. А может быть, из последних сил хватается за остатки слабеющего контроля.
Длинные тяжелые серьги качаются в такт моих шагов. Царапают плечи холодным металлом, когда я подхожу и разворачиваюсь к нему спиной. Встаю так, как он любит. Не смотреть в глаза. Не видеть, с кем спишь. Можете представлять на моем месте свою невесту, мистер Грант. А может, и она сама не святая?
– Поставь одну ногу на банкетку, Жаклин.
Мои глаза расширяются при виде зеркала прямо напротив скамьи. В отражении я вижу себя и почти не вижу его за своей спиной.
– Что такое? Неужели зеркало тебя смущает? Испытываешь стыд? Неловкость? Но я ведь уже заплатил за это, как ты сама и сказала.
Стиснув зубы, хватаюсь за дверной косяк для равновесия и делаю, как он просит. Ставлю одну ногу на деревянную скамью, стараясь глядеть только в свои глаза в отражении зеркала.
Чего он добивается?
Узел Грант все-таки развязывает. Фартук летит на пол. Сползает с моего тела, как змеиная сброшенная чешуя, и я остаюсь стоять перед зеркалом голой, да еще и с широко разведенными бедрами.
Мои зрачки расширены настолько, что глаза кажутся почти черными.
Грант сокращает расстояние между нами.
Одна его рука ложится мне на талию, и я только силой подавляю инстинктивные движения бедер. Хочется прижаться к его телу, выгнуться, максимально облегчить его задачу, но планы Гранта явно отличные от моих.
Или нет?
Второй рукой он ведет вдоль моей спины. От лопаток до ямочек на ягодицах, и я сглатываю. Хочется переступить с ноги на ногу, стиснуть бедра, но ничего из этого сделать не могу. Остается только стоять и смотреть на саму себя.
Грант встает слева и накрывает ладонью мое выставленное вперед колено. Ведет по внутренней стороне бедра, второй рукой вцепившись в мою талию. По телу прокатывается дрожь от его невесомой, как шелковое перо, ласки.
– Зачем ты соблазняешь меня? – в отражении вижу, как он наклоняется к моему уху. – Ты ведь поняла, что я больше не собираюсь спать с тобой, но что тебе с моего отказа? Тебя оштрафуют? Боишься, что клиент уйдет недовольным? Опасаешься моих жалоб или что я захочу вернуть свои деньги? Ради чего ты делаешь это?
– Я просто… хочу тебя.
Даже полуправда дается тяжело.
Грант на мгновение прикрывает глаза. Мои слова будто стрела, которая угодила в его грудь и едва не сбила с ног. Пальцы на моем бедре не останавливаются.
– Я никогда и никого не хотела так сильно. Ты зря считаешь, что я притворяюсь. Я не знаю, как тебе доказать это иначе, кроме как…
Вместо слов с губ срывается стон, когда его пальцы переходят границы приличия. Он ведет ими медленно, сверху вниз, раскрывая меня и изучая, так нежно, что у меня поджимаются пальцы на ногах.
Он убирает вторую руку с моей талии и снова наматывает мой собранный на затылке хвост на ладонь. Запрокидывает мою голову так, что затылком я касаюсь его плеча. При этом все равно единственное, что я вижу – это отражение того, как скользят его пальцы между моих гостеприимно раздвинутых ног. И это самое горячее зрелище, что я когда-либо видела еще.
Контраст его загорелой кожи на моей светлой линии бикини. Напряженные вены на крепких мужских ладонях и массивные часы на запястье, блеск которых слепит меня. Я хочу, чтобы это длилось вечно.
– Такая влажная… И только для меня?
Киваю. Слов в голове больше не остается, когда указательным пальцем Грант входит в меня, а я цепляюсь ногтями за его руку, чтобы хоть как-то устоять.
– О боже… Адам, да!
Он издает тихий рык и, как самый настоящий зверь, впивается в мою шею. Хватаю ртом воздух и хотела бы сказать, что отпускаю контроль, но нет. Я полностью перестаю контролировать собственное тело.
Если с другими мужчинами я всегда контролировала себя и их каждую секунду, не способная утратить бдительность ради собственной безопасности, то теперь моя хваленая стойкость летит к чертям.
Мои бедра моментально оживают. Всем телом я отвечаю на движения его пальцев, позволяя наслаждению растекаться под кожей. Я податливая и отзывчивая в его руках и позволяю ему делать то, что он так замечательно делает, лишь бы не останавливался.
– Ничего личного, да? – шепчет он.
– Ничего, – отзываюсь эхом.
– Никаких чувств?
– Боже упаси, – с трудом выговариваю.
Какие еще чувства? Что за глупость несусветную он спрашивает?
Боится, что я ненароком не устою перед ним, таким красивым, богатым? Стану вешаться через неделю на шею и требовать продолжения? Какая чушь! Может спать спокойно. Тем более он уже занят!
– Только секс? – буравит взглядом, выдвигая следующее условие.
– Только секс.
Как будто я могу отказаться, когда пульсация внизу живота сводит меня с ума.
Только получив от меня устное подтверждение тому, что и так было прописано в контракте, Грант кивает.
– Коленями на скамью. Сейчас же.
Становлюсь коленями, старательно выпячивая для него задницу, за что моментально получаю хлесткий звонкий удар. Вздрагиваю, жмурюсь и едва успеваю перехватить пальцами деревянные края, когда Грант погружается в мое тело на всю свою длину и разом.
– Медленнее, Адам… – выдыхаю раньше, чем понимаю, как лично и интимно звучит его имя сейчас.
Его имя творит чудеса. Морок спадает. Грант перехватывает мои бедра и выходит почти полностью, а потом погружается вновь. Но на этот раз действительно медленнее.
Я скребу ногтями по дереву. Из глаз сыплются искры, а волна сладкой судорогой концентрируется внизу живота.
Еще один мягкий медленный толчок.
И я практически ложусь грудью на скамью, задыхаюсь, захлебываюсь в долгом непрекращающемся стоне, потому что оргазм рядом, но ускользает от меня в его дразнящих движениях. В мужественной нежности, к которой я была не готова. Я просто просила быть осторожней.
Снова назад и снова вперед.
На полную длину.
Погружаясь до основания. И обратно.
Голова идет кругом. Мне не хватает дыхания. Я мечусь и задыхаюсь и, наконец, сама протягиваю руку между своих ног. Чтобы в два счета довести себя до оргазма и покончить с этой сладкой мукой.
Но Грант тут же выкручивает обе мои руки у меня за спиной, вжимая щекой в гладкое полированное дерево.
– Если ты со мной, то и кончать будешь только от моих рук или члена, ясно? – рычит он.
Я разозлила его, и в ответ он отпускает себя. Больше не церемонится. Берет такую быструю скорость, что я перестаю дышать. От хлестких ударов его бедер даже сердце останавливается.
Я вся напряжена до предела, и даже унизительная поза вдруг перестает что-либо значить.
Приходит он.
Оргазм с большой буквы «О».
Удовольствие взрывается в моем теле, как многозарядный фейерверк, накрывая то длинной волной залпов, то короткой, пока я дрожу, захлебываясь в крике, переживая самые восхитительные ощущения на свете с этим несносным и нелогичным мужчиной в самом неподходящем для этого месте, рядом с остывшим уже ужином.
Да и плевать. На все плевать.
Лишь бы продолжал делать это последующие шесть дней, не опасаясь, что я окажусь такой полной дурой, которая после захочет еще.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?