Жанр: Литература 19 века, Классика

«Под вербное воскресение в Старо-Петровском монастыре шла всенощная. Когда стали раздавать вербы, то был уже десятый час на исходе, огни потускнели, фитили нагорели, было всё, как в тумане. В церковных сумерках толпа колыхалась, как море, и преосвященному Петру, который был нездоров уже дня три, казалось, что все лица – и старые, и молодые, и мужские, и женские – походили одно на другое, у всех, кто подходил за вербой, одинаковое выражение глаз. В тумане не было видно дверей, толпа всё двигалась, и похоже было, что ей нет и не будет конца. Пел женский хор, канон читала...

Жанр: Сказки, Детские книги

Карандаш и Самоделкин решают отправиться в космическое путешествие на Луну. Волшебник Самоделкин строит чудо космический корабль. Ночью, под покровом темноты туда пробираются разбойники. Они тоже хотят очутиться на Луне, так как думают, что Луна золотая и они мечтают отпилить от неё кусочек золота и купить на него пиратский корабль.

Там в космосе они облетают все планеты – Марс, Юпитер. Сатурн, Венеру и т. д. Они узнают всё самое интересное про космос. Что все планеты разного цвета. Что на одних планетах очень жарко, а на других планетах очень холодно. На Луне их ждут самые захватывающие приключения. Лунные сокровища, встреча с лунатиками и подземные лунные...

Жанр: Русская классика, Классика

Владимира Алексеевича Гиляровского, известного журналиста и писателя, знала вся Москва – извозчики, торговцы, полицейские, журналисты, писатели, художники – перечислять можно долго. Но и он знал Москву, как никто другой. Его жизнь богата событиями и встречами, в ней было все – лишения, невзгоды, преодоления, взлеты, его книги стали классикой мемуарного жанра.

"Мои скитания" – "повесть бродяжной жизни" – Гиляровский назвал книгой "самой любимой из всех, написанных мною". С необыкновенной живостью и непосредственностью описаны в ней молодые годы будущего писателя. Главный персонаж – активный свидетель скитания многих простых людей, подобных ему. Он запечатлел беглого матроса Китаева, бурлака Костыгу, атамана Репку, солдата Орлова, нищих актеров, бедных газетчиков – у каждого из них своя судьба, свой путь в...

Жанр: Научная фантастика, Фантастика

Путь в литературу русского писателя Григория Адамова (Григория Борисовича Гибса) был непростым – участие в революционной деятельности, тюрьмы, ссылки, побеги, выполнение партийных заданий отнимали у молодого человека много сил и времени; свой первый научно-фантастический рассказ он написал уже в 48 лет. Литературное наследие писателя невелико, но захватывающие сюжеты его произведений, внимание к деталям, выразительные образы героев до сегодняшнего дня интересны читателям.

«Тайна двух океанов» – самое известное произведение Г.Адамова, экранизированное еще в 1956 году. В центре повествования – захватывающие, полные опасностей приключения команды разведывательной подводной лодки и чудом спасшегося после кораблекрушения...

Жанр: Литература 19 века, Классика

«Проснувшись, я долго не мог сообразить, где я.

Надо мной расстилалось голубое небо, по которому тихо плыло и таяло сверкающее облако. Закинув несколько голову, я мог видеть в вышине темную деревянную церковку, наивно глядевшую на меня из-за зеленых деревьев, с высокой кручи. Вправо, в нескольких саженях от меня, стоял какой-то незнакомый шалаш, влево – серый неуклюжий столб с широкою дощатою крышей, с кружкой и с доской, на которой было...

Жанр: Драматургия, Поэзия и Драматургия

Том Стоппард, несомненно, наиболее известный и популярный из современных европейских драматургов. Обладатель множества престижных литературных и драматургических премий, Стоппард в 2000 г. получил от королевы Елизаветы II британский орден «За заслуги» и стал сэром Томом. Одна только дебютная его пьеса «Розенкранц и Гильденстерн мертвы» идет на тысячах театральных сцен по всему миру.

Виртуозные драмы и комедии Стоппарда полны философских размышлений, увлекательных сюжетных переплетений, остроумных трюков. Героями исторической трилогии «Берег Утопии» неожиданно стали Белинский и Чаадаев, Герцен и Бакунин, Огарев и Аксаков, десятки других исторических персонажей, в России давно поселившихся на страницах школьных учебников и хрестоматий. У Стоппарда они обернулись яркими, сложными и – главное – живыми людьми. Нескончаемые диалоги о судьбе России, о будущем Европы, и радом – частная жизнь, в которой герои влюбляются, ссорятся, ошибаются, спорят, снова влюбляются, теряют близких. Нужно быть настоящим магом театра, чтобы снова вернуть им душу и...

Жанр: Зарубежная классика, Зарубежная литература

Жанр: Жанр неизвестен

Говард Лавкрафт. Человек, которого называли не меньше! – Эдгаром По XX века. Создатель и магистр американской мистической «черной школы» 20-х – 30-х гг. прошлого века, школы не писателей даже – жизнью своей доказавших, что от нашего мира к миру Тьмы и Ужаса очень и очень короток.

Гениальный безумец, впустивший в нашу жизнь богов и монстров за предельной древности – и оставивший после себя своеобразные «мемуары визионера», писателя, буквально собственной кровью фиксировавшего на бумаге Истину явленных ему видений. Писателя, нашедшего свою «темную дорогу» – и дерзнувшего пройти ее до...

Жанр: Книги для детей: прочее, Детские книги

Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика

Сидеть, напряженно вытянувшись, уперев руки в колени и уставив неподвижный взгляд в пожелтевшую стену комнаты для подследственных во дворце Печека, – это далеко не самая удобная поза для размышлений. Но можно ли заставить мысль сидеть навытяжку?

Кто-то когда-то – теперь уж, пожалуй, и не узнать, когда и кто,– назвал комнату для подследственных во дворце Печека кинотеатром. Замечательное сравнение! Обширное помещение, шесть рядов длинных скамей, на скамьях – неподвижные люди, перед ними – голая стена, похожая на экран. Все киностудии мира не накрутили столько фильмов, сколько их спроецировали на эту стену глаза ожидавших нового допроса, новых мучений, смерти. Целые биографии и мельчайшие эпизоды, фильмы о матери, о жене, о детях, разоренном очаге, о погибшей жизни, фильмы о мужественном товарище и о предательстве, о том, кому ты передал последнюю листовку, о крови, которая прольется снова, о крепком рукопожатии, которое обязывает, – фильмы, полные ужаса и решимости, ненависти и любви, сомнения и надежды. Оставив жизнь позади, каждый здесь ежедневно умирает у себя на глазах, но не каждый рождается вновь.

Сотни раз видел я здесь фильм о себе, тысячи его деталей. Попробую рассказать о нем. Если же палач затянет петлю раньше, чем я закончу рассказ, останутся миллионы людей, которые допишут счастливый...