Текст книги "Долги Люцифера. Как делать деньги после войны"

Во что обошлась война отдельным странам

Как распределяется эта огромная цифра расходов между отдельными странами? Ответ на этот вопрос дают следующие таблица и диаграмма:

Распределение военных расходов между главными участниками империалистической войны

(в миллиардах довоенных рублей)[2]2
  В бумажных рублях 30,5 млрд, руб. – до февраля 1917 г.


[Закрыть]

Как видно из приведенных данных, всего на долю союзных держав падает 135,2 млрд. руб. – около 73 % общей стоимости мировой войны, а на центральные державы падает 51,4 млрд. руб. – около 27 %.

Диаграмма № 3. Распределение военных расходов между главными участниками империалистической войны

Среди отдельных государств самые значительные военные расходы падают на Англию. Далее следуют Соединенные Штаты, несмотря на то, что они начинают принимать непосредственное участие в мировой войне лишь с начала 1917 г. На третьем месте по размерам военных расходов стоит Г е р м а н и я. За Германией идет Франция, а за Францией – России. Далее следуют Австро-Венгрия и Италия.

Более отчетливое представление о значении военных расходов для отдельных стран получается при сопоставлении размеров этих расходов с населением и богатством (национальным имуществом) этих стран. Ниже мы приводим таблицу, которая дает возможность сделать такого рода сопоставление (в довоенных рублях):

Эти данные показывают, что военные расходы н а душу населения были выше всего в Англии; за ней непосредственно следуют Германия и Франция, затем – Соединенные Штаты, далее – Италия и Россия.

Если же сопоставить военные расходы с довоенным национальным богатством стран, участвовавших в войне, то на первом месте окажется Великобритания, за ней следуют Германия, далее Италия, Франция, Россия. Соединенные же Штаты в силу громадного национального имущества, оказываются на последнем месте.

Наибольшие человеческие жертвы понесли Германия и Франция. В этих странах число убитых на войне в процентном отношении к довоенной цифре населения составляет 2,35 % и 2,31 %; соответствующий же процент для прочих представляется в следующем виде:

Австро-Венгрия 1,60

Великобритания 1,44

Россия 0,98

Италия 0,92

Соединенные Штаты 0,05

Соединенные Штаты, больше всех стран выигравшие в результате империалистической войны, понесли наименьшие жертвы, материальные и человеческие.

Экономическая сущность военного хозяйства

Цифра в 190 млрд. руб. дает представление о гигантских размерах тех материальных ценностей, которые были уничтожены на полях сражения в период империалистической войны. Эта потрясающая сумма была истрачена как за счет текущего народного дохода, так и за счет народного имущества воевавших стран. Фиск, например, полагает, что Россия за время своего участия в империалистической войне в среднем за год расходовала около 14 своего народного дохода. При этом он исходит из того, что за время войны размер этого дохода не сократился по сравнению с довоенными годами. Но такого рода допущение явно неправильно. Видный русский социал-патриотический экономист (Прокопович, которого никак нельзя заподозрить в стремлении к преувеличению тягот империалистической войны) исчисляет общий доход России за три года войны в 41 млрд, руб., а военные расходы – в 17,1 млрд. руб. Таким образом, в среднем за год Россия расходовала на войну около 40 % своего национального дохода. В течение последнего года войны (1916/17 г.) военный расход, по его же исчислениям, составлял 7 млрд. руб. при народном доходе в 12 млрд, руб., что составляет уже около 60 %.

Сокращение размера народного дохода за время войны есть не что иное, как результат отвлечения от производственной деятельности миллионов трудящегося населения города и деревни. На ряду с этим падает и производительность труда работающих в промышленности – в результате недоедания и износа оборудования, а в сельском хозяйстве – в результате сокращения рабочего скота, недостатка удобрителей, сельскохозяйственного инвентаря и т. п.

Вместе с сокращением общего размера народного дохода меняется н состав тех реальных ценностей, из которых он слагается в мирное время. В процессе производства, как известно, создаются средства производства (оборудование, машины, сырье и т. д.) и предметы потребления. И то и другое в хозяйстве мирного времени, в основном, имеет производственный характер. Без непрерывного» производства оборудования, машин, сырья и т. д. невозможно дальнейшее воспроизводство. Точно так же обстоит и с подавляющей частью предметов потребления, идущих на поддержку рабочей силы. В военное время получает резкий перевес производство военной промышленности и работа на армию вообще. Тем самым в корне подрывается возможность дальнейшего воспроизводства. Орудия истребления расстреливаются в воздух, а предметы потребления отвлекаются в значительной мере не для поддержания рабочей силы, а для содержания армии, которая с точки зрения народного хозяйства не только ничего не производит, но разрушает созданные раньше ценности.

Под народнохозяйственным углом зрения война есть не что иное, как усиленное производство быстро исчезающих предметов потребления, не дающих производственного результата. В итоге производство принимает попятный характер. Производительные силы и общественное богатство идут к непрерывному сокращению. В первую очередь сокращается потребление рабочих и широких слоев городской мелкой буржуазии. Но на военные надобности уходит значительно больше того, что можно получить даже путем резкого снижения жизненного уровня трудящегося населения. Приходится запускать ремонт машин и оборудования и привлекать все старые товарные запасы, которые имеются в изобилии в любой капиталистической стране. Военные издержки покрываются, таким образом, не только за счет снижения жизненного уровня и усиленной эксплуатации широких народных масс, но и за счет уничтожения накопленного ранее имущества. Поскольку эти источники оказываются недостаточными, приходится прибегать к ввозу товаров в кредит из-за границы. На этой почве и возникают внешние займы и кредиты военного времени. Кредиты эти в такой же мере являются непроизводительными, как и все военное хозяйство в целом.

Какими путями воевавшие государства выкачивали средства, необходимые для ведения империалистической войны?

1) путем и а л о г о в; 2) путем внутренних займов и выпуска бумажных денег и 3) путем внешних займов.

Налоги и займы как источник покрытия военных расходов

Военные расходы государств, участвовавших в мировой войне, лишь в ничтожной степени были покрыты за счет налогов. За счет налогов во всех воевавших странах было покрыто всего лишь 3 % всей суммы расходов. Все остальное было покрыто путем займов и выпуска бумажных денег. Путем внутренних займов и выпуска бумажных денег было покрыто 84 % расходов, и путем в н е ш н и х з а й м о в – 13 %.

По отдельным странам значение отдельных источников меняется, и притом довольно резко, как это видно из приводимой ниже таблицы. Если принять общую стоимость войны в каждой стране равной 100, то на указанные источники приходятся следующие величины:

Формы покрытия военных расходов в различных странах

Налоги, как источник финансирования войны, самое видное место занимают в Соединенных Штатах (30 %); за ними следует Великобритания (19 %). В Германии роль налогового источника выражается лишь в 2 %; Франции налоги не только ничего не дают на финансирование войны, но их не хватает даже на покрытие обычных гражданских расходов государства. Аналогичная картина наблюдается в Австро-Венгрии и в России.

В России государственные расходы за годы войны распределяются, грубо, следующим образом:

Государственные расходы России в годы войны (в миллионах довоенных рублей)

Государственные доходы России за те же годы представлены в следующей таблице:

Государственные доходы России во время войны (в миллионах довоенных рублей)

При сопоставлении обеих таблиц становится очевидным, что уже в 1914 г. налогов едва хватало даже на покрытие гражданского бюджета России. В дальнейшем при непрерывном росте расходов сумма налоговых I прочих (железные дороги и т. д.) поступлений всё больше снижается. Вместе с тем, абсолютно и относительно растет значение займов как источника покрытия военных и гражданских расходов. Роль налогов возрастает лишь в 1917 г., после Февральской революции.

Социально-экономическая суть финансирования империалистической войны

Основную роль в финансировании войны, как мы уже видели выше, сыграли во всех финансирования странах займы, причем в первую очередь, займы в своей же стране. Внешние займы, как источник финансирования войны, сыграли наиболее крупную роль в России, Италии, а также и во Франции.

Почему налоги сыграли такую ничтожную роль в деле финансирования империалистической войны?

По той простой причине, что в этом случае в первую очередь пришлось бы усилить налоговый нажим в отношении правящих классов, нажившихся на империалистической войне, – забрать часть военных сверхприбылей у промышленников, торговцев и помещиков; это означало бы ослабить их патриотический пыл. С другой стороны, усилить открыто налоговый нажим на трудящееся население, влачившее за время империалистической войны в большинстве воюющих стран полуголодное существование, было политически опасно. При таком положении вещей капиталисты пошли по линии наименьшего сопротивления, – по линии выпуска займов.

Этот способ финансирования с внешней стороны был наименее безопасным: держатели военных займов в обмен на наличные деньги получали обязательства, приносящие определенные проценты.

По существу же бесконечные выпуски займов отнюдь не были столь невинным занятием. В качестве гарантии того, что займы будут оплачены, капиталистические правительства выдвигали предстоящую победу. Самым ходячим лозунгом во время империалистической войны было: в Германии – «Франция за все заплатит»; во Франции – «Немцы за все заплатят» и т. д.

В распоряжении правительств находится еще денежный станок, который мог без всяких отговорок доставлять бумажные знаки. Но ведение войны исключительно путем выпуска бумажных денег привело бы в очень короткий срок к полнейшему обесценению денег и развалу всего хозяйства. Путем займов правительства пытались, наоборот, выкачивать одной рукой часть бумажных денег, которые они другой рукой пускали в оборот. Эта хитроумная механика до поры до времени была в состоянии сдерживать скорость обесценения денег, но приостановить его в целом она, конечно, не была в силах.

Особенно характерна в этом отношении судьба последнего царского займа. Последний заем до Февральской революции был выпущен на сумму в 3 млрд. руб. Правительство, поддерживаемое буржуазией, усердно готовилось к выпуску этого займа. Но вместо наличных денег поступили краткосрочные обязательства и облигации прежних займов на сумму около 1.500 млн. руб. Наличными же поступило лишь 225 млн. руб. Вместо денег царское правительство собрало, таким образом, свои старые обязательства.

Рассматривая финансовое положение правительства накануне Февральской революции, историк этого периода пишет: «Вместо получения денег получилась работа на холостом ходу. Бумажки из-под печатного станка уходили в обращение, а обратно их привлечь правительство было не в состоянии… После выпуска займа правительству приходилось выпускать значительное количество бумажных денег. С финансированием военных займов правительство блестяще провалилось».

В передовых капиталистических странах, участвовавших в мировой войне, выпуск займов был, конечно, организован значительно удачнее. Но и там выпуск займов в таких лошадиных порциях на ряду с выпуском бумажных денег при непрерывном сокращении товарного производства, должен был неминуемо привести к росту цен. Обесценение денег, как мы внаем, действительно имело место; оно было тем сильнее, чем больше каждая из воюющих стран выпускала бумажных денег.

Наиболее наглядно обнаруживается обесценение денег в воевавших странах при сопоставлении с деньгами нейтральных, не участвовавших в войне стран. В отношении швейцарского франка, который держался более или менее твердо, денежные единицы воюющих государств к концу июля 1917 г. обесценились следующим образом:

Следует, конечно, учесть, что «обесценение денег» – понятие относительное. Обесценение денег внутри страны сказывается на росте цен. Но рост цен далеко не совпадает с обесценением денежной единицы на внешнем рынке в отношении других денежных единиц.

Ниже мы приводим пример, наглядно раскрывающий механизм, которым капиталистические правительства обманывали держателей военных займов. В этом примере мы условно будем считать, что обесценение денежной единицы по отношению к иностранным деньгам совпадает с обесценением денег внутри страны, т. е. с ростом цен.

Если какой-нибудь берлинский ремесленник Шмидт купил в декабре 1915 г. облигацию германского военного займа стоимостью в 100 марок, то фактически в июле 1917 г. цена облигации, в результате обесценения марки, равнялась лишь 51,5 марки; 48,5 марки Шмидт потерял. Выиграло эти деньги правительство и – при его посредстве – подрядчики, которые пустили деньги в оборот сейчас же после покупки Шмидтом займа. Таких Шмидтов – держателей государственного займа – были миллионы как среди масс мелкой буржуазии, так и в пролетарских массах всех воюющих стран.

У читателя может возникнуть вопрос: но ведь государственные займы покупались не только мелкой буржуазией и известными слоями пролетариата, – ведь займы покупали и капиталисты; они также должны были пострадать от обесценения денег. Частично, конечно, и капиталисты потеряли в качестве держателей государственных займов; но в большинстве случаев облигации у них не залеживались; облигации пускались капиталистами в оборот, и в результате потери у них были относительно меньшие, чем у мелких держателей. Далее следует учесть, что потери капиталистов на займах составляли лишь незначительную часть тех баснословных барышей, которые они загребали при выполнении военных поставок.

Таким образом, заем являлся самым удобным средством в руках капиталистических правительств для ограбления масс. Только эти массы в конечном счете несли все тяготы войны.

Чем же объясняется, что в таких странах, как Северо-Американские Соединенные Штаты и Англия, все же значительная часть военных расходов была покрыта из налоговых источников? Это обстоятельство безусловно свидетельствует о большей дальновидности буржуазии этих стран; их правительства рассуждали, примерно, так: финансирование войны исключительно путем займов, правда, непосредственно меньше затрагивает интересы капиталистов, но, вместе с тем, этот способ финансирования должен будет привести к быстрому обесценению денег и к хозяйственной разрухе. Такая перспектива им далеко не улыбалась. Она им улыбалась тем менее, что обе страны являлись по преимуществу кредиторами всех прочих союзников.

Соединенные Штаты давали ссуды союзникам в американских долларах, Англия – в английских фунтах стерлингов. В тех же денежных единицах союзники обязывались погашать свою задолженность. Резкое обесценение фунта стерлингов или доллара обозначало бы, что союзники – Франция, Бельгия, Италия и другие возвратят заимодавцам значительно меньше того, что они получили. От этого были бы в выигрыше союзники, а в проигрыше – Соединенные Штаты и Великобритания

Надо определенно сказать, что северо-американская и, в особенности, английская буржуазия оказалась более расчетливой. Она здесь вела политику «дальнего прицела». Буржуазия этих стран дала относительно больше из «своих» средств на ведение войны. Это была определенная «жертва» с ее стороны. Но «жертва» в своих же капиталистических интересах, ибо она спасла денежные единицы обеих стран от той степени обесценения, которую в. период войны, и в особенности по окончании ее, претерпели валюты других стран.

III. Как возникла внешняя задолженность воевавших стран

Междусоюзнические долги и послевоенная задолженность Германии

Как мы уже указывали выше, внешние долги составляли к общей сумме военных расходов всех воевавших стран около 13 %.

Но в отдельных странах значение внешних займов, как средства к покрытию военных расходов, было различно. Они не играли никакой роли в Германии. Военные расходы Германии в размере 2 % были покрыты из налоговых источников и на 98 % – за счет внутренних займов и эмиссии. За счет этих внутренних займов и эмиссии Германия ссужала своих союзников и из них, в первую очередь, Австро-венгерскую монархию. Распад Австро-венгерской монархии и Версальский договор в дальнейшем сняли с порядка дня вопрос о военной задолженности этих государств в отношении Германии. В силу того же Версальского договора, «победителями» были возложены на Германию огромные платежи. Платежи эти, как мы увидим ниже, играют виднейшую роль в вопросах послевоенной задолженности.

В дальнейшем изложении мы обстоятельно рассмотрим этот вопрос. В данной же главе речь будет идти лишь о внешних долгах, возникших в пятилетие: 1914–1919 гг.

Как оплачивался ввоз заграничных товаров на время войны

Война в первую очередь обозначает чрезвычайное напряжение собственных материальных источников воюющих стран – время войны. Наряду с этим каждая из воюющих стран стремится получить в союзных или нейтральных странах все те товары, которые не могут быть произведены внутри страны. Вопрос об оплате заграничного ввоза во время войны стоит особенно остро. В мирное время большая часть ввозимых из-за границы товаров оплачивается за счет выручки от товаров, вывозимых за границу. Во время войны неизбежен ввоз целого ряда товаров, без которых исключается успешное ведение войны. Между тем, возможности вывоза значительно суживаются. Из каких средств воюющая страна может оплатить превышение ввоза над вывозом?

Старые б о г а т ы е капиталистические страны в довоенные годы обладали значительными ценностями за границей: помимо фабрик, заводов, железных дорог, торговых предприятий собственной страны, капиталисты владели акциями крупных заграничных предприятий. Во время войны правительства этих стран скупали у своих капиталистов их заграничные ценности. Так, например, французское правительство обратилось к своим капиталистам с предложением ссудить или продать имеющиеся у них ценные бумаги, в виде американских железнодорожных займов, акций, обязательств городских самоуправлений нейтральных государств и т. п. Англия прибегла к принудительному отчуждению заграничных ценностей. Правительства Франции и Англии продавали эти ценные бумаги за границей и вырученной иностранной валютой оплачивали часть заграничных закупок.

Поскольку этих средств обычно не хватало или поскольку трудно было продать заграничные ценности, часть ввозимых из-за границы товаров приходилось оплачивать золотом. На ряду с этим, везде, где было можно, товары за границей покупались в кредит.

Значительно сложнее было положение во время войны у тех государств, которые не обладали к моменту открытия военных действий капиталами за границей. Конечно, и они могли часть ввозимых из-за границы товаров оплатить путем вывоза золота. Но, в основном, они были принуждены покупать товары за границей в кредит. Отсталым капиталистическим странам кредиты предоставляются неохотно и притом на довольно тяжких условиях, во всяком случае, на более тяжких условиях, чем богатым странам, обладающим капиталами за границей.

Англия как заимодавец

На стороне союзников самыми значительными капиталами за границей обладала Англия. Огромное национальное богатство Англии, ее исключительная роль в довоенной торговле и почти монопольное положение в качестве «мирового банкира» дали Англии возможность в течение первых двух лет мировой войны без особенно значительного напряжения ввозить из-за границы все необходимые для ведения войны товары. Больше того: до вступления Северо-Американских Соединенных Штатов в мировую войну Англия становится банкиром союзных держав, давая им средства на ведение войны. Союзники получали в долг товары либо в самой Англии, либо в ее колониях, либо же в нейтральных европейских странах и в странах Северной и Южной Америки. Лондонский рынок был открыт для союзников, и торговые кредиты получались также в британских владениях и в нейтральных государствах Северной и Южной Америки. В счет ссуд со стороны Англии они получали селитру из Чили, шерсть из Австралии и Новой Зеландии, кожу и хлеб из Аргентины, кофе из Бразилии, зерно из Канады, хлопок из Индии, золото из Южной Африки и колоссальное количество всякого рода припасов из Северо-Американских Соединенных Штатов.

Опираясь на прямые кредиты или же на обеспечения со стороны Англии, Россия, Италия и Бельгия таким способом оплачивали товары, купленные за границей во время империалистической войны, до вступления в нее Северо-Американских Соединенных Штатов. Решающую роль тут сыграли займы, которые предоставлялись союзникам непосредственно правительствами Англии и Франции. Правительства этих стран обращались за помощью к капиталистам. Капиталисты обычно охотно шли навстречу требованиям своих правительств, поскольку выручка от займов шла, в первую очередь, на оплату предметов снабжения, приобретавшихся в их странах.

«Помогая» своим союзникам, Англия и Франция по существу дела помогали своим заводчикам и торговцам в их военных поставках «Дружественным» державам. Промышленники на этих поставках обогащались, а правительства – в первую очередь английское, – в качестве обеспечения под займы получало от «дружественных» стран значительные части их золотых запасов. Вместе с тем, кредиторы пользовались каждым новым займом, чтобы выжать у должника политические уступки. Особенно характерны в атом отношении взаимоотношения, создавшиеся между Англией и царской Россией.

К началу империалистической войны Россия имела довольно значительные средства за границей. В 1914 г. золотая наличность Государственного банка за границей определялась в размере около 670 млн. руб. Практика финансирования войны, однако, показала, что для заграничных платежей нужно золото. Царское правительство принуждено было, помимо указанных выше 670 млн. руб., выслать за границу для получения кредитов еще 600 млн. руб. золотом. Уже осенью 1914 г. царское правительство обращается к Англии с просьбой предоставить ссуду в 200 млн. руб. В ответ на это английское правительство потребовало, на ряду с обязательствами русского казначейства на 120 млн. руб., высылки золота в распоряжение Английского банка на сумму в 80 млн. руб. Далее, Англия соглашалась предоставить кредит лишь при том условии, что из него ничего не пойдет на «производство платежей в России или для оплаты покупок, производимых вне Англии». Русское правительство приняло все английские условия, добиваясь лишь уменьшения суммы золота и настаивая на «невысылке его в Лондон, а зачислении в Петрограде в распоряжение английского посла». Англичане решительно отказались пойти на уступки. В октябре золото было отправлено через Архангельск в Лондон под охраной английского крейсера.

При дальнейших займах давление Англии становится все более решительным. Англия определенно поставила своей задачей, кредитуя Россию, превратить ее в колониальное государство. Царское правительство фактически лишается всякой финансовой самостоятельности: с каждым новым договором о кредитах англичане требуют все новые суммы золота, которое направлялось ими в Канаду. Министр финансов Барк в одно А записке прямо заявляет: «Кредит России у одних только союзных держав становится все более затруднительным, н полнейшая наша зависимость от союзников является чрезвычайно тяжелой». Царское правительство за займы принуждено было отказаться от самостоятельности в военно-оперативных действиях. Царизм все больше и больше терял независимую линию в своей политике.

Как мы сейчас увидим, финансовое положение самой Англии к началу 1917 г. уже было далеко неблестящим. Не только царская Россия, но и Франция и Италия начинают все более обращать свои взоры на Соединенные Штаты. Помощь от Соединенных Штатов действительно скоро пришла» Вступление Соединенных Штатов в империалистическую войну создает полный перелом в финансировании империалистической войны.

Прежде чем перейти к описанию роли Соединенных Штатов в качестве банкира союзников, подведем итоги задолженности союзников к началу 1917 г.

При переводе всех межсоюзнических долгов на золотые рубли, общая сумма займов, полученных союзными державами до вступления в войну Северо-Американских Соединенных Штатов (к началу 1917 г.), определяется следующим образом:

Общая сумма задолженности союзных держав превышает 16 млрд. зол. руб.; из них в пользу А и г л и и – 11,4 млрд. зол. руб., в пользу Франции – несколько меньше 1,8 млрд. зол. руб.

Основными должниками Великобритании на 1 апреля 1917 г. являются в круглых цифрах (в миллиардах золотых рублей):

Россия 54[3]3
  Долг этот был обеспечен путем передачи Английскому банку золота на сумму около 600 млн. руб. (292 млн. долл.) и казначейских обязательств на сумму около 2 млрд. руб.


[Закрыть]

Франция 1.9[4]4
  Французский долг Англии был обеспечен передачей Английскому банку золота на 376 млн. долл.


[Закрыть]

Италия 1,5

Английские колонии и доминионы 1,4

Бельгия 0,4

Остальные суммы распределяются между мелкими странами.

Самым крупным должником Франции является царская Россия на сумму 850 млн. рублей.

Англия, не считая обеспечений, полученных ею от союзных правительств, должна лишь Канаде 340 млн. зол. руб. Правда, Англия к тому же времени имеет частные долги: в Соединенных Штатах на сумму около 2,6 млрд. руб. и в Японии – на сумму около 200 млн. руб.

Самым крупным военным должником к началу 1917 г. является Россия – на общую сумму 6,6 млрд. зол. руб. (заимодавцы: Англия и Франция), затем идет Франция – на сумму в 1,8 млрд. зол. руб. (Англии); далее Италия – 1,4 млрд. руб. (Англии и Канаде) и Бельгия – 580 млн. руб. (Англии и Франции).