Читать книгу "Ведьма для ректора, или Контракт с Чудовищем"

Глава 10

Семь лет назад…

Я сидела за самым дальним столиком в столовой. Тут было хорошо: внимания не привлекала, специально сюда никто не шел, и я могла спокойно в тишине поесть.

После случая под дубом в парке моя одногруппница действительно развесила везде карточки, на которых была я, с выпученными глазами, и Эдгарн, обнимающий Серену на дальнем плане. Всё это сопровождалось рассказами, как я была готова накинуться с поцелуями на дракона, и как драконица спасла его.

Никто не скрывал смеха, когда я проходила мимо. Для подростков это был отличный повод найти объект для насмешек, а обратиться за помощью было не к кому.

– Привет! – надо мной раздался тонкий голос. – Ты же Иллидия?

Я подняла голову и увидела Серену. Она сочувствующе смотрела на меня:

– Можно я присяду?

Я хмуро кивнула и напрягалась.

– Эдгарн сейчас, хм… – она на мгновение задумалась, а потом продолжила: – Он в отъезде и нескоро вернётся. Поэтому я решила, что должна перед тобой извиниться. Прости. Это всё девочки. Они почему-то решили, что будет отличной идеей, вот так подшутить.

Это было странно. Дракона я действительно давно не видела. Но напрягало не это: с чего Серена решила снизойти до извинений? Драконы не склонны признавать ошибки и щадить чужие чувства. Поэтому я просто ещё раз кивнула, а Серена удовлетворилась этим и ушла.

Когда меня вызвали в кабинет директора, я даже не переживала. Реальных поводов меня наказать просто не было. Как я думала.

– Я уверена, что это она, – стоя перед столом директора, Серена ткнула в меня своим пальцем с длинным красным ногтем. – Обыщите её.

Я не успела ничего сделать, как у меня вырвали сумку и вытряхнули всё содержимое на стол. Серена подошла, вытащила среди всего вороха золотой амулет – артефакт, защищающий от проклятий, и сразу же надела его.

– Говорила же вам, что это она его у меня украла, – чуть гнусаво проговорила Серена и, сдвинув брови домиком, обратилась к директору: – Она просто вешалась на Эдгарна, а когда у неё ничего не получилось, решила отомстить мне, как его девушке.

Потом драконица перевела на меня взгляд и довольно ухмыльнулась, сложив руки на груди и показывая на кулон, будто говоря: “Ничего ты мне не сделаешь, ведьма!”. Директор сделал какие-то пометки в документах и недовольно обратился ко мне:

– Иллидия, вы как-то можете объяснить, почему кулон Серены находился в вашем рюкзаке?

Что я могла объяснить, если сама не знала? Точнее, догадывалась, но кто бы меня стал слушать? Директор молча поставил магическую печать на документе, и уже на следующий день я ехала в пансион д’Ори.

Настоящее время

Я снова стояла перед ухмыляющейся Сереной, как несчастная школьница, которую обвинили в воровстве. Мне только оставалось надеяться, что свой кулон она не взяла.

– Серена, – прогромыхал голос ректора, – закрой свой рот и прояви уважение к нашему новому преподавателю – соне Иллидии Ирис.

Мне показалось, что челюсть у драконицы готова была с грохотом упасть на пол. Но она приосанилась и посмотрела на меня сверху вниз:

– Так это та самая…

Как бальзам на сердце, честное слово, что осталась в их памяти надолго. Но видимо, Серене тогда мало досталось из-за амулета. Вот и не знаю, что она хотела обо мне сказать, но её прервал Чудовище:

– Если твой лимит хороших слов на сегодня исчерпан, Серена, можешь идти, – рявкнул он, так что сразу стало понятно, что это – не предложение, а предупреждение. – А насчет свадьбы, можешь узнать у своего отца. Я давно ему все документы отослал.

Мои губы искривились в усмешке. Что? Теперь он пробует меня защищать? Благотворительностью, как Серена выразилась, занялся?

– Да нет, что вы, господин ректор, кто я такая, чтобы прерывать свидание истинных, – процедила я. – Я пойду, пожалуй.

Буквально бросив документы Чудовищу на стол, я выскочила из кабинета, провожаемая разъяренным взглядом Серены. Чтоб у неё брови колосились, как пшеница в августе!

В памяти совершенно не осталось, как я добралась до своей комнаты. Обида и возмущение застилали глаза. Влетела внутрь и громко захлопнула дверь. Чудовище бессовестное! И пара у него под стать!

Я села за стол и достала бумагу и перо. Хотелось с кем-то поделиться всем, что со мной произошло за последние два дня. Точнее – с единственным человеком, которому было не наплевать на меня:

“Привет, дорогой Ч!

Я послушалась твоего совета и пошла работать в академию, потому что, как ты и предупреждал, со старой работы меня уволили и денег не заплатили.

Милый Ч, не обладаешь ли ты магией предсказаний, случайно?

Теперь у меня есть бесплатная крыша над головой, сытная еда и своя собственная лаборатория. Помнишь, сколько раз я тебе рассказывала, как я о ней мечтаю?

Так вот, мечта сбылась. Только ректор академии – Чудовище, легко и с удовольствием делающее больно. Впрочем, я тебе уже рассказывала о своём отношении к нему.

Как бы я хотела, чтобы ты смог приехать! Как проходит твоя командировка?

Илли”.

Я запечатала письмо в конверт, нарисовала на нём символы с метки адресата, и оно с тихим хлопком исчезло. Сейчас, как никогда, хотелось наконец-то встретиться с ним. Тем более, что я была в его родном городе.

Ну, ничего страшного! Вот закончится его командировка, и обязательно сразу встретимся. Наверное, мне даже будет всё равно, как он выглядит, я так сильно привыкла к своему таинственному Ч.

С мыслями о письме, скорой встрече и том, какое новое проклятье придумать Чудовищу, я погрузилась в сон.

***

Утром, сразу после завтрака, я готовила все составные части простейшего бытового артефакта для очистки одежды, когда ко мне в лабораторию вошёл ректор.

– Доброе утро, сона Ирис, – хмуро сказал он.

– А по вам и не скажешь, что оно доброе, – отозвалась я.

Он определенно не выспался: темные круги под глазами, усталый взгляд и растрепанные волосы.

– Что, истинная спать мешала? – съехидничала я и довольно улыбнулась: наверняка ведь проклятие сработало. Мои “пожелания” редко промахиваются.

– Сона Ирис, нам надо поговорить, – сказал ректор.

Глава 11

– Есть какие-то претензии к моим документам? – Я, наконец, закончила подготовку к первому занятию и подняла ящик с деталями.

– Нет, – Чудовище сдвинул брови. – Вы выпросили у меня аспиранта, чтобы самой таскать ящики?

Эдгарн потянулся, чтобы забрать у меня мои материалы, и сделал шаг вперёд.

– Он лёгкий, господин ректор, – я непроизвольно отошла от него и отвела ящик в сторону, задев рукой опасную коробку с артефактами.

Она начала соскальзывать со стола. Резко взмахнув рукой, дракон удержал коробку в воздухе. Но, несмотря на это, видимо, грубая встряска повредила один из артефактов. Из коробки послышалось шипение, лабораторию пронзили несколько лучей.

Стремительно вырастая в размерах, над столом появилась голова какого-то существа, которое плотоядно уставилось на меня. Оно было похоже на огромного удава, и заполняло собой постепенно всю лабораторию.

Внутри всё похолодело. Ой, мамочки, вот и поговорили с ректором.

Громкое рычание заставило меня вздрогнуть. Я сначала подумала, что рычит это существо, но оказалось – Чудовище. Он рывком переместился, закрыв меня, и обхватил моё лицо ладонями.

Эдгарн держал меня так, чтобы я могла смотреть только на него. Его лицо оказалось так близко, что я на мгновение забыла, что снаружи находится опасный зачарованный монстр из артефакта. И лишь краем глаза я увидела, что теперь существо полностью переключило своё внимание на ректора.

– Откуда в вашей лаборатории Хранитель Василиска? – обеспокоенно, немного раздраженно спросил ректор, буравя меня взглядом.

Сама хотела бы знать, откуда предыдущий преподаватель взял запрещённый артефакт. Я скосила взгляд, чтобы рассмотреть внимательнее существо.

– Не смотри! – рыкнул дракон. – Ты мне живая нужна…

В смысле нужна? Я что, какой-то предмет, чтобы говорить обо мне, что я «нужна»? Закипая от возмущения, я смотрела во взволнованные бирюзовые глаза и понимала, что зачарована ими не меньше, чем меня мог зачаровать Василиск.

В этот момент змея резко опустила голову, атакуя Эдгарна. Я-то это могла видеть, а он – нет!

– Осторожно! – воскликнула я и выронила ящик с материалами для занятия.

Глаза ректора блеснули, зрачок в мгновение стал вертикальным. Василиск натолкнулся на невидимый барьер и зашипел от неожиданности.

Эдгарн подхватил меня на руки и в два огромных прыжка оказался за лабораторным столом. Он опустился на пол так, чтобы змей не мог нас видеть.

– Сиди и не высовывайся, – скомандовал он. – Нужно его обезвредить, пока он не вошёл в полную силу.

Я слышала яростное шипение и грохот переворачиваемых приборов и ящиков. От этих звуков по спине бежали мурашки страха, а сердце заныло от обиды, что портятся важные артефакты и приспособления. Ну вот, зря вчера с Петрусом разбирались.

– Вы мне сейчас всю лабораторию разнесёте! – робко возразила я.

– Если не расправиться с Василиском сейчас, то тебе уже не нужна будет лаборатория. И мне ничего не нужно будет, – строго сказал Эдгарн и, сформировав на одной ладони ледяной шар, а на другой – огненный, вышел из-за стола.

Не знала, что он настолько силен, что может не просто использовать и ледяную, и огненную силу, так ещё и делать это одновременно! Я с восхищением смотрела, как Эдгарн сплел два шара в один невероятный вихрь из голубых и ярко-оранжевых потоков и запустил в змея.

Раздалось возмущенное шипение, переходящее в хрип, за ним грохот, и стол, за которым я спряталась, содрогнулся от удара и треснул. От него отлетело несколько щепок, задев меня и больно царапнув шею. Я взвизгнула и, запаниковав, что моё укрытие сейчас развалится, побежала. Хрип приблизился и уже был слышен прямо над моей головой.

– Илли! – с громким криком Эдгарн сбил меня с ног, плотно прижав к полу.

Змей распахнул пасть, чтобы сомкнуть её на теле Чудовища. Но ректор извернулся, и новое сплетение контрастных магических потоков отправил как раз в распахнутый рот Василиска. Раздалось утробное урчание, змей дернулся, сначала будто раскалился докрасна, потом покрылся ледяной коркой, и с грохотом обрушился на нас.

Я зажмурилась, ожидая скорую кончину от того, что меня раздавит огромной тушей Василиска. Когда я открыла глаза, увидела, что ректор успел накрыть нас защитным куполом.

– Как ты, Илли? – тихо спросил Эдгарн, внимательно всматриваясь в моё лицо и убирая выбившиеся пряди волос.

Сердце всё еще бешено колотилось, но в теле уже начала появляться легкость. Как будто погрузился в воду, и она поддерживает тебя. Отчего-то в руках Эдгарна я почувствовала себя как в коконе безопасности: каким бы он ни был Чудовищем, он спас меня.

Он дотронулся пальцами до царапин, которые оставили щепки, и одним быстрым плетением заживил их. Жаль, а у меня так и не вышло научиться такому, иначе бы сейчас тоже исцелила ссадину на его щеке. Из чувства благодарности, конечно.

– Не смей хранить у себя такие опасные вещи. Я тебя только…

Мои губы буквально обожгло его взглядом, дыхание перехватило, а до меня дошло, что он собирается меня поцеловать. И я, к своему ужасу, была совсем не против!

– Сона Ирис, что мне сегодня нужно сде… лать? – В дверь вошёл Петрус и так и замер с распахнутым ртом.

То ли от того, во что превратилась моя лаборатория, то ли от нашего с ректором неоднозначного вида.

Глава 12

Под обалдевающим взглядом аспиранта лежать было неудобно. Чувства легкости и безопасности как не бывало, и я попробовала спихнуть с себя ректора. Но он не сдвинулся с места и только раздражённо глянул на Петруса. Так, что тот подскочил на месте и выпалил:

– Я, наверное, зайду попозже, – он уже почти вышел, но я поспешила его остановить.

– Нет-нет, стой! Мне нужна твоя помощь. – Я всё ещё старалась высвободиться из рук Эдгарна, который, казалось, даже зарычал при моих попытках. – Из ректора вышел никудышный помощник.

Это заявление застало Чудовище врасплох, и он, наконец-то, отпустил меня. Я поднялась и отряхнула платье, с сожалением заметив пару дырок. Эдгарн тоже встал и недовольно сверлил меня взглядом.

Петрус робко сделал пару шагов внутрь лаборатории, старательно обходя куски окаменевшего Василиска и постоянно оглядываясь на ректора.

– Может, я всё же потом зайду? – робко спросил он.

– Нет, ректор уже уходит, – настойчивее сказала я и прищурилась, глядя на Чудовище.

Совсем запущенный случай, если он намёков не понимает.

– Жду вас вечером в кабинете, – процедил ректор.

– Нет, спасибо. По вечерам обычно у вас более интересные гости. – Я сложила руки на груди.

– И об этом мы тоже поговорим.

Чудовище обрубил разговор и покинул лабораторию. Вот же, дракон напыщенный! Любит, когда последнее слово за ним. Да что б ему на ровном месте спотыкалось сегодня!

– Петрус, где-то здесь был ящик с деталями для очистителя одежды, – пробормотала я, уже слабо надеясь в этом беспорядке что-то найти. – Мне бы сейчас он пригодился.

За дверью послышался грохот и громкое неприличное ругательство. “Так ему и надо!”– подумала я, а потом даже засомневалась. Всё же он спас меня.

С трудом, но мы нашли ящик. Он был перевернут, но ничего в нём не пострадало. Так что на свое первое занятие я шла подготовленная как к созданию артефакта, так и к демонстрации его действия.

Я впервые вела занятие для большой группы студентов. До этого моими учениками были крошечные классы в нашем пансионе и пара ребят, которых я обучала индивидуально под строгим надзором их родителей.

Но мне нравилось преподавать и создавать артефакты. Поэтому работа в академии, на самом деле, была верхом моих мечтаний. Если бы не Чудовище.

Всё занятие прошло хорошо. Только в самом конце длинноволосая драконица с забавным курносым носом и фиолетовыми тенями решила выпендриться:

– Скажите, а каково это – быть объектом благотворительности? – Парни рядом с ней гоготнули, а девчонки противно захихикали, закрывая рты ладошками. – Или вы ректору чем-то платите за то, что он вас сюда взял?

Я присмотрелась. Где-то эти глаза я уже видела.

– Вы мне скажите, – ответила я. – Вас же сюда явно взяли не по умственным способностям? Иначе вы не рискнули бы дерзить преподавателю, да ещё и ведьме. Я ни на что не намекаю, но вдруг вы проснетесь завтра, а вместо вашего прекрасного любопытного носа – картошка?

Те, кто до этого смеялись над шуткой драконицы, не менее заливисто засмеялись над моей.

– А теперь все, кому смешно, то есть вся группа, готовят мне к следующему уроку по пять описаний артефактов, аналогичных тому, который мы сегодня разобрали, – закончила я. – И да, самая сочувствующая мне дама получает бонусное задание: придумать модификацию очистителя. Работающую. Только постарайтесь никого не убить, когда будете экспериментировать.

С этими словами я собрала всё, что осталось от демонстрации действия артефакта, и вышла из аудитории. Кого же мне напомнила эта драконица? Что-то вертелось в памяти, но я никак не могла понять.

Задумавшись, я не смотрела, куда иду, и чуть было не сбила с ног мужчину… в сером плаще. Он аккуратно придержал меня за плечи и с улыбкой спросил:

– Молодая сона куда-то спешит?

Я даже не нашлась что ответить. С одной стороны, я спешила, потому что впереди было ещё одно занятие, и поиски материалов к нему в том беспорядке, который был в лаборатории, могли занять много времени. С другой стороны – это же был тот самый серый плащ!

– Жизнь слишком прекрасна, чтобы спешить, – тихо, добродушно, слегка растягивая слова, сказал он.

Каждое его движение было плавным, неторопливым. Всем своим видом он подтверждал, что фраза, сказанная им, – не просто слова. Это его философия жизни.

От серого плаща пахло травами и алкоголем, но в искрящихся фиолетовых глазах не было ни намёка на хмель.

– Позвольте представиться, – он приложил ладонь к сердцу и склонил голову, – Мариано Ставрос. Тут работаю преподавателем по травологии и целительскому зельеварению. А вы, сона…

– Иллидия Ирис. Новый преподаватель по артефакторике, – пробормотала я, разглядывая его.

Ну, интересно же было узнать, кто меня спас. Он был вроде бы молод, но во взгляде, несмотря на всю его лёгкость, будто была вся мудрость мира. Он улыбался, а в уголках глаз собирались забавные морщинки. И уши! Он был эльфом! Я впервые в жизни вот так близко видела эльфа.

– Ирис, – повторил за мной. – А не та ли… Впрочем, сейчас неважно. Милая сона, как будет время, непременно заходите ко мне. Мой кабинет как раз над вашим. Только обязательно отложите все ваши дела.

Он вежливо кивнул и ушёл. Непременно надо будет зайти. И расспросить, нашёл ли он тогда Педро.

Когда я пришла в свою лабораторию, настал мой черёд удивляться и стоять с раскрытым ртом. Почти всё было убрано и лежало на своих местах. Взъерошенный и запыхавшийся Петрус ходил вокруг всё ещё висевшей в воздухе коробки с особо опасными артефактами и чесал затылок.

Вот это ведьминская интуиция! Да с таким аспирантом никакие эксперименты не страшны. Главное, при этом остаться в живых.

– Это всё сделал ты? – я удивленно обвела рукой комнату.

– Да, – скромно потупившись, ответил Петрус. – У меня специализация на бытовой магии. Нестандартные способности. Из приюта отправили в хороший колледж, а оттуда – сюда. Но бытовая вообще мало кому нужна. Всем бы боевую – вот я как бы и вот…

Я улыбнулась его кратким сбивчивым объяснениям. Но он определенно недооценивал свои возможности и перспективы. Надо бы за него взяться.

– Я тебя понимаю. Меня же тоже отправляли в главный колледж столицы из-за моих знаний и умений в артефакторике. Только вот закончила я всё равно д’Ори, – невесело ухмыльнулась я.

– Серьёзно? – выпучил на меня глаза Петрус. – За что так с вами?

– Долгая история, – отмахнулась я, чувствуя, что воспоминания и мысли о несбывшемся будущем заставляют сердце сжиматься от боли.

– Но ведь туда отправляют только тех, кого тщательно хотят скрыть. Тех детей, за которыми будут охотиться или… – Петрус не мог остановить своего любопытства.

– Хватит, – мне пришлось перебить его. – Дело прошлого. А в настоящем у нас поиски компонентов для магического усилителя, чтобы подготовить будущий урок!

Аспирант всё понял и тут же принялся собирать нужные детали. Но всё же его слова заставили меня задуматься. Я даже не представляла никогда, что попала в какой-то особенный пансион. И почему именно туда? Но вообще детей, таких как я, было там немало. Очень странно и маловероятно, что всех от чего-то скрывали. Ну, кроме приличного общества, а то у многих там поведение было как у гоблинов-ползунков.

***

День не прошёл – пролетел! Я с удовлетворением доразбирала последний демонстрационный артефакт и разложила по коробочкам. Студенты, по большей части, впитывали знания как губка. Больше никого даже не пришлось припугивать проклятиями. А одной группе я даже обещала по результатам практики забрать с собой по мелкому артефакту.

Я потерла кончики пальцев, на которых ещё сохранялась остаточная магия после разборки артефактов, и поднялась из-за стола, чтобы отправиться к себе в комнату. Вот ну совсем не собиралась идти на поводу у Чудовища и заходить к нему в кабинет, как он потребовал.

Но в какой-то момент времени ноги буквально сам понесли меня туда. В приемной, конечно, уже никого не было. Хронокристалл показывал больше девяти часов вечера.

“Возможно, и ректора на месте уже нет?”– понадеялась я.

Но тут из-под двери, так хорошо изученной мной в первый мой день пребывания в академии, начал просачиваться темно-фиолетовый дымок.

Глава 13

Я про такую магию никогда не читала и не слышала. Что-то драконье, наверное? Сдается мне, самое время развернуться и уйти. Если с ректором что-то случится, туда ему и дорога. А если это то, что он не хотел бы афишировать, то мне тем более здесь делать было нечего. Любопытные носы находят обычно приключения совсем на другие части тела.

Я уже дошла до выхода из приемной, как из-за двери раздался полурык-полувздох.

“Меня это не касается”,– сказала себе я и зашла в кабинет ректора.

По всему полу стелился темно-фиолетовый плотный дым. Мерзкими щупальцами он расползался во все стороны от стола, на котором стояла чаша с бурлящей темной жидкостью. Из неё свешивалась золотая цепочка с плотным хитрым плетением звеньев. Явно прочная, просто так не разорвёшь.

В кресле, откинувшись на спинку, сидел ректор. В этот раз не было взгляда бирюзовых глаз – они были закрыты, не было надменной ухмылки – губы плотно сжимались, со лба медленно скатилась маленькая капелька пота. Кажется, это не совсем нормально. Хотя кто их, этих драконов знает?..

– Господин ректор, с вами всё в порядке?

“Иллидия, это самый глупый вопрос, который ты сейчас могла задать Чудовищу. Он находится в полубессознательном состоянии”, – я стукнула себя по лбу пальцами.

Было совсем непонятно, что мне делать. Могла ли я помочь? Или просто не мешать и порадоваться смене ректора? Совесть у меня всё же была, как я выяснила. И я её уже ненавидела.

Осторожно, стараясь не шуметь, я подошла к столу и заглянула в чашу. Пахло оттуда смесью трав и чего-то терпкого. В темной непрозрачной густой жидкости лежал золотой кулон. Он выглядел как ограничитель силы, но был очень необычным. Кажется, я его уже когда-то видела. Но когда?

Руки сами потянулись достать и рассмотреть. Как только я коснулась золотой цепочки, по спине пробежал холодок. В груди зародилось ощущение опасности. Дикой, звериной, необузданной.

Я подняла голову. На меня смотрели два изумрудных глаза с драконьим вертикальным зрачком. Я инстинктивно отшагнула, моля всех богов, чтобы не наступить на платье, не споткнуться ни обо что, не упасть.

– Тебе нельзя здесь быть, – медленно проговаривая слова сказал Эдгарн. – Уходи!

Я удивленно уставилась на него. А кто меня сегодня к себе вызывал?

– Вы непоследовательны, господин ректор, – возразила я, продолжая пятиться к двери. – Сами вызвали, сами прогоняете.

– Ты умеешь выбирать время, – хмыкнул-рыкнул, сжимая челюсти, Чудовище.

Я видела, как напряглись его плечи, даже под плотным пиджаком чётко прорисовывались взбугрившиеся мышцы. Казалось, ещё чуть-чуть, и ткань порвется от натяжения.

– Я многое умею, – надо было заткнуться и быстрее делать ноги, но меня так и подмывало огрызнуться. Хотелось, чтобы последнее слово осталось за мной.

– А уходить вовремя – нет, – ректор резко встал, а дверь за мной захлопнулась.

Точно. Надо будет изобрести артефакт от любопытства. Чтоб лишал напрочь этого чувства.

Шея, скулы и руки Эдгарна покрылись чёрной, сверкающей в свете настенных светильников чешуей. Казалось, он даже стал выше и шире. И опаснее. От его взгляда внутри все холодело, хотя он не нападал и не угрожал.

Его глаза лишь на миг поменялись, когда он тихо произнес:

– Моя, – и хищно улыбнулся.

Это он про кого? Про меня, что ли? Ну уж нет, не угадал.

– Я своя собственная! – думала, что произнесу твердо и уверенно, но голос предательски дрогнул.

Ответом мне была издевательская ухмылка. Ну, драконище чудовищное! Чтоб тебе… А проклятие не придумывалось. То ли от страха, то ли от ощущения невероятной мощи и восхищения животной грацией, наполнявшей каждое движение дракона.

Он вышел из-за стола и приблизился ко мне. Я делала шаг назад, а он успевал за это время сделать два, пока не оказался совсем рядом, а я не оказалась у самой двери. Дракон протянул свою чешуйчатую когтистую лапу к моему лицу.

В попытке оттянуть момент, когда он приблизится вплотную ко мне, я оттолкнула его. Дракон громко зарычал и замер. На миг его зрачок снова стал человеческим, или мне хотелось так думать. И когда Чудовище снова двинулся, то, на удивление, пошёл не ко мне, а обратно к столу. Знала бы, что сработает, отпихнула бы его раньше…

Он протянул руку и достал из чаши кулон. Пара тяжелых капель упали на стол, оставив на бумагах безобразные тёмные кляксы. Эдгарн надел артефакт, не вытирая с него жидкость, отчего на белой сорочке расползалось пятно.

Булькать в чаше перестало, дымок резко рассеялся. Казалось, даже светильники стали светить ярче. Что это было?

Я стала прокручивать в голове всё, что знала об ограничителях и похожих растворах. Больше всего напоминало то, что это был артефакт не просто сдерживающий силу, но и оттягивающий на себя действие проклятия. Я восхитилась мастером, который создал кулон Эдгарна, и мне ещё сильнее захотелось рассмотреть его поближе. Кулон, конечно, а не дракона.

Но, в то же время, это означало, что Чудовище кто-то сильно проклял. Неужели сбылось то мое милое пожелание? Он нашёл истинную и умудрился ей насолить? Но почему тогда Серена продолжает настаивать на свадьбе?

Ректор закрыл глаза и глубоко вздохнул. Чешуя постепенно исчезала, плечи расслаблялись, но ощущение опасности никуда не уходило. Я уже намеревалась открыть дверь, когда Чудовище распахнул глаза, уже знакомого, бирюзового цвета и строго поинтересовался:

– А разве я вас отпускал?

Я даже растерялась от такого вопроса.

– Ну, вообще-то, вы меня прогоняли, – уперев руки в бока, ответила я.

– Я настоятельно советовал уйти, но вы не воспользовались моим советом. А теперь – настоятельно советую вам не пытаться выйти из кабинета, пока я не разрешу.

Интересно, этот дракон что, запереть меня здесь собирается? Да я от него через окно уже через полчаса сбегу!

Ректор устало прошел к комоду, на котором стояла бутылка с янтарной жидкостью. Он налил себе в стакан и выпил почти залпом. Потом кивнул мне:

– Будете?

– Вообще-то, приличные девушки не пьют крепких напитков.

Чудовище рассмеялся низким бархатистым смехом, откликающимся во мне приятной дрожью.

– Приличные? Даже отвар семилистника? – он всё же налил и протянул мне стакан. – Снимает усталость. Вам наверняка после первого учебного дня очень хочется отдохнуть.

Честно говоря, да, отдохнуть очень хотелось. От этого Чудовища. И подольше. А то я поседею раньше времени.

– Вам нужно избавляться от вредной привычки заходить без стука, – присев на край стола, сказал ректор. – Сегодняшний случай – лишнее тому подтверждение. Всё могло закончиться намного хуже. Для вас, – в его глазах мелькнуло что-то вроде беспокойства.

Интересно, а если бы я постучала, он мне сегодня открыл бы? И почему я сейчас не поверила своей ведьминской интуиции?

– И вынужден сказать вам, что за хранение в лаборатории моейакадемии запрещенных артефактов вас ждет серьёзное наказание.