![](/books_files/covers/thumbs_240/palestina-i-izrail-ot-nachala-xx-veka-do-7-oktyabrya-2023-goda-287420.jpg)
Автор книги: Алекс Каплан
Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
![](i_014.jpg)
Уинстон Черчилль, Лоуренс Аравийский и будущий эмир Абдалла в Иерусалиме во время секретных переговоров по созданию эмирата Трансиордания. 1921 год (фото Eric Matson)
В середине февраля 1921 года на ближневосточной политической сцене появился новый игрок, тень которого еще много лет будет заметной в тех событиях, которые трагически развернутся в регионе. Британское правительство назначило министром по делам колоний Уинстона Черчилля, поставив ему при этом задачу серьезно сократить расходы министерства, поскольку бюджетных средств после войны катастрофически не хватало. Господин Черчилль порубил все гордиевы ближневосточные узлы самым решительным образом всего за один месяц, избавив, таким образом, британский бюджет от очень внушительных колониальных трат. Это ему принадлежала мысль бороться с повстанцами на юге Месопотамии, активно используя авиацию, вместо того чтобы задействовать дорогостоящие пехоту и танки. Он еще требовал, чтобы английские самолеты применили против восставших горчичный газ, дабы совсем уж не тратиться на ведение боевых действий и быстро все завершить. Черчилля назначили на должность 14 февраля, а уже 22 февраля он встречается с Фейсалом, после чего события принимают стремительный оборот. Новый министр созывает конференцию по Ближнему Востоку в Каире. Конференция начинает свою работу 12 марта 1921 года. Незадолго до этого, в конце февраля, Абдалла выдвигается из Маана в Амман и 2 марта занимает город, после чего в Аммане начинаются активные консультации со всеми имеющимися на восточном берегу реки Иордан политическими силами. Сам Абдалла тем временем отправляется в Иерусалим, куда в рамках Каирской конференции также прибывает Уинстон Черчилль. Они проводят в конце марта несколько встреч, после чего мировую общественность ставят в известность о создании эмирата Трансиордания во главе с эмиром Абдаллой. По результатам Каирской конференции было также принято решение о создании Королевства Ирак во главе с королем Фейсалом. Таким вот образом в марте 1921 года Великобритания завершила колониальную игру, начатую в 1916 году подписанием соглашения Сайкса – Пико. Палестина оказалась под полным контролем англичан, королевство Ирак и эмират Трансиордания получили автономию. Французы разделили Сирию на несколько марионеточных образований по этническому принципу, чтобы ими было легче управлять, и ввели на всей территории жесткий колониальный контроль. Несмотря на все косметические и политические меры, принятые как Лондоном, так и Парижем, чтобы скрыть империалистическую суть произошедших на Ближнем Востоке изменений, ни у кого в регионе не имелось ни малейших заблуждений касаемо того, что Ближний Восток стал еще одной колониальной добычей Великобритании и Франции. А соглашение Сайкса – Пико, если бы его не вытащили в 1917 году на свет божий советские большевики, осталось бы, вероятно, таиться где-нибудь на дне империалистических архивов, где таится еще много других таких гениальных документов.
Глава 2. Декларация Бальфура
Пропаганда на марше. 67 исторических слов
В отличие от соглашения Сайкса – Пико другое знаменитое британское ближневосточное дипломатическое достижение – Декларация Бальфура – являлось документом не тайным, а наоборот, максимально декларативным, таким, чтобы о нем услышал весь мир. Это не единственное отличие двух важных дипломатических документов, во многом определивших судьбу современного Ближнего Востока. Соглашение Сайкса – Пико было крупномасштабной всеобъемлющей договоренностью между двумя правительствами, британским и французским, о разделе территории Османской империи. Декларация Бальфура по форме своей являлась письмом министра иностранных дел Великобритании лорда Бальфура одному из лидеров британских сионистов барону Ротшильду. По сути своей декларация эта была одним из самых громких пропагандистских инструментов, который Лондон использовал в ходе Первой мировой войны, дабы победить своих противников. Письмо было написано 2 ноября 1917 года, а стало доступно мировой общественности через неделю, 9 ноября 1917 года. Стоит напомнить читателю, что 7 ноября 1917 года в Петрограде к власти пришли большевики, коих многие историки считают теми самыми людьми, к которым в первую очередь и была обращена Декларация Бальфура. Однако давайте опишем все имевшиеся тогда обстоятельства по порядку.
![](i_015.jpg)
Вот так, совсем просто, выглядела Декларация Бальфура в день своего появления на свет, 9 ноября 1917 года: небольшая заметка в газете «Таймс»
К началу ноября 1917 года положение британских дел на фронтах Первой мировой войны было крайне тяжелым. Соединенные Штаты Америки, объявившие в апреле 1917 года войну Германии, не прислали на фронт ни одного солдата. Вашингтон явно намеревался отсидеться в американском тылу, посылая истекающей кровью Британии оружие, боеприпасы, продовольствие за ее же, кстати, деньги, но никак не живую американскую силу. Однако куда большей катастрофой для союзников было российское предательство, которое обещало со дня на день обернуться полной катастрофой. После февральской революции русская армия, превышавшая британскую армию в полтора раза по численности, трещала по всем швам, и осенью 1917 года Восточный фронт мог рухнуть в любой момент. К началу ноября в Лондоне знали, что переход русской власти в руки большевиков вопрос практически решенный. Англичанам также было хорошо известно, что большая часть большевистского руководства являются евреями по национальности. Именно таким образом посредством сионизма британское руководство хотело наладить отношения с руководством русского коммунизма, чтобы те продолжили войну против германского империализма в союзе с англо-французским империализмом. Вообще это представление о невероятном всемирном еврейском могуществе, которым так часто пользовался мировой антисемитизм, серьезно затронуло и британское руководство того времени. В Лондоне считали, что с помощью сионизма они привлекут на свою сторону американских евреев, которые в свою очередь подтолкнут Вашингтон к более активным действиям, и вообще евреев всего мира. Мировая еврейская реальность на тот момент времени, однако, была совсем иной. Во-первых, представления о могуществе как американских, так и русских евреев были очень большим преувеличением. Во-вторых, мысль о том, что все евреи являются сионистами, была еще бо́льшим заблуждением, нежели мысль о том, что евреи правят миром. Из 3 миллионов евреев, проживающих в США на то время, только 13 тысяч состояли в каких-либо сионистских организациях. Что касается русских евреев из числа коммунистического руководства, то их политическое кредо по национальному вопросу заключалось в интернационализме, а не еврейском национализме, коим являлся сионизм. В действительности наибольшей поддержкой сионизм пользовался у немецких и австро-венгерских евреев.
Самое в реальности могущественное еврейское лобби на то время проживало в Германии и Австро-Венгрии, а не в Америке или России. То есть основные силы мирового еврейского лобби находились по другую сторону фронта, но все они были в первую очередь немецкими националистами, а не еврейскими, и подпасть под действие британской пропаганды никак не могли.
Самое в реальности могущественное еврейское лобби на то время проживало в Германии и Австро-Венгрии, а не в Америке или России. То есть основные силы мирового еврейского лобби находились по другую сторону фронта, но все они были в первую очередь немецкими националистами, а не еврейскими, и подпасть под действие британской пропаганды никак не могли. Треть всех германских лауреатов Нобелевской премии до 1932 года были евреями. Почти 90 % венгерской и более 50 % австрийской промышленности принадлежало евреям. Будапешт был на четверть еврейским городом, в Вене евреев проживало 10 % от городского населения, но подавляющее большинство врачей, адвокатов, инженеров, архитекторов и журналистов, как в Вене, так и в Будапеште были евреями. Ситуация в Берлине была аналогичной. О финансовой и банковской отрасли, что в Германии, что в Австро-Венгрии, вообще в еврейском плане разговор должен быть отдельный. Их удельный вес в немецком мире был куда большим, чем в Соединенных Штатах и Великобритании. Мало кто из современных историков всерьез обсуждает немецко-австро-венгерскую сторону еврейского вопроса, хотя ими и признается факт, что Великобритания поспешила с Бальфурской декларацией, поскольку ходили слухи о германских намерениях выступить с подобной декларацией. Не исключено, что Берлин пытался сделать то же самое, что и Лондон – разыграть еврейский вопрос в своих интересах на фронтах Первой мировой войны в решающий момент. К тому же к русским большевикам Германия на тот момент времени была куда ближе, чем англичане, да и Палестина на тот момент находилась еще в руках союзника Германии Османской империи. До войны центр мирового сионистского движения располагался в немецком мире, в Берлине и Вене. Основатель сионизма Теодор Герцль родился в Будапеште, а жил в Вене. Основополагающий для сионизма литературный труд под названием «Еврейское государство» был написан Герцлем, как и «Капитал» Карла Маркса, на немецком языке, а впервые издан в Вене. Главный печатный орган мирового сионистского движения газета die Welt выходила с 1897 года по 1914 год в Вене на немецком языке. В конце концов, штаб-квартира Всемирной сионистской организации располагалась в Берлине. Немецкий язык являлся рабочим языком мирового сионизма, а большинство его активных сторонников проживало в австро-венгерско-германском мире. Иными словами, у Берлина действительно имелись серьезные возможности опередить Великобританию в еврейском вопросе, но Лондон оказался более проворным и выхватил пальму палестинского первенства из рук Германии, вероятно, в самый последний момент.
![](i_016.jpg)
Основатель сионизма Теодор Герцль прожил всего 44 года. Первые 18 лет в Будапеште, остальные – в Вене (фото Carl Pietzner)
Дьявол в деталях
Практически каждый ближневосточный исторический вопрос в наши дни трактуется региональными политиками диаметрально по-разному, поскольку с момента создания современного Ближнего Востока в 1918 году все они разошлись по противоборствующим лагерям и ведут непримиримую борьбу друг с другом, в которой история является чуть ли не главным оружием. Декларация Бальфура – это письмо одного англичанина другому, состоящее из 67 слов. В ближневосточной исторической борьбе это письмо по сей день является полем одного из самых жарких идеологических сражений, касаемо того, чья в Палестине земля – еврейская или арабская? Декларацию, эти 67 слов, тысячи политических историков разных стран и оттенков разобрали за прошедшее столетие буквально по слогам, выясняя, что именно этим письмом лорд Бальфур хотел сказать барону Ротшильду. Еврейский очаг должен быть в Палестине или на территории Палестины, вы понимаете, какая тонкая тут разница? А если учесть, что Палестина на момент написания письма была куда больше по территории, нежели сегодня, поскольку включала в себя территорию современной Иордании, то все становится еще сложнее. Такие нюансы кроются в коротком письме лорда Бальфура буквально в каждом из его 67 слов. Не случайно над текстом конечного варианта декларации трудилось множество людей с невероятной тщательностью. Ничего хорошего, однако, из столь тщательного политического труда у британской номенклатуры не вышло. Все, что Лондон за последующие годы на Ближнем Востоке наделал, привело только к гуманитарной катастрофе, на просторах которой теперь и болтается зачитанная историками до дыр Декларация Бальфура. Великобритания давно уже не имеет к Ближнему Востоку никакого политического отношения, а все упреки в свой адрес безоговорочно отметает, утверждая, что принесла региону лишь дороги, школы, больницы и другие блага современной цивилизации, которых до ее прихода здесь в помине не было. Во всем остальном, что здесь произошло, Лондон винит исключительно местные политические силы и те неразрешимые противоречия, которые в Палестине возникли по независящим от англичан обстоятельствам. Однако многие историки из противоборствующих местных политических лагерей единогласно указывают на то, что возникшие в Палестине непримиримые противоречия возникли именно по зависящим от англичан обстоятельствам. Эти обстоятельства англичане создали намеренно, чтобы им было проще управлять местным населением, они так ведь поступали во всех своих колониях от Индии до Кении. Иные историки прямым текстом обвиняют во всем Великобританию, которая цинично, преследуя свои колониальные интересы, в 1917 году грубо вмешалась в палестинские дела и сделала все неправильно. Лондон действительно к 30-м годам в значительной степени потерял контроль над тем, что происходило в подмандатной Палестине, а к концу 40-х годов потерял такой контроль полностью. В самом начале ближневосточного исторического пути, в 1917 году, у Великобритании имелся в Палестине полный карт-бланш и все возможности построить мирное процветающее государство. Но в 1917 году люди, правившие Британией, имели имперское мышление и видели весь мир исключительно через колониальную призму. Мысль о том, что колониализм является таким же пережитком прошлого, как и феодализм, осенью 1917 года в Лондоне казалась несусветной ересью. Наоборот, вся британская элита была занята исключительно одним – строительством величайшей империи в истории человечества, в чем они вскоре достигли колоссального, но недолгого успеха, за который еще придется заплатить высокую цену миллиардам людей на планете.
![](i_017.jpg)
Письмо министра иностранных дел Бальфура барону Ротшильду от 2 ноября 1917 года состояло всего из 67 слов, но стало одним из самых знаменитых документов в истории
Большого внимания проживающим в Палестине 700 тысячам человек, сущим пустяком в мировом масштабе, никто в министерстве по делам колоний уделять не собирался. В Декларации Бальфура им посвящалось несколько дежурных фраз об их неотъемлемых правах и все такое, чего требовали правила хорошего политического тона той эпохи, но ничего конкретного. Правда, в отношении евреев также ничего конкретного сказано в декларации не было, кроме того, что у них теперь в Палестине есть национальный очаг. Евреев в Палестине из вышеупомянутых 700 тысяч человек проживало около 60 тысяч, и с ними было несколько легче.
Итак, как было сказано выше, осенью 1917 года Лондон решил захватить первенство в еврейском вопросе, чтобы решить ряд политических задач, стоявших перед империей. О местном населении, проживающем на то время в Палестине, мало кто в Лондоне вообще задумывался. У Великобритании имелось более 400 миллионов таких колониальных подданных в сотнях различных мест по всему миру. Британская империя имела на тот момент самое большое мусульманское население в мире (в Индии, Египте, Судане…). Огромное министерство по делам колоний умудрялось всем этим управлять. Пятая часть населения планеты жила под британской колониальной пятой, и Лондон с этим как-то справлялся. А потому большого внимания проживающим в Палестине 700 тысячам человек, сущим пустяком в мировом масштабе, никто в министерстве по делам колоний уделять не собирался. В Декларации Бальфура им посвящалось несколько дежурных фраз об их неотъемлемых правах и все такое, чего требовали правила хорошего политического тона той эпохи, но ничего конкретного. Правда, в отношении евреев также ничего конкретного сказано в декларации не было, кроме того, что у них теперь в Палестине есть национальный очаг. Евреев в Палестине из вышеупомянутых 700 тысяч человек проживало около 60 тысяч, и с ними было несколько легче. Во-первых, их было намного меньше. Во-вторых, все они были евреями. В-третьих, Декларация Бальфура в принципе была сделана в их интересах. Касаемо других жителей Палестины все было куда сложнее. Они представляли собой поистине вавилонское столпотворение, что неудивительно, если помнить о том насколько древней и особенной была эта земля. Здесь проживали друзы, бедуины, армяне, ассирийцы, черкесы, чеченцы, самаритяне, арамеи. Большинство населения конечно составляли арабы, но они тоже были разными – местными и приехавшими из соседних Египта, Сирии, Месопотамии. Делились люди в Палестине тогда не только и не столько по этническому происхождению, сколько в религиозном плане, в первую очередь – на мусульман и христиан, хотя опять же мусульмане составляли большинство. Самаритяне, к примеру: их было чуть менее 200 человек, проживали почти все в Наблусе. Они, наверное, были самыми древними из местных жителей, а их небольшое число было обманчивым, поскольку на протяжении веков они подвергались гонениям и вынуждено переходили в другую веру, в результате у многих местных жителей в жилах текла самаритянская кровь. Армян было в Палестине куда больше, около 3 тысяч человек, и большинство из них жило в Иерусалиме, где они занимали в Старом городе один из пяти на то время градообразующих кварталов, который так и назывался – Армянским. Они пользовались в Палестине большим влиянием, играя серьезную коммерческую, ремесленную и христианскую роль. Сразу же после окончания Первой мировой войны в 1919 году в Палестину хлынул поток армянских беженцев, переживших в Турции геноцид, и к началу 20-х годов в Палестине оказалось уже от 20 до 30 тысяч армян, большинство которых проживали в Иерусалиме, став в городе чуть ли не самой большой общиной. На момент принятия Декларации Бальфура население Палестины в религиозном плане на три четверти состояло из мусульман, на одну четверть из христиан и евреев. В этническом плане, как было сказано выше, проживающие в Палестине люди говорили на невероятном множестве языков и имели самое разнообразное национальное самосознание от еврейского, армянского и арамейского до арабского, ассирийского и черкесского. Само понятие национальности в Палестине на тот момент пребывало еще в стадии даже не зарождения, а обсуждения среди различных клановых элит. Главной была религия, затем шел клан и лишь затем лидеры кланов стали обдумывать, что произойдет с ними после окончания войны.
![](i_018.jpg)
Армянский священник в Армянском квартале Иерусалима. Диаспора в Иерусалиме – старейшая армянская диаспора в мире
Многие противники сионизма утверждают, что Декларация Бальфура была закулисным делом еврейских рук, заставивших англичан пойти на такой несправедливый шаг. В качестве доказательства всемирного могущества евреев приводится множество фамилий, среди которых фамилия Ротшильд была, естественно, на первом месте. Ротшильды принесли еврейскому народу куда больше горя, нежели пользы, поскольку стали неким символом всемирного еврейского заговора, более даже красочным, чем печально известные протоколы сионистских мудрецов. Напомним, Декларация Бальфура по форме своей являлась письмом именно барону Ротшильду, которого важного дела ради назвали одним из лидеров британских сионистов. В действительности никаким сионистом, тем более их лидером, Уолтер Ротшильд не являлся. Барон являлся идиотом, которого британское правительство просто использовало для проведения специальной дипломатической операции, коей Декларация Бальфура по сути своей и была. Гением международных финансов являлся отец барона, который действительно был финансовой фигурой мирового масштаба, а вот сын Уолтер в банковском деле оказался не силен и ходил в отцовский банк на службу «из-под палки», пока семья не оставила это бессмысленное занятие – заставлять Уолтера работать в банке. Всю свою жизнь Уолтер Ротшильд увлекался бабочками, насекомыми и всякой другой зоологией, собрав в конце концов самую большую коллекцию насекомых в мире и сделав из нее музей. В Лондоне барона знали как чудака, который, к примеру, однажды приехал в Букингемский дворец на карете, запряженной четверкой зебр, чтобы показать всему городу свое зоологическое достижение – четырех дрессированных зебр, – хотя всем известно, что зебры не поддаются дрессировке. Уолтер Ротшильд был действительно довольно странным персонажем. Он, к примеру, два года не открывал свою почту, и это в то время, когда других способов общения кроме как написать письмо в мире тогда не имелось. Его внук затем шутил: хорошо, что эта странность случилась с дедушкой до того, как ему прислал столь знаменитое письмо министр иностранных дел Бальфур. Одна из самых близких к правде версий того, как в действительности появилась на свет Декларация Бальфура и какую роль в этом сыграли сионисты, выглядит следующим образом. Шестого декабря 1916 года в Лондоне сменилось правительство. Британские правящие круги были недовольны ходом войны. Новым премьер-министром стал Дэвид Ллойд Джордж, министром иностранных дел Артур Бальфур. Это была очень опытная британская номенклатура. Они немедленно приступили к активным действиям, чтобы улучшить положение дел на фронте. Одним из таких действий и стала Декларация Бальфура. Все основные решение принимали именно эти два человека, а вот выполнять щекотливые поручения по проведению закулисных переговоров поручили уже известному нам Марку Сайксу. Ему поручили среди прочего найти среди руководства британских сионистов такого человека, с которым можно было бы в дальнейшем работать. Таким оказался профессор химии Хаим Вейцман. Затем Сайкс и Вейцман уже вместе наметили скучающего от безделья барона Ротшильда, дабы использовать его знаменитую фамилию в качестве адресата судьбоносного для Ближнего Востока письма. Что очень важно и крайне интересно, так это то, что сионистов в Британии на то время в действительности имелось два вида. Еврейские сионисты на самом деле никакой реальной политической силы из себя не представляли. Из 300 тысяч проживающих в стране евреев лишь 8 тысяч были записаны в различные сионистские организации. Большинство состоятельных английских евреев в действительности относились к сионизму негативно, поскольку считали его опасным явлением, дававшим пищу антисемитам. Эти люди были глубоко ассимилированы в британское общество и считали себя англичанами, а сионисты могли породить у настоящих англичан сомнение в том, насколько евреи верны Британии. Вообще сионизм являлся анафемой для всех тех евреев, которые желали ассимилироваться, а ведь таких было подавляющее большинство, что в Англии, что в других странах Запада. Однако в Британии имелся еще один вид сионизма, который был тайным, но крайне могущественным. Сионистами являлись, к примеру, премьер-министр Ллойд Джордж и министр иностранных дел Бальфур. Сионистами можно было считать, наверное, всю правящую протестантскую элиту страны. При этом все они также были в большей или меньшей степени антисемитами. Сионизм правящего британского класса являлся религиозной идеей, вбитой каждому из них в голову с раннего детства в воскресной школе. Все христиане ожидают Второго пришествия Иисуса Христа, но чтобы это произошло, сначала евреи должны вернуться в Святую Землю. Так премьер-министра Ллойд Джорджа и министра иностранных дел Бальфура учили в церкви и школе, пожалуй, лет этак с шести, как только они научились читать. Христиане столетиями пытались вернуть себе Иерусалим, устраивая один крестовый поход за другим, а затем столетиями скорбели об утере великого города. И вот в конце 1916 года у этих людей появилась реальная возможность отбить у мусульман Иерусалим и вернуть в Святую Землю евреев. Ллойд Джордж и Бальфур поистине чувствовали свое мессианское предназначение, усиленное имперскими амбициями и дьявольским тщеславием, ведь они правили на то время половиной мира. В отличие от доктора Вейцмана, они не могли поделиться своим пророческим видением будущего с мировой общественностью, но они с легкостью могли претворить его в жизнь, тем более что это могло помочь империи выиграть войну.
![](i_019.jpg)
Барон Уолтер Ротшильд и его знаменитые дрессированные зебры. В Лондоне барона знали именно из-за дрессированных зебр, а не как лидера мирового сионизма
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?