Текст книги "Семья для чемпиона"
![](/books_files/covers/thumbs_240/semya-dlya-chempiona-294767.jpg)
Автор книги: Алекс Коваль
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)
Глава 6
Ярослав
Обычно на следующее утро после игрового дня я предпочитаю подольше поспать и дать организму восстановиться. Тем более, как правило, на день после матча у команды в расписании стоит выходной.
Так вот, вчера мы неплохо надрали задницу сопернику. Помогли нашему вратарю засушить игру, набрали очки и поднялись с третьей строчки в турнирной таблице на вторую. Иван Федотыч был на седьмом небе от счастья. А мои сокомандники расходились по домам с довольными рожами и в приподнятом настроении. А те, кто не разошлись – я и еще пара-тройка человек, включая холостого Беса, – завалились в спорт-бар. Пропустили по паре бокалов безалкогольного пива, отметили победу и уже потом разъехались по домам. Кто один, а кто, как я, в приятной женской компании. И в этой же «компании» мне наконец-то, впервые за эту долгую неделю, удалось хорошенько расслабиться и вытрахать все лишние мысли из головы. Уснули мы под утро.
Короче, по всем пунктам выходило, что сегодня я должен был топить в подушку до обеда. Но на кой-то черт шары сами собой вылупились ровно в девять ноль-ноль и закрываться больше не желали. Как я их ни уговаривал.
Вздохнув, оглянулся. На соседней подушке с ангельским выражением на полном апгрейда лице спит блондинка. Бесстыжим образом закинув на меня свою стройную ногу и уперевшись явно ненатуральными сиськами мне в бок. Дышит размеренно. Выглядит сладко. Так сладко, что сахар на зубах скрипит.
Смотрю на нее и понимаю, что я даже не помню, как ее зовут. Хоть я и был трезв. Как мы познакомились, тоже помню смутно. Оно вышло само собой. Как и всегда. Зато как вместо нее под собой представлял совершенно другой образ и другую женщину – помню отчетливо. Безнадега какая-то. Уже три дня прошло. Три! А эта зараза не выходит у меня из головы. Хотя с чего бы?
За эти три дня я был дважды на тренировке ее сына. Каждый раз я шел на трибуну в надежде, что вот сегодня Ава приедет за Димкой и мы как-то, где-то случайно пересечемся. Ждал, как сталкер, на парковке, пока ее пацан не выйдет из ледового. Караулил. Хрен-то там! Все три дня парень ездит на метро. И да, я так скоро чокнусь…
Бывшая брата. Гордей ее никогда не заслуживал. Каким гондоном был, таким и остался. Ничего не поменялось. Просто по молодости он умел неплохо пускать пыль в глаза. Особенно таким молоденьким и наивным, как Ава. Я никогда не верил, что у них получится что-то серьезное. И оказался прав. Братец и близко до нее не дотягивал. Только почему-то она, один хрен, выбрала его. Может, и неосознанно. Даже и не понимая, что делает выбор. Но тем не менее…
А я не видел ее хренову тучу лет, и все равно меня на ней странным образом ведет. Это злит. Вероятней всего, это тупо физика. Может, стоит уже законнектиться разок всеми частями тела, и пройдет? Да, я определенно хочу эту девчонку. Только она точно не из тех, кто душу дьяволу продаст за возможность быть оттраханной хоккеистом. Другая она. Чистая и нежная. Бесит!
Особо не беспокоясь о безмятежности сна незнакомки, вытаскиваю у нее из-под головы руку. Сажусь на кровати, растираю ладонями лицо. Разминаю шею и плечи.
Девушка начинает возиться на постели, сонно промурлыкав:
– Что, уже утро, Яр?
– Утро, – бурчу я не особо приветливо. Я вообще по утрам не самый милый на земле человек. До первой чашки кофе мне хочется убивать.
Слышу по шуршанию простыни, что блондиночка тоже поднимается. Двигается ко мне ближе, обнимает со спины и шепчет на ухо:
– Тебе куда-то нужно, котик?
– Нет, – фыркаю. – Котик.
– Тогда чего ты подскочил? Давай еще поспим… – ползет ладошкой по моей груди. – Или можем не спать, м? – царапает ноготками живот и ныряет под покрывало, подбираясь к паху.
В последний момент я перехватываю ее ладонь и встаю. На ноги. Там, конечно, тоже встаю, но настроения продолжать ночные развлечения нет. Я же говорю – утром я хочу только все крушить, ломать и ругаться матом.
– У меня режим. Прости.
– В выходной?
– Именно.
– Хм, ну ладно, я тогда…
– А ты едешь домой, – перебиваю.
– Что? – удивленно хлопает ресницами девушка.
Я поднимаю из вороха шмоток на полу брюки и дергаю из заднего кармана бумажник. Вытаскиваю оттуда крупные купюры, демонстративно выкладывая на прикроватную тумбу. Брови блондиночки очаровательно взлетают на лоб, выражая крайне оскорбленное достоинство. А ты чего ждала, «котик»?
– Все было круто, спасибо за ночь. Тебе пора.
– Это шутка такая?
– Здесь хватит на такси и на моральную компенсацию раннего отъезда.
– Ты за кого меня принимаешь, качок тупоголовый?! – взвизгивает девчонка, вскакивая с кровати, прикрываясь простыней. – Я тебе не шлюха какая-то! Я приличная девушка!
– Я не качок, а хоккеист, а ты, приличная девушка, давай без истерик. Достало.
– Ты… – пыжится «актриса», – я… да ты…
– Давай помогу? Я тебе ничего не обещал. Ты мне ничего не обещала. Потрахались и разбежались. Уговор был такой. Я не сказочный принц, да и ты тоже не нежная фиалка. В чем теперь претензия?
– Я думала, что ты другой, Ремизов!
– Значит, сюрприз – я такой. И я пошел в душ, а к тому моменту, как я выйду, тебя здесь быть не должно. Я не шучу.
– С-сволочь ты, Ярослав! Конченая сволочь!
Ну вот так всегда. Все хотят оказаться в койке с крутым парнем, соглашаясь на любые его условия в надежде, что в них влюбятся с первого, блин, стона. Зато, когда утром дамочек догоняет реальность, разбивая розовые очки, я становлюсь сволочью, скотиной, козлом, ну и дальше по списку. Хотя ни разу за свою жизнь я ни одну не обманул. Считайте, «оговорить условия» перед тем, как снять какую-то девочку, – мой гребаный пунктик. Никаких ожиданий, никаких планов и никакого продолжения. Никогда.
Выйдя из душа, с удовлетворением окунаюсь в звенящую тишину, царящую в квартире. Так-то лучше!
Прохожу в спальню, скидываю полотенце и достаю из комода боксеры. Натягиваю вместе со штанами. Девчонка ушла. Деньги забрала. Ну да, кто бы сомневался?
А это что еще за на фиг?
Сдергиваю висящий на ручке прикроватной тумбы кружевной лифчик и лежащую рядом записку: «Думаю, мы друг друга не так поняли. Для тебя я доступна двадцать четыре на семь, Яр. Позвони». Номер телефона и красный отпечаток женских губ, как долбаная печать. Охереть! Уязвленная гордость девочки оказалась не такой уж и уязвленной? А говорила, не шлюха.
Вот и как жить эту жизнь и строить отношения, когда каждая вторая с гнильцой? Звезданулись совсем.
В дверь раздается звонок. Смотрю на экран видеодомофона. На пороге топчется Образцов. Как всегда, при параде и с невероятно серьезной миной. Такой, что иногда я искренне задаюсь вопросом – а он хоть в детстве-то улыбался?
Открываю:
– Какими судьбами в такую рань?
– И тебе привет, дружище. Пустишь?
– А у меня есть варианты? Здоро́во.
Отступаю. Стас проходит. Мы обмениваемся рукопожатиями.
– Кофе будешь?
– Не откажусь.
– Греби на кухню.
– Я смотрю, ты наконец-то воспользовался моим советом?
– Ты о чем?
Образцов кивает. Я опускаю взгляд. Блин! В руке все еще зажат чужой лифчик.
– Или ты себе прикупил? – лыбится шутник.
– Да иди ты, – открываю пустой ящик и зашвыриваю чужое нижнее белье туда вместе с запиской. Завтра придет клининг, скажу, чтобы выкинули.
Заряжаю кофемашину и подставляю две чашки. Аппарат начинает приятно гудеть. Образцов присаживает свою задницу на высокий барный стул и нервно барабанит костяшками пальцев по столешнице. Каждое «тук-тук» – как отбойным молотком по вискам.
– Стасон.
– Чего такое?
– Прекрати. Раздражает.
– Что-то ты не выглядишь как человек после бурной ночи с сексуальной красоткой. Она оказалась настолько плоха, что вы вместо трах-тибидоха смотрели на звезды?
– Я смотрю, ты сегодня в хорошем настроении?
– А ты злой и помятый. Серьезно, у тебя все пучком, Яр?
– Ты прикатил в половине десятого утра, чтобы обсудить мое настроение? Оно паршивое. Как и каждое утро, независимо от того, просыпаюсь я один или с женщиной.
– Вообще-то нет. Твое настроение точно не моя забота. Я привез… погоди, – лезет в черную кожаную папку мой спортивный агент, выкладывая на стол передо мной какие-то бумаги, – вот.
– Что это?
– Статья. Стелла сегодня скинула. Ее подготовили для одного из самых рейтинговых журналов в нашей стране. Она уже готова уйти в печать. Для нас держат первую полосу и разворот. И мы подготовили пресс-релиз. Его я кинул тебе на почту. Почитай, скажи как тебе. Вообще Джонсон уже запустила целую пиар-компанию, дело встало за неимением кандидатур на роль фиктивной жены и ребенка. Нам нужны фотки. Срочно.
– Фак, – ругаюсь я, растирая ладонями лицо. – Я совсем об этом дерьме забыл, – хватаю со стола бумаги, пробегая глазами. – Семья для чемпиона? – морщусь. – Прикалываешься?
– Че ты морду корчишь, Ремизов? Что не так?
– Все не так. Все совершенно не так.
– Джонсон подготовила шикарную историю вашей с «женой» любви. Продумала все до мелочей – не прикопаешься. Встретились, влюбились, скрывались. Тайные отношения и прочая лабуда – бабоньки умоются слезами, прочитав. Особенно когда узнают, что ты взял женщину с ребенком. Типа такой благородный ублюдок. По-моему, это вообще пушка!
– Вот именно, что я чувствую себя лживым ублюдком. Я по-прежнему не уверен, что это хорошая затея, – забираю одну чашку кофе, вторую протягивая приятелю. – Я не умею играть на публику. У меня же на роже написано – трепло.
– Ты больше десяти лет играл в национальной лиге, тебя как капитана чаще всех дергали на интервью и выжимали на пресс-конференциях. Вы горели три-ноль в прошлом сезоне, а ты всем заливал, что у вас в команде все прекрасно. И после этого ты говоришь, что не умеешь играть на публику?
– Ну ты меня и не на хоккее жениться просишь. Отношения с женщиной – это в разы сложнее, чем с шайбой и клюшкой.
– Я тебя и отношения заводить тоже не прошу. Воспринимай это как своеобразную услугу, которую тебе предоставляют. Вот и все.
Я падаю за стол напротив Образцова и делаю глоток кофе. Крепкая арабика приятной дрожью прокатывается по телу, согревая и бодря. Бросаю взгляд в окно и на статью. На статью и в окно…
Шикарный все-таки ЖК построили. Высоко, просторно, и вид бомбический открывается с тридцатого этажа. Особенно ночью. Всю столицу видно. Интересно, Аве бы понравилось? Любопытно, где они с сыном живут?
А впрочем, какая мне разница!
А у Димы сегодня тренировки нет…
Проклятье!
Одергиваю себя. Думать о чем угодно, только не о насущной проблеме, – не выход. Образцов уже дыру своим цепким взглядом в моей черепушке высверлил. Насел и слезать не планирует, судя по всему.
– У тебя есть кто-то, кто смог бы нам помочь, Яр? Подруга, знакомая, бывшая.
– Адекватных нет.
– А неадекватных?
– А неадекватные наделают столько шума, что после статьи о тайной свадьбе мы будем запускать статью о скоропостижном разводе и фееричном завершении моей профессиональной карьеры.
– Ладно, понял. У меня есть на примете одна девчонка. Хорошая, спокойная, за славой не гонится, а вот деньги не помешают. Я ей наберу, – хватается Стас за телефон.
– А ребенок? У нее есть ребенок?
– Черт. Ребенка у нее нет. Хм, – задумчиво тянет друг, – где можно нанять ребенка, как думаешь? Начинающего актера? Может, какое-то агентство подключить?
– Ты упал? Чтобы о нашей многоходовке узнало сразу полгорода, а потом и вторая подтянулась, когда пошли бы сплетни? Исключено. Если мы хотим провернуть эту аферу, то нужно искать женщину сразу с ребенком. А никак не отдельно. И знать об этом должен ограниченный круг доверенных лиц.
– Ну, – хмыкает Стас, откладывая мобильник, – допустим. И какие у нас варианты, гений?
Я пожимаю плечами. Вариантов нет. Сколько бы я ни перебирал в голове все свои настоящие и прошлые знакомства – нет подходящих женщин, которые не доставили бы проблем и которым мне было бы элементарно комфортно улыбаться. А если такие и есть, то все они остались в Штатах. Вообще-то у меня последние почти пятнадцать лет жизни прошли там.
Я делаю еще один глоток кофе. Взгляд снова цепляется за заголовок подготовленной статьи: «Семья для чемпиона». Сюда нужно что-то значимое. Весомое. Пустоголовые и перекроенные куклы – дохлый номер. Таких не проведешь. Женщина нужна с умным и добрым взглядом. И ребенок не смазливый актеришка. Семья…
Перед глазами яркой картинкой встает образ Авы с Димкой.
Меня прошибает.
И как я раньше об этом не подумал? Мы бы неплохо смотрелись втроем. Пасынок – начинающий хоккеист. Жена – бывшая фигуристка. Что, если их появление в моей жизни именно в этот момент – не просто счастливый случай? Убью одним махом двух зайцев: развею в своей голове образ идеальной Аврелии и выгребусь из той помойной ямы, в которую меня загнала пресса.
– Знаешь, есть один вариант, – говорю, подтягивая к себе макет разворота.
– Стопроцентный? – встрепенувшись, оживает Стас.
– Практически идеальный.
Идея максимально завиральная. Шансы почти нулевые. При всем моем обаянии я понятия не имею, что могло бы подтолкнуть Аврелию согласиться на мое предложение. И опять же, я не знаю, в отношениях ли она. Но… чем черт не шутит?
Глава 7
Аврелия
– Дим.
– Ась?
– Можешь помочь? – заглядываю в спальню сына.
– Без б, – закидывает рюкзак на плечо мой ребенок. – Че там?
– Как я тебе? – кручусь вокруг своей оси, нервно приглаживая ладонями полы серого пиджака. – Достаточно солидно выгляжу?
– Обалдеть, мам, – показывает два больших пальца Димка. – Просто космос.
– Думаешь? Или, может, все-таки брючный костюм? Джинсы – это как-то повседневно…
– Мам, двадцать первый век. Брючный костюм уже не в тренде. Ты же не пятидесятилетняя тетка! Ты очешуенно стильно выглядишь в джинсах и пиджаке. Ничего не надо. Забей.
– Уф! – выдыхаю, почесывая кончика носа. – Точно? – окидываю скептическим взглядом свое отражение в напольном зеркале. – Я все-таки сомневаюсь.
– Ты самая лучшая. Сто проц. Мы едем?
– Едем. Я закину тебя в школу и помчу на собеседование.
– Окей.
– Я так жутко волнуюсь, ты бы только знал!
– Все будет пучком. Я уверен. Ты у меня огонь. Они просто не смогут устоять перед твоими работами.
Я улыбаюсь. Мне бы хоть капельку уверенности сына!
Рабочая неделя пролетела как один день. В делах, заказах и заботах я оглянуться не успела, как уже пятница. Через три часа у меня назначена встреча с той самой Анной Львовной Фишер. Я волнуюсь. Нет, не так – я на страшной панике! Сегодня всю ночь не спала. Пролежала, глядя в потолок, прокручивая в голове предстоящий разговор. Издергалась вся! А сейчас, утром, своими нервными сборами достала и сына. Мне хочется выглядеть на все сто. Сразить весь издательский дом наповал! Но в моем состоянии я разве что повеселю работников компании своими трясущимися коленками и клацающими от страха зубами, блин. Как будто свет клином на этом издательстве сошелся!
Вдох-выдох. Прорвемся. Как всегда.
Надеваю туфли на высоком каблуке, хватая сумочку.
– Все взял, Дим?
– Ага.
– Проездной, ключи, телефон?
– Да, мам, – закатывает глаза ребенок.
– Спортивную форму?
– Взял.
– А деньги на обед?
– Мам, я все взял, – невозмутимо машет рукой Дима, подпирая плечом косяк на пороге, – успокойся. Лучше проверь, ты взяла ключи, телефон и это… как его там… портфолио?
– Да… а-а-а, нет! Дьявол! Портфолио, точно. Спасибо!
Чмокаю ребенка в лоб. Димка мило возмущается, ругаясь, что я испачкала его помадой. Несусь через всю квартиру в обуви, стуча каблуками по паркету, мысленно чертыхаясь на то, какая я страшная растяпа! В отличие от сына, который временами выглядит гораздо рассудительней и взрослее своей непутевой матери.
Я хватаю с обеденного стола черную кожаную папку со своими работами и залпом допиваю остывший кофе в кружке.
– Все, теперь точно готова!
От дома до школы Димки мы доезжаем за час, что достаточно быстро, учитывая утро и пробки, которыми славятся мегаполисы. У ворот школы я притормаживаю, Дима приободряюще подмигивает мне, протягивая кулак:
– Ни пуха ни пера, ма.
– К черту! – отбиваю пять своим кулаком. – Хорошего дня, сынок.
– И тебе. Давай. На связи.
Я провожаю взглядом сына до дверей. Лихо вливаясь по дороге в компанию однокашников, уже на последней ступеньке крыльца Димка оборачивается. Машет мне, улыбаясь. Я коротко ему сигналю. Мой умница сын заходит в школу, и только потом я срываюсь с места. Забиваю в навигатор адрес головного офиса издательства «Меркурий» и всю дорогу до пункта назначения пытаюсь взять под контроль свое разбушевавшееся не на шутку волнение.
Безуспешно.
Успокоиться мне удается только непосредственно в кабинете суровой мадам Фишер. Видать, мой организм исчерпал все свои лимиты переживаний на многие месяцы вперед. Ну или подействовал ромашковый чай, который я выпила в приемной в ожидании начала собеседования. Он реально был классный…
– Это восхитительно, – сдвигает стильные очки на кончик носа главный редактор издательского дома. – Это свежо, – листает мое портфолио Анна Львовна. – А вот это крайне креативно. Да, Аврелия Марковна, мне более чем импонируют ваши работы, – захлопывает мою папку, откладывая на край стола.
– Это прекрасно, – улыбаюсь я, нервно сжимая пальцы в замок и стискивая губы, чтобы они ненароком не разъехались в счастливую улыбку. Рано.
– Мы пригласили вас к нам офис, чтобы обсудить с вами возможность тесного сотрудничества. Я знаю, что вы предпочитаете фриланс, но мы хотели бы предложить вам работу на совмещении. Скажите, вы готовы рассмотреть такой вариант?
– Да, почему бы и нет. Все зависит от объема и направления работы.
– Что касается объема, то он достаточно большой. Сами понимаете. Мы не бульварная газетенка. А направление вот, – протягивает мне увесистую папку женщина, – посмотрите.
– Что это?
– Наше издательство запускает новую линейку детских журналов для наших самых маленьких читателей. Что-то вроде литературного сериала. Автора мы нашли. Историю подготовили. Теперь нам нужен художник для правильного оформления текста. У вас в руках макет первого выпуска.
– М-м, любопытно, – пробегаю я глазами по картинкам на глянцевых страницах.
– В том-то и дело. Любопытно, но не более того. А нам нужно, чтобы, глядя на героев сказки, дети им верили. Чтобы это было живо, модно и креативно. Понимаете, о чем я?
Ну да, понимаю. Ни первого, ни второго, ни третьего в первом выпуске я не вижу. Все слишком сухо и безынтересно. Детей таким не завлечь. Даже несмотря на яркие цвета иллюстраций. С красками художник явно переборщил.
– Я давно наблюдаю за вами, – продолжает Анна Львовна. – Заприметила еще с того момента, как ваша работа выиграла на конкурсе, где подбирали разворот для детского журнала. И должна признаться, что никого другого в роли главного редактора нашего нового проекта не вижу.
– Оу, – удивленно вскидываю я взгляд, – спасибо, конечно, за доверие. Мне приятно, правда. Но это такая большая ответственность. Не уверена, что я смогу…
– Я уверена. Вы справитесь.
Я неловко улыбаюсь.
– Правда, есть один нюанс. Крошечный совсем. Аврелия, скажите: вы замужем? Я знаю, что у вас есть сын. Сколько ему?
– Эм, – теряюсь я. – Нет, я не замужем. А сын действительно есть, ему исполнилось тринадцать. Простите, а как это относится к теме нашего разговора?
– Хм, – тянет задумчиво главный редактор, – а вот это плохо. Это может стать проблемой.
– Что?
– Отсутствие мужа.
– Прошу прощения, не поняла…
– Дело в том, что спонсор данного проекта очень консервативный мужчина. Человек старой закалки. Вырос в большой семье, и у самого семеро по лавкам. Мужчина хороший, но упрямый! Единственным и основным его условием спонсирования было, чтобы во главе проекта стоял человек… ну, скажем, семейный. Состоящий в браке.
Я на мгновение теряюсь.
– Какое отношение имеет штамп в паспорте к детским рисункам в журнале?
– Наш спонсор считает, что холостые художники могут передать неправильный посыл подрастающему поколению. Так же, как и авторы. Оговорюсь сразу, создатель истории – молодая девушка – замужем.
– Детям? – заламываю я бровь. – Посыл? Через рисунки? Слушайте, насколько я могу судить по вашему макету, целевая аудитория – это дети четырех-пяти лет. В этом возрасте они смотрят на картинки и видят картинки. Просто яркие, пестрые картинки. Без анализа. Без поисков глубинных смыслов. Разве я не права?
– Правы. По большей части. И я понимаю ваше негодование. Но я сделала все возможное, чтобы его переубедить. Ответ был просто «нет штампа – нет журнала».
Я растерянно хлопаю ресницами, откровенно таращась на мадам Фишер большими от удивления глазами. Нет, в этой жизни много самодуров. Куда без них? Но чтобы настолько? Если уж на то пошло, то и штамп в паспорте не гарантия того, что художник или сказочник донесет «правильный посыл». Глупости!
А еще большая глупость – потерять свою работу мечты из-за статуса личной жизни. Утихшая было паника просыпается вновь, только теперь подтягивая за собой волны раздражения. Я от досады стискиваю кулаки и делаю пару глубоких вдохов.
Замужнюю им, видите ли, надо…
Да и шут с ними! Я и без этой работы неплохо справляюсь!
– Что ж, – отмираю первая, – выходит, что ваше предложение уже неактуально, – поднимаюсь на ноги. – Я вам не подхожу.
– Может, вы могли бы как-то решить это вопрос? Мне бы не хотелось терять такого художника-иллюстратора, как вы, Аврелия, – поднимается следом Анна Львовна.
– Простите, «решить вопрос»?
– Именно.
– Это вы мне замуж, что ли, выйти предлагаете?
– Ну если говорить прямо, то да. Поменяйте статус личной жизни с «холостая» на «замужем», и все препятствия исчезнут. Наше издательство – мастодонт на рынке. Ваше сотрудничество с нами принесет вам хорошие рекомендации и расширит клиентскую базу. В разы.
О-о, звучит потрясно! Вот только моя мать тринадцать лет мечтает, чтобы я «решила этот вопрос». И предпринимает все возможные и невозможные попытки, пачками подкидывая к порогу женихов – сплошь примерных сыночков подруг. Как видите, пока безуспешно. Я свободна, как ветер в поле, и одинока, как песчинка, бороздящая просторы космоса. И, кстати говоря, не жалуюсь.
– Боюсь, это невозможно.
– Но вы все же подумайте, – тянется к стикерам Анна Львовна, отрывая один. Берет со стола ручку и размашисто чиркает число, от обилия нулей в котором мои глаза непроизвольно лезут из орбит, а челюсть звонко ударяется о пол.
– Это ваш гонорар за один выпуск, – двигает бумажку ко мне ближе. – У нас планируется их двенадцать. По одному в месяц. Для начала. Вы все же подумайте хорошенько, Аврелия Марковна. От таких предложений не отказываются.
Это точно. Надо быть идиотом, чтобы проигнорировать такой подарок судьбы! С такими гонорарами я за этот год запросто закрою кредит, ипотеку и свожу сына на море. Трижды! Нет, конечно, я и на рынке, как свободный агент, заработаю эти деньги, но… лет так за пять. В лучшем случае.
Но роспись? Серьезно? А главное, с кем? Это почти нереально, совершенно абсурдно и странно – выйти замуж только ради получения работы.
Из кабинета Анны Львовны я выхожу, пребывая в состоянии задумчивой растерянности. Мы договорились, что у меня есть время до конца недели, чтобы дать исключительно положительный – выделила интонацией мадам Фишер – ответ.
Прокручивая в голове слова женщины, я как сомнамбула вызываю лифт и захожу в кабину, а потом падаю за столик в кафе соседнего бизнес-центра. Окна у них тут обалденные: панорамные, с видом на центральную улицу. Не будь я в такой прострации – восхитилась бы.
– Добрый день! Желаете сделать заказ? – появляется у моего столика официант.
– Здравствуйте. Принесите мне латте «Соленая карамель», пожалуйста. И что-нибудь с горьким шоколадом. Мне нужно заесть стресс, – улыбаюсь вежливо.
Пунктик у меня такой – когда нервничаю, тоннами поглощаю темный шоколад. Ничего не могу с этим поделать. Привычка из фигурного прошлого, когда сладкое было под запретом.
– Классический «Брауни»?
– Идеально. Спасибо.
– Момент.
Официант улыбается и исчезает. Я, в ожидании заказанного кофе, достаю и прокручиваю в руках бумажку с выведенным на ней гонораром. Изящные косые цифры, от которых глаза непроизвольно лезут на макушку.
Проклятье. Это очень и очень заманчиво. Но я же не думаю всерьез о словах Анны? Где я найду себе мужа за пару-тройку дней? Это исключено. Да и в принципе невозможно! У меня даже и мужчин‐друзей-то близких нет, к кому я могла бы без стыда обратиться с подобной просьбой.
Попросить кого-нибудь из знакомых Мартышки?
А как я объясню подобную аферу Димке?
Нет. Рехнулась, что ли, мать? Поверить не могу, что я и правда до сих пор не похоронила эту идею под той тонной абсурдности, что она за собой несет! Зло разрываю стикер на мелкие клочки и отодвигаю подальше. С глаз долой, как говорится.
У дома я оказываюсь задолго до возвращения Димки из школы. Заскакиваю в супермаркет, набрав полные руки пакетов. Еле дотаскиваю покупки до квартиры, извернувшись причудливым образом, чтобы достать ключи из сумки и открыть дверь. Сбрасываю туфли и топаю на кухню, по привычке начиная сразу распихивать продукты по полочкам. Увлекшись, не сразу соображаю, что кто-то нещадно терроризирует мой дверной звонок.
Бросаю взгляд на наручные часы. Кто бы это мог быть? Подругами в столице я еще не обзавелась. Дима с ключами. А ходить к соседям за солью в наше время не принято. Тем более когда в этом же подъезде на первом этаже большой продуктовый магазин. Любопытно.
Я скидываю на ходу пиджак и иду открывать.
У двери торможу и заглядываю в глазок. Сердце делает кульбит. Оторопело зависаю. Да ну. Это шутка какая-то? Еще раз смотрю в глазок. Нет. Не шутка. Серьезно? Да ладно?
Звонок вновь начинает дребезжать на всю квартиру. Я аж подпрыгиваю от неожиданности. Гость явно терпением не отличается. Лихорадочно проворачиваю ключ в замке, распахивая дверь. Мое бедное сердечко снова выписывает странное па.
Голос звучит глухо и испуганно, когда я спрашиваю:
– Ярослав? Т-ты как здесь?
– Привет, Ава. Разговор к тебе есть. Пустишь? – говорит Ремизов и улыбается так, что не пустить просто невозможно.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?