Текст книги "Антимаг. Клан"
![](/books_files/covers/thumbs_240/antimag-klan-276236.jpg)
Автор книги: Александр и Евгения Гедеон
Жанр: Попаданцы, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Несмотря на публичное осуждение магии и магов, жители соседних земель дураками не были и прекрасно понимали, что артефактным оружием и бронёй сражаться против демонов проще, чем громкими речами о вреде колдовства и колдунов. А потому неохотно, но торговали с имперскими кланами, вроде тех же Кречетов. Лёха даже заподозрил, что представители духовенства по ту сторону границы не афишировали природу происхождения магического оружия, выдавая то либо за наследие тех же Древних, либо за божественное благословение, источником которого это самое духовенство и является.
Грызня за власть и влияние, похоже, не отличалась от мира к миру.
Как бы то ни было, именно Драконий Хвост был хорошо охраняемым и самым неспокойным торговым городком, заточенным под “международную” коммерцию. Частые прорывы демонов, постоянная угроза со стороны церковников, да и нападения диких эльфов, жаждавших пощипать караваны с оружием – всё это было головной болью “золотарей”. Ну а их крепость, расположенную под Хвостом, между собой без затей называли Жопой.
Там и проходила большая часть службы Дарана.
С ними вахтовым методом тянули армейскую лямку и представители императорской семьи. Обычно сразу четверо – приграничье было местом неспокойным, а торговый путь был слишком важен, чтобы оставлять без надёжной охраны. Да и Тигры имели грабительский процент со всего импорта и экспорта, не позволяя богатеть лишь артефакторам-оружейникам вроде барона Ригана.
Служили представители августейшей фамилии в Хвосте по полгода, и часто Тигры, не желавшие на столь долгий срок расставаться с семьями, брали те с собой. Ну а где появляется даже небольшое скопление знати, там быстро образуется и светская жизнь с праздниками и визитами родственников.
Охрана таких мероприятий, само собой, тоже ложилась на плечи “золотарей”, вынужденных после выматывающих патрулей и сражений “отдыхать” в почётном карауле при балах и званых ужинах. Единственным плюсом этого дежурства была возможность вернуться в казарму с трофеями, добытыми в винных погребах и кухне хозяина. Гвардейцы, конечно, не голодали, но никогда не упускали возможность разнообразить меню деликатесами, к тому же на дармовщинку. Да и сами хозяева закрывали глаза на такие набеги, считая это справедливой компенсацией служивым за угробленный отдых.
Дарану с его людьми выпала сомнительная честь стоять в карауле на праздновании дня рождения младшего сына одного из Тигров. И пока взрослые пировали за столами, вся знатная детвора вовсю резвилась во внутреннем дворике.
Гвардейцы привычно разбились на три смены по три человека. Один дежурил в пиршественном зале, следя, чтобы перебравшие гости находили дорогу к нужнику, а двое – во дворе, дабы разбушевавшаяся мелюзга не разнесла дом по камушку. Остальные гвардейцы дулись в карты на кухне и лишь Даран каждые полчаса обходил посты, хоть в этом не было особой необходимости. Всё же не на заставе в карауле стояли, а на пирушке в спокойном городе. Но служба в Жопе быстро отучала от беспечности, вбивая бдительность на уровень безусловного рефлекса.
Это и помогло Дарану в тот день. А, может, и подставило – это как посмотреть.
Он как раз шёл по коридору, ведущему во внутренний дворик, как прямо перед ним открылся разлом. За те мгновения, когда смутные силуэты за холодным сиянием ещё не успели пересечь границу между мирами, молодой гвардеец принял убийственно-храброе решение и рванул вперёд. В тупик, который уже через несколько секунд заблокируют хлынувшие из разлома демоны.
Кричать и поднимать тревогу смысла не было – ударивший по мозгам звук лучше боевого рога сообщил всем обитателям дома, что случилось немыслимое. Но сколько времени понадобится подвыпившим Тиграм и отдыхающим сменам на то, чтобы добраться сюда и прорубиться сквозь тварей? Явно больше, чем тем нужно, чтобы сожрать детей.
Едва не поскользнувшись на обледеневшей траве, Даран влетел в сад и залил коридор пламенем, испепеляя тварей. Пара его бойцов, не тратя ни мгновения, собрали орущих от боли и страха детей у противоположной стены и приготовились встречать демонов.
А в том, что надолго Дарана не хватит, сомнений не было. В недавнем бою тот не только потерял пустотника, но и порядком истощил внутренние резервы. Вопрос был лишь в том, сумеет ли он продержать огненную завесу до подхода подкрепления.
Не сумел.
Когда пламя опало, хлынувших во двор тварей встретили клинками. Гвардейцы встали живой стеной и смогли продержаться те драгоценные минуты, что понадобились взрослым, чтобы пробиться сквозь демонов и закрыть разлом.
За победу заплатили дорогую цену: Даран лишился руки и глаза, его товарищ – обеих ног ниже колена, а от третьего осталось столь мало, что уместилось бы в шлеме. Зато почти все дети выжили, кроме дочери одной из местных знатных дам.
– Погоди, так города же вроде как защищены от появления разломов, – удивился Стриж.
– Да, – грустно улыбнулась Лаура. – Но не от дара императорского рода.
Пустотники переглянулись.
– Кто-то из детей Тигров случайно открыл его? – озвучила догадку Миа.
Лаура кивнула.
– Та погибшая девочка была бастардом одного из Тигров. Он и сам не догадывался, что мимолётная любовница задумала получить для клана мага, способного закрывать разломы. Она узнала от сплетниц, которые из императорских…
Графиня запнулась, покраснела, но всё же продолжила:
– … людей заняты зачатием наследника, и сумела попасть в постель к одному из них. Конечно же, она разомкнула силовой контур плетения бесплодия, понесла и уже в своих владениях родила дочь.
– Плетение бесплодия – это татуировка над копчиком? – на всякий случай уточнила Миа.
– Да, – подтвердила Лаура.
– Но если её можно размыкать, смыкать и переделывать, – нахмурилась эльфийка, – то почему нельзя изменить плетение, привязывающее пустотников к магам? Тоже разомкнуть этот самый силовой контур и нарушить связь, освободив без убийства.
– Менять можно лишь плетения, что наносятся мастером прямо на тело, – пояснила графиня. – Те, что сделаны с помощью артефактов, можно изменить, только пока он не вошёл в тело. Ни привязку пустышек, ни то плетение, что скрыто на ладони Алекса, уже не переделать.
Миа разочарованно вздохнула, а Стриж вернулся к теме разговора.
– У меня несколько тупых вопросов о ваших детях. Как вообще обеспечивается безопасность неразумных сопляков, способных пусть не открыть разлом, но просто поджечь дом с помощью магии? Нам и спичек в своё время хватало, чтобы устроить переполох безо всякого волшебства. А уж если младенец срыгнул и вызвал в детскую орду демонов…
Он покачал головой, не представляя, как вообще можно предотвратить подобное.
– Дар обычно проявляется лет с десяти-одиннадцати, – охотно пояснила Лаура. – К этому времени детей отправляют в специальную клановую школу под круглосуточный надзор наставников, которые помогают справиться с даром. Проблема в том, что кровь императорской семьи просыпается раньше. Тигры уже с восьми лет отправляются на обучение.
Лицо Мии приобрело задумчивое выражение.
– Странно… Если у всех катализатором, очевидно, выступает гормональная перестройка в период полового созревания, то чем так отличаются Тигры?
– Что-что? – удивлённо переспросила графиня.
– Не обращай внимания, – несколько виновато улыбнулась эльфийка. – Просто мысли вслух.
– Выходит, – подвёл итог Лёха, – что горе-мамаша подложила дочке жирную свинью, оставив без должного обучения.
– Она, как и все, считала, что Тигры способны только закрывать разломы, а не творить их, – напомнила Лаура.
– Но разве не было бы разумней рассказать об этом? – приподняла бровь Миа. – Это бы сразу поубавило желающих тайно залететь от члена императорского рода.
Вместо графини ответил Стриж.
– А ты представь, сколько это породит подозрений и слухов. Разлом, что открылся где-то на тракте и погубил чьих-то родичей – не происки ли Тигров? Или подозрительное скопление демонов у границ какого-то клана – не козни ли недоброжелателей? А может, и вовсе империи ничего не угрожает, и все прорывы – дело рук императорской семьи, жаждущей безраздельной власти?
– Не будь ты свидетелем разломов, открывавшихся в безлюдных диких землях далеко отсюда, так бы и подумала, – призналась Миа.
– Потому этот аспект дара Тигров хранят в секрете, – резюмировала Лаура.
И только тут до Лёхи дошло.
– Так Даран до сих пор не знал, что это вообще возможно? И, скорее всего, до него дошло, что именно случилось в тот день, когда он остался калекой?
Лаура невесело склонила голову.
– И, подозреваю, он догадался, что та девочка погибла не от когтей демонов, – добавила она. – А её мать не покончила с собой от горя.
– Тигры замели следы? – без особого удивления предположила Миа.
– Да. В суматохе после боя легко было убить ребёнка и кинуть под куст изуродованный труп. А потом задушить её мать и сунуть в петлю в спальне, изобразив самоубийство.
– А ты откуда это знаешь? – прищурился Стриж.
– Дед рассказал, – просто ответила Лаура. – Как мораль о том, что случается с теми, кто забывает об осторожности и упускает должное обучение детей.
Лёха мрачно нахмурился. Теперь понятно, почему Даран так остро воспринял неплохой, по сути, план подзарядки крылатых эгид. Это не только погрузило его в глубоко травмирующие воспоминания, но и открыло много нового. К примеру, тот факт, что он остался калекой не в силу роковой случайности, а из-за чьей-то тупой жажды власти, едва не стоившей жизней ни в чём не повинным детям.
И они, по сути, предлагают ему повторить события того дня, с той лишь разницей, что на этот раз будут готовы к этому прорыву.
Лёха прекрасно понимал, что чувствует Даран. Примерно то же, что испытывал бы он сам, предложи кто-то вновь сесть за руль того злополучного грузовика со взрывчаткой, при этом гарантируя, что детонация произойдёт точно в указанное время, а не под задницей водителя. Интересно, согласился бы он на такой номер? И сам же ответил: да. Лучше вновь рискнуть, чем оставить опасный груз на запруженной людьми улице. В конце концов, в этом и есть воинский долг: если придётся, то без колебаний отдать свою жизнь за тех, кто стоит за твоей спиной.
Хотя, если сравнивать со сложившейся ситуацией, то грузовик пришлось бы уводить не ради спасения людей, а для проведения некоего эксперимента. Например, испытаний новой глушилки сигнала мобильного телефона. И вот тут уговорить Стрижа на участие было бы неимоверно трудно. Вернее, невозможно.
“Ой ли?” – ехидно осведомилась Белочка, появившись рядом.
В этот раз она щеголяла в костюме взрывотехника.
“Гложет меня сомнение, что ты – и вдруг откажешься от чего-то самоубийственного, – сообщила демоница, откинув забрало. – Тебя же хлебом не корми, дай только возможность свернуть шею максимально дебильным способом”.
Лёха лишь усмехнулся. В чём-то его вредный квартирант прав, что не говори.
“Ну, я тоже делаю выводы и учусь на ошибках”, – ответил он без особой уверенности.
“Ой, зарекался кот по столу лазить и орать ночами, – фыркнула Белочка. – Ты сам-то хоть немного веришь в то, что говоришь?”.
И, захлопнув забрало, исчезла, оставив размышлять над истинностью демонических заявлений.
– После этого его отправили домой в почётную отставку? – просто чтобы сложить в голове полный образ спросила Миа.
– Не сразу…
Дальнейшая история, в принципе, ничем пустотников не удивила.
Никто вообще не думал, что Даран выживет, за исключением гарнизонного лекаря, имевшего свой взгляд на ситуацию и огромный опыт работы с самыми страшными ранами. Две недели он боролся за жизнь пациента и вышел из схватки победителем, в очередной раз оставив курносую с носом.
“Не, друг, так просто из Жопы ещё никто не вылезал”, – под радостный смех гвардейцев объявил лекарь, когда Даран, покачиваясь от слабости, в первый раз смог выйти из лазарета.
Император по достоинству оценил подвиг гвардейцев, жаловав обоим выжившим высшую награду – Императорскую милость, означавшую выполнение любого желания награждённого. В разумных пределах, естественно. Даран, сверх того, получил звание почётного лейтенанта, а погибший воин был занесён в списки Гвардии навечно.
Как правило, заработавшие Императорскую милость желали крупную сумму либо земельный надел получше. Некоторые просили сразу несколько пустышек или разрешение на брак с девушкой, чьи родители были против жениха.
Все ждали, что покалеченный воин, не годный больше к службе, обеспечит себе безбедную жизнь до конца дней, но Даран сумел и тут удивить всех.
Во время церемонии награждения на главной городской площади, в присутствии, считай, всего населения Драконьего Хвоста, он пожелал не денег или земель, а помилования Райны. Чем потряс всех собравшихся, вне зависимости от сословия и возраста. Но слово императора нерушимо, потому желание героя исполнили. Райна получила свободу, к ярости Виверн. Кречеты и вовсе пребывали в шоке от свалившихся новостей, испытывая двойственные эмоции. С одной стороны, непутёвый бастард, всё время нарывавшийся на неприятности и отосланный с глаз долой, неожиданно оказался героем, представив клан в выгодном свете. С другой – бешеная девка, опозорившая родню убийством на турнире, вместо того, чтобы сдохнуть на каторге, получила помилование. И добро бы просто ей дали волю с возможностью идти на все четыре стороны. Нет, император отдельным указом отметил, что Райна возвращается в клан под личную ответственность Дарана. В случае же его гибели за воительницу будет отвечать барон Риган, выступивший поручителем.
Это не понравилось очень многим Кречетам, но перечить воле императора никто не посмел. И когда оправившегося от ранений Дарана назначили заместителем командира личной охраны графа – решили, что стоит набраться терпения, немного подождать, и Райна подставится сама. А заодно подставит и выскочку-бастарда. Слишком жирное место занял калека, не по статусу. Хватило бы и командовать заставой где-нибудь на границах клана.
А Даран, словно ему мало было издевательств над роднёй, ещё и вытянул из тюряги братца, по которому виселица рыдала горькими слезами. После чего пристроил в своё подразделение, причём с полного попустительства графа.
И пока родня думала, как половчее вернуть всё в привычное русло, мир снова перевернулся, лишив клан всей верхушки. А потом всё и вовсе пошло кувырком, не без активного участия пары пустотников.
– Сомневаюсь, что Даран согласится на открытие разлома для вас, – подвела невесёлый итог Лаура. – Но, в конце концов, мы можем сделать это и без его участия.
Глава 2
Даран действительно нашёлся в том самом учебном зале, где, казалось, целую вечность назад душевно накостылял Стрижу, проверяя его выдержку. На широком подоконнике недалеко от входа сидела Райна, задумчиво вертя в руках перчатку.
– Я бы на твоём месте туда не совалась в ближайшее время, – бросила она, не поднимая взгляда.
Лёха промолчал и открыл дверь. Он и сам бы на своём месте предпочёл заняться чем-то поприятней, но жизнь, как правило, не учитывает ничьих пожеланий.
Даран, вооружившись тяжёлой учебной шпагой, превращал деревянный манекен в щепу. Никаких финтов и хитрых приёмов, только злые сильные удары.
– Пришёл убеждать меня, что добровольно впустить в мир ещё немного демонов – это отличная идея? – рыкнул капитан.
Тупой клинок в его руке со свистом рассёк воздух и звонко ударил о дерево. Во все стороны полетели щепки.
– Нет, – спокойно ответил Лёха, остановившись на безопасном расстоянии. – Пришёл сказать, что мы справимся и без этого.
Даран замер и недоверчиво скосил на него единственный глаз.
– Я могу брать по одной эгиде, – продолжил Стриж, – перекачивать в неё немного энергии и лететь за границы клана. Где-то да попадётся разлом или одиночные демоны. Заряжу артефакт, вернусь обратно, возьму следующий… До праздника у Змеев должен успеть. Никакого риска ни для Лауры, ни для клановых земель.
Рука с клинком опустилась, перекошенное от напряжения лицо капитана медленно разглаживалось.
– Это решила графиня? – недоверчиво уточнил он.
– Это решил я, – усмехнулся Стриж. – При всём моём уважении к её сиятельству, она просто девчонка. То, что в своём воображении она со всем справится, откроет и закроет разлом – лишь удобное предположение. На практике может случиться невесть что. Она запаникует, или вдруг вырубится, или напутает что-то и раскроет разом два, не исключено, что и три разлома… Что угодно может пойти не так, и разгребать это придётся нам самим. И тут твой опыт и твоё слово стоят куда больше, чем слово Лауры. Потому решение за тобой.
Хмыкнув, капитан отошёл к стене и поставил шпагу обратно в стеллаж. Зубами стянул с руки перчатку, швырнул её на скамью и взял полотенце.
Стриж молча ждал ответа. Но вместо этого, вытерев с лица пот, Даран спросил:
– Ты знал об этом? О даре Ла… Её сиятельства.
– Да, – честно ответил Стриж. – С первого дня нашего появления здесь.
И без утайки, со всеми подробностями рассказал историю их побега из лагеря Гарма.
Выслушав его, капитан кинул полотенце рядом с перчаткой, устало сел на лавку и с горечью спросил:
– Но почему она скрывала это от меня? Почему сразу не рассказала?
Лёха пожал плечами.
– Это лучше спросить у неё самой. Но мне кажется, что она просто любит старшего брата и не хочет рисковать его жизнью, посвящая ещё и в эту смертельную тайну. А может, сочла, что тебе эта тема причинит боль. Надо думать, тебя не кошка поцарапала.
Он кивнул на пробороздивший глазницу шрам и ухмыльнулся. Демонстрировать свою осведомлённость о давней истории Стриж не собирался. Захочет, сам расскажет.
Неожиданно Белочка появилась рядом с Дараном, безупречно скопировав его облик. Да и не только его. Напротив стоял он, Лёха собственной персоной.
“Подружка рожу расцарапала”, – с усмешкой произнесла копия капитана.
“Да, Райна бывает той ещё сукой”, – сочувственно отозвался дубль Стрижа.
В следующий миг однорукий пронзил его насквозь тупым тренировочным клинком.
“Это что было?” – несколько опешил от этого представления пустотник.
“Мечтаю о том, чтобы этот унылый девчачий разговор о чувствах побыстрее закончился”, – в два голоса разом произнесла демоница.
“Сгинь!” – велел Лёха, и наваждение, продемонстрировав неприличный жест, исчезло.
– Ты же понимаешь, что если я не позволю Лауре открыть разлом, то неизвестно как скоро вы добудете пленного для обучения языку эльфов? – спросил Даран, не подозревая о только что разыгранном демоницей спектакле.
Стриж развёл руками:
– Ну ничего страшного. Грааль лежал нахрен никому не нужный чёрт знает сколько столетий, так что, думаю, ещё пару-тройку месяцев сможет пережить без вреда для здоровья.
Капитан пристально посмотрел ему в глаза, выискивая подвох, но ничего такого не обнаружив, кивнул:
– Хорошо. И… – он скупо улыбнулся. – …спасибо, что спасли Лауру.
Стриж едва не поперхнулся от неожиданности, но прежде чем смог что-то сказать в ответ, Даран махнул рукой, давая понять, что разговор окончен.
– Ну и ну, – покачала головой Райна, когда Стриж вышел в коридор. – Живой и даже одним куском. А я уж божедомов звать собралась.
– Перебьются, – ухмыльнулся Лёха. – Я мастер дипломатии.
Лицо девушки красноречиво выражало всё, что она думает о его дипломатических способностях.
– Скажи ещё, что уговорил Дара на эту авантюру, – прищурилась Райна.
– Даже не пытался, – честно ответил он. – Но, может, уговорю тебя.
Подозрительно прищурившись, воительница сложила руки на груди.
– К чему это ты?
– Насколько я помню, ты отслеживала след, который я оставил у дикарей, – понизил голос Лёха.
Она кивнула.
– Хочу встретиться с ними и переговорить после того, как подзарядим эгиды, но сам дорогу не найду. Нужна твоя помощь.
– Артефакт не примет меня, – с нескрываемым разочарованием в голосе ответила Райна.
– Зато мы в несколько рыл можем донести тебя, скажем, в надёжно сплетённой сети или корзине, – подкинул идею Стриж.
При мысли о полёте за границы империи глаза воительницы восторженно сверкнули.
– Хоть сейчас, если её сиятельство и Даран позволят!
Лёха ликовал. Больше всего он опасался, что Райну не воодушевит идея побыть беспомощным пассажиром магической авиакомпании “одержимый и ко” с конечным пунктом маршрута “лагерь диких и крайне недружелюбных проклятых”.
– Думаешь, они разрешат? – честно спросил он.
– Предоставь это мне! – решительно заявила Райна.
– Не спеши, – попросил Стриж. – Сперва надо привести в полную боевую готовность все эгиды, а уже потом договариваться о твоём участии.
Нахмурившись, девушка кивнула:
– Хорошо, я подожду. Решайте вопрос с зарядкой артефактов.
Сказать было проще, чем сделать.
Вернувшись на базу, Стриж первым увидел Максимилиано, выходящего из ангара со стоящим там катамараном.
– С возвращением, друг мой, – радостно провозгласил тиаматец, вытирая руки ветошью.
– Где остальные? – спросил Лёха.
– В саду, – махнул тряпкой в сторону выхода Максимилиано. – Арес помогает Гюнтеру чертёж рисовать, Миа к ним пошла. Ну, что поведали наши дорогие союзники?
– Собирай всех, как раз расскажу, – ответил Стриж. – А что там Гюнтер придумал?
– Стапель, – с сияющим лицом поведал тиаматец. – Катамаран на воду спускать будем.
– Катамаран? – опешил Лёха.
До сего момента он даже и не думал, что хоть одно из древних плавсредств в ангарах пригодно к эксплуатации, потому новость несколько шокировала.
– Ну да, – закивал Максимилиано. – Я осмотрел этот, – кивнул он на ангар, – всё в норме. Обшивка, рангоут, всё цело. Нет ни гнили, ни рассохшихся деталей.
– Это хорошо, – задумчиво протянул Лёха. – Так, ладно, о нашей судостроительной программе поговорим позже, а сейчас всех на командный пункт. Новости сообщу.
– Есть! – Максимилиано шутливо отсалютовал тряпкой и побежал в сад.
Когда все собрались вокруг стола в комнате с чучелами демонов, Лёха рассказал последние известия, опустив только личную историю Дарана.
В тишине хлопанье крыльев прозвучало оглушительно. Пустотники невольно оглянулись, чтобы увидеть, как на подоконник приземляется баклан. Переступив перепончатыми лапами, незваный гость невозмутимо занялся чисткой перьев, игнорируя направленные на него взгляды.
– Мы вам не помешаем? – под смех товарищей поинтересовался у птицы Лёха.
Баклан даже не соизволил посмотреть на него.
– Судя по всему, нет, – резюмировала Миа.
– Фух, аж камень с души упал, – ёрнически вздохнул Стриж. – Так, ладно, возвращаемся к делам нашим скорбным.
– Печально, что доставка демонов через разлом отменяется, – вздохнул Максимилиано, – зато известие о большом скоплении нужных нам пустотников вселяет в мою душу ликование, друг мой!
И широко раскинул руки, демонстрируя, насколько счастлив.
У Лёхи, не успевшего привыкнуть к странной манере речи тиаматца, задёргался глаз. Оставалось тихо радоваться, что Миа достаточно долго путешествовала за пределами родной планеты и утратила причудливую витиеватость стиля.
Молчаливый Арес походил на хищника, учуявшего добычу. Вот уж кому не терпелось выпотрошить как можно больше магов и освободить пустотников. Тот факт, что из примерно одного времени и пространства здесь оказалось четверо, внушал умеренный оптимизм, что среди пустышек найдутся и другие репликанты.
– Перед тем, как заявиться на праздник к Змеям, следует привести в порядок наши карнавальные костюмы, – напомнила Миа. – У нас около месяца на полную заправку экзоскелетов.
– Это просто, – глухо произнёс репликант. – Алекс закачивает энергию в броню, потом убивает магов и снова заряжает броню. Повторять операцию до достижения результата.
Баклан на подоконнике, завершив прихорашиваться, наклонил голову и задумчиво уставился на репликанта, словно размышляя над его словами.
– Это сколько десятков магов ты предлагаешь убить? – подняла бровь Миа.
– Сколько потребуется, – равнодушно пожал плечами Арес. – Их много.
Предложение не вызвало внутреннего возмущения. Стриж поймал себя на том, что начал подсчитывать, сколько магов нужно скормить Белочке, чтобы зарядить весь их парк боевой техники.
“Как боженька смолвил! – умилилась демоница, возникнув рядом с Аресом в облике рогатой монахини. – Учись, студент! Эх, где же я так нагрешила, что попала в твоё тело, а не к этому милашке?”
Лёха представил, что бы эта парочка натворила в коллаборации, и решительно заявил:
– Мы не будем никого убивать ради этого! Обойдёмся демонами!
Белочка разочарованно вздохнула и провалилась сквозь землю. Стриж тихо понадеялся, что она отправилась домой, в ад.
– Долго, – коротко возразил репликант.
– Время есть, друг мой, – широко улыбнулся Максимилиано.
– Всегда нужно действовать наиболее эффективным способом, – возразил Арес.
Баклан решил, что пора внести свою лепту в обсуждение и издал дикий вопль, будто его без ножа резали.
– Сеньор, благодарю, но ваше мнение здесь не учитывается, – ответил ему тиаматец.
Оскорблённая в лучших чувствах птица выразила возмущение, нагадив на подоконник, и расправила было крылья, чтобы гордо удалиться. Но не тут-то было – молча сидевший всё это время Гюнтер протянул лапу и мощным шлепком придал пернатому изрядное ускорение.
– Так вот, друг мой, – под негодующий вопль баклана вернулся Максимилиано к разговору с Аресом. – Тут я с тобой не согласен, прости уж…
Пока они спорили, Миа спросила:
– Алекс, сумеешь подзарядить пару эгид по минимуму, без истощения симбионта? Только чтобы пересечь границу. Там можно идти пешком, расходуя энергозапас по минимуму. Работа в паре безопасней, а демоны, мне кажется, сами нас почуют и явятся пообедать. Будем посменно отдыхать и страховать друг друга. Если заряд вдруг иссякнет, ты можешь перебраться в экзоскелет напарника и немного его подпитать.
Снаружи послышался мощный шлепок – одна из морских коров выпрыгнула на пирс. Стриж невольно улыбнулся, вспомнив, как их команда переполошилась, услышав этот звук впервые. А теперь никто даже не покосился на окно, настолько все привыкли к соседям.
Животное несколько раз фыркнуло, устраиваясь поудобнее, шумно почесало пузо ластом и затихло, погрузившись в дрёму.
– Для этого сперва нужно подпитать демона, – со вздохом констатировал Стриж. – И мне как-то не улыбается летать над трактом и выслеживать невинных жертв.
– Уверена, у Кречетов найдутся на примете враги или приговорённые к смерти преступники.
– А ещё я могу брать по одной эгиде и лететь один, подзаряжая только в случае крайней необходимости, – напомнил Лёха.
– Долго и небезопасно, – хмуро ответила Миа.
– Так и времени хватает, – возразил Стриж.
– Я бы предпочла, чтобы к моменту нападения на Змей у нас уже был учитель эльфийского языка. Заодно расспросим о том, что мог знать Кьель. Вдруг он успел научить Гарма управлению каким-нибудь убойным артефактом, что смертельно удивит нас в бою.
– Всего не предусмотреть, сколько ни пытайся, – примирительно сказал Максимилиано. – Предлагаю пообедать, спокойно всё обдумать и обсудить ещё раз.
– Хорошая идея, – поддержала его Миа. – Алекс, пойдём пока ещё разок осмотрим эгиды. Может, всё же удастся отыскать какой-то индикатор заряда.
Идея была дурацкая, но возражать Стриж не стал. Они уже пробовали, и не раз, но потерпели неудачу. Ничего, что напоминало бы датчики системы управления или контроля, найти не удалось. Всех открытий: в каждой эгиде на внутренней части нагрудной пластины были выгравированы какие-то символы, причём на всех разные. Занятная, но совершенно бесполезная информация. В равной степени это могли быть имена владельцев брони, подписи создателей или инвентарные номера. Толку от них – ноль.
Но вообще, конечно, отсутствие индикации заряда было крайне странным. Как пилоты эгид определяли, насколько им хватит энергии? Не сидел же в каждом из них демон?
– Гюнтер? – обернулся Стриж к единственному в компании инженеру. – Ты с нами?
Саблезубый протянул свою навощённую табличку.
“Боюсь, что тут ничем не могу помочь”, – прочитал Лёха. – “Я аэроплан вблизи всего два раза видел, а крылатые доспехи посложнее будут. Если не возражаете, то займусь стапелем”.
– Хорошо, – согласился Стриж, возвращая табличку.
Арес от бессмысленного осмотра тоже отказался, предпочтя составить компанию тиаматцу в приготовлении обеда. Искусственный солдат вообще с огромным энтузиазмом постигал таинства “жратвомагии”, потому дежурный по кухне никогда не оставался без помощника.
В оружейке Лёха и Миа в очередной раз остановились у сейфовой двери, ведущей в закрытый сектор. Взломать эту громадину даже не пытались. Во-первых, вряд ли подобные попытки увенчаются успехом, а во-вторых, никто, включая Ареса, не был уверен, что туда стоит соваться раньше подробного изучения всей местной документации. Вдруг там заперт бессмертный и очень голодный демон? Или штаммы смертельных для эльфов вирусов. Или источник опасного излучения.
– Нам нужно изучить язык, прочесть всю документацию и разобраться с Граалем, – озвучила очевидное Миа.
– Так мы вроде и собирались этим заняться, – осторожно напомнил Лёха. – Ты это к чему сейчас?
– Есть одна идея, – понизив голос, сказала девушка.
Она шагала мимо эгид, даже не взглянув на них, и подошла к единственной заполненной стойке с оружием, которое пустотники сохранили для себя.
– Но я не хочу, чтобы о ней знал репликант. Я не очень понимаю, чего от него ждать.
Тут Стриж был с ней согласен. Несмотря на то, что Арес вёл себя довольно прилично и благодаря Максимилиано даже понемногу вливался в коллектив, всё равно оставался “тёмной лошадкой”. В основном из-за его хладнокровной жестокости и полного непонимания ценности чужой жизни.
– Что за идея? – спросил Лёха.
– Если Грааль действительно может привязать клановый артефакт к ДНК какого-то человека, то образуется новый клан по образу и подобию остальных. Так?
Стриж кивнул.
– А что бывает, когда все инициированные члены клана погибают?
– Его родня мочит друг друга в ритуале крови, – нетерпеливо ответил Лёха. – И?
Миа хитро улыбнулась.
– Теперь представь, что мы находим пару впавших в немилость родственников Лауры. Достаточно близких, чтобы артефакт посчитал их одной крови. Таких, чтобы могли сразиться друг с другом в ритуале. Летим в руины, находим брошенный ничейный клановый артефакт, привязываем его к одному из них. И убиваем. Начинается срок сбора заявок желающих стать новыми главами клана. А их у нас два: Лаура и второй Кречет, надёжно зафиксированный кандалами из хладного железа.
– А с Лаурой пара пустотников в эгидах! – догадался Лёха. – Мы попадём в мир эльфов и сможем добраться до этих ушастых мудил в колесницах!
Девушка кивнула.
– Зная язык, мы сумеем пообщаться или, по обстоятельствам, допросить кого-то из них. И понять, наконец, что за хрень тут произошла и почему местные ушастые туземцы живут дикими племенами, а тамошние весело наблюдают за кровавыми развлечениями под винишко.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?