Текст книги "Филипок в Рождестве"
![](/books_files/covers/thumbs_240/filipok-v-rozhdestve-187487.jpg)
Автор книги: Александр Казакевич
Жанр: Сказки, Детские книги
Возрастные ограничения: +6
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
14.
На следующий день отец Илия отвёл Филипка в храм. Все монахи улыбались мальчику. Во время службы Филипку показалось, что он взлетел высоко-высоко. Он ничего не понимал, но в один момент ему показалось, что сейчас рядом с ним и Сонечка, и родители, и ещё много разных людей, которых он не знал, но которые его нежно любят. А он-то думал, что остался один на целом свете!
После службы отец Илия задержал мальчика в храме. Они ходили от иконы к иконе. Отец Илия крестился, а потом рассказывал о том, кто на иконе был изображён. Филипок слушал, а следом тоже крестился.
– Это отец Николай. Ты его всегда узнаешь. Икона с ним в любом храме есть. А знаешь почему?
– Почему?
– Потому что он всем помогает. Особенно путешественникам. Вот ты его только попросишь, он сразу же всё сделает!
– В эту же минуту?
– Нет в эту же минуту – так делают фокусники. Но и чудеса их недолговечны! Они дольше минуты не сохраняются. А Николай Чудотворец, он тебя сначала выслушает, поймёт, действительно ли тебе это надо, подумает, как тебе помочь, а через какое-то время – раз – и всё сложится для тебя наилучшим образом.
– А я могу его о Сонечке попросить?
– Господи, помилуй! Ну, конечно же! Он ведь ждёт, когда ты к нему обратишься!
– Правда?
– Подойди к нему!
Филипок сидел шаг к иконе, прижался к ней лобиком и прошептал:
– Батюшка Николай! Ну, сделай так, чтобы моя сестричка Сонечка была жива! Найди её! Помоги нам с ней встретиться! Мне без неё так плохо!
И в этот момент Филипок увидел, как глаза святого на иконе посмотрели на него с добротой и соучастием. И Николай Чудотворец ему нежно-нежно улыбнулся.
– А с кем я могу поговорить о своих родителях?
– О них ты говори сразу с Иисусом Христом! Вот Его икона!
– А как с ним говорить?
– Повторяй за мной: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, упокой души родителей моих! Как их звали? Елена и Виктор?
– Филипок кивнул.
– Елены и Виктора! И прости им вся согрешения вольные и невольные! И даруй им Царствие Небесное.
Они помолились, а потом мальчик спросил монаха:
– Скажите, отец Илия, а о чем надо просить Маму Христа?
– Пресвятую Богородицу?
– Да!
– Ты можешь попросить Её о чем угодно. Она для всех для нас Матушка. И для меня, и для тебя. Для тебя особенно, потому что Богородица заботится о сиротах. Ну, лучше не проси, а поговори с ней.
– Как поговорить?
– Ну, вот как ты со мной разговариваешь. О самом главном в жизни.
Филипок немного задумался. А потом подошел к иконе Богородицы и своим тоненьким голоском заговорил:
– Матушка Богородица! Посмотри, как мне трудно! Я остался совсем один! Нет ни родителей, ни сестрёнки. Как бы я хотел, чтобы жизнь изменилась и стала, как раньше, чтобы у меня был дом, семья, чтобы в доме была еда! Помоги мне, Мама Христа!
И заплакал. Впервые с того дня, как узнал о гибели родителей.
Филипок на всё смотрел своими большими удивлёнными глазами, но слёз в них почему-то не было. А тут слёзы полились рекой. Отец Илия подал ему какую-то тряпочку, чтобы тот утёр лицо. И вдруг мальчик почувствовал, как по храму разливается дивный аромат. Он никогда не слышал раньше такого запаха. И даже когда перед началом службы рыжий монах обходил храм с кадилом, запах был прекрасен, но не такой, как в эту минуту. Отец Илия смотрел на него и улыбался. Филипок подумал: почему он улыбается, когда я плачу? Но священник ему сказал:
– Посмотри, как благоухает всё вокруг! А знаешь что это такое?
– Что?
– Это Богородица тебе отвечает.
– А что Она отвечает?
– Она говорит тебе: Филипок! Я тебя слышу. Потерпи совсем немного! Совсем чуть-чуть!
– Чуть-чуть я могу потерпеть.
– А есть ты уже хочешь?
Вдруг Филипок вспомнил про еду. Конечно, ему давно хотелось на трапезу, но он об этом забыл, потому что вокруг происходили такие удивительные чудеса. Он подал руку отцу Илие и оба пошли на выход. А по дороге мальчик обратил внимание на ещё одну икону. На ней был изображён красивый юноша верхом на лошади. В руках у юноши было копьё, а в ногах коня от этого копья погибал страшный змей. Вокруг было нарисовано много цветов. Отец Илия увидел взгляд мальчика и сказал:
– Эта икона называется Святой Георгий в цветах! Вот если тебе будет нужна защита, ты скажи: «Святой Георгий! Заступись за меня!» И все враги твои сразу же отступят.
15.
Выходя из храма, мальчик перекрестился вслед за монахом. До трапезной они шли молча: Филипку надо было осмыслить всё, что ему сейчас сказал отец Илия. Оказалось, что за большим столом уже сидела вся братия монастыря, но есть никто не начинал. Все ждали их. И когда мальчик и монах заняли места за столом, началась молитва. Человек за будкой читал другую историю, как одна женщина много грешила, а потом так испугалась своих грехов, что несколько десятилетий молилась о прощении и стала святой. Женщину звали Мария Египетская. И жила она в пустыне, за рекой Иордан. Отец Илия наклонился к пареньку и тихонько ему прошептал:
– На этой реке пророк Иоанн крестил Иисуса Христа, когда ему исполнилось тридцать лет. У тебя в келье есть икона худого человека в звериных шкурах. Это и есть Иоанн Креститель. Он начал рассказывать людям, что скоро к ним явится Иисус Христос. А когда Христос пришёл, узнал Его среди всех остальных и крестил водой из этой реки. Поэтому в реке Иордан до сих пор вся вода святая! А потом его в наказание за правдивые слова арестовали и отрубили голову!
– Голову?
– Да! Царь Ирод изменял с женой брата, а Иоанн говорил им прямо в лицо, что так поступать нельзя. Жена брата попросила свою дочь Саломею станцевать для Ирода. Ему так понравился танец, что царь пообещал любую награду. А хитрая девочка по наущению матери попросила голову Иоанна Крестителя. И царь не смог отказать, потому что его окружало много гостей. Они могли бы упрекнуть Ирода, что тот не держит своего слова! Так из-за танца был казнён великий человек, которого Иисус очень любил и тяжело переживал его смерть!
Теперь кушанья на трапезе были другими. Филипок ел суп, очень похожий на щи, которые готовила ему мама, но почему-то без мяса. Ни одной косточки Филипок не нашёл в своей тарелке. А всё равно было вкусно. Потом ему положили салат и рис с овощами. Объедение! Был ещё кисель с какими-то невероятными лепёшками. Повар Евгений после трапезы очень волновался: понравилась братии его стряпня или нет?
Через несколько минут снова была тренировка с мечами. Теперь отец Илия был среди тех, кто сражался. Но в этом бою не было побеждённых и победителей. Удары по мечам друг другу наносили настоящие. А по телам старались не задевать вовсе. Один парень, звонарь Николай, нечаянно сильно ударил соперника, а потом на коленях просил о прощении. Филипок всё ждал главного разговора с отцом Илией, который должен был объяснить, почему он здесь и как он сможет помочь монахам и монастырю. Вечером братия не ела. Филипку в келью принесли гречневую кашу, чёрный свежеиспеченный хлеб и кружку с вареньем. Он ужинал и рассматривал икону Иоанна, о которой ему рассказал отец Илия. Мальчику было даже немного страшно от образа этого святого. Его фигура была вытянута словно ниточка, а из-за бороды почти не было видно лица. А самое удивительное, что в своей руке он держал блюдо, на котором была его отрубленная голова. Получалось, что у одного человека сразу две головы. Очень странно!
После трапезы Филипок перекрестился, как это делали монахи. И лёг на кровать. За день произошло столько всего, что Филипок не спал, а размышлял о том, как он сегодня в храме просил за родителей и за Сонечку, как удивительно чувствовал себя во время службы, как Богородица ему ответила, источая по всему помещению невероятный аромат. И когда дверь со скрипом отворилась, от неожиданности мальчик вскрикнул. Это пришёл отец Илия. В руке у него была какая-то книга.
– Поел?
– Спасибо!
– Наелся? Или добавки принести?
– Нет! Всё было очень вкусно. Я сыт. Мы сейчас будем разговаривать о том, почему я здесь?
– А ты ждёшь – не дождёшься этого разговора. Мы обязательно поговорим. Завтра у тебя будет очень трудный и ответственный день. К этому дню мы с тобой должны приготовиться.
– Как же я буду готовиться, если я не знаю, чего вы от меня хотите!
– Завтра ты должен стать не мальчиком, но настоящим Христовом воином. От тебя понадобится быть бесстрашным.
– Бесстрашным?
– Через день наступит ночь перед Рождеством. Самая опасная ночь года. Вся нечисть – Господи, помилуй! – знает, что наступает её последний день и стремится укусить, ударить, сокрушить.
– Зачем?
– Такая у них природа. Перед гибелью надо кого-то забрать с собой. Даже безобидные бесенята этой ночью звереют.
– Безобидные?
– Ну, конечно! Они от Святой воды сразу дохнут, а от первых звуков молитвы начинают стонать и плакать! Сами всего боятся. Но не в эту ночь. Господи, помилуй! В эту ночь в чертей словно бес вселяется. Если бы у них были свои бесы. А самые страшные – это твари.
– Твари?
– Да! Они почти ничего не боятся. Ничего, кроме Креста. И ещё серебряных ножей и мечей, от которых их покидают силы и способность двигаться. Они приходят в наш мир, чтобы убить, уничтожить, разрушить. И завтра они ринутся сюда. Так происходит каждый год. А теперь они знают, что ты здесь, и постараются сделать всё, чтобы нас сокрушить, и ты не смог пойти по Дороге. Не всё в словах отца Илии Филипку было понятно. Вопросы мучили его. Хотелось расспрашивать монаха и дальше. Но тот положил мальчика на кровать, укрыл его одеялом, погладил по голове:
– Чтобы победить тварей, одного мужества недостаточно. Ты должен пройти важное таинство, без которого нельзя победить ни тварей, ни их начальника, ни даже самого слабенького беса. И к этому таинству надо серьезно подготовиться. У тебя на эту подготовку – сегодняшний вечер и завтрашний день.
– Что это за таинство?
Мальчик представил, что монах сейчас расскажет что-то про обряд с мечами и древними рыцарями из сказок, из приключенческих книг. Но не тут-то было!
– Чтобы победить любых врагов, ты должен впустить в себя Бога.
Он войдёт в твоё сердце, и в душу, и в каждую клеточку твоего тела. Это произойдёт завтра, в храме. А до этого сегодня вечером мы с тобой должны прочитать молитвы вот из этой книги. Молитв много. Сил от тебя потребуется немало.
– А что я должен делать?
– Ты должен слушать и стараться понять. А это будет непросто, потому что молитвы звучат на древнем языке. Среди старых языков был один, который создавался специально для того, чтобы на нём люди разговаривали с Богом. Это церковно-славянский язык. Ты его сегодня уже слышал, когда был в храме, на службе.
– Я слышал, но не всё понимал. Можно сказать, что ничего не понимал.
– Господи, помилуй! А твое сердце понимало?
– Мне показалось, что да.
– Вот постарайся точно так же понять и меня, когда я буду читать эту книгу.
Отец Илия открыл книгу и начал чтение молитв. Мальчик встал с кровати рядом ним, перекрестился и так напрягся, чтобы понять смысл каждого слова, что у него даже уши зашевелились. И всё было напрасно. Он понимал, только когда священник произносил «Господи» или «Богородица». И всё. Так продолжалось довольно долго. Голос отца Илии начал отдаляться, глаза стали закрываться, в голове заблистали какие-то лица, воспоминания, образы из храма. Но в какой-то момент голос батюшки снова зазвучал громко и на этот раз ясно. И перед глазами Филипка предстал Иисус, который вместе с каким-то человеком нёс на гору огромный Крест, горстка людей, со слезами сопровождающих Сына Бога. Несколько воинов с копьями. Жаркий-жаркий день. Мальчик по себе ощущал, как больно было Иисусу, как горело и изнывало всё Его тело, какой тяжёлой была Его ноша, как необструганное древко Креста царапало Его кожу, как каждый шаг приносил неимоверные мучения. Потом Христа прибивали к Кресту огромными кривыми гвоздями. А Крест с Его телом поставили на самую вершину горы, и небо опускалось к Нему низко-низко, а солнце, словно человек, закрывало глаза, чтобы не смотреть на эту казнь. Воздуха не хватало. И даже на стон не оставалось сил. И Филипку хотелось крикнуть: Господи! Я с тобой! Господи, не умирай! Иисус Христос, как я могу помочь тебе?
В этот момент отец Илия нежно погладил его по голове:
– Ну вот, мы и закончили! Ты большой молодец! Выстоял все молитвы! Понял что-нибудь?
– Я понял, что Христос всё это сделал ради нас. А мы для Него делаем очень мало.
– Ты прав! А сейчас ложись отдыхать, потому что завтра утром я тебя разбужу и мы пойдём на таинство. Только ты после полуночи ничего не должен ни есть, ни пить! Хорошо?
– Ладно. А как называется это таинство?
– Причастие.
16.
Засыпая в кровати, Филипок всё ещё думал, что это такое ПРИЧАСТИЕ, которое помогает победить любых врагов. Но так и ничего не придумал. Ему не терпелось побыстрее это узнать и он решил, что если быстрее заснет, то быстрее узнает разгадку этой тайны. Рано утром отец Илия тихо-тихо отворил его дверь, вошёл к Филипку в келью. Мальчик сразу открыл глаза. Монах ласково погладил его по голове и начал читать молитвы. Филипок вылез из-под одеяла и встал рядом. На этот раз молитв было гораздо меньше.
– А сейчас мы пойдём в храм, – сказал Филипку священник. Одевайся.
Мальчик быстро надел свитер и курточку, завязал шнурки на ботинках.
– Готов? – спросил монах.
Филипок кивнул. По дороге отец Илия сказал Филипку:
– Перед причастием нам надо сделать ещё одно очень важное дело.
Филипок смотрел на него снизу вверх и думал: сколько ещё важных дел его ждёт впереди? А батюшка продолжал:
– Чтобы причаститься, ты должен поговорить с Иисусом Христом.
Он на несколько минут подойдёт именно к тебе. Ты его не будешь видеть, но ты, возможно, почувствуешь, что он рядом. Я тоже буду рядом, чтобы помочь тебе.
– А о чём я должен буду говорить с Иисусом Христом?
– Ты должен будешь ему честно признаться во всём, в чём считаешь себя виноватым. Только не скрывай ни одной детали, а то у нас ничего не получится.
– Ну как же я смогу Богу говорить о себе плохие вещи?
– Всё, что ты скажешь, Христос тебе простит. Простит навсегда. А всё, что ты утаишь, так и останется с с тобой. И причастие не получится. И в бою ты не победишь. И по Дороге не пойдёшь. Понимаешь, ничего не будет!
– А как говорить Богу про то, где я виноват?
– Просто скажи: Господи! Я плохо поступал! Я злился. Я обижал родителей. И сам обижался на них. Я ссорился с сестрой. Я не делал уроков. Я обманывал. Я смеялся над другими. Я обсуждал недостатки людей. У меня было плохое настроение. Прости меня, Господи!
Они перекрестились и вошли в храм. Оказалось, что почти все монахи монастыря были уже внутри. Послушник Николай читал молитвы и они разносились по всему зданию. А рыжебородый священник Александр обходил храм с кадилом. Мальчик оглядывался по сторонам, а потом не выдержал и спросил отца Илию:
– Когда же, наконец-то, сюда Христос придет? Я переживаю, а его всё нет и нет!
– Как же нет, когда он здесь давным-давно. Я же говорил, что его ты не увидишь глазами, ты его должен почувствовать. Иисус Христос ждёт, когда ты будешь готов рассказать свои грехи. Ты их вспомнил?
– Некоторые вспомнил.
– Ты готов?
– Наверное, готов!
– Тогда пойдём к его иконе. Я тебя накрою, а ты начинай говорить.
И Христос сразу же подойдёт к тебе, будет слушать и слово за словом очищать твою душу!
– Пойдём!
Они подошли к иконе Спасителя. Мальчик внимательно на неё посмотрел.
• А почему на ней написано «где все»?
Монах засмеялся:
• Да, такой вопрос часто хочется задать в ваших городских храмах, когда там мало людей. Но на самом деле это другие слова. Художник их сократил, так было раньше принято. А означают они не «где все», а Господь Вседержитель. Ну что? Ты готов к исповеди?
Священник накрыл голову мальчика епитрахилью. Филипок сначала сбивчиво начал говорить те грехи, о которых ему рассказал монах, пока они шли в церковь. Через минуту он вдруг почувствовал, как с ним что-то произошло. Его словно окатила теплая волна. Она гладила его по голове, она обнимала его, она касалась его глаз. И из глаз вдруг потекли слёзы. Рыдая, мальчик продолжал говорить:
– Господи! Я так неправильно поступил, когда сбежал с Сонечкой из вагона поезда на этот вокзал. Если бы я этого не совершил, то сейчас с моей сестрой было бы всё в порядке. Сонечка никогда не жаловалось, но я же старше, я должен был понять, что девочке нельзя жить без дома…
И ещё много другого было сказано Филипком. Мальчик рассказывал и плакал. И ему почему-то было не стыдно, а обидно. Обидно на себя, что он сделал столько глупостей, хотя можно было жить без них. Когда он закончил, отец Илия заглянул к нему под епитрахиль и спросил:
– Всё?
– Наверное, всё!
– А Христа ты почувствовал?
Филипок тут же понял, что это за ласковая волна омыла его своим теплом и любовью.
– Почувствовал!
Священник прочитал над мальчиком молитву и попросил его поцеловать Крест и Евангелие. А потом торжественно произнёс:
– Иисус Христос разрешает тебе причаститься своих Святых Даров.
И осенил Филипка крестом.
«Какое счастье!» – думал Филипок, что Бог меня простил за всё, что я сделал! Он смотрел на золотые врата перед собой и каждый раз, когда они открывались, мальчик представлял, что за ними он видит рай, в котором живет Бог, и что, если повезет, он тоже сможет по чудесной Дороге от монастыря дойти до рая, узнает, где сейчас его любимая сестрёнка Сонечка.
Вдруг всё вокруг затихло. Двери в рай снова открылись и отец Александр вынес оттуда большую золотую чашу, покрытую красной тканью.
– Неужели сейчас произойдёт чудо, которое сделает меня сильнее всех в этом мире?.. – затаил дыхание мальчик.
Отец Илия помог Филипку скрестить особым образом на груди руки и подтолкнул к Чаше.
А отец Александр на весь храм объявил:
– Причащается Филипп!
В храме все замерли. Два брата, Кирилл и Мефодий, развернули под подбородком мальчика красную ткань, священник красивой золотой ложечкой достал из чаши красную частичку, дал Филипку проглотить сначала её, а затем протянул основание чаши к его губам:
– Целуй, – прошептал Мефодий.
Филипп поцеловал. За руку его отец Илия отвёл мальчика в дальнюю часть храма, дал запить из специальной рюмочки и поднёс к нему тонко нарезанный белый хлеб:
– Я тебя поздравляю! То, что ты сделал, – это самое важное в жизни. Всё остальное не имеет никакого значения, а Причастие имеет.
– Теперь я самый сильный?
– Теперь ты несокрушимый. И в то же время самый уязвимый, потому что вся нечисть мечтает снова сделать твою душу обычной.
– А сейчас она какая?
– А сейчас там Бог. Сейчас ты с Ним живешь. А вот сколько это продлится – зависит только от тебя. Пойдем, поцелуем Крест у батюшки.
Они вместе с другими монахами встали в очередь к отцу Александру, который протягивал Крест для поцелуя. Когда подошёл Филипок, священник откуда-то вытащил красивый, ни на что не похожий хлеб, и протянул мальчику:
– Это тебе в память о Причастии! Этот не просто хлеб! Это святыня. Береги её. Ешь осторожно, чтобы ни одна крошка не упала. И вспоминай самых дорогих людей. И тогда у них всё будет хорошо.
Отец Илия поджидал его и улыбался. Мальчик показал монаху просфорку. В ответ священник достал холщовый мешочек и протянул Филипку:
– У тебя уже столько подарков! А ведь каждый из них нужно хранить бережно, с большим почтением. Положи их сюда!
Филипок вытащил из глубоких карманов Крест, иконку с образом Спасителя, чётки и вместе с только что полученной просфоркой опустил внутрь. Батюшка затянул мешочек, как-то хитро вытянул из него длинную верёвочку и повесил через плечо мальчика:
– Ты его пока не снимай! Времена трудные, тебе надо быть ко всему наготове!
17.
И вот Филипок шёл по золотой Дороге куда-то далеко вперёд. Он вспомнил про мешочек с подарками и проверил его рукой. Мешочек был на месте. Крепко затянутый, висел справа, подрагивая в такт шагам мальчика. Покрывало, которое получилось случайно захватить из кельи, Филипок превратил в плащ, набросив на плечи и завязав на груди, чтобы оно не упало. Вдруг сверху раздался уже знакомый ему вой! Этот звук Филипок теперь ни за что не спутал бы с любым другим звуком на свете! Так могли выть только твари! Но откуда они здесь? Невозможно, чтобы они появились на этой Дороге. Ведь понятно же, что это Дорога только для чего-то хорошего!
Но нет! Вой повторился! Потом ещё раз! Филипок поднял голову кверху и увидел через полупрозрачный свод Дороги, что параллельно ему, в том же направлении, летит множество черных тварей. Некоторые из них прямо на лету пытаются спикировать на золотую Дорогу, их опаляет огонь, они воют и превращаются в грязь, но их место тут же занимают новые твари. И этому нет конца. От страха Филипок быстро-быстро побежал, разворачивая на ходу драгоценный мешочек, чтобы достать из него Крест. Но узел был затянут так крепко! Никак не поддавался! Филипок рванул его из-за всех сил, узел развязался, мальчик остановился, опустил руку внутрь мешочка, нащупал там Крест, поднял его над головой:
– Господи, помилуй!
И невероятный огонь тут же полыхнул от Креста вверх, к своду Дороги, и выше, за её пределы! Вой тварей превратился в жуткий, разрывающий слух звук, над головой всё оказалось залитым ярчайшим, как вспышка, светом и через несколько мгновений прекратилось. Воцарилась невероятная тишина, в которой были слышны не только дыхание Филипка, но даже биение его сердца. Осторожно мальчик пошёл дальше. Сделал всего несколько шагов. Его глаза привыкли к спокойному свету Дороги, как впереди он увидел чёрную фигуру. И в душе тут же пробудился ледяной страх. Но ни отступать, ни поворачивать в обратную сторону мальчик почему-то не стал. Осторожно, шаг за шагом, Филипок приближался, пытаясь разглядеть и понять: что же это такое впереди?
Это был седой-преседой дедушка в тех же одеяниях, в которых ходили монахи в обители! Только более нарядный. Поверх чёрных одежд на дедушке были золотые, со странными рисунками костей, черепов и каких-то странных букв. А страх… Он в этот момент только усилился! Затаив дыхание, мальчик приближался всё ближе и ближе, втайне надеясь, что этот человек не пошевелится и можно будет пройти незаметно мимо! Но не тут-то было!
– Филипок! – прокряхтел старик. – Как же долго я тебя здесь жду!
У меня уже сил никаких не осталось!
– А кто вы?
– Меня зовут отец Савва. Тебе рассказывали обо мне в монастыре?
– Да.
– Перед смертью мне было предсказано твоё появление. Ты – именно тот мальчик, который сможет пройти по Дороге, не испугается тварей и спасёт монастырь от бед и нападений. Я знал, где тебя нужно искать, и передал это остальным монахам. Надеялся, что от меня больше ничего не понадобится. Но не тут-то было! И вот я уже много лет сижу здесь и жду, когда ты придёшь!
– Зачем вы меня ждёте?
– Чтобы ты знал, что делать!
– Что я должен делать?
– Не помню!
– Вы не помните?
– Нет! Раньше знал, но забыл.
– Зачем же вы здесь сидели столько времени?
– Сидел здесь! Всё время помнил! А теперь не помню! И ещё помнил, что тебе что-то важное должен был сказать! И это тоже забыл! Голова моя дырявая! Но ты иди! Сам всё поймешь по дороге!
– И старичок с улыбкой подтолкнул мальчика к огромным золотым вратам, украшенным изображением никогда не виданных Филипком деревьев и птиц. Ворота беззвучно отворились перед ним. А из-за них на мальчика обрушились такие ароматы, такие звуки дивной красоты: и щебет, и трель, и свист! Мальчик оглянулся на старичка и увидел, что тот его ласково крестит. Филипок шагнул вперед. И ворота начали медленно закрываться. Старичок смотрел на удаляющегося мальчика, но вдруг опомнился:
– Ой! А я-то зачем здесь остаюсь? Я же свою задачу выполнил!
Мне же теперь тоже можно туда! Какое счастье!
И буквально в последний момент перед закрытием ворот старичок прошмыгнул в удивительный сад!
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?