154 800 произведений, 42 000 авторов Отзывы на книги Бестселлеры недели


» » » онлайн чтение - страница 1

Текст книги "Избранные труды"

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 20 августа 2015, 15:00


Автор книги: Александр Пиджаков


Жанр: Юриспруденция и право, Наука и Образование


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 20 страниц]

Александр Пиджаков
Избранные труды

© А. Ю. Пиджаков, 2010

© Изд-во «Юридический центр Пресс», 2010

* * *

С любовью и благодарностью Орловой Светлане Георгиевне ПОСВЯЩАЮ



Памяти моих родителей – Пиджаковой Ренаты Самуиловны и Пиджакова Юрия Васильевича ПОСВЯЩАЮ



Краткая биография

Александр Юрьевич Пиджаков – коренной ленинградец, родился 18 февраля 1955 г. Он – наследник традиций замечательной семьи с интереснейшей историей. Его прадед, Илья Забелин, работал мастером на известном Путиловском (ныне Кировском) заводе. Александр Юрьевич – потомственный историк и педагог. Его бабушка, Анна Федоровна Волкова, воевала на фронтах гражданской войны. Получив в 1929 г. диплом Ленинградского института народного хозяйства, окончила аспирантуру Высшего инженерно-педагогического института, затем училась в Институте Красной профессуры. Преподавала политэкономию и являлась деканом факультета в Холодильном институте в Москве, научным сотрудником в Коммунистической Академии. С 1935 по 1941 г. была директором Педагогического института им. М. Н. Покровского. С 1939 по 1947 г. являлась депутатом городского Совета депутатов трудящихся и председателем Комиссии по народному образованию. Делегат XVIII съезда ВКП(б).

А. Ф. Волкова в годы Великой Отечественной войны по совместительству заведовала кафедрой марксизма-ленинизма в Педиатрическом медицинском институте. С декабря 1945 по 1950 г. вновь была назначена директором Педагогического института и заведующей кафедрой марксизма-ленинизма. В 1950 г. была репрессирована по «ленинградскому делу», полностью реабилитирована в 1954 г. Ее дочь, Рената Самуиловна Пиджакова, – выпускница исторического факультета Ленинградского государственного университета, посвятила основную часть своей жизни преподаванию в должности доцента кафедры истории КПСС в Ленинградском институте советской торговли им. Ф. Энгельса. Имея большую нагрузку в институте, отдавая все свободное время воспитанию двоих детей, она тем не менее успешно защитила кандидатскую диссертацию, посвященную продовольственному снабжению Ленинграда в послевоенные годы. Александр Юрьевич неоднократно подчеркивал, что своими научными успехами он обязан во многом именно матери, которая сумела передать ему настойчивость в достижении поставленной цели, внимательность, трудолюбие, корректность и уважение к науке, энергичность – те качества, которыми была с лихвой одарена сама. Проводя в свободное от основной работы время экскурсии в Военно-морском музее на Васильевском острове, Р. С. Пиджакова часто брала с собой маленького сына, который с детства начал интересоваться историей нашей Родины и своего города.

По окончании школы № 52, в 1972 г., А. Ю. Пиджаков поступил на вечернее отделение исторического факультета Ленинградского государственного университета. Одновременно началась и трудовая деятельность А. Ю. Пиджакова. С августа 1972 г. по май 1973 г. он работал в должности архивариуса в проектно-конструкторском бюро «Союзлифтмаш». В мае 1973 г. был призван на действительную службу в ряды Советской Армии. И даже во время службы в армии он не расставался с историей: так случилось, что он служил в знаменитом городе Козельске, который прославился героической обороной от войск хана Батыя в 1238 г. Во время службы А. Ю. Пиджакову удалось побывать в находящейся недалеко от места службы Оптиной пустыне, а также в Калуге, в музее К. Э. Циолковского. После демобилизации в 1975 г. А. Ю. Пиджаков продолжил обучение в ЛГУ.

В период обучения в университете А. Ю. Пиджаков делал первые шаги в науке, работая в должности младшего научного сотрудника в Центральном государственном архиве Октябрьской революции и социалистического строительства г. Ленинграда. Полученные там навыки работы с архивными документами пригодились в его дальнейшей научно-исследовательской работе. В 1980 г. А. Ю. Пиджаков окончил университет, успешно защитив под руководством известного историка профессора Н. Я. Иванова дипломную работу, посвященную продовольственному положению в Петрограде осенью 1917 – зимой 1918 г.

По окончании университета, в январе 1981 г., А. Ю. Пиджаков поступает на работу в Академию гражданской авиации в качестве ассистента кафедры истории КПСС и партийно-политической работы в гражданской авиации. Привел его в Академию Ю. Н. Куликов, который и сегодня успешно преподает в СПбГУГА. Заведующий кафедрой А. К. Булкин, ныне декан гуманитарного факультета, профессор, доктор исторических наук, во многом способствовал научному росту А. Ю. Пиджакова, создавая условия, необходимые для становления его как педагога.

В 1985 г. А. Ю. Пиджаков был зачислен в целевую аспирантуру на исторический факультет ЛГУ. К этому времени он уже был увлечен проблемой истории гражданской авиации. Навыки работы в государственных архивах позволили ему исследовать архивные материалы по теме диссертации в архивах Ленинграда, Мурманска и Архангельска, причем многие архивные документы были им введены в научный оборот впервые. Досрочно, летом 1988 г., он защитил кандидатскую диссертацию, посвященную истории развития Гражданского Воздушного Флота Северо-Запада СССР в годы довоенных пятилеток. И в дальнейшем А. Ю. Пиджаков возвращался к истории авиационной науки и техники, а позднее – к истории юридической науки, опубликовал более 30 научных работ по данной проблематике. В результате он был избран действительным членом Санкт-Петербургской Академии истории науки и техники. Его совместная статья с профессором Гербертом Харрисом (Новая Зеландия), посвященная борьбе с терроризмом на воздушном транспорте, была опубликована в издании Британской Ассоциации авиационных консультантов «Newsletter» в 2001 г.

За время обучения в аспирантуре Александр Юрьевич отвечал за издание депонированных сборников научных статей, в которых охотно публиковали свои статьи не только аспиранты, но и доценты и профессора. Инициатором этих публикаций был талантливый молодой заместитель заведующего кафедрой Александр Николаевич Мячин, курировавший тогда аспирантов, ныне – Начальник Санкт-Петербургского имени В. Б. Бобкова филиала Российской таможенной академии, генерал-майор таможенной службы, Ученый секретарь Совета ректоров Санкт-Петербурга, профессор, доктор исторических наук.

Будучи аспирантом, чтобы не потерять научно-педагогический стаж, А. Ю. Пиджаков преподавал на кафедре истории КПСС Ленинградского института авиаприборостроения, причем проводил практические занятия со студентами-вечерниками в 10 (!) группах. Научно-исследовательскую и педагогическую работу молодой преподаватель успешно сочетал с активной деятельностью в качестве лектора общества «Знание» – являлся членом бюро общества «Знание» по молодежной тематике, читал лекции о неформальных молодежных объединениях в различных коллективах Ленинграда и Ленинградской области. В бюро городского общества «Знание» он познакомился со многими интересными людьми – тогда уже известным российским социологом, доктором философских наук, профессором, заслуженным деятелем науки Владимиром Тимофеевичем Лисовским; малоизвестным старшим преподавателем Высшей профсоюзной школы культуры, а ныне ректором Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов, профессором, доктором культурологических наук Запесоцким Александром Сергеевичем и др. А. Ю. Пиджаков вспоминал, как, возвращаясь после лекций из г. Тихвина в электричке, В. Т. Лисовский рассказывал о своем жизненном пути, поразив своей широчайшей эрудицией. А вместе с А. С. Запесоцким они задумывали проект создания тогда еще малоизвестных видеосалонов.

Вернувшись в Академию гражданской авиации, А. Ю. Пиджаков продолжил путь педагога в должности старшего преподавателя на кафедре у профессора, доктора исторических наук А. К. Булкина. В 1988 г. Александру Юрьевичу была присуждена ученая степень кандидата исторических наук, а в 1993 г. присвоено ученое звание доцента по кафедре истории и социального управления.

А. Ю. Пиджакова отличают увлеченность, многонаправленность научных изысканий. С 1990 г. он активно исследует проблемы социальной экологии, опубликовав около 20 статей и 3 монографии. Одна из них – «Мир экологии: Словарь-справочник» (1997), написанный совместно с профессором, доктором исторических наук В. В. Соколовым, находится в библиотеке Конгресса США. Результатом этих исследований явилась успешная защита в 1996 г. в Северо-Западной академии государственной службы докторской диссертации «Экологическая политика СССР (середина 60-х – начало 90-х гг.)». Исследование получило положительные отзывы многих ученых, среди них известного эколога, Председателя Российского Географического общества, профессора, доктора географических наук. С. Б. Лаврова. В 1996 г. А. Ю. Пиджакову присваивается степень доктора исторических наук. В том же году его принимают действительным членом (академиком) в Международную академию наук экологии и безопасности жизнедеятельности.

В 1994 г. профессор Академии гражданской авиации, доктор юридических наук В. Н. Дежкин создал негосударственный вуз – Санкт-Петербургский институт управления и права, став его ректором. А. Ю. Пиджаков принял активное участие в создании этого института, в подборе профессорско-преподавательского состава, заняв должность проректора по учебной работе и проработав в ней 5 лет. Титанический труд по созданию и согласованию учебных планов, рабочих программ, подбору преподавателей, составлению расписания занятий, подготовке к лицензированию и аккредитации и т. д. дал свои плоды: вуз и ныне успешно функционирует и развивается.

Организаторские и «пробивные» способности А. Ю. Пиджакова проявились, когда открывался, преодолевая сопротивление и противодействие некоторых чиновников, юридический факультет в Академии гражданской авиации. А. Ю. Пиджаков вместе с деканом юридического факультета профессором Н. Ф. Бабанцевым неоднократно обращались в Москву в Генеральную прокуратуру, Министерство юстиции, Министерство образования, другие инстанции. И, наконец, факультет был открыт, а Академия гражданской авиации стала одним из первых технических вузов страны, которые начали подготовку юристов.

А. Ю. Пиджаков перешел работать на кафедру права, где ему было поручено читать курсы «История отечественного государства и права», «История государства и права зарубежных стран». Когда, через несколько лет, на факультете было образовано три кафедры, А. Ю. Пиджаков был назначен заведующим кафедрой международного права.

После защиты докторской диссертации Александр Юрьевич не остановился на достигнутом (чего, кстати, многие не понимали). Он поступил на заочное обучение в Академию гражданской авиации по специальности «юриспруденция» (2-е высшее) и вскоре получил диплом и квалификацию юриста.

В 1997 г. вместе с профессорами В. П. Кириленко, B. C. Солодченко и Ю. В. Мишальченко он принял активное участие в создании правовой кафедры в Санкт-Петербургском государственном морском техническом университете, вновь проявив незаурядные организаторские способности. Несколько лет возглавлял в бывшей Корабелке кафедру гражданского и коммерческого права. Параллельно А. Ю. Пиджаков исследует проблему военно-экологической безопасности, выступает на конференциях, пишет научные статьи и в 1999 г. защищает по указанной проблематике диссертацию на соискание ученой степени кандидата юридических наук (под руководством известного юриста-международника, профессора, доктора юридических наук И. Е. Тарханова) по научной специальности 12.00.10 – «Международное право. Европейское право». В 1999 г. ему присвоено ученое звание профессора по кафедре права.

Сейчас А. Ю. Пиджаков является членом Российской Академии юридических наук, членом Ассоциации юристов России, членом Российской ассоциации международного права, членом Российской криминологической Ассоциации. Его биографические данные включены в справочники: «Видные ученые-юристы России (вторая половина XX века)», «Российская ассоциация международного права. 1957–2007. Биографический словарь».

С 1999 г. А. Ю. Пиджаков заинтересовался актуальной проблемой международного права – борьбой с международным терроризмом. Глубже познать данную проблему ему помогли профессора Б. А. Смыслов, Ю. С. Ромашев и мн. др. На сегодняшний день по данной теме им опубликовано более ста научных статей и 10 монографий. Он является основателем нового научного направления – исследования международно-правового регулирования сотрудничества государств в борьбе с политическим экстремизмом и терроризмом. По данной проблеме им в 2005 г. (вновь в Северо-Западной Академии государственной службы при Президенте РФ) была успешно защищена докторская диссертация «Международное сотрудничество государств в борьбе с политическим терроризмом и экстремизмом в новых геополитических условиях» по специальности 23.00.04 – Политические проблемы международных отношений и глобального развития. Монографии А. Ю. Пиджакова «Международно-правовое регулирование борьбы с современным терроризмом» (СПб., 2001) и «Борьба с политическим терроризмом и экстремизмом» (СПб., 2003) находятся в библиотеке Президента Российской Федерации. Он был избран действительным членом (академиком) Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка. В 2006 г. ему присуждена ученая степень доктора юридических наук.

В декабре 2007 г. случилось несчастье – около своего дома А. Ю. Пиджаков был сбит машиной, получил серьезные травмы. По призыву души и сердца десятки студентов вузов, где преподавал и преподает А. Ю. Пиджаков, сдали так необходимую для 3 серьезных операций кровь. Полгода он был прикован к постели, прошел курс реабилитации и сейчас снова в строю. Это чудо смогло свершиться благодаря самоотверженности его жены, доцента Университета гражданской авиации, Марины Васильевны Авдеевой и ее дочери, выпускницы юридического факультета, Анны Яковлевой, любви и заботе близких и друзей Александра Юрьевича. А. Ю. Пиджаков и во время болезни продолжал писать статьи, опубликовал 3 монографии, занимался с аспирантами и дипломниками.

Неоспорим тот факт, что Александр Юрьевич Пиджаков является известным ученым. Он член 2 докторских диссертационных советов, автор (соавтор) более 350 научных публикаций, в том числе 22 монографий. В качестве научного руководителя он подготовил более десятка кандидатов исторических и юридических наук. Под научным руководством профессора А. Ю. Пиджакова 10 аспирантов и 8 соискателей являются соискателями ученой степени кандидата юридических наук, он является научным консультантом двух докторантов. Александр Юрьевич постоянно участвует в работе международных, общероссийских и межвузовских научно-практических конференций и семинаров, выступает в качестве официального оппонента и рецензента у соискателей ученой степени доктора и кандидата исторических и юридических наук.

Он награжден нагрудным знаком «Отличник воздушного транспорта», «Почетный работник высшего профессионального образования РФ», юбилейной медалью «В память 300-летия Санкт-Петербурга».

21 января 2009 г. Указом Президента России Д. А. Медведева № 77 за заслуги в научной деятельности А. Ю. Пиджакову присвоено почетное звание «Заслуженный деятель науки Российской Федерации».

В декабре 2009 г. А. Ю. Пиджаков был принят в члены Международной полицейской ассоциации.

Дочь А. Ю. Пиджакова – Кулакова (Пиджакова) Ольга Александровна, выпускница СПбГМТУ, инженер-технолог по специальности «Технология художественной обработки материалов». У Александра Юрьевича растет (ему 5 лет) замечательный внук Витя.

I. Международное право

Международно-правовое регулирование борьбы с современным терроризмом[1]1
  Пиджаков А. Ю. Международно-правовое регулирование борьбы с современным терроризмом. СПб.: Нестор, 2001.


[Закрыть]

Международный терроризм на море, как международный терроризм на суше и в воздухе, направлен против иностранных объектов, физических лиц, являющихся гражданами иностранных государств, и их собственности. Его главная опасность состоит в том, что он угрожает безопасности мореплавания, попирает общепризнанный принцип свободы морей и нередко представляет угрозу миру, являясь в связи с этим тягчайшим преступлением международного характера.

Правовое регулирование борьбы с терроризмом на море, как справедливо отмечает Л. А. Моджорян, практически пока полностью отсутствует[2]2
  Моджорян Л. А. Терроризм на море. Борьба государств за безопасность морского судоходства. М.: Международные отношения, 1991. С. 28.


[Закрыть]
. В связи с частыми случаями насильственных деяний на морских коммуникациях, подобных случаю захвата в 1985 г. итальянского судна «Акилле-Лауро», возникла необходимость в регулировании борьбы с незаконными актами, направленными против безопасности морского судоходства. С принятием Римской конвенции 1988 г. и протокола к ней борьба с морскими террористическими актами стала составной частью общей борьбы с преступностью. Как утверждает А. В. Змеевский, «долгое время вопрос о борьбе с этой разновидностью терроризма оставался как бы на втором плане, в то время как имеющая многовековую историю борьба с пиратством, наиболее распространенным проявлением насилия на море, уже нашла закрепление в Женевской конвенции 1958 г. об открытом море и Конвенции ООН по морскому праву 1982 г.»[3]3
  СЕМП. 1989-90-91. СПб., 1992. С. 141.


[Закрыть]
.

В последние годы участились акты насилия против мореплавания. Так, 4 марта 1973 г. греческое судно «Санья» с 250 туристами на борту подорвалось на мине, установленной террористами в Бейрутском порту. 2 февраля 1974 г. в пакистанском порту Карачи было захвачено греческое грузовое судно. Захватчики угрожали взорвать его, если греческие власти не освободят двух человек ответственных за террористическую акцию в афинском аэропорту. В ноябре и декабре 1975 г. советский лайнер «Максим Горький» подвергался нападению в пуэрториканском порту Сан-Хуан. В 1978 г. в США в порту города Нью-Лондон, штат Каннектикут, была предпринята попытка захватить подводную лодку американских ВМС «Трепанг», оснащенную баллистическими ракетами с ядерными боеголовками. 27 августа 1979 г. Ирландская республиканская армия взяла на себя ответственность за организацию взрыва яхты «Шадоу», на борту которой находился с семьей граф Таунтбэттен, первый лорд адмиралтейства. В 1988 г. террористы учинили кровавую бойню на греческом пассажирском судне «Сити Опфорос»[4]4
  СЕМП. 1989-90-91. СПб., 1992. С. 145.


[Закрыть]
.

Явная потребность ООП привлекать к себе внимание привела к импровизированному похищению итальянского прогулочного корабля «Акилле-Лауро» в Средиземном море 7–9 октября 1985 г. Жертвами этого инцидента стали австрийские граждане, составляющие большинство пассажиров судна, был убит и один гражданин США. Следует отметить, что похищение итальянского морского лайнера экстра-класса «Акилле Лауро» давно планировалось шефом Фронта освобождения Палестины – Абу Аббасом. Вместе с Ясиром Арафатом он пришел к выводу, что, учитывая последние промахи, связанные с высадкой десанта в Израиле, наступило время для крупной террористической акции, которая смогла бы привлечь внимание мировой общественности. Таким образом, похищение судна планировалось еще летом 1985 г. Четверо террористов-самоубийц должны были сесть на борт судна в Генуе и скрываться до остановки в израильском порту Ашдод. Оставив под покровом ночи судно, они должны были проникнуть в расположенное вблизи порта место хранения цистерн с нефтью и склад боеприпасов, уничтожить и себя, и эти цели.

Исса Мохаммед Аббас, родственник Абу Аббаса, отвечал за генуэзскую часть операции. Были куплены места на корабле для четырех террористов: Маджеда аль-Мольки, Алла аль-Хасана, Али Абдула и Абдэль Ибрагима. Они должны были занять каюту № 82.

Но 25 сентября три террориста из Организации освобождения Палестины застрелили троих израильтян на борту яхты, дрейфующей в гавани Ларнака, Кипр. 1 октября эскадрилья израильских истребителей в ответ на этот инцидент обстреляла штаб-квартиру ООП в Тунисе. При этом погибло 67 арабов и была прервана всякая связь между штабом ООП и Генуей. В тот же день итальянские власти арестовали Иссу Мохаммеда Аббаса.

«Акилле Лауро» покинул Геную 1 октября 1985 г. Все четверо террористов оставались на борту, не выходя из каюты до 7 октября. После захода в Александрию и Порт-Саид судно продолжило свой путь. Как только судно вышло в международные воды, четверо боевиков внезапно ворвались в корабельный ресторан, стреляя на ходу из пистолетов и автоматов. Приведя в замешательство 80 членов экипажа и 427 пассажиров, они приказали капитану Жерардо де Роза плыть к побережью Сирии. Но Сирия отказалась принять корабль. 8 октября террористы радировали свое требование немедленно освободить 50 палестинцев, томящихся в тюрьмах Израиля, в противном случае они грозили убивать пассажиров по одному, начиная с американцев и англичан. Единственным, кому пришлось умереть, был 69-летний житель Нью-Йорка Леон Клингхоффер, язвительный инвалид в коляске, постоянно оскорблявший террористов. Его застрелили и выкинули вместе с коляской за борт[5]5
  См.: Дэвис Л. Терроризм и насилие. Террор и катастрофы. Смоленск: Русич, 1998. С. 247–249.


[Закрыть]
.

Тем временем назревала международная конфронтация. Италия высадила десант на английские базы на Кипре, куда и направлялся «Акилле Лауро». Специально тренированные подразделения коммандос, «людей-лягушек» ВМФ США и спецотряды «Дельта» были посланы на Сицилию. Арафат приказал отменить операцию. Но, как только корабль пришвартовался в Порт-Саиде, угонщики и Аббас бежали в Каир к большому негодованию американского посла Николаса Велиота, требовавшего ареста террористов. Однако египетский президент Хосни Мубарак сообщил официальным представителям США, что угонщики покинули территорию Египта и находятся на пути в Тунис. Спецслужбы, тем не менее, выяснили, что на самом деле проводилась подготовка к вылету египетского «Боинга-737» из аэропорта Аль-Маза близ Каира в Тунис с пятью арабами на борту. Были подняты истребители F-14 с авианосца ВМФ США «Саратога», находившегося в Средиземном море. В ночь на 10 октября 1985 г. «боинг» с террористами на борту был перехвачен над международными водами и был вынужден совершить посадку на совместной итальянско-натовской базе «Сигонелла» на Сицилии. В связи с высокой степенью секретности США не известили об операции Италию, что привело к противостоянию между отрядами США и Италии на базе «Сигонелла». В итоге победили итальянские власти, и Аббас вместе с четырьмя террористами предстал перед итальянским судом.

Аббас был немедленно освобожден из-под стражи и, к великому неудовольствию США, отправился обратно в Тунис через Югославию. 18 июня 1986 г. начался суд над угонщиками «Акилле Лауро». Трое из организаторов теракта, включая Абу Аббаса, судились заочно и были приговорены к пожизненному заключению. Приговор так и не был приведен в исполнение. Остальные четверо были приговорены к срокам заключения от 15 до 30 лет. Матид Юсеф аль-Молки позднее был осужден за убийство Леона Клингхоффера к пожизненному заключению[6]6
  Дэвис Л. Указ. соч. С. 250–251.


[Закрыть]
. Потрясенные этим случаем Италия, Австрия, Египет представили ИМО проект международной конвенции по борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности морского судоходства.

1-10 марта 1988 г. в Риме под эгидой ИМО прошла международная конференция, которая приняла Конвенцию о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности морского судоходства, и факультативный Протокол к ней, регулирующий защиту от таких актов стационарных платформ, расположенных на континентальном шельфе. Действие ее положений распространяется на незаконные акты, совершенные на борту судна в территориальных и даже внутренних водах государства флага, если маршрут плавания этого судна имеет международный характер, т. е. «включает плавание в воды, через воды или из вод, расположенных за внешней границей какого-либо одного государства или за боковыми границами его территориального моря с определенными государствами».

В ходе разработки Конвенции не было раскрыто понятие «незаконные акты», перечень которых дается в конкретных преступных деяниях, которые излагаются в ст. 3 Конвенции. Большинство делегаций, включая советскую, выступало против предложения ряда государств-участников о повторении в ст. 11 Конвенции формулировки ст. 9 Международной конвенции о борьбе с захватом заложников, предусматривающей возможность отказа о выдаче, в том числе по политическим мотивам. Действительно, включение такого положения могло бы на практике привести к возможным послаблениям для преступников, совершивших незаконные акты против морского судоходства.

Большой новизной в схеме «либо выдай, либо суди» стала процедура передачи преступника или предполагаемого преступника капитаном судна любому другому (кроме государства флага), государству-участнику.

Всякое международное преступное действие (бездействие), являющееся формой, средством или заведомым последствием международных преступлений и преступлений международного характера, если оно соответствует определенным признакам (элементам состава) данного преступления, подлежит самостоятельной квалификации. Применительно к террористическим акциям на море и всем связанным с ними деяниям это означает, что любые преступные действия (бездействия) соответствуют признакам насильственных актов против безопасности мореплавания. Составом таких деяний охватываются преступные действия (бездействия), предусмотренные в ст. 3 Римской конвенции 1988 г. и ст. 2 Протокола к ней. следует отметить, что все указанные в данных статьях преступные акты объединяет то, что объектом посягательства является определенное судно или стационарная платформа, находящаяся в море. Нельзя считать объектом нападения безопасность морского судоходства и всего международного морского правопорядка. Вопрос о безопасности морского судоходства может возникнуть в следствии нападения на конкретное судно, находящееся в море. Вместе с тем нам плохо представляется опасность для мореплавания при нападении на стационарную платформу, находящуюся в море, поскольку она не движется.

Согласно ст. 1 Конвенции «для целей настоящей Конвенции «судно» означает любое судно, не закрепленное постоянно на морском дне, включая суда с динамическим принципом поддержания, подводные аппараты или другие плавучие средства».

Как представляется из положения ст. 1, непосредственным объектом нападения по Конвенции является любое судно, находящееся в море. Однако существуют ограничения в отношении военных кораблей и полицейских судов. Из сферы действия Конвенции, кроме военных кораблей и полицейских судов, исключены суда, принадлежащие государству или эксплуатируемые им, когда они используются в качестве военно-вспомогательных, либо для таможенных или полицейских целей, а также суда, выведенные из эксплуатации или поставленные на прикол (п. 1 ст. 2 Конвенции).

В п. 2 этой статьи Конвенции, который практически воспроизводит ст. 32 Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., говориться: «Ничто в настоящей конвенции не затрагивает иммунитета военных кораблей и других государственных судов, эксплуатируемых в некоммерческих целях».

Таким образом, под действие Конвенции подпадают только суда (пассажирские, торговые и др.), правовой статус которых отличается от военных кораблей.

Итак, в настоящее время объектом посягательств, предусмотренных Римской конвенцией 1988 г. и Протокола к ней, может являться любое судно: торговое, пассажирское, грузовое – танкер, рыболовное, ядерное, полуподвижные и подвижные установки, воздвигнутые на континентальном шельфе, стационарная платформа – искусственные острова, установки и сооружения, постоянно закрепленные на морском дне для разведки или разработки морских ресурсов и др.

<…>

Атомная бомба является символом власти нашего времени. На террористические группы, избравшие террор в качестве средства достижения своих политических целей, может действовать завораживающе то обстоятельство, что, совершив взрыв атомной бомбы, они смогут козырять своей силой и властью. Обладание атомной бомбой или захват АЭС будто бы обеспечит террористической группе признание ее роли на государственном уровне, даст возможность сесть за один стол переговоров с ядерными державами, коренным образом изменить внутриполитическую ситуацию в стране или в целом ряде стран.

Никакая иная террористическая акция не подействует с такой силой психологического шока и не внесет такой политической дестабильности, как взрыв атомной бомбы. Реальная угроза ставит каждое правительство в безвыходное положение: чтобы не рисковать жизнью своих сограждан, оно (они) будет (будут) вынуждено под давлением террористов вести политическую линию в направлении, которое будет предписано. Возможность держать значительную часть страны (ряд стран) в качестве заложников заметно укрепляет позицию террористической группы во время переговоров с правительством. Атомная бомба является для нее несравненным средством, которое позволяет добиться важных целей.

Никаким другим средством, кроме ядерной акции, невозможно столь легко поставить под вопрос монополию власти государства, сделать правительство столь беспомощным, разрушить веру народа в способность государства защитить его интересы.

Бывший член террористической организации «Движение 2 июня» Бауман говорил: «Тот, кто обладает подобным, может заставить федерального канцлера танцевать на столе перед телекамерой и любого другого государственного деятеля вместе с ним»[7]7
  Oaldey R. International Terrorism: current trends and the US Response. May 1985. Washington, GPO.


[Закрыть]
.

Чем успешнее будут действия сил безопасности в борьбе против террористов, тем вероятнее будет готовность терпящей поражение группы прибегнуть к таким радикальным видам вооружений, которые могут решить исход борьбы в ее пользу.

Как государства готовы при определенных обстоятельствах применить ядерное оружие в целях обороны, так и террористические группы могут прибегнуть в безвыходном положении к ядерным средствам. Этот мотив нашел отражение, например, в замыслах «Красных бригад» в конце 70-х гг., когда они намеревались захватить АЭС в Италии. Этот же мотив просматривался в 1985 г. в планах воинствующих сикхских террористов, когда они ставили цель захвата и разрушения АЭС в Индии[8]8
  См.: Vulnerability of Telecommunications and Energy Resources to Terrorism. P. 127.


[Закрыть]
.

Чем успешнее действия правоохранительных органов против террористов, тем большее опасение, что полностью отчаявшаяся группа увидит единственный для себя выход в проведении акции с использованием ядерного устройства. Неудача прежней стратегии террористической группы, ее поражение, возникновение растерянности и отчаяние могут привести к захвату лидерства в группе радикально настроенным меньшинством, готовым пойти на ядерную акцию.

Ненависть к противнику и жажда мести могут побудить к принятию решения о проведении ядерной террористической акции. Такое положение имело место, когда было совершено нападение на АЭС в г. Кеберг, а также в случае, когда армянская группа решилась на взрыв трех небольших атомных устройств г. Грооштедтен в качестве мести за массовое убийство турками армян[9]9
  Kupperman K. Facing TOITKUTOW s Terrorist Incident Today. Washington, D. C.: Goverment Printing Office. October. 1977. P. 4.


[Закрыть]
. Барьер возможности или невозможности применения террористами ядерного оружия понижен, если покушающиеся и жертвы принадлежат к различным группировкам, как, например, армяне и турки.

Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 | Следующая

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации