Текст книги "Заказное убийство СССР. Подлинная история катастрофы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zakaznoe-ubiystvo-sssr-podlinnaya-istoriya-katastrofy-46404.jpg)
Автор книги: Александр Шевякин
Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Александр Шевякин
Заказное убийство СССР. Подлинная история катастрофы
ВМЕСТО ПРЕАМБУЛЫ
Книга несколько необычна, как необычен и описываемый период (и прежде всего так называемая «перестройка»). Особенность его состоит в том, что это был невиданный пока еще в человеческой истории случай, когда абсолютное большинство событий было тщательно спланировано, смоделировано и проиграно на ЭВМ. Согласитесь, что такое необычно даже для ушедшего XX века с его взрывом компьютерных технологий. Столь необычные подходы требуют соответственно качественно иных методов их исследования. Поэтому основная часть посвящена тому, как такое могло произойти в принципе. Как были разработаны методы системного разрушения СССР, как они апробировались и, наконец, как они применялись. Все, что достоверно известно на сегодняшний день, приведено в этой небольшой по объему книге.
Годы «перестройки» были, пожалуй, самыми переломными для всех тех, кто ранее жил в СССР, а теперь живет на так называемом постсоветском пространстве. Ничтожно мало (и с каждым годом их все меньше и меньше) тех людей, кто помнит Великую Отечественную войну. Мало и тех, кто помнит триумф советских покорителей космоса в начале 1960-х гг., он стерся за давностью лет. «Перестройку» помнят все.
Старт «перестройки» в 1985 г. запомнился большинству советских граждан приходом нового молодого лидера и установлением порядков, близких к «сухому закону». Затем «процесс пошел» в атмосфере какой-то одуряющей эйфории, и хотя время от времени и происходили события настораживающе-отрезвляющего свойства, но до самого последнего дня мало кто мог ожидать, что развязкой будет крушение Союза. И только зимой 1991/92 года наступил настоящий шок. Между ожиданиями и действительностью пролегла чудовищная пропасть, в которую рухнула вся страна. Это помнит подавляющее число живущих сегодня на постсоветском пространстве. И до сих пор у этих людей воспоминания о Союзе вызывают ностальгирующие чувства. До сих пор большинство из них не может простить разрушителям страны их предательство.
В какой-то степени можно утешать себя тем, что в чем-то этот конец был запрограммирован. Внутренние процессы управления страной и несправедливого распределения народного благосостояния на протяжении всей истории СССР во многом вели к этому. Хотя в стране и была заявлена великая цель – построение коммунистического общества, она же с самого начала вызвала и не виданные еще в истории внутренние и внешние противоречия. Сразу же после революции ожесточеннейшая гражданская война, потом борьба внутри самой партии за выбор пути построения социализма, коллективизация, индустриализация в условиях вредительства, процессы над троцкистами, Великая Отечественная война, а сразу по ее окончании – «холодная война»… Советский Союз пал тогда, когда все внутренние и внешние противоречия сложились в единое целое и набрали критическую массу. И именно этот исторический момент мы намерены подвергнуть анализу в той степени, в какой это возможно при нынешнем уровне информированности.
Глава I
ИСТОКИ «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ». GAME.EXE
Периоду зарождения «холодной войны» между СССР и США уже посвящено несколько исследований, и мы видим свою задачу лишь в том, чтобы выделить и осветить один из самых малоисследованных аспектов: нарастающий профессионализм в этом процессе американской стороны.
Историки обычно отмечают в качестве начала этого нового для тогдашнего мира явления известную речь У. Черчилля в Фултоне. Тем более что именно против нее было направлено острие советской пропаганды. Для нас же основным объектом исследования будут являться не те факты, что мгновенно становились известны, а то, что говорилось в узком кругу, те документы, которые когда-то были известны только доверенным лицам, т. е. подводная часть громадного идеологического «айсберга». К такого рода материалам относятся и тезисы выступления А. Даллеса на заседании Совета по международным отношениям (СМО) в присутствии Г. Трумэна, Г. Моргенау, Б. Баруха: «Окончится война, кое-как все утрясется, устроится. И мы бросим все, что имеем, – все золото, всю материальную помощь на оболванивание и одурачивание людей.
Человеческий мозг, сознание людей способны к изменению. Посеяв там хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности верить. Как? Мы найдем своих единомышленников, своих союзников в самой России.
Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного народа, окончательного, необратимого угасания его самосознания. Из литературы и искусства мы, например, постепенно вытравим их социальную сущность, отучим художников, отобьем у них охоту заниматься изображением, исследованием, что ли, тех процессов, которые происходят в глубинах народных масс. Литература, театры, кино – все будет изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства. Мы будем всячески поддерживать и подымать так называемых художников, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства, – словом, всякой безнравственности. В управлении государством мы создадим хаос и неразбериху…
Мы будем незаметно, но активно и постоянно способствовать самодурству чиновников, взяточников, беспринципности. Бюрократизм и волокита будут возводиться в добродетель. Честность и порядочность будут осмеиваться и никому не станут нужны, превратятся в пережиток прошлого. Хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркомания, животный страх друг перед другом и беззастенчивость, предательство, национализм и вражду народов, прежде всего вражду и ненависть к русскому народу, – все это мы будем ловко и незаметно культивировать, все это расцветет махровым цветом… И лишь немногие, очень немногие будут догадываться или даже понимать, что происходит. Но таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратим в посмешище, найдем способ их оболгать и объявить отбросами общества. Будем выбрасывать духовные корни большевизма, опошлять и уничтожать основы духовной нравственности. Мы будем расшатывать таким образом поколение за поколением, вытравлять этот ленинский фанатизм. Будем браться за людей с детских, юношеских лет, главную ставку будем делать на молодежь, станем разлагать, развращать, растлевать ее. Мы сделаем из них циников, пошляков, космополитов. Вот так мы и сделаем». (Тезисы доклада А. Даллеса на закрытом заседании СМО. Цит. по: [41. С. 167–168; 19. С. 26–27; 51. С. 117–118]).
И.В. Сталину было доложено об этом выступлении в кратчайшие сроки. Начальник Секретариата Л.П. Берии Б.А. Людвигов впоследствии вспоминал, что эти слова вызвали у И.В. Сталина резко отрицательную реакцию [52. С. 6, прим.].
Обратим внимание читателей на некоторые хорошо известные факты: высшему советскому руководителю в кратчайшие сроки стала известна достоверная информация о сепаратных переговорах в Берне между А. Даллесом и генералом СС К. фон Вольфом в том числе, затем текст выступления первого из них в СМО; а также было своевременно (до самого события) доложено об испытании первой атомной бомбы [1.01. С. 260]. Из этого можно сделать довольно смелое предположение о том, что внутри американской верхушки находился(ись) информатор(ы) И.В. Сталина. К настоящему времени есть свидетельства, пусть и не самого надежного характера, о том, что в числе агентуры могли быть жена Президента Элеонора и/или личный секретарь Рузвельта Л. Карри [1.02. С. 465–467, 526]. Ф.Д. Рузвельт не был наивным дилетантом в политике и не мог не исключать указанного нами подобного варианта, при этом его, опять же, ставили в явно неудобное положение – он должен был почувствовать обычный дискомфорт из-за присутствия где-то рядом чужого, который еще и содействовал поддержке его курса. И. Сталин, тонко понимая всю двусмысленность этой ситуации, в одной из последних телеграмм Ф.Д. Рузвельту пишет об этих вполне понятных коллизиях: «Что касается моих информаторов, то уверяю Вас, это очень честные и скромные люди, которые выполняют свои обязанности аккуратно и не имеют намерения оскорбить кого-либо. Эти люди многократно проверены нами в деле» [1.03. С. 223].
Однако сколь высокого положения ни был бы такой человек, он мало мог повлиять на курс всего руководства в целом. И после смерти Ф.Д. Рузвельта, случившейся для СССР столь некстати, США начали против СССР и его союзников «холодную войну». И хотя выиграть ее оказалось совсем не простым делом, все же наиважнейшим для последующего успеха США в «холодной войне» стало то, что уже самые первые шаги были сделаны в правильном направлении.
Объективно на послевоенном укреплении Америки в международной политике сказались прежде всего достоинства самой американской политической системы. Оппозиционная партия не вовлекалась в процесс принятия решений, хотя все в Вашингтоне делается с оглядкой на оппозицию, она только критикует действия правящей партии, в то же время набираясь опыта на ее ошибках. При смене «караула» правившая партия уходит не просто в отставку, а в крупные корпорации, университеты, где делится практическими навыками со студентами (непрерывно готовя, таким образом, достойную смену) и профессурой, которая черпает информацию, что называется, «из первых уст» (советские ученые, для сравнения, были лишены такого удобства – к такого рода деятельности допускались только немногие избранные). Благодаря такой гибкой и продуманной кадровой политике в Штатах появилась могучая прослойка интеллектуалов, которая и стала авангардом в «холодной войне» с СССР. И последующие успехи самих США в «холодной войне» (особенно в ее финале), как мы это увидим дальше, стали возможными только благодаря достаточно положительному отклику правительства на запросы американской официальной науки, получившей в политическом истеблишменте значительное влияние.
Главной заслугой симбиоза политиков и ученых явилось то, что Америке в частности и западному миру вообще удалось выстроить систему, атакующую СССР по всем направлениям. Напомним, что наибольшее число шансов в противоборстве двух систем-антагонистов имеет та система, которая на данный период времени обладает свойствами более высокого уровня, чем те, которыми располагает противник. Эти свойства накапливаются за счет силы импульса, направленного на преодоление разрушения подсистемы защиты противника. И в этой связи не столь важно, кто агрессор, а кто жертва первого нападения, – важно, кто предпринял больше усилий для подрыва подсистемы защиты и безопасности противника (как извне, так и в особенности изнутри).
В этом контексте все разнообразие атакующих свойств одной системы против другой описать весьма затруднительно – это тема необъятная. Отметим только некоторые из них. За атакующей стороной остается выбор места и времени действия, именно она назначает событие, она навязывает свою волю и правила игры. Атакующая сторона приобретает значительную фору во времени, а обороняющаяся сторона всегда запаздывает, пока принимает решение, как среагировать. Атакующая сторона быстрее изыскивает самоорганизующуюся поддержку в системе противника («пятую колонну»). Идеальным считается положение дел, когда каждое звено атакующей системы выбирает зеркальное звено у своего противника и разрабатывает план его уничтожения или по крайней мере низведения его до уровня, когда оно уже не может угрожать. Так, к числу несомненных послевоенных успехов США следует отнести формирование специальных структур, нацеленных на участие в «холодной войне», у каждой из которых имелся свой отдельный план по работе с СССР.
В отличие от тех же шахмат, где на каждый ход дается возможность сделать контрход, в политике такой возможности никто не предоставляет. И, начав наступательную партию однажды, ее можно безответно играть сколь угодно долго. США, определив стратегические цели еще в середине 1940-х гг., имеют настолько сильный импульс, что он действует до сих пор, подкрепляемый победами над СССР и его восточноевропейскими союзниками – Югославией, Ираком и т. д.
Исходя из самой природы такого явления, нападающая сторона всегда активна, обороняющаяся – пассивна. И если последняя может зачастую гадать, откуда и когда будет нанесен удар, то атакующая планирует нападение, она не просто знает о будущем больше, чем противник, она это будущее назначает.
Весьма важно, что каждый свободен в своих действиях, исходя из степени своей информированности. Само состояние обороняющегося уменьшает возможность реалистично воспринимать и осознавать происходящие процессы. Кроме того, что та или иная система побеждает, она еще и неизбежно уходит значительно вперед в своем развитии, и проигрывающей системе приходится ко всему прочему не только взять реванш, но и, что не менее важно, обогнать победителя. За счет чего это достигается? Она тщательно (по мере своих интеллектуальных возможностей) изучает успех противника и старается воспроизвести его в своей системе. На примере США видно, что они переняли опыт СССР по тотальной зачистке своего тыла: работа Комиссии по антиамериканской деятельности сенатора Дж. Р. Маккарти – это точная копия стиля работы Особых Совещаний НКВД. Другой пример. Штаты совместно с рядом международных организаций, исходя из положительного опыта деятельности Коминтерна, постарались распространить американское присутствие на весь мир (или же, говоря терминами политологии, расширили свое политическое пространство до максимальных размеров). Разумеется, это не какой-то одномоментный выбор правильного пути, а длительная стратегическая работа, которая, очевидно, не окончена до сих пор.
Философы говорят по этому поводу так: «Новое всегда побеждает старое»; аналитики уточняют: «Атакующая сторона всегда и во всем имеет превосходство над обороняющейся!»
Глава II
СОВЕТСКАЯ СИСТЕМА. 1953 – 1985
ОТ СМЕРТИ СТАЛИНА ДО ПРИХОДА ГОРБАЧЕВА
М.С. Горбачев на ХХVII съезде КПСС назвал период управления страной Л.И. Брежневым «застоем». В системно-кибернетическом подходе принято считать, что система любой природы в своем развитии переживает 4 периода: генезис, подъем, стагнация, смерть. То есть по достижении некоторой вершины неминуемо происходит процесс схождения системы с достигнутого высокого уровня вниз, и далее наступает период стагнации. Это – предкризис, это – упущенные возможности, деградация и вырождение, это – «зияющие высоты», наконец. Это необходимая теоретическая предпосылка к пониманию того, что было со страной в период 1953–1985 гг. – между гибелью И.В. Сталина и приходом к власти М.С. Горбачева. Хронологически в него вошел период с марта 1953 г. по октябрь 1964 г. – т. н. «оттепель» (или второе название, которое встречается иногда в литературе, – слякоть), собственно этап брежневского царствования и период с ноября 1982 г. по март 1985 г., который кто-то метко назвал «гонкой на катафалках». Полагаю, что можно указать на некое единство всего этого периода. Ряд коммунистов-ортодоксов утверждают с цифрами в руках, что этот период не был застоем как таковым, т. к. согласно общепринятому определению: «Застой… – 2. Остановка, задержка, неблагоприятная для развития, движения чего-нибудь. 3. Время замедленного развития экономики, пассивного, вялого состояния общественной жизни, мысли» [2.01. С. 225]. Мы ничего не имеем против таких уточнений, действительно, указываемый период характеризуется количественным ростом, однако при существенном отставании качественных показателей.
Исходя из сегодняшних представлений о состоянии советской системы вторая половина 70-летнего коммунистического правления представляется как возвратный путь. При сохранении внешнего лоска, при непрерывном росте экономики, при сохранении движения по импульсу, заданному И.В. Сталиным, на самом деле страна давно повернула назад: «Очевидно, что вся история СССР четко распадается на две части: сталинский и послесталинский периоды. Причем эти две части истории – почти равные по времени, но разнонаправленные. 35 лет движения по социалистическому пути и 35 лет движения вспять к полному капиталистическому финалу. 35 лет власти сталинской ВКП(б) и 35 лет власти КПСС. Сколько шло созидание – столько и разрушение» [2.02. С. 157]. Это очень верная оценка. С позиции сегодняшнего дня мы также можем легко различить, что история второй половины ХХ века в нашей стране содержит два прочно связанных между собой процесса: это – эволюционный этап (1953–1985) и революционный этап (1985–1991) в разгроме СССР. Воззрения коммунистов, правда, описывают все семьдесят лет как серию победных маршей, но таковы казусы их сегодняшней пропаганды. Совсем наоборот, мы за эти семьдесят лет прошли весьма сложный, противоречивый и до конца еще не определенный путь, еще не все победы проявили себя в многообразии причинно-следственных связей, и неизвестны все те подводные камни, что были пройдены СССР незамеченными.
Следует отметить, что тенденции к развалу СССР были и «при Сталине» – да-да, они и тогда закладывались, но тщательно маскировались. Конечно, преждевременно считать, будто в балансе центробежных и центростремительных сил сразу же после смерти И.В. Сталина перевес получили первые. Нет, система, заложенная И.В. Сталиным, имела несколько поясов стабильности, и каждый из них приходилось проходить шаг за шагом – иначе и не могло получиться в силу соблюдения законов сохранения системы. Лишь только к настоящему времени, на рубеже веков, страна подведена к последней черте. Такова была сила сталинской системы…
Время, «когда генсек губит СССР», свой отсчет начало не в 1985 г., а гораздо раньше. Тенденции к развалу системы в лучшем случае обозначались, но ничего, по сути, не делалось для их исправления. Разложение (спаивание, разводы, аборты, преступность, «несуны», дедовщина и проч.) низов и обуржуазивание (турпоездки, невозвращенцы, «вещизм») верхов. Идеализм на одном конце социальной шкалы и неприкрытый цинизм на другом. Социальное расслоение и формирование будущих классов, криминализация и коррупция. Ряд перекосов в национальной политике. Нелегитимность и пагубность при выборах первых лиц от Кремля до колхоза. Зримый всеми тотальный дефицит товаров и услуг. Все это камнем лежало на каждом. Тем более что в каждой статье, в каждом публичном выступлении, в каждом телесюжете звучало: «Жить стало лучше…» Честно сказать, жить стало невмоготу. Ситуацию намеренно выводили из поля здравого смысла и превращали в абсурд. Требовалось ее разрешение…
ХРУЩЕВ: ЗАПУСК МЕХАНИЗМА РАЗРУШЕНИЯ
Наиболее меткая, как представляется, обобщенная характеристика деятельности Н.С. Хрущева была дана человеком, который непосредственно соприкасался с ним по работе. Д.Ф. Устинов уже на последнем году жизни, когда зашла речь о Хрущеве на Политбюро, сказал так: «Ни один враг не принес столько бед, сколько принес нам Хрущев своей политикой в отношении прошлого нашей партии и государства, а также в отношении Сталина» [2.03. С. 18].
Естественно, что наипервейшей задачей Н.С. Хрущева было совершить перехват власти и удержать ее. И все события 1953–1956 гг. стоит рассматривать именно через эту призму. В этом ряду арест Л.П. Берия и высшего руководства органов МВД, борьба с группой сталинцев – и здесь надо отдать должное его последовательности, уже тогда он дал старт к последующему разрушению незаслуженно унаследованной им страны. В наиважнейшей сфере защиты страны – геополитической начался ряд перемен – были уничтожены советские базы в Финляндии (остров Порккала-Удд), в Порт-Артуре, выведены войска из Румынии. Кроме «отступления» с завоеванных геостратегических позиций, Армия и Флот подверглись и другой «атаке сверху» – безоглядному разоружению. «С начала 1960-х гг., по настоянию Хрущева, были отправлены в распилку и переплавку мощные боевые корабли Военно-Морского Флота, подлежали недопустимому сокращению или полному уничтожению тяжелые самолеты. А с ними и вообще целый ряд вооружений с заменой их на ракеты стратегического назначения. Это распространилось даже на создание новых видов стрелкового оружия. Оказались закрытыми ценнейшие оборонные НИИ. Замечательные специалисты разбрелись кто куда. Это было в чистом виде разоружение перед лицом Америки, старавшейся мощью оружия подавить нашу самостоятельность» [11. С. 28]. За пятилетку 1955–1960 гг. произошло сокращение численности Вооруженных Сил на 3 980 000 человек. Обращаем внимание на то, что Н.С. Хрущев прикрыл эту сторону своего предательства под видом разоружения. Его опытом впоследствии воспользовались М.С. Горбачев, Б.Н. Ельцин… Список можно продолжить.
Главное злодеяние Н.С. Хрущева в сфере идеологии – доклад после ХХ съезда КПСС. С позиции других, последующих событий в истории КПСС на первое место здесь стоит поставить идейное и психологическое воздействие на партию и народ. Стоит обратить внимание на то обстоятельство, что ни одна, даже самая захудалая, партячейка КПСС не выступила против доклада Н.С. Хрущева. Отсутствие достойных контрходов на развернутую психологическую войну против памяти И.В. Сталина внутри партии вело к дальнейшей эскалации: принятию пресловутого Постановления ЦК КПСС «О преодолении культа личности и его последствий» от 30 июня 1956 г. Н.С. Хрущев всегда своими действиями подыгрывал внешнему противнику. ЦРУ смогло добыть текст доклада и опубликовать его именно в июне 1956 г. с комментарием: «Русские сами признаются в своих жестокостях», и тут же в подтверждение этого как раз появляется постановление… Не было ли это первой согласованной акцией с западными спецслужбами? В СССР, зажатом догмами, не было системы четких индикаторов, где проявлялись бы эффекты от такой деятельности, но внешняя среда среагировала сразу: тираж газеты французских коммунистов резко упал с 3 миллионов до 800 тысяч. Отвернулся Китай.
Н.С. Хрущеву нельзя было доверять ничего: «В 1950-е гг. ЦРУ (очевидно, все же ФБР США. – А.Ш.) тщетно искало источник утечки информации из руководящих кругов США. На эту мысль ЦРУ навели разглагольствования Хрущева и других внешнеполитических деятелей, которые часто засвечивали в своих выступлениях содержание различных документов, в частности полученных от Филби. Хрущев тогда имел привычку заявлять: «Американский Президент еще только думает, а у меня на столе уже лежит информация об этом» [18. С. 22]. Видимо, одним из мотивов участия руководства КГБ СССР в операции по свержению Н.С. Хрущева было и желание положить конец утечкам информации. Бывший Председатель КГБ В.Е. Семичастный сообщает о большом желании Н.С. Хрущева разделить местные органы КГБ пополам (наподобие обкомов – на промышленные и сельскохозяйственные!) и «разлампасить, распогонить» весь КГБ [2.04. С. 277], что неминуемо привело бы к снижению дисциплины.
Бесконечные реформы сопровождали все годы правления Н.С. Хрущева. Так, например, в стране было учреждено 105 совнархозов. То есть в дополнение к и без того неважному положению дел в сфере национальной, о чем скажем ниже, страна была подготовлена к расколу еще и по принципу экономического районирования.
Н.С. Хрущев в конечном итоге выполнил глубоко перспективную задачу, связанную уже не с «оттепелью», а с «перестройкой». Он провел эксперимент: насколько долго можно заниматься скрытым подрывом и разрушением страны и при этом не вызывать подозрений? Получилась цифра: примерно лет десять – последователю предстояло уложиться в этот срок. Еще одно замечание на эту тему. Если сравнивать разрушительную работу Н.С. Хрущева с «перестроечной» вакханалией, то следует заметить, что Хрущев все эти годы действовал в Политбюро ЦК КПСС в одиночку. Да, рядом с ним были лица, которые оставались верны ему до конца и слушались его во всем (А.И. Микоян и А.И. Аджубей), через них-то он и осуществлял контакты с внешним миром помимо МИДа. Н.С. Хрущев по возможности снял всех сталинских ставленников. И все-таки как активный разрушитель советской системы в масштабе страны Хрущев оставался в одиночестве. Такова была сила сталинских чисток. Его опыт был учтен, и у М.С. Горбачева в Политбюро появились четыре общепризнанных соратника, равных ему по масштабам и замыслам: Э.А. Шеварднадзе, А.Н. Яковлев, Б.Н.Ельцин и В.А. Крючков. С исторической точки зрения еще не известно, кому больше – М.С. Горбачеву или же Н.С. Хрущеву – стоит отдать главный приз в деле сокрушения «Красного Континента». Н.С. Хрущев совершил невозможное: заложил основы разгрома СССР, сумел повернуть движение вспять, при нем и после него страна могла еще развиваться, но глубоко внутри уже были заложены основы разрушения, что было с удовлетворением отмечено и на Западе. В конце ноября 1964 г. в парламенте Англии на праздновании 90-летия У. Черчилля за него был предложен тост как за самого ярого врага России. Ответ Черчилля прозвучал так: «К сожалению, сейчас имеется человек, который нанес вреда Стране Советов в 1000 раз больше, чем я. Это Никита Хрущев, так похлопаем ему!»
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?