Текст книги "Танец Вселенных"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tanec-vselennyh-44435.jpg)
Автор книги: Александр Шохов
Жанр: Ужасы и Мистика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Эхад. Военный совет
К нам двигались жидкие воины, – фигуры, похожие на человеческие, только состоящие из полупрозрачной воды, – и жители облаков – сгустки живого ветра. Мы быстро сблизились, и я, выйдя вперед, поднял вверх правую руку в знак того, что не хочу сражаться с ними.
Командиры этих двух отрядов направились ко мне.
– Твое имя Эхад? – спросил жидкий воин.
– Верно. Рад, что меня еще узнают в этой Зоне, – сказал я.
– Мое имя Твердый Поток. А это Сей, житель облаков.
– Очень приятно, – прошуршал-проговорил Сей.
– Я пришел спасти нашу Вселенную от вторжения со стороны. А зачем вы здесь? И кому подчиняются все эти отряды?
– Мы здесь по приказу Крита, – объяснил Твердый Поток. – Но самого Крита нет. Он отдал приказ охранять замок перед своим отъездом.
– Значит, Иника не командует Вами? – уточнил я.
– Нет, мы охраняем ее. И нам приказано не выпускать ее из дворца.
– А кто еще во дворце?
– Ее отец, Алкизир, – сказал Твердый Поток.
– Он прибыл, убив нескольких воинов, охраняющих замок, – произнес Сей, на этот раз звучным, красивым голосом.
Должно быть, Сей мог порождать любые звуковые колебания, раз уж воздух был стихией его тела.
– Кто-нибудь из моих братьев тоже здесь?
– Баргим здесь. Пока что он взял на себя оборону замка.
Вот так! Мой братец Крит отдал невероятно мудрое распоряжение, благодаря которому, чтобы победить основного врага, я должен буду преодолеть сопротивление своих союзников, возглавляемых шпионом, работающим на врагов. Стратегические таланты Крита всегда оставляли желать лучшего, но допустить такую ошибку – это свидетельство либо глупости либо наложенных на его сознание чар. Как он мог уехать, не передав кому-то власть управлять войсками!?
– Похоже, нам есть о чем поговорить, – сказал я. – Можете ли Вы собрать командиров всех отрядов, чтобы я сообщил им важную информацию?
– Очень рад, что ты появился, Эхад! – сказал Твердый Поток. – Теперь войска обретут веру в победу.
Я улыбнулся как можно безмятежнее, хотя в моем сознании бушевала буря. Иника – враг этой Вселенной – и ее отец находились в пределах досягаемости моего оружия. Они, вероятно, были беспомощны, поскольку магия меняющегося мира, которую обычно использовала Иника, больше не действовала, а мое мастерство заклинателя намного превосходило ее собственное! И я не могу уничтожить их сейчас, потому что вынужден вести долгие переговоры и заниматься дипломатией, чтобы переманить войска на свою сторону!
Я опасался, что Иника найдет способ уйти в глубинные миры, и найти ее там будет более сложным делом. Ведь Элексигаль сумел уйти из дворца Крита в глубины…
Либо ее отец, Алкизир, использует какие-то свои возможности, о которых я не имел никакого представления. Почему же Иника до сих пор здесь? Трудно поверить, что она поймана в такую простую ловушку как армия Крита под окнами. Скорее всего, она и ее отец чего-то ожидают. Чего-то, что нам, жителям этой Вселенной, очень сильно не понравится. И еще этот Баргим, который, конечно, уже воспользовался ситуацией, и возглавил оборону! Я даже знаю, с какой целью он ее возглавил!! Чтобы не дать мне и другим братьям-сойкеро уничтожить тех, кто должен быть уничтожен!!!
Мы двинулись в центр расположения войск, сопровождаемые многочисленными взглядами и приветственными криками. Командиры уже собрались на военный совет. Сей каким-то образом, послал сообщение всем отрядам. Я плохо знаю новые расы этой Вселенной и их особенности, поэтому не могу сказать, как он сделал это.
Командиры собрались на небольшой лужайке в центре рощи, черные ведьмы снов по знаку Морталии окружили ее со всех сторон и замерли, словно тени, а я вместе с Морталией, Анфисой и Моргульским направился к центру лужайки.
Передо мной было три десятка командиров, многих из которых я знал по общему боевому опыту.
– Друзья! – сказал я. – Прежде чем я скажу то, что должен сказать, я хочу узнать, надежно ли перекрыты входы в глубинные миры из дворца Крита?
– Совершенно надежно, господин Эхад! Ведь в глубинные миры сейчас никто не может попасть. – сказал Твердый Поток. – И, тем не менее, несколько моих воинов охраняют возможные входы и не пропустят никого, даже саму госпожу Инику.
– Я только что провел наш отряд по глубинным мирам. Так что проникнуть туда вполне возможно. Я прошу направить подкрепления ко входам в глубины. Тогда у нас будет еще немного времени. И пусть они не выпускают из замка в глубинные миры Инику и Алкизира! Командиры! Вселенная в опасности. Из других Вселенных к нам вторгаются чуждые существа. Мать ветров спит. Крит и Ахурамазда исчезли. И я хочу рассказать Вам о причине всех этих несчастий. Причина – Иника.
Командиры переглянулись и зашумели.
– Я объясню все с самого начала. Отец Иники Алкизир с невероятно далеких времен оказался в плену в соседней Вселенной. С тех пор Иника хотела освободить его. Она полностью контролировала сознание Крита, когда он создавал пазиру, а потом пазира изменила нашу Вселенную, открыв путь для внешнего вторжения. Наша Вселенная перестала быть меняющейся. Таково было условие тех, кто держал в плену Алкизира. И вот теперь Алкизир оказался на свободе. Он вместе со своей дочерью находится в этом дворце! Где находится Крит, никому неизвестно! И я пришел сюда, чтобы забрать жизнь Иники и Алкизира, потому что они открыли дверь в нашу Вселенную незваным гостям. А потом я вычищу эту Вселенную от врагов, разыщу Ахурамазду и найду способ разбудить Мать Ветров. Таков мой план. Если бы не ваши войска на моем пути, я бы уже осуществил первые действия. И разговаривая с вами сейчас, я теряю время, которое враги могут использовать. Если вы решите меня поддержать, мы можем очень быстро устранить опасность, нависшую над всеми нами!
Я сел, давая понять, что сказал все. Командиры зашумели, обсуждая друг с другом ситуацию. Но к чему они могли прийти? Неопределенность их положения играла мне на руку. Ведь другого командира, кроме меня, у них не было… Но, похоже, что в этом я как раз ошибался: в центр лужайки с гордо поднятой головой двигался Баргим.
– Добро пожаловать, брат! – сказал он. – Нам понадобится твоя помощь.
– Помощь в чем? – спросил я.
– В защите Иники и ее отца Алкизира от неведомых врагов.
– Значит, от неведомых? – спросил я, вкладывая в свой вопрос все ехидство, на которое был способен.
– Кажется, я что-то пропустил, – сказал Баргим. – Ты начал собрание без меня?
– Точно. Но все, что я сообщил командирам, ты прекрасно знаешь и сам. Правда, ты, наверное, не углублялся в детали и не говорил им, как обстоят дела на самом деле.
– О чем ты, Эхад?
– Не делай вид, что ничего не знаешь, Баргим. Я видел, что именно ты нашел несколько лет назад сознание Иники, и я знаю, что ты не сообщил об этом Ахурамазде, и не отдал ему ее сознание. Сейчас, видя тебя рядом с ней, я могу предположить только одно: ты работаешь на тех, кого она впустила в эту Вселенную. Или мне предположить, что она и тебя тоже околдовала своими женскими чарами?
Баргим не бросился на меня только потому, что понимал бессмысленность поединка между двумя сойкеро. Я почувствовал его ярость, как брат чувствует состояние брата, но внешне он продолжал быть безупречно спокойным и доброжелательным.
– Ты обвиняешь меня в том, чего не можешь доказать, – сказал он.
– Я только что рассказал командирам, что происходит с нашей Вселенной, – сказал я. – Предлагаю тебе, Баргим, изложить теперь твою версию событий. Посмотрим, кому они поверят больше…
– Ну если ты настаиваешь, брат… Из ветвей Матери Ветров исчезла пазира. Из-за этого наша Вселенная утратила вероятностный характер. Иника лишилась своих магических способностей и вызвала к себе на помощь своего отца Алкизира. Крит уехал по следу похитителя пазиры, чтобы вернуть ее и снова закрепить в ветвях Матери. Мы должны охранять Инику и Алкизира до его возвращения. В общем-то, это все.
Поистине, коварство Баргима было совершенным.
– Баргим, я хочу поговорить с Иникой и Алкизиром. Если дела обстоят так, как ты сообщил, то нам будет полезен совет Алкизира, да и сама Иника, я думаю, с удовольствием примет участие в обсуждении плана действий. То, что ты изложил – это концепция обороны, но ты знаешь, что сила неведомых врагов, как ты их называешь, рано или поздно умножится настолько, что проломит любую нашу защиту, это же очевидно. Только лишь обороняясь, мы развязываем руки нашим врагам. Я говорю это не просто так. Мы только что столкнулись с одним из вражеских отрядов. Эти существа настолько чужды нашей Вселенной, что их кровь отравляет наше дыхание.
Я прикоснулся к узору на костюме, и в воздухе перед собравшимися появилась объемная движущаяся картина сражения с червивыми головами. Командиры встретили эту демонстрацию восклицаниями, некоторые поглядывали на меня с удивлением, видя, как я танцую на поле боя свой танец смерти.
– Алкизир и Иника сейчас заняты магическим выслеживанием похитителя Пазиры, – сказал Баргим. – Они не могут оставить свои занятия, поэтому поручили мне заниматься обороной.
– Похититель пазиры здесь ни при чем, – сказал я. – Наша Вселенная имеет вероятностную природу не потому, что в ветвях Матери Ветров закреплена пазира, созданная Критом по наущению Иники. Это глупость, Баргим. И ты это знаешь. Гости из других Вселенных начали проникать к нам задолго до того, как уснула Мать Ветров. Ты по какой-то причине не хочешь, чтобы я или командиры отрядов говорили с Иникой и Алкизиром. Хорошо. Я приглашу их сам. Потому что я не собираюсь вести с ними речь об обороне. Мне интереснее наносить удары по врагам, а не ожидать, когда они нанесут удар сами.
Я двинулся к замку. Морталия, Моргульский и Анфиса последовали за мной. Черные ведьмы снов двинулись за нами. Командиры не смели нас остановить. Баргим почувствовал, что теряет контроль над ситуацией.
– Брат! – крикнул он.
– Тебе не остановить меня, – ответил я. – Мне нужно во всем разобраться. И не советую вставать у меня на дороге!
Он не послушался. Сражаться с ним совершенно не входило в мои планы: каждый сойкеро равен другому по силе. Это значило, что наш поединок просто вывел бы нас обоих из строя, мы получили бы множество ран, но, скорее всего, никто из нас не был бы побежден полностью. Хотя практически такого никогда не случалось, теоретически сойкеро может погибнуть только от руки другого сойкеро. Баргим, бросаясь на меня с оружием, добровольно приносил себя в жертву, рискуя получить многочисленные и серьезные раны, чтобы задержать или остановить меня. Интересно, что же ему пообещали завоеватели из других Вселенных, ради чего он предал свою семью?
Я был готов к его атаке. Паутина боевых заклинаний опутала его тело, он замер в воздухе, в своем собственном времени, не осознавая, что остановился. Он грезил, что уже сражается со мной. Но для всех вокруг он был просто висящей в воздухе статуей с искаженным яростью лицом. Этот бой будет для тебя долгим, мой братец Баргим…
Демонстрация сражения с червивыми головами и повисший в воздухе Баргим произвели на командиров нужное мне впечатление. Они шумною толпой двинулись за мной, и по дороге отдавали приказы своим отрядам приготовиться к бою. Я спешил, понимая, что Баргим не случайно опоздал на военный совет: он докладывал Инике и Алкизиру о моем прибытии, и они разрабатывали план. Потом он пытался тянуть время, а значит, шанс у меня еще есть.
– Я отправлюсь вперед, – сказал я Морталии и Анфисе. – Заходите во дворец с войсками!
И с помощью оранжевой ящерицы на рукаве моего костюма переместился во Дворец. Я оказался в одной из комнат второго этажа. Голос Иники из соседней комнаты показался мне пронзительным. Я подкрался к двери и осторожно заглянул внутрь.
В тот же миг я почувствовал, что сзади меня кто-то находится. Но не успел обернуться: сильный удар по голове лишил меня сознания.
Эхад. Дворец захвачен
Очнулся я от того, что кто-то попытался снять с моих пальцев боевые перстни. Я схватил руку и попытался выкрутить пальцы злоумышленника. Браслеты, которые все еще были на моих запястьях, делали меня очень сильным. Это был Алкизир. Он вскрикнул – я сломал ему пальцы.
Следующим движением я уже прижал к его горлу кинжал, оказавшийся в моей руке благодаря перстню на безымянном пальце.
– Итак, Алкизир, поговорим о твоих планах на ближайшее время, – сказал я. – Где мне найти Ахурамазду?
– Это ты будешь отвечать на мои вопросы, – прохрипел Алкизир, стараясь освободиться от моего захвата.
– Отпусти его, Эхад! – это крикнула Иника. – Я все объясню тебе, и мы сможем договориться.
– Сомневаюсь, – произнес я. – Ты сделал ошибку, Алкизир!
И я отрезал ему голову, направив струю крови из шеи прямо на Инику.
Иника закричала. Вначале я решил, что это крик о помощи. Но кто мог откликнуться? Баргим все еще пребывал в полете, а остальные уже были на моей стороне. Потом я понял, что Иника не звала никого на помощь: ее крик был заклинанием, и я тут же поплатился за то, что не сразу понял это. Я хотел поймать сознание Алкизира и заключить его в перстень на левом мизинце, но вдруг понял, что связан заклинанием, выкрикнутым Иникой. Сознание Алкизира описало сложную фигуру перед моими глазами и растворилось! Это было неслыханно! Старый демон владел древним искусством ускользания от руки сойкеро! Невозможно победить сойкеро в бою, но в древности существовала каста воинов, которые, будучи побежденными сойкеро, переносили сознание в заранее приготовленное тело. Когда были изобретены реинкарнаторы, это искусство забылось. Но Алкизир владел им: без помощи реинкарнатора он перенес свое сознание куда-то, где я не мог его настичь. Обездвиженный, я молча наблюдал, как мой враг уходит, чтобы вновь возродиться. Я ощутил своим сознанием структуру заклинания Иники, и подобрал антизаклинание, но было поздно.
– Зачем ты убил его!? – кричала Иника.
– Тебя я тоже убью, если ты не ответишь мне на тот же самый вопрос: где Ахурамазда? И на этот раз меня не остановит твое неумелое заклинание!
– Эхад! Ты совершаешь очень большую ошибку.
– Я делаю то, что считаю нужным. Отвечай!
Войска уже входили во дворец, я слышал их шаги на широкой лестнице, которая на каждом этаже разветвлялась в соединенные друг с другом анфилады покоев. Я навел на Инику заклинание неподвижности, но она вернула его мне с помощью крошечного магического зеркала, висевшего на ее груди на цепочке. Я замер, ругая себя за то, что не обратил внимание на магический артефакт, на ее груди. Теперь я не мог воспользоваться антизаклинанием, нанесенным на мой костюм, просто потому, что не мог пошевелиться, и вынужден был произносить формулу целиком, а это требовало времени.
– Будь ты проклят, Эхад! – воскликнула Иника и скрылась за дверью в соседнее помещение.
Подобрав антизаклинание, я попытался догнать ее, но это оказалось непросто: все-таки Алкизир крепко приложил меня по голове. Мои волосы слиплись от крови, и боль пронизывала тело при каждом движении. Какое-то еще время ушло на то, чтобы сотворить заклятие, восстанавливающее мои силы и заживляющее рану. Воины уже заполнили замок. Некоторые из них подбежали ко мне, спрашивая, не нужна ли мне помощь. Иника выкрикивала заклинания в соседней зале, и я поспешил туда. Когда я вошел, то увидел огромный столб огня, выросший посреди просторного помещения. Иника, с Ахиллом на руках, завершала заклинание, и незримые обычному взгляду нити, которые я видел, прикоснувшись к розе на лацкане пиджака, тянулись к крутящемуся огненному смерчу, выбрасывающему разноцветные искры. Воины, ворвавшиеся в этот зал до меня, были недвижны, и я понял, что они стали жертвой моего заклинания обездвиживания. Видимо, магическое зеркало обладало памятью и могло повторно воспроизвести заклинание, которое было отражено последним.
Мне было ясно, что Иника творит портал, но такая магическая техника была совершенно мне незнакома. Я понимал, что сейчас она перенесется куда-то, и все, что я успевал, – это внести случайное искажение в уже созданные ею чары. Что я и сделал. Иника вошла в столб огня, казалось, не заметив этого. И исчезла. Но я был почти уверен в том, что отправилась она вовсе не туда, куда намеревалась, хотя ее магия и не была мне знакома. Собственно, именно то, что она использовала другой тип словесной магии, чем тот, который был известен в нашей Вселенной, окончательно убедил меня в моей правоте: Иника, теперь это было очевидно, полностью виновна в случившемся. У меня уже не было времени, чтобы снять заклятие обездвиженности с воинов, так и стоящих в зале вокруг огненного столба, внутри которого уже возникли вихревые движения, видимо, свидетельствующие о том, что портал начал работать. Я прыгнул следом за ней.
В тот же миг я пожалел, что сделал это: жуткая боль пронзила все мое тело: так, как будто бы страшная сила перекрутила его во всех возможных направлениях и сжала в очень малый объем. Я чувствовал движение, но это было необычное движение. Мне не с чем было его сравнить. Может быть, внеся изменения в заклинание Иники, я нам обоим устроил смертельную ловушку? Впрочем, скоро я уже не мог вообще ни о чем думать, поскольку боль затмила мой разум. Пытка длилась и длилась. Я смог сотворить несколько обезболивающих и охраняющих заклинаний, из которых два почему-то не сработали. Для меня это означало только одно: мы находимся уже очень далеко от нашей Вселенной. Наконец, когда я уже начал думать, что движение будет вечным, и собирался перекусить, сотворив себе еду, оно внезапно прервалось.
Я оказался на холме, возвышающемся над пустынной равниной, пересеченной то ли реками, то ли вытянутыми озерами, небо над которой имело все мыслимые оттенки фиолетового цвета. Вечерело, но светило в небе еще не скрылось. Мое тело казалось мне немного более тяжелым, чем я привык его ощущать, но такое бывало и раньше в путешествиях в отдаленные области Девятой Зоны. Инику я заметил сразу.
Обнимая Ахилла, она шла прочь, направляясь на Запад, и опережая меня на две сотни шагов. Я активизировал пояс для полетов и понесся над землей, подобно большой птице. Иника встретила меня защитным заклятием, я с легкостью преодолел его, и заключив ее в кокон безумия (это новейшая разработка моей боевой магии), опустился на траву и решил все-таки немного перекусить, пока мой противник тратит силы на сражение с изображениями, появляющимися на внутренней стороне кокона и видимыми только ему. Внутри кокона кипела страшная магическая битва, при этом у Иники (как и у любого, кто оказался бы в этой ловушке) возникало полнейшее ощущение борьбы с реальным противником. Полагаю, что ее магическое зеркало только усиливало эффект кокона безумия, создавая внутренние отражения. Впрочем, ни одно магическое зеркало не может выдержать такой плотности магической энергии, скорее всего, оно обречено на разрушение.
Я сотворил вино, сотворил сочное жареное мясо, хлеб и хорошо поужинал, наблюдая как в сгущающихся сумерках вспыхивает яростными магическими цветами кокон, хаотически перемещающийся по равнине.
Наконец, Иника начала что-то подозревать. Она прекратила свои атаки, и я убрал кокон. Я увидел растрепанную и очень уставшую ведьму с плачущим ребенком на руках, полностью лишенную магической силы, и все еще забрызганную кровью своего отца. Магическое зеркало на ее груди превратилось в бесформенный кусок металла, который даже прожег ее одежду.
Сейчас я мог бы без большого труда уничтожить ее. И я решил не медлить. Подлетев к ней, я направил меч в ее сердце и спросил:
– Где Ахурамазда?
– Если я скажу, ты оставишь в живых Ахилла? – прохрипела она.
– Его судьбу решит Крит. А твою я держу в своих руках! Говори!
– Ахурамазда давно уже в плену у Ахримана, одного из Властелинов Семи Вселенных.
– Как давно?
– Еще до того, как Крит вернулся в Девятую Зону из неизменяющегося мира. Через миг после того, как Крит активировал свою пазиру и уничтожил сестричек фуэко.
Меня эта новость поразила сильнее, чем я мог себе представить. Должно быть, у меня изменилось лицо, потому что она усмехнулась, раздвигая в стороны свои растрепанные волосы. И меч мой почему-то опустился.
– Кем был тот Ахурамазда, который стал перевозчиком на реке?
– Копией, – ответила она, тяжело дыша. – Всего лишь копией. Теперь копия исчезла.
– Не верю. Невозможно скопировать личность!
– А что ты знал о личности своего отца? И подумай сам: его копия ни разу не осуществила ни одного обряда с Матерью Ветров! А Крит не отличил подделку от оригинала, хотя бывал у него, очень часто бывал!
– Но я знаю, что Крит получал от него подробные инструкции.
– Это было все равно, что написать их на камне. Копия была таким говорящим письмом, которое само находит нужную информацию в себе и произносит ее.
– Ладно, – сказал я, решив пока не убивать ее и убирая меч. – Это многое объясняет. Что вы задумали сотворить с нашей Вселенной?
– Я не хотела того, что произошло. Я всего лишь должна была устранить Ахурамазду, а остальных успокоить, чтобы пазира открыла границы Вселенной.
– Всего лишь? – я хотел ударить ее по лицу, но решил, что не стоит обращаться с ней как с пленницей.
– Да. Я не хотела, чтобы природа нашей Вселенной изменилась так сильно.
– Позволь не поверить.
– Я не хотела, чтобы Мать Ветров уснула, чтобы линии вероятности начали танцевать один и тот же танец… Меня саму все это сделало беспомощной! Мне нужно было просто открыть гостевые порталы, чтобы Властелины Семи Вселенных смогли посылать сюда тех, кто умер там, и чтобы некоторые области нашей Вселенной переносили умерших в их Вселенные. Это был договор об обмене сознаниями.
– Договор, о котором посредник не поставил в известность одну из сторон, не так ли?
– Мне не нужны были посредники. Я была соправительницей Вселенной.
– Но ведь Крит ничего не знал о твоих действиях? – спросил я.
– Он ничего не знал. Но он и не хотел знать. От меня ему всегда было нужно нечто другое!
Она рассмеялась.
– Значит, исчезновение Ахурамазды было частью твоего договора? – спросил я.
– Я обменяла его свободу на свободу моего отца. Я не могла поступить иначе! Послушай, Эхад, Ахилл плачет. У меня с собой нет еды. И моя магия осталась в вероятностной Вселенной, которой больше нет. Я не умею творить еду заклинаниями. Я знаю, что ты можешь это сделать! Пожалуйста, не заставляй нас голодать!
– Сначала информация, – улыбнулся я.
– Но я рассказала тебе все!
– Ты перенеслась туда, куда хотела?
– Не совсем.
– Ты знаешь, что я внес изменения в твое заклинание, когда ты творила портал?
– Изменения?… – я с удовольствием увидел, что она напряглась.
– Вот именно. Куда ты хотела перенестись? Адрес за границами нашей Вселенной?
Она помолчала, глядя на меня с ненавистью. Ахилл продолжал плакать, от страха и голода. Должно быть, это действовало на нее как чары правды.
– Да, мы сейчас за границами нашей Вселенной. Я хотела перенестись туда, где мой отец Алкизир имеет запас своих новых тел. Вселенная, где он сейчас находится, называется Город. И именно туда я хотела отправиться.
– Я постараюсь не позволить тебе сделать это.
– Эхад, прошу тебя! – в ее голосе звучали усталость и слезы.
Я сжалился.
– Ты заслужила немного еды и отдыха. А потом я решу, что делать с тобой.
Всех нас учили, что сойкеро не должен испытывать жалость. Но потому, наверное, и учили, что от природы Отец и Мать наделили нас этим качеством, как и многими другими.
Убивать Инику было бы опрометчивым шагом: если она овладела теми же приемами ухода от сойкеро, что и ее отец, то намного надежнее было держать ее тело в плену, чтобы выкачивать из сознания крупицы полезной информации. Но даже и то, что она уже сказала, требовало размышлений. Поэтому я сотворил ей и Ахиллу еду, развел огонь, и принялся обдумывать ситуацию.
Конечно, ее коварство и ее предательство были очевидны. Она отдала нашего отца и нашу Вселенную Ахриману и его сообщникам в обмен на свободу Алкизира. Но я не мог понять этого поступка. Ведь, используя могущество братьев-сойкеро и всей нашей Вселенной, она могла бы освободить своего отца. Во всяком случае, могла бы попробовать. Вместо этого она молчаливо реализовывала свои коварные планы, которые даже для ее мужа Крита стали весьма неприятным сюрпризом. Я начинал думать, что Ахриман и другие Властелины Вселенных обладают настолько огромным могуществом, что все жители нашей Вселенной не могли бы ничего им противопоставить. Так ли это? Мне эта мысль очень сильно не нравилась. И, честно сказать, я не мог бы поверить в нее. Ведь события, происходящие сейчас, явно находятся вне контроля этих так называемых Властелинов. С другой стороны, контролировать целую Вселенную – это не так просто, как контролировать события в одной комнате, что тоже, кстати, не всегда получается делать, например, если в комнату есть много входов… Ха! А если во Вселенную есть много входов? Похоже, что объединение Вселенных в единую сеть порождает эффекты, которые сами Властелины зачастую предсказывать не могут. И контролировать события в сети Вселенных не может никто, даже если он сосредоточит в своих руках огромное могущество. Возможно, именно поэтому они и объединяют Вселенные. Ради непредсказуемости, ради игры или ради того, чтобы никто из них не научился контролировать ситуацию в целом. Пожалуй, последнее похоже на правду больше всего.
Я представил себе нескольких могущественных магов, которые сумели создать такой же замок, какой создал я, но совместными усилиями. В один прекрасный момент они начинают подозревать, что кто-то из них контролирует б о льшую территорию и имеет больше возможностей, чем другие! Разумеется, такая мелочь может привести к войне. И тогда условие, обеспечивающее мир, будет выглядеть как создание новых замков на принципиально других принципах и их объединение друг с другом в единую сеть, внутри которой принципы причудливо перемешиваются, так что хозяева долгое время пытаются разобраться, что же у них получилось. Попутно у них могут появляться общие враги, и это служит дополнительным стимулом объединяться, дружить и не враждовать друг с другом. Допустим, эта модель близка к истине. Но не будем пренебрегать и другой веткой рассуждений. Если Иника предала нас вместо того, чтобы использовать наше могущество для освобождения Алкизира, и это выглядит нелогично, значит, ее цель была в другом, – не в освобождении Алкизира. Тем более, что, как выясняется, у ее отца в одной из Вселенных есть целый склад тел, в которые он научился ускользать, не используя реинкарнатор. Что-то не очень похоже, что он был там пленником. Так чего же она хотела?
Я повернулся к Инике, чтобы спросить об этом, но она уже спала. Я тоже уснул, активизировав все защитные чары, которые были на моем костюме.
Проснулся я раньше Иники. Сотворил воду для умывания и освежающие напитки. Я впервые оказался в другой Вселенной, и мне было любопытно, чем она отличается от той, в которой я был рожден Матерью Ветров. Я осмотрел траву и деревья. Они, конечно, были другими, да и зверьки, которые шныряли вокруг, тоже совсем не походили на привычных мне обитателей богатых водой равнин. Воздух здесь был более свежим, полнился какими-то фруктово-винными запахами… И земля притягивала к себе чуть сильнее… Моя магия здесь работала в полном объеме. Значит, все не так уж плохо. Мне надо научиться строить порталы от одной Вселенной до другой, снабдив их заклинаниями, увеличивающими комфорт путешественника. И тогда я смогу появляться, где захочу, и никакие Властелины Вселенных не смогут меня контролировать.
Иника пробудилась. Глядя на нее, я начинал понимать своего брата Крита, который пленился ее красотой. Отдохнувшая ведьма вовсе не напоминала ту уставшую и изможденную женщину, которую я видел накануне вечером. Она была соблазнительна, молода, полна сил, красива и невероятно обаятельна. Впрочем, зная ее мастерство контролировать сознание окружающих, я совершенно не удивился, что такие мысли приходят ко мне в голову. Это притом, что я не заметил никаких заклинаний, которые тянутся от нее ко мне. Не заметил? А это что?! Я обратил внимание, что на мир вокруг нас как будто бы наложена прозрачная паутина и движением брови, сопровожденным заклинанием освобождения от чар, разрушил ее.
Иника тотчас превратилась в обычную ведьму, опытную и коварную, но уже не имеющую женской притягательности.
Она улыбнулась:
– Похоже, контролировать тебя будет сложнее, чем Крита.
– Не надейся. И помни, я оставил тебя живой только потому, что ты сказала еще не все, что меня интересует.
– Значит, в моих интересах говорить как можно меньше, – усмехнулась она.
– Скажи, Иника, почему ты не попыталась освободить своего отца, используя все возможности нашей семьи? Ведь мы были достаточно могущественны, чтобы решить эту проблему… Почему ты предпочла отдать нас в руки неведомых врагов?
– Неведомых врагов, – произнесла она. – Именно так назвали их Крит и Баргим. Поразительно, как вы похожи.
– Мы – плоды с одной ветки, – сказал я. – В этом нет ничего удивительного. Я жду ответа на вопрос.
– Властелины Вселенных при любой попытке сопротивляться им просто уничтожают тех, кто сопротивляется. Они намного могущественнее Ахурамазды и всей вашей семьи.
– В таком случае, почему они не уничтожили нас? И почему допускают, что я оказался на их территории? Неужели для них не очевидно, что любой из нас может изменить их Вселенные?
– Ты привык думать о себе как о могущественном сойкеро. А ты всего лишь пешка в игре!
– Только не говори мне, что ты – шахматист, переставляющий пешки! Ты даже не сообразила, что можно было освободить твоего отца тысячью разных способов, не прибегая к предательству и не заключая абсурдных договоров с врагом! Впрочем, на самом деле я не верю всей этой твоей болтовне!
– Какой болтовне? – спросила она.
– Про то, что ты хотела освободить Алкизира. Это все выдумки! Ты хотела чего-то другого! Интересно, чего?
– Почему ты решил, что я хотела чего-то другого?
– Потому что пленнику я бы не позволил держать наготове тела для реинкарнации и упражняться в ускользании от сойкеро, и ты и я знаем, что эта практика требует ежедневных упражнений особого рода. Я бы пленнику не дал упражняться! Ведь это все равно, что помогать ему бежать от меня!
– А если это очень ценный пленник, который не должен умереть?
– Глупости! Ты говоришь, что в их Вселенных сознания ходят из одной в другую после смерти. Ему ничего не грозило, даже если бы он умер!
Иника рассмеялась мне в лицо.
– А ты намного умнее Крита и Баргима! Они приняли мои слова за чистую правду!
– Не могу поблагодарить за комплимент, – сказал я. – Мне слишком хочется лишить тебя жизни. Меня останавливает только то, что твое сознание тоже может ускользнуть от меня, как сознание твоего отца.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?