Текст книги "Багровый океан"
![](/books_files/covers/thumbs_240/bagrovyy-okean-90475.jpg)
Автор книги: Алеш Обровски
Жанр: Космическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Судно быстро заполнялось пехотинцами. Спустя несколько минут, появился командир и, закрыв борт, уселся сразу возле люка. В салоне, отсеченном от внешнего мира, стало заметно тише, шум двигателей уже не так давил на слух, да и солдаты заметно поумолкли.
Хьюстон почувствовал, как корабль оторвался от земли и начал разворачиваться. Минут через двадцать полета в миниатюрном динамике, вставленном в ухо, что-то щелкнуло. Появилась связь.
– Итак, – проговорил командир в голове Хэнса. – Это прямая радиосвязь, я слышу всех вас, вы слышите меня. Поэтому большая просьба, сосредоточиться на операции, не засирать эфир пустой болтовней!
Хэнс повернул голову в его сторону, тогда как остальные пассажиры никак не среагировали на последнюю реплику. Командир, привыкший работать с «оловянными солдатиками», заметил это и вперился взглядом в Хьюстона. Ему не нравился этот пехотинец. Он не был похож на рядового клона, создавалось впечатление, что это обычный человек. Слишком уж выделялись эмоции на его лице.
Хэнс решил, что будет лучше, если он просто будет смотреть прямо перед собой.
Нехорошее предчувствие не покидало его с того самого времени, как его отправили в военный лагерь. Слова ученого никак не выходили из головы. Если верить им, то получается, что генералы отправляют репликантов на смерть тысячами, и Хьюстон теперь один из них. Жизнь сделала очень резкий поворот, от которого он все никак не мог оправиться. Буквально несколько дней назад он был сержантом и считал, что война – это его призвание. И вдруг, его отделяют от этого времени более чем три года и собственная смерть. От осознания этого становилось не по себе. С другой стороны, Ричард был далек от военных действий, и все это кровопролитие он видел сквозь призму собственных страхов и угрызений совести, завязанных на том, что он занят неугодным богу делом.
«Обычная вылазка, обычная зачистка, кто-то погибнет, кто-то уцелеет. Обычные военные действия. Война – одним словом», – старался себя успокоить Хэнс, правда, безуспешно.
Какое-то время летели молча. Хьюстон думал о жизни, о переменах, которые в ней произошли. Все прошлое было похоже на ускользающий сон, когда общая картина сохраняется, но подробности постепенно исчезают из памяти и всплывают потом лишь в качестве дежа-вю.
Кем он был? О чем он мечтал тогда? Какие планы строил? Все это уходило безвозвратно. Хэнс Хьюстон умирал. Умирал вместе с воспоминаниями. Его место занимал кто-то другой.
Хьюстон не мог себя идентифицировать, не мог заглянуть в себя, не мог сосредоточиться на происходящем. Он понимал, что его уже нет. Его разум и тело были восстановлены, но что за личность «сидела» в этом теле, он не мог определить.
– Мы штурмуем последнее эхирское поселение на этом острове, – снова заговорил командир. – Город перенес не одну бомбардировку, но выкурить оставшихся бледнокожих из руин тяжелой артиллерии не под силу. Кроме того, эхиры запустили генератор помех, мешающий наведению орудий орбитальных крейсеров, что позволяет им безнаказанно размещать среди развалин зенитные установки и сбивать наши челноки. Наша задача – зачистить город и вырубить этот глушитель. Я не исключаю того, что радиосвязь в городе будет перехватываться, или даже вообще станет невозможна. Но каждый из вас имеет специальную подготовку и знает, что делать.
Хьюстон не знал, что делать. Он не был специально подготовлен. Его просто вырвали из прошлой жизни и поместили в это время без каких-либо объяснений. Скорее всего, он станет тем «пушечным мясом», о котором говорил ученый. Чтобы выжить, нужно стряхнуть с себя это оцепенение, перестать думать и сожалеть о прошлом. Нужно научиться убивать и не бояться смерти, ни своей, ни чужой.
Хэнс вспомнил то состояние, когда остался один на «Дамодаре», как возненавидел Паркера и как мечтал вцепиться в его горло и спросить: «Что он чувствует при этом?». Теперь Гаррет генерал и до него уже не добраться…
Транспорт качнуло. Стали слышны хлопки за бортом и шум двигателей других кораблей.
– Подходим как можно ближе к границе города и высаживаемся, – подал голос командир. – Присоединяемся к цепочке впереди идущих отрядов, вместе с ними проникаем в город.
В этот момент зенитный огонь вспорол брюхо челнока. Салон наполнился гарью и криками раненых. Завыла сирена. В следующий миг часть борта превратилась в труху и вывалилась наружу. Уши мгновенно заложило. Несколько осколков впились в тело Хэнса, заставив его выскочить из кресла. Корпус накренился. Челнок начал заваливаться. Пробоина оказалась внизу. В нее посыпались незакрепленные предметы, сорванные сиденья и тела солдат. Хьюстон вцепился в кусок решетки, вывороченной из пола. Ветер свистел в ушах, глаза забило пылью. В последний момент Хэнс увидел землю, проносящуюся мимо челнока и, решив, что падать не так уж высоко, разжал руки.
Зацепившись на мгновение за край пробоины, он вылетел наружу. В лицо ударил воздух, разогретый реактивной струей и наполненный колючками мелких частиц.
Высота составляла пару десятков метров, падение длилось секунды. Хьюстон ударился о песок в нескольких метрах от полосы прибоя и, прокатившись по грязи, замер, лежа лицом вниз. В следующий миг его окатило приливной волной.
Звон в голове, шум в ушах. Кажется, что мир бешено вращается во всех плоскостях. Хьюстон чувствовал под собой мягкий морской песок, но ощущение падения никак не покидало его. Он поднялся, с хлюпаньем отлепившись от грязи. Оружие валялось неподалеку, омываемое морской пеной. Хэнс подобрал винтовку и машинально проверил затвор – все в норме, ничего не «погнулось».
Руки и ноги вроде тоже на месте. Тело, хоть и болит, но, похоже, особых повреждений не получило. В этот момент почва содрогнулась – рухнул еще один корабль. В небо взметнулся столб пламени и дыма. Спустя секунду Хьюстона обдало и едва не сбило с ног горячим воздухом, принесенным взрывной волной.
Он стоял на мокром песке под дождем из грязи, поднятой взрывом. Его одежда промокла. Заляпанное лицо не выражало ничего. Сейчас он был просто клоном, бездушным, рожденным для того, чтобы сгинуть на этой войне.
Динамик, вставленный в ухо, настойчиво терзал слух радиопомехами. Хьюстон похлопал ладонью по уху и осмотрелся.
Побережье, омываемое зелеными водами Великого Океана. Наполовину засыпанная песком дамба в сотне метров от него. Как раз туда упал транспорт. Развалины эхирского города, виднеющиеся сквозь дымовую пелену. Запах гари. Несколько кораблей, идущих на посадку. Небо, расчерченное белыми линиями зенитного огня. Взрывы в воздухе и на земле.
Появившийся внезапно транспорт приземлился в нескольких метрах от Хьюстона. Его борт открылся и солдаты, словно муравьи, повалили наружу. Эфир взорвался командами.
– Вперед! Вперед, черти! – это был голос уже другого командира. – Зенитный расчет на девять часов, заставьте его замолчать! Эй, ты! Чего встал? Не слышал приказ?
Хэнс увидел офицера и, поняв, что тот обращается к нему, присоединился к рассредоточивающимся солдатам. Звуки войны заполнили его мозг и не оставили места для ненужных сомнений.
Пробежка. Длительная, почти километровая пробежка по развалинам дамбы. Постоянный обстрел со стороны города, сопровождающий войска все это время и оставляющий заметные прорехи в отрядах солдат. Место падения транспорта. Горы обгорелого мяса. Покрасневшая от крови вода в лужах. Падающий с неба пепел. Звуки выстрелов, охрипший от постоянного крика голос командира в ушах. Наконец, переставшее плеваться огнем зенитное орудие на окраине города. Остановка. Временное затишье.
– Освободить площадку! – от неожиданности Хэнс вздрогнул, казалось командир орал ему прямо в ухо.
Солдаты шарахнулись в сторону, Хьюстон поспешил за ними. На открытое пространство, уже не разрываемое зенитным огнем, приземлился челнок. Из его недр выкатилась пара тяжелых танков. Корабль тут же взмыл в воздух, освободив место следующему. Уже легче. Уже намного легче.
Танки покатили к городу. Пехота теперь пряталась за их железными телами. Хэнс заметил, как позади приземлился еще один транспорт, высадив очередной отряд солдат.
Все, он на войне. Он в своей стихии. В стихии, которую ненавидел, но для которой был создан, и без которой уже не мог существовать.
Эхирское поселение напоминало по своей конструкции обычный Земной город. Те же бетонные дома, прямые улочки с насаждениями по краям. Витрины с пластиковыми манекенами. Вывески. Реклама. Бледнокожие давно здесь, гораздо дольше, чем люди. Они обжили эту планету, сделали ее своим вторым домом. Они будут за нее бороться. Они будут отстаивать свои права на этот испачканный зеленью мир. Ни о каком мирном договоре не может быть и речи. Люди это понимали, и вопрос сейчас состоял в том, кому этот мир будет принадлежать. Ответ был очевиден…
Теперь все это лежало в руинах. Бледнокожие прятались в развалинах и вели ожесточенный огонь. Прицел автоматической винтовки Хьюстона обводил светящимся контуром врагов, даже тех, кто скрывался за бетонными ограждениями. Это помогало значительно, несмотря на то, что дальность видимости для электроники была сравнительно небольшой.
Медленно, но верно отряды продвигались к центру города, оставляя за собой трупы врагов и товарищей. Операция приняла более слаженный ход. В лицах солдат уже не читалась паника. Командиры отдавали четкие приказы, а не орали, как это было часом ранее. Обычная зачистка. Обычная война.
Вскоре эфир стал постепенно наполняться нарастающими помехами, затем связь пропала совсем.
– Растянуть цепь! – голос командира, звучащий по ту сторону черепной коробки, теперь казался далеким и безжизненным. – Прочесать местность. Генератор помех где-то рядом. Найти и раздавить эту хреновину!
Хэнс свернул в ближайший переулок, следуя за горсткой солдат. Помехи в динамике сменились постепенно утончающимся писком, ушедшим вскоре за предел порога слышимости.
Бетонные здания. Черные квадраты окон. Каменные фрески местами. Памятники, фонтаны, тумбы с афишами. Все как у людей. Эхиры те же люди, только тощие и слегка бледные. У них меньше опыта ведения войны, от того жестче средства, но те же методы, если вникнуть в суть. Человечество нашло бы с Эхирским Сообществом много общего, ели бы не эта планета раздора. «Хотя, если бы не Гайган, – думал Хэнс, – появился бы другой «камень преткновения». И дело тут не в ресурсах вовсе, а в человеческой натуре. Мы считаем себя венцом творения, и поэтому мы должны диктовать условия, а не подчиняться им.
Неважно, по чьей крови мы шагаем, главное – цвет. Не красный, но темный. Темнее, чем трава. Темнее, чем асфальт. Темнее, чем все, на что она проливается. Из тысяч пятен под ногами кровь будет самой темной, и без разницы, какого она была цвета и кому принадлежала. Мы сеем смерть и разрушения. Мы – завоеватели, мы – поработители».
Солдаты прошли насквозь несколько кварталов. Танки остались позади, ими было решено не рисковать, пока связь не наладится. Бледнокожие словно испарились. Было тихо, лишь далекие звуки боя нарушали тишину.
– Не нравится мне это, – подал голос один из пехотинцев. – Шибко не нравится.
– Да, такое затишье может сулить лишь очередную эхирскую пакость, – произнес второй.
– Кошмарную пакость, – я бы сказал.
– Всем стоять! – скомандовал «лидер». – Переключите визоры на инфракрасный диапазон.
Хэнс опустил стекло на шлеме и зафиксировал взгляд на светящемся ярлычке инфракрасного слежения. Спустя секунду мир окрасился в синие тона. Фигуры солдат и объекты, излучающие тепло, выделялись ярко-красным. Еще Хьюстон заметил несколько желтых полосок, исходящих от ближайшей стены.
– Что это? Растяжки? – спросил кто-то.
– Не похоже, – ответил «лидер», показывая всем ладонь, с упирающимся в нее лучом. – Я еще жив, по крайней мере. Все назад!
Солдаты осторожно попятились, внимательно изучая стены и почву. Когда все отошли метров на пятьдесят, «лидер» убрал руку.
Ничего не произошло. Лишь где-то вдалеке лязгнуло железо, как будто упала металлическая крышка люка.
– Быть начеку. Что-то эти лучи все равно значат.
Солдаты осторожно продолжили движение, стараясь не пересекать желтые полоски света, на всякий случай.
Покинув очередное здание, они наткнулись на небольшую площадь, заставленную десятком емкостей, напоминающих по своему виду цистерны. Емкости стояли в два ряда. Было видно, что они здесь недавно, так как составлены прямо на останки какого-то сооружения. Одна цистерна не имела торцевой стенки, служившей крышкой. Та, в свою очередь, валялась неподалеку.
– Что это?
– Я знаю? Я, блин, похож на специалиста по эхирской технике?
– Похоже, какие-то бочки. Может, газ?
– Вряд ли, – присоединился к разговору Хьюстон, заглядывая внутрь емкости. – Герметичностью тут не пахнет.
– Зато воняет чем-то другим. Кошатиной что ли.
– Откуда ты знаешь, как воняет кошатина?
– Понятия не имею. Но отчего-то мне кажется, что она воняет именно так.
– Эй, гляньте-ка сюда, – крикнул один из пехотинцев, взобравшись на развалины. – Здесь еще десяток таких же, а дальше еще столько же.
Хьюстон повернул голову в его направлении.
– А это что?
– Где? Черт. Кажется, антенна. Думаешь, это то, что мы ищем?
– Думаю, да. Надо кончать с этим поскорее и возвращаться.
Хьюстон поднял стекло шлема.
Вдруг откуда-то сверху на ближайшего солдата спрыгнула крупная серая тварь, внешним видом вполне напоминающая земную пантеру или ягуара, например, только лишенную волосяного покрова и заметно крупнее.
«Гайганский лев», – вспомнил Хэнс название этого зверя. Такие твари водятся на некоторых островах Великого Океана. Говорят, они чрезвычайно опасны. Когда-то Хьюстон интересовался, что это за животные, потому как часто встречал их изображения на эхирской технике.
Лев появился и схватил солдата настолько быстро, что никто не успел среагировать. Зверь сломал жертве шею, просто мотнув головой. Затем безжизненное тело было отброшено в сторону, а взгляд охотника устремлен на оставшихся людей.
Гигантская кошка сливалась окраской с серостью развалин. Пришлось снова включить тепловой режим, чтобы не оказаться застигнутым врасплох.
В синем цвете инфракрасного визора хорошо было заметно, как затухающий силуэт мертвого солдата свалился прямо в пучок желтых лучей, коими была усеяна вся округа. Лязгнули крышки еще четырех или пяти емкостей, Хьюстон не успел сосчитать. Кто-то сбил его с ног.
Одно было ясно. Твари все это время находились в «бочках» и были привезены сюда бледнокожими с одной целью – помешать зачистке, внести сумятицу, заставить врага отступить. Этот способ войны был излюбленным у Сообщества. Эхиры частенько подбрасывали в гарнизоны или на поля сражений каких-нибудь зверей. Хищники, попадая в малознакомые условия, начинали «сходить с ума» и рвать всех подряд.
Такая, малоэффективная на первый взгляд, мера, служила некой альтернативой партизанской войны. Земляне терялись в подобных ситуациях, не зная, по кому вести огонь и от кого отбиваться – от обезумевших тварей или от представителей Сообщества, которое, похоже, не испытывало трудностей с численностью своей бледнокожей армии.
Несколько хищников вырвались на свободу.
Солдаты открыли бешеный огонь. Освобожденные звери быстро попрятались в руинах. Было слышно, как срабатывают запорные механизмы других цистерн, находящихся вне поля зрения.
Хэнс быстро поднялся на ноги. Слетевший шлем откатился в сторону, подбирать его времени уже не было. Внезапно два зверя выскочили из полуразрушенного дома и разодрали ближайшего пехотинца, потратив на это буквально секунду. Позади Хьюстона послышался сдавленный крик – не стало еще одного. Началась пальба. Вскрылись оставшиеся бочки.
Антенна. Надо уничтожить генератор помех. Отряд уже не спасти. Хэнс рванул в сторону глушилки. Предстояло преодолеть метров двести. Главное, не свалиться, иначе все, конец, все жертвы напрасны. Хьюстон поднырнул под какой-то трубой и выскочил на относительно чистую улицу, едва не сбив с ног одного из пехотинцев как раз в тот момент, когда охотящийся на него зверь сделал прыжок. Это спасло солдата, лев промахнулся и, неудачно приземлившись, покатился по мостовой. Хэнс послал ему вдогонку очередь из автоматической винтовки. Зверь взвизгнул и забарахтался на месте, окрашивая бетонные блоки в ярко-красный, почти оранжевый цвет.
– Бегом! – заорал Хьюстон споткнувшемуся солдату, хватая его за ворот и таща за собой.
Тот быстро выровнялся, и они побежали вместе.
– Здесь не пройдем. Сюда!
– Что с остальными?
– Хана остальным!
Огибая разрушенный дом, они спустились в русло какого-то высушенного канала и побежали по дну. По борту бывшего водоема их преследовала стая из нескольких львов. Одна из тварей спрыгнула вниз, но тут же была застрелена, остальные не рискнули спускаться. Через сотню метров Хьюстон заметил металлические лестницы.
– Сюда!
Солдаты быстро вскарабкались по ним и снова оказались среди руин. Звери исчезли. Хэнс остановился, чтобы перевести дух.
– Уроды, – проговорил он, тяжело дыша. – Ненавижу этих уродов!
– Да, – произнес солдат, – пока мы здесь несем потери, эхиры отсиживаются в сторонке, выставляя против нас этих тварей. Сами, скоты, воевать не хотят.
– Прямо как наши военачальники.
– Зачем ты так?
– Забудь, – отмахнулся Хэнс, вспомнив, что солдат был преисполненным патриотизма клоном, с прошитыми учебной программой мозгами, в отличие от самого Хьюстона, на которого обучение почему-то не подействовало.
– Звери скоро найдут обход. Надо разобраться с глушилкой и валить к своим.
– Да. Надо двигать. Я Хьюстон. Хэнс Хьюстон.
– Джон Браун.
Хьюстон усмехнулся. Надо обладать «богатой» фантазией, чтобы придумать себе подобное имя. «Джон Браун». Хэнс не мог сказать, что его так развеселило, видимо недавно пережитый стресс дал выход эмоциям, но он едва сдерживался, чтобы не засмеяться.
– Вот так, просто?
– Да, – хохотнул Джон. – Ляпнул первое, что пришло на ум во время регистрации.
«Видимо не надо было заострять на этом внимание», – подумал Хэнс, заметив, что Браун смутился.
– Зато легко запомнить, – сказал Джон.
– Это точно, – кивнул Хэнс. – Гранаты есть? Солдат проверил винтовку.
– Только ручные.
– Проклятье. У меня тоже. Придется подбираться ближе.
Генератор помех, если это конечно был именно он, находился на почти открытом пространстве и не имел охраны, если не считать зенитного комплекса, притаившегося неподалеку, но и там не было ни души.
– Вся территория усыпана датчиками, – предупредил Браун, поднимая стекло шлема. – Но осторожничать, я думаю, некогда, да и бессмысленно.
В принципе, «незаметно» пробраться к глушилке было возможно, вот только Хьюстон, говоря простым языком, посеял свой шлем вместе с визором во время последней заварушки.
– Как думаешь, Хэнс, – спросил Джон, – эту штуковину можно свалить гранатой?
– Выглядит не особо прочно, – ответил Хьюстон, всматриваясь в странного вида агрегат с десятиметровой антенной на вершине. – Ели удастся затолкать гранату прямо под него или скосить зениткой…
– Тихо!
– В чем дело?
Неподалеку из руин вышли несколько львов. С другой стороны улицы появились еще столько же. Постепенно проникая в поле зрения, они заполняли пространство, особо не заботясь о том, что беглецы их уже обнаружили. Всем своим видом звери показывали свое превосходство и уверенность, что жертвам уже не удастся уйти.
Хьюстон поднял с земли кусок бетона и кинул в ближайшую тварь. Та легко увернулась и демонстративно зевнула. Хэнс бросил еще один камень. Звери, поняв, что тот не достигнет цели, полностью проигнорировали «снаряд». Круг постепенно сужался. Количество львов составляло уже около тридцати особей.
– Присядь, – прошептал Хьюстон.
– Зачем?
– Не спрашивай. Просто присядь, – настаивал Хэнс, доставая гранату и выдергивая предохранитель.
Браун сообразил, в чем дело, и повиновался. Хьюстон осторожно присел следом, стараясь опустить голову как можно ниже.
– Бежим на взрыв, далее к зенитке, а там ты знаешь, что делать.
– Угу.
Хэнс катнул гранату по бетону в сторону медленно приближающихся зверей. Самая крупная тварь, резонно возомнившая себя вожаком во внезапно сплотившейся стае, вышагнула вперед и остановила лапой катившийся предмет, просто наступив на него. Хьюстон повалился на землю, закрыв незащищенную голову руками.
Он не слышал взрыва, но ощутил толчок воздуха всем телом. Летящий щебень посек руки, набился в волосы и неосторожно открытый рот. Сквозь звон в ушах и пелену перед глазами, Хьюстон заметил шарахнувшихся в стороны выживших львов и удаляющуюся спину Джона Брауна. Хэнс поднялся на ноги и рванул следом, едва не споткнувшись об обезглавленный труп одной из тварей. Слух постепенно восстанавливался, сознание возвращалось. Легкий ветерок сдувал поднятую пыль, а с неба стали падать мелкие фрагменты львиных тел.
Браун сильно ушел вперед. Хэнс потерял его из виду. Когда до зенитки осталась примерно половина пути, на «арене» появились несколько эхирских челноков. Они сбрасывали десант, на который выжившие твари никак не реагировали. Возможно, эхиры использовали какие-то отпугивающие устройства.
Хэнс заметил, как один корабль направился в его сторону. Попытавшись свернуть с пути, Хьюстон увидел группу зверей, обходящих его с тыла. Бежать было некуда, прятаться бесполезно.
В это мгновение пространство разорвал зенитный огонь. Челнок развалился на части прямо в воздухе. Эхирские десантники стали превращаться в кровавые кляксы, безуспешно пытаясь укрыться. Еще один корабль поймал несколько зарядов и, завалившись на бок, рухнул, подмяв под себя успевших спрыгнуть солдат. Молодец Джон, ты полностью оправдываешь свое предназначение.
Тут Браун вспомнил про генератор помех и, сосредоточив на нем огонь, разнес агрегат в труху.
Хэнс поспешно забрался под удачно подвернувшуюся плиту как раз в тот момент, когда одна из тварей кинулась в его сторону. Зверь сунул морду следом за ним, но, получив очередь из автоматической винтовки, пропал из виду, забрызгав кровью серый пыльный бетон.
– …Как вам это? Твари! – услышал Хьюстон внутри черепной коробки. – Кто хочет еще? Подходите, суки!
Связь заработала.
Из укрытия Хэнс слышал звуки прибывающих кораблей. Орудия ревели. Грохотали взрывы. Плита, под которой он прятался, содрогалась под напором зенитного огня.
– Еще! – орал Браун. – Еще давайте! Посылайте за подмогой! Меня на всех хватит!
– Джон! – крикнул Хьюстон. – Джон, уходи оттуда. Орбитальная наводка снова работает! Черт!
Но тот, казалось, не слышал. Вместо ответа звучал лишь его дикий хохот.
Человек, обученный воевать, убивать, проливать кровь при помощи различной военной техники, в том числе и инопланетной, попал, наконец, в свою стихию. То редкое счастье, которого могли достичь лишь немногие, чьи инстинкты убийства были выкручены до предела еще на ранних стадиях клонирования. Совершенное оружие, созданное земными учеными, взявшими на себя обязанности бога или, вернее сказать, дьявола, потому как бог все-таки стремился направить людей по более гуманному пути.
Поняв, что Брауна уже не остановить, Хьюстон решил выбираться самостоятельно.
– …Квадрат семь, чисто, – прохрипел голос в эфире, прорываясь сквозь помехи. – Подтверждаю цель.
Снова помехи. Хэнс выбрался из укрытия и, пригибаясь, побежал обратно в направлении осушенного канала.
– …Квадрат четыре, чисто. Огонь. Помехи.
– …Квадрат тринадцать, вывели людей? Квадрат тринадцать, чисто. Огонь.
Начался обстрел. Земля задрожала. Хьюстон прибавил шагу. Что-то громко хлопнуло позади. Динамик в ухе слабо пискнул и замолк. Хэнс мчался к каналу, не рискуя оглядываться, дабы не терять драгоценных секунд. Осталось совсем немного. Отчего-то высушенный канал казался идеальным укрытием от надвигающегося «Армагеддона».
Внезапно налетевшая взрывная волна оглушила Хьюстона. В следующий момент почва ушла из-под ног, и Хэнс, перелетев через бетонный борт бывшего водоема, плюхнулся на дно, упав почти с пятиметровой высоты. Приземление смягчила грязная лужа, в геометрический центр которой он угодил. Сверху его накрыл слой пыли, песка, пепла и прочих фракций которым хватило приобретенного ускорения долететь до этого места.
Тишина. Хьюстон поднял голову. Шея болезненно отреагировала на движение. Позвоночник стонал, словно его хозяин только что единолично разгрузил баржу с углем. Локти содраны, колени тоже. Ладони, грудь и даже подбородок отзываются жжением на горячую атмосферу. Вроде ничего не сломано. Хэнс попытался встать.
Лужа была засыпана толстым слоем качающегося на воде пепла. Несколько гайганских львов аккуратно спускались в канал с противоположного берега.
Осторожно поднявшись и стараясь не хлюпать по воде, Хьюстон побежал к подобию шлюза, маячившему впереди. Звери припустили следом, он не видел этого, но ощущал всеми своими инстинктами. Твари двигались с опаской, но достаточно быстро, постоянно озираясь по сторонам – недавняя бомбардировка здорово напугала их.
Хэнс не заметил, как перешел на крейсерскую скорость. Потеряв бдительность, он понесся к шлюзу, надеясь укрыться там или занять более выгодную позицию, если придется отстреливаться. Звери тоже ускорились. Поняв, что добраться до спасительного укрытия он не успеет, Хьюстон свернул к ближайшей лестнице, ведущей наверх.
Поднявшись по ней и выиграв несколько секунд, он рванул к руинам, львы отправились в обход. Из развалин выскочили еще несколько тварей и пошли наперерез. Хэнс проверил оружие, мысленно готовясь к драке.
Вдруг послышался шум двигателей приближающегося челнока. Звери остановились, насторожившись. Судя по звуку, корабль принадлежал людям – эхирские суда не издавали подобного, сводящего с ума свиста.
Челнок вынырнул из-за шлюзовой станции и с ходу пустил пулеметную очередь по серым тварям. Львы, понимая, что добыча может ускользнуть, кинулись в атаку. Хэнс дал ходу. Эта часть города избежала бомбардировки и оставалась относительно целой. Скрыться в руинах или забраться по обломкам в недосягаемое для зверей место, теперь было невозможно. Хэнс бежал по узким улочкам, не оглядываясь, челнок сопровождал его, находясь немного позади и периодически давая залп по разъяренным хищникам.
Кто-то, находившийся за штурвалом этого суденышка, пытался спасти его. Вопреки мнению, сложившемуся у Хьюстона относительно наплевательского отношения начальства к простым клонам, этот кто-то жег топливо и тратил боеприпасы ради одного человека.
– Солдат, – услышал Хэнс по радиосвязи. – Я не смогу подобрать тебя, – треск помех… – слишком мало места для посадки. Держи прямо, метрах в трехстах есть небольшая площадь.
Впереди показался эхирский патруль. Хьюстон свернул и вбежал в ближайшее здание, лишенное остекления, прямо через низко расположенное окно. Звук челнока постепенно затих, корабль ушел вверх, опасаясь атаки.
Эхиры, заметив врага, стали заскакивать в здание тем же путем, через выбитые окна. Хьюстон не останавливался, он бежал, перепрыгивая через останки инопланетного оборудования непонятного назначения, не обращая внимания на пальбу и рассекая телом светящиеся следы, оставляемые в воздухе эхирским оружием.
Выход из сооружения преградила металлическая дверь, выглядящая довольно хлипко. Хэнс выбил ее плечом, другого выбора просто не было. Дверь вылетела вместе с петлями. Хьюстон здорово ударился и потерял несколько секунд, но все же оказался снаружи. В этот момент на него налетела одна из тварей, и Хэнс буквально выкатился на улицу, оглушенный и сбитый столку. Зверь проскреб когтями по мостовой, быстро сгруппировался и, развернувшись, снова набросился на свою жертву, подмяв ее под себя. Хьюстон подставил автомат, и пасть монстра сомкнулась на металлическом корпусе оружия.
Эхиры вывалили следом, но тут послышались звуки корабельных двигателей и раскручиваемой турели. Бледнокожих начало косить. Они в панике бросились врассыпную, но смерть, выпущенная из жерла крупнокалиберного пулемета, была в разы быстрее и настигала их, разрывая на куски.
Хьюстон тем временем, толкал оружие в пасть хищника. Отскочить назад и перехватиться зверю не позволяли инстинкты, добраться до горла жертвы мешала автоматическая винтовка. Лев мотал головой и драл когтями. Комбинезон Хэнса трещал, но не сдавал позиций, кожа под ним горела, дышать было трудно, казалось, ребра переломаны все до единого. Наконец Хьюстону удалось нажать на курок. Винтовка плюнула огнем, высекая щебень из кладки соседнего дома. Лев от неожиданности выпустил свою жертву и отпрыгнул. В следующий миг тварь превратилась кровавые ошметки, украсив ими бетонный фасад здания.
– Эй, ты, жив там? – раздалось внутри черепной коробки. Хьюстон поднялся. На удивление, силы еще не покинули его.
– Вроде, да, – сказал он, поднимая глаза к висевшему в небе челноку и щурясь от солнца.
– Тогда, вперед.
Снова заговорили пулеметы. Хэнс обернулся в направлении стрельбы. Еще стая серых тварей.
– Давай, соберись! Шевели задницей, если жизнь дорога! Хьюстон побежал. Челнок повернулся боком и пошел следом.
– Поднажми, друг! Теперь направо! Хэнс повиновался.
– Снова направо! Черт, не здесь! Там развалины, проклятье.
Хэнс с разбегу вбежал на кучу бетона и железа. Корабль снова открыл огонь, двигаясь теперь задом. Спрыгнув с обломков здания, Хьюстон оказался у возникшего на пути эхирского расчета. Бледнокожие настолько опешили от неожиданности, что даже не сразу открыли огонь.
– Вот дерьмо, откуда они взялись, – матерился голос в его голове.
Хэнс не ответил, разговоры во время бега отнимают много сил. Корабль снизился настолько, что, казалось, вот-вот зацепит дюзами землю. Он летел по соседней улице, раздувая реактивными струями пыль и поливая огнем эхирский отряд прямо сквозь окна здания, оказавшегося между ними. Время как будто замедлилось. Хэнс двигался, словно сквозь воду, осыпаемый обломками штукатурки и, опасаясь, что пулеметная очередь зацепит его ненароком.
Наконец, улица расширилась и вышла на мост, в середине которого отсутствовала целая секция. Даже невооруженным и забитым пылью глазом было видно, что разрушенный пролет не перепрыгнуть, даже с разбегу. Внизу ждали голые камни, правда, до них было метров тридцать свободного полета. Позади наступали на пятки десяток львов и эхирский сухопутный транспорт, плюющийся зарядами, разрывающимися буквально в нескольких метрах от челнока.
Где же обещанная площадь? За мостом? Или Хьюстон где-то свернул не туда.
– Давай, солдат, жми! Я оставляю тебя, ненадолго.
С этими словами корабль ушел вперед и скрылся под мостом.
Хэнс почувствовал себя одиноко. Голос придавал сил, вселял надежду. Теперь его нет, и если он не появится до того, как Хьюстон добежит до провала, то одним репликантом на этой планете станет меньше.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?