Текст книги "Тряпичный ангел"

Forever more…

«And forever more sharing your love…»

…Кафе. Поздний вечер. И, как это водится у нас в городе, людно. Не то, чтобы много людей, нет. Но именно в это время между девятью и одиннадцатью часами всегда всюду, в заведениях, на улицах, в транспорте – людно… О, нет, меня это ничуть не беспокоит. Отнюдь, наоборот радует. Долгие периоды внутреннего одиночества приносят свои плоды. Где бы я ни была, наблюдаю. Людей, их лица, общение между собой, взаимодействие, их реакции. И глаза. Да… глаза…

И изредка, порой, бывает любопытно, кто, что заказывает… Частенько, даже поздним вечером заказывают именно кофе. Капучино или латте. Да, он скорее десертный. Любопытно, когда мужчины заказывает сладости, что-то вроде тирамису. И я всегда отмечаю тех, кто, как и я неравнодушен к классическому чизкейку.

…Сегодня мне нет дела ни до кого. Мне удалось занять столик у окна, и я без особой радости смотрю в него. Да, правда, за этим окном ничего такого интересного для меня и не видно, кроме падающего влажного снега, который снова засыпает уже успевшие растаять, просохнуть и согреться, весенние улочки. Наверное, кое-где появилась было трава… Теперь она под снегом. Мне не жаль первые травы, они вырастут вновь. Любуюсь снегом, мягким сумрачным, исходящим от него светом, пропитываясь холодом. В морозы я с тайным наслаждением принимаю его…

Сейчас я в тепле, в уютном кафе, согреваюсь липовым чаем. Играет хорошая музыка. Что-то из прошлого, наверное, это джаз. Медленный, задушевный, прохладный. Наверное, я даже припоминаю этот голос… Аструд Жильберто… Чем-то тоскливый, но нет… Мягкий… Нагой… Живой…

Жаль только, что стены в этом кафе, они не кирпичные. Наверное, нашим современным местам обитания не хватает вот этого: «Наготы». Декор, упаковки, удобная и стильная одежда, наименования, брэнды. Плотная – оболочка…

Хорошо было бы снова выспаться под открытым небом. Там у костра. Да… Я помню эти дни… Под звёздами, летом, когда тепло. И купание в ледяном горно-равнинном ручье. Без купальника…

…Летний липовый аромат чая – волнует и одновременно успокаивает. И навевает далёкие воспоминания о цветущих в июне липах…

Жизнь моя делится. Пока это так. Она делится на две половины. На время, когда бабушка была жива, и после неё.

«…Кости к костям», – мысленно я говорю это только, когда чувствую подлинно глубокую близость.

Когда я обнимала её, всегда ощущала под своими руками такую мягкость её рук. Почему-то я сравнивала это ощущение с тем, как будто я прикасаюсь к хлебу. Правда. Мне почему-то всегда так странно казалось, что бабушка – это такой хлеб.

И хотя она и прожила целых девяносто лет. И мне сказали потом, что уход пожилых людей нужно отпускать смиренно. И хотя я и смирилась полностью с тем, что уходят все, и я тоже в чувствах своих уже уступаю место своему ещё пока нерождённому дитя. Всё равно, я знаю одно. Единственность и уникальность одной жизни не возвратить и не повторить. Она возрождается вновь, но она другая. И эта бездонная боль утраты, и бесконечная радость обретения, – две вехи одной и той же реальности…

…Много лет назад у меня было одно знакомство. Одна встреча. Общение с одним интересным человеком. Я спросила его, есть у тебя мечта? Он ответил. Я ждала другого ответа, обычного. Например, путешествовать вокруг света, или купить яхту, или поплавать с дельфинами… Он ответил так: «Я дома, рядом мои близкие, мой папа, мой брат – они живы».

С тех пор, каждый раз, когда нам удавалось собраться всей семьёй дома. Я всегда думаю, вот этот самый счастливый день в моей жизни. Мы все вместе, дома и все мы ещё пока живы. Это самая сладкая, самая лучшая и моя теперь мечта. Близкие, ближние, я когда-нибудь каждого из вас отпущу. И вы тоже меня отпустите.

Я мечтаю только об одном сейчас. Чтобы и мои кости легли к другим любимым костям.

«Кости к костям».

Мне бы только хотелось единожды так найти и выбрать, чтобы воплощаться потом вновь и вновь, ради этой одной любви.

Мне кажется, да мне так показалось, что об этом она поёт: «…And forever more sharing your love».

О кофе

Представим, что утром по дороге на работу ты проходишь мимо одного хорошего кафе. И как-то однажды, в один прекрасный день, понимаешь, что волею счастливого случая у тебя есть ещё целых полчаса. И можно зайти в кофейню, чтобы выпить чашечку кофе.

Любопытно понаблюдать за посетителями утреннего заведения. Кто-то завтракает, кто-то заказывает любимый десерт, кто-то (неспешно) покупает кофе в стаканчике на вынос. А ты…

Ты садишься за столик, чтобы выпить чашку кофе. Какой ты предпочтёшь этим утром? Может быть, это будет крепкий и ароматный всего на несколько глотков – эспрессо. Может быть, это будет большая кружка не очень крепкого чёрного кофе – американо, в чашку с которым тебе захочется добавить дольку душистого лимона. А, может быть, этим нежарким утром ты закажешь один из своих любимых – со взбитым молоком – капучино или латте.

Традиции у нас дома, в России, демократичны. И утром в кафе ты смело можешь заказать кофе – любой, на свой вкус и настроение. Не в пример, Италии… где утром пить кофе с молоком – дурной тон, как не печально. Дома-то лучше…

В одном из своих любимых кафе, где по утрам не так многолюдно, как по вечерам, как правило, я предпочитаю пить кофе, сваренный в турке на песке, с добавлением тростникового сахара, взбитого молока и корицы. Кофе этот с нежным ароматом неизменно повышает настроение и усиливает жизнелюбие. Неужели есть кто-то, кому не лень пить лекарство от хандры, думаю я. Ведь, лучшие лекарства – уже давно известны…

Когда-то очень давно, где-то в пустыне в раскалённый песок закапывали медные ёмкости небольшого размера с широким днищем и узким горлом. Сейчас такой сосуд называется джезва. В кофе добавляли специи, чеснок. Это был не только напиток, но и трапеза, утоляющая голод. Пряный кофе дымился, и его разливали по маленьким глиняным чашкам. Крепкий и жгучий, придающий сил и дарящий душевное вдохновение древним путникам, идущим по бескрайним пескам…

Было это давно. А сейчас! Солнце встаёт в небе над городом и розовыми облаками обещает хотя и радостный, но полный сует и тревог день. По дороге на работу, улучив полчаса, ты зайдёшь в уютное кафе, закажешь чашку кофе и неспешно проведёшь мгновения жизни наедине с собой, своими мыслями, ароматом и вкусом кофе, вновь обретая внутреннюю цельность и покой. А потом, пустившись дальше в свой путь, ты уже с другим настроением как бы мельком отметишь, – что-то внутри тебя изменилось. Чуть-чуть изменился твой мир бесконечно изменчивой реальности. И, кто знает, благодаря счастливым случайностям и неслучайным совпадениям, по дороге жизни приоткроется новая дверь, появится иная тропинка. И всё будет х о р о ш о!!!

Черновик

*

– А ты разделяешь мысль о том, что любовь – это, когда одна душа любит другую душу?..

…Вот, вчера я сидела в том самом кафе, где я ужинаю почти каждый день, чтобы дома не мешаться на кухне, ибо семья у нас теперь большая. Помнишь? Я говорила… Там ещё есть лапша, только её готовят в вок.

Но вчера я лапшу не ела, это сегодня, когда мы пришли с друзьями. Да, с друзьями куда веселее. Вот… А вчера я была одна, после работы, и компании не было, но я всё равно взяла немного пива к греческому салату и кусочку грибной пиццы. Сидела пила своё пива, думала о чём-то, как всегда. И о том, что вроде бы как отношения с мужчинами не складываются якобы у меня, потому что они думают обо мне что-то не то. Надо же о чём-то, сидя за пивом, размышлять. И допив бокал, я расслабляюсь совсем, и в голове у меня проносится такая мысль: «Да откуда же мне знать, что там эти мужчины на самом деле обо мне думают?». И прямо в этот момент этой мысли глаза в глаза встречаюсь с мужчиной напротив. Прямо в глаза. И долго мы так друг другу в глаза смотрим. Смотрим и сморим. Время идёт, я не шучу. А мы уставились друг на друга и смотрим друг другу в глаза. Долго так смотрели. Потом он спокойно сел за свой столик, а я оделась и пошла гулять. Выгуливать алкоголь, как я говорю. Что это была за коммуникация? Подумала я. Ну вот, такая произошла коммуникация. Вот… Остался после меня пивной бокал на столе и он подумал, наверное, «пьющая девушка». Девушка, пьющая бокал пива в полном одиночестве раз в три месяца. Мне станет гораздо легче, когда я перестану думать за людей. Хотя иногда, мне так кажется, я догадываюсь, кто, о чём думает, так или иначе. И, так или иначе, я заблуждаюсь…

– Симпатичный был мужчина?

– Ага, вроде бы да, в моём вкусе.

– Вдруг это судьба?

– Ну, я здесь почти каждый вечер ужинаю. Если это судьба, то ещё пересечёмся… наверное.

…Кстати, я пока своё пиво пила, я смотрела деликатно так на людей. И я думала о том, что люди эти едят и пьют с удовольствием, с радостью от жизни. Люди – жизнелюбивы. И никого здесь не волнует в этот момент, к примеру, политика. Люди в этом кафе – просто живут. И всё.

А сегодня я пришла вместе с друзьями, и мы ели ту самую лапшу. Мне понравилось. Мы болтали. А перед этим гуляли по набережной. А перед этим сидели в другом месте, где можно было пить чай на молоке со специями и играть в настольные игры. И я давно так не смеялась. С друзьями веселее. Но друзья же не всё время рядом с тобой. Иногда рядом просто люди.

И вчера, пока я выгуливала своё пиво, об этом я и думала. Мне ещё хотелось забуриться в кино и смотреть там, что угодно. Кстати, с очень хорошим актёром в главной роли. Но сеанса нужно было почти час ждать, и я пошла домой. И вот я шла и думала о том, что вот они люди рядом, их много, все они очень разные. И с кем-то бывает встречаешься глаза в глаза. А с кем-то даже коммуницируешь, обмениваешься энергиями на тонком уровне.

И вот иду я смотрю на людей и думаю. Ну… Если я собираюсь в «Царствие Небесное»… То одна-то я туда не пойду? А, если и пойду, то вместе со всеми этими людьми, так или иначе. С разной степенью любви в душе, желанием общаться или не общаться, с мыслями, целой пропастью мыслей в голове, а мы все вместе… Вот так вот.

*

К знанию о своих прошлых жизнях я всегда относилась с лёгкой долей скептицизма, но только потому, что по сей день мне, к примеру, сложно сказать, помню ли я что-то доподлинно. Ибо сны, какими реальными бы они не ощущались, для дневного сознания по сути – иллюзия…

Но, есть один сон. О моей прошлой жизни, где я – мужчина, на поле боя, усыпанном убитыми и их частями. И бой – это моя жизнь. А мимо проходят войска со стягами, и Спас нерукотворный на них. Такой вот сон. Да, кстати, очень рано в детстве, когда я ещё как бы не различала, что есть мальчики, а есть девочки. Я думала, что когда я вырасту, то пойду служить в армию, ибо я солдат. Ну, и возможно, но этим объясняется моя ничем не убиваемая любовь к боевым искусствам.

Вот…

А всё ж таки, в этом воплощении, я, как ни крути, но женщина. И само собой мне это нравится. Особенно, когда внутри как бы наблюдаешь за собой. И бывает так.

Собираюсь я в дорогу, три часа до поезда. И вдруг понимаю, то есть мне кажется, что моя помада Шанель осталась на работе. И прямо потемнело в глазах, я испытала такой ужас. Как? Где моя помада Шанель? Как же я буду без неё?.. И через минуту нахожу её в кармашке сумки. А сама думаю, вот забыла бы я паспорт, даже, наверное, бровью бы не повела. Ну паспорт, ну забыла, подумаешь? А любимая помада Шанель… Прямо в глазах в прямом смысле слова потемнело, мой мир померк, вообще никогда со мной такого не было.

Или вот.

Сидим мы вокруг костра на Хехцире на шаманских практиках. И, значит, сижу и внутренне готовлюсь полежать в могилке. Такая практика есть, когда выкапывается могилка, ты ложишься в неё и размышляешь о смысле жизни, в общем, о чём надо размышляешь. Кстати, интересно, у православных монахов тоже такое есть, только они ложатся в гробы. Но это очень страшно, по-моему. В землю как-то спокойнее, земля она тёплая, греет.

Ой… Сижу у костра, скоро уже идти, морально готовлюсь, чтоб не бояться и думаю. Хочу кусок торта… Вот бы мне сейчас кусочичек тортика съесть. Короче говоря, мне в могилу идти лежать, а я думаю о том, как бы мне торта поесть. Конечно, в этом тоже смысл, как бы последнее желание. Но всё ж таки. Захотелось кусок торта, и хоть ты тресни, что там у тебя впереди…

Кстати, с тортом у меня целая история. Я так родилась. Ага. Должна была появиться на свет 8 марта, вот. А маму пригласили коллеги поесть тортика 6-го, она ещё подумала, как хорошо, успеваю. Прослышала, видимо, я всё это дело. И родилась прямо 6-го ровно в час дня, ровно в обед. Где тортик?

Вот… Поэтому, наверное, когда я умру. Мало ли, всякое же бывает. В общем, надо есть тортики, и будет всем счастье.

Ну да ладно. Ещё одна короткая история, про то, каково это, чувствовать себя женщиной.

Просыпаешься утром. В меру серый, будний и, может быть, в чём-то дурацкий такой день. А я думаю с утра, хочу надеть платье. И сама же себя уговариваю, да ну, зачем платье, ветер холодный, день такой скучный, ничего особенного. Нет! Хочу платье и всё тут. Короче, лезешь в это платье, раз уж так мне захотелось. И ходишь потом в нём целый день. Ничего так, прикольно, приятно, красивая! И день хорошо прошёл!

*

Сегодня встретился мне один мой старинный друг. И так слегка миндально улыбаясь, говорит мне, что мол, чтобы встретиться с кем-то, познакомиться, на Бога надо уповать. Я кивнула ему головой в ответ, и в общем-то, по-своему он в чём-то прав. А я потом сижу и думаю, с чего он мне это-то сказал? Вроде бы я как-то и не нуждаюсь в том, чтобы знакомиться с кем-то. Наверное, думаю, наслышан так или иначе о том, что я там пишу что-то в своих черновиках. И опять же думаю о том, что, когда пишешь, то всё-таки не совсем о самой себе. Даже когда употребляешь местоимение «я», всё равно речь идёт от лица лирического героя, точнее героини. И всегда есть доля вымысла, как бы там ни было. Потому что есть мысль, которую хочешь выразить. А не то, чтобы написать о чём-то таком, чтобы потом кто-то подошёл к тебе и как бы пожалел, по головке так погладил, слегка миндально улыбаясь.

Вот, если бы я писала о себе, я бы написала так: «Вчера у нас было совещание. И нагнули нас под расстрел солёными огурцами. И сидели все такие, с серыми лицами. И я допустила, что и у меня испортилось настроение на целый день. Пришла вечером домой, говорю папе, так мол и так. А он мне отвечает: „Надо аккуратнее относиться к своему давлению“. И я думаю, точно, к давлению нужно относиться бережно, правильно папа говорит. Ну, и видать на совещании тоже правильно всё говорят, работать надо, деньги, так сказать, зарабатывать. Вот. Надела я свои тренировочные штаны, майку и кофту и пошла на стадион снимать стресс. Взяла перчатки свои для спорта, водички и пошла, почему-то с чувством собственной крутости (зачем оно мне не пойму?). Пришла на стадион, там народу много, детей, все чем-то таким занимаются подвижным. Футбол, бег, турники. Я пошла на свою полянку с травой и песком. Размялась, стала делать собаку мордой вниз, потом собаку мордой вверх. Потом собаку мордой вниз, планку, собаку мордой вверх, чатурангу, и так много раз. Потом махи ногами поделала, пандейро и кейшаду много раз. Потом опять собаку. Пока не устала. Потом попила водички, пошла на турник, отвиснулась там и сделала единственное, что могу сделать на турнике – это подтянуть колени к груди, и так три подхода по десять раз. Потом пошла домой. Помылась, поставила на закачку недосмотренный фрагмент „007: координаты Скайфолл“. Налила себе горячий цикорий, сидела смотрела кино, ела булочку с маслом и сыром, при этом почему-то захотелся бутерброд с чёрным хлебом и мясом, и я решила съесть его с утра. Смотрела кино, думала о том, что Джеймс Бонд в исполнении Дэниела Крейга – самый железобетонный. Потом легла спать. Окунувшись в ночное сознание, особенно чувственное. И, когда ещё не уснув, начала сновидеть, ты взял мою левую руку, прижал её к своему сердцу и не отпускал. И я понимала, что не могу отпустить, не хочу. Не смогу…».

А теперь, я вновь хотела бы вернуться к своему «Черновику», повествование которого идёт от первого лица, как бы от меня. Но на самом деле от лица моей лирической героини. И в этот раз она хотела бы рассказать об особенностях формулировок и том, что бывает, когда что-нибудь формулируешь, да не так. Небольшой мой комментарий относится к тому, что в этой истории роли бомжей-маргиналов играют Джон Траволта и Гэбриел Махт. Ну, мне так захотелось, во-первых, а во-вторых, потом ближе к концу всё прояснится, откуда они взялись. Кстати, кто не знает Махта (Траволту-то все знают), советую узнать, он прикольный. А словом «прикольный» можно сказать очень много…

Итак, есть такая формулировка: «Хочу мужчину». Мудрые люди рассказывают, мудрые женщины, что, когда её формулируешь, может случиться так. Раздаётся стук в дверь, открываешь её, а там бомж. И о чём-то он просит, не помню уже, к примеру, водички попить. Поишь его водой, закрываешь дверь. И думаешь… Эх, ма… Надо как-то поточнее своё желание в следующий раз формулировать.

Есть ещё такая формулировка: «Хочу секса». Но эффект от неё примерно такой же. В общем, сформулировала я как-то это «хочу». Иду. Мне навстречу два бомжа в меру пьяных и говорят: «О! П…а идёт, ща мы ей вдуем!». Сейчас-то мне прикольно об этом писать, думаю: «О, Траволта с Махтом прутся». А тогда мне так не показалось. Хорошо, что с тех пор, когда я хоть немного научилась бить (в спортивном зале научилась), перестала так сильно бояться. И чувствую, что меня их намерение явно нервирует. И вообще, хотя я и молчаливое существо с тихой грустью в глазах, но обороты гнева у меня нарастают в считанные доли одной секунды. И чувствую, в моих мыслях моя правая нога уже выстреливает из меня, как пуля. Ещё секунда, и я буду прицельно и безжалостно бить. Конечно, в реальности я просто прошла мимо, они тоже как-то слегонца посторонились.

Вот такая история. Но как-то до меня тогда так и не дошло, что вопрос формулировки остался открытым. И вот опять-таки: «Хочу секса». Ну, что ж за напасть такая?

На этот раз, встретился один интересный довольно-таки чувак. Нет, лучше сказать человек, правильнее говоря, мужчина. И я ещё подумала: «Ну надо же, хм…». Мы как-то так немного разговорились слово за слово. Выяснилось, что он занимается энергетическими практиками, а я, вроде как, не далека от этого, ибо мистический опыт, все дела. Ну, в общем, о чём-то таком поговорили. Вот, и можно было бы пойти попить чаю. И в этот день, я ещё как-то с утра так подумала, не тот ли это тот самый день сегодня? Хм… А, сердце тем временем сжимает такими тисками, тесно так в груди, прямо задыхаюсь. Что за дела? И понимаю, что мысли мои вообще в другом месте. В другом пространстве моих мечтаний. И я уже хотела сбежать, как водится, но подумала, чего я вечно от всего убегаю. Надо что-то уже начать проживать, как следует.

Пошли мы пить чай. Нашли кафешечку со свободными местами. Сидим, разговариваем. Про энергетические практики, про жизнь. И дошли до того места в разговоре, где речь идёт о том, что всё бывает очень бурно и всю ночь. Ибо энергия хлещет… И тут я говорю:

– Ох. Ты меня прости, но мы чаёк сейчас допиваем, а в гости я уже не пойду, ладно?

– А чего?

– Да у меня… Извини, что приходится тебе всё это говорить. Но у меня недавно такая история произошла, не то, чтобы я этого хотела, просто так само собой всё получилось. Короче говоря, у меня сердце, выходит, занято. Я влюбилась… в одного человека.

– Ну… Ты же понимаешь, что это всё иллюзорно, да?

– Да это-то давно уже ясно, как белый день. Только я не могу. Ну… У меня в груди всё теснит. Не могу, хоть режь. Даже, если из меня водопад сейчас энергии польётся. Не могу. Я не думала, что так будет, но чувства, когда они есть. Глубоки. Не могу.

– Ну ладно… Как знаешь. Пиши смс’ки, если что.

– Без обид?

– Без обид.

…Села я в автобус, еду и думаю. Вот, оказывается, как нужно было формулировать. Л ю б и м ы й же мужчина нужен! Чёрт подери. ЛЮБИМЫЙ!!! Раньше догадаться никак нельзя было? Хоть бы капельку правильно подумать. Хоть бы раз направить мысли туда, где выбор за тебя уже сделан твоим собственным сердцем. Душой, когда она уже любит другую душу… И неважно, выходит, что векторы не совпадают. Они, может, никогда и не совпадут.

Пока разберёшься со всем этим…

Как в том фильме «A Love song for Bobby Long» (в переводе «Любовная лихорадка»), где главный герой (вот он Траволта появляется) изрекает мысль о том, что по жизни всегда есть выбор между любовью и тёплой постелью. И даже, зная, в чём разница, мы всё равно выбираем тёплую постель. А как иначе?

…Видимо, последние 12 лет должны были чему-то научить. Ибо жизнь меня очень долго учила тому, что я умею любить, но не того человека. И я по новой, но опять иду по тем же граблям. Наверное, я просто люблю эти грабли, иначе я бы по ним не ходила. И как когда-то, но вновь, это так же глубоко и надолго.

Выходит, я свой выбор сделала, раз села в тот автобус. Ни фига не заземлилась, короче. И сдаётся мне, что нагибаться можно как угодно и сколько угодно, а вот прогнуться уже, наверное, не выйдет.

*

И вновь о кофе… Его необязательно пить каждый день, его необязательно вообще пить. Главное здесь другое… Кофе – это талант. Талант, награда, дар, ожидание, вдохновение. Чересчур пафосно, похоже. Но я не об этом. Сегодня утром я сварила кофе в турке, всё как обычно. Взяла маленькую такую чашечку, небесно-голубого цвета положила туда кубик тростникового сахара и свой кофе туда налила. Пахнет он как всегда бразильскими дождями. Но на вкус. Это было так божественно. И это всегда так… Кофе – это… душа. Это такая дверка в магическую реальность. То, что действует он на мозги – это само собой. Но ничего более, чем просто расшатывает нервную систему. А ведь, реальность-то приоткрывается. Выпиваешь свой кофе и идёшь преобразовываешь свой мир. Так… Неспешно. Мысленно улыбаясь. Чувствуя кончиками пальцев ног, как хитро всё утроено. Это просто такой талант. Кофе. И его дух. С ним можно подружиться. Тогда он позволит тебе вольности, как, например, варить его левой пяткой, небрежно мешать его ложкой. И разговаривать с ним очень прикольно. И ведёт он себя всегда по-разному, то шипит, да так громко заводит свои рулады. То молча стоит на огне, и тогда ты рискуешь, что он вспенится и выкипит… нафиг. Ругается, недоволен чем-то. Но я с ним накоротке… Рассказываю ему потом, чем он пахнет. Слушает, понимает, благодарит, доверяет. Кофе – мой друг. Поэтому, конечно, когда сделали кофе среднего рода, с души отворотило. Среднего рода – кофе – оно. В этой чудесной, магической и бездонно волшебной реальности, исключительно ничего нет «оно», на минуточку… Вот и мой кофе. Не надо его обижать. И, если, не хочется, то не надо его и пить. Полно травяных чаёв, прямо у меня на кухне. А кофе – это такая магия. И он может ею поделиться, если ты его правильно сваришь. Если сумеешь, конечно.