Читать книгу "Варвар"

ГЛАВА 4

Не могу сказать точно, сколько прошло времени, но проснулась я не в лучшем расположении духа, о физическом самочувствии и вовсе помолчу. Сначала показалось, что меня сбила машина, а позже эта догадка подтвердилась… Когда я увидела ту самую «машину», спящую рядом. Мы лежали обнажённые на кожаном диване. Марат – так, кажется, его звали – тихо сопел, раскинув ноги, а я, вся перепачканная его спермой, висела на краешке дивана.

Тут же возникло жуткое, обжигающее чувство вины и стойкое ощущение, что мне уже не отмыться от этой грязи никогда. Петя… Виталик. Как теперь я буду в глаза им смотреть? Как объясню это всё, если они однажды узнают?

Беззвучно обливаясь слезами, впопыхах собирала разбросанные по полу вещи и быстро натягивала их на себя. Тихо отворив дверь, прошмыгнула в коридор и вжалась в стену, услышав мужские голоса.

– Ну чё там? Тишина? Шеф сказал следить за каждым его шагом.

– Да он её всю ночь пялил, визжала как сучка. У меня самого аж встал. Дрыхнет сейчас, наверное. После такого-то родео.

– Варвар может. Он наших девок уже всех перепробовал. Инга говорила, мол, чуть мозги не вылетели, так дрючил. А эту ты видел вообще? Библиотекарша, бля. Я бы тоже такую выебал.

Это они обо мне? Обо мне?! Жгучий стыд опалил лицо, и я была готова провалиться сквозь землю. Вдруг представила, как эти слова услышит Петя, и захотелось взвыть.

Уходить. Срочно уходить отсюда.

Но как? За углом эти стоят, а другого пути нет. Если только…

Лезть в окно было страшно, но другого выхода я не видела. Уж лучше шею свернуть, чем повторение всего того, что произошло со мной ночью.

Да, я всё помнила. Каждое его движение, каждый яростный толчок внутри. Помнила, как стонала и двигалась ему в такт. И мне нравилось…

Как же мерзко. Как я могла? Теперь, конечно, проще простого всё свалить на наркотик, но легче от этого не стало бы. Я даже не попыталась воспротивиться. А ведь могла с ним поговорить, объяснить, что я замужняя, порядочная женщина. Рассказать, как сюда попала, и что говорил мне тот проклятый коротышка.

А вместо этого я бесстыдно раздвигала перед ним ноги и орала до хрипоты, когда его член грубо вторгался в моё тело, в мой рот… Как забыть это? Как стереть из памяти эту кошмарную ночь?

И как возвращаться домой? Зная, что совершила…

На улице было ещё темно, лишь где-то вдали пели птицы, предупреждая о скором рассвете. Заскользив по подоконнику, поцарапала руку, зашипела от боли и, рассердившись на свою жалкую беспомощность, просто прыгнула вниз.

Уже позже пойму, что это было очень глупо, ведь я могла упасть не на асфальт, а на что-нибудь острое, вроде ограждения с железными, заостренными прутьями. Но в тот момент мне так сильно хотелось исчезнуть оттуда, что будь там кипящая лава, я всё равно бы бросилась в неё. Поскорее выбраться из ада, сбежать, оставить свой позор в этом проклятом месте и никогда о нём не вспоминать. Никогда.

У ворот топтались два охранника, изредка о чём-то переговариваясь. Хорошо, что они не слышали, как я упала. Вот только как пройти незамеченной? Через забор не перелезть – очень высоко.

Притаившись за углом, ждала удобного момента, и неизвестно, сколько пришлось бы так стоять, если бы из парадного входа ни появился какой-то мужчина.

– Ну ладно вам, пацаны. Четыре утра. Идите, кофе хоть выпьем!

Мысленно поблагодарила незнакомца за шанс и, когда охранники, о чём-то споря, направились к крыльцу, что было сил рванула к калитке.

– Э-э-э! А ну, стоять! Стоять, сказал, пристрелю! – раздалось позади, и я застыла в пяти шагах от калитки, ведущей на свободу.

Поспешила… Как же так? Неужели мне не выбраться отсюда?

– Прошу вас, отпустите, – медленно повернулась к идущему ко мне охраннику и, не увидев в его руках оружия, застонала.

Я ведь могла успеть! Просто выскочить за ворота, а там уже вряд ли кто-то стал бы за мной бежать.

– Кто такая и чего здесь шляешься?! – грозно рявкнул мужчина, схватив меня за руку. – Отвечай!

– Я домой хочу, прошу вас, – зарыдала, дёрнувшись, но мужчина сжал моё запястье так сильно, что проще было оторвать себе руку. – Отпустите, я никому ничего не скажу!

– Да это же наша звезда, Жень! Не видишь, что ли? – заухмылялся второй, что подошёл сбоку. Ущипнув меня за ягодицу, мерзко заржал, а я снова попыталась вырваться.

– Чё ещё за звезда? – Женя, похоже, был единственным здесь, кто меня не узнал.

– Да которую Варвар вчера выбрал. Библиотекарша.

Сволочи! Гадкие сволочи!

– Отпустите! – заорала в лицо охраннику и впилась ногтями в его ручищу. – Немедленно отпустите меня! Вы не имеете права!

– Шеф по поводу неё давал какие-то распоряжения?

– Да на хрен она кому нужна. Отпусти ты её. Пусть валит.

Я притихла, затравленно наблюдая за их лениво протекающей беседой, и тот, который Женя, наконец, разжал пальцы.

– Вали, давай. И имей в виду: хоть кому-нибудь вякнешь, где была, найду и порву дырку до самых ушей. Усекла?!

Я быстро закивала, отступив на шаг назад.

– Свободна.

Не веря своей удаче, бросилась бежать и, выскочив на дорогу, чуть ни попала под машину. Водитель остервенело засигналил, что-то крикнул в окно и, завизжав покрышками, рванул вперёд.

– Девушка, вас подвезти? До центра всего пятьсот рублей! – увидеть приятное лицо пожилого таксиста было таким невероятным счастьем, что я заплакала.

– Спасибо! Спасибо вам!

***

– Работаешь там? – спустя полчаса езды, спросил водитель, а я вздрогнула от утренней прохлады и нажала на кнопку, чтобы приподнять стекло.

– Нет… Я просто с подругой там была… – откровенничать с таксистом не хотелось. Мне вообще не хотелось вспоминать о том месте и уж тем более говорить о нём.

– Ты имей в виду, в этом клубе нехорошие дела творятся. Я за год, что работаю в том районе, всякого навидался. Ты девушка хорошая, по одежде вижу… В общем, не ходила бы по таким местам, а то, чего доброго, обидят.

Поздно, дяденька. На себе, так сказать, ощутила, какие там дела творятся. Разумеется, рассуждать об этом не стала, просто молча кивнула. Водитель оставил меня в покое и заговорил только когда остановился у моего дома.

– Ну вот, приехали.

И тут я вспомнила, что сумка, телефон и паспорт остались в проклятом клубе. Мне их ведь не вернули…

– О, нет… Ох, как же это?! Я… Простите меня. Я сейчас поднимусь домой, возьму деньги и принесу вам.

Дяденька вздохнул, но согласился.

Вышла из машины, подняла голову вверх, глядя на окна нашей квартиры. На кухне горел свет и, похоже, Петя меня ждал. А от меня пахло спермой, алкоголем и непонятно чем ещё. Хотя, в принципе, спермы достаточно, чтобы никогда не возвращаться домой.

Поднялась на первый этаж и замерла у окна. Что ему сказать? О чём соврать? Где я была? Может, сказать, что я у Аньки ночевала? Точно! Так и скажу! Аня, надеюсь, подтвердит потом… До чего же я дошла? Чтобы вот так вот возвращаться домой под утро и на ходу сочинять небылицы для мужа.

Дверь оказалась незапертой, за что огромное спасибо Пете – не хотелось бы ни свет ни заря трезвонить и будить сына. Не хватало ещё, чтобы он увидел меня в таком состоянии.

Петя с кем-то говорил, и я в ужасе застыла, представив, как он вызывает полицию, чтобы заявить об исчезновении жены. А жена – вот она… Только-только из-под чужого мужика.

Влетела на кухню и остолбенела. За столом сидел Петя, а рядом в моем фартуке, со шкворчащей яичницей на сковородке, стояла Аня.

– Тебе с сосисочкой, Петь?

– Да, давай.

А я глядела на эту идиллию и в толк взять не могла, что вообще происходит.

– О! Подруга! – первой меня заметила Аня и, тут же бросив сковородку на плиту, подбежала ко мне. – Слушай, бледная какая! А я вот зашла твоих покормить, пока ты… Кхм… Контрольные проверяешь. Ну что, всё закончила? Учительскую закрыла? – одарила меня многозначительным взглядом, а я перевела обалдевший взгляд на мужа.

– Зайка! Ну, ты что? В своём уме на целую ночь уходить? Я, между прочим, так и не смог уснуть без тебя! – Петя подскочил к нам, чмокнул меня в губы, а мне почему-то в этот момент подумалось, что лучше бы не целовал. Ведь ещё совсем недавно моих губ касался член Варвара…

– Прости, Петь… Я контрольные проверяла… Много было… – в глаза мужу так и не осмелилась посмотреть. А вот Аньку наградила укоризненным взглядом. Она поджала губы, потупилась. – Спасибо, Аня, за помощь, но дальше я сама. Сама накормлю своего мужа. А ты иди. Ты у нас тоже девушка замужняя.

Да, я угрожала ей. Давала понять, что если она когда-нибудь откроет свой рот и расскажет Пете о том, где мы были, то и я не стану молчать. Всё выложу её мужу, а уж он её за это по головке не погладят. Я, конечно, не перекладывала свою вину на неё, но и видеть, как подруга, что бросила меня в трудный момент, обхаживает моего мужа… Слишком гадко.

– Ну что ты, зай? Устала? Не злись, любимая. Аня такой завтрак приготовила! Мммм, закачаешься просто! Покушай с нами, – муж явно заметил возникшее между нами напряжение, но не понял, откуда оно.

– Нет, Петя. Пусть Аня идет домой. У неё тоже очень много дел.

– Ну, как знаешь… Проводишь меня до двери? – Аня помахала ручкой Пете, всучила ему фартук и прошла мимо меня, виляя бёдрами. Боже мой, как же я не увидела в ней стерву раньше?

– Что ты ему сказала? – налетела на неё в коридоре, но подруга лишь горделиво вздёрнула нос.

– А что я могла сказать, по-твоему? Что ты увела моего Варвара и трахалась с ним всю ночь, позабыв о своей семье? Или что у тебя в волосах до сих пор его сперма?

Повернулась к зеркалу и ужаснулась. Неужели это я? Я! Та, что никогда не посмела бы даже взглянуть на другого мужчину!

– Повезло тебе, что Петя твой идиот! – зашипела на меня Анька, презрительно ухмыляясь. – Я бы с превеликим удовольствием рассказала ему, как ты мой подарочек на день рождения попользовала! Да только мне вчера пригрозили, что если рот открою, убьют. А так бы… Дешевая подстилка ты, Снежа. И воняет от тебя хуями, – оттолкнув меня в сторону, Анька вылетела в подъезд, а я так и осталась стоять у зеркала, пытаясь выдрать из волос следы своего позора.

– Зайка, ну что, мы кушать-то будем, нет? – из кухни показался Петя, а мне впервые в жизни захотелось его послать.

– Петенька… Ты сходи вниз… Там таксисту надо денежку заплатить. Он меня из школы по двойному тарифу согласился отвезти. Утро, сам понимаешь…

– Конечно, заюнь! А ты денежку дашь своему хомячку? – мило улыбнулся, глядя на моё отражение, а мне почему-то стало интересно, как повёл бы себя Варвар, будучи на месте моего мужа… Вряд ли он стал бы так улыбаться.

– Я сумку в школе забыла… Ты возьми там, из тайничка.

Петина улыбка вдруг угасла.

– Ну, ты что, Снеж? Мы же на спиннинг мне копили!

Мне вдруг так захотелось на него накричать, что запершило в горле.

– Петя… Возьми деньги и расплатись с таксистом.

– Ну понял, понял, чего злишься? Ты лучше салатик там дорежь, а то Аня не успела. А я сейчас.

ГЛАВА 5

Голова раскалывалась, словно по ней всю ночь кувалдой стучали. Наверное, все-таки не стоило трахаться всю ночь после трех боев. Однако, на его утренней эрекции головная боль никак не сказалась. Там, как всегда, бурлила жизнь. Хорошо, что «училка» под боком. Как же её зовут? Снежана, вроде? Впрочем, не имеет значения.

Пошарил рукой рядом с собой и недовольно рыкнул, осознав, что глаза открыть-таки придётся.

А комната оказалась пустой. Не было девки, что странно. Обычно они не уходят без бабла. Наверное, Спирин расплатился.

Провёл ладонью по лицу, потянулся за стаканом с водой и в этот момент дверь тихонько открылась. Поднял вопросительный взгляд на девицу в униформе.

– Я… Извините, я убраться пришла… – опустила взгляд на его, ничем не прикрытое и ещё не опавшее достоинство, и нервно сглотнула. – Я позже зайду, извините.

Марат усмехнулся.

– Стой.

Девица застыла, опустила глаза в пол.

– Где та шлюха, что была этой ночью со мной?

Девчонка прикусила нижнюю губу, но взгляд так и не подняла.

– Я не знаю… Я работаю здесь только третий день… И только днём.

Ещё раз окинул её придирчивым взглядом. Нет, не пойдёт. Слишком сопливая. Лет двадцать, не больше. А это всё равно, что ребёнка трахать.

– Можешь идти. И позови мне своего шефа.

Хаджиев видел, как девчонка облегчённо вздохнула и, кивнув, вылетела из комнаты, осторожно прикрывая за собой дверь.

– Марат, брат мой! – Спирина встретил уже в тесном коридоре, на ходу надевая и застёгивая рубашку. – Вот правду говорят, что чеченцы – красивый народ. Хоть в трусах на ринге, хоть в костюме…

– Во-первых, я тебе не брат, – взглянул на часы и продолжил путь, словно Спирин был всего лишь настырной мошкой, жужжащей где-то внизу. – Во-вторых, прекращай свои пидорские штучки, я не ведусь на комплименты от тех, у кого имеются яйца. Они же у тебя имеются?

Жирная морда Спирина покраснела, он поперхнулся, но заискивающе ухмыляться не перестал. Как и бежать за Варваром.

– Хорошо, хорошо… Извини, не хотел тебя оскорбить. Слушай, ну так что с долгом? Отсрочку дашь, а? Марат, я ведь всё для тебя, ты же знаешь…

Хаджиев остановился уже перед выходом, повернулся к прихвостню.

– Ты испортил мне настроение. Я сегодня зол. Так что нет, об отсрочке можешь забыть, – Марат потешался над уродом. До безумия любил это дело. Видеть этот первобытный ужас в глазах и то, как перед ним стелятся ковром. Что тут скажешь, есть в нём что-то от садиста.

– Ка-а-ак?! Кто посмел?! Разве девушка не доставила тебе удовольствие? Или повара плохо обслужили?! Да я их всех…

– А где девушка-то? Она сбежала, пока я спал.

Спирин выпучил глаза, метнул уничтожающий взгляд на охранника, который с каменной мордой всё это время следовал за ними.

– Колян! Какого хрена?! Где девка?!

Хаджиев с наигранным интересом сложил руки на широкой груди и с лёгкой улыбкой уставился на бедного Коляна, готового, кажется, вот-вот дух испустить, не хило зассал.

– Так это… Ушла она под утро, шеф, – пробасил тот. – Даже сумку и паспорт не забрала. Так бежала, аж тапки теряя. Мы и подумали, что её Варва… Кхм… Господин Хаджиев выгнал.

Ну, вообще логично отпирался малый. Есть у Марата такая привычка. Он баб трахает, а как наскучат, выкидывает. Но вот вчера… Как-то всё странно было. Понравилась ему эта Снежана. Понравилась так, как не нравилась до этого ни одна шлюха. Он давно с таким удовольствием не имел женщину.

Ему нравилось то, как она искусно играла свою роль скромной, правильной девочки. И то, как робко, с каким-то трепетом брала в рот его член. Он отдавал ей грубые, короткие приказы, а она со страхом в глазах их исполняла. А потом кончал ей на лицо и снова таранил каменным членом. Она время от времени предпринимала попытки вырваться, что-то умоляюще шептала, а потом снова проваливалась вместе с ним в пучину наслаждения. Словно неискушённая. Почти девственница. Может, как шлюха она и не очень, но вот актриса замечательная.

От одного воспоминания о том, как поршнем вколачивался в её тугое, горячее лоно – в штанах всё задеревенело.

– Ты идиот! – рявкнул на Коляна Спирин и снова заухмылялся чечену. – Марат, это вообще не проблема, знаешь? У меня есть паспорт этой красавицы. Ты только слово скажи, и она будет у тебя! Выполнит все твои желания!

Хаджиев нахмурился.

– С каких это пор ты хранишь у себя паспорта шлюх?

А вот Спирин, похоже, удивился.

– Шлюх? Да помилуй! Ты же сам видел, какая она… Какая там шлюха. Обычная посетительница. Я же тебе предлагал первоклассных девочек из эскорта, а ты на эту указал… Но не волнуйся. Она никому ни слова не посмеет сказать…

– Не понял. Ты хочешь сказать, что она не работала? Прям реально с улицы? – тут же начал копошиться в мыслях, вспоминая её умоляющие, полные страха глаза.

Как просилась, вскрикивала, когда он терял голову и начинал её зверски трахать. Но она ведь и не сопротивлялась. Так, иногда просто пыталась вылезть из-под него, но так делают и шлюхи, когда он совсем уж распаляется. Но сопротивления, как это было бы при изнасиловании, он не заметил.

– Да училка она обычная.

Училка? Хаджиев даже хмыкнул. Да ну на.

– Сам удивился. Тоже думал, левые шаболды подзаработать пришли. А нет… Я даже ей таблетку дал для расслабления.

Так вот в чём дело. В таблетке.

Разумеется, Хаджиев не сожалел о том, что хорошо провёл время. Он никогда не жалел. Но внутри всколыхнулся чёрный осадок. Словно его обманули. Спирин, ублюдок.

– Паспорт мне её сюда!

ГЛАВА 6

Я пыталась. Правда, пыталась забыть то, что произошло со мной в том клубе… Думала, вернусь к своим родным мальчишкам, и всё пройдёт. Просто выкину из головы это сумасшествие, творившееся там со мной…

Но не получалось. Уже два дня у меня ничего не получалось. Из рук всё валилось, и везде мерещился Варвар. Я вспоминала его прикосновения, и по телу пробегал ток, а как только меня касался муж и… Ничего не чувствовала. А ведь должна! Раньше всегда испытывала наслаждение с Петей. Не такое бешеное возбуждение, как после того наркотика, но было вполне приятно.

Я боялась своих мыслей. Боялась того, что впервые испытала с Варваром… Боялась, что однажды муж узнает об этом, и я навсегда упаду в его глазах…

«Библиотекарша» – так называли меня охранники, потешаясь. И это слово набатом било в голове, не давая мне ни сна, ни отдыха.

Унизительно и гадко всё то, что мне пришлось пережить. Но разве не должна моя память абстрагироваться, помочь избавиться от тех жутких картинок, где огромный обнажённый мужик имеет меня, как законченную проститутку? Почему оно не забывается? Почему так живо в мыслях?

– Зайка, ты опять о чём-то задумалась? Какая-то ты заторможенная в последнее время. Не заболела? – супруг участливо заглянул мне в лицо. – Давай, я посуду помою, ты, наверное, устала.

– Спасибо, Петь, – через силу улыбнулась ему, присела на стул, вытирая руки. – Я действительно устала… Скорее бы каникулы.

– Так скоро уже. Неделька всего осталась и гуляй.

– Ну да… Может, съездим куда-нибудь, а, Петь? Давай, Виталика возьмём и хотя бы на несколько дней отдыхать уедем? Я даже кредит ради такого дела возьму.

Петя прокашлялся, поставил в сушилку вымытую тарелку и повернулся ко мне, уперев руки в бока.

– Зайка, какой кредит, какой отдых? Вот на дачу поедем, картошечку посадим, заодно и отдохнёшь от своих двоечников. И никаких кредитов не надо.

Картошечку… Отчего-то мне снова захотелось наорать на мужа. Напомнить, что я вкалываю, как проклятая в школе, потом ещё репетиторством подрабатываю. Напомнить, что я тоже человек и хочу нормально отдохнуть, а не с лопатой на грядке, сажая картошечку. Хотелось спросить его, когда уже он устроится на работу, и я смогу купить его сыну новые кроссовки. И спиннинг, чтобы сам себе купил.

Не знаю, что на меня нашло, благо, вовремя одумалась. Молча поднялась со стула и, так же молча миновав супруга, вышла из кухни.

– Так, я не понял… А как же ужин, зай?

– Сам приготовь, Петя! Пожарь картошечку! – огрызнулась уже из коридора и хлопнула дверью.

Наверное, это чувство вины меня пожирало. Протягивало ко мне свои мерзкие щупальца и душило, душило… Я не могла смотреть мужу в глаза, избегала даже сына. На работе не смотрела на детей… Всё время казалось, что все они знают о моём вечном позоре. Вот-вот начнут тыкать пальцами и смеяться. Мне хотелось спрятаться от всего мира, закрыться за большой железной дверью на несколько замков, запечатать наглухо окна и просто проваляться под одеялом несколько дней подряд. А, может, недель… А, может, даже лет. Чтобы когда выйду оттуда, мир забыл о моём жутком падении в бездну порока.

Анька целых два дня не разговаривала, бросая на меня брезгливые взгляды, словно это я, а не она просила Варвара трахнуть её. Впрочем, мне не было до неё дела и меньшее, чего мне в тот момент хотелось бы – её пустая болтовня. Я начала потихоньку замыкаться в себе, в своём мире, в своих снах, куда на протяжении этих двух дней регулярно наведывался Марат и продолжал свои страшные пытки, после которых я просыпалась в холодном поту и… с влажными трусиками. Я возбуждалась от этих снов, как от наркотика, которым меня тогда напичкал проклятый коротышка, и вскакивала с кровати, как ошпаренная, не находя выхода этим новым эмоциям. Они пугали меня так же, как и тот, кто их вызывал. Но самое страшное… Я засыпала с мыслью, что хочу снова увидеть этот сон.

– Зайка, любимая моя, – кровать прогнулась, а я закрыла глаза в попытке сделать вид, что сплю. – Зайка-а-а, – протянул у самого уха Петя, и рука его поползла мне под халат. – Рано же ещё для сна… Я Витальку накормил, но сам остался очень голодным. Порадуешь своего хомячка?

А я стиснула зубы, и почему-то захотелось зло рассмеяться на этого его «хомячка». Так и представила, как занимаюсь сексом с большой плюшевой игрушкой.

– Петь, я устала. Дай поспать.

– Но ещё же только шесть вечера, Снеж! – обиженно протянул муж, но приставать больше не стал. Завалился рядом, достал телефон со своей дурацкой пиликающей игрой. – Ну и ладно!

Ну и ладно.

Внезапно раздался дверной звонок, и у меня отчего-то в приступе страха сжалось сердце. Возникло какое-то давящее, тревожное предчувствие. Похоже, мне пора было пить успокоительное.

– Лежи, зай, я сейчас открою, – закряхтел Петя, поднимаясь с кровати, а я вдруг вскочила, как ошпаренная.

– Нет! То есть… Я сама открою. Мне ученица должна принести тетради на проверку, она дома занимается и… – выдохнула. Я начинала сходить с ума. Ну, чего так испугалась? Можно подумать, там Варвар ко мне в гости пришёл. Он уже и думать обо мне позабыл. – В общем, я открою.

Муж пожал плечами, зевнул и снова завалился на постель.

Думая о своём, о наболевшем, открыла дверь, не спросив даже, кто там, и не посмотрев в глазок. И застыла с открытым ртом, увидев на пороге огромного мужчину. В тусклом свете запыленной подъездной лампочки мне сначала показалось, что это Варвар, и сердце трепыхнулось в груди, словно птица, попавшая в клетку. Приглядевшись, поняла, что ошиблась и, медленно выдохнув, облокотилась о дверь, не в силах устоять на ногах.

– Лебедева Снежана Александровна? – нереально высокий, угрюмый, с косматыми бровями и явно кавказской внешности, в былое время он бы меня напугал. Но сейчас, когда прошла угроза помереть от одного тёмного, как будто дьявольского взгляда Варвара, я расслабилась и испытала нечто схожее с эйфорией.

– Да, я… Что вы хотели?

– Это вам, – буркнул мужчина, протягивая мне черный бумажный пакет с логотипом какого-то магазина или фирмы.

– Я ничего не заказывала, – подумав, что это курьер (хотя на курьера этот мужчина был похож меньше всего) ошибся и принёс чей-то заказ на другой адрес.

– Это вам, – повторил с нажимом и без всяких церемоний всучил мне пакет. – Проверьте всё содержимое, и я пойду.

Непонимающе похлопав ресницами ещё пару секунд, робко заглянула в пакет и первое, что мне бросилось в глаза – мой паспорт. Я узнала его по обложке, которую на новый год подарил мне Петя. Чуть ранее дети в школе пошутили, разрисовав документ, который я случайно выронила из сумки, и мне пришлось его менять. А эта обложка была с защитной плёнкой, хоть всю разрисуй.

Бросив быстрый взгляд на мужчину, я достала паспорт, какой-то толстый конверт и небрежно сложенное красное платье, на бирке которого на автомате прочла имя «Alexander Mcqueen».

– Это что? – прохрипела севшим голосом и, не дождавшись ответа, заглянула в конверт.

Деньги. Целая пачка. И даже не рублей, а долларов.

– Марат Саидович приносит вам свои извинения и надеется, что эти скромные подарки хоть немного смягчат его вину, – мужчина пробубнил явно заученный текст, а я подняла на него ошарашенный взгляд.

Сглотнув, медленно выдохнула, попыталась проглотить ком, что застрял где-то в гортани. В глазах предательски защипало, и мне захотелось швырнуть это всё мужчине в лицо. Но сдержало понимание, что он просто выполняет свою работу. Хотя морда, конечно, бандитская.

– Я возьму только паспорт. Остальное передайте своему Марату Саидовичу и скажите: пусть затолкает свои деньги себе в задницу! – я не ругалась так… Да никогда не ругалась. Но в тот момент, могу поклясться, мне доставило это удовольствие и принесло хоть небольшое, но всё же облегчение.

– Мне велено передать вам всё. Всего доброго, – ответил безапелляционно бандит, глядя куда-то пониже моих глаз, а затем повернулся, чтобы уйти.

– В таком случае, я брошу это здесь! – бросив пакет с платьем и деньгами прямо на площадку, захлопнула дверь и, медленно выдохнув, оперлась о стену.

Только бы ушёл, только бы не стал трезвонить. Сердце колотилось в груди, как сумасшедшее, и мне невыносимо захотелось поплакать.

– Зайка, а кто это был? – подняла взгляд на мужа и окинула его с ног до головы.

Маленький, толстенький, вечно что-то жующий Петя. Даже если бы я осмелилась рассказать ему и попросить защиты… Разве смог бы он заступиться за меня?

– Это… Паспорт в школе забыла, вот, принесли.

***

– Слушаю тебя, – Марат перевел взгляд на пакет в руках подчиненного и вздёрнул брови. – И в чём же дело? Почему не отдал?

Али опустил глаза в пол, поставил пакет на стол.

– Она только паспорт забрала, Марат Саидович.

– Разве я не велел тебе отдать пакет ей в руки? – Хаджиев поднялся с дивана, Али попятился назад.

– Я отдал. Но она забрала лишь паспорт, а остальное швырнула мне под ноги и закрыла дверь.

– Гордая, значит? – Марат небрежно вытряхнул содержимое пакета на стол, усмехнулся. – Ты передал ей мои слова?

– В точности, как вы и сказали.

– Что она ответила?

Али замялся, пряча взгляд. Мало кому хотелось бы пересказывать такое Хаджиеву.

– Ну? Говори!

– Она просила вам передать… Кхе-кхе… Чтобы вы свои деньги…

– Ну?

– …засунули себе в задницу… – и тут же отступился, поймав бешеный взгляд Марата.