Читать книгу "Подарок для шейха. Жестокая сказка"

Анастасия Сова
Подарок для шейха. Жестокая сказка

Глава 1

Аня

– Он здесь! – Карина произносит эти слова с таким видом, что в комнате для персонала отеля воцаряется молчание.

Ее голос в конце едва не срывается на визг восторга, и что-то неприятно царапает мне горло.

Это нехорошее предчувствие. Иногда со мной такое бывает.

– Кто «он»? – спрашиваю я, кажется, единственная, кто ничего не понял.

– Ань, ну, ты как с луны свалилась! – усмехается Карина.

– Уже неделю все только об этом и говорят, – поддерживает ее Ира, глаза у которой широко распахиваются от предвкушения. – Забыла, как на днях нас заставили холл три раза перемывать?

– Сам шейх Амин! – продолжает Карина, и ее взгляд переполняется алчным предвкушением. – Говорят, у него в покоях стоит реальный золотой унитаз!

– А еще говорят, – воодушевленно добавляет другая девушка, – если посмотришь ему в глаза – сразу ослепнешь!

По комнате проносится всеобщий мечтательный возглас.

– И?! – я все еще не понимаю. Точнее, понимаю, но не разделяю всеобщего восторга. – Нам вдвойне смену оплатят?

Девчонки закатывают глаза.

В отличие от них я приехала сюда не по своей воле. Отец даже не спросил – поставил перед фактом. И теперь я тружусь в этом отеле фактически за еду.

На улицу почти не выхожу, живу в подсобке, потому что дать мне полноценный номер хозяин отеля пожадничал, сказав, что не собирается тратить свои средства на тех, кто ему должен.

И вот уже два месяца моя жизнь – сплошная круговерть из номеров, постельного белья, унитазов и неприятных арабов, от похотливых взглядов которых иногда хочется добежать до унитаза, чтобы тебя стошнило.

Но я не выбирала эту жизнь. Ее за меня выбрал папа.

– Ань, ну, ты чего?! – Карина еще более демонстративно закатывает глаза. – Разве это не мечта любой девушки выйти замуж за шейха? – девчонка многозначительно играет бровями, и теперь глаза приходится закатить мне. – Представляешь, всю эту роскошь?! Самые дорогие тачки, шмотки, сумочки? Да я за один золотой унитаз душу продать готова!

– Тем более, это не абы кто, – дополняет слова Карины Тоня. – А сам…

– Шейх Амин! – перебиваю ее. – Я запомнила.

– Ой, Ань, ну, хочешь в этой дыре навечно остаться – оставайся! – Карину явно начинает раздражать этот разговор. – А мы хотим свалить, да, девочки?

Раздаются дружные одобряющие возгласы.

– И, желательно, в компании какого-нибудь арабского богача, который возьмет нас под крылышко.

– А потом вас найдут с выбитыми зубами и переломанными ногами, потому что у каждой медали есть обратная сторона, – не оставляю попыток вразумить коллег я.

– Пойдемте, девочки, а то тут резко стало душно, – заводила Карина явно дает понять, что я здесь лишняя.

– Не надо, оставайтесь. Я сама уйду, – подхватываю ведро, швабру и несколько запасных тряпок, потому что время на отдых все равно закончилось. А мне очень нужно занять себя делом, чтобы не сойти с ума.

Обычно я стараюсь не нарушать правила, но сегодня решаю немного поступиться этим принципом. Вставляю в уши наушники и врубаю любимые композиции.

Иду по коридору, и тело само так и просится совершить несколько пластичных танцевальных движений.

Сначала я просто слегка пританцовываю, но в какой-то момент решаю дать себе волю. Всего на секунду, пока никто не видит.

Ставлю ведро на пол, закрываю глаза и предаюсь потрясающим знакомым ритмам.

Проходит всего несколько секунд, как какое-то странное, нехорошее предчувствие заставляет меня открыть глаза. Но все равно оказывается поздно. Важная процессия из нескольких арабов неожиданно появилась из-за поворота, и я… неуклюже отступаю, задеваю ведро и падаю вместе с ним на мягкий ярко-красный ковер.

У меня внутри все замирает, потому что я сразу узнаю его. Шейх Амин – правитель этого богатого восточного государства, куда так сильно стремился попасть мой отец, а в итоге попала я.

Один наушник выпадает из уха. За них мне теперь точно влетит.

Вода разливается по полу.

Она быстро впитывается в ковер, но я все равно отчетливо вижу, что несколько крупных капель попали на сандалии шейха.

Это конец!

Не успеваю даже поднять головы, как начинаю чувствовать это.

Взгляд.

Тяжелый, будто пробирающий до самого нутра.

Горло тут же сжимается от накатившего вдруг беспокойства. И дрожь в теле оказывается слишком ощутимой, чтобы ее можно было скрыть.

Я знаю, что смотреть на шейха запрещено, пока он лично не даст такого разрешения или не попросит, но… я делаю это инстинктивно. Поднимаю голову.

Сердце замирает в груди.

Девочки оказались правы. Шейх Амин – воплощение идеального мужчины. Широкие плечи, массивная фигура, источающая ощутимую энергетику и опасность.

Хватит мимолетного взгляда, чтобы понять – этот человек держит в своих мускулистых руках всю власть. Один из самых богатых и влиятельных людей на Востоке должен выглядеть именно так. Только так.

Но в одном девочки все же ошиблись. Арабский шейх – не принц, исполняющий любое твое желание, стоит только попросить. Он хищник – в лапы которого лучше не попадаться.

Гневное обращение на арабском, и две тени в черных костюмах молниеносно надвигаются на меня.

Охранники шейха грубо хватают меня с двух сторон, и делают это отнюдь не нежно.

Их пальцы болезненно стискиваются на моих плечах.

Я знаю, что они собираются сделать – отшвырнуть меня в сторону, точно мешок с мусором, посмевший развалиться на пути Господина. Против воли мое тело издает испуганный вздох.

Я зажмуриваюсь, готовясь к болезненному падению и мысленно убеждаю себя, что это окажется даже удачным раскладом. Но вдруг происходит то, чего я никак не могла ожидать.

Шейх произносит одно короткое слово, значения которого я не понимаю. Тихо, но в голосе все равно чувствуется такая власть, что воздух вокруг меня застывает.

Охранники мгновенно разжимают пальцы, будто моя кожа их обожгла.

Ужас охватывает меня, потому что я не понимаю, что происходит.

В отличие от коллег по цеху, я не хочу, чтобы богатые арабы обращали на меня свое внимание, потому что не дура, как они, и прекрасно понимаю, что может скрываться за щедрыми дарами и золотыми унитазами.

Я вновь поднимаю голову, ненавидя себя за это.

Шейх глядит на меня сверху вниз.

Его глаза не просто темные. В них будто смешались горький шоколад и жидкое золото, сгущающееся в самой глубине уверенного взгляда.

И в этом взгляде нет гнева или презрения. Лишь явное любопытство и оценивающий интерес. Именно так смотрит хищник на свою жертву перед прыжком. Перед тем, как забрать у загнанного зверька последнюю возможность дышать.

Горло будто сдавливают тиски. Потому что это гораздо хуже.

Внезапно шейх протягивает ко мне руку.

Я перестаю дышать и ожидаю чего угодно в этот момент.

Но его рука тянется ко мне не чтобы ударить, как я сначала подумала, он лишь мягко прикасается к моей щеке, чтобы убрать прядь волос, выбившуюся из прически.

Это касание пробегает по моей коже электрическим разрядом, заставив все внутри меня в одно мгновение расплавиться.

– Как тебя зовут? – спрашивает Амин на хорошем английском, но от паники, накатившей на меня в этот момент, я забываю собственное имя.

Потому что я понимаю, что если до этого еще был не конец, то сейчас точно конец.

Глава 2

Аня

Воздух в моей маленькой комнатке без окон, что совсем не приспособлена для проживания людей, кажется как никогда спертым.

Его будто нет совсем.

Я буквально ощущаю, как на легкие давит тяжесть повисшего вокруг меня напряжения.

Думала укроюсь здесь и станет чуточку легче, но нет. Не становится.

Да, я знаю, у меня сегодня еще много работы, и меня могут наказать за то, что прохлаждаюсь, но мне жизненно необходимо сейчас это время наедине с собой.

Сижу на жесткой металлической кровати и смотрю на свои руки.

Тонкие пальцы до сих пор дрожат. Я словно все еще сижу на коленях перед шейхом.

Амин посмотрел на меня, и мир вокруг перевернулся.

Нет, я не влюбилась, как эти глупые дурочки – Карина и подружки. Просто сразу же возникло ощущение, будто земля уходит из-под ног. А под ней бездна. Пропасть, в которую я вот-вот полечу.

Вода из ведра, что я уронила, обдала его безупречные начищенные сандалии из кожи какой-то рептилии. Наверняка очень редкой и дорогой.

Думала шейх раздавит меня, словно букашку, но он этого не сделал. Только спросил, как меня зовут.

Мне пришлось прошептать свое имя хотя бы ради правил приличия. Но сейчас я понимаю, не стоило делиться настоящим именем. Это буквально как отдать часть себя другому, незнакомому и очень опасному человеку.

Теперь шейх Амин знает, что меня зовут Аней. И этой информации ему будет вполне достаточно, чтобы наказать меня. А я ни раз читала, что шейхи могут наказывать, и наказывать очень жестко.

Из размышлений меня вырывает неожиданный стук в дверь.

Сердце сначала замирает, а потом вдруг начинает биться с удвоенной силой.

Дверь распахивается до того, как я успеваю дать разрешение войти.

На пороге стоит наш управляющий Ибрагим. И его приход не сулит ничего хорошего.

– С тобой хочет поговорить хозяин, – обращается он ко мне на английском.

Блин! Неужели, инцидент с шейхом все же дошел до него. Надеюсь, это не девочки такими грязными способами избавляются от конкурентки? Иначе я совсем перестану верить в людей…

С хозяином отеля я обычно стараюсь не встречаться. Даже взглядом. Мне достаточно того, что в его глазах я – бесправная должница, которая пусть и отрабатывает долг, но делает это слишком медленно.

Как бы я не хотела уехать отсюда, принудительное увольнение станет худшим, что может случиться.

Но у меня нет выбора, поэтому я следую по роскошным коридорам отеля вслед за Ибрагимом.

Он идет быстро, и я чувствую себя особенно неуклюжей, стараясь поспеть за ним, потому что мои ноги ватные и отказываются нормально слушаться.

Кабинет босса роскошный и вычурный. Я была здесь всего один раз, когда выслушивала условия своего кабального контракта.

Здесь все кричит о деньгах и силе, и я понимаю, что долг моего папы для такого состоятельного человека – капля в море, но он усердно пытается его содрать, потому что в глубине своей мелкой душонки любит издеваться над людьми.

– Подойди ближе, Анья, – просит он меня на ломаном русском.

Я исполняю, потому что другого варианта просто нет.

Босс оценивает меня тяжелым взглядом. Долго рассматривает, словно нагнетая еще больше напряжения в ситуацию.

– Кажется, ты оказалась в нужное время в нужном месте, Анья.

Он усмехается, и звук этой циничной усмешки неприятно скребет по нервам.

– Или, наоборот, – добавляет следом зловеще. – Шейх Амин ибн Заид аль-Халиди соблаговолил обратить на тебя внимание.

Дыхание перехватывает от этих слов.

Кажется, сбываются самые жуткие прогнозы.

– Он… он пожелал наказать меня? – спрашиваю, запинаясь.

– Нет, – следом слышится его раскатистый смех. – Глупая русская! Он хочет забрать тебя. В свой гарем.

Слово «гарем» повисает в воздухе.

Все внутри меня замирает от леденящего страха.

«Нет! Нет! Нет!», – протестует внутренний голос, но мне пока не хватает сил, чтобы произнести свой протест вслух.

– Я… я не могу… не хочу… – лепечу я, инстинктивно отступая. Ища спасения где-то позади себя.

Руки непроизвольно сжимаются в кулаки. Ведь я единственная в Асле, кто может защитить меня.

Лицо хозяина отеля, господина Ахмада, меняет свое выражение. Теперь на нем больше нет этой довольной ухмылки. Каждая черта превращается в камень.

– Это не предложение, Анья! – из-за раздражения русский араба начинает еще больше хромать. – Это приказ. Шейх Амин – наш правитель. Его желание – закон для всех. И твое «хочу» или «не хочу» никого здесь не интересует.

– Я не смогу отработать долг, если вы меня отдадите! – приходит вдруг в голову. Господин Ахмад любит деньги. Он что угодно сделает, чтобы заполучить их.

И я внутренне ликую, что в голову пришел этот чудесный аргумент.

– Ваш долг будет прощен. Полностью. Ты искупишь его в гареме нашего Повелителя.

– Нет! – вырывается у меня снова. Протест так и рвется наружу. – У нас не было такого уговора! Я не согласна!

Глаза господина Ахмада сужаются, превращаясь в маленькие злые щелочки. Он медленно поднимается со своего широкого бархатного кресла и устрашающее надвигается на меня.

– Я сказал, – произносит, растягивая слова, – ты не можешь отказаться.

И прежде, чем я успеваю хоть что-то ответить, Ахмад замахивается и оставляет на моей щеке жгучую, болезненную пощечину.

Его ладонь ударяет меня со всей силы. И это удар оглушает.

Я пошатываюсь и едва могу удержаться на ногах.

– Это тебе для убедительности, Анья. Станешь хорошей шлюхой для нашего господина и, может, он позволит тебе даже встретиться с семьей.

Слезы заливают глаза, но я делаю все, чтобы не показать их.

Каждую клеточку тела ломает от удушающей несправедливости.

Касаюсь ладонью пылающей щеки. Мне очень больно. Но жгучий след заставляет поверить в весь тот ужас, что со мной сейчас происходит.

Я закрываю глаза, и передо мной возникает лицо Шейха Амина. Красивое восточное лицо с властным, уверенным выражением.

Я прокручиваю в голове его взгляд, которым он смотрел на меня в нашу встречу, и все становится понятным. Он еще тогда все решил. Увидел вещь, которая ему понравилась, и теперь просто забирает ее. Просто потому что может.

– Вы не имеете права так поступать… – собрав все свои силы, цежу сквозь зубы.

Ударит еще раз? Пусть! Я не боюсь. То, что меня собираются продать в гарем, куда страшнее!

Господин Ахмад вновь замахивается, но не успевает ничего сделать. Дверь в его кабинет резко, без предварительного стука распахивается, и это заставляет мужчину отскочить от меня на целых пару метров.

Оборачиваюсь, и вижу двух мужчин в черных одеждах.

Желудок скручивается в узел.

– Мы здесь за тем, что было обещано шейху, – произносит один из них, к счастью, на английском, и его голос беззвучно падает на бархатный ковер.

Хозяин кабинета, тот самый, что секунду назад собирался снова меня ударить, превращается в загнанную, скукожившуюся крысу.

– Она готова, – бормочет себе под нос, но наши гости отлично слышат.

Но я не готова.

Я никогда не буду готова!

– Пройдемте с нами! – тот же голос теперь обращается ко мне.

Мотаю головой. Отступаю на шаг, хотя понимаю, что бежать мне некуда. И так паршиво это осознавать!

Один из стражей, тот, что выглядит моложе, делает нетерпеливый шаг. Его рука тянется ко мне. И тут во мне что-то обрывается.

– Нет! – мой голос, хриплый от страха, но все равно уверенный, разрывает приторную атмосферу кабинета. – Я никуда с вами не пойду! Вы не имеете права!

Кажется, я даже бью по его руке, не отдавая отчет своим действиям.

Сердце колотится так, что может вырваться из груди.

– Анья! – взволнованно рычит на меня хозяин отеля, но на него плевать!

Я вижу только двух хищников, которые теперь смотрят на меня как на дикое животное в клетке.

– Вы делаете хуже! – обращается ко мне тот, что старше. Его голос спокойный, но я все равно чувствую прямую угрозу.

– Я не вещь, ясно?! – выкрикиваю я, это становится последней каплей, и слезы все же прорываются наружу. – Я не согласна! Вы слышите? Не согласна!

Молодой охранник снова пытается схватить меня за руку.

Отчаянный и абсолютно бесполезный прием загнанной в угол кошки. Настолько бесполезный, что хватка мужчины все равно смыкается на моем тонком запястье.

– Отстань от меня! – рычу я и вырываюсь. Я буду делать это, пока есть силы.

Брыкаюсь и бьюсь, как только могу, стараясь нанести своим похитителям как можно больше повреждений. Попасть по ногам, да по чему угодно!

Но мое сопротивление все равно выглядит жалким.

И секунды не проходит, как меня ловко берут под руки с обеих сторон.

Мужчинам хватает силы, чтобы попросту оторвать меня от земли, но я все равно продолжаю извиваться и предпринимаю попытки драться.

Понимаю, как это выглядит со стороны, особенно, когда пробую плюнуть в них, но ситуация складывается таким образом, что уже не до сохранения чувства собственного достоинства.

Все, что осталось во мне – настоящий животны ужас.

Мужчины несут меня к двери, по коридору, а после мы врываемся в просторный светлый холл на первом этаже.

Присутствующие здесь гости и обслуга замирают с масками изумления на лицах. Но им плевать. Я – всего лишь взбунтовавшаяся дикарка, которую уводят. И никому даже в голову не приходит заступиться.

Сразу за стеклянной дверью отеля ожидает лимузин. Длинный, черный. С наглухо тонированными окнами, что даже не разглядишь, что там внутри.

Задняя дверца открыта, и я понимаю, что это для меня.

– Нет! – мой последний возглас, полный всей ненависти и страха, но бессмысленный. – Отпустите!

Тот, которого я поцарапала, наклоняется ниже, чтобы затолкать меня внутрь.

Мужчины легко справляются с этой задачей, и вот я в салоне. Там темно и тихо. Тут же бросаюсь к двери, но она уже заблокирована.

Машина трогается с места. Отель, свет, последние огни моего прошлого – все уплывает.

И я остаюсь один на один с собственным отчаянием.

Глава 3

Аня

Лимузин не едет, он будто бы плывет по вечернему городу, унося меня все дальше.

Мне никогда не нравится Асл. Наверное, потому, что я застряла тут против воли. Но сейчас особенно жалко расставаться с этим небольшим городом на самой окраине государства.

Там, в маленькой каморке отеля, осталась вся моя жизнь – вещи, документы, книжка, которую я так и не дочитала.

Никогда не думала, что банальные, простые моменты, к которым я привыкла, вдруг станут мне недоступными.

А то, от чего я всей душой хотела избавиться, покажется благом.

Например, я согласна работать вообще без сна, драить унитазы, выносить мусор, вечно выслушивать незнакомую арабскую речь наших гостей, от которых порой воротило, только бы выбраться из злосчастного лимузина.

Но я прекрасно понимаю, что этого не случится.

Я сижу внутри роскошного салона, точно каменная. С идеально прямой спиной, словно это сможет на что-то влиять. Инстинктивно сжимаю кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладони.

Сначала были горькие слезы, но теперь и их нет. Хотя на щеках все еще остались пересохшие соленые дорожки.

Я смотрю в окно, но там уже ничего не видно. Меня встречает лишь собственное отражение в практически черном стекле.

Не знаю, сколько мы едем. Время кажется проклятой вечностью.

Когда лимузин въезжает на территорию дворца шейха, я перестаю дышать.

Вот и все.

Машина останавливается, и из салона меня вытаскивают чьи-то сильные руки. А я больше не могу сопротивляться.

Нет, я не смирилась, просто физически устала бороться. Но мое сопротивление, оно осталось внутри. Оно горит там. Просто не видно глазу.

Пока меня ведут ко входу в здание, я стараюсь рассмотреть все. Каждую мелочь. Каждую травинку, которая может помочь мне в будущем.

Но, на самом деле, здесь настолько красиво, что эта красота завораживает. И сильно отвлекает.

Впереди не просто здание – дворец. И не просто дворец – а будто город в городе.

Прожекторы подсвечивают высокие фонтаны, что устремляют свои хрустальные струи, кажется, к самому небу, кругом много зелени вдоль аллей, повсюду россыпь из цветов, многие из которых я даже ни разу не видела.

Сложно даже вообразить, что можно разбить такую пышную растительность в стране, где царят вечное солнце и горячие золотые пески.

И подобная красота, она вроде бы должна радовать глаз, но на самом деле, только лишь давит своей роскошью. Потому что показывает: тот, кому она принадлежит, имеет безграничную власть и богатство.

Не успеваем дойти до входа, как навстречу нам выдвигается женщина.

На ее лице нет ни тени улыбки. Оно вообще не выражает никаких эмоций. Элегантное темное платье скрывает фигуру и не бросается в глаза.

– Я Марьям, – говорит она, даже не поздоровавшись. – Главная распорядительница в женских покоях. Идем за мной.

Ее английский хорош. Четко и понятно каждое слово.

«Женские покои»… Значит, у шейха действительно много женщин? Я где-то читала, что у них может быть до ста наложниц на любой вкус. Это отвратительно, но, в то же время, быть может, Амин попросту забудет про меня, свое новое приобретение?

Конечно, надежды на это мало. Мне хочется рвануть с места и побежать, но куда? Огромная, красивая территория, за которую меня точно не выпустят.

Быть может, мне удастся договориться с этой самой Марьям? Она ведь женщина, должна войти в мое положение, когда я объясню ей, что меня притащили сюда без согласия.

Женщина ведет меня по лабиринтам коридоров. Сначала я пытаюсь запомнить дорогу, но вскоре понимаю, что сбилась. Это просто нереально с одного раза уложить в голове весь путь.

Стены вокруг украшены изящной резьбой по камню, красивыми шелковыми панно. Под нашими ногами роскошные мягкие ковры, с переплетающимися цветными узорами, мгновенно поглощающие звук каждого шага.

Наконец, мы достигаем точки назначения. Входим в помещение, напоминающее больше дорогой, элитный спа-салон, чем комнату, пусть и во дворце.

В воздухе ощущаются пары ароматических масел, пол украшен мелкой мозаикой, свет приглушен, но настолько, чтобы было хорошо видно.

В центре комнаты расположен небольшой бассейн с прозрачной голубоватой водой, над которой тоже поднимаются клубы ароматного пара.

– Тебя подготовят ко встрече с Повелителем, – полным безразличия тоном произносит Марьям.

Она взмахивает рукой, и, будто из неоткуда, появляются еще несколько женщин.

– Раздевайся, – просит одна из них холодно и сухо.

Я понимаю, что сейчас именно тот самый момент. К тому же, я не могу держать все внутри. У меня попросту не получится.

– Нет, – выдыхаю по-русски, но мой голос звучит тихо, хотя и четко.

Марьям устало вздыхает с таким видом, будто видела уже тысячи таких упрямых девок. А, значит, совершенно точно понимает, то, что я сейчас сказала.

– У тебя нет выбора. Когда предстанешь перед Повелителем, ты должна соответствовать…

– Я не хочу соответствовать! – беру на себя смелость перебить Марьям. – Не хочу ни перед кем представать!

В комнате повисает неприятная, тяжелая пауза.

Распорядительница делает шаг ко мне, чтобы оказаться ближе, пока остальные женщины немного отступают.

Марьям заглядывает мне в глаза, и мое сердце начинает биться чаще, потому что я не знаю, чего ожидать.

– Каждая девушка здесь когда-то чего-то не хотела, – спокойно и тихо произносит распорядительница. – Просто поверь, что лучше подчиниться сейчас. Это сэкономит тебе силы.